Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

НАЧАЛО ХАЛКИДОНСКОГО СОБОРА.

ДЕЯНИЕ ПЕРВОЕ.

Продолжение рассуждений халкидонского собора и чтения актов.

1 При чтении этого, Евсевий, почтеннейший епископ дорилейский, сказал: «он солгал; нет такого определения: нет правила, повелевающего [81] это». Диоскор, почтеннейший епископ александрийский, сказал: «есть четыре кодекса, которые содержат это определение. То, что определили епископы, не есть ли определение? имеет ли оно силу правила? оно не есть правило: иное — правило, и иное — определение. Ты опровергни пять соборных кодексов; они есть у меня, у такого-то и у такого-то; пусть все принесут кодексы». Диоген, почтеннейший епископ кизический, сказал: «он коварно поставил напереди собор св. отец, бывший в Никее; ибо (собор) принял прибавления святых отцев по причине нечестивого мнения Аполлинария, Валентина, Македония и подобных им, и (именно) в символе святых отцев прибавлено: сшедшаго и воплотивщагося от Духа, Святаго и Марии Девы; это Евтихий опустил, как аполлинарист. И Аполлинарий принимает святый собор, бывший в Никее, но принимает слова по собственному извращенному смыслу и избегает выражения: от Духа Святого и Марии Девы, чтобы совершенно не исповедать единения плоти. Святые отцы, жившие после того, выражение: воплотившегося, употребленное святыми отцами никейскими, объяснили следующими словами: от Духа Святаго и Марии Девы". Почтеннейшие епископы египетские и бывшие с ними воскликнули: «никто да не принимает ни прибавления, ни убавления; да хранится постановленное в Никее; православный император так повелел». Почтеннейшие епископы восточные и бывшие с ними воскликнули: «это сказал Евтихий». Почтеннейшие епископы египетские и бывшие с ними воскликнули: «прибавления никто да не принимает; да хранится то, что постановлено отцами в Никее, да держится то, что от Святого Духа». — Константин, благоверный магистриан и секретарь императорской консистории, стал читать из того же свитка:

2 «Всех святых отцев я, подобно вашей святости, почитал православными и верными, и полагал их своими учителями, анафематствуя Манеса, Валентина, Аполлинария, Нестория и всех еретиков, даже до Симона волхва, и тех, которые говорят, что плоть Господа и Бога нашего Иисуса Христа низошла с неба».

3 При чтении этого, Евсевий, почтеннейший епископ дорилейский, сказал: «он избегнул выражения: с небес, а не прибавил — откуда». Диоген, почтеннейший епископ кизический, сказал: «клянусь вашею святостью, мы спрашивали его, говоря: господин Евтихий, откуда же? скажи; но он не сдался». Василий, почтеннейший епископ селевкийский, сказал: «мы спрашивали (его) тогда, как помнится, с господином Евсевием и Созоном филиппийским, чтобы он объяснил образ воплощения и вочеловечения, если он признает Бога Слово по восприятию плоти сделавшимся человеком; (нам) приказали оставить это без исследования и не приняли нашего обвинения». Диоскор, почтеннейший епископ александрийский, сказал: «благочестивейший епископ Василий опровергает в памятных записках свои слова, утверждая, что он так не говорил, но что записано неправильно. Если же Евтихий мудрствует вопреки догматам Церкви, то достоин не [82]только наказания, но и огня. Я прилагаю попечение о вере православной и апостольской, а не о каком-нибудь человеке. Я направляю свой ум к чисто божественному, не смотря на личность, не забочусь ни о чем, как только о своей душе и о правой вере». Василий, почтеннейший епископ Селевкии исаврийской, сказал: «когда читались памятники деяний против Евтихия, то прочитано было и поставлено на вид и мое рассуждение, которое я составил, следуя отцам, прежде собиравшимся в Ефесе, и защищая послание блаженнейшего Кирилла, председательствовавшего на атом святом соборе, которым он обличал безумного Нестория, злонамеренно толковавшего веру 318-ти отцев. А мое рассуждение было то же самое, как и теперь: поклоняюсь единому Господу нашему Иисусу Христу, Сыну Божию единородному, Богу Слову, познаваемому после воплощения и вочеловечения в двух естествах». Почтеннейшие епископы египетские и бывшие с ними воскликнули: «неразделяемого никто да не разделяет: единого Сына никто да не называет двойственным». Почтеннейшие епископы восточные и бывшие с ними воскликнули: «анафема разделяющему, анафема раздробляющему на части». Василий, почтеннейший епископ Селевкии исаврийской, сказал: «анафема разделяющему, анафема раздробляющему два естества после соединения; анафема и тому, кто не признает свойство естеств». Почтеннейшие епископы египетские и бывшие с ними воскликнули: «как Он родился, так и страдал. Голоса (наши) императору! Един Господь, едина вера, единого Господа никто да не называет двойственным. Так мудрствовал Несторий, так провозглашал Несторий». Почтеннейшие епископы восточные и бывшие с ними воскликнули: анафема Несторию и Евтихию». Почтеннейшие епископы египетские и бывшие с ними воскликнули: «Господа славы не разделяйте, неделимого не делите». Василий, почтеннейший епископ Селевкии исаврийской, сказал: «я говорил: познаваемому после соединения в двух естествах — божестве совершенном и человечестве совершенном; ибо Он имел одно (естество) от Отца прежде веков, а другое, восприявши от Матери по плоти, сам соединил с Собою ипостасно, и Сын Божий назван сыном человеческим. Когда было читано это рассуждение, один кто-то, не знаю кто такой, (потому что темнота дела смежила душевные и телесные очи), ринулся на средину и начал говорить, что эта речь возмутила Церковь. После этого поднялись все египетские, и монахи, сопутствовавшие Варсуме, и весь народ, и начали говорить: кто говорит — два естества, того рассечь на двое; кто говорит — два естества, тот Несторий. После того опять стали читать мою речь, вслед за нечестивою и извращенною речью Евтихия, который на вопрос боголюбезнейшего Евсевия: два ли естества признает он во Христе? отвечал, что он признает во Христе два естества до соединения, а после соединения одно. А я тогда, как и теперь, имея в виду памятные записки, припомнил и сказал: если ты не признаешь два естества после соединения нераздельными и неслиянными, то ты признаешь слияние и смешение. Когда прочитали это мнение, произошел такой шум, что у всех нас потряслись души и особенно у нас, которых судили и которым приказано было ожидать приговора соборного. Объятый мраком, я сказал, что не припомню, говорил ли я это этими словами. Знаю [83] только, что я сказал: если ты признаешь одно естество совершенно после соединения, то признаешь слияние и смешение; а если прибавишь: воплотившееся и вочеловечившееся, и будешь мыслить о воплощении и вочеловечении согласно с блаженным Кириллом, то будешь говорить одно и то же с нами. Ибо очевидно, что иное есть божество его, которое от Отца, а иное — человечество, которое от Матери. И те, которые прежде отвергали, после подтвердили, что я говорил это». Славнейшие сановники и знаменитейший сенат сказали: «уча так православно, почему ты подписал осуждение блаженной памяти Флавиана»? Василий, почтеннейший епископ Селевкии исаврийской, сказал: «так как отдан был на суд 120-ти или 30-ти епископов, то я был вынужден повиноваться тому, что от них определялось». Диоскор, почтеннейший епископ александрийский, сказал: «ныне исполнилось то, что написано: от словес своих оправдишися, и от словес своих осудишися (Матф. 12, 37). Стыдясь людей, ты изменил тому, что хорошо, и пренебрег верою. Разве ты не слыхал (написанного): не срамляйся о падении твоем (Сирах. 4, 20)»? Василий, почтеннейший епископ Селевкии исаврийской, сказал: «если бы я имел дело с архонтами, я принял бы мученичество; в Константинополе я показал дерзновение. Судимый отцом не пользуется правами; потому что сын, напоминающий отцу о правах (своих), должен умереть». Почтеннейшие епископы восточные и бывшие с ними воскликнули: «все мы согрешили, все просим прощения». Славнейшие сановники и знаменитейший сенат сказали: «а ведь прежде вы объявили, что силою и необходимостью вы были принуждены подписать на чистой бумаге осуждение блаженной памяти Флавиана». Почтеннейшие епископы восточные и бывшие с ними воскликнули: «все мы согрешили, все просим прощения». Фалассий, Евсевий и Евстафий, почтеннейшие епископы, сказали: «все мы согрешили, все просим прощения». — Вероникиан, благоверный магистриан и секретарь императорской консистории, стал читать из того же свитка:

4 «Но по этой вере живя и пребывая в молитвах, я терплю обвинение но наветам Евсевия, епископа дорилейского, который подал несколько записок против меня почтеннейшему Флавиану и разным другим (епископам), жившим тогда по своим особым причинам в столице, и который хотя обзывал меня в этих записках еретиком, но не указал в них ни на какой вид ереси, для того, чтобы я в прениях исследования, сбиваясь ошибками языка, как это обыкновенно бывает при шуме, и употребляя новые слова, впал в заблуждение. Хотя упомянутый почтеннейший епископ, вследствие обвинительных записок, приказывал мне явиться для защиты против обвиняющего, однако же он, долгое время живши вместе с обвинителем и бывши с ним почти неразлучным, думал, что так как я по обыкновению всегда жил в монастыре, то не явлюсь, и поэтому обвинить меня, как не явившегося. Вследствие этого, когда я прибыл из монастыря в столицу, то он, узнавши (об этом) от достоуважаемого силенциария Магнуса, — которому благочестивейший и правоверный [84] император наш поручил не допускать опасности, угрожающей спасению, объявил, что мое присутствие уже излишне, потому что я еще прежде исследования осужден, как показывает и решение, составленное после этого тем же достоуважаемым силенциарием. А так как я и при этом пришел в судилище для защищения, го он (Флавиан) не удостоил принять и не позволил прочитать составленного и подписанного мною учения о божественном исповедании согласно с верою, изложенною святыми отцами в Никее и утвержденною прежним святым собором ефесским. Судилище наполнилось шумом и волнением, потому что весьма многие беспорядочно начали тесниться и со всех сторон оглушали меня криками, как показывают преданные после того письму рассуждения судей о волнении. И когда мне приказано было говорить самому исповедание веры, и когда я сказал, что думаю так, как узаконили 318 святых отцев в Никее, и как утвердил св. собор ефесский, тогда он потребовал от меня, чтобы я высказал еще нечто иное сверх того, что было изложено в Никее и в Ефесе прежде. Но я, боясь преступить как определение, произнесенное святым собором, собиравшимся здесь по воле Божией прежде, так и то, что постановлено касательно веры святыми отцами, собиравшимися в Никее, просил довести до сведения вашего святого собора, что я готов держаться того, что вы утвердите. И когда я это говорил, вдруг прочитано было против меня обвинение, как казалось, составленное заранее; а после этого некоторые отзывы их и мои, и другие мнения, особенно те, где я исповедал что я мыслю согласно с святыми отцами никейскими и потом собиравшимися в Ефесе, были тайным образом переменены в памятниках деяний, как показывают письменные акты, после того составленные по моей просьбе и по повелению благочестивейшего и христолюбивого нашего императора. Почтеннейший епископ Флавиан не сказал ни одного слова о моей апелляции к вашей святости, и не постыдился моих седин, тогда как я состарился в борьбе против еретиков и в исповедании благочестия: но как имеющий власть все решать касательно веры одному и не предоставлять вашей святости никаких прав такого суда, он осудил меня, отлучил, как он думал, от Церкви, лишил, как он полагал, священства, воспретил общение божественных таинств, и вслед затем удалил меня от начальствования над монастырем и предал подготовленной для этого черни, чтобы она расправилась со мною в епископии и на площади, как с еретиком, богохульником и манихейцем, если бы божественное Провидение, сохранявшее меня по настоящий день, не соблюло меня для (представления) вашей святости. Но после моей апелляции он в различных молитвенных домах и усыпальницах святых распорядился прочитать определение против меня, анафематствовал меня, а тех, которые собирались ко мне и беседовали со мною, сделал чуждыми святого общения. Не дождавшись суда вашей святости, он заставил монастыри подписать составленное против меня определение, хотя никогда (как это знает и ваше боголюбие) не бывало такого обычая даже против явных еретиков, и разослал по Востоку и в другие места грамоты, чтобы и другие благочестивейшие епископы и монахи, даже не судившие об этом, подписались; тогда как он [85] должен был прежде всего отправить к тем архиереям, к которым я апеллировал. Тогда, едва спасенный, я чрез записки сообщил вашей святости, что последовало; а благочестивейшего и благоверного императора я просил, чтобы вы, святейшие и боголюбезнейшие, отвращающиеся от всякой неправды и стачки, были судьями в решаемом деле. Итак прошу теперь вашу святость обсудить — и взведенную на меня клевету и неправду, и происшедшее от этой причины беспокойство во всех церквах, и возникший вследствие этого для многих соблазн, и с свойственною вам христолюбивою мудростью предать виновников этого церковным епитимиям, и вырвать всякий корень хуления и нечестия. Я с самого начала вызван к суду вашего блаженства; и опять пред Иисусом Христом, свидетельствовавшим при понтийстем Пилате доброе исповедание (1 Тим. 6, 13), я заявляю, что я так мудрствую, думаю и разумею, как предали нам веровать святые отцы, собиравшиеся в Никее, и как утвердили святые отцы на втором соборе в Ефесе. И если кто думает вопреки этой вере, того я анафематствую, по их определению. — Я архимандрит Евтихий так верую, как выше написано, и подписал своею рукою, и представил (самые) статьи».

5 «Флавиан, епископ константинопольский, сказал: он имел обвинителя в Евсевие; прикажите и ему придти».

6 При чтении этого, Евсевий, почтеннейший епископ дорилейский, сказал: «обвиненный мною Евтихий, давши статьи, на святом соборе упомянул, что я его обвинитель. Каким же образом, когда судивший блаженной памяти Флавиан приказывал, чтобы я — обвинитель его вошел, и когда ход дела и правила того же требовали, мне запрещено было войти, — прошу это исследовать». Славнейшие сановники и знаменитейший сенат сказали: «когда блаженной памяти Флавиан требовал, чтобы Евсевий, обвинитель Евтихия, вошел, то почему сообразно правилам вы, которым дана была власть судить, не приказали этому быть»? Диоскор, почтеннейший епископ александрийский, сказал: «прошу прочесть решение Елпидия. Я не думал запрещать, если бы Елпидий не представил предложения, утверждая, что император повелел ему не входить». Ювеналий, почтеннейший епископ иерусалимский, сказал: «достопочтенный военачальник Елпидий не дозволил ему войти». Фалассий, почтеннейший епископ Кесарии каппадокийской, сказал: «я не был виновником». Славнейшие сановники и знаменитейший сенат сказали: «в суждении о вере это не защищение». Диоскор, почтеннейший епископ александрийский, сказал: «так как вы ныне обвиняете меня, будто бы я преступал правила, и послушал Елпидия, то какие теперь сохраняются правила, когда вошел Феодорит»? Славнейшие сановники и знаменитейший сенат сказали: «епископ Феодорит вошел как обвинитель, как вы слышали из его отзыва». Диоскор, почтеннейший епископ александрийский, сказал: «почему он заседает в ряду епископов»? Славнейшие сановники и знаменитейший сенат сказали: «и епископ Евсевий и епископ Феодорит заседают в ряду обвиняющих, точно так же, как [86] вы сидите в ряду обвиняемых. Однако ж пусть читают далее». — Константин, благоверный секретарь императорской консистории, стал читать из того же свитка:

7 «Елпидий, достопочтенный военачальник, сказал: высочайший император, будучи сам первым исполнителем устава законов, которого он есть виновник и хранитель, повелел судьям стать в ряду подсудимых и не иметь права на учительство, так как и вы не давали права на него. К тому, что теперь сказано боголюбезнейшим архиепископом Флавианом, я прибавляю следующее: обвинитель выполнил свое обвинение, и, как думает, победил; а судья перенес суд обвинителя на самого себя, как это наблюдается в светских законах. Итак вы теперь собрались, чтобы судить судей, но не так, чтобы опять представить лице обвинителя и подать снова повод к волнению. Поэтому прикажите, если угодно, прочитать по порядку все прочее, учиненное по этому делу, сколько вам покажется нужным. — Диоскор, почтеннейший епископ александрийский, сказал: достопочтенный военачальник Елпидий изложил дело, как; следует. Поэтому, по прочтении поданной статьи, пусть прочтется и то, что сделано в царствующем городе относительно рассматриваемого теперь предмета. Пусть скажут и присутствующие благочестивейшие епископы, угодно ли им это.— Ювеналий, епископ иерусалимский, сказал: мнение твоей святости основательно; поэтому благоприлично прочитать акты.— Стефан, епископ ефесский, сказал: так как мнение святейшего и боголюбезнейшего отца нашего, архиепископа Диоскора, справедливо, то пусть будет так; — Кир, епископ афродисийский, сказал: справедливо и основательно мнение боголюбезнейшего и святейшего архиепископа Диоскора о прочтении того, что сделано было относительно этого предмета в царствующем городе. — Фалассий, епископ Кесарии каппадокийской, сказал: то, что решено вашим боголюбием, следует привести в исполнение. Посему пусть принесут бумаги, которые должны быть прочитаны на сем святом соборе. — Евсевий, епископ Анкиры (галатийской), сказал: мне тоже думается, чтобы, согласно мнению святых отцев, были прочитаны акты. — Диоген, епископ кизический, сказал: и я согласен с этим, чтобы, сообразно мнению святого и великого собора, были прочитаны деяния, составленные в царствующем городе. — Флоренций, епископ лидийский, сказал: я согласен с мнением, чтобы хорошо исследовать памятники.— Феодор, епископ тарсский, сказал: согласно с решением святейших архиепископов, справедливо прочитать то, что сделано в царствующем городе. — Иоанн, епископ севастийский, сказал: по определению святейших и боголюбезнейших епископов, необходимо чтение памятных записок о том, что сделано в царствующем городе. — Флоренций, епископ лидийский, сказал: я согласен с мнением, чтобы хорошо исследовать памятники. — Феодор, епископ тарсский, сказал: согласно с решением святейших архиепископов, справедливо прочитать то, что сделано в царствующем городе. — Иоанн, епископ севастийский, сказал: по определению святейших и боголюбезнейших епископов, необходимо чтение [87] памятных записок о том, что сделано в царствующем городе. — Роман, епископ мирский, сказал: считаю справедливым прочитать памятные записки, составленные в царствующем городе, как решили святейшие отцы.— Нунехий, епископ лаодикийский, сказал: по решению боголюбезнейших отцев, и мне кажется основательным, чтобы было чтение актов. — Мариниан, епископ синнадский, сказал: как рассудили святейшие отцы, пусть прочтется из памятных записок деяние, бывшее ради Евтихия в царствующем городе. — Евстафий, епископ беритский, сказал: необходимо чтение памятных записок для ознакомления с ними тех, которые не присутствовали при решении. — Квинтилл, епископ ираклийский, занимавший место Анастасия, благочестивейшего епископа города Фессалоник, сказал: следует прочесть, что сделано в славнейшем Константинополе, пред святым собором, для более совершенного знакомства с делом. — Аттик, епископ Никополя, в древнем Эпире, сказал: так как мнение святейшего архиепископа Диоскора основательно, то пусть оно будет приведено в исполнение, и памятные записки пусть прочтутся пред всем святым собором, для более точного знакомства с исследуемым (предметом). — Созон, епископ филиппийский, в первой Македонии, сказал: необходимо чтение того, что сделано по этому предмету в Константинополе; таким образом будет возможно узнать в точности поднятое там (дело). — Ураний, епископ Имерии, в области озройской, чрез переводившего (слова) его, пресвитера едесского Евлогия, сказал: святейший и благочестивейший епископ Диоскор основательно решил, чтобы сперва прочитать то, что сделано в славнейшем Константинополе касательно предложенного предмета. — Святый собор сказал: все мы хотим, чтобы прочитаны были акты: пусть же прочтутся. — Диоскор, епископ александрийский, сказал: пусть скажет и благочестивейший епископ Юлиан, занимающий место святейшего епископа римской церкви Льва, согласен ли он с этим святым собором, и желает ли он сам, чтобы прочитано было то, что сделано по этому предмету в Константинополе. — Юлиан епископ, занимавший место святейшего епископа римской церкви Льва, чрез переводившего (слова) его, епископа лидийского Флоренция, сказал: мы желаем прочитать деяние с тем условием, чтобы прежде прочитано было послание от папы. — Иларий, диакон римской церкви, чрез переводившего (слова) его, епископа лидийского Флоренция, сказал: потому что святейший епископ римский, когда прочитаны были ему эти памятные записки, которых чтения вы теперь желаете, прислал послание. — Евтихий архимандрит сказал: благочестивейшие мужи, присланные на святый ваш собор святейшим и боголюбезнейшим архиепископом церкви римской Львом, стали для меня подозрительны; ибо они посещали боголюбезнейшего епископа Флавиана, обедали у него, обласканы были, и пользовались у него всяким вниманием. Поэтому прошу вашу святость, если ими будет сделано против меня что-нибудь несправедливое, не произносить на меня этого, заранее составленного, суждения. — Диоскор, епископ александрийский, сказал: основательно и благоразумно будет прочитать сперва то, что сделано по этому предмету, а потом послание боголюбезнейшего епископа римского. Поэтому, согласно мнению сего святого собора, пусть читаются [88] акты. — Иоанн, пресвитер и первый нотарий, сказал: ваш святый и великий собор приказал прочитать акты, составленные в царствующем Константинополе по предмету, который теперь нас занимает. И так как их доставил благочестивейший епископ константинопольской церкви Флавиан, а копии представил архимандрит Евтихий, то я буду читать, как вы приказали».


Комментарии

(постраничная нумерация примечаний изменена на сквозную - прим. расп.).

1. Деяние халкидонского собора.

2. Из ефесских деяний (продолжение исповедания Евтихия).

3. Деяние халкидонского собора.

4. Из ефесских деяний (окончание исповедания Евтихия).

5. Из ефесских деяний.

6. Деяние халкидонского собора.

7. Из ефесских деяний.

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2022  All Rights Reserved.