Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

НОВЫЙ ДОКУМЕНТ ОБ АЛЕКСАНДРОВСКОЙ СЛОБОДЕ ПРИ ИВАНЕ ГРОЗНОМ

(Была ли городом царская резиденция?)

Историки, изучающие эпоху Ивана Грозного, традиционно пишут о малочисленности сохранившихся источников, особенно документальных. Гибель основной массы приказных архивов XVI в. действительно не только затрудняет изучение крутых поворотов в политике первого русского самодержца (особенно такого сложного явления, как опричнина), но и не позволяет уточнить многие конкретные детали его многолетнего правления, например, перемещения по стране, смену резиденций, организацию жизни царского двора и т.п. Но именно эти сюжеты можно изучать по сохранившейся внешнеполитической документации – архиву Посольского приказа 1. К сожалению, до сих пор значительная часть посольских книг (особенно второй половины XVI в.) не издана 2. Недостаточно исследованным остается и другой вид посольской документации – столбцы, который, хотя и фрагментарно, но все же представлен в ряде фондов РГАДА, отражающих дипломатические связи России с различными государствами. Характерным примером важности не только внешнеполитических, но и внутреннеполитических сведений, заключенных в подобных текущих посольских делах, является публикуемая грамота.

Выдающийся знаток приказной документации академик Н. П. Лихачев в своем специальном труде, целиком посвященном анализу одного из столбцов, сохранившемуся в фонде «Сношения России с Польшей» и содержащему разнообразные документы, касающиеся приезда папского посла Антония Поссевино в 1581 г., отметил существование еще одного подобного по обширности столбца «Польских дел» МГАМИД за 1579-1580 гг. (ныне: РГАДА. Ф. 79. Оп. 1) и сделал при этом важное замечание: «В столбцах Посольского приказа не редко сохраняются и копии с документов других приказов, давно уже утраченных в подлинниках» 3. Однако исследователи обращались к этому ценнейшему комплексу документов XVI в. нечасто, в основном опять же для изучения взаимоотношений Ивана Грозного с Польско-Литовским государством 4. Между тем столбец содержит в значительной части переписку с [111] воеводами пограничных городов и связан с деятельностью не только Посольского, но и Разрядного приказов в конце Ливонской войны.

Грамоты от имени царя, представленные в столбце в виде черновых отпусков, указывают разное место их составления – Москва, Новгород, Старица, Александровская слобода. Можно сделать вывод, что эти документы отложились в своеобразной походной канцелярии Ивана Грозного 5. Но затем данные отпуски были соединены с их подлинниками, которые поступали в московский земский Посольский приказ, и вместе с другими, связанными с ними документами, были сформированы в единый столбец уже в его архиве.

Грамоты данного столбца, написанные в Слободе, привлекли наше особое внимание не только как исторический источник, освещающий в какой-то мере историю знаменитой царской резиденции на ее заключительном этапе, но и как важный палеографический источник – известно, что в это время (1576-1580) при дворе Ивана Грозного работала первая русская провинциальная типография и, по предположению некоторых исследователей, даже создавался грандиозный Лицевой летописный свод 6. Бумага, на которой писался Лицевой свод и печатались слободские Псалтырь и Часовник, в грамотах пока не обнаружена, хотя они, наряду с традиционными «кувшинчиками», «сферами» и «руками-перчатками», содержат и редкие типы филиграней (очевидно, необходима, их особая публикация). Выходные данные (Dispositio) одной из грамот содержат определение статуса Александровской слободы как города, обычно не употребляющееся в других известных грамотах подобного типа.

В конце этой подлинной грамоты 1580 г., отправленной от имени царя в Москву земской Боярской думе и посольским дьякам братьям Щелкаловым, указано: «Писан в городе (здесь и далее курсив наш. – Б. М.) в Слободе лета 7088-го марта в 13 день». Содержание этой грамоты в целом вполне рутинно – царь получил в Александровской слободе отписки от себежских воевод вместе с грамотами польских воевод по поводу местного перемирья, пограничной торговли и размена двух пленных и поручил проработать этот вопрос в Москве в Думе, Посольском приказе и, очевидно, в Разряде, оставив окончательное решение за собой. Почему именно в этой грамоте, в отличие от других, подобных рядовых грамот, к обычному определению «писан в Слободе» (ее название не указывалось) добавлено слово «в городе» неясно.

В официальном летописании Александровская слобода, ставшая опричной столицей в январе 1565 г., также никогда не называлась городом (впрочем, царское летописание периода опричнины продолжалось только в течение двух лет – до 1567 г.). Во внешнеполитических же документах этого времени значение Слободы как центра опричнины, как и само разделение государства, вообще отрицалось. Так, в 1569 г. в наказе гонцу в Литву Ф. И. Мясоедову предписывалось отвечать на вопрос о причинах пребывания царя в Александровской слободе: «Государьская воля, где хочет тут живет. А то село близко Москвы, а государь живет для своего прохладу. А государство свое правит на Москве и в Слободе» 7. [112]

Определение «город» для Александровской слободы есть также в более поздней грамоте 3 ноября 1581 г., входящей в состав следующего столбца с документами о приезде Антония Поссевино. Эта верительная грамота послам князю Д. П. Елецкому и Р. В. Алферьеву является образцом официальной внешнеполитической документации, ее текст содержит специальные этикетные формулы (полный царский титул и т.д.), заключительные выходные данные имеют расширения во всех параметрах: «Писана в государствия нашего Дворе в городе в Слободе лета от создания миру 7090 ноября месяца...» 8 Н. П. Лихачев в своем исследовании привел из неопубликованной посольской книги только эту начальную часть выходных данных верительной грамоты, его продолжение, содержащее хронологию царствия Ивана Грозного, можно видеть в опубликованном переводе латинской версии данного текста. Причем в результате двойного перевода слово город превратилось в «крепость» 9.

Подобные специальные характеристики места написания внешнеполитических грамот, как часть дипломатического протокола, можно видеть среди других документов того же времени. Так, опасная грамота на проезд Антония Поссевино августа 1580 г. «писана в государствия нашего Дворе града Москвы» 10, а в другой опасной грамоте ему сентября того же года обычное указание для внутренних грамот – «писана на Старице», превратилось в «писана великого княжества Тверскаго в городе в Городке» 11. Но вряд ли в подобных случаях должно было быть обязательное искусственное повышение статуса места написания грамоты (как повышался статус самих послов на время посольства). В опасной грамоте польскому посланнику Юрию Быковскому, которого Иван Грозный принимал в Александровской слободе в 1563 г. (т. е. еще до учреждения опричнины) указано: «писан нашего государства Двора Слободы» 12. Напротив, о неустойчивости в это время определения «город» для Александровской слободы свидетельствует его отсутствие в официальной царской грамоте Антонию Поссевино, написанной в Слободе 23 октября 1581 г. 13

Но есть памятник вполне официального происхождения, где Слобода еще раньше названа «новым городом». Это послесловие к уже упоминавшейся Псалтыри 1576-1577 гг., напечатанной в Александровской резиденции царя, в типографии, основанной, очевидно, по его личному повелению, печатником Андроником Тимофеевым Невежей 14. Здесь особое внимание вызывает определение «новый» – ведь Александровская слобода была значительной, с каменными храмами, великокняжеской и царской резиденцией задолго до 1565 г. 15 Видимо, печатник (или лицо ему указавшее на [113] необходимость подобного текста) хотел подчеркнуть те принципиальные внутренние и внешние изменения, произошедшие в Слободе за десятилетие ее функционирования как фактически второй – опричной, а затем «дворовой» столицы Российского государства. Очевидно, в период «двора» Иван Грозный не стремился скрывать существование своего удела с особыми центрами, тем более что это были годы, когда он вообще отказывался на время от царского титула.

В современных исследованиях, посвященных политической истории времени правления Ивана Грозного, вопрос об официальном статусе Александровской слободы в качестве города, кажется, специально не рассматривался. По крайней мере, текст послесловия Слободской псалтыри (введенной в научный оборот И. М. Снегиревым в 1830 г.) в этом плане не был использован. Вместе с тем еще Н. М. Карамзин отмечал, что с введением опричнины Иван Грозный «жил большею частию в Слободе Александровской, которая сделалась городом, украшенная церквами, домами, лавками каменными» 16.

Источником для такого утверждения Карамзина была «История о Великом княжестве Московском» Петра Петрея, который в начале XVII в. действительно писал об Александровской слободе времен Ивана Грозного (используя при этом наблюдения других авторов): «Александровская слобода, также маленький город и крепость, лежит в 8 милях от Москвы к северу. Этот город построил жестокий великий князь Иван Васильевич и велел сделать вокруг него сильное укрепление, а внутри поставил пять прекрасных кирпичных церквей» 17. Очевидно на того же Петрея (вероятно, через посредство Карамзина) опирался такой известный исследователь опричнины, как П. А. Садиков, когда писал: «Провинциальной любимой резиденцией служила Александровская слобода, переименованная, по рассказам современников, из села в город, сильно укрепленный и наполненный богатствами, особенно после новгородского погрома» 18.

В фундаментальном историко-географическом исследовании М. Н. Тихомирова «Россия в XVI столетии» Александровская слобода рассмотрена в общем небольшом разделе с городом Юрьевом Польским и кратко охарактеризована как «царская резиденция, описанная многими иностранцами» 19. Но в предваряющем ему разделе «Переяславль Залесский и его округа» прямо указано, что «в этом районе находились ) еще два города: Юрьев Польский и Александрова слобода, за которой по традиции сохранялось название «слобода», хотя она была настоящей крепостью с посадом» 20.

Таким образом, публикуемая грамота является важным документальным подтверждением городского статуса Александровской слободы – резиденции Ивана Грозного, который по разным причинам не был окончательно зафиксирован в письменной традиции того времени и утратился с прекращением пребывания в Слободе царя после смерти сына в конце 1581 г. [115]


Приложение

1580 г. марта 13. Грамота царя Ивана Васильевича из Александровской слободы в Москву земской Боярской думе во главе с кн. И. Ф. Мстиславским и посольским дьякам А. Я. и В. Я. Щелкаловым о переписке с пограничными воеводами.

От царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии бояром нашим князю Ивану Федоровичю Мстиславскому с товарыщи да диаком нашим Ондрею да Василью Щелкановым [так в тексте].

Здеся к нам прислали с Себежа грамоты, и мы те грамоты к вам послали. И вы б о том помыслили, как тем делам делатися, да там велели отписати Ондрею Шерефединову. А к нам бы есте свою мысль отписали. А тех бы естя допыталися, кого имянем просят и на кого хотят.

Писан в городе в Слободе, лета 7088 марта в 13 день.

На обороте адрес: Боярам нашим князю Ивану Федоровичю Мстисловскому с таварыщи да дьяком нашим Ондрею да Василью Щелкановым 21

Ниже помета о получении: 88-го марта в 14 день с Федором с Воейковым.

Грамота (столбец) была сложена конвертом (вчетверо).

РГАДА. Ф. 79 (Сношения России с Польшей). Оп. 1. Столбцы. Д. 1579-1580 гг. № 1. Л. 141-141 об. Подлинник.


Комментарии

1. См.: Шмидт С. О. Россия Ивана Грозного. М., 1999. С. 448-455 (статья «Посольские книги Российского государства XV-XVI столетий как памятник истории и культуры»); Он же. Документы внешних сношений и развитие культуры Руси допетровского времени // Восток–Россия–Запад: Исторические и культурологические исследования: К 70-летию академика Владимира Степановича Мясникова. М., 2001. С. 73-83.

2. См.: Рогожин Н. М. К вопросу о публикации посольских книг конца XV – начала XVII в. // АЕ за 1979 год. М., 1981. С. 185-209.

3. Лихачев Н. Дело о приезде в Москву Антония Поссевина. СПб., 1903. С. 49-50. Примеч. 1.

4. В последнее время к ним обращался польский исследователь И. Граля. Данный столбец (Ф. 79. Оп. 1. 1579-1580 гг. № 1) привлек внимание автора статьи и директора РГАДА М. П. Лукичева несколько лет назад при визуальном просмотре всех «польских» столбцов XVI – начала XVII вв. непосредственно в хранилище.

5. См. подробнее: Морозов Б. Н. Новые документы об Александровской слободе при Иване Грозном (Была ли городом царская резиденция и существовал ли в ней дворовый Посольский приказ?) // Государев двор в истории России. XV-XVII вв.: Материалы международной научной конференции. Александров (в печати).

6. См.: Клосс Б. М. Никоновский свод и русские летописи XVI-XVII веков. М., 1980. С. 232-252. Разбор этого мнения см.: Амосов A. A. Лицевой летописный свод Ивана Грозного: Комплексное кодикологическое исследование. М., 1998. С. 194-222.

7. Сборник РИО. СПб., 1892. Т. 71. С. 591. См. также: Садиков П. А. Очерки по истории опричнины. М.; Л., 1950. С. 66-68.

8. См.: Лихачев Н. Указ. соч. С. XLIII.

9. Поссевино А. Исторические сочинения о России XVI в. М., 1983. С. 151-152. Как «крепость» переводили и определение «город» для Москвы (Там же. С. 147).

10. Памятники дипломатических сношений с державами иностранными. СПб., 1871. Т. 10. С. 56-57, См.: Лихачев Н. Указ. соч. С. X-XI. Лихачев отметил, что эту грамоту писали не в Москве, а в Старице.

11. Там же. С. 235-238. См.: Лихачев Н. Указ. соч. С. XXV.

12. «Выписка из посольских книг» о сношениях Российского государства с Польско-Литовским за 1487-1572 гг. / Сост. Б. Н. Морозов; Ред. С. О. Шмидт. М., 1997. С. 234.

13. Поссевино А. Указ. соч. С. 101-103.

14. См.: Сазонова Л. И. Андроник Тимофеев: Словарь книжников и книжности Древней Руси. Л., 1988. Вып. 2 (вторая половина XIV-XVI вв.), ч. 1: А-К. С. 40-42. Последнее факсимильное воспроизведение выходной записи Слободской псалтыри см. в Сводном каталоге A. A. Гусевой «Издания кириллического шрифта 2-й половины XVI в.» (М., 2002).

15. Следует отметить, что эту резиденцию великого князя Василия III называли «новым селом Александровским» при освящении Покровского собора в 1513 г. (см.: Кавельмахер В. В. Памятники архитектуры древней Александровой Слободы. [Владимир], 1995. С. 52), затем в 1534 г. (уже после смерти великого князя) – «новой слободой» (Дьяконов М. Акты, относящиеся к истории тяглого, населения в Московском государстве. Юрьев, 1897. Вып. 2. С. 7).

16. Карамзин Н. М. История государства Российского. СПб., 1845. Кн. III, т. IX. С. 50.

17. Петрей Петр. История о Великом княжестве Московском // О начале войн и смут в Московии. М., 1997. С. 182.

18. Садиков П. А. Указ. соч. С. 45.

19. Тихомиров М. Н. Россия в XVI столетии. М., 1962. С. 170.

20. Там же. С. 167.

21. Адрес написан вторым, из выделенных Н. П. Лихачевым двух почерков адресов-подписей царских грамот из столбца 1581 г. о приезде Поссевино, написанных в Старице и в Александровской слободе (Лихачев Н. Указ. соч. С. 105). Первый их этих почерков, как установил И. В. Курукин, принадлежит дьяку A. B. Шерефетдинову (Курукин И. В. О так называемом автографе Ивана Грозного // CA. 1979. № 2).

Текст воспроизведен по изданию: Новый документ об Александровской слободе при Иване Грозном (Была ли городом царская резиденция?) // Археографический ежегодник за 2003 год. М. 2004

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.