Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

О пятинах и погостах Новгородских в XVI веке, с приложением карты К. А. Неволина. Записки Императорского Русского Географического Общества. Книга VIII. С.-Петербург.

Г-н Неволин принадлежит к небольшому числу тех основательных наших ученых, которые возделывают Русскую Науку по наличным материалам, не мудрствуя лукаво. Во всех произведениях г. Неволина всегда видна законченность, полное и всестороннее исследование и разъяснение вопросов, имеющих непосредственную связь с описываемым им предметом. Нашего ученого скорее можно иногда обвинить в многообразии и многочисленности фактов, наблюдений и выводов, доходящих порой до мелочности, чем — в их недостатке; но превосходная метода размещения всех материалов, и результатов, выводимых автором путем строгого анализа, при ясном и вполне отчетливом изложении, устраняете всякое недоразумение и запутанность в уме читателя и составляет существенное достоинство каждого сочинения г. Неволина. Не говоря уже о таких капитальных и полновесных творениях нашего ученого, как Энциклопедия Законоведения и История Российских Гражданских Законов, которые во всякой литературе, даже богатой учеными трудами, заняли бы самое видное и почетное место, и небольшие журнальные статьи его, касающиеся Русской Истории и Законодательства, много разъясняют темные вопросы и потому составляют всегда существенное приобретение для Науки. К числу основных, глубоко-ученых исследований на Русском языке должно, по всей справедливости, отнести составленную г. Неволиным и изданную Императорским Русским Географическим Обществом, книгу о пятинах и погостах Новгородских в XVI веке, с приложением карты. Императорское Русское Географическое Общество, в непродолжительное время своей ученой деятельности, [142] успело уже обогатить Русскую Науку многими, весьма замечательными, трудами новую заслугу ей оказало оно изданием означенного исследования г. Неволина, доставив своему сочлену возможность и средства совершить этот превосходный во всех отношениях труд.

Хотя Наука, от лица Императорского Русского Географического Общества, и произнесла свой правдивый приговор над исследованием г. Неволина присуждением автору полной Константиновский премии; однакож, опираясь на мнение самого автора исследования, высказанное в предисловии, мы осмеливаемся предложить несколько своих посильных замечаний на его книгу, в полной уверенности, что ученый автор не посетует за то на нас, тем более, что мы, согласно собственному его желанию, постараемся кое-что дополнить в его труде собственными своими материалами. Вот что говорит сам автор на VII стр. предисловия: «Новую услугу окажут Исторической Географии те, которые примут на себя труд переверить мою работу и сообщат ученому миру, тем или другим путем, результаты своей проверки. Мои настоящие исследования представляют только первый период работ, которые должны быть предприняты по географии Новгородских пятин и погостов, — самый общий очерк этой области, очертание самого существенного в ней. За этим периодом должен наступить другой — период точнейшего определения потребностей. Здесь внимание исследователя должно обратиться как вообще к различным селениям и достопримечательностям историко-географическим, так в особенности к точному и самому подробному определению границ каждого погоста и каждой пятины. Раздельность, отчетливость знания — отличают современную науку». С этими словами нельзя, конечно, не согласиться; тем не менее, однакож, заслуга г. Неволина велика: мы имеем теперь превосходную историко-географическую карту одной из важнейших в нашей Истории областей; имеем прочное основание, после которого можно будет надежно продолжать работу. Будущим исследователям древней географии Новгородской области остается только распространять к дополнять замечательное исследование г. Неволина. Но зато сколько еще предстоит первоначальной работы для исторической географии прочих княжеств России! Будем, однакож, надеяться, что, по счастливом совершении начала, найдутся ученые последователи г. Неволину, которые по частям станут разрабатывать древнюю географию нашего обширного отечества. [143] Важнейшие материалы для этих трудов — писцовые книги — к счастию, уцелели в значительном числе. Нельзя, конечно, сказать, чтоб по предмету Исторической Географии не было вовсе у нас попыток, в свое время хороших и отчасти удовлетворявших той цели, какую имели в виду их авторы; но до настоящего исследования г. Неволина на этот предмет смотрели иначе: ученые считали достаточным перечислить древние местности, приурочив их, большею частию наугад, к какому либо нынешнему месту, редко обращаясь к важнейшим оффицияльным источникам древней Географии, к писцовым книгам. Ведь были же ученые, которые древний Коростень искали на берегу озера Ильменя! А сколько догадок и предположений было предложено о местоположении Тмуторокании! Из ученых, писавших о древней Географии Новгородской области, следует упомянуть: 1) Митрополита Евгения, который в Исторических Разговорах о древностях Великого Новагорода коснулся, в общих чертах, разделения Новгородской области на пятины, и сообщил, в особом приложении к своему сочинению, роспись погостов и главнейших селений Новгородских, с обозначением расстояния их от г. Новгорода; 2) Д. И. Языкова, который к переводу Исследований Лерберга, относящихся до древней Русской Истории, приложил карту Югорской земли, обозначив на ней важнейшие селения и города. Кроме того, касались этого же предмета и другие наши ученые, на сколько соответствовало то их исследованиям, именно: Карамзин, Арцыбашев, Ходаковский, Кеппен, Бутков, Беляев, Грот и др. 1 Но повторяем, все эти труды были разрознены, не полны, так сказать, приготовительны, и с изданием настоящего исследования г. Неволина теряют всю свою важность относительно древней Географии Новгородской области. Перейдем теперь к рассмотрению сочинения г. Неволина.

По словам автора, средоточие его труда составляет карта пятин и погостов; все прочее должно служить только к пояснению и [144] оправданию этой карты. Самый текст рассматриваемой книги состоит из двух отделов: в первом заключаются собственно исследования о пятинах и погостах, с историческим обозрением образования и дальнейшего изменения тех и других; второе отделение состоит из приложений, т. е. подробных выписок из писцовых книг, важнейшего источника, на котором основаны настоящие исследования автора. Собственно исследования заключаются в 6 главах, и занимают около 15 печатных листов или 236 страниц; приложениям посвящена большая часть книги, именно 26 печатных листов. Карта пятин и погостов исполнена превосходно, как и должно было ожидать от издания Географического Общества. Погрешностей в обозначении местностей, нам хорошо знакомых, мы не нашли, исключая только погост Петровский, что под Старою Русою, в Шелонской пятине: по нашему предположению приходская церковь этого погоста была в селе Косине, верстах в 5 от Старой Русы к юго-западу, при р. Снеже, а не к востоку, как означено на карте и в тексте у г. Неволина. В этом селе существовал прежде монастырь, основанный, кажется, в XIV веке монахами –выходцами Хутынского монастыря. В приходской книге Софийского дому 1577 г., о которой будет сказано ниже, об этом погосте говорится следующее: «из Петровского погоста из Косина монастыря у Никольского игумена Ионы с братиею взяты за мирского попа за Ивана подъезда и за десятину и за куницу пошлину по грамоте рубль Московской, что у них тот мирской поп в монастыре служит, и в их монастырскую волость въезжает». Конечно, для точнейшей поверки карты г. Неволина необходимо следует многие местности, поныне существующие, обозреть лично, что мы, по мере возможности, и намерены делать; тогда-то и предложим свои замечания на его карту, предполагая помещать их по временам в Москвитянине, думаем, что такого рода топографические заметки местного наблюдателя никогда не будут поздними и излишними. Обращаемся за тем к самому исследованию. В 1 главе, ори обозрении источников, служивших основанием исследованию о пятинах и погостах, автор на первом месте поставил, как и следовало, писцовые книги. Начало составления писцовых книг относится ко временам весьма отдаленным. Есть указание в летописях, что описание земель Новгородской области производилось уже во времена Монгольского ига. Без сомнения, земли описывались и раньше нашествия Татар и после него, потому что трудно представить себе государство, главное [145] занятие обитателей которого есть земледелие, без положительных узаконений на право владения землями и без точного их описания; а таким земледельческим по преимуществу государством, сколько запомнит История, всегда была Россия. Для подтверждения наших слов укажем на купчие записи, напр. хоть св. Антония Римлянина, начала XII века, где с точностию обозначен обвод земель, принадлежавших монастырю. — Древнейшие писцовые книги, до нас дошедшие, относятся ко времени государствования Царя Ивана Васильевича III, к концу XV века. После того идет ряд подобных же землеописаний до царствования Петра Великого, который уничтожил его учреждением ревизских сказок. Какой важный и богатый источник не только для древней Географии и Статистики, но и вообще для Археологии, составляют писцовые книги, можно видеть из приложений г. Неволина. Крайне желательно, чтоб древнейшие из писцовых книг были изданы, если не вполне, то по крайней мере в подробных извлечениях.

На стр. 11–23 г. Неволин обозначил как имена известных ему писцов Новгородской области, так и время их описания. В этом перечислении есть много пропусков, на что уже отчасти указано г. Бутковым в «Известиях II Отделения Им. Ак. Н., лист 20, т. II. Мы также можем назвать некоторых писцов Шелонской пятины, не поименованных г. Неволиным, именно: «Федора Маврина и подъячего Ивана Кононова, описывавших Шелонскую пятину в 1628 г., 2) Григория Бешенцова, Дмитрия Башмакова и Алексея Жеребцова, 1645–46 г.; 3) Федора Нащокина и подъячего Михаила Колуженинова, в 1676, 77 и 78 году. 4) Ивана Семеновича Мяки-нина и подъячего Семена Щеголева в 1685 и 86 г. С следующим мнением автора мы решительно не согласны: «После Царя Михаила Феодоровича до 1678 года Новгородская пятины не были описываемы по существовавшему прежде порядку. Хотя при Царе Алексие Михайловиче в 1646 году отправлены были в Московской уезд и во все города стольники и дворяне, переписать в городах на посадах посадских и всяких жилецких людей, а в уездах крестьянские и бобыльские дворы и в них людей по именам, с означением отцов и прозвищ, но эта мера была принята только для отыскания беглых крестьян и дворовых людей и для разрешения, на будущее время, исков об них». Из этих слов автора видно, что старинный порядок ведения писцовых книг он считает только до царствования Алексея Михайловича, а с воцарением его порядок этот он [146] полагает вовсе уничтоженным, не только по Новгородской области, но и по всему государству. Между тем мы сейчас назвали нескольких писцов времен Алексея Михайловича, кроме того у нас в руках теперь подлинная писцовая книга Чарондского округа 1670 г. письма и меры стольника Никифора Толочанова и подъячего Лариона Беликова. Описание этой книги мы сделаем ниже, также как и извлечения из нее, а теперь представляем ее предисловие: «лета 7178 по указу Великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержца и по наказу из приказу Устюжские чети за приписью дьяка Семена Карево писцы стольник Никифор Матвеевич Толочанов да подъячей Ларион Беликов писали и мерили Чаронду посад и весь Чаранской уезд Великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича всея Великия и Малыя и Белыя России Самодержца волости и улусцы, а в волостех и в улусцах на погостех церкви, и в церквах образа и книги, и ризы, и всякое церковное строенье, и деньги, и починки живущие, и в них дворы крестьянские и бобыльские, живущие и пустые, и деревни и починки пустые, и пустоши, и селища, и займища, и сенные покосы, пожни, и мельницы, и рыбные ловли, и всякие оброчные угодья. А что в которой волости и в улусце всяких угодей, и то писано в сих писцовых книгах подлинно».

Во II главе, при изложении происхождения разделения Новгородской области на пятины, автор, отвергая предположения исследователей отечественных древностей, приписывавшие этому разделению глубокую древность, признает справедливым мнение Ходаковского, считавшего такое разделение Новгородской области Московским установлением конца XV века. Сомнения этому мнению автора уже высказаны в письме г. Бередникова к редактору Известий II Отд. л. 20 т. II. Справедливость требует, впрочем, заметить, что истина пока на стороне г. Неволина; по крайней мере нельзя опровергнуть его мнения ни местными документами, ни известными до сих пор историческими и юридическими актами, хотя несколько и странным кажется, что от такого важного административного учреждения, каким по истине является разделение обширной области на части и порядок ведения писцовых книг, не осталось никаких письменных памятников, дукументов или, по малой мере, летописного указания.

В III главе рассмотрено автором происхождение и географическое и правительственное значение разделения Новгородской области на [147] погосты. Здесь автор превосходно описывает историю происхождения погостов, обозревает все существовавшие до сих пор мнения ученых о первоначальном и последующем значении слова погост в отношениях филологическом, географическом и правительственном. Окончательный вывод автора относительно слова погост есть тот, что первоначально, в языческом мире, погост был местом общественного богослужения, куда стекались обитатели окрестных селений, как для совершения религиозных обрядов, так и для пиршеств и игр в честь усопших; здесь же, при стечении народонаселения, могли происходить и торги; — словом, много могло быть причин, побуждавших окрестных жителей собираться в одно общее место и погостить там некоторое время. С введением христианства языческие мольбища освятились устроением на них монастырей и храмов истинного Бога; общественные и религиозные отношения жителей чрез то были только преобразованы, но не уничтожены вовсе. С развитием гражданственности они получили еще более тесную связь и важность. Таким образом, по объяснению автора, во всех известных значениях слова погост является понятие места богослужебного. С своей стороны мы можем отчасти подтвердить это мнение г. Неволина преданием, которое говорить, что там, где ныне село Волотово, было языческое мольбище в честь Волоса; здесь же находится и курган, именуемый могилою Гостомысла; впоследствии тут был устроен монастырь и было главное селение погоста. Хотя на место Перунова капища в Новгороде предание тоже указываете; но так как находилось оно очень близко к черте города, то здесь и не было погоста в гражданском смысле; однакож, был сооружен монастырь, и в народе слывет это место и доныне погостом.

В IV главе описывается разделение Новгородской области на уезды, или присуды, и станы, и отношение этого разделения к делению на пятины и погосты. Несмотря на недостаток бывших у автора материалов для точнейшего размещения погостов по уездам и станам, он, однакож, приурочил значительное число их к уездам; но разделение области на станы, состоявшие из нескольких погостов под управлением казенного прикащика, не сделано автором по неимению необходимых для того материалов. Вообще разделение Новгородской области на уезды и станы требует новых изысканий и составления особой карты, потому что оно имело, как кажется, важное административное значение в прежнее время.

На стр. 117 вычислены автором обязанности волостелей или [148] прикащиков; мы дополним его слова следующим документом, найденным нами в Консистории: «от Царя и Великого Князя Михаила Феодоровича всея Русии в Новгородский уезд в Устрецкие волости Князю Тимофею Васильевичу Кропоткину. В нынешнем в 133 году писал еси к нам, что по нашему указу велено тебе быти в Устрецких волостях и всякия наши дела делати, и наши денежные доходы сбирая, отсылати в Новгород, и крестьян судити и расправа меж ими чинити, и от сторон и от всяких людей от обид оберегати, и в наши в Устрецкие волости крестьян позывати на льготу, которые крестьяне разошлись от Литовских и от Немецких людей, и льготы им велено давати, смотря по животом. И ты в нынешнем в 133 году Марта с 16 числа Апреля по 9 число собрал ваших денежных доходов, явочных, и куничных, и убрусных, и пошлинных, и пересуду правого десятка два рубли двадцать алтын две деньги» и т. д. (конца недостает). Отношения губного старосты к Новгородским властям видны из следующего любопытного акта, отысканного нами, в черновом списке, в Гражданской Палате, в кабальной холопьей книги: «Государю Царю и Великому Князю Борису Федоровичу всея Руси холопи твои Митька Алябьев да Вторынка Поздеев челом бьют. По твоему Государеву указу велено в Великом Новегороде служилые кабалы, которые люди бьют челом в службу к Князем и дворяном и детем боярским и всяким людем, записывать в книги, а в пятинах велено записывать губным старостам, а пошлины, Государь, с тех кабал имать на тобя, Государя, с рубля по алтыну. Да те, Государь, книги и пошлины велено присылать к тебе, к Государю, к Москве по полугоду: с сентября по март, а с марта по сентябрь. И которыя, Государь, служилые кабалы на вольных людей записывали в книги в Великом Новегороде сентября с 1-го числа 109 году марта по 1 число 109 же году, и что, Государь из Шалонские пятины из Зарусские половины губной староста Семен Ускок прислал записные кабальные ж книги на холопей прошлого 108 году, и с тех, Государь, книг списки слово в слово мы, холопи твои, за своими приписьми, и по книгам Новгородским, что записываны в великом Новегороде, пошлин десять рублей и четырнадцать алтын, да Шелонские пятины Зарусские половины пошлин одинадцать алтын, и обоего девять рублей и двадцать пять алтын, те книги и по книгам деньги послали к тебе, Государю Царю и Великому Князю Борису Федоровичу всея Руси в приказ холопья суда с Игнатьем Лазаревым марта в 23 день». [149]

Но главная часть труда г. Неволина, после карты, заключается в следующей V главе, в которой исчислены все погосты с приурочением главного селения каждого погоста к определенной местности, и обозначены определенные границы для каждой пятины. На эту главу мы намерены сделать некоторые замечания и дополнения; однакож, предварительно должны сказать несколько слов о том документе, на основании которого сделаны будут означенные дополнении. Это — подлинная приходская книга Новгородского архиерейского дома 1577 г., хранящаяся в Софийской библиотеке; рукопись эта не имеет ни начала, ни конца; счет листов не означен. С начала в ней перечислены податные недоимки, числившиеся за приходскими священниками Новгородской области; с половины же выписаны церковные оброки и подати, долженствовавшие поступать в архиерейскую казну в 1577 г. Списки составлены по пятинам; каждая пятина разделена на части, названные десятинами; напр. пятина Вотская разделялась на десятины: Корельскую, Вотскую, Ореховскую и Ладожскую. Непосредственно за наименованием пятины и десятины следуют наименования: погоста, церкви, имя священника или игумена, а потом и число следующих с него денег за подъезд, за десятину и за куницу. После того считаются, с пропусками многих погостов, другие архиерейские пошлины и доходы, как-то: великоденское яйцо, венечная подать, перехожие гривны, доходы с отдачи в наем рыбных ловель, поземных дворов и оброки с крестьянских волостей, принадлежавших Софийскому дому. Эта рукопись отыскана нами несколько лет тому назад в Софийской библиотеке в числе дефектов, и мы тогда же сделали из нее несколько выписок, относящихся преимущественно к Вотской пятине, и потому замечания паши могут касаться только этой пятины. Из настоящего документа можно видеть, между прочим, что Новгородская область, кроме известного разделения на пятины, уезды, станы и погосты, имела особое деление относительно духовного управления; самый г. Новгород, разделявшийся в отношении гражданского управления на пять концев, по духовной администрации делился на шесть поповских старост или благочиний, по числу 6 соборов,– Яковлевского, Успенского, Ивановского, Архангельского, Славского и Четыредесятского 2. — Обозначим сперва число церквей и монастырей в [150] городах Вотской пятины: 1) В Яме-городе были: монастырь Преображения Господня; церкви — Успения Божией Матери, Михаила Архангела и Николая чудотворца (у перевоза); 2) В Инан-городе: мон. Иоанновский; церкви — Рождества Богородицы, Параскевии Пятницы, Воздвижения Креста; 3) В Копорье: мон. Рождественский, церкви: Преображения Господня (соборная), Николая чудотворца, Успения Божией Матери; 4). В Орешке: мон. Николая чудотворца (на островке), церкви: Рождества Иоанна Предтеча, Преображения Господня, Рождества Богородицы; 5) В Корельском городе: мон. Николая чудотворца; церкви: Рождества Богородицы (в Кирьяге), Спаса Преображения, Воскресения Христова и Георгия 3. За тем к Вотской десятин отнесены погосты: 1) Покровский в Дятелицах, 2) Никольский в Грезне, 3) Дмитриевский в Кипене, 4) Дягилинский с ц. Рождества Богородицы, 5) Никольский в Ижере, 6) Никольский в Толдоге, в Котле, 7) Успенский Богородицкий в Вруде, 8) Замошский в Бегуницах с ц. Николая чудотворца 4, 9) Воздвиженский в Ополи, 10) Ядровский Введенский 5, 11) Егорьевский во Вздылицах, 12) Преображенский в Заречье, 13) Никольский в Ястребне, 14) Григорьевский в Илешах с ц. Николая чудотворца, 15) Ратчинский с ц. Великомученика Георгия, 16) Каргальский уезд с ц. Михаила Архангела в селе Удосли (вероятно, главное селение погоста, которого г. Неволин не определил); в Каргальском же уезде, в выставке Сойкины горы, ц. Николая чудотворца; 17) Никольской на р. Суйде; 18) Покровский в Озерицах; 19) Преображенский у Орлина озера; 20) Ижерский уезд с селами, о которых г. Неволин не упоминает: 1) выставка Пол с ц. Воскресения Христова, 2) выставка Лисина с ц. Успения Богородицы, 3) Велеево, поместье Черговых с ц. Успения Божией Матери, 4) выставка в поместье Креневых, на Славянке реке, с ц. Михаила Архангела, 5) Озыкино, поместье Супоневых, с ц. Николая чудотворца; 20) Тигодский, Кривинской волости, в выставке Пустынке ц. Параскевии Пятницы. [151]

В десятине Ореховской, кроме Орешка города, были следующие погосты: 1) Келтушский Ильинский; 2) Карбосельский Воздвиженский; 3) Ивановской в Ковуйше с соборною цер. Иоанна Предтечи; 4) Богородицкого уезда на Неве реке в выставке Дубровне д. Покрова Богородицы; 5) Преображенский уезд, выставка Пречистенская на Немецком рубеже, на реке Охте, ц. Архангела Михаила; в Преображенском же была церковь на Неве реке Спаса Преображения; 6) Егорьевский в Лопи; в Егорьевском Лопском погосте в выставке Черной была цер. Николая чудотворца.

В десятине Корельской, кроме города Корелы, были погосты: 1) Никольский в Сердоболи; 2) Сакульский Архангельский в Ване; 3) Воскресенский в Соломани; 4) В Задней Кореле, в Иломанском уезде, в выставке на р. Кликсе у Веженского озера ц. Успения Божией Матери; 5) В Задней же Кореле, в Иломанском уезде, у Колминского наволока, при Лешай-озере, в выставке Ребелы, ц. Рождества Богородицы; 6) В Задней Кореле, в Сердобольском погосте, в выставке Осос, ц. Ильи пророка; 7) В Задней Кореле, в Сердобольском уезде, в выставке Шюстеме, ц. Николая чудотворца; 8) В Задней же Кореле, в Соломанце, ц. Ильи пророка; 9) В Корельском присуде, в Иванском волочке, ц. Николая чудотворца.

Остальные, не поименованные здесь, погосты Вотской пятины составляли особую десятину Ладожскую, нами не выписанную.

Мы обратили особое внимание на Вотскую пятину еще и потому, что этот край Новгородской области имеет важный интерес для ученых, и уже служил неоднократно предметом ученых исследований, как наприм. гг. Шефена, Кеппена, Грота, Буткова и др. Наша северная столица с ее окрестными местами, и Финляндия есть древнее, исконное владение Русских, и только временно были присвоены Шведами. Представляем еще несколько замечаний на погосты Бежецкой пятины из имеющихся у нас материалов. Не упомянуты г. Неволиным в этой пятине следующие местности: 1) Ровно с ц. Преображения Господня, 2) Видимер с ц. Николая чудотворца, 3) Воля с цер. Рождества Иоанна Предтечи, 4) Студенецкая слободка с ц. Преображения Господня. Топальский погост с ц. Рождества Богородицы в документе 1577 г. назван старым; в Топальском уезде означена выставка Загородье с ц. Дмитрия. Погост Троицкий во Млеве с волосткой Кирилова монастыря, Тубасовым озером (цер. Николая чудотворца) приписаны г. Неволиным к Деревской пятине, между тем как в нашем документе значатся они в пятине [152] Бежецкой, что и естественнее, ибо они находились на правом берегу р. Мсты, составлявшей естественную границу между пятинами — Бежецкой и Деревской. Эта особенность причисления одного и того же погоста к разным пятинам замечена, впрочем, автором; причина же тому не обозначена; но, кажется, что пограничные погосты причислялись то к одной, то к другой пятине, вследствие административных распоряжений, временно.

__________________________________

Вот немногие наши замечания на превосходный труд г. Неволина, положивший прочное основание, можно сказать, для новой еще у нас науки, Исторической Географии. Да не посетует на нас читатель за мелочность и неважность сделанных нами заметок: в науке точной, фактической, какою должна быть География, нельзя пренебрегать и ими. Настоящее исследование г. Неволина, впрочем, далеко еще не исчерпывает всего богатого содержания древних писцовых книг Новгородской области. Историческая Статистика также ждет для себя трудолюбивого труженика, который бы извлек из них все необходимые для ней данные, и пустил бы их во всеобщее обращение. Мы уверены, что результаты, добытые этим путем, были бы в высшей степени любопытны и важны. Только тогда и исчезнуть у нас сбивчивые и разноречивые толки, предположения и догадки о степени населенности даже важнейших городов древней Руси. Найдется ли по настоящее время хоть одно близкое к истине указание о населении, напр., древнего Новгорода? Сомневаемся. Иные полагают число его жителей, в цветущую эпоху, по малой мере в 500,000; другие же ограничивают это число 10,000 и даже менее. Разница, как видите, самая ничтожная: в 50 крат. А между тем население древнего Новгорода может быть определено почти столь же близко к истине, как определяется оно и для нынешних городов: материал для этого уцелел — писцовая книга г. Новгорода 1582 г. хранится в библиотеке Академии Наук; из нее вы узнаете не только число монастырей, церквей, улиц, общественных и частных домов, но даже имя каждого постоянного городского обитателя; сколько ему лет, сколько у него детей; узнаете его занятия, лежавшие на нем повинности и пр. Мало того, для неверующих в важность писцовых книг, для живущих одним настоящим и не заглядывающих в прошедшее, скажем, мимоходом, что мы принимаемся теперь за старое, давно обдуманное и решенное нашими предками: нынешние кадастровые [153] коммиссии, имеющие своим предметом точное описание производительных сил земли с целию новой раскладки и уравнения податей, есть наше древнее писцовое учреждение, оставленное нам Петром Великим и вновь ожившее в нынешнее достославное царствование. Конечно теперешние Коммиссии во многом разнятся от прежних и, вспомоществуемые наукою, принесут более важные результаты для народного богатства и правительства, тем не менее, однакож, главное основание тех и других одинаково. Руководствуясь этими причинами важности для науки древних писцовых книг и вызываемые ученым автором рассмотренного нами сочинения к обнародованию описаний и извлечений из уцелевших памятников этого рода чрез журналы (стр. 32), мы решаемся представить теперь же на страницах Москвитянина такое извлечение из подлинной писцовой книги Чаронского округа 1670 года, как материал для будущих исследований. Книга это хранится в Новгородской Казенной Палате; писана в лист; 16 первых листов не нумерованы за тем следует вышеприведенное предисловие.

Со 2 листа начинается оглавление:

ГЛАВЫ КНИГИ СЕЯ:

1) Чаронда посад.

2) Спасский монастырь на Воже-озере.

ЧАРОНСКИЙ УЕЗД, ЧАРОНСКИЕ ВКРУГИ ВОЛОСТИ:

3) Волость Коротецкая.

4) Волость Шалга Бодунова.

5) Волость Колнобой.

6) Шалга Захарьина, Кемская тож.

ПРЕЧЕСТЕНСКИЙ ПРИХОД.

7) Тоеж волости Никольский приход.

ВОЛОСТЬ ВЕЩЕОЗЕРСКАЯ, ЧЕТЫРЕ ПРИХОДЫ.

8) Рожественский приход.

9) Петровский приход.

10) Пречестенский приход.

11) Воскресенский приход.

12) Волость Печенская.

13) Улусец Солза. [154]

14) Волость Полченская.

15) Волость Чепца.

16) Волость Кирюга, Инярьнема и Волохтома.

17) Волость Свидь.

18) Волость Бор.

19) Волость Хотеновская.

20) Волость Шалга Большая.

21) Волость Шилда.

22) Улусец Тордокса.

23) Волость Ковжа Верхняя.

24) Волость Родковская.

ВВЕДЕНСКИЙ ПРИХОД.

25) Тоеж волости Троицкий приход.

26) Волость Кленово.

27) Волость Тавенга.

28) Волость Тигина слобода.

29) Тигиныж слободы улусел Чюжга.

30) Волость Падчевар.

31) Слободка Митрополичья на Долгом озере.

32) Волость Вожга.

33) Волость Липник.

34) Волость Каликино.

35) Волость Пунема.

С нумерованного листа идут собственноручные чрез всю скрепы: 1) К сем писцовым книгам писец стольник Никифор Толочанов руку приложил; 2) К сем Чаронским писцовым книгам подъячей Ларион Беликов руку приложил.

Далее два листа порожних, что означено и на подлиннике. Всех нумерованных листов книге 850; за тем до конца книги осталось пустых, ненумерованных, 20 листов, из которых на первом написано: «означенная крепость хранилась в архиве бывшей главной Дворцовой Канцелярии конторы, и в силу Имянного Высочайшего Ее Императорского Величества, данного Придворной Ее Императорского Величества Конторе, прошлого 1786 года ноября 2 дня, о упразднении Дворцовой Канцелярии с ее конторою указа отправлена оной Придворной конторы из Московской экспедиции при сообщении с надлежащею оной описью в Новгородское Наместническое Правление августа 27 дня 1790 года». Подпись: Надворный советник Борис Безобразов; регистратор Дмитрий Мухин. [155]

Представляю извлечение из этой книги.

Л. 6. Чаронда посад у Вож озера, а на посаде церковь Иоанна Златоуста древянная, верх шатровой. А в ней двери царские со святители, и дверь и столицы писаны на празелени. Да местных образов на правом стороне царских дверей: образ Пречистыя Богородицы Одигитрия, в киоте, обложен серебром басемным, венцы серебряные ж басемные, с каменьем; три гривны басемные ж; у Пречистые Богородицы коруна басемная, у Спасова образа коруна сканная с каменьем и с жемчуги. Да прикладу у Спасова образа: ожерелье низанное, жемчужное, в шахмат, три пугвицы; жемчуги с корольки; гривна басемная; да в панагии образ Знамения Пречистой Богородицы, резной, в серебре; два креста серебрянных да два золотых червонных и т. д. описываются по порядку образа, облачение и прочее церковное имущество. Выписываем книги: да в церквиж книг печатных: Апостол, Псалтырь учительная в полдесть; Служебник старой; Потребник большой, старой печати 133 года; Устав большой, печати 142 году, две Триоди — Постная и Цветная, два Октая на осмь гласов; Канонник большой в полдесть; Часовник ветх; да Четьих книг; Евангелие толковое и недельное и на праздники; Пролог на весь год в дву книгах; книга Ефрема Сирина в десть; служба и житье Николы чудотворца мелкой печати. Да в тетратех: служба и канон Положение Ризы Спасовы, в полдесть; служба и канон трех святителей Московских, в десть; да шесть Миней месячных печатных, месяцы: сентябрь, декабрь, генварь, март, июнь, июль. Да письменных книг: Евангелие толковое, в десть; половина Пролога с марта месяца, в десть; Златоуст, в полдесть; да Миней месячных, месяцы: октябрь, ноябрь, февраль, март, апрель — в одной книге; май, августа, — писаны в десть, Миней же месячных письменных, опричь прежних, двунадцати мсяцев, пять книг; да Шестоднев в десть же; Трефолой, Охтай; да в пяти книгах в соборниках службы и жития святых; служба и житие Иоанна Златоуста; служба и житие Зосимы и Соватия Соловецких чудотворцев,– все в полдесть; да в тетратех Потребник письменной старой.

Л. 9. На обороте. Да на погосте ж другая церковь Николая чудотворца клетчатая, с трапезою и т. д.

При исчислении церковного имущества сказано между прочим: «да по сказке прихожан была де чаша серебряная кутейнаяж, данье [156] воеводы Андрея Просовецкого, и ту де чашу потеряли поп с пономарем».

Л. 11. На об. описываются дворы церковников.

Л. 12. Да на посаде ж изба съезжая, да двор приказного человека, а на дворе хором: две горницы на подклетех, да мыльнишко, да поварня, да ледник, да конюшня, да анбар хлебной; около двора забор в столбах, — все мирское строенье всее Чаронския округи крестьян. Да на том же дворе построил вновь воевода Петр Толстов, хором горницу с комнатою на подклете, и те хоромы он Петр отдал вкладом на Чаронде к церквам Иоанна Златоуста и Николая чудотворца. Да на Чаронде ж посаде двор тюремной, строенье мирское, а поставлен тот тюремной двор на кабацком месте. На Чаронде ж на посаде двор Земской всее Чаронские округи, ставятся на нем начальные люди, для приезду, на время.

С л. 12–24. Описываются крестьянские тяглые дворы и земли. Всего тяглых черных крестьянских дворов 38; людей муж. пола 133 ч. Бобыльских дворов — 14, людей в них 37, кроме того два места пустых, что были бобыльские, кои смыло водою и занесло песком и каменьем из Воже-озера. Пашни пахатные и перелогу и с тем что прибыло из лесные поросли 66 четей в поле, а в дву потомуж. Сена ставится 305 копен. Лесу болота в длину на 10 верст, поперег на 5 верст, инде и больше. В живущем 4 выти без трети выти. А Государевых денежных доходов с живущих вытей — оброку по рублю с выти, и того 3 рубли 22 алтына 2 денги; пошлин с рубля 2 алтына, и того 7 алт. 2 д.; ямских и приметных с выти по 27 ал. 4 1/2 (полпяты) ден. на год, — и того 3 руб. 1 ал. 4 1/2 д. Полоняничных с выти по 2 ал. по 5 ден. на год, – и того 10 алт. 1/2 д. С бобыльских 14 дворов, да с 3 мест дворовых оброку с двора и с места по 3 ал. 2 д. на год,– и того 1 р. 23 ал. 2 д. С Воже-озера и с рек Свиди, Свожги и с иных, которые в Воже-озеро и из Воже-озера падут, рыбного оброку 2 р. 14 ал. 3 д., а платят тот рыбный оброк Чарондцы пашенные крестьяне и бобыли вместе, верстая вся меж себя по ловлям. — А всего с посаду денежных доходов — 11 руб. 12 ал. 4 д.

Л. 25. А по приправочным книгам письма и меры Алексея Зубова да подъячего Михаила Неверова 132 году на Чаронде было: тяглых 27 дворов, людей в них с братиею и с детьми и с племянники а с захребетники 22 человека, да избенка бедных нищих [157] вдов, да 6 дворовых мест, пашни пахатные середней земли 37 четей с третником; пашни перелогом и лесом поросло 51 четверть без трети. Государевых денежных доходов получалось: с живущих вытей оброку 5 руб. 6 ал. 1 1/2 д. по рублю с выти; пошлин 10 ал. 2 д. по 2 алтына с рубля; ямских и приметных денег 4 р. 10 ал. 4 д. по 27 ал. 4 1/2 л. с выти, полоняничных 14 ал. 4 д. по 2 ал. 5 д. с выти. С бобыльских с 17 дворов да с 6 дворовых мест, исключая двух нищих вдов, оброку 2 р. 10 ал., с места и с двора по гривне. А с нищих вдов, за бедность их, оброк не положен. С рыбных ловель оброку 2 р. 14 ал. 3 д. С пустых земель с чети и с пол-пол-чети выти оброку 10 ал. 2 1/2 д.

А всего с посаду в 1624 г. денежных доходов было — 15 р. 10 ал. 1 д.

Но твой описи убыло земли против приправочных книг 132 году 22 чети, потому убыло, что от посадских поль Вож-озером пашню отмывает водою и заносить песком и каменьем ежегод. А опричь тое, иные лесные поросли по пашне никакие около посада поль не сыскано, что все болотные и моховые места. В живущем убыло 1 1/2, выти, потому убыло, что в прежних писцовых книгах на Чаронде пашня и перелог и лвсная поросль написано было середнею землею, на выть по 16 четей, а ныне по указу Великого Государя Алексея Михайловича и по докладным выпискам за пометою дьяка Аврама Кощеева Чаронские округи во всех волостях положена худою землею, по 18 четен на выть пашни: и потому вытного тягла и с выти денежных доходов убыло 3 р. 30 ал. 5 д. Да Чаронские округи окружским старостам со всее Чаронские округи с площадного письма откупу платить по рублю на год.

Л. 28. Да на Воже-озере, от посаду в семи верстах, на острову, монастырь Всемилостивого Спаса нашего Иисуса Христа, а в прежних писцовых книгах Алексея Зубова да подъячего Михаила Неверова 132 году тот монастырь не писан.

А в монастыре церковь Нерукотворенного Образа Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, сгорела в прошлом в 178 году. А другая церковь Успения Божией Матери, с трапезою теплая, клетчатая; а в ней двери царские со святители, и сень и столпцы писаны на празелени. По правую сторону царских дверей образа местные: образ Успения Пречистыя и т. д. [158]

Л. 36. Волость Коротецкая. А в ней погост, а па погосте церковь святого славного пророка Илии, шатровая, древянная, крестообразная, о двунадцати стенах. Да в ней придел Архистратига Михаила несвящен. А в церкви двери царские и т. д.

Л. 37. На об. Да на погостеж другая церковь Николая чудотворца, древянная, теплая, клетчатая, с трапезою и т. д. Во всех поименнованных церквах служебные сосуды и подсвечники деревянные.

Л. 39. В Коротецкой волости Великого Государя пристань судовая на реке на Ухтоме, ниже деревни Олютинской и ниже устья речки Давыдовки, в луговом месте где обошла река Ухтома около того места лукою, не много не кругом. А на той пристани часовня великомученицы Парасковии нарицаемой Пятницы, а в часовне образов нет.

Да на той пристани изба таможенная с сеньми, где сбирают на Великого Государя на веру таможенные и анбарные пошлины верные целовальники окружские крестьяне погодно. Да старая изба таможенная, гнила и без верху, да клетишка ветха вся. Да у р. Ухтомы баня для приезжих людей. Да на пристаниж на берегу р. Ухтомы Великого Государя анбар, что кладут проезжие торговые люди соль и хлеб и всякие товары. Да другой анбар, что поставил без указу Великого Государя Коротецкие волости Ильинский поп Прокофей Леонтьев, и тот анбар отписан на Великого Государя.

Далее перечисляются старые анбарные места Государевы, Кирилова монастыря и пр.

На 43 листе на об. выписана замечательная челобитная: «октября в 18 день на описи и мере, как описываны и меряны на р. на Ухтоме Великого Государя судовая пристань и Давыдов наволок и Кириловская пожня и сенные покосы били челом Великому Государю Чаронского посаду и Чаронские округи Земской окружской староста Никифорко Тимофеев и во всех волостных старост и крестьян место, а писцом стольнику Никифору Матвеевичу Толочанову да подъячему Лариону Беликову Коротецкие волости староста Мишка Власов и иных волостей старосты и крестьяне подали челобитную за руками, а в челобитной их написано: в Чаронской де округе, в Коротецкой волости искони вечно судовая пристань на Ухтоме реке, из поморских городов приезд судовой и приход соляной изо всех усолей, и сухим путем к морю изо всех городов Московского государства к той судовой пристани приезжают и приставают, и на той пристани искони веку Великого Государя таможенная [159] пошлина сбиралась по уставным грамотам, и таможенной двор и таможня и многие товарные анбары по той пристани подле Ухтомы реки стояли, больши ста анбаров, и для промыслов на той же пристани стояли промышленных людей дворы до раззоренных лет» и пр. Смысл челобитной тот, что Кирилова монастыря служка Ивашка Ржевский в 167 (1659) г., надеясь на свое богатство и мочь, купив для монастыря две пожни, завладел казенною землею и анбарными местами.

Л. 52. Коротецкие волости деревни черные: деревня Сорокино болото на озерке Сорокинском, и в ней крестьян и т. д.

Таким же образом описаны и все прочие вышепоименованные волости. Не желая утомлять читателя подробным перечислением всех деревень Чарондского округа, представляем общие статистические выводы по всему округу.

Л. 843. Всего в Чаронской округе: посад, да монастырь на Воже-озере на острову, да 3 волости да 2 улусца. А на посаде и в волостях 33 погоста да 1 пустыня; а на погостах 56 церквей, да церковь и место церковное пусты, да к погостом же 26 деревень с третью, да два жеребья деревень церковных. Да на погостах и в деревнях 30 дворов поповых, да попово ж место дворовое пусто; да 3 кельи дьячковых, да 9 келей пономаревых, да 28 келей просвирницыных, да 3 кельи трапезниковых, да 49 келей нищих.

Л. тот же на об. Чаронские ж округи во всех волостях, опричь Мунской и Роксонской волостей, что отписаны к Белу-озеру, и 9 деревень, что отписаны к Крестному монастырю, тяглых черных 486 деревень без трети, да деревня без жеребья жилых, да 3 деревни пусты, да 167 1/2 пустошей. Да на посаде ж и в уезде в жилых деревнях 2275 дворов крестьянских, да 21 двор бобыльской. Людей в них с братьею, и с детьми, и с племянники, и с подсоседники и с захребетники 8054 человека; да нововыводных с братиею и с детьми 70 человек; да пашенных же крестьян в мир сбрели от хлебной скудости 308 человек. Да 281 двор, да 8 мест дворовых крестьянских пустых. Пашни пахатные и перелогу и лесом поросло худые земли 12,668 четей с полуосминою и пол-пол-четверика в поле, а в дву потому ж. Сена ставится 16,803 1/2 копны. Лесу пашеннаго и непашеннаго болота 3,714 десятин и пол-пол-третьи десятины. Лесу ж поверстного во всей округе в разных местех в длину на 270 1/2 верст, а поперег на 160 верст, инде больши, инде меньши. В живущем 285 вытей без [160] полутретьи и пол-пол-чети и пол-пол-пол-чеги выти. В пусте 382 выти е полувытью.

А Великого Государя денежных доходов с живущих с тяглых вытей, опричь льготных, оброку и пошлин денег 969 рублев 31 алтын. Всего со льготных вытей, как выдут изо льготы, 63 руб. 23 ал. 1 д., да с плащадного письма откупу рубль; да с монастырских сенных покосов и с пустоши оброку рубль 5 ал. 4 д. И обоего всяких Великого Государя денежных доходов с живущих с тяглых и со льготных вытей оброку и пошлин и ямских и проч. 1035 р. 26 ал. 3 д.

Да в Баронской же округе в Колнобойской волости в трех деревнях во шти дворех сокольих помочников 6 человек, а детей у них 10 человек. И по указу Великого Государя из приказу Его Великого Государя тайных дел и по памяти из Конюшенного приказу за приписью дьяка Фомы Никифорова и по грамоте Великого Государя из приказу Устюжские чети за приписью дьяка Александра Анисимова 174 году велено тем сокольим помочником за то тягло платить соколами, по 7 соколов на год, до указу Великого Государя.

По писцовым книгам 1624 г. в Чарондской округе было тяглых жилых деревень 428, дворов крестьянских 1,756 и бобыльских 21 дв., людей 2,460 чел.; пашни пахатной средней земли 3,763 чети; пашни пахатной и перелогу худой земли 12,640 четей; сена ставилось 12,000 копен; лесу пашенного и непашенного 1736 десятин; лесу и болота поверстного вдоль на 271 версту, поперег на 150 верст. Всяких денежных доходов было 1,175 руб. 27 ал. 1 д.

Лист 850. А Великого Государя всяких денежных доходов убыло 140 руб. 4 деньги, потому из живущего вытного убыло в пусто пашенных и переложных земель, что Чаронские округи крестьяне, после провожу головы Московских стрельцов Григорья Остафьева со 174 году, тяглые свои земли из жила пометали в пусто, и тем своим пустым землям подали за руками росписи, и те их пустые земли и ныне лежат в пусте ж, и написаны за ними на оброке; а в иных во многих деревнях земли в меру недостало и потому вытному: в живущем и в пусте и денежных доходов убыль учинилась. А что в прежних писцовых книгах 132 году написано было пашенных лесных порослей на посад и в волостях во многих деревнях ветного в пусте на урочном оброке много, и тех лесных порослей во многих волостях не сыскалось, и оттого [161] четвертные пашни учинился недомер и вытному пустому убыль, потому что облегли около посаду и волостей мхи и болота мокрыя, не пашенные места и леса черные возле большего Воже-озера и иных озер и рек и малых речек. А стоит та Чаронская округа около Воже-озера по самым топлым, худым местам, меж мхами и болотами, по островам, и добрые и середния земли нет: земля вся худая и безугодная и хлеб всякой мало родится 6.

И. КУПРИЯНОВ.

Новгород.


Комментарии.

1. Нисколько не оскорбляя скромности почтенного редактора Москвитянина, мы должны сказать, что и он оказал существенную заслугу Исторической Географии, составив подробный список городов и исторически-замечательных местностей древней России и разместив их по княжествам. Этот свод предположений и указаний разных авторов, будучи дополнен примечаниями гг. Надеждина и Неволина, напечатан первоначально в Жур. М. В. Д., 1848 г., т. XXIII, а потом вошел в IV том Исследований г. Погодина.

2. Замечательно, что староста поповской священствовал не при соборе, а имел свой приход; напр. в 1577 г. старостой Яковлевского собора был священник Георгиевской церкви с Борковой улицы, Успенского священник Пятницкой церкви и т. д.

3. Город Ладога со своею десятиною по Волхову нами не выписан из документа.

4. К этому же погосту приписано было село Гласковичи с ц. Великомученика Георгия; стало быть митр. Евгений справедливо назвал этот погост Никольским-Замошским.

5. У г. Неволина этого погоста не означено. Не есть ли это Дудоровский Введенский?

6. Одно из немногих удовольствий журналиста в наше неблагоприятное для тихих занятий время представлять на литературное поприще молодых делателей, давать им ход. — Москвитянин гордится уже многими именами таких деятелей. К числу их принадлежит г. Куприянов, которому недостает только средств. Пожелаем ему твердости и постоянства, и успех непременно вознаградит, рано или поздно, его труды. — М. П.

Текст воспроизведен по изданию: Критика и библиография // Москвитянин, № 8. 1854

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.