Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Как искали серебряную руду в Белозерском уезде, в 1685 году.

Великому господину преосвященному Гавриилу, архиепископу Вологодскому и Белозерскому, Якушко Галкин, благословения твоего, великого господина, архиерейского прося, челом бьет. В нынешнем в 193 (т. е. 1685) году по указу Великих Государей и по грамотам из Новогородцкого приказу и из приказу Большего Дворца и по заручным изветчиковым челобитным Чернокъямской волости Ильинского дьячка Гришки Познякова Даниилова сына Попова да Команевские волости Иисус-Христова Рождества пономаря Тимошки Григорьева послан (я) на Белоозеро и в Белозерской уезд для сыску серебряные руды, а в ызвестных своих зарушных челобитных они изветчики написали имянно и подали Великим Государем в их Государьственном в Посольском приказе три челобитные, что породу с изветчиком с Иваном Хлоповым ходили и руду копали и серебро чистое из той руды плавили и кресты и персни лили и врознь продавали; и в той они, изветчики, вине и в воровстве прощены и отпущены с Москвы наперед для указыванья рудных мест, из коих мест руду имали и серебро плавили и кресты и персни лили и врознь продавали. А ныне они, изветчики, в домех своих не объявились, живут в бегах у братей своих родных, у священников тех вышепомянутых церквей у Еремия Даниилова да у Игнатья Григорьева и те священники тех изветчиков, братей своих, у себя укрывают впредь для такова ж воровства, чтоб им то великое царьственное дело не объявить и воровать и серебро плавить и корыстоватца по-прежнему. А что у священника у Игнатья Григорьева тех беглых воров, изветчиков, в доме видал изветчик ж Иван [373] Иванов сын Хлопов при многих сторонных людех розных боярщин и им являл, а в домы их для выимки тех беглых воров к тем вышеупомянутым священникам без твоего святительского указу послать не смею. И о том великой господин, преосвященный Гавриил, архиепископ Вологодский и Белоозерский, против указу Великих Государей и грамоте и зарушных их изветчиковых челобитен, в их воровстве и тех священников в той их поноровке, что ты, великой господин, преосвященный Гавриил архиепископ Вологодцкий и Белоозерский, укажешь?

На обор. 1) адрес: великому Господину преосвященному Гавриилу архиепископу Вологодскому и Белоозерскому. 2) помета: 193-го майя в 27 день подал Козма Галкин.

По вышеприведенной челобитной архиепископом Гавриилом была дана 27 мая память Кириллова монастыря Новоезерского игумену Ионе с братиею. В памяти приказано: "как к вам ся память придет, и вам бы послать к ним, попам, в домы от себя монастырских слуг, сколько человек пригоже, и велеть их, изветчиков, Гришку и Тимошку, в домах их сыскав отвесть к нему, Якову, для того Государского дела тотчас, чтоб в том деле мотчанья не учинить. А которого числа они, изветчики, сысканы и к нему, Якову, отведены будут, о том вам на Вологду к преосвященному архиепископу писать”. Такова память послана с Вологжанином с Козмою Галкиным мая в 27 день.

12 октября 1685 года Яков Галкин снова подал архиепископу челобитную, в которой, упомянув об архиепископской памяти, посланной в Кириллов Новоезерский монастырь, и изложив ее содержание, пишет: "тех, беглых изветчиков; брат его родной поп Еремей да сват его Гришкин, Куйской поп Алексей, привели ко мне на съезжей двор июня в 30 день, потому что они попы были по нем, изветчике, в прежней записи порукою и в бегах того беглого изветчика, Гришку Познякова, и жену его и детей держали и укрывали у себя, а Тимошка Григорьев сыскан в Комоневской волости у брата его родного, у Рожественского попа Игнатья. И беглые изветчики Гришка Позняков да Тимошка Григорьев били челом Великим Государем, а мне подали челобитные за руками, чтоб их дать на поруки с записьми в сыску того великого Царственного дела и в приносе той прямой серебряной руды; и по тех, великий святитель, изветчиках собраны поручные крепкие записи в сыску и в приносе прямой серебряной руды; а порукою писались по Гришке Познякове отец его вдовой поп Данило да брат его родной пономарь Осип да розных по— местей и вотчин старосты и крестьяне. А в доме ого Гришкине [374] живет зять его, дьячек Петрушка Иванов и всеми животами владеет. А по Тимошке Григорьеве ручались — брат его родной, Рожественской поп Игнатей, да дьячек, двоюродной его Тимошкин брать, Лука Осипов. И розных поместей и вотчин старосты и крестьяне и всех порутчиков по них, изветчиках, пятьдесят два человека. И по тех, великой святитель, порутчиков посылал я Белозерских площадных подьячих Алешку Сергеева с товарищи да Вологодских стрельцов. И те порутчики указу Великих Государей учинились ослушны и силны. И о том на них порутчиков писано к Великим Государем. А Рожественской поп Игнатей да дьячек Лука Осипов били челом Великим Государем, а челобитную подали за руками на съезжем дворе, чтоб им дать сроку в сыску и поставке брата их, Тимошки Григорьева, против Государева указу сентября до двадесятого числа нынешнего 194 ( — 1685) году, а порутчиков бы их не волочити до указу Великих Государей. И они порутчики, Рожественской поп Игнатей да дьячек Лука Осипов, того беглого изветчика, брата своего, Тимошки Григорьева, на тот срочной срок не поставили и сами не стали, и в том чинитца в их Великих Государей деле и рудному сыску мотчание и укрывают их, беглых изветчиков, Гришку Познякова и Тимошку Григорьева, вышеписанные церковники они, порутчики, по-прежнему, а изветчик Гришка Позняков в роспросе своем говорил на Ножемского попа Якима и на сына его Викулу, что они подлинно ведают прямую серебряную руду в Заонежских погостех в Лядвинской волости, потому что он поп тамошной уроженец, а Николаевской поп Дмитрей по сыне своем Петре серебрянике в статье порукою, и я без твоего святительского указу по них попов и дьячков и пономарей послать к очным ставкам и по порукам не смею. И о том великой господин преосвященный Гаврил, архиепископ Вологодской и Белозерской, противо указу Великих Государей об них церковных причетниках что укажешь".

12 октября архиепископ Гавриил дал память в Ферапонтов монастырь строителю старцу Питириму, в ответ на которую 20 ноября получена была следующая челобитная:

"Великому Господину преосвященному Гавриилу, архиепископу Вологодскому и Белоозерскому Царской и твой святительской Богомолец Белоозерского уезду Ферапонтова монастыря строитель чернец Питирим благословения твоего архиерейского прошу. Бога моля челом бью. В нынешнем, государь в 194-м году октября в 17 день по твоему, государь, преосвященного Гавриила, архиепископа Вологодского и Белоозерского, указу и по памяти за [375] приписью дьяка Федора Капустина против Яковлевы отписки Галкина Белозерского уезду Чернокьямские волости Ильинского вдового попа Данила и брата его родного пономаря Оску, дьячка Петрушку Иванова, Комоневские волости Пречистенского попа Игнатья, дьячка Лучку Осипова, Волковской волости Николаевского попа Дмитрия, против поручных по изветчиках про серебряную руду записей да против изветчиковых же Гришкиных роспросных речей Познякова Ножемской волости Леонтьевского попа Якима с сыном Викулкою послать к тому делу, кто в чем приличится, для очистки, чтоб ему Якову в том деле замотчания не учинить, потому что де они попы с товарыщи приличилися к тому делу сами волею своею. И я, богомолец твой, в Белозерской уезд в Чернокъямскую и в Комоневскую и в Волковскую и в Ножемскую волости для высылки тех попов с товарыщи к делу серебряной руды к Михайлу Галкину посылал монастырских служек Андрюшку Воронова с товарыщи. И ноября, Государь, в 15 день они, служки Андрюшка Воронов с товарыщи подали мне, богомольцу твоему, доезжую память, а в доезжей, государь, их памяти написано: Комоневской-де волости поп Игнатей и дьячек Лучка из домов своих отбився ушли, а Чернокъямские-де волости поп Давило лежит болен при смерти, а сына его Оску у посылщиков отбили, а дьячек Петрушка ушел, а Волковские волости вместо попа Дмитрея взяли сына его Петрушку и отдали Михаилу Галкину, а Ножемской волости попа Якима и сына его Викулки в доме не изъехали и вместо их взяли попова ж Якимова сына Афонку и за поруками его выслали к делу серебряной руды к Михайлу Галкину. И тот их доезд за руками понятых людей и за их посылшиковыми с сею отпискою послал я, богомолец твой, к тебе, государю, преосвященному архиепископу Вологодскому и Белоозерскому, на Вологду, а отписку, государь, и доезд велел подать в твоем святительском судном приказе духовных дел Духова монастыря игумену Аврамию да дьякам Федору Быкову да Федору Капустину.

Доезд.

Лета 7194-го ноября в 1 день по указу преосвященного Гавриила, архиепископа Вологодского и Белоозерского, и по наказу за приписью дьяка Федора Капустина и по памяти духовных дел судьи, Ферапонтова монастыря строителя старца Питирима монастырские служки Андрюшка Воронов с товарыщи, приехав в Судцкой стань в розные волости и взяв с собою в понятые Черно-андопальской волости храму Успения Пресвятые Богородицы попа Феодота Яковлева да церковного дьячка Бориска Степанова [376] да Мондровской волости села Акимова храму Покрова Пресвятые Богородицы вместо дьячка церковного, Ивашка Иванова взяли работника его Тимошку Насонова, а сказался он, Тимошка, что де Михайлов крестьянин Мусорского, а поп того храму Андреи и с братьею своей да и дьячек Ивашко Иванов учинились силны в понятые не пошли, и из домов своих ушли. И мы с теми понятыми приехав в Комоневскую волость ко храму Рожества Пресвятые Богородицы к старосте поповскому, к попу Игнатью Григорьеву да к дьячку Лучке Осипову, и они поп Игнатей и с детми своими и дьячек Лучка из домов своих ушли и в доме попове сестра ево попова родная, вдова Матренна Григорьева дочь, указ архиерейской называла воровским и нас ворами и понятых людей також ворами, а попа Успенского Феодота называла мужиком и скуфью-де ты, вор-мужик, положил на себя воровски, и в домех у них попа и дьячка искали, и в пустом дворе у брата его ж попова в Тимошкине дворе в клети поп или дьячек заперлись, и в тож время многие и неведомые люди большим собранием с дубьем и с бердыши и с топориками и с поленьем и с кистенями к нам пришли, и мы с понятыми людми в попове избе заперлись, и те неведомые люди во двор и в избу к нам ломились и убить нас хотели, и приступы к избе чинили, и у дьячка Лучки в избе и ночевали, и к нам ночью трижды приходили к избе боем, и по окошкам поленьем и каменьем били и бросали и нас с указом всячески бранили, и в избу к нам ночью неведомые немногие люди приходили по согласно поповы сестры вдовы Матронки, и понятых — Успенского попа Феодота — матерны бранили: и почто де ты, такая мать, к нам ходишь? как бы де ты был доброй человек, и ты к нам с такими ворами не ходил, вот де знать добро есть человек Мондринской поп Андрей и дьячек Ивашко к нам не идут, а как бы де не ты, и мы бы де знали, что чинить над посылщики, и впредь бы и иным неповадно было к нам ходить. И на утрие в Воскресной день он поп Игнатей вышел от дьячка с двора со многими людьми и с бердыши и с рогатины и с топорки и с кистенями и пошел от церкви в деревни, и мы его, попа Игнатья, взять не смели для смертного убийства от него попа и от неведомых многих людей. И того ж числа взяв с собою тех же понятых и приехав в Чернокъямскую волость ко храму святого пророка Ильи ко вдовому попу Данилу, и он поп Данило лежит в постели при смерти, и сына его, пономаря Оску, взяли, а дьячек Петрушка из дому своего ушел в деревню Гаврила Бердяева к приказному его человеку Корнилу, [377] и он его у себя в клети и запер, а крестьян многих людей с дубьем я с бердыши и с рогатины и с топорки и с кистенями в попову деревню к нам прислал да и иных розных боярщин и поместей многие ж люди великим собранием пришли к нам же також со всяким ружьем боем и на двор к нам и в избу к пономарю ломились и ворота бердыши и топорки секли и в окна в избу на нас дубьем и поленьем и палками бросали, и нас убить до смерти хотели и пономаря Оску убили, а сами они нас бранят и говорят: пришли-де вы от вора из слободы от Якова Галкина. И мы посылщики, боясь смертного убийства, тем неведомым многим людем святительской указ, по кого послан, вычели, и они указ владычен и святого владыку бранили и простым старцом его называли и живет де он невемгде, а у нас попов и дьячков и пономарей по научке Якова Галкина мучит и домы их разоряет, и служащего попа Еремия в понятые взять с собою не дали и от попа из деревни выбили и с улицы проводили с дубьем и с бердыши и с топорки и с кистенями, и вслед за нами и на нас каменьем бросали, а служащей поп Еремей в понятые с нами не пошел и от них многих неведомых людей прочь не отойдет, и то знатно дело все поноровка от попов и дьячков и пономарей, а те многие и неведомые люди говорили: взавтро-де братцы оберемся сот с пяти и болши и пойдем в слободу Якова Галкина и совсем разорим, и вон выбьем. И мы ночью шли двадцать верст, а все лесом до слободы к нему Якову Галкину. Да они ж неведомые многие люди понятых, Успенского попа Феодота с товарыщи, и нас посылщиков бранили всякою скаредною бранью: и впредь бы де вы, поп, и иным заказывай, чтоб к нам нихто с такими указами и посылщики не ходите, будет де охота живым быть; нам де не диковина ваш владыка. И тех попов и церковных причетников, дьячков и пономарей против памяти к Якову Галахтионову сыну Галкину привест было неково. А Волковской волости храму Николая чудотворца вместо попа Дмитрия взяли сына ево Петрушку Дмитриева, и ево, Петрушку, по указу Преосвященного Гавриила, архиепископа Вологодцкого и Белоозерского, и против памяти духовных дел судьи Ферапонтова монастыря строителя старца Питирима, отдан он, Петрушка, Якову Галахтионову сыну Галкину при тех же понятых людех и по нем, Петрушке, у него, Якова, собрана и порушная запись в статье и в житье. А подвод нам посылщиком и проводников и понятых никого не давали. А доезд писал я, Андрюшка, своею рукою да мы ж посылщики при понятном Ножевской волости храму [378] Леонтия Ростовского чюдотворца, при церковном дьячке Павелке Евсегниеве, того ж храму попа Якима и сына его Викулки в домех их не изъехали, и вместо его, попа Якима, и сына его Викулки взяли сына его попова Афонку и за поруками выслали в пустую слободу на съезжей двор Якову Галахтионову сыну Галкину ноября в 3 день.

На обор. рукоприкладства: К сему доезду Черно-андопольские волости Успенской поп Феодор Яковлев руку приложил. К сему доезду Черно-андопольской волости Успенской церковной дьячек Бориско Стефанов вместо понятого ж Михайлова крестьянина Мусорсково Тимошки Насонова по его веленью руку приложил. К сему доезду слушка Ивашко Исаков и вместо товарища своего Алексея Васильева по ево велению руку приложил. К сему доезду слушка ветка Васильев руку приложил.

Сообщ. И. Суворов.

Текст воспроизведен по изданию: Как искали серебряную руду в Белозерском уезде, в 1685 году // Русская старина, № 8. 1909

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.