Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

«ТИПОВОЙ» НАКАЗ ПРИКАЗЧИКУ ДВОРЦОВЫХ СЕЛ ЭПОХИ АЛЕКСЕЯ МИХАЙЛОВИЧА

Наказы и инструкции вотчинным управителям являются важными источниками для изучения истории земледелия, вотчинного хозяйства и общины в России XVII-XVIII вв. 1 Однако в большей части существующих исследований использовались документы XVIII в., что обусловлено степенью сохранности поместно-вотчинных архивов в целом.

Документы дворцового ведомства в этом смысле не составляют исключения. А. И. Заозерский констатировал, что «ни одного наказа в делах Тайного приказа не сохранилось», а в двух известных ему наказных памятях Приказа Большого дворца «подробнейшим образом регламентируются судебные и фискальные функции приказчика и почти нет речи о хозяйственных" 2. [400] Е. И. Индова, изучавшая дворцовое хозяйство XVIII в., считала, что «первая известная исследователям инструкция приказчикам дворцовых волостей датируется 1704 г.», ссылаясь при этом на опубликованную И. Ф. Петровской наказную память приказчику ростовского села Вощажниково стряпчему Хлебного дворца Дементию Боранцеву (14 мая 1703 г.) 3. Однако от внимания исследователей ускользнули публикуемые ниже документы из рукописных фондов Государственного Исторического музея.

Сборник, хранящийся в собрании А. С. Уварова в Отделе рукописей 4, состоит из двух частей. Первая часть (л. 1-29 об.) представляет собой копию наказа, адресованного стряпчему Сытного дворца Григорию Новокщенову и подключникам Ивану Тютчеву 5 и Илье Возницыну, направляемым 1 марта 1664 г. в дворцовое село Великое в Ростовском уезде 6. Копии двух документов, датированных 30 сентября 1701 г., – наказной памяти приказчику дворцового села Вощажниково, также в Ростовском уезде 7, стряпчему Хлебного дворца Алексею Маркову и послушной памяти «старостам и целовальникам и всем крестьяном» в то же село – составили вторую часть рукописи (л. 30-49).

Рукопись в 4° (15,2 х 19,4). Бумага имеет расстояние между понтюзо 26 мм, между вержерами-1 мм. Водяной знак «Герб Амстердама»: в первой части рукописи – абсолютно аналогичный воспроизведенному в каталоге Т. В.Диановой за № 369 (1701 и 1702 гг.); во второй – подобный № 360 то го же издания – с литерами PIOLY (1697-1707 гг.) 8.

Части рукописи написаны двумя разными писцами, разными чернилами (во второй части они – более темные). При выполнении копии наказа 1664 г., по-видимому, была предпринята попытка имитации графики письма и воспроизведения расположения текста протографа (показательно первое слово, выполненное вязью), что, впрочем, не исключает возможного влияния определенных навыков письма самого переписчика, в том числе обусловленных, например, его возрастом. Скоропись второй части более характерная для начала XVIII в. Копия выполнена менее тщательно – отмечается колебание числа строк на странице, почерк этого переписчика слегка небрежный. Если единственное исправление в первой части рукописи (л. 19) выполнено по смытому тексту, то во второй – правка наносится поверх прежней записи (л. 33, 46, 46 об.). Все исправления в текстах сделаны теми же почерками и чернилами, т.е. принадлежат писцу соответствующей части рукописи. Имена писцов неизвестны. [401]

На нижнем поле первого листа наказа 1664 г. помета тем же почерком и чернилами, что и текст второй части рукописи: «И с вышеписанного со 172-го по 708 год 44 года» 9. Таким образом, по совокупности признаков следует датировать рукопись началом XVIII в. Принимаем 1708 г. как условную верхнюю границу создания обеих частей сборника, позднее которой они возникнуть не могли.

Переплет кожаный, с тиснением (XVIII в.), срезан с досок и наклеен на картон (там, где он отклеился, видны буквы печатного полуустава); поновлен в XIX в. (корешок и обклейка поверх кожи цветной бумагой). Первоначально переплет завязывался на две пары шнурков, сохранилась одна.

Рукопись состоит из семи тетрадей, в основном по 8 листов, исключение – тетради, содержащие заключительные фрагменты текстов обеих частей сборника, где несколько листов срезаны. Листы с текстом имеют общую сплошную пагинацию арабскими цифрами чернилами в верхнем правом углу. В нижнем правом углу на л. 49 помета чернилами почерком XIX в. – «49 листов». Ненумерованные листы в начале и в конце сборника частью относятся к крайним тетрадям, частью подклеены к переплету.

В сборнике имеется перебивка листов, возникшая в результате перемещения второй тетради в конец первой части рукописи. Первоначальный порядок листов легко восстанавливается по смыслу и благодаря нумерации статей наказа. Отсутствие сбоя в пагинации свидетельствует, что она нанесена после перемещения тетради, однако установить, была ли допущена ошибка при изготовлении сохранившегося переплета или сборник в его нынешнем виде сформировался ранее, не представляется возможным. Рукопись имеет незначительные механические повреждения: буквы, попадающие в область повреждения бумаги жучком, легко восстанавливаются по смыслу.

На внутренней стороне переплета – печатная наклейка розового цвета с гербом и надписью «Из книг графа Алексея Уварова. № »; цифра 828 вписана от руки, соответствующий номер золотым тиснением имеется на корешке. Над наклейкой читается помета карандашом – «1549», под этим номером рукопись значится в печатном описании данного собрания 10. На верхнем поле первого из ненумерованных листов – неразборчивая владельческая помета чернилами (XIX в.), уголок с частью текста оторван. На обороте того же листа вверху карандашная помета «исх. XVII и нач. XVIII».

Вторая рукопись хранится в фонде И. Е. Забелина в Отделе письменных источников ГИМ 11. Наказная память адресована Дмитрию Васильеву сыну Федорову, посланному 11 марта 1701 г. на приказ в дворцовое село Тонинское Московского уезда 12, которое в тот момент находилось в ведомстве Преображенского приказа. Документ представляет собой подлинник: по центру внешнего бокового поля листов с текстом (л. 1-12) дважды повторена скрепа «Дьяк Яков Никонов» 13, на обороте последнего листа (л. 15 об.) имеется след несохранившейся печати. [402]

Рукопись в 1° (20,2 х 33,3). Бумага имеет расстояние между понтюзо 22 мм, между вержерами около 0,9 мм. Водяные знаки аналогичны № 93 (1699 г.) из каталога «Филиграни XVII в. по рукописным источникам ГИМ» 14, т.е. датировка по филиграни не противоречит имеющейся в тексте дате. Рукопись состоит из двух сшитых нитками тетрадей (6 и 8 листов), между которыми находится еще один неприкрепленный лист (л. 7), причем скрепа дьяка нигде не нарушена.

Текст написан одной рукой, характерной скорописью рубежа XVII-XVIII вв., имеется правка тем же почерком, в частности, в двух местах слова вписаны над строкой, в одном – в пропуск между словами со значительным уменьшением размера букв. В конце документа помета: «Справил Ивашко Алексеев». В заключительной части документа (со слов «и над осотчиками смотреть накрепко...») оттенок чернил меняется на более темный. Текст был разделен писцом на абзацы, которые сохранены в публикации. Пропуск между абзацами составляет от одной до трех строк. Плотность почерка практически не меняется (около 24 строк на странице). Увеличение этого числа до 25 или сокращение (22 и 23 строки) всегда обусловлено окончанием абзаца, таких исключений всего четыре.

Пагинация арабскими цифрами в верхнем правом углу листа нанесена черными чернилами (только текст) и карандашом (включающая и пустые листы). Документ имеет оттиски синими чернилами библиотечного штемпеля и инвентарного номера: «Библиотека Ивана Егоровича Забелина» (л. 1, 12 об., 15 об.); «№ 45926» (л. 1, 7, 15 об.). На первом листе – помета простым карандашом «№ 917», подчеркнутая карандашом синего цвета. На обороте последнего листа этот же номер подписан простым карандашом под штемпелем с инвентарным номером, здесь же имеется помета коричневым карандашом «Забелин».

Публикуемый наказ 1664 г. выделяется на фоне всех известных на сегодняшний день наказов (наказных памятей) вотчинным управителям XVII в. как формой и объемом, так и содержанием. Уникальная для наказов семнадцатого столетия форма – «по статьям» – применительно к документу, вышедшему из дворцового ведомства при Алексее Михайловиче, выглядит более чем закономерной 15. По числу статей (56) наказ превосходит многие частновладельческие и монастырские инструкции первой половины XVIII в., когда такая форма подобных документов стала обычной. В то же время статьи наказа весьма непропорциональны по объему, встречаются тематические повторы, структура документа еще довольно-таки рыхлая. Впрочем, аналогичные недостатки не помешали Соборному уложению действовать на протяжении очень длительного периода.

Источник освещает практически вес стороны деятельности дворцового приказчика. Как и в более ранних наказах Приказа Большого дворца, значительное место в рассматриваемом документе отведено судебным и [403] полицейским функциям управителя. Большое внимание составители наказа уделили его хозяйственным функциям, в частности, вопросам сохранения имеющегося фонда окультуренных угодий и трудовых ресурсов, организации сельскохозяйственного производства в целом и земледелия в особенности, контроля за соблюдением определенного уровня агротехники для получения стабильного дохода с десятинной пашни, преумножения доходов от оброчных статей, регулирования крестьянского землепользования.

При освещении учетно-фискальной и финансовой функции приказчика очень подробно рассмотрены вопросы организации уплаты собираемых в волости «государевых всяких доходов». Подробно и детально расписана, в частности, вся процедура учета и доставки в Москву хлеба с десятинной пашни. Поскольку в середине XVII в. в дворцовой деревне в сборе налогов и владельческой ренты большую роль продолжали играть традиционно избираемые из крестьян земские должностные лица, наказ предписывал приказчику контролировать выборы «в таможню и на кружечные дворы верных голов и целовальников или к иным государевым к мирским делам старост и целовальников», правильность оформления мирских приговоров-выборов и приведение новых должностных лиц к крестному целованию.

Наказ 1664 г. фиксирует крестьянскую общину в дворцовой деревне этого периода. Обычно она возникает в источнике в контексте взаимоотношений приказчика с крестьянскими выборными в ходе его многообразной деятельности, прежде всего в плане использования возможностей мирской организации для осуществления задач, возложенных на самого приказчика. Старосты и другие мирские выборные участвуют в организации всего цикла сельскохозяйственных работ на десятинной пашне. Приказчику предписывалось вместе с мирскими людьми осматривать угодья, которыми прежде владели безоброчно, для их справедливой оценки. В случае какого-то судебного иска в проведении дозора наряду с приказчиком должны были принимать участие и выборные крестьяне («дворцовым крестьяном, ково к таким делам крестьяня выберут, дву или трем человеком или сколко надобно, ездить на своих подводах»). Приказчику надлежало также «о ворах и о ябедниках и о прихожих людех и крестьянях и о беглых стрельцах и салдатех имать у выборных людей помесечно скаски».

Общинная жизнь во владельческой деревне регулировалась как установлениями землевладельцев, частью возникающими в ходе текущего управления вотчиной, частью сформулированными в виде наказов, так и обычным правом. Поэтому, наряду с прямыми упоминаниями о различных сторонах деятельности мирских выборных, в источнике имеются и косвенные свидетельства о крестьянском самоуправлении, в значительной мере существовавшем в контуре обычноправовых, традиционных отношений, которые оставались в XVII в. «главным механизмом функционирования и воспроизводства внутривотчинной жизни» 16. Например, в статье 28 констатируется существование волостных расходов, «которые бывают у крестьян оприч государевых денежных доходов».

Наказ регулирует различные сферы жизни дворцовой деревни, в том числе правовой статус различных форм землепользования данной категории крестьян 17. Информация источника о крестьянском землепользовании – как [404] надельном, так и вненадельном – достаточно ограничена, но во многих наказных памятях XVII – первой четверти XVIII в. она вообще отсутствует. Так, из опубликованных памятей XVII в. такие сведения (различной степени полноты) имеются примерно в трети документов. По мнению В. А. Александрова, изучавшего помещичьи инструкции XVIII – первой половины XIX в., «абсолютно во всех этих документах молчаливо подразумевалось право общины решать вопросы, связанные с крестьянским землепользованием» 18. Многие аспекты этой проблемы нашли лишь косвенное отражение в наказе 1664 г., надо думать, именно потому, что не входили в компетенцию вотчинного управителя. Показательно, например, что приказчику предписывается поручные на крестьян, «призываемых» им на пустые выти, отдавать в земскую избу старостам. Самостоятельные переходы и разделы – даже в рамках данного приказа – наказом запрещались. Одновременно документ констатирует возможность появления новых деревень, в том числе помимо вотчинного управителя. Приказчику надлежало: «Всех сел и приселков и деревень у старост и у лучших крестьян взять за поповыми руками сказки, после писцовых или переписных книг у них в селех или в деревнях на пустошах внов деревни поселились ли и мелниц внов что построено ль ...И новым деревням, хто именем на какове тягле сидит и давно ль поселились, и прежние прикащики с тех новоприбылых деревень указное число себе имали ль, и сколко вытей, тому прислать переписные книги» (статья 41).

Таким образом, наказ 1664 г. позволяет расширить наши представления о различных аспектах правового статуса дворцовых крестьян, изучать экономические характеристики дворцового хозяйства, уровень развития аграрных технологий, принципы организации общинного самоуправления и систему управления дворцовой вотчиной, а также другие стороны жизни конкретной волости Ростовского уезда. По целому ряду вопросов возможно сопоставление с наблюдениями А. И. Заозерского, сделанными на близких хронологически материалах дворцовых владений, находившихся в подчинении Тайного приказа 19. Закономерен вопрос о том, насколько ростовский наказ отражает ситуацию в дворцовых селах вообще, в том числе в той значительной их части, что оставалась в ведении Приказа Большого дворца.

Анализ текста позволил высказать гипотезу о том, что он был написан по определенному образцу. В пользу такого предположения говорит, например, описка в вводной части («И Григорью с товарыщи в село Красное 20 ехать, а что приехав делать, тому в сем наказе написаны ему статьи»), явно восходящая к подлиннику и скопированная в начале XVIII в., или наличие нормы высева ячменя в статье 49, в то время как ниже, в статье 54, предписано оставить на семена овес в объемах, свидетельствующих, что под эту культуру был отведен весь яровой клин 21.

Показателем того, что протограф публикуемого текста 1664 г. создавался именно как «образцовый», «типовой», предназначенный для различных владений Алексея Михайловича, как представляется, могут служить особенности распределения по тексту и частота употребления (как в [405] абсолютном, так и в относительном, в пересчете на тысячу слов, выражении) в наказе и в известных наказных памятях XVII-начала XVIII в. формулы «ему, имярек» (реже – «тебе, имярек») с именем конкретного приказчика. В наказе 1664 г. приказчик назван по имени только 7 раз, в то время как, например, в наказной памяти Воина Лукьяновича Карсакова 1631/32 г. из архива Суздальского Покровского монастыря – 24 раза, в наказе Бориса Ивановича Морозова в с. Сергач 1651 г. – 32, в дворцовом наказе Константину Михайловичу Койсарову в Сомерскую волость – 24, Дементию Боранцеву в с. Вощажниково 1703 г. – 10 22 , в публикуемых ниже наказных памятях 1701 г. в Тонинскую волость – 27 раз, в Вощажниково – 12. Соответственно, в пересчете на тысячу слов, в наказе 1664 г. всего 1,7 упоминаний, а в рассмотренных наказных памятях. – 12,0; 19,2; 11,1; 9,0; 8,9 и 5,4. Кроме того, в наказе Алексея Михайловича больше половины обращений к приказчику (4 из 7) ириходится на вводную часть и первую статью (о перемене прежнего управителя), два встречаются в статье 11 и одно – в статье 54; в наказных памятях они распределены по тексту значительно более равномерно – по 3-5 на каждые 250 слов текста в вводных и заключительных его фрагментах и по 1-3 – в основной части 23.

Внимание А. И. Заозерского в записных книгах Тайного приказа привлек документ, который был послан в июне 1665 г. мурашкинскому воеводе в связи с переходом в его ведение «новоприписного» села Гридино 24. Давыду Племянникову предписывалось: «Село Гридино с деревнями ведать во всем и государеву десятинную пашню пахать и всякие заводы заводить по государеву указу и по статьям (здесь и далее курсив мой. – Н. С.), каковы ему даны о Мурашкинской волости» 25. Таким образом, на тот момент он уже имел некие «статьи», которыми следовало руководствоваться и в данном случае. Как удалось установить, первое упоминание данного источника на страницах записных книг появляется под 17 февраля 1665 г.: «Того ж числа посланы государевы грамоты да статьи в Нижегоротцкой уезд в ево государевы села: в Лысково к Лаврентию Симанскому, а в Мурашкино к Давыду Племянникову, почему им те села ведать. Отданы государевы грамоты и статьи Лаврентьевы полковнику и голове Якову Соловцову, а Давыдовы полковнику ж и голове Авраму Лопухину» 26. На тот же документ ссылаются в записных книгах при изложении памяти от 24 июля 1665 г.: воеводе велено «быть в Мурашкине и всякие дела делать по указу великого государя и по статьям» 27. В описи дел Тайного приказа (1676 г.) упомянут «столп лысковский и мурашкинский, а в нем статьи Давыду Племянникову да Лаврентью Симанскому, как те села велено отписать на государя, и из отписных книг перечневые о всяких делех выписи, и в те села отпуски государевым грамотам 173-го году». Особо отметим [406] имевшуюся в описи помету: «В одних статьях припись государевы руки» 28.

Содержание «статей» источники не раскрывают, однако, вероятно, они были близки к тому, что позднее было кратко изложено в наказе мурашкинскому воеводе в связи с передачей ему управления с. Гридино 29. В описи 1676 г. зафиксирован «столп, сколько в Мурашкине в съезжей избе прошлых годов блаженные памяти великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича всея Русии указных грамот о всяких делех, и книг государевым всяким доходом и судных вершенных и невершенных дел и приводов и роспросных речей и явок и всяких дел переписки Давыда Племяникова 173 году» (опись 1683 г. добавляет – «за ево Давыдовою рукою») 30. С необходимой поправкой на то обстоятельство, что речь идет о первом управителе после возвращения (и связи со смертью Б. И. Морозова) с. Мурашкино и Лысково в состав дворцовых владений, фактически это результат выполнения программы, изложенной в первой статье ростовского наказа. Суть ряда документов, посылаемых лысковскому и мурашкинскому воеводам позднее, также коррелирует с публикуемым наказом. Показательны, например, грамота «с похвалою за прибылые выти ис пуста в жило», распоряжения о вненадельном землепользовании крестьян («а пустовую землю отдавать им на оброк по разсмотрению»), о продаже крестьянам соломы и ухоботья («а салому и ухоботье и мякину отдавать крестьяном против прежняго, а деньги на них имать как прибыльнее») 31.

Подобное тройное совпадение – времени, формы и содержания-позволяет предположить, что при своем назначении мурашкинский приказчик (воеводой он впервые назван в записи от 14 марта 1665 г.) получил наказ, аналогичный обнаруженному в собрании А. С. Уварова. Или, по крайней мере, некий «типовой» наказ широко использовался в текущем руководстве дворцовыми приказчиками, в том числе, вероятно, и после передачи тех или иных владений в ведомство Тайного приказа.

Как представляется, появление «типового», или «образцового», наказа было обусловлено обширностью и разбросанностью дворцовых владений, что затрудняло оперативное управление ими из Приказа Большого дворца и требовало выработки унифицированного свода правил, призванного предусмотреть всю совокупность вопросов, возникавших в деятельности приказчика. Полифункциональность органов управления дворцовыми владениями на местах предопределила объем, структуру и содержание наказа.

Вопрос об источниках, использованных при составлении наказа (его компилятивный характер сомнений не вызывает), крайне сложен вследствие состояния документальной базы, в частности, отсутствия более или менее полного комплекса документов Приказа Большого дворца, а также немногочисленности сохранившихся наказов первой половины XVII в. Бесспорно влияние Соборного уложения, более ранних наказов, вышедших из Приказа Большого дворца, где, вероятно, и создавался «типовой» наказ 32. [407]

Прослеживаются определенные параллели (возможно, не случайные, хотя влияние могло быть и опосредованным) с упомянутым выше наказом Воина Лукьяновича Карсакова в одно из сел Суздальского Покровского монастыря 33 или с наказами 1620-х годов писцам – в той их части, где речь идет о запустевших землях 34. Подробная регламентация деятельности приказчика по организации десятинной пашни – что было, безусловно, одной из важнейших его функций – в конце текста наказа 1664 г. означает в действительности наиболее позднюю по времени, но никак не по значимости, дописку в «типовой» наказ, появление которой можно рассматривать в качестве косвенного датирующего признака 35.

По-видимому, «типовой» наказ был создан в период усилившегося интереса Алексея Михайловича к вопросам дворцового хозяйства в начале 1660-х годов, одним из проявлений которого стало возникновение «хозяйственной организации» в ведомстве Тайного приказа. А. И. Заозерский считал, что она образовалась в период с мая 1662 до ноября 1664 г. 36 В этот же хронологический интервал укладывается и получение наказа ростовским приказчиком. Поскольку наказ в с. Великое уже писался по образцу, то следует условно датировать создание «типового» наказа временем несколько ранее 1 марта 1664 г. Вполне вероятным представляется непосредственное участие в его редактировании самого Алексея Михайловича 37.

А. А. Новосельский, предпринявший попытку сравнительного анализа инструкций XVIII в. и наказных памятей XVII столетия, считал, что «в наказах XVII в. нет ни расчленения на главы и статьи, ни стройности и никакой внешней обработки, что находим в инструкциях XVIII в.», и лишь реформа Петра I стала «школой, в корне изменившей дух наказа: вместо общих положений и ссылок на обычай, вместо молчаливого допущения существующей практики инструкция вносит точные и детальные указания, проникающие в жизнь вотчины и регулирующие все в подробностях» 38. Создание «типового» наказа при Алексее Михайловиче свидетельствует, что в дворцовых владениях подобные тенденции в развитии данного типа источников наметились значительно раньше. [408]

Однако с какой целью спустя почти четыре десятилетия потребовалось копирование наказа 1664 г.? Понятие «типового» наказа включает в себя не только существование некоего образца, по которому пишутся наказы в различные владения одного и того же собственника, но и факт его действия в течение длительного времени. Е. И. Индова относила опубликованную И. Ф. Петровской наказную память приказчику дворцового села Вощажниково Дементию Боранцеву (1703 г.) к разряду «типовых», «генеральных», «образцовых», поскольку, по ее наблюдениям, «в последующие годы содержание этой инструкции неоднократно повторяется. Новая «генеральная» инструкция управителям и старостам дворцовых полостей... была издана в 1724 г. и рассылалась по вотчинам в течение всего 1725 г.» 39

Сопоставление текста наказной памяти 1703 г. с аналогичным документом от 30 сентября 1701 г. приказчику того же села стряпчему Хлебного дворца Алексею Маркову из второй части рассматриваемой уваровской рукописи и наказной памятью приказчику дворцового села Тонинское в Московском уезде Дмитрию Васильеву сыну Федорову от 11 марта 1701 г. показало их бесспорную (невзирая на то, что села были подведомственны в разных приказах) близость, как структурную, так и текстологическую. Она проявляется как в последовательности изложения в тексте различных вопросов управления вотчиной, так и при сопоставлении отдельных формул этих документов, например:

1701 г. марта 11

1701 г. сентября 30

1703 г. мая 14 40

Да на великого ж государя збирать пошлины с сиадеб за куницу по гривне, за новоженнои убрус по два алтына.

Да на великого ж государя села Вощажникова со крестьян и бобылей свадеб за куницу по гривне, за новоженнои убрус по два алтына.

Да на великого ж государя збирать пошлины того села со крестьян с свадеб за куницу по гривне, за новоженнои убрус по два алтына.

А на семена оставлипать лутчего и Сухова хлеба и приказать беречь старостам и выборным крестьяном в крепких житницах, чтоб того семенного хлеба дождем и снегом не подмочило.

А на семена оставливать лутчего и Сухова хлеба и велеть беречь старостам и целовалником в крепких житницах, чтоб того семенного хлеба дождем и снегом не намочило.

А на семена оставливать лутчего и Сухова хлеба, и приказать беречь старостам и целовальником и выборным крестьяном в крепких житницах, чтоб того семенного хлеба дождем и снегом не подмочило.

В некоторых случаях можно констатировать даже большую близость тонинской наказной памяти и документа 1703 г. в с. Вощажниково, нежели двух памятей в одно дворцовое село в Ростовском уезде между собой. Так, текст со слов «А буде учнут великому государю бить челом сторонние люди...» в тонинской и вощажниковской 1703 г. памятях, бесспорно, восходит к одному источнику, а в наказной памяти 1701 г. в ростовское село подобная формула просто отсутствует. Однако аналогичный текст обнаруживается в наказе 1664 г.: [409]

1664 г. марта 1

1701 г. марта 11

1703 г. мая 14

А будет сторонние люди учнут бить челом государю на дворцовых крестьян о управе, и ему на тех крестьян, а дворцовым крестьяном на сторонних людей, которые не сходя с суда учнут бить челом встрешно, суд давать и дела вершить опричь духовных и разбойных дел.

3

А будет в которых судных или в каких сыскных делех указу учинить зачем будет немочно, и ему суда свосво списки к докладу присылать к государю к Москве в Приказ Болшого дворца за своею рукою.

А буде учнут великому государю бить челом сторонние люди Тонинскои волости с приписными на крестьян и на бобылей о управе, и тем сторонним людем Тонинскои волости на крестьян и на бобылей по розыску управу давать правдою и безволокитно. И которые Тонинскои волости крестьяня и бобыли учнут великому государю бить челом на сторонних людей встрешно, и против того их челобитья розыскивать же и указ учинить вправду. А по которым делам указ учинить немочно, и о том писать к великому государю, а отписки и дела велеть подавать в Преображенском приказе ближнему столнику Федору Юрьевичу Рамодановскому.

А буде учнут великому государю бить челом сторонние люди села Вощажникова на крестьян и бобылей о управе, и против того их челобитья того села на крестьян и бобылей управу давать. И которые того села крестьяне учнут бить челом на сторонних людей встрешно и по тому их челобитью на сторонних людей управу давать же. И про все розыскивать всякими сыски накрепко и указ чинить по указу великого государя по соборному уложенью и по новоуказньм статьям, а по которым делам указу учинить немочно, писать о том к великому государю и те дела присылать к Москве в Приказ Большого дворца, а в селе Вощажникове в приказной избе оставливать с тех дел списки за исцовою и за ответчиковой рукою впредь для спору.

В то же время московская (тонинская) наказная память содержит ряд положений, отсутствующих в ростовских документах 1701 и 1703 гг., но имеющихся в тексте наказа 1664 г. Например, показательно сопоставление статьи 12 наказа и формулы о размере пошлины с явочного питья из памяти 1701 г.; или 7, 9 и 11 статей и следующего текста наказной памяти: «А которые люди учнут бить челом великому государю о пустой пашни и о сенных покосех из денежного оброку о досмотре, и с тех имать с человека по две денги. А кто учнет бить челом великому государю спорные земли или какова угодья о дозоре, и ему угодья дозирать самому и имать на виноватом за баран по два алтына, а езду на нравом на версту по две денги, а на виноватом вдвое». И наоборот, отдельных положений наказа Алексея Михайловича, нашедших отражение в памяти 1701 г. в Вощажниково, нет в тонинском наказе (сравним, например, статью 8 и формулу ростовской наказной памяти, начинающуюся со слов «с прихожих людей, которые станут приходить...», или статью 4 и фрагмент памяти со слов «А будет села Вощажникова крестьяня и бобыли по указу великого государя ис Приказа Болшаго дворца или из Дворцового судного приказу по чьему нибуд челобитью доведетца выслать к Москве к ответу...»). При сравнении, например, разделов о десятинной пашне становится очевидна не только поразительная близость этих фрагментов во всех трех наказных памятях между собой, но и то, что они явно восходят к протографу, аналогичному ростовскому наказу 1664 г. Следовательно, целесообразно сопоставление [410] последнего и всех трех наказных памятей начала XVIII в., включая память и Тонинское 41.

Была составлена сводка параллельных фрагментов, чтобы выяснить их общее число и объем конкретных заимствований, выявить особенности распределения заимствований по содержанию и связь этих особенностей с закономерностями распределения объема заимствованных фрагментов (больший объем заимствований в одной части документа, меньший – в другой), наконец, установить соотношение заимствований и новелл.

Исследование показало, что число и объем параллельных наказу 1664 г. фрагментов в каждой из трех наказных памятей различно (меньше всего их в памяти 1703 г., самой краткой из всех, максимальное число – в тонинской). Объем отдельных заимствований колеблется значительно, как относительно прототекста, так и в абсолютном выражении. Заимствования достаточно равномерно распределены по всему тексту наказных памятей. При этом составителями памятей излагается содержание, главным образом, статей наказа Алексея Михайловича, касающихся полицейских и судебных функций приказчика, частично – хозяйственных, в том числе организации земледельческого производства на десятинной пашне.

Порядок параллельных «типовому» наказу фрагментов всех трех наказных памятей начала XVIII в. изоморфен. В наказной памяти 1703 г. он тождественен с наказом 1664 г. В первой части памятей 1701 г. он практически идентичен предложенному в протографе, однако, начиная с положений о десятинной пашне заимствования производятся из разных мест наказа. При этом внутри тематических блоков (например, внутри текста об организации десятинной пашни) порядок параллельных фрагментов сохраняется. Влияние «типового» наказа 1664 г. наглядно проявляется в делении памятей начала XVIII в. на абзацы в полном соответствии с его статьями (естественно, речь идет о той составляющей документов, в которой можно проследить текстологические параллели). Единственным исключением стало абсолютно оправданное объединение содержательно продолжающих одна другую статей 2 и 3 в московской памяти.

Наблюдаются заимствования как с сокращением текста наказа 1664 г., так и с его распространением. К первым можно отнести фрагменты о проведении дозора на спорных землях, о десятинной пашне, о явочном питье и кабаках, о ворах и разбойниках. В большинстве же случаев заимствование идет с более или менее значительным распространением текста наказа. Выявленные закономерности в распределении заимствований по содержанию, объем заимствований и характер их редактирования (распространение текста или его сокращение) обусловлены отмеченными выше особенностями содержания и структуры наказа 1664 г. и, как следствие, стремлением переработать протограф исходя из значимости рассматриваемых вопросов и логичности построения текста (с ликвидацией имевшихся повторов, объединением содержательно близких вопросов, включенных ранее в различные статьи, и пр.). [411]

В ряде случаев, повторяя тематически статьи наказа 1664 г., памяти начала XVIII в. вносят в них коррективы, отражающие изменения в законодательстве и практике управления дворцовыми землями, происшедшие после составления «типового» наказа. Так, наказная память в с. Вощажниково практически дословно воспроизводит именной указ от 21 февраля 1697 г. 42 об организации розыска. В ней отчетливо отразилось снижение роли крестьянского самоуправления в вопросах, связанных с проведением сыска на территории волости. Московская память зафиксировала усилившееся вмешательство владельческой администрации в выполнение старостами их финансовых функций: не ограничиваясь уже указанием на необходимость «по тем книгам старост и целовалников считать при крестьянех», составитель памяти подробно расписал процедуру текущего контроля за мирской организацией в процессе сбора и расходования денежных средств. Фактически не делается различий между проверкой приказчиком финансовой отчетности подьячих и мирских выборных, что отражает тенденцию постепенного включения представителей крестьянского самоуправления в вотчинную организацию управления в качестве ее низового звена.

Наказные памяти начала XVIII в. содержат параллельные фрагменты, аналоги которым вообще отсутствуют в наказе 1664 г., например:

1701 г. марта 11

1701 г. сентября 30

1703 г. мая 14

А буде по розыску и по крепостям той волости крестьяне доведутца кому отдать помещиком и вотчинником во крестьянство, и тем крестьяном ему Дмитрею отдачи не чинить, а писать о том в Преображенской приказ. А буде по указу великого государя и но розыску и по паметям из Преображенского приказу доведутца кому такие крестьяне во крестьянство отдать, и с той отдачи имать ему Дмитрею поголовные денги по четыре алтына по четыре денги с полудено-гою с человека.

А буде по указу великого государя ис Приказу Болшаго дворца или из Дворцового судного приказу по сыску и крепостям которые крестьяне доведутца отдать помещиком и вотчинником во крестьянство, и за тех людей имать с оддачи поголовных пошлин по четыре алтына по две денги за голову.Преображенском приказе ближнему столнику Федору Юрьевичу Рамодановскому.

А буде которые крестьяне по суду и по сыску и по крепостям и пограмотам ис Приказу Большого дворца или из Дворцового судного приказу по чьему нибудь челобитью доведутца отдать помещиком и вотчинником во крестьянство, и за тех людей имать с оддачи пошлины по четыре алтына по четыре денги за человека.великому государю и те дела присылать к Москве в Приказ Большого дворца, а в селе Вощажникове в приказной избе оставливать с тех дел списки за исцовою и за ответчиковой рукою впредь для спору.

В обе памяти 1701 г. введена дополнительно формула о необходимости защиты бедных и «молодших» крестьян от произвола старост, целовальников, «зборщиков», горланов и ябедников, в том числе при окладе и разверстке повинностей. Другой тип новелл представлен некоторыми положениями, связанными, надо думать, с особенностями конкретной волости (характерны, например, формулы наказной памяти в Тонинское о заповедном лесе или поездках приказчика на ярмарки). Сопоставление объема и порядка заимствований, характера разночтений в параллельных заимствованиях в наказных памятях в села, ведавшиеся в разных приказах, а также содержания, общего объема новелл и соотношения их с заимствованиями, позволяет предположить, что существовал некий производный от наказа 1664 г. вариант текста, на основе которого писались наказные памяти в начале XVIII в. [412]

В наказных памятях не воспроизводятся многие важные и по-прежнему актуальные в начале XVIII в. статьи «типового» наказа – организационного и хозяйственного плана, по вопросам, связанным с сохранением зависимого населения и расширением владельческого хозяйства, а также о взаимоотношениях с крестьянами и общиной. В этой связи обращает на себя внимание имеющееся в обеих ростовских памятях начала XVIII в., хотя и в различном контексте, упоминание о наличии в селе в приказной избе некоего наказа «в тетратех за дьячьею приписью»:

1701 г. сентября 30

1703 г. мая 14

А о государскои десятиннои пашне ему Алексею радеть и всякои присмотр и пристрои держать и о всем чинить по наказу, каков в селе Вощажникове в приказной избе в тетратех за дьячьею приписью, и по государским указом, каковы впред присланы будут к нему Алексею

И Дементью, приехав Ростовского уезду в село Вощажниково, и в том селе Алексея Маркова в съезжей избе наличную денежную казну и великого государя грамоты и указанные памяти о всяких делех кретьянские судные вершенные и невершеные и всякие крестьянские росправные дела и наказ, каков в том селе в приказной избе в тетратех за дьячею приписью, и в государских житницах всякой хлеб молоченой по перемеру, а немолоченой в кладях по опыту, и все что есть налицо, принять и в том во всем с ним Алексеем росписатца по противням.

Совпадающее описание документа (тетрадная форма, наличие «дьячьей приписи», место хранения), а также ссылка на необходимость «чинить по наказу» в вопросах, не освещенных в данной памяти подробно, передача при смене приказчика – все это позволяет предположить, что речь идет о более подробной инструкции, которой приказчики в данной дворцовой волости руководствовались уже в течение некоторого времени.

Продление действия ранее выданного наказа посредством кратких наказных памятей было распространено не только в дворцовых владениях. Так, в наказной памяти от 14 июля 1674 г. старцу Нижегородского Печерского монастыря, отправлявшемуся на поселье в с. Рубльское, говорится: «А полную наказную память ему старцу Иякову взять у него старца Ефрема и по той наказной памяти о монастырских всяких делах радеть неоплошно и монастырских крестьян ведать и судить и расправу чинить и оборон давати и указные монастырские пошлины сбирать» 43. Вероятно, имеется в виду память от 9 января 1658 г., которая более подробно излагает вопросы вотчинного управления. Она адресована посельскому старцу в с. Никольское, но из текста следует, что в его ведении находилось и с. Рубльское 44. К середине 1670-х годов поселье было разделено, но наказная память 1658 г. продолжала действовать и во вновь образованном ключе.

А. И. Заозерский как распространенную практику отмечает не только систему соподчинения приказчиков и назначения основному приказчику «особых товарищей», как это имеет место в ростовском наказе 1664 г., но и структурное дробление дворцовых владений с появлением нового приказа и самостоятельного приказчика 45. Скорее всего, на момент составления наказа все три ростовских дворцовых села – Великое, Вощажниково, [413] Поречье (Рыбное) – управлялись приказчиком из с. Великого. В пользу такого предположения говорит, в частности, сопоставление деления вытей между тремя упомянутыми в наказе 1664 г. управителями с данными об их количестве в с. Великое и Вощажниково по описанию начала XVIII в. 46 Кроме того, известна, например, царская грамота стряпчему Сытного дворца Семену Коробову от 22 февраля 1681 г. об отдаче Переславскому Данилову монастырю на оброк мельницы в Ростовском уезде, причем из текста следует, что стряпчий находился в с. Великом, а мельница – вблизи дворцового с. Поречье (Рыбное) на р. Где 47. В таком случае после превращения с. Вощажникова с деревнями в особую административную единицу здесь должен был продолжать действовать наказ 1664 г. приказчику с. Великое.

Вновь назначаемые приказчики получали некий его экстракт в виде наказной памяти, а прибыв на место должны были руководствоваться имевшимися там «статьями» 48, что объясняет необходимость время от времени копировать «типовой» наказ для практических нужд управления вотчиной. Упомянутая выше помета на первом листе наказа 1664 г. свидетельствует, что писец второй части рукописи имел на руках ее первую часть. Следовательно, объединение публикуемых ниже ростовских документов в одном конвюлоте не является прихотью коллекционера, а было обусловлено реальным их бытованием в первое десятилетие XVIII в. Именно в своей совокупности наказ 1664 г. и наказная память 1701 г., включающая, в частности, текст «новоуказных статей» 1697 г. о производстве розыска, представляли собой руководство для приказчика дворцовой Вощажниковской волости начала XVIII в. Как представляется, имеет право на существование гипотеза о преднамеренной перестановке тетради в рукописи наказа 1664 г. из собрания А. С. Уварова – для облегчения пользования одновременно двумя документами сборника за счет унификации их структуры и «синхронизации» рассматриваемых вопросов.

В этом контексте появление в гимовской рукописи послушной памяти вощажниковским крестьянам 1701 г., потерявшей свое практическое значение уже при смене приказчика в марте 1704 г., можно объяснить лишь гипотетически. В уваровском сборнике только этот документ имеет указание на степень аутентичности (начинается со слов «список»). По-видимому, послушная была скопирована в тетрадь с подлинной наказной памятью, вероятнее всего, в период с 30 сентября 1701 по 1 марта 1704 г., т.е. после даты возникновения документов, но до окончания времени нахождения Алексея Маркова на приказе, скорее в начале этого срока, нежели в конце. Возможно, тогда же была заказана и копия наказа 1664 г., составляющая сегодня первую часть конвюлота, по крайней мере, датировка но филиграням такому предположению не противоречит. Однако она могла [414] быть создана и несколько позднее, до 1708 г. включительно. Копирование документов, составляющих вторую часть уваровской рукописи, могло иметь какие-то естественные причины (например, механическое повреждение). Скорее всего, сборник в его нынешнем составе возник до фактического перехода сел в частные руки и использовался в практической деятельности дворцового приказчика 49.

Конечно, нельзя исключить, что документы были скопированы уже после передачи дворцовых сел частным владельцам и рассматривались в качестве образца для составления собственной инструкции 50. Поскольку села были пожалованы Петром I разным лицам, то и в этом случае наказ 1664 г. и документы 1701 г. должны были находиться в одном волостном архиве. Следовательно, и эта версия не опровергает вывода о совместном бытовании образующих сборник двух частей в «дворцовый» период.

Трудно судить, насколько широко «типовой» наказ Алексея Михайловича был распространен за пределами дворцовых владений. Но в случае пожалования дворцовых сел частным лицам (явление для рассматриваемого периода нередкое) вместе с другими документами волостного архива он оказывался в распоряжении нового владельца 51. При попадании на благоприятную почву наказ мог стать отправным моментом для «правотворчества» новых владельцев или хотя бы способствовать, в той или иной мере, интересу последних к такого рода деятельности 52. Анализируя частновотчинные кодексы XVIII – первой половины XIX в., В. А. Александров пришел к выводу о наличии существенных отличий, что свидетельствует, по его мнению, «об их самостоятельном происхождении и только об опосредованном влиянии на их возникновение государственного законодательства» 53. Обнаруженный наказ дворцовым приказчикам 1664 г. ставит вопрос о мере такого влияния на более раннем этапе, когда проследить процесс заимствований, в силу объективных причин, значительно труднее.

Бесспорно, действительность в своих конкретных проявлениях была богаче и разнообразнее любых самых подробных инструкций. Но если сущность процесса управления состоит в выборе из всего многообразия возможных действий какого-либо одного (или определенной их последовательности), представляющегося адекватным заданным целям, то при Алексее Михайловиче была предложена оптимальная по тем временам схема, вменявшая приказчику заранее выработанные алгоритмы и правила, снижавшая тем самым риски «человеческого фактора». [415]

Рассматривая технологию управления как один из уровней описания системы, можно констатировать, что сформировавшаяся затем двухуровневая схема – где «типовой» наказ олицетворял собой консервативное начало, а наказные памяти конкретному приказчику являлись выражением фактора изменчивости – позволяла дворцовому ведомству на протяжении длительного времени сохранять стабильность всей системы, продолжавшей исправно функционировать даже в переломные моменты истории 54. Составленный в начале 1660-х годов «типовой» наказ вплоть до второй четверти XVIII в. – до введения новой «типовой» инструкции в 1724 г. – являлся действующим кодексом в вотчинах крупнейшего землевладельца России, определяя социально-политический статус и многие вопросы каждодневного существования значительной части крестьянского населения страны.

Настоящая публикация подготовлена с учетом «Правил издания исторических документов в СССР», приняты во внимание достижения актовой археографии, в частности, «Методические рекомендации по изданию «Актов русского государства» 55. Числительные, написанные в источнике слонами, передаются словами, написанные цифрами – цифрами с заменой буквенных цифр арабскими. Буквы «и», «i» передаются как «и». Аббревиатуры во всех случаях раскрываются, ориентируясь на традиционное чтение того или иного слова, зафиксированное в словарях древнерусского и русского языка.

Выносные буквы вносятся в строку. При внесении в строку выносных букв в конце слова учитывается та грамматическая форма, в которой слово употребляется в предложении, в связи с чем может быть добавлено соответствующее окончание. При внесении в строку выносных букв в начале или середине слова придерживались принципов, изложенных ниже. Если выносная – гласная, она дополняется или не дополняется другой, отсутствующей буквой в зависимости от звучания и традиционного написания слова. Если выносная – согласная, которую по звучанию требуется дополнить отсутствующими в строке гласными, то эти гласные вносятся. Если выносная – согласная, после которой должна стоять находящаяся в строке гласная в такой позиции, при которой согласная, безусловно, требует смягчения, – между этими буквами вставляется мягкий знак. Аналогичным образом между выносной согласной и строчной гласной в необходимых случаях вставляется твердый знак. Если выносная – согласная, после которой должна идти строчная согласная же буква, мягкий знак не вставляется. [416]

Н. В. Соколова


№ 1

1664 г. Марта 1. – Наказ из Приказа Большого дворца Приказчику дворцового села Великое Ростовского уезда Стряпчему Сытного дворца Григорию Новокщеному

/Л. 1/Лета 7172-го марта в 1 день. Государь царь и великий князь Алексеи Михаилович всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец велел Сытного дворца стряпчему Григорью Новокщенову да подключником Ивану Тютчеву да Илье Возницыну быть на своем государеве жалованье на приказе Ростовского уезду в своем государеве дворцовом селе Великом марта с 1-го числа нынешнего 172-го году /об./ марта по 1-е ж число 174-го году, а ведать Григорью шездесят вытей, а Ивану и Илье по тритцати вытей. И Григорью с товарыщи в село Красное ехать, а что приехав делать, тому в сем наказе написаны ему статьи.

1

И Григорью, приехав в село Великое, взять у прежнего приказщика у Федора Насонова и у товарыщев /Л. 2/ ево государевы грамоты и указные памяти о всяких делех и судные и всякие мирские розправные вершеные и невершеные дела. А взяв с ним роспи-сатца по противням и список таков же слово в слово прислать ко государю к Москве в Приказ Болшого дворца за своею и за Федоровою рукою Насонова. А росписався, то село и деревни ведать на государя и крестьян во всяких делех, которые в ево указных вытях, судить и росправа меж ими чинить /об./ от сторон ото всяких обид оберегать.

2

А будет сторонние люди учнут бить челом государю на дворцовых крестьян о управе, и ему на тех крестьян, а дворцовым крестьяном на сторонних людей, которые не сходя с суда учнут бить челом встрешно, суд давать и дела вершить опричь духовных и розбоиных дел.

3

А будет в которых судных /Л. 3/ или в каких в сыскных делех указу учинить зачем будет не мочно, и ему суда своево списки к докладу присылать к государю к Москве в Приказ Болшого дворца за своею рукою.

4

А будет по государевым грамотам которые крестьяня по чему челобитью доведутца выслать за порукою к ответу к Москве, и по них имать поруки и в запись /об./ писать имянно, что им по государевым грамотам стать к ответу на Москве на указные сроки и после суда до вершенья судного дела ставитца и с Москвы не съехать за тою ж волосною порукою.

5

Ему ж будучи на приказе имать на государя пошлин с судных дел с рубля по гривне, да пересуду и правого десятка по семи алтын по две денги. /Л. 4/

6

С свадеб за куницу по гривне да за убрус по два алтына, с продажных лошадей и коров с купца по деньге, с продавца потому ж.

7

А которые крестьяня учнут бить челом государю о пустошнои пашне и о сенных покосех из денежного оброку, и с тех имать с человека по деньге. /об./

8

С прихожих людей, которые учнут приходя жить или приставать, и с тех имать с человека по деньге, а безявочно жить не велеть.

9

Хто учнет бить челом государю в каком деле ево указных вытей на крестьян о суде и о дозоре спорные земли или какова угодья, и ему суд давать и смотря по [417] делу угодья дозирать, а з дозору имать на государя на виноватом за баран по два алтына. /Л. 5/

10

А для таких дел дворцовым крестьяном, ково к таким делам крестьяня выберут, дву или трем человеком или сколко надобно, ездить на своих подводах.

11

А будет крестьяня для таких дел людей и подводы дать не похотят, а учнут говорить, чтоб ему Григорью посылать людей своих на своих лошадях, и скаску за руками дадут, и Григорью для тех /об./ дел посылать людей своих на своих подводах, а езду имать себе со крестьян на правом на версту по денге, а на виноватом вдвое.

12

С явочного питья с чети пива по деньге, с пуда меду по две денги, а не для празников и свадеб и родин и крестин и поминков пить крестьяном держать, а вина и на явку курить, не велеть. /Л. 6/

13

И того смотрить и беречь накрепко, чтоб крестьяня безявочно пива и меду не держали и вином и табаком не торговали и судов винных не держали.

14

А которые крестьяня учнут держать продажное питье, а вино курить хотя и про себя, и у тех то питье выимать и отдавать на кружечной двор верным головам. И заповеди на тех продавцах править /об./ на государя впервые по пяти рублев, а на питухех по полуполтине на человеке, вдругоряд на продавцах и на питухех вдвое, да продавцов же бить кнутом, а питухов батоги. А у которых вымут в третьие, и на тех имать по дватцати рублев, а на питухех по рублю на человеке, да продавцов же бить кнутом и сажать в тюрму до государева указу и писать к государю к Москве, а питухов бить вместо кнутья батоги. Да те заповедные и явочные деньги и с судных дел и с ыных /Л. 7/ со всяких статей, что писано в сем наказе выше сего, указные пошлины записывать в книги порознь статьями да те книги привесть к Москве с собою вместе, как ево с приказов велят переменить, и отдать в Приказ Болшого дворца.

15

У ково вымут табак или уличат ково, что торгует табаком, и тех людей продавцов и купцов бить кнутом нещадно и сажать в тюрму до государева указу, а у ково /об./ они тот табак купили про то скажут имянно, и тех людей сыскивая роспрашивать и с очей на очи ставить и роспросные их речи записывать и присылать к государю к Москве в Приказ Болшого дворца. А до указу тех продавцов и купцов сажать в тюрму или давать на крепкие поруки.

16

От зерни и от пьянства и ото всякого воровства крестьян унимать и наказанье им чинить смотря по вине. /Л. 22/

17

Воров и разбойников и татей и боярских беглых людей и крестьян дворцовым крестьяном у себя в селех держать не велеть.

18

Хто учнет у себя держать блядню или ведунов и всяких воровских людей, и тех воров и ведунов и блудников велеть имать и тех, хто их у себя держит, и сажать в тюрму до государева указу и держать с великим береженем /об./ и писать о том к государю к Москве в Приказ Болшого дворца. [418]

19

Над крестьяны ж смотрить накрепко, чтоб у себя в селех и в деревнях и на сторону выезжая не воровали, не грабили и не розбивали. А будет крестьяня которые учнут воровать, и на тех управа давать. А будет учинитца душугубство и в душегубстве с поличным оприч духовных и розбоиных дел судить вправду. А без государева указу убивственных /Л. 23/ и татиных дел не вершить. А за убитую голову править на виноватом поголовных денег по четыре рубли по четыре алтына по полуторе денги и писать те деньги в пошлинные книги себе статьею.

20

Будет на которых дворцовых крестьян учнут языки говорить, и тех отсылать к губным старостам и сыскивать з губными старосты вместе. /об./

21

Как по государеву указу велят к государевым делам выбрать в таможню и на кружечные дворы верных голов и целовальников или к иным государевым к мирским делам старост и целовальников, и ему к тем делам, свестясь с товарыщи, которым с ним в волости быть велено, выбирать людей добрых и прожиточных и ково б с такие государевы и мирские дела стало. И имать на тех выборных людей всем селом у крестьян выборы за поповыми /Л. 24/ руками, а в выборе велеть писать имянно, что у них в селе те выборные люди добрые, з государево дело их станет. А будет те выборные люди за их выбором учинят в каком деле хитрость или в государеве казне недобор, и то доправить на них выборных людях. Да тех выборных людей велеть привесть к вере ко истинному обещанью, как привожены такие люди преж сего по чиновной книге. А выборы прислать к Москве в Приказ Большого дворца. /об./

22

А воров и ябедников в старосты и в целовальники и к иным государевым ни х каким делам не выбирать и в челобитчиках к Москве о мирских делах не посылать. И без перемены старостам и целовальником по два года жить не велеть.

23

Из за государя крестьян не выпускать и ни из за ково без государева указу не вывозить, а будет которые крестьяня выбежали, а з дворов их хоромы /Л. 25/ розвезены, и тем беглым крестьяном у старост и у крестьян и о хоромной розвоске взять за поповыми руками роспись. А в росписи велеть писать имянно, в котором году и ис которого села или деревни и хто именем выбежал и за кем и в коих местех бегая живут. Да ту роспись прислать к государю к Москве в Приказ Болшого дворца. А которые крестьяня после беглых хоромы розвозили, и тех до государева указу давать на поруки з записми и писать о том к государю к Москве. /об./

24

Будет на старые пустые выти старых жилцов сыскать неуме, и на те выти призывать жилцов из дворцовых же ис туточных сел от отцов детей и от братьи братью и от дядей племянников или бобылей охочих нетяглых людей и имать по них в житье и в податех поручные записи и отдавать в земскую избу старостам с роспискою.

25

А будет которые выти лесом поросли и пашня запереложела, /Л. 26/ и на те выти призывать жилцов на льготу, а давать льготы на два и на три и на четыре годы смотря по пашне и по угодью. А на каков жеребей и ково именем призовет, то велеть записывать в книги и те книги присылать в Приказ Болшого дворца погодно.

26

В пустые земли и в сенные покосы не вступатца, потому что за те угодья крестьяня пооброчены денгами. /об./ [419]

27

Так же и крестьяном у сторонних людей земель пахать и сено косить наимынать не велеть, чтоб дворцовые земли не пустели и пашня не переложела и лесом не поросла.

28

Волосные росходы, которые бывают у крестьян оприч государевых денежных доходов, велеть старостам и целовалникам збирать с своево ведома и велеть им записывать в книги. И по тем /Л. 27/ книгам старост и целовалников считать при крестьянех. И чего против збору у старост и у целовалников в остатке не будет, и то на них доправить и отдать в мир.

29

Государевы всякие доходы высылать к Москве на урочные сроки свестясь с товарыщи.

30

С таможен и с кружечных дворов с первым збором в марте месяце, з другим /об./ збором в ыюне, а з достальными денгами и верных голов с книгами после Семеня дни декабря к 6-му числу.

31

Стрелецкой хлеб и з живущих вытей и со всяких оброчных статей так же и столовые всякие запасы и хлеб по одной государеве грамоте и по росписи, какова к нему прислана будет под грамотою, высылать не мешкая до марта месяца. А иных государевых грамот о высылке не дожидатца /Л. 28/ и иных сроков не давать.

32

Ему ж в своем приказе учинить крепкой заказ в потриарших и в митрополичих и в монастырских вотчинах и в боярских и окольничих и в дворянских и во [в]сяких чинов людей в поместьях и в вотчинах дворцовым крестьяном на вдовах и на девках без отпускных женитца не велеть. Так же и дворцовым крестьяном за полость в поместья и вотчины девок и вдов без отпускных не давать же. /об./

33

А будет ево нераденьем учнут женитца без отпускных, и те люди, в чьих поместьях и вотчинах дворцовые крестьяня женятца, учнут на них по вдовам и по девкам бить челом государю во крестьянстве, и будет ково по государеву указу по крестьянкам велят отдать, и на нем за всякого человека возмут в государеву казну по пятидесят рублев, а за государевых крестьянок, которых отдадут без отпускных, восмут потому ж. А будет и крестьяня своей утайкою девок /Л. 29/ или вдов учнут отдавать без ево ведома, и на них велят доправить потому ж.

34

Ему ж с своево приказу которые в ево указных вытях крестьяном ис села в село и из деревни в деревню и в ыные дальные села переходить не велеть.

35

За государево годовое денежное жалованье имать ему своих /об./ указных вытей. с пыти по два рубли да хлеба по две чети ржи да по две чети овса на год в московскую торговую меру. И давать крестьяном в том отписи, а у них в тех отписях имать росписку впред для спору.

36

А оприч того въезжево и всяких доходов и подвод и от государевых и от мирских ни от каких дел ни у ково ничего не имать. /Л. 8/ [420]

37

Так же и людем своим и старостам и целовалником на себя ничего збирать не велеть. А хто принесет ему что сьесное на блюде от невелика от себя почесть, а не от государевых и не от мирских дел, и ему то приимать велеть.

38

На приказщиков двор сторожей имать против прежнего, потому что приказщиков двор строение их крестьянское. А выти розверстать им промеж себя против наказу, как написано выше сего. /об./

39

В земской избе у государевых и у мирских судных и у всяких росправных дел быть всем вместе, также и государские всякие доходы збирать и радеть безоплошно вопче ж. И в доимку денег и иных доходов и хлеба не запускать и промеж собою никакие ссоры и брани не чинить, чтоб в том государеву делу порухи и мотчанья не было.

40

Будет в тех же селех есть рыбные ловли на оброке или без оброку, /Л. 9/ а рыба в тех водах есть и про государев обиход ловить годитца, и ему о том писать к государю, и какая рыба о том в отписке писать имянно.

41

Всех сел и приселков и деревень у старост и у лутчих крестьян взять за поповыми руками скаски, после писцовых или переписных книг у них в селех или в деревнях на пустошах внов деревни поселились ли и мелниц внов что построено ль. Да будет скажут, что у них вновь прибылые деревни /об./ и мельницы есть, и ему в тех деревнях крестьян переписать и мельниц и мельничного всякого строенья досмотрить. И хто теми мелницами владеет и по скольку чаят мелива на год приходить, о том к великому государю отписать. И новым деревням, хто именем на какове тягле сидит и давно ль поселились, и прежние приказщики с тех новоприбылых деревень указное себе имали ль, и сколко вытей, тому прислать переписные книги. /Л. 10/

42

Ему ж старост и крестьян допрашивать, беглых или прихожих чюжих людей и крестьян нет ли, а будет есть, и откуды хто пришол. Так же и воров и ябедников у себя в селе не держат ли. И будет беглые и прихожие и воры и ябедники есть, и прихожих людей допрашивать, чьи они и откуды пришли и зачем в государевых селех и у ково имяны живут и приказщиком являлись ли. А про воров и ябедников взять у крестьян воровству их скаску и писать о том к государю к Москве, /об./ а их давать до государева указу за приставы или на крепкие поруки.

43

А впред о ворах и о ябедниках и о прихожих людех и крестьянях и о беглых стрельцах и салдатех имать у выборных людей помесечно скаски и под отпискою прислать к великому государю к Москве.

44

Бедным вдовам и сиротам, с которых государевых никаких податей за бедностью взять не с ково, а по ево /Л. 11/ приезде книг тем будет не прислано, и ему тех переписав прислать книги.

45

На кабакех у откупщиков всяких кабацких заводов досматривать.

46

Отписки посылать к государю со всякими высылки с выборными крестьяны, на которых дадут всем селом выбор и назовут их людми добрыми. А в отписках к [421] государю, в котором месяце и числе и [с] колко каких денежных /об./ доходов и сталовых запасов и хлеба с кем имянем прислано будет, писать имянно и денги печатать своею печатью и хлеб отпускать, осматривая самим, и на сколких возах, о том писать подлинно.

47

Ему ж будучи росматривать, на какие оброчные статьи наддачю положить вновь и на реках мелницы построить мочно ль, и откупщики на те мелницы и на оброчные статьи наддачики будут ли. /Л. 12/

48

Так же и пустошей, которыми владеют государевы дворцовые и околные крестьяне и всяких чинов люди, а оброку в государеву казну ничего не платят, розведывать, и будет такие пустоши объявятца, и ему про них сыскивать, давно ль ими владеют, а сыскав досмотрить з дворцовыми крестьяны самому и по досмотру положить на те пустоши оброку, чево которая стоит, и о том писать к государю. /об./

49

Государевы десятинные пашни в том селе триста пятдесят десятин. И тою государеву десятинную пашню велеть пахать вовремя и упахивать намяхко. А семян высевать на десятину по две чети ржи, ячмени потому ж, по четыре чети овса в казенную меру вскомовото, а не ровно и не под гребло. А вымолачивать семена истого хлеба, которой родитца на десятинах. И велеть десятинную пашню пахать наперед крестьянской пашни, будет поспеет, /Л. 13/ а крестьяном своих пашен, будет поспеет наперед десятинные пашни, не запрещав же.

50

Навоз на государеву пашню велеть возить з государевы конюшни весь дочиста, на ближние и на далные десятины ровно, а которые выпахались и на те навозу велеть класть больше. А будет с конюшни мало, и к тем в прибавку имать с крестьянских и з бобылских дворов сколко ведетца, чтоб пашня унавожена была гараздо. /об./

51

Как поспеет на государевых десятинах хлеб, [и] тот хлеб велеть жать и в клади скласть в всдреные дни высушивая гараздо в невеликие скирды и в одонья сотниц по сту и по полутора ста, а больше двусот сотниц не класть. И велеть верхи пыисршивать высоко хлебом, а не соломою, и укрывать соломою гораздо, чтоб сверху дождем не намочило, и с ысподи под скирдами намощати и соломою настилать гораздо, чтоб полою водою не подмочило, и для береженья от животины /Л. 14/ велеть оплесть плетнем высоко.

52

На опыт молотить доброво и середнего и плохово хлеба по сотнице и по две и по три и тот опытной хлеб мерять в государеву казенную меру вскомоволото 56, а не под гребло. А у опыту велеть с собою быть старостам и целовальником и лутчим крестьяном, чтоб опыт учинен был прямо, и в ужинном списке росписыпать имянно, сколко каких сотниц обмолотит на опыт и что вымолотит /об./ из добрых и ис середних и ис плохих и что за опытом добрых и середних и [пло]хих складет в клади, чтоб доброй и середнеи и плохой хлеб против опыту в кладех был ведом. А сколько ржи сотниц обмолотит на семена и что вымолотит и на государеву десятинную пашню высеет и что за семяны молоченые ржи и овса за севом останстца, то писать в посевные и в ужинные списки имянно ж. А от семенные ржаные и опытные ржаные ж и яровые молодбы солому, что у ржаных кладеи за кровлею останетца, /Л. 15/ велеть сметать в ометы к овсяным кладям на кровлю и на подстилку. А ухоботье и мякину отдавать крестьяном, а денги взять в те поры, как весь хлеб ис кладеи обмолотят. А у севу и у жнитва велеть с собою быть выборным старостам и целовальником и лутчим крестьяном и к вере ко истинному обещанью [422] велеть их привесть на том, что им будучи у государевы пашни и у хлебного устрою над крестьяны смотрить накрепко, чтоб они государева хлеба не крали и лошадми не травили. Да и само /об./ му б ему потому ж государевым хлебом не корыстоватца и лошадми 56 не кормить и государевым хлебом ни с кем не ссужатца.

53

Посевные еровые и ржаные посеев, пашню, также и ужинные ржаные и яровые списки, пожав хлеб и опыт учиня, прислать к государю к Москве в Приказ Большого дворца тотчас, не дожидаясь для тех списков нарочные присылки и себе от государя наказанья, чтоб государю о том было ведомо вскоре, сколко /Л. 16/ какова хлеба ужато сотниц и против опыту в умолоте чаять.

54

Как по государеву указу велят тот хлеб молотить и ему велеть рожь и овес, которой на семяна и которой к Москве выслать, молотить наспех в ведреные дни с овинов при себе и тех сел при старостах и при целовальниках и при лутчих людях. А которой овес велят дать на конюшню, и тот молотить сыромо /об./ лотом. А на овины садя и с овинов снимая снопы считать сотницами ж. А наперед велеть молотить овес и быть у молодбы самому безотступно, а на людей своих в свое место к молодбе не посылать и на старост и на целовальников не покладыватца. И за крестьяны смотрить и беречь накрепко, чтоб молотили спешно и бережно и ис соломы б и ис колосу вымолачивали дочиста, чтоб в соломе и в мякинах хлеба зерном не было нисколко. и из молодбы б того хлеба крестьяня ночью и иными никоторыми делы не крали /Л. 17/ и лошадьми своими не травили и снопами не розносили, да и самому бы государевым хлебом не корыстов[а]тца и лошадми не травить, чтоб сверх опыту хлебу учинить в умолоте много. А к весне на государеву десятинную пашню оставить тысечу четыреста чети, отобрав лутчева всхожева овса, и всыпать в том селе в житницы и приказать беречь старостам и целовальником и крестьяном, а мерять семяннои овес вскомовато, а не под гребло, так же как из гумна меряли. А обмолотя хлеб, рожь по вымолоту всю, а овес что за /об./ семяны и за росходом в остатке будет, и опытной и оброннои по первому зимнем[у п]ути присылать к государю к Москве того ж села с целовальники или со крестьяны. а мерять тот хлеб, которой учнет отпускать к государю к Москве, в государеву казенную меру вскомовото, а не в ровно и не под гребло, так ж как и опыт мерял. А для веры, насыпав мехи крепкие, отмеряв по осмине или по четверти и запечатав, оприч прислать к государю к Москве против того ж как и весь хлеб в отпуску будет, чтоб на Москве у житниц в том хлебе недоплаты и крес/Л. 18/тьяном лишних убытков и продаж и государю челобитья не было. А в котором числе и с кем нмяны с целовальники или с крестьяны сколко какова хлеба чети к государю к Москве и для веры сколко в мехах пошлешь и какова у мехов печать будет, о том о всем в отписках своих писать к государю имянно и велеть отписки подавать и про хлеб сказывать в Приказе Болшого дворца. А хлеб бы был добр, сух и чист, и снегу б и льду в нем не было, чтоб в житницах не слехся и впред был прочен. А как учнут з десятинным /об./ хлебом к государю к Москве отпускать, и им Григорью и Ивану и Илье тем целовальником и крестьяном приказывать накрепко, чтоб они ехали наскоро днем и ночью, а по домом заехав не жили и не мотчали, чтоб за тем в воске мотчанья не было. И хлеб ис кладеи перемолотить и к Москве вывесть зимним путем до ростанья, а в селе б того хлеба в весну не осталось нисколко. А как целовалники хлеб в московские житницы заплатят и в село приедут, и вам у тех целовалников и у крестьян в хлебном /Л. 19/ платеже и на житничьную поделку в денгах досматривать отписеи, сполна ль у них государев хлеб и денги против ево высылки взяты. Да будет хлебу и денгам объявитца недоплата, 57и е 57 му, на тех целовалниках и на крестьянах тот хлеб и денги доправя, выслать к государю к Москве имянно. А которые целовалники и крестьяня в платеже государева хлеба и денег отписеи у себя сказывать не учнут, и ему на тех целовальниках и на крестьянях отписей править и для справки за поруками по отписи выслать к государю к Москве /об./ и о том к государю писать имянно ж, чтоб одноличьно в том государеву хлебу и истери и к Москве недовозу и у житницы недомеру не было и крестьяня бы государевым хлебом не корыстовались. А в росход рожь и овес и солому на конюшню [423] давать по указным памятям ис Приказу Большого дворца. А ухоботье и колос и мякину и пелеву и ржаную и яровую солому, что за конюшенною дачею в остатке будет, отдать крестьяном. А на них взять денги от десяти чети ржи по пяти денег, от десяти чети овса по полушесте денге, за воз ржаные /Л. 20/ соломы по три денги, а яровые за воз по четыре денги, а воз ото ста снопов. А сколько какова хлеба в умолоте будет, и что к Москве вышлет и в росход хлеба и соломы даст и что на крестьянях за солому и за ухоботье денег возмет, то писать ему в замолотные книги имянно. Да те книги за своими руками и по книгам за ухоботье и за солому деньги прислать к государю к Москве и велеть подать в Приказе Большого дворца апреля в 1-м числе. /об./

55

На государеве десятинной пашне досмотрить гумен и овинов, и будет по досмотру которые овины худы и гумна не огорожены, также и житницы для хлебные ссыпки не построены и не огорожены, и десятинная пашня унавожена худо, и вам самые худые овины построить вновь, а которые не добре худы и те переправить, так же и житницы построить и тыном огородить и десятинную пашню навозить гораздо. /Л. 21/

56

Да и того смотрить же, будет против прежнего окладу, что велено пахать по писцовым книгам, а ныне в том числе заросло что лесом, и то велеть розчистить, а при которых прикащиках заросло, о том сыскав, отписать к государю к Москве тотчас. А будет он против сего наказу государевых и мирских дел исполнять не учнет и крестьяном учнет чинить налогу и вором и пьяным потакать и в доходех давать сроки иные оприч указных сроков и к государеве десятинной пашне и к хлебному устрою /об./ покажет нераденье или сверх указного имать посулы и поминки, и ему за то от великого государя царя и великого князя Алексея Михаиловича всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца быть кажнену смертью.

ОР ГИМ. Увар. 828-4˚. Л. 1-29 об.

№ 2

1701 г. марта 11. – Память наказная из Преображенского приказа приказчику дворцового села Тонинского Московского уезда стременному конюху Дмитрию Васильеву сыну Федорову

/Л. 1/ Лета 1701-го марта в 11 день. По указу великого государя царя и великого князя Петра Алексеевича всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца стремянному конюху Дмитрею Васильеву сыну Федорову. Быти ему на приказе в Московском уезде великого государя в селе Тоннинском 56 с приписными селы и деревнями на Тарасово место Блудова. А переменить ему Дмитрею ево Тараса бессрочно.

И ему Дмитрею, приехав в Тоннинскую волость, у прежняго прикащика у Тараса Блудова в съезжей избе государеву денежную казну и великого государя грамоты и указные памяти о всяких делех и государевым денежным и хлебным и иным всяким доходом и столовым запасом приходные /об./ и росходные книги и судные и розыскные вершеные и невершеные и всякие дела и государев десятинной хлеб молоченой в житницах по перемеру, а немолоченои в кладях по опыту, и все что есть налицо принять и в том во всем с ним Тарасом росписатца по противням, а что чего принято будет, и то написать в росписнои список имянно. А росписався, росписнои список за своею и за ево Тарасовою руками прислать к Москве в Преображенской приказ, а другой такой же росписнои список оставить в Тоннинскои полости в приказной избе впред для ведома.

А приняв у него Тараса всякие дела, ево Тараса по приходным и по росходным книгам в государевых денежных и иных всяких доходех с того числа, как он Тарас в той волости в приказной избе дела принял, так ж и приказной избы подьячих, счесть накрепко, нет ли /Л. 2/ на нем Тарасе и на подьячих денежной и хлебной доимки и остаточные денги и хлеб и иные всякие доходы в приходные книги у подьячих внесены ль и приходные и росходные книги за ево ль Тарасовою рукою. А счстчи зделать сметной список со всякою подлинною очисткою. А буде чего [424] против приходу в росходе налицо не объявитца, и о том ему Дмитрею к великому государю в Преображенской приказ писать имянно.

Да ему ж Дмитрею в приказной избе досмотрить всяких дел, по которым вершеным делам на ком довелись взять великого государя пошлины или с оддачи крестьян и убивственных дел поголовные пошлинные денги, о том справитца подлинно, по всем ли делам те вышеписанные пошлины взяты и в приход записаны ль.

А буде по которым делам на исцах и на ответчиках довелись взять великого государя пошлинные /об./ денги с розыскных дел и с оддачи крестьянской поголовные пошлинные ж денги, доправить безо всякие пощады.

А буде исцов и ответчиков в лицах нет, и те денги править на порутчиках их, хто в лицах есть, и на женах их и на детех. И велеть в приказной избе подьячим записывать в книги имянно, а книги закрепить тебе своею рукою, да те книги и по книгам денги высылать в Преображенской приказ.

И будучи ему Дмитрею в Тонинскои волости великого государя денежные и хлебные и иные всякие доходы и столовые запасы из доимки и по окладу Тонинскои волости со крестьян и з бобылей велеть собирать, а на ослушниках править безо всякие пощады, и высылать в Преображенской приказ по вся годы по окладу сполна по указным паметям, каковы /Л. 3/ о высылке тех доходов впред присланы будут из Преображенского приказу.

Да ему ж Дмитрею в Тонинскои волости крестьян и бобылей ведать и росправу меж ими чинить правдою и безволокитно и не для своих прихотей и от сторонних ото всяких обид и продаж оберегать, чтоб им крестьяном от сторонних людей никаких обид и продаж не было.

А буде учнут великому государю бить челом сторонние люди Тонинскои волости с приписными на крестьян и на бобылей о управе, и тем сторонним людем Тонинскои волости на крестьян и на бобылей по розыску управу давать правдою и безволокитно. И которые Тонинскои волости крестьяня и бобыли учнут великому государю бить челом на сторонних людей встрешно, и против того их челобитья /об./ розыскивать же и указ учинить вправду. А по которым делам указу учинить немочно, и о том писать к великому государю, а отписки и дела велеть подавать в Преображенском приказе ближнему столнику князю Федору Юрьевичу Рамодановскому.

А пошлины имать на великого государя с ысков с тех розыскных дел на виноватом с рубля по гривне, со лживых кабал и иных крепостей против того вдвое, да пересуду и правого десятку по семи алтын по две денги з дела. А буде по розыску и по крепостям той волости крестьяне доведутца кому отдать помещиком и вотчинником во крестьянство, и тем крестьяном ему Дмитрею отдачи не чинить, а писать о том в Преображенской приказ. А буде по указу великого государя и по розыску и по паметям из Преображенского приказу доведутца кому такие крестьяне во крестьянство отдать, /Л. 4/ и с той отдачи имать ему Дмитрею поголовные денги по четыре алтына по четыре денги с полуденгою с человека.

Да на великого ж государя збирать пошлины с свадеб за куницу по гривне, за новоженнои убрус по два алтына, с продажных лошадей и с коров с купца по денге, а с продавца потому ж.

А которые люди учнут бить челом великому государю о пустой пашни и о сенных покосех из денежного оброку о досмотре, и с тех имать с человека по две денги.

А кто учнет бить челом великому государю спорные земли или какова угодья о дозоре, и ему угодья дозирать самому и имать на виноватом за баран по два алтына, а езду на правом на версту по две денги, а на виноватом вдвое. /об./

С явочного питья имать с чети пива по денге, с пуда меду по две денги.

А те вышеписанные неокладные денежные доходы велеть в приказной избе подьячим записывать в книги имянно и за подьячими смотреть того накрепко, чтоб они те неокладные денежные доходы в книги записывали сполна. И те книги и по книгам денги высылать к Москве в Преображенской приказ погодно с кем доведетца. А в росход тех денег без указу великого государя и без указов из Преображенского приказу ни на какие росходы отнюд не держать и самому не корыстоватца.

А о государевой десятинной пашне ему Дмитрею радеть. И велеть крестьяном пахать намяхко по окладу сполна и смотрить того накрепко и у севу и у жинства [425] быть самому безотступно. И как тот хлеб /Л. 5/ из земли пойдет, и того хлеба от травли и от толоки велеть беречь с великим бережением, чтоб тому хлебу толоки и травли отнюд не было.

А как хлеб поспеет, и тот хлеб крестьяном велеть зжать в пору в ведреные дни с поспешением и в клади класть высушивая гораздо не в великие скирды на гтодкладинах и подстилать соломою и велеть вывершивать и укрывать соломою ж, чтоб дождем сверху и с ысподи водою хлеба не подмочило, и от животины отгораживать. А на опыт молотить доброго и среднего и плохово хлеба по сотнице и обмолотя мереть при себе в медную заорленую меру под гребло.

А в посевном и в ужинном списках росписывать подлинно, сколко какова хлеба на сколких десятинах посеяно и сколко какова хлеба сотниц ужато /об./ будет и почему ис сотницы в умолоте. И те посевные и ужинные орженому и еровому хлебу списки и замолотные книги и хлеб пожав и учиня опыт перемолотя высылать к Москве в Преображенской приказ вскоре, не дожидаясь к себе о том нарочнои присылки, чтоб про то про все в Преображенском приказе было ведомо.

А как хлеб станут молотить, и у молодбы хлеба быть ему Дмитрею самому безотступно. А на старост и на крестьян и на людей своих не покладыватца, чтоб крестьяня хлеба не крали и лошедми не травили. И ни х каким государевым делам людей своих не приставливать. Да и самому ему Дмитрею государевым хлебом не корыстоватца и себе не имать и лошедми не травить и никого не ссужать и в заем никому без указу великого государя и бес памятей из Преображенского приказу не давать. /Л. 6/

А на семена оставливать лутчего и Сухова хлеба и приказать беречь старостам и выборным крестьяном в крепких житницах, чтоб того семенного хлеба дождем и снегом не подмочило.

А ухоботье и колос и мякину и ржаную и яровую солому, что станет оставатца за животинным кормом и за конюшенною дачею, отдавать крестьяном. А на них имать денги от десяти чети ржи по пяти денег, от десяти чети овса по полушесты денги, за воз ржаные соломы по три денги, а яровые по четыре денги, а воз ото ста снопов. А сколко какова хлеба и по какому указу кому дано и что на крестьянех за солому и за ухоботье и за колос и за мякину денег взято будет, и то писать и замолотные книги имянно. Да те книги за своею рукою и по книгам денги присылать в Преображенской приказ. /об./

А того ему Дмитрею беречь накрепко, чтоб в Танинскои 56 волости крестьяня и бобыли безявочно никуды не ездили и татей и разбойников и никаких воровских и беглых и прохожих людей и стрелцов и салдат и боярских людей также и архиерейских и монастырских и помещиковых и вотчинниковых крестьян не принимали и станов и приездов у себя никаким ворам и татем и розбоиником и иным воровским и беглым людем не было. И для осмотру таких пришлых людей выбрать во всех селех и деревнях десяцких и приказать им того смотреть и беречь накрепко, чтоб таких вышеписанных никаких пришлых людей отнюд у них не было. А буде в чьих десятках явятца такие пришлые люди, и про то ведомо будет, и им десяцким за такое их неосмотрение и утайки учинено будет жестокое наказанье, биты будут кнутьем и сосланы будут в сылку з женами и з детми на вечное житье. /Л. 7/

А будет ему Дмитрею о таких воровских людех учинитца ведомо, и ему посылать с наказными памятми приставов и россылщиков и велеть тех воровских людей хватать и приводить в приказную избу и роспрашивать всякого человека порознь. И буде дойдут до розыску, и о таких людех писать в Преображенской приказ.

А у кого татем и розбоиником и беглым всяким людем приезды и приходы будут или сами учнут каким воровством воровать, и тех людей имать и роспрашивать и те их роспросы присылать в Преображенской же приказ.

А буде по сыску и по язычной молвке в каком воровстве хто объявитца, и дойдет до пытки, и тех людей не пытать, а писать о том в Преображенской ж приказ. А того смотреть накрепко, чтоб в Тонинскои волости никакова воровства не было. /об./

В Тонинскои волости крестьяном учинить заказ крепкой, в патриарших и митрополичих и монастырских вотчинах и боярских и околнических и дворянских и всяких чинов людей в помесьях и вотчинах же Тонинскои волости крестьяном на вдовах и на девках без отпускных женитца не велеть. Так ж Тонинскои волости [426] крестьяном за волость в помесья и вотчины девок и вдов без отпускных не давать. А буде иво нерадением учнут женитца без отпускных, и те помещики и вотчинники учнут на них по вдовам и по девкам бить челом великому государю во крестьянство, и кого по государеву указу по крестьянкам велят отдать, и на нем за всякого человека возмут в государеву казну по сту рублев, а за государевых крестьян, которых отдадут без отпускных, возмут потому ж.

А будет которые крестьяне девок или вдов учнут на стороны выдавать утаикою без их ведома, и тем чинить наказанье, бить кнутом нещадно, чтоб впред было так делать иным неповадно. /Л. 8/

А буде какие люди станут приходить Тонинскои волости х крестьяном с отпускными, и тех отпускных ему Дмитрею досматривать самому в приказной избе и имена их записывать в книги и в житье по них имать поручные записи со всякою очисткою, чтоб в воровстве в каком не объявились. А буде явятца в каком воровстве, и на тех людех и на порутчиках их писать в поручные записи пеню великого государя и исцовы иски, хто будет на них челобитчики и в каком иску.

Да ему ж Дмитрею беречь того накрепко, чтоб в Тонинскои волости крестьяня и бобыли корчемного питья пив и медов на продажу не держали и зернью не играли и вина про себя не курили и судов винных и табаку у себя не держали и табаком не торговали.

А буде в Тонинскои волости крестьяня учнут у себя корчму или какие питья на продажу держать, /об./ а вино хотя и про себя станут курить или табак покупать и продавать, и ему Дмитрею про то сыскивать накрепко, а корчемное питье и суды винные и табак вынимать, а что у кого вынято будет, о том писать в Преображенской приказ.

Да ему ж Дмитрею заказать накрепко, чтоб Тонинскои волости крестьяня и бобыли в воскресные дни работы никакой не роботали и никакими товары не торговали.

А буде в Тонинскои волости где бывают ярмонки, и на те ярмонки ездить ему Дмитрею самому или посылать от себя кого пригож и смотрить накрепко, чтоб на тех ярмонках Тонинскои волости жители и приезжие торговые люди нихто ни с кем не дрались. А буде кто умнет с кем дратись, и таким людем велеть имать и приводить в приказную избу и чинить им наказанье /Л. 9/ смотря по вине и по людем, чтоб от тех драк смертного убивства и торговым людем розгони и по торгом грабежю не было, а с товаров в государеву казну пошлинным денгам недобору не учинилось.

А которые всяких чинов люди построили мелницы на дворцовых землях, не бив челом великому государю, и владеют безоброчно, и те мелницы. досмотря и сыскав подлинно, отписать на великого государя и помолные денги на прошлые годы из доимки доправить, по сколку они за всякими мелничными поделками денег в год збирали, а впред помолные денги збирать за верою или отдавать на оброк и о том писать в Преображенской приказ.

А буде про что в сем наказе чего и не написано, а смотря по тамошнему делу тс дела надобные будут и чаят в том великому государю прибыли, и ему Дмитрею чинить по своему разсмотре /об./ нию и великому государю в том искать прибыли и писать о том для ведома в Преображенской приказ.

Да ему ж Дмитрею в Тонинскои волости в приказной избе у подьячих о приходе и о росходе денежной казны и у старост о мирских всяких поборех имать зборные книги и наличные росписи, и по тем росписям наличных денег досматривать и в приходе и в росходе подьячих и старост и целовалников при своем сиденье считать и делать счетные и сметные списки со всякими подлинными очистками. Да те счетные и сметные списки, закрепя своею рукою, и наличные остаточные денги высылать в Преображенской приказ по вся годы. Да прошлых лет в росходе подьячих и старост и целовалников по приходным и росходным книгам и по росписям, которые не считаны, счесть ж, а чего у них по счету налицо не объявитца, или они в какие росходы давали денги без указу /Л. 10/ великого государя и без мирского ведома, и то на них править безо всякие пощады.

А того беречь накрепко, чтоб в Тонинскои волости старосты и целовалники, горланы и ябедники мелким и молодчим крестьяном и бобылям обид и налог и продаж и насилств никому ни в чем не делали и в роботе никаких нападков не чинили и лишних денег с мирских людей ни в какие государевы и в мирские подати [427] не збирали и ни чем не корыстовались и в посулы никому ничего не давали и в тягле и в оброке окладывали и верстали всех налицо пожиточных и средних и моломочных 56 людей против тягла и пожитков по евангелскои христове непорочной заповеди еже ей ей, никому не дружа и не наровя и не стакався семьями, и скудным бы людем тесноты никакой не чинили, чтоб от старост и от целовалников и от горланов и от ябедников крестьяном и бобылям обиды и маломотчим 56 людем в лишних зборех продаж и насилств не было. /об./

А которые мирские зборы в платежех всяких доходов доведетца собрать денег оприч государевых окладных зборов, и тем збором велеть старостам приносить в приказную избу росписи за руками, на какие росходы и сколко денег собрать доведетца и по чему в те зборы иметца взять с выти, и те росписи принимая велеть записывать и книгу, а книги закрепить своею рукою, и по тем росписям о зборе из приказные избы к старостам посылать памяти, а в памятях писать имянно, сколко с которого села 58 или деревни 58 в какие поборы денег взять доведетца, и по тем паметям денги збирая имать в приказную избу и записывать в особую книгу имянно и собрав держать в приказной избе, а волостным крестьяном в приеме тех денег давать отписи. А на какие росходы сколко ис тех денег понадобитца старостам и целовалником, и им давать по расмотрению с росписками, чтоб они тех денег для своих корыстей на крестьян не накладывали и в росходе сами корыстны не были, /Л. 11/ и смотрить того за ними накрепко. А как которого збору денги будут у них в росходе, и тех старост и целовалников по приходным и росходным книгам считать при выборных людех, которых к тому счету выберут всем миром. И чего у них по счету против збору денег в росходе не будет или на какие росходы у зборщиков будут денги в росходе без мирского и без ево Дмитриева ведома, и то на них править бес пощады, чтоб мирскими денгами нихто корыстен не был, и о том о всем для ведома в Преображенской приказ писать.

А будучи ему Дмитрею в Тонинскои волости о высалке денежных и хлебных доходов радеть, а крестьяном никакой тесноты и налог никаких не чинить и никаких взятков ни с кого ни от чего не имать.

А буде он Дмитреи будучи в том селе станет что делать мимо сего наказу /об./ лишнее или чего не исправит для своих прихотей, каких государевых доходов не вышлет или крестьяном учнет чинить налоги и обиды и оттого станет с них имать взятки, и за то ему по сыску от великого государя быть в жестоком наказанье безо всякого милосердия, а двор иво и пожитки все взяты будут на великого государя.

Да тебе ж Дмитрею для осмотру заповедника болшого посылать осматривать осотчиков по вся дни по пяти человек. И буде ково застанут посторонних людей в заповедн 59ику 59, станут лес рубить так же села Тонинского и приселков государевы крестьяне, и их ловить и приводить в село Тонинское и о том писать в Преображенской приказ. А буде которые учинятца силны лову, посылать человек по тритцрти и по сороку, чтоб тех силников из лесу побрать. А тебе Дмитрею самому лесу государева не продавать и никому /Л. 12/ не отдавать. И над осотчиками смотреть накрепко, чтоб от них от [о]сотчиков какой дурости не было. И естли хто про то известит, что ты лесу станешь продавать или 58себе имать 58 и даром кому отдавать или за теми сторожами станешь смотреть оплошно, а про то сыщетца, и тебе за то быть в смертной казни.

Да ему ж Дмитрею к государевым всяким делам в старосты и в целовалники и в десяцкие велеть выбирать ис крестьян людей добрых и пожиточных, кому б в том мочно было верить, и на тех выборных людей имать у них выборы за руками.

Справил Ивашко Алексеев.

ОПИ ГИМ. Ф. 440. On. 1. Д. 574. Л. 1-12

№ 3

1701 г. сентября 30. – Память наказная из Приказа Большого дворца приказчику дворцового села Вощажниково Ростовского уезда стряпчему Хлебного дворца Алексею Маркову

/Л. 30/ Лета 1701-го сентября в 30 день. По указу великого государя царя и великого князя Петра Алексеевича всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца память Хлебенного дворца стряпчему Алексею Маркову. Быти ему на приказе Ростовского уезду ево великого государя в дворцовом селе Вощажникове того ж Дворца стряпчего на Матвеево место Усачова. А переменить /об./ ему ево Матвея по сроке марта 1-е число 1702-го году. [428]

И Алексею Маркову, приехав в село Вощажниково, у Матвея Усачева в приказной избе великого государя грамоты и указы о всяких делех и государским денежным и хлебным и иным всяким доходом и столовым запасом приходные и росходные книги и крестьянские росправные дела и в житницах десятинной всякой хлеб молоченой по перемеру, а немолоченои в кладях /Л. 31/ по опыту, и на прикащичье дворе хоромное всякое строение принять, а что принято будет и то все написать в росписнои список имянно. Да тот росписнои список за своею и за ево Матвеевою руками прислать к великому государю к Москве и велеть подать в Приказе Болшаго дворца боярину Тихону Никитичу Стрешневу с товарыщи. А другой таков же росписнои список за своею и за ево Матвеевою руками оставить в селе Вощажникове в приказной избе впред для спору. /об./

И будучи ему Алексею в селе Вощажникове на приказе села Вощажникова со крестьян и бобылей з живущих вытей и с оброчных со всяких статей великого государя денежные и хлебные и иные всякие доходы и столовые запасы и десятинной хлеб к Москве высылать по уставным грамотам на указные сроки сполна и по государским указом, каковы о том к нему Алексею присланы будут из Приказу Большого дворца. /Л. 32/

Да ему ж Алексею села Вощажникова крестьян во всяких делех оприч духовных дел росправою ведать и всякую росправу меж ими чинить по указу великого государя по Соборному уложенью и по новоуказным статьям, каковы о том состоялись в прошлом в 205-м году февраля в 24 день. А судов и очных ставок никому ни в чем не давать, а вместо судов и очных ставок по челобитью всяких чинов людей в обидах и в розоренях чинить розыск. /об./

В брани и в бесчестье или в бое и в увечье и во всяких обидах и в разоренье хто истец на свидетелей пошлетца всяких чинов людей на одного или на дву человек или болши, а ответчик на тех людей пошлетца ж на всех безотводно или из них пошлетца на одного ж человека, и тех свидетелей против ссылок допрашивать в приказе перед судьями вправду по евангелскои заповеди господни и вершить те дела по свидетелевои скаске. А буде ответчик /Л. 33/ против исцовои 60ссылки 60 свидетеля кого учнет отводить недружбою или ссорою или обидою какою и разорением, и ево допрашивать, какая у него с ним недружба или ссора и скол давно и где учинилось и челобитье ево ответчиково на ево свидетеля в котором приказе, и потому ево допросу и по справке с приказом про то, что у него ответчика с тем свидетелем явитцо в приказе дело в обидах, и того свидетеля не допрашивать. А будет ответчик /об./ учнет свидетеля отводить недружбою кроме приказного свидетелства, и про тое недружбу сыскать вправду, и буде по сыску явитца подлинно, что у него с тем свидетелем недружба есть, и того свидетеля не допрашивать же. А буде ответчик учнет свидетеля отводить такими вышеписанными отводы затеяв напрасно хотя отбыть иску, а у него с тем свидетелем по справке с приказом или по сыску недружбы и дела никакова не явитца, и того, хто ложно отводить, тем /Л. 34/ обвинить, а свидетеля не допрашивать.

А буде в таких искех свидетеля ответчик отведет вышеписаными отводы по справке с приказом или по сыску или истец в челобитье напишет или скажет, что ево хто бранил и бесчестил или бил или какую обиду и разоренье учинил, а про то нихто не ведает, а ответчик в том иску запретца, и исцом и ответчиком в таких искех давать веру. А у веры быть исцу и ответчику самим, а не детем /об./ и не свойственником и не людем их и крестьяном. А приводить их к вере в соборной церкви протопопом перед святым евангелием по чиновной книге с великим прещением и говорить протопопом и претить исцов и ответчиков у крестаприводства накрепко, чтоб они, памятуя себе страх божий и праведной ево суд, х кресному целованию приступали и целовали крест во всякой правде безо всякого душевредства, не желая себе каких либо мало /Л. 35/ временных прибытков, чтоб тою неправдою они исцы и ответчики душ своих напрасно не губили.

А буде хто х кресному целованию приступит в неправде, и про то сыщетца, и тому лукавцу за лживое крестное целование учинить казнь смертная.

А будет же кто свидетель скажет о свидетелстве ложно, и про то сыщетца ж, и за то ево ложное свидетельство казнить смертью ж. /об./

Да и о беглых людех и о крестьянех и о землях и о всяких делах, в которых суды и очные ставки были, отставить же, а быть по вышеписанному вместо судов и очных ставок розыску ж, в крепосных делех по крепостям, а не в крепосных делех [429] по розыску, а пошлины с ысков с тех розыскных дел на виноватом имать по прежнему великого государя указу и по уложенью. А которые судные дела и очные ставки до вышеписанного великого государя указу в приказех /Л. 36/ и в городех вершены, а после вершенья на те дела спору по то число не было, и тем быть так как они вершены. А не о вершеных и на которые вершеные дела челобитье принесено до сего государева указу, и по тем делам великого государя указу чинить по сему ж епо великого государя указу розыском же. А смертию никого без указу великого государя не казнить, писать о том к великому государю к Москве в Приказ Бол-шаго дворца и ожидать по тем отпискам великого государя указу. /об./

А з дел имать на великого государя пошлины по прежнему великого государя указу по уложенью на виноватом с ысцовых исков с рубля по гривне, со лживых кабал и з записей и иных крепостей против того вдвое, да пересуду и правого десятка по семи алтын по две деньги с суда. А буде доведетца взять с убивственного дела поголовные пошлины, и тех пошлин имать на виноватом по четыре рубли по четыре алтына с полуденьгою за голову. /Л. 37/

А буде по указу великого государя ис Приказу Болшаго дворца или из Дворцового судного приказу по сыску и крепостям которые крестьяне доведутца отдать помещиком и вотчинником во крестьянство, и за тех людей имать с оддачи поголовных пошлин по четыре алтына по две денги за голову. Да на великого ж государя збирать села Вощажникова со крестьян и бобылей свадеб за куницу по гривне, за новоженнои убрус по два алтына, с прихожих людей, которые /об./ станут приходить к дворцовым крестьяном для работы с отпускными из найму, с человека по денге. И те пошлинные неокладные денежные доходы велеть в приказной избе подьячим записывать в книги имянно и за подьячими смотрить накрепко, чтоб они те неокладные денежные доходы в книги записывали сполна. А в росход тех денег без указу великого государя не держать.

А о государскои десятинной пашне ему Алексею радеть и всякой присмотр /Л. 38/ и пристрой держать и о всем чинить по наказу, каков в селе Вощажникове в приказной избе в тетратех за дьячьею приписью, и по государским указом, каковы впред присланы будут к нему Алексею.

А как десятинной хлеб поспеет, и тот хлеб крестьяном велеть зжать в пору в ведреные дни с поспешением и в клади класть, высушивая гораздо, не в великие скирды на подкладинах и подстилать /об./ соломою. И велеть верхи вывершивать и укрывать соломою ж, чтоб сверху дождем и с ысподи водою хлебо не подмочило, и от животины огараживать. А на опыт молотить доброго и среднего и нлохова хлеба по сотнице, а обмолотя мерять при себе в медную заорленую меру под гребло.

А в посевном и в ужинном списках росписывать подли/Л. 39/нно, сколко какова хлеба на сколких десятинах посеяно и сколко какова хлеба сотниц ужато и почему из сотницы будет в умолоте. И посевные и уживные 61 списки посся и пожав и учмня опыт, а замолотные книги хлеб перемолотя, высылать к Москве в Приказ Болшаго дворца вскоре, не дожидаясь нарочнои присылки, чтоб про то про псе в Приказе Болшаго дворца было ведомо. /об./

А как хлеб станут молотить, и у молодбы быть самому безотступно. а на старост и на крестьян и на людей своих не покладыватца, чтоб крестьяня хлеб не крали и лошадми не травили. Да и самому ему Алексею государским хлебом не корыстоватца и лошадми не травить и ни с кем не ссужатца и взаймы без указу велико [го] государя не давать. /Л. 40/

А на семена оставливать лутчего и Сухова хлеба и велеть беречь старостам и целовалником в крепких житницах, чтоб того семенного хлеба дождем и снегом не намочило.

А ухоботье и колос и мякину и ржаную и яровую солому, что станет оставатца /об./ за конюшенною дачею и за животинным кормом, отдавать крестьяном, а на них имать денги от десяти чети ржи по пяти денег, от десяти чети овса по полушесте денге, за воз оржаные соломы по три денги, а за яровую по шти денег, а воз бы был ото ста снопов. А сколко какова хлеба и по какому государскому указу кому /Л. 41/ дано и что на крестьянех за солому и за ухоботье денег взято будет, и то написать в замолотные книги имянно, да те книги за своею рукою и по книгам денги высылать к Москве в Приказ Болшаго дворца с нарочными посылщики. [430]

А будет села Вощажникова крестьяня и бобыли по указу великого государя ис Приказа Болшаго /об./ дворца или из Дворцового судного приказу по чьему нибуд челобитью доведетца выслать к Москве к ответу, и по них поруку велеть имать села ж Вощажникова крестьян, и в поручных записях писать имянно, чтоб им стать к суду на Москве на указной срок и за теми поруками ставитца до вершенья того дела, а без указу с Москвы не съехать. /Л. 42/

А того беречь накрепко, чтоб села Вощажникова крестьяне и бобыли безъявочно в ыные городы никуды не ездили и татей и разбойников и никаких воровских и беглых и прихожих людей и крестьян и стрелцов и салдат отнюдь не принимали, чтоб станов и приездов никаким воровским и беглым людем не было. /об./

А буде о таких воровских и беглых людех учинитца ведомо, и по таких воровских и беглых людей посылать с наказными памятьми подьячих или кого пригож и велеть их хватать и приводить в приказную избу и роспрашивать всякого человека порознь и сыскивать всякими сыски накрепко и писать /Л. 43/ о том к великому государю, а отписку велеть подавать в Приказе Большаго дворца.

А которые приезжие и прихожие люди учнут у кого жить, и тем людем велеть явитца в приказной избе. А как объявятца, и их роспрашивать. откуды /об./ хто и х кому для какова дела пришол и не беглые ль чьи люди или крестьяне. А роспрося тех людей подлинно, и буде они не беглые, велеть в приказнон избе записывать в книги, хто у кого станет жить, и имать с них явки с человека по денге и в житье по них имать поруч ные записи, чтоб в воровстве в каком не /Л. 44/ объявились, а буде объявятца в воровстве, и в поручной записи велеть писать имянно на тех людех и на порутчиках их великого государя пеня и исцов иск, хто будет челобитчик в каком иску. А которые люди явятца беглые, и тех людей велеть хватать и сажать в тюрму до указу и писать о том для ведома к великому государю, /об./ а отписки велеть подавать в Приказе Болшого дворца.

Да ему ж Алексею беречь того накрепко, чтоб в селе Вощажникове и в деревнях крестьяне и бобыли корчемного питья пив и медов на продажу не держали и зернью не играли и вина про себя не курили и судов ви/Л. 45/нных и табаку у себя не держали.

А буде села Вощажникова и деревень крестьяне и бобыли учнут у себя корчму или какия питья на продажу держать, а вино хотя и про себя курить, и тех людеи велеть хватать и сажать в тюрму /об./ до указу, а об указе писать к великому государю к Москве в Приказ Болшаго дворца.

А того беречь накрепко, чтоб в селе Вощажннкове старосты и целовалнпкн и зборщики, горланы и ябедники, стакався семьями, мелким и молотчим крестьяном и бобылям /Л. 46/ обид и налог и продаж и насильств никому ни в чем не делали и лишних денег с 60мирских 60 людей ни в какие государевы и 60мирские 60 подати не збирали и ни в чем не корыстовались и в посулы никому ничего не давали и в тягле и в оброке и во всяких податях и в зборе окладывали и верстали /об./ всех 62 налицо пожиточных и средних и молодчих людеи против тягла и пожитков вправду по евань[г]ельскои заповеди господни, никому не дружа и не наровя, чтоб от старост и от целовальников и от зборщиков и от горланов и от ябедников крестьяном и бобылям и бедным /Л. 47/ и молотчим людем в лишних зборах продаж и насильств и напрасного разорения не было.

Да и ему Алексею будучи в селе Вощажникове того села и деревень крестьяном и бобылям обид и налог и продаж и насилств никому ни в чем /об./ не чинить и никаких взятков ни с кого ни от чего не имать.

А буде он Алексеи, села Вощажникова, крестьяном и бобылям умнет чинить налогу и обиды и от того станет с них имать какие взятки, /Л. 48/ и за то ему Алексею по сыску от великого государя царя и великого князя Петра Алексеевича всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца быть в опале и в жестоком наказанье безо всякие пощады.

К сему наказу великого государя царя и великого князя Петра Алексеевича всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца печать приложена.

ОР ГИМ. Увар. 828-4°. Л. 30-48.

Комментарии

1. Александров В. А. Сельская община в России (XVII – начало XIX в.). М., 1976. С. 48-55; Алефиренко П. К. Русская общественная мысль первой половины XVIII столетия о сельском хозяйстве // Материалы по истории земледелия СССР. М., 1952. Сб. I. С. 517, 527, 528, 538; Архангельский С. И. Крестьяне крепостной деревни Московского промышленного района во второй половине XVIII века (По данным вотчинных инструкций) // Архив истории труда в России. Пг., 1923. Кн. 8. С. 135-147; Бураковская Н. И. Вотчинные инструкции середины XVIII в. как источник по истории крепостного хозяйства (Характеристика инструкций Голицина 1767 г.) // ТМГИАИ. М.. 1961. Т. 16. С. 371-388; Волков С. И. Крестьяне дворцовых владений Подмосковья в середине XVIII в. М., 1959. С. 176-181; Гневушев A. M. Новгородский дворцовый приказ в XVII в. (Краткий очерк деятельности и документы) М., 1911. С. VII-XI; Горская Н. А. Монастырские крестьяне Центральной России в XVII в.: О сущности и формах феодально-крепостнических отношений. М., 1977. С. 259-260, 262; Индова Е. И. Дворцовое хозяйство в России (первая половина XVIII века). М., 1964; Она же. Инструкция князя М.М. Щербатова приказчикам его ярославских вотчин (1758 г. с добавлениями к ней по 1762 г.) // Материалы по истории сельского хозяйства и крестьянства СССР. М., 1965. Сб. VI. С. 432, 433; История крестьянства СССР с древнейших времен до Великой Октябрьской социалистической революции. М., 1989. Т. 2. С. 276, 279; Комнисаренко А. И. Русский абсолютизм и духовенство в XVIII веке; Очерки истории секуляризационной реформы 1764 г. М., 1990. С. 19-24; Кондрашова Л. И. Малоизвестные помещичьи наказы управителям XVIII в. //ТМГИАИ. М., 1957. Т. 10. С. 222-238; Материалы по истории сельского хозяйства и крестьянства России; Сельскохозяйственные инструкции (середина XVIII в.) / Сост. Л. В.Данилова, М. Д. Курмачева. М., 1987. Ч. I. С. 3-27; Новосельский А. А. Вотчинник и его хозяйство в XVII в. М.; Л.. 1929; Павленко Н. И. Монастырское хозяйство XVIII в. по вотчинным инструкциям // Проблемы общественно-политической истории России и славянских стран. М.-, 1963. С. 313-321; Петрикеев Д. И. Крупное крепостное хозяйство XVII в. (По материалам вотчин боярина Б. И.Морозова). Л., 1965. С. 63-64; Петровская И. Ф. Наказы вотчинным приказчикам первой четверти XVIII в. // Исторический архив. М., 1953. Т. VIII. С. 221-225; Прокофьева Л. С. Крестьянская община в России во второй половине XVIII – первой половине XIX в. (на материалах вотчин Шереметевых). Л., 1981; Семевский В. И. Крестьяне в царствование императрицы Екатерины II. СПб., 1881. Т. 1; Сивков К. В. Наказы управителям XVIII в. как источник для истории сельского хозяйства в России // Академику Борису Дмитриевичу Грекову ко дню семидесятилетия. М., 1952. С. 241-248; Симлянская Е. Б. Дворянское гнездо середины XVIII века: Тимофей Текутьев и его «Инструкция о домашних порядках». М., 1998; Устюгов И. В. Инструкция вотчинному приказчику первой четверти XVIII в. // Исторический архив. М.; Л., 1953. Т. IV. С. 150-183; Щепетов К. Н. Крепостное право в вотчинах Шереметевых (1708-1885). М., 1947; и др.

2. Заозерский А. И. Царская вотчина в XVII в.: Из истории хозяйственной и приказной политики царя Алексея Михайловича. М., 1937. С. 51; Гневушев A. M. Указ. соч. С. VII-XI. Кроме публикации A. M. Гневушева А. И. Заозерскому был известен наказ Мине Взимкову в Верхоценскую дворцовую волость (1656/57 г.).

3. Индова Е. И. Указ. соч. С. 304; Петровская И. Ф. Указ. соч. С. 226-229.

4. ОР ГИМ. Увар. 828-1°.

5. (Тютчев Иван -в 1644-1645 гг. подьячий Поместного приказа, в декабре 1645 г. выбыл из Поместного приказа, отмечено «у государева дела в подключниках» (Веселовский С. Б. Дьяки и подьячий XV-XVII вв. М., 1975. С. 528). Федор Насонов, которого надлежало сменить на приказе, вероятно, один из братьев Насоновых («сытников»), которым в 1632 г. передавалась подмосковная деревня Понарьино. См.: Тихонов Ю. А. Помещичьи крестьяне в России: Феодальная рента в XVII – начале XVIII в. М., 1974. С. 83, 89. Показательно, что его брат Никита – дьяк Хлебного приказа с ноября 1664 по 5 июля 1665 г. См.: РИБ. СПб.. 1907. Т. 21. Стб. 706, 1014 и др.; Богоявленский С. К. Приказные судьи XVII в. М., 1946. С. 277; Веселовский С. Б. Указ. соч. С. 354.

6. Ярославская губерния. Список населенных мест по сведениям 1859 года. СПб., 1865. № 1036.

7. Там же. № 7616.

8. Дианова Т. Н. Филиграни XVII-XVIII вв. «Герб города Амстердам». М., 1998.

9. Тем же писцом сделаны пометы на полях листов 8 и 10 об.

10. Леонид (Кавелин). Систематическое описание славяно-российских рукописей собрания графа
А. С. Уварова. М., 1894. Ч. III. С. 185. № 1549 (828). В описании имеются опечатки, например, число
статей наказа (36), дата наказной памяти (1706 г.).

11. ОПИ ГИМ. Ф. 440. Оп. 1. Д. 574. Л. 1-12.

12. Название села встречается в документе в трех вариантах – «Тонинское», «Тоннинское», «Танинское», преобладающим является первое. Все три написания выявлены и в других источниках второй половины XVII в. См.: РИБ. Т. 21. Стб. 164, 553, 702-703; Сборник Муханова. СПб., 1866. № 148. С. 215; № 157. С. 221. Речь идет об известном с XV в. селе на берегу р. Яузы, построенный здесь путевой дворец нередко был местом первой остановки во время царского богомолья к Троице-Сергиеву монастырю. Позднее «ойконим» трансформировался в «Тайнинское».

13. Богоявленский С. К. Указ. соч. С. 208; Веселовский С. Б. Указ. соч. С. 375.

14. Филиграни XVII в. по рукописным источникам ГИМ. М, 1988.

15. Деление на статьи имело не только Соборное уложение 1649 г., но и наказы послам и воеводам (см., например: Заозерскй А. И. Указ. соч. С. 51, 68, 95). В этой связи, по-видимому, не случайно наиболее ранняя известная до сих пор исследователям вотчинная инструкция с делением на пункты принадлежит перу А. А. Виниуса, карьера которого начиналась при Алексее Михайловиче и о чьем влиянии на молодого царя писал С. М. Соловьев. См.: Андреев А. И. Наказ вотчинника крестьянам 1709 г. // Исторический архив. М., 1953. Т. VIII. С. 269-277; Соловьев» С. М. История России с древнейших времен // Сочинения. М., 1990. Кн. 5, т. X. С. 441.

16. Материалы по истории сельского хозяйства и крестьянства России: Сельско-хозяйственные инструкции (середина XVIII в.). С. 9.

17. Подробнее см.: Соколова Н. В. Крестьянское землепользование по «типовому» наказу приказчику дворцовых сел эпохи Алексея Михайловича // Землевладение и землепользование (социально-правовые аспекты): Материалы докладов и сообщений XXVIII сессии Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. Калуга, 2003. С. 71-80.

18. Александров В. А. Указ. соч. С. 115.

19. Заозерский А. М. Указ. соч. С. 55-57, 98-108 и др.

20. Можно идентифицировать с. Красное как костромское дворцовое село, упомянутое, наряду с Великим и Вощажниковым, например, в перечне 1705 г., опубликованном Е. И. Индовой. См.: Индова Е. И. Указ. соч. С. 319. Одноименное село в Гороховецком уезде в 1664 г. Было еще частновладельческим. См.: РИБ. Т. 21. Стб. 174.

21. В 1701 г. В с. Великом по-прежнему сеяли только овес и рожь. См.: РГАДА. Ф. 396. Оп. 2. Д. 1054. Л. 135 об.

22. ЛАЭ. СПб., 1836. Т. III. № 217. С. 319-322. Повторная публикация во втором томе ЙАрхива Строена» – РИБ. Пг., 1917. Т. 35. № 412. Стб. 818; Гневушев A. M. Указ. соч. С. VII-XI; Петровская И. Ф. Укач. соч. С. 226-229; Хозяйство крупного феодала XVII в. М.; JI., 1936. Ч. I. С. 115-119.

23. В наказной памяти Алексею Маркову исключение составляет текст вставки, воспроизводящей указ 1697 г., где имени приказчика, естественно, нет.

24. Заозерский А. И. Указ. соч. С. 51.

25. РИБ. Т. 21. Стб. 1078.

26. Там же. Стб. 1033. Дело в том, что адресатов в то время уже не было в Москве, так как, согласно тем же записным книгам, Лаврентий Симанский еще 16 декабря был послан в нижегородское село Популово, а 15 января «отдан наказ Давыду Племянникову, а велено ему ехать в Нижегородский уезд в село Популово с деревнями [...] А после того ехать в села Мурашкино и Лысково» для сбора с крестьян «денег, которыми они великому государю ударили ратным людем на жалование» (Там же. Стб. 1020, 1025-1026).

27. Там же. Стб. 1089.

28. Там же. Стб. 26. Документ зафиксирован и в описи 1683 г. (Стб. 706).

29. «Село Гридино с деревнями ведать во всем и государеву десятинную пашню пахать и всякие заводы заводить по государеву указу и по статьям, каковы ему даны о Мурашкинской волости, и таможни и мельницы в этой вотчине отдавать на откуп из наддачи, как прибыльнее, и денежные и медвяные оброки збирать и над крестьяны смотреть всего, и от сторон их оберегать, а угодья досматривать самому» (Там же. Стб. 1078).

30. Там же. Стб. 23, 707. Записные книги сообщают о присылке документа в Москву 15 июня 1665 г. (Стб. 1075).

31. Там же. Стб. 1053, 1077. 1126.

32. См., например, наказную память в Сомерскую волость Старорусского уезда 1646 г. (Гневушев A. M. Указ. соч. С. VII-XI).

33. В наказной памяти 140 г. назван нынешним, т.е. она написана в 1631/32 г. Сравнение с документом, посланным 2 ноября 1630 г. приказчику Федору Белину в с. Ярлыково. показывает существенные изменения содержания наказа, в том числе появление подробных указаний по сельскохозяйственному производству и организации барщинных работ, формулы о взаимоотношениях с общиной, регламентация штрафов за винокурение и др. Как представляется, эти новеллы непосредственно связаны с деятельностью Воина Лукьяновича Карсакова, которому по указу царя велено Покровский монастырь, находившийся в ведении Приказа Большого дворца, «строить и монастырские вотчины во всем ведать» (его присутствие в монастыре документировано со 2 сентября 1630 г.). Кстати, влияние памяти 1631/32 г. на составителей двух более поздних аналогичных документов Покровского Суздальского монастыря – 1633 г. Федору Булатову в село Усолье и 1653 г. Гавриле Воронину в с. Гавриловское – не вызывает сомнений. См.: ААЭ. Т. III. № 217. С. 319-322; СПб., 1836. Т. IV. № 67. С. 103-105; Владимирские губернские ведомости. 1877. Часть неофициальная. № 8. С. 3-4; Описание актов собрания графа А. С. Уварова. Акты исторические, описанные И. М. Катаевым и А. К. Кабановым. М., 1905. № 154; Памятники деловой письменности XVII в. Владимирский край. М, 1984. С. 222; ОПИ ГИМ. Ф. Г/. Оп. 2. Д. 3. Л. 27-28; Д. За. Л. 19 и др.

34. АПД. Т. 1: Акты 1587-1627 гг. М., 1913. С. 136, 137, 144, 184, 186, 187, 211, 212, 213, 219, 237, 239.

35. Заозерский А. И. Указ. соч. С. 304-305. Гипертрофированное внимание к доставке десятинного хлеба было также вполне закономерным в связи с насущной потребностью в увеличении объема зерна, поступающего в Москву.

36. Там же. С. 16-18.

37. Выше отмечалась собственноручная помета Алексея Михайловича на статьях приказчику, посланному в Мурашкинскую волость Нижегородского уезда. О подобных примерах также см.: Заозерский A. M. Указ. соч. С. 80, 81, 95.

38. Из документов XVII в. в его распоряжении имелись наказная память приказчику Суздальского Покровского монастыря 1631/32 г., три памяти в вотчины стольника А. И. Безобразова 80-х годов XVII в. и память Б.И. Морозова в с. Сергач. См.: Новосельский А. А. Указ. соч. С. 69-70.

39. Индова Е. И. Указ. соч. С. 304-305.

40. Здесь и далее текст наказной памяти 1703 г. цит. по: Петровская И. Ф. Наказы вотчинным приказчикам первой четверти XVIII в. С. 226-229.

41. Подчеркнем, что в середине 1660-х годов Тонинское – также дворцовое село. В описях дел Тайного приказа 1676 и 1683 гг. есть «Столпик, а в нем описные росписи Тонинской и Воздвиженской волостей 172-го [году] стольника, что ныне окольничий Богдана Федоровича Полибина да Федора Палицына. За рукою дьяку Артемия Степенова», а также «Выписка, что в государеве селе Тонинском и в приселках и в деревнях крестьянских дворов, и во дворех людей и у них вытей, и по чему на выть пашут государевы десятинные пашни и сенных покосов, и что пустошей и на них сенных покосов и всяких угоден, и почему платят оброку», подклеенная в столбце за рукою того же дьяка. См.: Веселовский СБ. Указ. соч. С. 490; РИБ. Т. 21. Стб. 164, 553, 702-703. Но в записных книгах Тайного приказа село не упоминается.

42. Без вводной статьи и деления на пункты, небольшое дополнение после указа – со слов «и смертию никому без указу...» и до конца предложения. См.: ПСЗ. СПб., 1830. Т. III. С. 278-279.

43. АЮБ. СПб., 1864. Т. II. № 230 (XXIII). Стб. 699.

44. ДАИ. СПб., 1851. Т. IV. № 43.

45. Заозерский А. И. Указ. соч. С. 48-50.

46. Наказ 1664 г. предписывал: «А ведать Григорью шездесят вытей, а Ивану и Илье по тридцати вытей». В 1702 г. в Великом насчитывалось «в живущем» 67 вытей с четью, в Вощажникове – 39 вытей с полутретью и получетью. См.: РГАДА. Ф. 396. Оп. 2. Д. 1054. Л. 134. 137. Большая часть с. Рыбного (Поречья) была в 1682/83 г. отдана в вотчину Б. Г. Юшкову, в 1682-1700 гг. еще 24 двора отданы митрополиту Ростовскому Ионе (Готье Ю. В. Замосковский край в XVII в. М. 1937. С. 214. 221-222), поэтому в описании 1702 г. вытные доходы с него не указаны.

47. ДАИ. СПб., 1875. Т. IX. № 118. С. 347-348; Ярославская губерния: Список населенных мест по сведениям 1859 года. № 7408.

48. Аналогично тому, как это было, по мнению А. И. Заозерского, в царских владениях, которыми ведал Тайный приказ: «Помимо наказов приказчики, как и воеводы, уже на месте своей службы получали инструкции в форме «статей», государевых грамот и приказных грамот» (Заозерский А. И. Указ. соч. С. 51).

49. Точно не известно, когда В. П.Шереметев фактически вступил во владение с. Вощажниково. которое было пожаловано ему именным указом в 1706 г. К. Н. Щепетов включил это село в таблицу о доходах с вотчин за 1708 г. См.: Щепетов К. Н. Указ. соч. С. 17. 286-289. В инструкции 1712 г. говорится о сборах на В. П. Шереметева за 1710 и 1711 гг., причем инструкция адресована мирским выборным, владельческого приказчика в селе не было. См.: Петровская И. Ф. Указ. соч. С. 229-230. Село Великое с деревнями было пожаловано кн. Н. И. Репнину – отказные книги подьячего Ижерской канцелярии Алексея Носова датированы 1707 г., дата жалованной грамоты – 30 июня 1708 г., а о записи в Печатном приказе говорится под 26 января 1709 г. См.: РГАДА. Ф. 135. Оп. 1. Отд. 1. Р. IV. Д. 54.

50. Впрочем, например, инструкция Б. П. Шереметева мирским выборным того же с. Вощажникова (январь 1712 г.), прямых заимствований не содержит. См.: Петровская И. Ф. Указ. соч. С. 229-230.

51. Подлинник наказной памяти 1703 г., по которому она и была опубликована И. Ф. Петровской, был выявлен в фонде Шереметевых в РГИА. Впервые введен в научный оборот А. Л. Шапиро. См.: Шапиро А. Л. Крестьянская община в крупных вотчинах первой половины XVIII века // Учен. зап. Саратовского гос. ун-та. Саратов, 1939. Сер. ист. ф-та. Г. I (XIV). Вып. I. С. 60.

52. Вряд ли следует думать, что ощутимый рост числа дошедших до нас частновладельческих и монастырских инструкций, «наставлений», «уложений» XVIII в. обусловлен исключительно лучшей сохранностью архивов.

53. Александров В. А. Указ. соч. С. 116.

54. Под «стабильностью» здесь имеется в виду не набор тех или иных конкретных условий, а определенный тип движения системы, при котором она оказывается в состоянии не просто существовать, а развиваться, воспроизводиться и изменяться, не утрачивая при этом своих базисных параметров. Понятие «стабильность» характеризует способность системы обеспечивать назревшие, необходимые для се сохранения перемены, компенсируя их таким образом, чтобы утрата отдельных характеристик или элементов не создавала угрозы для выживания системы в целом.

55. См.: Каштанов С. М. Актовая археография. М., 1998. С. 143-233; Правила издания исторических документов в СССР. М., 1990.

56. Так в ркп.

57-57. По смытому.

58-58. Вписано над строкой.

59-59. Дописано в пропуск между словами со значительным уменьшением размера букв.

60-60. Написано поверх другого текста.

61. Так в ркп.: следовало бы ужинные.

62. Исправлено из слова всем

Текст воспроизведен по изданию: "Типовой" наказ приказчику дворцовых сел эпохи Алексея Михайловича // Археографический ежегодник за 2002 г. М. 2004

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.