Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ИЗ АРХИВА МИХАЛКОВЫХ

Архив Михалковых в полном порядке хранится в одной из древних вотчин этого рода – в селе Назарьине Звенигородского уезда Московской губернии, на перепутьи между с. Вяземами Кн. Голицыных и с. Уборами Шереметевых (на берегу Москвы реки).

Имущество Михалковых принадлежит отставному штаб-ротмистру Лейб-Гвардии конного полка Александру Владимировичу Михалкову, по болезни которого оно находится под опекою, и если документы Михалковского Архива появляются на страницах «Старины и Новизны», то благодаря сочувственному участию опекунов: Свиты Его Величества генерал-майора В. Ф. Джунковского и Владимира Александровича Михалкова. Михалковы в свойстве с Шестовыми, родом Великой Старицы Марфы Ивановны, матери Царя Михаила Федоровича.

Первым «постельничим» вновь избранного Царя был человек ему не сторонний, а именно Михалков.

Связи Михалковых с Шестовыми не объясняют-ли этот выбор, так как постельничие преимущественно были люди, Царям не чужие.

Г. С. Ш. [2]


I.

Духовное завещание Андрея Тимофеевича Михалкова 1587 г.

На следующий год, по воцарении Царя Михаила Федоровича Романова, в 1614-м «пожаловал Государь, в постельничих велел быть Константину Ивановичу Михалкову, а в постельничье ему сказывал думный дьяк Сыдавной Васильев.

А в стряпчих велел Государь быть с ключем Степану Яковлеву сыну Милюкову.

И Степан бил челом Государю на Константина Михалкова о местех, что ему меньше Константина быть не вместно». 1

Это внук завещателя.

«Того же (1614) году, Июня в 24 день, указать Государь послать под Смоленеск к стольникам и воеводам, ко князю Дмитрию Мамстрюковичу Черкаскому да князь Ивану Федоровичу Троекурову для своего Государева дела Федора Федорова сына Михалкова да Ивана Федорова сына Кикина.

(В списке Д. вместо: «для своего Государева дела»,– стоит: «для вестей и смотреть дворян и детей боярских и всяких служивых людей». 2

И того же дни Федору Михалкову и Ивану Кикину та посылка сказана и наказ им дан в розряде. И Иван Кикин, у сказки и как им наказ дан, на Федора Михалкова о местех не бил челом; и, не хотя Иван Кикин Государю служить, взяв с Федором вместе наказ и подводы и поехал к себе на двор, и воротяся с двора бил челом бояром, что ему Ивану с Федором Михалковым в той посылке быть не вместно и его от тое посылки отставили (б). (Д. И Государь дела велел слушать [3] бояром), и бояре, (Д. дела слушав), приговорили, что Ивану Кикину менши Федора Михалкова быти пригоже, потому что Михалковы и у прежних Государей бывали ближние люди, да и в городех бывали в воеводах; а Кикины люди обычные, служат с городом: а за ослушание, что он для Государева дела под Смоленеск не поехал, а бьет челом о местех не по своей мере, и за Федорово бесчестья (велели) его вкинуть в тюрму. И по боярскому приговору Иван Кикин в тюрму посажен.

Того же году, Июня в 28 день, бил челом Государю постелничей и наместник трети Московские Костянтин Ивановичь Михалков, а сказать: бил челом Государю о местех на Федора Михалкова Иван Кикин, что ему Ивану менши Федора Михалкова быть не вместно, и, по боярскому приговору и по сыску, за Федорово бесчестие Иван Кикин посажен в тюрму; а ныне Иван Кикин прислать к нему Костянтину писмо своею рукою на его Костянтиново имя да и словом к нему приказывать, что ему Ивану до Михалковых в отечестве о счете дела нет, да и не сошлось, а на Федора Михалкова бил (Б. и В. он) челом для того, что он человек бедной, поднятся было ему в тое посылку не чем и он чаял, что его от тое посылки отставать. И Государь, по Костянтинову челобитью, указал Ивана Кикина отвесть в передние сени и велел выдать Костянтину головою. А сказывал розрядной дьяк Марко Поздеев: Костянтин! бил челом на брата твоего, на Федора, Иван Кикин, и Государь указал и бояре приговорили, велели Ивана тебе выдать головою, что бил челом на брата твоего неподелно, мочно ему быть менши брата твоего Федора Михалкова. И по Государеву указу Иван Кикин выдан головою.

Того же году пожаловал Государь в крайчие Михайла Михайловича Салтыкова, а (Д. крайчея) сказывал ему постелничей Костянтин Ивановичь Михалков». 3

Постельничим Царским мог быть только человек близкий Царю, тем более по избрании Царя Михаила, ему необходимо было иметь при себе человека приближенного и даже с связями семейными. [4]

Духовное завещание А. Т. Михалкова 1587 года указывает на эти связи. Документ этот весьма интересный, впервые оглашается 4.

Списов с духовной слово в слово.

Во имя Отца и Сына (и Святого Духа, Святыя) Живоначальныя Троицы, се аз раб Божий многогрешный Ондрей Тимофеев сын Федоровича Михайлова пишу сию свою духовную грамоту своим целым умом и разумом на Государской службе в Кузмодемьянском городе, на ком мне что взяти, кому мне что отдати. Дати мне князю Михаилу Ивановичу Воротынскому 10 рублев, дати мне Григорью Михайловичу Шестову 5 24 рубли, да ему же дать два оргамака, оргамак гнед да оргамак бур, дати мне Анне Бокакиной, жене Митрофанова 6 рублев, дати мне Полуехту Дичкову 11 рублев, дати мне князю Федору Ивановичу Овчинину 4 рубля, дати мне Михайлу Колупаеву 5 рублев без 10 алтын, дати мне Игнатью Клоденеву 3 рубля, дати мне Василию Коробову 1 1/2 рубли, дати мне брату своему Олександру Дмитриеву сыну 2 рубли, и те деньги дати по его душе по церквам, дати мне отцу своему душевному Лариону священнику Пятницкому 9 рублев денег, а мой у него заклад в тех деньгах крест золот, а в нем 16 золотых, а подписано на нем одиннадцатеры мощи, а не положены, да в тех же у него деньгах кружево жемчужное шапочное сажено женское, да ожерелейцо жемчужное сажено детино, да 7 пугвиц жемчужных 3 на золотых спнях 4 на серебряных, дати мне Луке Новосильцову рубль, дати мне Замятне Сабурову 5 рублев, а на нем мне взяти шуба соболья выпорота из под бархату, а тою шубою меня Государь пожаловал за Полатцкую службу, дати мне Петру Зайцеву 5 рублев, а на нем взяти конь, ино тем с ним сменяти, дати мне Никитиным детям Романовича и отца их долгу 250 рублев, дати мне Михаилу Глебову 30 рублев, а в том у него заложены суды серебряные, дати мне Михаилу Безнину 30 рублев без рубля, дати мне Петру Мякоти ну 16 рублев, а заложено у него в том отлас бурской 12 аршин, дати мне [5] человеку своему Ондрюше Тихонову 12 рублев, а дати то по его душе, дати мне князю Борису Канбулатовичу Черкасскому 4 рубли, дати мне Василью Симонову рубль, дати мне Михаилу зятю 10 рублев, дати мне князю Дмитрию Ивановичу Хворостинину пол-5 рубля, а мне взяти на князе Петре Татеве деревцо крымское подписано золотом да полтину денег да чарку серебряну, а заложил яз тое чарку для их с их закладом, да взяти мне за куницы на Павле Орешникове 33 рубли, взяти мне на Ондрее Рахманинове 3 рубли, да взяти мне на Худяке Салтыкове 4 рубли, да взяти мне на Григорье Борисове 8 рублев, да взяти мне на Замятне Петрове сыне Левонтьеве 14 рублев, да взяти мне на Елизарье Новосильцове 4 рубли, да взяти мне на Олексее Давыдове 2 рубля, да взяти мне на Иване Голохвастове 24 рубли, да взяти мне на Василье Замыцком 40 алтын, да взяти мне на Федоре Голохвастове конь солов, да взяти мне на Ондрее Клобукове лук Кресансвой (sic) да саблю, да взяти мне на Володимере Васильеве сыне Ложкина 9 рублев, да взяти мне на Иване Федорове сыне Черткове 3 рубли, да взяти мне на Олексее Загряском конь гнед, цена коню 9 рублев, да взяти мне на Елизарье Салтыкове шуба волчья черевья под зенденью, да взяти мне на Иване Олексееве сыне Мансурова 3 рубли, да взяти мне на Тимофее Васильеве сыне Грязнова 9 рублев да однорятка черлена багрец. Да писался есми во многих кабалах с Юрьем Михайловичем Воронцовым, и по тем по всем кабалам деньги шли к Юрью, а ко мне деньги ни по одной кабале не шли, и отписи у меня были да сгорели, да писался есми со князем Федором Ивановичем с Овчиннным во многих же кобалах, и деньги по тем по всем кобалам шли ко князю Федору к одному, а ко мне ни по одной кобале не шли деньги, а отписи у меня были да сгорели. А што моя вотчина прадеда моего и деда моего и отца моего благословение в Переславском уезде в Верходубенском стану да в Рузском уезде в Вовленикове стану в Переславле село Палиносово с деревнями, а в Рузе село Новое с деревнями, и теми вотчинами благословил нас, меня Ондрея да брата моего Полуекта, отец наш Тимофей Федорович. И брат мой Полуехт благословил после своего живота своею половиною тою вотчиною [6] меня Ондрея и велел мне после себя по своей духовной душу свою устроить и поминать и жены свои обе и детей своих поминати же к долг свой платить, и яз по его духовной долг платил и душу его и жен его и детей его помннал какова моя сила была. А что моя вотчина в Переславском уезде село Палиносово с пустошми отца моего и брата моего благословение, и яз тое вотчину отдать в дом Живоначальной Троице в Сергиев монастырь по себе и по брате по своем и по сыне по своем по Иване, да к Троице-ж дал в дом вкладу по себе и по брате своем и по сыне своем и по всех своих родителей двести рублев. Да написал тесть мой Григорий Михайлович Шестово в своей духовной грамоте, будет детей его Ивана и Сидора не станет бездетных, ино его вотчина в Костромском уезде село Молвятино с деревнями, чем был благословил он детей своих Ивана и Сидора, и он тою вотчиною после детей своих живота благословил дочь свою Марию а мою жену Андрееву; и шурина моего Сидора не стало-ж, и ту вотчину шурин мой Сидор написал в своей духовной памяти по отца своего приказу и по духовной грамоте ту всю свою Костромскую вотчину отца своего благословление село Молвятино с деревнями сестре-ж своей Марье а моей Ондрееве жене; а тесть мой Григорий и шурин мой Сидор велел с тое вотчины дочери своей а Сидор сестре своей а моей Андрееве жене Марье долг свой и детей своих платить, и по душам родителей своих и по своей душе и по жене своей и по детех своих душам велел дать по монастырем 200 рублев, и жене моей по отца своего духовной грамоте и по брата своего Сидоровой памяти долг платить и по душам их давать и души их поминать, а положити жене моей Марье брата своего Сидора у Живоначальной Троицы или у отца у Орхангела Михаила по его приказу а дати по нем пятьдесят рублев. А в той в Костромской вотчине в селе Молвятине с деревнями по отца своего и по брата своего приказу и благословленью и по моему волна жена моя дочери своей и внуку своему дати и по душе своей дати и продать, а нет до тое вотчины опрично жены моей дела никому. Да написал мне в своей духовной грамоте Василий Васильевич Коробов свою вотчину в Дорогобужском уезде село Озерище к [7] селу 4 деревни, да в Володимерском уезде село Свитничи Колзаково к нему две деревни, что ему дана та вотчина противу его Переславской вотчины против села Михайловскаго да Филппповскаго, а в тех в обеих сельцах в Дорогобуже и в Володимере триста семьдесят чети, а недостало Василья противу его старые Переславской вотчины пятисот тридцати чети, и в недодаче ведает Бог да Осподарь. А велел мне Василий с тое вотчины душу свою и родителей своих поминать и долг свой платить. И яз Ондрей Васильеве тело из Казани привез и положил его тело у Живоначальные Троице в Сергиеве монастыре, а дал по нем в дом к Живоначальной Троице в Сергиев монастырь вотчину в Володимерском уезде село Свитничи Колзаково с деревнями, и душу его и родителей его поминать какова моя сила была и доли платил; а Дорогобужскую свою вотчину село Озерище с деревнями отдал яз Ондрей за дочерью своею за Котериною в приданые зятю своему Михайлу Михайловичу Салтыкову. А что у меня вотчина отца моего благословение в Рузском уезде в Овленикове стану сельцо Новое с деревнями, и та моя вотчина после моего живота внуку моему Костентину Иванову сыну. А будешь жена моя после моего живота пойдет замуж или пострижется, и приказщиком моим пожаловать дати жене моей из моего живота ее приданое сто двадцать рублев опричонна ее вотчины, что ее благословил отец ее и брат ее Сидор в Костромском уезде, сельцо Молвятино с деревнями; а будет жена моя не пойдет замуж и не пострижется, и она живет со внуком своим Костентином как ее Бог вразумит. А Бог пошлеть по мою Андрееву душу, и приказщиком моим пожаловать, тело мое грешное у Живоначальной Троицы в Сергиеве монастыре за тем же вкладом (sic); а будет жены моей и внука моего Костентина Иванова сына в животе не станет, и та вотчина после их живота дочери моей Котерине, а дочери моей Котерине души наши и родителей наших устроить и поминать и долг по духовной грамоте платить. А что моего живота после меня останется, лошадей и доспехов и домашней рухляди и платья и судов погребных и поваренных, и то все жене моей да внуку моему Костентину. А жене своей даю людей своих Степанку Худякова сына Лучника [8] старинного человека да Русинка Куликова сына Недьякова, а внуку своему Костентину Иванову сыну людей своих даю Ивана Лапшу Дмитриева сына Таганицына с женою и с детьми, холопа своего старинного-ж, шурина его Сулеша Тимофея Евстифеева сына Чеглокова докладного человека, а людей моих полных и докладных и кобалных и деловых пожаловать привазщикам моим отпустить всех на слободу. А приказываю свою душу господам своим князю Ивану Андреевичу Звенигородскому да зятю своему Михайлу Михайловичу Салтыкову да Афонасью Федоровичу Загряскому, чтоб пожаловали, души наши устроили и женою и внуком моим Костентином промыслили как им Бог по сердцу положит – а иному нет дела до моей вотчиннишки никому, опрично жены моей и внука моего Костентина и дочери моей Котерины, а хто учинит в наших вотчинах насильство, и с тем нас судит Бог. И души наши и родителей наших без поминка будут, то на его душе. А во всем ведает Бог, да приказщики чтоб пожаловали женою и внуком промыслили, чтоб они вотчинишка не остали. А на то послуси Елизарий Михайлович Салтыков, да Иван Иванович Губин, да Семен Борисович Погожей, а у духовной грамоты сидел отец мой душевный черный священник Нифонт, а духовную писал Олешка Михайлов сын Простатин. Лета 7095 (1587).

У прямой духовной рука приложена Ондрея Тимофеева сына Федорова сына Михайлова, да назади у прямой духовной: Смиренный Иев, Божиею милостию Патриарх Московский и всеа Русии.

К сей духовной грамоте приказщик Афонасий Загряской руку приложил.

К сей духовной грамоте приказщик Михайло Салтыков руку приложил.

У сей духовной грамоты отец духовный яз поп черный Нифонт сидел и руку приложил.

ІІослух Елизарий Салтыков руку приложил.

Послух Иван Губин руку приложил.

По сей духовной дошло Федора Никитича Романова взял щит за 30 рублев да полубозданье за 10 рублев да 20 рублев денег, а не дошло меня по сей духовной 190 рублев, а писал яз Федор своею рукою. [9]

По сей духовной дошло меня Федора Никитина сына Романова 100 рублев и всего и с прежнею уплатою дошло меня 160 рублев, а не дошло меня 90 рублев.

По сей духовной Князь Борис Черкаской деньги взял и руку приложил, да Замятии Левонтьева Федор уплатить отца своего долгу 5 рублев, а дал за тот долг конь саврас, да после того Федор Левонтьев отца своего долг заплатил весь сполна 14 рублев, а подписал Федор своею рукою.

По сей духовной меня Василья Симанова рубль дошел, а как был Андрей жив и он мне заплатил 4 рубли, и деньги мои 5 рублев дошли все сполна, а подписал на духовной Василий Баженов сын Симанов в дяди своего место лета 7198.

По сей духовной яз Олексей Иванов сын Голохвастов деньги за отца своего заплатил и руку приложил.

По сей духовной Олексей Иванов сын Голохвастов за брата своего за Федора конь заплатил и руку приложил.

По сей духовной грамоте яз Олексей Загряской деньги заплатил за конь и руку приложил.

По сей духовной яз Елизарей шуб? заплатил и руку приложил.

По сей духовной Марьи Андреевы жены Тимофеевича Михайлова Авдотьи Володимировы жены ложки 9 рублев денег дошли, а подписал Третьяк Вельяминов.

По сей духовной грамоте яз Офанасий Замыцкой деньги заплатил и руку приложил.

К сей духовной грамоте яз Ондрей Тимофеев сын руку приложил.

Перед великим Господином Святейшим Иевом Патриархом Московским и всеа Русии сию духовную умершаго Андрея Михайлова положили прикащики его Михайло Михайлович Салтыков да Офанасий Федорович Загряской, а Ондреев отец духовный черный священник Нифонт да послухи Елизарий Михайлович Салтыков да Иван Губин стали же, и святейший Иев Патриарх Московский и всеа Русии выслушав духовную спросил Михайла Салтыкова да Афонасия Загряскаго да чернаго попа Нифонта да послухов Елизария Салтыкова и Ивана Губина: Ты, поп Нифонт, Андрею Михайлову [10] отец ли духовный, и Андрей Михайлов тое духовную Олешке Михайлову писати велел ли, и вы у тое духовный, да черный поп Нифонта, да послуси – ты Елизарий Салтыков да Иван Губин да Семен Погожево сидели ли, и приказ таков, каков в духовной писано от Андрея Михайлова тебе Михаилу да Афонасью и Князю Ивану Звенигородскому был ли, и рука у духовной умершаго ли Андреева, и ваши ли руки, и где ныне послух Семен Погожево, да дьяк, который духовную писал Олешка Простатин, и почему у духовной Князя Ивановы Звенигородскаго да Семеновы Погожево руки нету? И Михайло Салтыков да Афонасий Загряской да послухи Елизарий Салтыков да Иван Губин смотрев у духовныя умершаго Андреевы руки и своих рук сказали, что тое духовную Андрей Михайлов писал на Государеве службе в Козьмодемьянском городе, а как Андрей Михайлов поехал на Государеву службу, и он нам бил челом писатися в духовную в прикащики и в послухи велел. А Семеновой, господин, руки Погожево нета, что он грамоте не умеет, а Князь Иван Звенигородской перед твоим боярином Ондреем Васильевичем Плещеевым ставлен и сказал, что ему Андрей Михайлов бил челом, в приказщики писаться велел, а руки, сказал Князь Иван Звенигородской, к той духовной не приложил, что он был на Государеве службе, а как Андреево тело и тое духовную к Москве привезли, и яз Михайло ему тое духовную казал, и он руки не приложил, а сказал, что ему на Андрее взимак, а только бы, господине, взимак был, и Андрей бы в духовную написал, да по той же, господине, духовной по Андрееву приказу Михайлова заплатили мы Государеву боярину Федору Никитича Юрьева долгу 160 рублев, а не дошло его 90 рублев, и боярин Федор Никитич тот платеж подписал, своею рукою, а дьяк, господине, который духовную писал, Олешка Простатин в Козьмодемьянском городе, а черный поп Нифонт сказал, что он Андрею Михайлову отец духовной, а писал тое духовную Андрей на Государеве службе в Козьмодемьянском городе, и яз в Козьмодемьянском городе с ним же был, у тое духовныя сидел, и приказ таков, как в духовной написан, от Андрея Михайлова слышал. А как Андрея не стало, и яз Андреево тело и тое духовную к Москве привез, да у Троицы [11] его и схоронили, и рука у духовной умершаго Андреева и моя рука. И Святейший Иев Патриарх Моековский и всеа Русии сю духовную подписал и печать свою приложити велел. Лета 7098 (1590) году Августа в 30 день. А припись у подлинной духовной грамоты дьяка Ивана Шеборшина

Далее следует еще текст духовного завещания А. Т. Михалкова 1587 г., отличающийся от напечатанного выше (стр. 4–8) многими разночтениями.

Во имя Отца и Сына и Святаго Духа Святыя Живоначальныя Троицы, се аз раб Божий многогрешный Ондрей Тимофеев сын Федоровича Михалкова пишу сию свою духовную грамоту своим целым умом и разумом на Государской службе в Кузьмодемьянском городе, на ком мне что взять, кому мне что дать. Дать мне князю Михаилу Ивановичу Воротынскому 10 р. дати мн(е Гри)горью Михайловичу Шестову 24 рубли, да ему же дать два оргамака, оргамак гнед да оргамак бур, дати мне Анне Бокакиной, жене Митрофанова 6 рублев, дати мне Полуекту Дичкову 11 рублев, дати мне князю Федору Ивановичу Овчинину 4 р., дати мне Михайлу Колубаеву 5 р. без 5 алтын, дати мне Игнатью Хлуденову 3 р., дати мне Василью Коробову 1 1/2 рубли, дати мне брату своему Олександру Дмитриеву сыну 2 р. и те деньги дати по его душе по церквам, дати мне отцу своему душевному Лариону священнику Пятницкому 9 р., а мой у него заклад в тех деньгах крест золот а в нем 16 золотых а подписано на нем одиннадцатеры мощи, а не положены, да в тех же у него деньгах кружево жемчужное шапочиное сажено женское, да ожерелейцо жемчужное сажено детино, да 10 пугвиц жемчужных 6 на золотых спнях а 4 на серебряных, дати мне Луке Новосильцову рубль, дати мне Замятие Сабурову 5 р., а на нем мне взять шуба соболья выпорота из под бархату, а тою шубою меня Государь пожаловал. за Полоцкую службу, дати мне Петру Зайцеву 5 р., а мне на нем взять конь, ино тем с ним сменяно, дати мне Никитиным детям Poма(sic) Романовича? отца их долгу 250 рублев, дати мне Михаилу Глебову 30 рублев, а в том у него заложено суды серебряные, дати мне Михаилу Безнину 30 р. без рубля, дати мне Петру Мякотину 16 р., а заложено у него в том отлас [12] бурской 12 аршин, дати мне человеку своему Ондрюшке Тихонову 12 рублев, дати то по его душе, дати мне князю Борису Конбулатовичу Черказкому (sic) 4 р., дати мне Василью Симонову рубль, дати мне Михаилу зяту 10 р., дати князю Дмитрию Ивановичу Хворостинину полпета рубли, а мне взяти на князе Петре Татеве деревцо крымское подписано золотом да полтину денег да чарку серебряную, а заложить яз тое чарку для их с их закладом, да взяти мне за куницы на Павле Орешникове 30 рублев, да взяти мне на Ондрее Рахманинове 3 р., да взяти мне на Худяке Салтыкове 4 р., да взяти мне на Григорье Борисове 8 р., да взяти мне на Замятне Петрове сыне Левонтьеве 14 р., да взяти мне на Елизарье Новосильцове 4 р., да взяти мне на Олексее Давыдове 2 p., да взяти мне на Иване Голохвастове 24 р., да взяти мне на Ваське Замыцком 40 алт., да взяти мнена Федоре Голохвастове конь солов, да взяти мне на Андрее Клобукове лук коробанской да саблю, да взяти мне на Володимере Васильеве сыне Лошкина 9 р., да взяти мне на Иване Федорове сыне Черткове 3 р., да взяти мне на Олексее Загрязком конь гнед цена коню 9 р., да взяти мне на Елизарье Салтыкове шуба волчья черна под занденью, да взяти мне на Иване Алексееве сыне Мансурове 3 р., да взяти мне на Тимофее Васильеве сыне Грязнова 9 рублев да однорятка черлена багрецовая. Да писался есми во многих коболах с Юрьем Михайловичем Воронцовым, и по тем по всем кабалам деньги шли к Юрью, а ко мне деньги ни по одной кабале не шли, и отписи у меня были, да сгорели, да писался есми со князем Федором Ивановичем с Овчининым во многих же кабалах, и деньги по тем по всем кабалам шли ко князю Федору к одному, а ко мне ни по одной кабале не шли деньги, а отписи у меня были да сгорели, а что моя вотчина прадеда моего и отца моего благословленье в Переславском уезде в Верходубском стану да в Руском уезде в Оленикове стану сельцо Палиносово да сельцо Панино, а в Рузе сельцо Новое з деревнями, и теми вотчинами благословил меня Ондрея да брата моего Полуекта отец наш Тимофей Федорович, и брат мой Полуехт половиною своею меня же Ондрея и велел мне после себя по своей духовной душу свою устроити и поминать, и жены своей и обеих детей своих поминать и долг свой платити, и яз по [13] его духовной долг платил и душу его поминал елика моя сила сегла и тое Переяславскую вотчину отдал в дом Живоначальныя Троицы в Сергиев Монастырь по себе и по своих родителех по всех, да вкладу сверх вотчин 200 рублев, а Рузскую вотчину село Новое с деревнями что благословил отец мой мне и тою вотчиною благословляю внука своего Константина Иванова сына. А что написал тесть мой Григорий Михайлович Шестов в сей духовной грамоте, буде детей его Ивана да Сидора не станет бездетных, ино его вотчина в Костромском уезде село Молвятино да в Углицком уезде село Климотина и с деревнями благословил дочерь свою Марью а мою Ондрееву жену да шурина моего Сидора, и шурина моего Сидора не стало, и Сидор написал по приказу отца своего и по духовной своей памяти те все обе свои вотчины Костромскую и Углицкую своей сестре Марье а моей Ондрееве жене, да тесть мой Григорий написал в своей духовной и шурин мой Сидор велел заплатить долгу своего и детей своих и по душе по своей и по жене и по детям заплатить 300 рублев, и я по его приказу все 300 рублев заплатил все сполна и жене моей брата своего Сидора тело по его приказу положить либо у Троицы Живоначальной или с отцем вместе у Архангела Михаила а дать по нем сверх тех 300 р., 50 рублев, и те вотчины во опришнину были взяты и розданы в роздачу, и я о тех вотчинах бил челом Государю, что я за те вотчины по духовной тестя своего и шурьев своих дать по их душам 300 р., и Государь теми вотчинами меня пожаловал и в грамоте велел написать, что те вотчины мне и сыну моему Ивану и в род мой неподвижна за мою за Литовскую службу, что я был посылан в Литву, и я теми вотчинами против Государьской жалованной грамоты благословляю Костромскою вотчиною селом Молвятином с деревнями внука своего Костентина Иванова сына, а жену свою благословляю Углицкою вотчиною селом Климотиным с деревнями, кроме внука моего и жене моей до тех вотчин никому дела нет, волно им те свои вотчины, внуку моему своя вотчина а жене своя вотчина, продать и заложить и по душе в монастырь дать, и до тех вотчин окроме внука моего дела нет никому. А написал мне в своей духовной грамоте брат мой Василий Васильевич [14] Коробов свою вотчину в Дорогобузском уезде село Озерища к селу четыре деревни, да в Володимерском уезде село Свитничи Колзакова, да к нему две деревни, что ему та вотчина дана против Переславской вотчины села Михайловскаго да Филипповскаго, а в тех в обеих сельцах в Дорогобуже и в Володимире 370 четвертей; а не дошло его Василья против Переславские старинные вотчины пятисот тридцати четвертей, и в недодаче ведает Бог да Государь, а велел мне за те вотчины душу свою поминать и долг свой платить, и я Ондрей Васильево тело из Казани привез и положил его тело у Живоначальныя Троицы в Сергиеве Монастыре, а дать по нем в дом Живоначальныя Троицы в Сергиев Монастырь вотчину в Володимерском уезде Свитничи Колзаково с деревнями, а душу его и родителей его поминал какова моя сила сегла и долг по духовной платил, а Дорогобузскую свою вотчину село Озерище с деревнями отдал я Ондрей за дочерью своею за Катериною в приданое зятю своему Михаилу Михайловичу Салтыкову, а буде жена моя после моего живота пойдет замуж или пострижется, и прикащикам моим пожаловать дать из моего живота приданое 120 р., оприченно вотчины, чем я ее благословил Углицкою вотчиною селом Климонтом, дати ж ей в той она в вотчине своей вольна, кому хочет тому даст, а до прародительской моей вотчины, что в Рузе, да и в Костромской моей что меня тою вотчиною Государь пожаловал, дела никому нет окроме внука моего Костентина, а буде жена моя не пойдет замуж и не пострижется и станет жить со внуком моим, ино живите вместе как их Бог вразумить, а Бог пошлеть по мою Ондрееву душу, и прикащикам моим пожаловать, тело мое грешное положить у Живоначальные Троицы в Сергиеве Монастыре за тем же вкладом, а буде жены моей и внука моего Костентина в животе не станет, и до тех вотчин дела нет никому, кому они захотят, тому откажут противу моего приказу всяк во своей вотчине волен, а дочери нашей Катерине до тех вотчин дела неть никому, вотчина дана – поминай наши души из той вотчины, а что моего живота после меня останется, лошадей и платья и доспехов и домашния рухляди и погребной и поваренной, и то жене моей да снохе Авдотье Ивановой жене да внуку моему Костентину. А жене своей даю людей своих [15] Степанка Худякова сына Лушника старинного человека да Русника Куликова сына Недекова, а внуку своему Костентину Иванову сыну людей своих даю Ивана Лапшу Дмитриева сына Таганицына и с женою и с детьми холопа своего стариннаго, да шурина его Сулеша а именем Тимофея Евстифеева сына Чеглокова докладного человека, да Мишу Понфильева сына с женою, а жена его приданая снохи моей Ивановой жены сыновни, а он у меня полный холоп, а людей моих полных и докладных и кобалных и деловых всех пожаловать прикащикам моим отпустить всех на свободу окроме тех, что я дал жене своей и внуку, и что есть живота моего, и их наделить по силе, как их Бог наставит, а приказываю свою грешную душу государям своим князю Ивану Андреевичу Звенигородскому да зятю своему Михаилу Михайловичу Салтыкову да Афонасью Федоровичу Загрязкому, чтоб пожаловали души наши устроили и женою и внуком моим Костентином промыслили как им Бог по сердцу положет, а иному нет дела до моей вотчиннишки никому, опрично жены моей и внука моего Костентина и дочери моей Катерины, а хто учинить в наших вотчинах насильство, и с тем нас судит Бог. И души наши и родителей наших без поминка будут, то на его душе. А во всем ведает Бог да прикащики, чтоб пожаловали женою и внуком промыслили чтоб они вотчиннишка не остали. А на то послуси Елизарий Михайлович Салтыков да Иван Иванович Губин да Семен Борисович Погожей, а у духовной грамоты сидел отец мой душевный черный священник Нифонт, а духовную писал Олешка Михайлов сын Простатин. Лета 7095 (1587).

II.

Род Михалковых.

Память родительская, как которого не стало и в которое время помянуть его Ивана Дмитриевича поколение, убили его под Падою на четвертый день после Крещенья, а память его Ивана Милостиваго месяца Ноября в 12 день, а жены его Семиона Богоприимца и Анны пророчицы Февраля 3 число, а матери его Ивана Дмитриевича Ульяны Фроловские память творить Августа в 17 день, [16] а во иноцех Александры; а Федор Иванович во иноцех Филарет, ангел его Федора Секиота память творить Апреля 12 число, а жены его Ефросинии а во иноцех Евдокии, ангел ея Пр. отца нашего Венедикта Римского и Александра и Пр. матери нашея Ефросинии, а память ей творить Марта в 14 день; а дети Федора Ивановича Васильев ангел Василия Кисарейскаго, а память творить Генваря 1 число, а година его править убиения от казаков лета 7122 (1613) Декабря в 14 день на память св. мученик Фирса и Левкея и дружины их; Федоров ангел Пр. отца нашего Федора Освященнаго ученика св. Пахомию, память его творить Маия в 16 день, а година его на память св. мученицы Феклы Прехвальные Сентября в 24 день; а Васильев ангел Федоровича Меньшова Апреля 12 дня св. священномуч. Василия Исповедника Еп. Парийскаго, а година ему Маия 13 число на память св. муч. Гликерии; Василья Федоровича Чоглокова, ангел его Василия Кисарейскаго Генваря 1 число, а година ему творить Июня в 27 день на память Пр. отца нашего Симиона Странным Приимьца; Костентина Ивановича ангел месяца Маия 21 число Св. и Равноап. В. Царя Константина и Христолюб. Царицы матери его Елены; послужилца Ивана убьенного, убиен от казаков с Васильем Федоровичем вместе лета 7122 Декабря в 14 день на память св. мученик Фирса и Левкея и дружины их.

***

Род Коробовых да Киндиревых.

Глава 46.

Марка Демидов из Литвы приехал к Великому Князю Ивану Михайловичу Тверскому во Тверь. У Марка были два сына Костентин да Олександр Хвасть, и оть Олександра повелись Спячевы да Бобкины, а у Костентина сын Михайла Ендегорь, а у Михайла дети Василий да Яков да Измайло, а у Василья сын Иван Короб, а у Ивана Короба дети Юрьи бездетен да Ондрей, а у Ондрея Коробова дети два Ивана оба бездетны да Василий, а у Василья дети Ондрей да Василийда Федор бездетен, а у Якова Михайлова дети Иван Киндирь, а у Ивана Киндирева дети Дмитрий да Костентин бездетен, да Михайло, да Василий, а у Дмитрия сын Григорий, [17] а* у Василья дети Григорий да Петр,* а у Григорья дети* Дмитриева сына Киндирева дети *, Федор да Иван. 6, А у Михаила сын Федор, а у Федора Михайлова дети Дмитрий да Левонтий бездетен да Тимофей, а у Дмитрия Федорова сына Михайлова дети Иван да Александр да Михайла оба бездетны, да Иван, а у Ивана большова Дмитриева Михайлова – Михалкова тож дети Федор да Яков бездетен, а у Федора дети Василий да Федор оба бездетны, да Василий меньшой, а у Василья Меньшова дети Дмитрий да Исай, а у Дмитрия сын Прокофий да Петр, а у Исая сын Александр, а у Ивана Меньшова дети Артамон прозвище Алай, а у Алая дети Богдан, (а у Богдана сын Федор от четвертой жены – между строк) да Федор да Иван все бездетны, а Левонтий Федоров сын бездетен, а у Тимофея Федорова сына дети Андрей да Полуект бездетен, а у Андрея сын Иван, а у Ивана сын Костентин бездетен, у Государя Царя и Великого Князя Михаила Федоровича всеа Русин был Постельничей и Наместник Трети Московские Костентин Иванович Михалков Михайлов тож. 7

А у Василья дети Григорий да Петр, а у Измайла дети Игнатий да Лев, а у Игнатья дети Иван Хоромза, да Юрьи, да Олександр да Григорий, а у Ивана Хоромзы сын Карп, а у Карпа дети Василей Чина да Шимчина (?), а у Юрья дети Игнатий Полтина да Федор Сума, а у Игнатия у Полтины дети Борис да Василий да Юрьи, а у Бориса дети Северьян да Левонтей да Ондрей, да Петр да Дмитрий, а у Федора у Сумы дети Колышко да Курдюк да Лущиха, да Гоман да Иванко, Мясной да Якушко, да Мишка, а у Колуши сын Михайло, а у Лущихи дети Иван да Василий, а у Юрья сын Иван, а у Александра Игнатьева сына дети Иван да Дмитрий да Федор бездетен да Иван бездетен да Григорий, а у Ивана большова сын Матвей, а у Дмитрия сын Тит, а у Григорья сын Курака, а у Григорья Игнатьева сына дети Иван, да Иван Челядня да Омельян, а у другова сына Измайлова у Льва дети [18] Василий да Юрий, а у Василья дети Иван да Григорий да Микита, а у Ивана дети Василий да Олексей да Назарий да Микита да Иван, а у Григорья дети внучек да Федька, а у Микиты дети Иван да Микула да Никита да Петр да Сергей да Семен, а у Юрья дети ... (конец столбца).

***

МИХАЛКОВЫ.

[19]

III.

От Царя и Великаго Князя Василья Ивановича всеа Русии на Романов воеводе нашему Федору Ивановичу Михайлову. Велели есмя тебе быти на Тотьме, ведати город Тотьму и Тотемский уезд, а по чему тебе Тотьму ведати, о том послан к тебе наш наказ за приписью дьяка нашего Филиппа Голенищева, а Романов велели ведати воеводе Оксентью Дашкову. И как к тебе ся наша грамота придет, а что на Романове по Острогу какого наряду и в казне зелья и ядер и всяких пушечных запасов и пушкарей и затынщиков и воротников и осадных всяких людей, и ты-б то все переписав на роспись и наши грамоты и всякия дела и таможным и кабацким деньгам книги и деньги, что у тебя по сю нашу грамоту в сборе, и кабацкие всякие запасы и суды отдал Оксентью (между строк приписано: «и посадские... гости»), да в том с ним росписався ехал на Тотьму, а приехав взял бы еси у Кузьмы у Строгонова да у подъячаго у Дружины Степанова потому-ж городовую роспись и всякие дела и грамоты и всяким доходам книги, и деньги, что у них по твой приезд каких денег в сборе будет, и кабацкие всякие запасы и суды, да в том во всем с ними росписался, а будет с Тотьмы с посаду и с волостей которые наши доходы 117 и нынешняго 118 (1610) году до твоего приезду не сполна выбраны, и ты-б тем недоборным деньгам у Кузьмы да у подъячаго у Дружины взял роспись за их руками да по той росписи велел те деньги на тех людях, которые тех денег не платили, правити нещадно черезо весь день, а на ночь их метати в тюрьму до тех мест, докуды на них те деньги доправят сполна, да те деньги и что возьмешь каких денег же у Кузьмы да у подъячаго у Дружины, прислал к нам к Москве в Тотемскую четь с целовальники, да и про то-б еси к нам отписать, что каких дел и денег и всяких запасов на Романове Оксентью отдаш и в котором месяце и числе на Тотьму приедешь и что у Кузьмы и у подъячаго у Дружины денег и каких дел и кабацких запасов возьмеш, чтоб нам про то было ведомо. Писан на Москве лета 7118 (1610) Маия в 7 день.

На обороте:

1) На Романов воеводе нашему Федору Ивановичу Михайлову. [20]

2) Привез Государеву грамоту Архангельскаго города пушкарь Манючев Маиа в 23 день.

3) Скрепа: диак Филип Галенищев.

***

От Царя и Великаго Князя Василья Ивановича всеа Русии на Романов Федору Ивановичу Михалкову.

Писано от нас к тебе наперед сего, а велено тебе наряд и зелье, что ни есть на Романове, отпустить в Ярославль, а по вестем и тебе со всеми людьми и посадским людям, которые похотят, велено итти в Ярославль же, для того что на Романове сидеть не с кем, а в Ярославле наряду и зелья мало. И как к тебе ся наша грамота придет, и ты-б по предней и по сей нашей грамоте однолично наряд весь и зелье, что ни есть на Романове, отпустил в Ярославль тотчас, а будет почаешь под Романов воровских людей приходу, и ты-б в те поры и сам со всеми людьми, которые похотят, ехал в Ярославль, а однолично-б еси наряд и зелье отпустил в Ярославль тотчас. Писан на Москве лета 7118 Маия в 11 день.

На обороте:

На Романов Федору Ивановичу Михалкову.

(Обломок черной сургучной печати).

ІV.

Лета 7123 (1615) Июня в 19 день Живоначальныя Троицы Сергиева Монастыря, при архимандрите Дионисии да при келаре старце Аврамии Палицыне и при казначее старце Иосифе Панине и при старцах соборных Макарии Куровском, Никандре Путятине и уставшике Филарете, Иларионе Бровцине, Боголепе Редрикове, Ионе Родионове и при всех старцах соборных, дали вкладу в дом Живоначальныя Троицы и Преч. Богородицы и Вел. Чуд. Сергию и Никону, Федора жена Ивановича Михалкова Еуфросиния Васильевна с своими детьми, с Федором да с Васильем, по муже своем Федоре во иноцех Филарете 50 руб. денег, и за тот вклад тело Феодора Ивановича во иноцех Филарета погребли в дому Живон. Троицы в Сергиеве большом монастыре и имя его написали в сенадики и в кормовыя книги и поминати его по монастырскому чину [21] во веки, как и прочих вкладчиков, а у сей вкладной Троицы Сергиева монастыря печать келарская, а вкладную писал Троицы Сергиева монастыря служка Иерофей Комарков.

(Внизу черновосковая печать).

V.

От Царя и Великаго Князя Михаила Федоровича всеа Русин в Резанский уезд в жеребей села Исады, в деревню Никонову на реке на Оке, в деревню Аргамакову, в пустошь Тимохинскую, да в сельцо Перкино, что было то село Исады и две деревни и постошь в поместьи за Прокофьем Ляпуновым, а сельцо Перкино было в поместьи за Степаном Ляпуновым, а после Прокофья то село Исады и деревни и пустошь дано было Прокофьеве жене Ляпунова, да сыну его Володимеру, да Семену Захарьеву сыну, да Федору Семенову сыну Ляпуновым, а в прошлом 122 (1614) году по челобитью постельничаго нашего и ваместника Трети Московския Костянтина Ивановича Михалкова из того села Исад и из села Перкина и из деревень вымерено лишния земли всем крестьянам, которые на той примерной земле в селе в Исадах и в селе Перкине и в деревнях живут, а на пустоши учнут жити. Пожаловали есмя тою примерною землею постельничаго нашего и наместника Трети Московския Костянтина Ивановича Михалкова опричь того, что в тех же селах и в деревнях в вотчине и в поместьи за Прокофьевою да за Степановою женами Ляпуновых, да за Володимером да за Федором да за Семеном за Ляпуновыми в поместьи со всеми угодьи, а по книгам письма и меры Данила Сарафанова с товарыщи лета 7122 году в том сельце Исадах постельничаго нашего и наместника Трети Московския на Костянтннов жеребей Ивановича Михалкова написано пашни и перелогу добрые земли 150 чети, а в деревне Аргамакове пашни и перелогу добрые земли 50 чети, а в деревне Никонове пашни и перелогу добрые земли 150 чети, а в пусхоши Тимохинской пашни 50 чети, и всего 400 чети, а в селе Перкине по даче 122 году пашни на его долю 174 чети в поле а в дву потому-ж и обоего 574 чети, и вы-б все крестьяне, которые в тех селех и [22] в деревнях живут, а на пустоши учнут жити, опричь того что в тех селех и деревнях в вотчине и в поместьи за Ляпуновыми, постельничаго нашего и наместника Трети Московския Костянтина Ивановича Михалкова слушали, пашню на него пахали и доход ему помещиков платили. Писан на Москве лета 7123 (1615) Июля в 25 день.

Черная восковая печать.

На обороте надпись:

Царя и Великаго Князя Михаила Федоровича всеа Русии диак Федор Шюшерин. Справил Панкрашка Бобанин.

***

Се яз вдова Огрофена Кондратьева дочь Федорова жена Николаева сына Гречанинова да с своим сыном с Григорьем с Федоровым сыном Николаева продали есмя Постельничему и Наместнику Трети Московския Костентину Ивановичу Михалкову и его жене и детям и внучатом впрок без выкупу вотчину свою в Боровском уезде в волости Козлова броду на реке на Лопасне пустошь что была деревня Байдеева, да пустошь что была деревня Фефилова Надейна тоже, да пустошь что была деревня Онаньина Овсяникова Жмылова тоже, да пустошь Паршинская Занина тож с пашнею и с лугами и с лесы и с болоты, куда изстари по тяглу ходил плуг и соха и топор по старым межам со всеми угодьи. А взяла я Огрофена с сыном своим с Григорьем у Костентина Ивановича за ту свою вотчипу за все пустоши 100 руб. денег, а та у нас вотчина оприпчь Костентина Ивановича иному никому не продана и не заложена, ни по душе ни по ком ни в который монастырь не отдана, ни в данных ни в рядных ни за кем не написана и ни в каких крепостях ни у кого ни в чем не укреплена и не написана. А вылежет на тое вотчину оприч сей купчей иная купчая или кабала или закладная или духовная или даная или рядная или иная крепость ни буди, и мне Огрофене и сыну моему Григорию та вотчипа ото всяких крепостей и ото всего очищать и убытка Костентина Ивановича никакого не довесть, а что Костентину Ивановичу учинитца убытка в той вотчине а в нашем неочищенье, и те убытки Костентину Ивановичу взять на мне на Огрофене, да на сыне моем Григорье по [23] сей купчей все сполна, и вперед до той вотчины мне Огрофене и сыну моему Григорью и мужа моего роду и племени никому дела нет и не вступатца, и в книги в Поместном Приказе ту мне вотчину Огрофене да сыну моему Григорию за Костентином Ивановичем записать. А на то послуси: Василий Тимофеев да Богдан Захарьев, да Кондратий Ларионов, а купчую писал Офонька Миронов лета 7125 (1617) году.


Комментарии

1. Дворц. Разр. т. I, столб. 132.

2. Дворц. Разр. т. I, столб. 134.

3. Дворц. Разр. т. I, столб. 135–136.

4. Отсюда и до конца сей статьи печатаются документы из Архива Михалковых.

5. Родной брат Василия Михайловича Шестова, деда Великой Старицы Марфы. Показан в числе детей боярских в 1550 г. (Лоб. ч. II. Родосл. Стр. 392).

6. Заключенное между звездочками вычеркнуто и замечено: «чисто».

. Род Михалковых, Михайловых тож.

7. На обороте столбца две надписи: 1) относящаяся к данному месту «А Измайловы и Полтины и Сумины свою поколенную роспись сами принесут», 2) относящаяся ко всему столбцу «Справлено с Ивановым родословцем Хлопова».

Текст воспроизведен по изданию: Из архива Михалковых // Старина и новизна, Книга 17. 1914

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.