Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

СТАНОВЛЕНИЕ КРЕПОСТНИЧЕСТВА И СИСТЕМЫ ГОСУДАРСТВЕННОГО ФЕОДАЛИЗМА НА ЮГЕ РОССИИ В КОНЦЕ XVI - НАЧАЛЕ XVII в.

(историография и источники)

(Настоящая статья написана Вадимом Ивановичем Корецким в начале 1980-х гг. Публикуется впервые. Текст приведен в авторском оригинале)

Появление элементов государственного феодализма на юге России на рубеже XVI-XVII вв., их развитие на протяжении XVII в. в систему, тесно связано с общими процессами крестьянского закрепощения и колонизационного освоения степных окраин. Уже дореволюционные историки (Д. И. Багалей, И. Н. Миклашевский и др. 1), споря о примате правительственной колонизации над крестьянской, отметили наличие на юге «государевой десятинной пашни», обрабатываемой местным населением наряду с исполнением основной ратной службы. Однако классовая ограниченность буржуазных ученых не позволила им даже поставить вопрос о государственном феодализме, а тем более показать, как усиливающийся феодальный гнет, в увеличении которого немалую роль играло феодальное государство со своими все возрастающими потребностями, порождал ожесточенную классовую борьбу на окраинах, вылившуюся в XVII в. в две грандиозные Крестьянские войны, потрясшие всю страну.

Только в советской историографии (работы А. А. Новосельского, Л. В. Черепнина, А. И. Яковлева, П. П. Смирнова, Г. А. Новицкого и др.) 2 в 30-40-х годах было обращено пристальное внимание на специфику положения на юге в XVII в. по сравнению с центром, отмечено активное участие государственной власти, организовавшей сыск беглых на юге с учетом интересов обороны южных границ (короткие «урочные лета», их бытование и после Соборного Уложения 1649 г.), показано сопротивление народных масс усилению феодального гнета и [86] закрепостительным мероприятиям правительства. При этом землевладение служилых людей «по прибору» - стрельцов, пушкарей, воротников, городовых казаков - предлагалось рассматривать, по определению А. А. Новосельского, «как своеобразный вариант крестьянского землевладения», сохранившего общинные черты (жеребьевое уравнительное распределение земли, общее пользование угодьями).

В 1946 г. вышло в свет капитальное исследование академика Н. М. Дружинина о государственных крестьянах 3, в котором он пришел к важному выводу об оформлении в России в эпоху петровских реформ системы «государственного феодализма», корни которой уходили в предшествующее время.

Специальную разработку тема о происхождении сословия государственных крестьян в XVII в. на примере стрелецкого населения юга России получила в статье В. А. Александрова 1950 г. (а затем в его работе 1967 г.) 4. Обратившись к архивным материалам, почерпнутым из фондов Разрядного и Поместного приказов ЦГАДА (столбцы, десятни, писцовые, межевые и разборные книги), он показал источники формирования на юге стрелецкого войска (беглые крестьяне из центра, московские «сведенцы» и др.), способы обеспечения стрельцов (в основном, наделение землей на свободу в целом, «миром», а не индивидуально, как служилых людей «по отечеству»), формы эксплуатации (обработка «государевой десятинной пашни», выплата с 1668 г. «четверикового хлеба», сдаваемого в государевы житницы, по сути феодальной ренты, «городовое» и «струговое» дело, подводные повинности, разные «поделки»). Исходя из известного положения К. Маркса об обычном следовании крепостничества за барщиной, В. А. Александров справедливо полагал, что «натуральный оброк, обработка десятинной пашни являлись первыми этапами закрепощения». В дальнейшем потеря стрельцами привилегий и включение их в сферу феодальной эксплуатации, установление тяжелого административного надзора приводили их к сближению с тяглыми слоями населения, а затем и переходу в разряд государственных крестьян. [87]

В. А. Александров обратил внимание на то, что во многом сходные процессы формирования государственного феодализма наблюдались в XVII в. и в Сибири.

С 50-х годов по настоящее время появился целый ряд работ (Е. В. Чистяковой, Г. Н. Анпилогова, Е. И. Смагиной, Е. П. Вайнберг, В. П. Загоровского, В. М. Важинского и др. 5), посвященных выяснению обстановки на юге, ходу колонизации, строительству укрепленных линий, положения различных групп служилых людей «по прибору», подвергавшихся эксплуатации со стороны феодального государства, их участия в восстаниях середины XVII в. и др. Был существенно расширен круг источников за счет привлечения наряду с материалами центральных архивов документов местных архивов (Харькова, Курска, Воронежа и др.). В сфере внимания исследователей попали новые виды источников - переписные и строельные книги, челобитные, воеводские сказки и др. Существенное значение для изучения проблемы имел ввод в научный оборот судных дел, в которых отразились различные стороны жизни служилых людей «по прибору»; в числе этих дел оказались и дела о беглых крестьянах, записывавшихся на юге в стрельцы и казаки.

Малочисленность источников, в основной массе погибших в период крестьянской войны, «смуты» и во время московского пожара 1626 г. затрудняет изучение истоков складывания системы государственного феодализма на юге России в конце XVI - начале XVII в., когда в стране в общегосударственном масштабе оформлялось крепостное право. И.И.Смирнов, анализируя положение на южных окраинах накануне восстания Болотникова и правильно указывая, что в отношении служилых людей «по прибору» в роли эксплуататора их труда выступали не отдельные представители феодального класса, а само феодальное государство 6, вынужден был целиком опираться на материалы, опубликованные еще П. Н. Миклашевским.

Новые документы (путивльские «отдельные» книги 1594 г. раздачи земель конным самопальникам) использовал в 1962 г. в своей монографии о России XVI в. академик [88] М. Н. Тихомиров 7. Существование этих книг было отмечено еще в 1916 г. академиком С. Б. Веселовским 8.

В 1957 г. автором этой статьи было введено в научный оборот елецкое дело 1592 г., в котором сохранились известия о переходах крестьян с отказом и выплатой пожилого в размерах близких к Судебнику 1550 г. при верстании в елецкие стрельцы и казаки весной 1592 г., а в 1964 г. оно было проанализировано в полном объеме в докладе на аграрном симпозиуме в Кишиневе 9. Дело это позволяет представить обстановку, при которой происходило верстание; государственные повинности, которые должны были нести «новоприбранные» стрельцы и казаки, правительственную политику в этом районе и др.

В 1964 г. появилась статья Г. Н. Анпилогова о бортных знаменах, в основу которой были положены путивльская книга 1594 г. о раздаче земель конным самопальникам, переписная книга путивльским оброчным бортным урожаям 1628/29 г. и рыльская писцовая книга 1628/29 г. Дополнительные сведения были почерпнуты из книг Посольского приказа, где сохранились т. наз. «польские» [от слова «поле»] дела 1592/93 г. В своей совокупности эти материалы позволяли представить положение севрюков-бортников, казаков, крестьян и служилых людей района, где вскоре должна была вспыхнуть Крестьянская война. Севрюки-бортники, оказывается, были обязана не только военной службой, но и оброком медом и куницами, который они платили в приказ Большого дворца 10.

Елецкое дело о верстании в стрельцы и казаки 1592 г., путивльская книга 1594 г. раздача земель конным самопальникам и «польские» дела 1592/93 г. были опубликованы в 1967 г. Г. Н. Анпилоговым в составе сборника «Новые документы о России конца XVI - начала XVII в.» (М., 1967). К сожалению, выборочная публикация Елецкого дела не позволяет использовать ее в научных целях.

Особенности процесса закрепощения на юге России накануне и после первой Крестьянской войны и отдельные стороны становления здесь государственного феодализма были рассмотрены нами в монографии «Формирование крепостного права и первая крестьянская война в России» (М., 1975). [89] Помимо материалов елецкого дела 1592 г., в работе были использованы столбцы Поместного приказа по гг. Волхову, Орлу и Рыльску и Московской Оружейной палаты, калужские сборные книги 1613 г. из ф. Городовых книг и др. источники. Было показано, что в стрельцы и казаки в конце XVI в. записывались довольно состоятельные крестьяне (на материалах XVII в. на это указал А. А. Новосельский). В делах о строительстве Ельца и Воронежа в начале 90-х гг. XVI в. содержатся ценные материалы о привлечении служилых людей «по прибору» к строительным работам, злоупотреблениях местной администрации, побегах стрельцов и казаков и т.п. Сочетание элементов государственного феодализма на юге с закрепостительными устремлениями помещиков создавало на юге особую напряженность, приведшую к взрыву Крестьянской войны. В то же время государственная эксплуатация не достигла в конце XVI - начале XVII в. еще такой степени, чтобы посадские люди в районах, охваченных Крестьянской войной, не стремились избыть тягло и записаться в государевы служилые люди «по прибору». О том, каких широких размеров достиг переход посадских тяглецов во время Крестьянской войны в пушкари, стрельцы и другие категории «государевых служилых людей по прибору», можно судить по обнаруженной нами росписи различных доходов и кабацких денег ряда южных и западных пограничных городов 1613/14 г. В некоторых из них (Михайлове, Пронске, Данкове и Ряжске) к тому времени вообще не осталось черных тяглых посадских людей (см. Приложение). В конце XVII в. во время стрелецких восстаний, как установил В. И. Буганов, этого уже не наблюдалось 11.

Крестьянская война, замедлившая темпы закрепощения на юге, нарушила и складывающуюся здесь систему «государственного феодализма» (десятинная пашня начала вновь пахаться лишь с 20-х годов XVII в., записавшиеся в «государевы служилые люди» «по прибору» бывшие болотниковцы отказывались отбывать государственные повинности, еще в 20-х годах XVII в. на юге России бытовали пережитки крестьянских переходов). [90]

Объединенными усилиями советских историков доказано, что с конца XVI в. и на протяжении XVII в. с некоторыми колебаниями в период первой Крестьянской войны и городских восстаний середины XVII в. в южных районах России складывалась система «государственного феодализма». Извлечены из архивов и проанализированы разнообразные источники. Однако возможности новых архивных находок как в центральных, так и местных архивах далеко не исчерпаны. Здесь, прежде всего, следует назвать неописанные столбцы Поместного приказа и весьма приблизительно описанные столбцы Разрядного приказов 12. Среди поздних дел в них могут быть обнаружены и ранние дела конца XVI - начала XVII в. по рассматриваемой проблеме. Пример М. Я. Волкова, нашедшего в фонде Городовых книг ЦГАДА в составе сборника первой половины XVII в. самую раннюю книгу по Калуге, датируемую им 90-ми годами XVI в. 13, показывает, что книги конца XVI в. (писцовые, отказные и др.) могут быть открыты и по другим южным городам и уездам. Введение же в научный оборот новых архивных материалов позволит еще глубже исследовать вопрос о складывании на юге России в конце XVI - начале XVII в. системы «государственного феодализма», отражающей отнюдь не южно-поместные явления социальной истории.


1613/14 г. - Роспись различных денежных доходов и кабацких денег с ряда южных и западных пограничных городов, ведавшихся во Владимирской четверти.

А в нынешнем во 122-м писал ко государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу всеа Руси из Воротыска Иван Раевский кабатцких денег верного бранья прошлого 121-го году 11 рублев.

В Волхове на посаде до литовского разоренья было денежных доходов 118 рублев и 32 алтына, да кабатцких откупных денег во 121-м году было 136 рублев и 20 олтын. И всего в Волхове до литовского разоренья было денежных доходов 255 рублей и 18 алтын, 2 деньги.

И в Волхове у них по всеводцким и подьячим отписям денег в расходе 53 рубли и 10 алтын.

До в Волхове у них по воеводцким и подьячим отписям денег в росходе 53 рубли и 10 алтын.

И в нынешнем в 122-м году писал ко государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу всеа Руси из Волхова воеводе Степан Волынской, что в прошлом во 121-м году город Волхов литовские люди взяли и острог и слободы и кабак выжгли и дворян и детей боярских и посадских многих людей побили. А иные посадские люди розбижалися розно по иным [93] городом безвестно. Да и посадские люди государю, царю и великому князю Михаилу Федоровичу всеа Руси били челом, что от литовских людей разорены без остатку.

На Орле на посаде и в уезде до литовского разоренья денежных доходов было 22 рубли и 6 алтын з деньгою до кабатцких денег было 28 рублев.

И всего на Орле всяких денежных доходов было 50 рублей и 6 алтын з деньгою.

И в прошлом в 121-м году по боярской грамоте кабак и таможенная пошлина отдана за жалованье и за убитые лошади Филату Межакову июля по 21-е число. А июля с 21-го числа 121-го году по октябрь по 2-е число 122-го году кабак ведали на вере целовальники и собрали кабатцких и таможенных доходов 16 рублев 24 алтыны. И тех денег по воеводцким 'отписям' ('-' Написано по счищенному) на Орле в росходе 14 рублев 26 алтын 4 деньги. Да на Москве тех кабатцких денег в нынешнем в 122-м году взято рубль 30 алтын.

В Колуге на посаде до литовского разоренья всяких денежных доходов и с мельниц и с амбаров было оброку 314 рублев и 29 алтын 4 деньги, да кабатцких денег до литовсково разоренья было 873 рубли и 7 алтын 4 деньги.

И всего в Колуге всяких денежных жоходов до литовского разоренья было 1788 рублев и 4 алтына.

И в прошлом во 121-м году денежные всякие доходы и запросные денги збирали в Колуге Мосей Глебов да дьяк Семейка Самсонов. И книги приходные и росходные отдали в Розряд.

Да и в отписке Мосея Глебова да дьяка Семейки Самсонова да Ждана Шипова написано, что им велено деньги збирати и давати на приказные росходы на хлебную покупку, которой велено деньги збирати и давати на приказные росходы на хлебную покупку, которой велено вести к Москве на государев обиход и в Можаеск ратным людем. [94]

А в нынешнем 122-м году привезено к Москве ис Колуги кабатцких денег прошлого 121-го году 99 рублев и 14 алтын 4 деньги, да мытные и дьячие пошлины 20 рублев и 19 алтын 3 деньгою, И всего ис Колуги привезено 120 рублев 3 деньги.

С Путивля с посаду и с уезду всяких денежных доходов до литовского разоренья было 1210 рублев, и Путивль был за Литвою.

С Чернигова 39 рублем и 30 алтын пол-деньги, и Чернигов запустел.

С Невля всяких денежных доходов до литовского разоренья было 85 рублев и 17 алтын 5 денег, и Невль был за Литвою.

Во Ржеве Пустой до литовсково разоренья всяких денежных доходов было 66 рублев и 13 алтын с полуденьгою, запустел.

В Переславле Резанском по сметному списку прошлого 113-го году до тотарского и до литовского разоренья всяких денежных доходов было 1821 рубль и 27 алтын 4 деньги, да с чернослободцов и с пушкарей и з затинщиков ис воротников и с сторожей и с кузнецов и с захребетников до разоренья было 217 рублей и 8 алтын 2 деньги, да сусленого и квасного оброку и с сенные трухи 14 рублев.

И всего в Переславле Резанском всяких денежных доходов было 2053 рубли и 2 алтына и 2 деньги.

И в прошлом во 120-м году писали к бояром ис Переславля Резанского воевода Семен Головин да Семен Ушаков да дьяк Яков Демидов: велено им в Переславле Резанском дати денежное жалованье дворяном и детем боярским и дьяком и подьячим и иноземцом и всяким людям, и в Переславле перед прежними годы таможенных денег збираетца мало, что из городов с торгом приезду нет, и на кабаках питухов нет же, потому что ратных людей в Переславле нет, пити некому, а в уезде иными кабаками завладели казаки.

А в нынешнем во 122-м году писал ко государю, царю и великому князю Михаилу Федоровичу всеа Руси ис Переславля Резансково Тимофей Павлов, что в Переславле Резанском в прошлом в 121-м году сентября с 1-го числа марта по 23-е число збирал всякие денежные доходы воевода Мирон [95] Вельяминов да дьяк Олексей Бохин. А марта з 23-го числа по сентябрь по 1-е число 122-го году всяких денежных доходов собрал он, Тимофей, 792 рубли и 21 алтын по-2 деньги. А в Переславль деи торговые люди с товаром приезжают мало и таможенные пошлины взяти не с ково. А на кабаках пьют мало ж - ратных людей в Переславле нет.

И те у него деньги по государевым царевым и великого князя Михаило Федоровича всеа Руси грамотам и по воеводцким и по дьячим памятей и по отписям вышли в росход дворяном и детей боярским и казаком в жалованье в корм и государевым лошадям на овес и на всякие росходы, все в росход вышли. А для четвертных всяких денежных доходов посылал он в Переславской уезд детей боярских розсылщиков, и дворяне и дети боярские им отказали, что им по старым книгам платити не мочно. А ныне у них дозорщик, и как дозрит, и оне учнут с своих поместей и с вотчин денежные доходы платить по новому дозору.

И по государевым царевым и великого князя Михаила Федоровича всеа Руси грамотам и по боярским велено в Переславле ж дети денежного годового жалованья дворяном и детям боярским и стрельцом и казаком на прошлой на 121-й год 576 рублев и 16 алтын 4 деньги.

У Николы Заразского до литовского и до тотарсково разоренья всяких доходов и кабацких денег было 1266 рублев и 19 алтын в прошлом во 120-м году писали от Николы Заразского к бояром воеводы Семен Головин да Степан Ушаков да дьяк Яков Демидов и прислали челобитную за руками Николы Заразскаго посадских людей, что ис Переславля Резансково от воеводы от Ивана Бутурлина велено правити всякие денежные доходы по старым книгам. И у Николы де Заразского город разорен трожды и людей посадских 'многих' ('-' Написано над строкой) побили и посад выжгли.

А в прошлом в 121-м году по книгам собрали у Николы Заразского головы и целовальники кабатцких денег на вере 324 рубли и 11 алтын пол-5 деньги. И те деньги по книгам и по отписям воевод Степана Исленьева да князя Офонасья Гогарина да дьяка Василья Бормосова за их руками 'написано' ('-' Написано над строкой) взяли оне в росход. [96]

На Михайлове кабатцких и таможенных денег до литовского разоренья было 248 рублев и 13 алтын 2 деньги. И в нынешнем во 122-м году октября во 2-ой день писал ко государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу всеа Русии с Михайлова 'воевода' ('-' Написано над строкой) Богдан Заболотцкой, что он верных целовальников прошлого 121-го году в кабатцких и в таможенных денгах считал и по счету собрали оне 136 рублев, потому что во 121-м году ратных людей было много, а ныне де служивых людей мало. И по его отдаче кабатцких откупных денег будет 80 рублев 16 алтын 4 деньги.

А кого именем верных целовальников считал, и кому оне то деньги и на какие росходы давали, или к Москве в которой приказ послали, и о том ко государю царю и великому князю Миха(й)Лу Федоровичу всеа Руси Богдан Заболотцкой не отписывал. И о тех денгах послана к нему государева грамота велено ему о тех деньгах отписати вскоре часа того.

Да в нынешнем же в 122-м году писал ко государю царю и великому князю Михаилу Федоровичю всеа Руси Богдан Заболотцкой, что он у откупщика денег взял и Костентину Ивашкину неметцким людям на корм отдал 26 рублев и 27 алтын 4 деньги. А доняти на откупщике откупных денег июля в 1 день нынешнего 122-го году.

Да в нынешнем ж во 122-м году писал ко государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу всеа Руси с Михайлова воевода Богдан Заболотцкой, что на Михайлове никаких сошных тяглых людей нет - все служивые люди, а которые были черные люди до разоренья 200 человек, и те в межьусобье разошлися по слободам и в стрельцы и в казаки, а иные побиты. А чернослободцов на Михайлове нет ни одново человека. А Михайловской уезд в межьусобье от крымских и от нагайских людей разорен - села к деревни вызжены. [97]

В Пронску до литовского разоренья всяких доходов и кабатцких денег было 180 рублев и 7 алтын с полу-денгою.

И в прошлом в 121-м году в Пронску кабатцких денег верного бранья головы и целовальники собрали 104 рубли и 16 алтын з деньгою. И тех денег по воеводцким отписям и по книгам взяли оне в Пронску у голов и у целовальников на всякие росходы 68 рублев и 18 алтын з деньгою. Да тех же денег в нынешнем во 122-м году к Москве приведено 35 рублев и 30 /ал/тын 2 деньги.

Да в нынешнем же во 122-м году писал ко государю, царю и великому князю Михаилу Федоровичу всеа Руси ис Пронска воевода Юри(й) Вердеревской, что в Пронску посадских тяглых людей нет - все стрельцы и казаки и пушкари и затиники, взятии денежных доходов не на ком.

В донкове намеснича доходу и кабатцких денег до разоренья было 65 рублев и 15 алтын. И в прошлом во 121-м году у голов и у целовальников кабатцких и таможенных денег на веру собрано 33 рубли и 15 алтын 4 деньги.

И тех денег по памятей и по отписям воеводы князя Ивана Никитича Одоевского за приписью дьяка Богдана Ильина взял он на расходы 18 рублев и 27 алтын 4 деньги.

И писал ко государю царю и великому князю Михайлу Федоровичу всеа Руси из Донкова воевода Борис Есипов, что тяглых людей, опричь стрельцов и казаков, и в уезде сел и деревень нет, вызжены и вываины.

В Рязском на поезде и в уезде, что было денежных доходов до литовского и до татарсково разоренья, и того в Володимерской четверти не ведомо и книги и списки не сысканы.

А в нынешнем во 122-м году писан ко государю, царю и великому князю Михаилу Федоровичу всеа Руси из Рязского воевода Иван Биркин, что в Рязском города и острогу и посаду и посадских черных людей нет, опричь казаков.

РГАДА. Ф. Оружейной палаты. Стб. № 37921. Л. 1-19.


Комментарии

1. Багалей Д. И. Очерки из истории колонизации степной окраины Московского государства. М., 1887; Он же. Материалы для истории колонизации и быта степной окраины Московского государства в XVI-XVIII столетиях. Т. I-II. Харьков, 1886-1890; Миклашевский И. Н. Из истории хозяйственного быта Московского государства Ч. I: Заселение и сельское хозяйство южной окраины XVII в. М., 1894.

2. Новосельский А. А. Побеги крестьян и холопов и их сыск в Московском государстве во второй половине XVII в. // Труды / Институт истории РАНИОН. Вып. I. М., 1926; Он же. Распространение крепостнического землевладения в южных уездах Московского государства в XVII в. // Исторические записки. Т. 4. М., 1938; Он же. К вопросу об экономическом состоянии беглых крестьян на юге Московского государства в первой половине XVII в. // Там же. Т. 16. М., 1945; Черепнин Л. B. Классовая борьба в 1682 г. на юге Московского государства // Там же. Т. 4. М., 1938; Яковлев А. И. Холопство и холопы в Московском государстве в XVII в. Т. I. 1943; Смирнов П. П. Посадские люди и их классовая борьба до середины XVII в. Т. I. М.; Л, 1947; Новицкий Г. А. Восстание в Курске в 1648 г. // Историк-марксист. 1934. № . 6.

3. Дружинин Н. М. Государственные крестьяне и реформа П.Д. Киселева. Т. I. М.; Л., 1946.

4. Александров В. А. К вопросу о происхождении сословия государственных крестьян // Вопросы истории. 1950. № 10; Он же. Стрелецкое население южных городов России в XVII в. // Новое о прошлом нашей страны: Памяти акад. М. Н. Тихомирова. М., 1967.

5. Чистякова Е. В. Городские восстания в России в первой половине XVII века. Воронеж, 1975; Анпилогов Г. Н. Положение городского и сельского населения Курского уезда накануне восстания 1648 г. // Вестн. МГУ. 1972. № 5; Смагина Е. И. Служилое землевладение и землепользование в Чернском уезде в первой половине XVII в. // Новое о прошлом нашей страны: Памяти акад. М. Н.Тихомирова М., 1967; Вайнберг Е. П. Борьба крестьян против крепостничества на южной окраине Русского государства в первой половине XVII в. // Там же; Загоровский В. П. Белгородская черта. Воронеж, 1969; Важинский В. М. Землевладение и складывание общины однодворцов в XVII веке: (По материалам южных уездов России). Воронеж, 1974.

6. Смирнов И. И. Восстание Болотникова, 1606-1607. М., 1951. С. 131. Развивая тезис о государственных интересах в процессе закрепощения, на это обращает внимание и А. М. Сахаров. См.: Сахаров А. М. Образование и развитие Российского государства в XVI- XVII вв. 1969. С. 117, 138,139-142.

7. Тихомиров М. Н. Россия в XVI столетии. М., 1962. С. 412.

8. Веселовский С. Б. Сошное письмо. Т. II. М., 1916. С. 620.

9. Корецкий В. И. Из истории закрепощения крестьян в России в конце XVI - начале XVII в.: (К проблеме «заповедных лет» и отмены Юрьева дня» // История СССР. 1957. № 1; Он же. Крестьянская колонизация и особенности процесса закрепощения на юге России в конце XVI в. II Ежегодник по аграрной истории Восточной Европы 1964 г. Кишинев, 1966.

10. Анпилогов Г. Н. Бортные знамена как исторический источник: (По Путивльским и Рыльским переписным материалам конца XVI и 20-х годов XVII в. // Советская археология. 1964. № 4.

11. Буганов В. И. Московские восстания конца XVII в. М., 1969. С. 68 и др.

12. М. Н.Тихомировым готовился сборник документов по истории классовой борьбы на юге Русского государства в первой половине XVII в., в котором предполагалось поместить специальный раздел о стрельцах, казаках и других ратных людях по материалам столбцов Московского, Владимирского и Белгородского столов Разрядного приказа. См.: Тихомиров М. Н. Классовая борьба в России XVII в. М., 1969. С. 398-399.

13. Волков М. Я. Описание калужского посада конца XVI в. // История СССР. 1972. № 4.

Текст воспроизведен по изданию: Становление крепостничества и системы государственного феодализма на юге России в конце XVI – начале XVII в. (историография и источники) // Исследования по источниковедению истории России (до 1917 г.). М. Институт российской истории РАН. 2009

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.