Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ПОСОЛЬСКАЯ КНИГА

ПО СВЯЗЯМ РОССИИ С НОГАЙСКОЙ ОРДОЙ

(1561-1564)

1563 Года Октября 672 в 15 день Михаила Колупаев сын Приклонского, Иван Васильев сын Бессонова, Михайло Иванов сын Шишелова да Дмитрей Куров сын Непейцын к Царю ИВАНУ Васильевичу из Мещеры писали с служилыми Татарами с Аппаком Чюриным Крымовы станицы Тойшева, да с Карамышем Зенебековым Мамкеевы станицы Девлечарова, что они из Нагайской Земли к Российской границе благополучно прибыли, и с помянутыми служилыми Татарами приехали к Государю из Нагайской земли от Исмаиля Князя и от Мирз перед послами гонцы, а имянно от Исмаиля Князя Муродасыл, от Тинехмат Мирзы Дизянь Магмет, от Урус Мирзы Енатай, от Тинали Мирзы Кошумова сына Янгора и от Казы Мирзы Корта. Писали же к Государю Михайло Колупаев с товарищи, что идут с ними от Исмаиля Князя и от Мирз послы, а имянно от Исмаиля Князя Келдераз и с ним Татар [2] и Ардобазарцов 95 человек, и с нимиже Исмаил Князь отпустил к Государю на службу где Государь их на службу свою пошлет, двух Мирз, Евгасты Мирзу Аросланова сына, да Ахмет Мирзу Белек Булатова сына, и с ними 160 человек; от Тинехмат Мирзы Баубек а с ним Татар 135 человек, и лошадей 250, от Урус Мирзы Акзилев, а с ним Татар 65 человек; и лошадей 150, от Тинали Мирзы Кулчан, а с ним Татар 40 человек и лошадей 60; а всех их 495 человек и лошадей с ними 460, и поставили Нагайских гонцов на Нагайском дворе и корм им велено давать потомуже как на перед того Нагайским гонцам даван.

И Государь велел встречь против Нагайских Мурз и послов послать Ивана Мишурина.

Тогоже месяца Октября в 24 день приехали к Государю из Нагайской земли Михайло Колупаев сын Приклонского с товарищи. С нимиже приехали служилые Татаре четыре станицы. Голова Крым Тоишев с товарищи, голова Семенча Тутаев с товарищи, [3] голова Мамкей Девлечаров с товарищи, голова Тавкей Темеев с товарищи. А посланы были Михайло Колупаев к Исмаилю Князю, Иван Бессонов к Тинехмат Мирзе, Михайло Шишелев к Урус Мирзе, Дмитрей Непейцин к Тинали Мирзе, и сказывали Михайло Колупаев с товарищи, что им от Исмаила Князя и от Мирз бесчестья ни которого не было, и отпустили их к Государю из Нагайской земли совсем здорово. А Иван Бессонов сказывал, что он по Государеву указу Тинехмат Мирзу к шерти приводил по шертной записи, какова с ним к нему посылана, и к той же шертной записи Тинехмат Мирза печать свою приложил. - А шертная запись была такова 673.

Язь Тинахмат Мирза даю шерть Царю и Великому Князю ИВАНУ Васильевичю всея Русии на том, хотети ми ему добра во всем, и другу ми его другом быти, а недругу [4] недругом быти, а на Крымскою Царя и на всякого ми его недруга с ним за один быти. А не станет отца моего Исмаиля Князя; и мне от Царя и Великого не отступну быти и до своего живота, и иного ми себе друга ни кого не искати. А о котором ми о своем деле Царь и Великий Князь прикажет; и мне то дело делати в правду без хитрости по сей шерти, и потому, как отец мой Исмаил Князь Царя и Великого Князя дела делает без хитрости. А взведаю хто имет лихо мыслити Царю и Великому Князю и его землям, и мне о том ко Царю и Великому Князю вести послати, а к ним ми не приставати. Того для к сей записи на утвержениие язь Тинахмат мирза учиня крепкую шерть и печать свою приложил. Лета 7072. [5]

Октября в 26 день 674 Нагайские послы Келдераз с товарищи к Москве приехали, и поставили их на Нагайском дворе, а корм им велено давать по томуже как на перед того Нагайским послам даван. Тогоже месяца Октября в 31 день Михайло Колупаев сын Приклонского к Царю ИВАНУ Васильевичу из Острахани с Болдырем Бортеневым прислал грамоту и притом же грамоту Исмаиля Князя и двух Мирз Нагайских Ибряим Мирзу да Ель Мирзу Исуповых Княжьих детей. А грамота Михайла Колупаева была такова 675.

Государю Царю и Великому Князю Ивану Васильевичю всеа Русии холоп твой Михаилец Колупаев челом бьет. Отъежжали, Государь, от Исмаиля Князя племянники его Исуповы дети княжие Ибреим мирза да Ель мирза. Исмаилю, Государь, про них учинилась весть, что они кочюют за Астороханью у Белого озера. И [6] Исмаиль, Государь, Князь посылал за ними сына своего Тимбай мирзу, и Тимбай мирза, Государь, их наехал у Белого озера, да их переимал, и к отцу их прислал. Исмаил, Государь, Князь Ибреим мирзу и Ель мирзу ко мне прислал, а велел мне с ними ехати в Асторохань часа того, а из Асторохани велел их послать к тебе Государю. И язь, Государь, их из Асторохани послал к тебе Государю с твоим Государевым сыном Боярским з Болдырем з Бортеневым Сентября в четвертый день. Да говорили, Государь, мне в Асторохани Ибреим мирза и Ель мирза, чтобы язь с ними послал их людей по три человеки, которые были с ними, как поехали из Нагаи, и которые с ними были на деле, как их громил Тимбай мирза. И с того розгрому люди их прибежали в Асторохань. И ныне, Государь, послал есми к тебе Государю с мирзами их людей шесть человек. [7] А дватцать, Государь, человек их же людей хотят ехати со мною полем к тебе же Государю. Да с мирзами, Государь, послал есми к тебе Государю твоего Государева служилого Татарина Азигирия Янсубова. А язь, Государь, холоп твой из Асторохани опять поехал к Исмаилю Князю. А меня, Государь, Исмаил Князь и своих послов хочет отпустити к тебе Государю на борзе.

Вышепомянутая Князя Исмаиля к Государю грамота была такова 676.

Всего Христианства Государю другу и брату моему Белому Царю от Исмаиля Князя поклон. Ибреим мирза и Ель мирза с Казы мирзою сговорились. А Казы мирза с Крымским Царем за один. А хотели Асторохань воевати. И язь послал сына Тимбай мирзу искати их, и билися много. И дву мирз взяв привел. И нам бы было мочно тех мирз и [8] побити и отослати. И мы тебя почтили, и твоему послу Михайлу Васильевичю Колупаеву дали, и велели есмя к тебе брату своему отослать. А они и тебе и нам недрузи. И тыб тех дву мирз велел беречи крепко. А те два мирзы да Казы мирза да Астороханских шесть и семь Князей с нимиже сговорилися. И как придут те мирзы войною, и Чалым улану, да Тенишу Князю, да Утешу, да Коурзяну Князю, да Девлет Килдею, да Девешу тем людем изменити. И язь то (подлинно) 677 уведал, и толко хочешь того, (чтоб) Юрт твой тот не запустел; (и тыб) тех шти человек к себе свел, чтоб (в Аст)орохани не быти. Толко тем Князем (в Асто)рохани быти, и Юрту твое(му А)сторохани лихо. А посол твой Ми(хайло) Васильевичь твое здоровье и по(минки) до нас довез. И [9] мы про твое здо(ровье) уведав порадовались. А посол твой Михайло Васильевичь и мой посол пришли ко мне по небесному Августа месяца ветха за пять день до молоду. А пошлю с Уразом Бекчюру, так бы еси ведал. А послом нашим поздо корнюшь даешь; и то нам от другов и от недругов наших недобро. И как они к тебе придут; и тыб в борзе им корнюшь дал. А мы твоему послу Михайлу Васильевичю дня не перемешкая корнюшь дали. [10]

Года Генваря в 8 день Нагайские послы Келдераз с товарищи у Государя были на приезде.

И говорил 678 Царю и великому Князю Измаилев посол Келдераз; поехал есми, Государь, от своего Государя от Исмаиля Князя, а он был тогды в животе. А нынеча, дай Бог ты, Государь, здоров был, Исмаиля Князя в животе не стало, а приказ к тебе Государю от Исмаиля Князя с нами был: что болших детей у него сыны три и четыре есть, а менших сынов и пять и шесть. И Исмаил Князь положился на тебе. Ведает в том Бог да ты, Государь. Как еси ко мне дружбу держал, так бы еси детей моих берег, и жаловал. А детем есми своим велел быти у тебя не отступно и до своего живота. А которые дети его учинились перед тобою Государем не вежливо, и ты к [11] ним писал с опалным словом, (чтобы учини)лися в сороме, и в перед (так) делати не будут. И ты бы по их невежество не памятовал.

И тутож Царю и Великому Князя Тинахмат мирзин человек Темир 679 от своего Государя от Тинахмат мирзы правил челобитье, и говорил; как язь поехал из Нагай и в Нагаех Исмаиля Князя в животе не стало. А Государь мой Тинахмат мирза на Нагаех учинился Князем. А коли Исмаил был в животе; и он перед своим концом приказывал со мною к тебе к Государю: которую он правду дал тебе Государю, и он ту правду и до смерти своее держал крепко, и его бы еси во всем в том простил. А которые дети его осталися старые, и два [12] и три, а молодых и пять и шесть; и о тех детех к тебе приказывал, и учинил их тебе холопством, кому на котором улусе велишь быти, то положился на тебе. И о всем о том велел им смотрити на тебя и слушати во всем. А от недругов их приказал тебе, чтобы ты их берег. А что его был лутчей Аргамак прислал к тебе Государю. [13]

По подании от Исмаиля Князя и от Мирз грамот Государь велел послам сесть, и всем им в стола место дать корм.

Грамоты Нагайскими послами привезенные были таковы.

1. От Исмаиля Князя 680.

Всего Христьянства Государю, брату моему, великому Князю, Белому Царю от Исмаиля Князя поклон. Как есми с тобою сговорился, и другом и братом учинился; и язь в тебе одного отца и матери от брата своего Исупа Князя остал и улусов своих остал есми, и всех есми остал. А недруги наши, которые нас с тобою хотят ссорити, и они кое какие речи ссоривая нас, и тебе и мне говорят, и язь тому не верю, и ты бы не верил же, по тому, хотел бы язь от тебя отстати; и язь бы от брата своего не отстал, и сына бы не отстал, и [14] как есми тебя для их остал. И после того сколко есми добра делал, и того не хочю потеряти. Разумной человек таково дела не учинит. И летось дей Крымская рать приходила. А ясак дей за тем ли наш и кликали нашим ясаком и воевали, хотя меня с тобою ссорити, будто за один со мною пришли воевати. И после того розведал ли еси то, что ложь. И ныне таких словес будет много, и тыб не верил. Толко попристоишь о том, чтоб Казы мирзу с промежка сгонити; и сгонишь, и толды Крымской минят на мне буди. Как будет твоя рать, а нам срок учинишь; и мы бы к твоей рати полк людей прибавили, и Казы бы с промежека сшел. А ту рать чаяли и ждали есмя от тебя. И тому на сем лете статись нелзе поздо уже. И тыб на весну прислал, и нам вестно учини, и мы бы ведали. И мы свою рать изготовим с твоими людми послати. А [15] что есми ныне к тебе послал Ибряим мирзу да Ель мирзу, и тыб их велел крепко беречь, потому что те два мирзы с Казыем за один были, и с Крымским за один же были. А сговоряся они все хотели тебя и меня воевати, верь тому. Слышел, что те два мирзы ходят, и язь послал на них сына своего Тимбай мирзу и Тимбай мирза с ними бился много. И людей и лошадей много ранили. А их взяли и привели, и мы их к тебе послали. А сего лета приходили на нас войною шесть братов Ташкентские люди. И тех мирз сын же мой Тимбай мирза поимал и привел. И тот мой сын и тебе и мне пригодитца. И ты бы меня для Тимбай мирзу пожаловал прислал к нему сына боярского со многими поминки. А которой посол его там, и тыб его гораздо чтил однолично. А на сына дей Урус мирзу моего ты гневен. А он понадеевся такое дело учинил, [16] что тебе не годно. И то его неразумье меня для ему отдал. А поминки что еси ему ежегод посылал, тогобы еси не изоскудил однолично. А ныне дей еси к нему присылал и гнев свой ему приказал. И тыб на него меня для гневу не держал. А Азтороханские люди Чалым Улан с сыном, да Тиниш, да Утеш, да Коурзян Князь, да Иванча Князь, да Девлет Келди да Девеш, те восмь человек сговорилися с Казы мирзою, а Казы сговорился с Крымским, а Крымской Царь с Хандыкерем 681 за один все они смолывся хотят тебя и меня воевати, верь тому. И похошь того, чтоб юрт твой безмятежно был; и тыб тех осми человек к себе свел однолично. А поднимают дей Хандыкереву рать и Крымскую те воем человек. А мы люди голодные и нужные. А от твоего [17] юрта к нам идет сполна, что язь пью, ем и слуги мои, и твоя присылка, и то на мое дело росходитца. А которые мирзы от нас кое какими нужами к тебе отбежают, и ты дей им даешь до четырех сот и до пяти сот рублев, а язь на своем юрте живу со многими своими слугами, и от меня много добра дойдет. И тыб брат мой Белой Царь ныне прислал ко мне пять сот рублев денег. А шуб и однорядок прислал бы еси болши того, что ежегод присылаешь. Другу и недругу слышати добро. Да пришли мне опашен зелен зуфной с пуговицами серебряными, не пропамятовал бы еси. А Келдеразу и Бекчюре корнюшь бы еси дал в борзе. А пришлешь ты на Казыя рать свою; и язь детем молодым не поверю, иду сам на него, ож даст Бог. Да прислал бы еси что в рати самому мне вздевать пансырь доброй с наручи, и с наколенки, и с [18] рукавицами, и с Тягиляем, и с Шеломом и з саблею. Все бы еси не запамятовал прислал. Да прислал бы еси два ковша, один бы золот, а другой бы серебрян пожаловал бы прислал. Да прислал бы еси кречат, да ястреб, да сокол, и меду бы еси прислал. А хлебным бы еси запасом не изоскудил. Да прислал бы еси краски и олова сухова, да потали и нашатырю. Да Утинишбакшеява дей сына доброго моего паробка жена есть, и ты б ее отпустил. Да слуги моего Бердибиковы там в полон взяты есть, и тыб их отпустил же. Да паробка моего Карамышевы в полон же взяты есть, и их бы отпустил. Да Худаи Батышева брата Азня Утемиша, что у Шигалея Царя отпустил бы еси его. Как сын же мне в сына мне место Ахмет Сейт, и он называя тебя братом поехал к тебе челом ударити. А людей с ним тритцать человек. И ты бы [19] меня для его гораздо почтив отпустил однолично. Да к тебе же челом ударити поехала племянница нам Царевна и з братом своим с Едигерем Царем повидатися. И тыб ее гораздо пожаловал, чтил, и отпустил на весне. А имя ей Салтан Бек. Да брату моему Белому Царю ведомо буди: коли ты Казань взял, язь толды надеялся был толко удастца всее себе чаел; а не удастьца, язь половину себе чаел, и не ссталося. А после того как Асторохань взял еси; и язь того чаел, что ты Азсторохань мне дашь, друг и недруг был; и то не ссталося же. А ныне из Волги истоков, а один в них Бозан. Три годы тому, как у тебя прошу. И ты поверил тем людем, которые тебе и мне недрузи, а мне еси не дал. И ныне прошу прадеда вашего Нурадин мирзино и дяд наших Наврузово Княжое и Асаново княжое было место Бозан от [20] верховья и до устья, а дяди нашего Наврузов княжой и Сарай есть на Бозане на берегу на Кулеткей Корени. И шесть десять шесть шеломеней на усть Баллы реки. И то нашеже. И тыб ныне отказал ко мне, дать ли тебе не датьли. Будет тебе дать, ино все сполна дай и мы уж много просячи устали. И язь то на выимок прошу. А ныне послы твои приехали испоздав. И язь ныне послал к тебе Кытай родом Мелик Пашина Княжово сына Келдераза Баатыря. Гораздо бы еси почтил. А он старинной отца нашего послужилец, слуга мой доброй человек. А Карыхозя в твоих книгах есть, он у нас Ших и зять мене, и ты бы его гораздо чтил. А тритцать человек поехали к тебе (челом) ударити в судех, а в головах Бекбу(лат), да Алым, да Бакы с товарищы. Ты бы там их гораздо почтил. А сею лета послы твои испоздав пришли. И тыб [21] ныне тех наших послов Келдераза да Бекчюру ранее на весне отпустил однолично. А отца своего Юрта Сарайчика велел есми беречи Аидар мирзе Асанову Княжому сыну. А тот Айдар мирза тебе и мне пригодится. И тыб меня для его гораздо почтил. А к тебе от него идет посол его с поминками; а от тебя к нему жалованье и поминки не бывали. А ныне посол твой Михайло Колупаев Айдар мирзе поминков не дал. И вперед бы еси к нему поминки добрые присылал. А куды будет война, туды и наши люди идут. А в головах воинским людем Ураз баатыря послал есми, гораздо бы еси пожаловал. Асановым Княжиим детем началной Айдар мирза, да Ишим, да Кошум, и тыб тех трех мирз пожаловал гораздо. Коврат родом Тагыякши Имилдешев сын Ангеддием зовут, у толмача дей у Корача что живет у Ивана Шереметева, и тыб [22] его отпустил. Акмула мирза поехал отъселева тебя видети, и тыбы ему волю дал, куда похочет ехать, он ведает. Племянник мой Евгасты мирза. Которые люди от нас пошли в войну, а голова у них он будет. Куда война твоя, и он на твою войну идет. А не будет куда войны твоей, и он жалованье твое взяв на весне опять к нам будет. Меня бы для еси пожаловал его, и на весне с послы нашими вместе отпустил. А с ним его Казаков дватцать человек, а в головах у них Ишбердием зовут. Приказывал ко мне Сибирской Царь, чтобы дей еси о мне Белому Царю печаловался, и помирил меня с ним гораздо; так приказывал и ныне бы меж себя вы добрую ссылку учинили. А от них дей приехали к тебе присылкою Чибиче Князь да Ташкыном зовут. И ты бы их отпустил. Прошлого лета родились у меня два сына, Ибраим мирза, да [23] Курманали мирза и тыб меня для их гораздо пожаловал прислал к ним свое доброе жалованье и поминки добрые, однолично не забудь. А прислал бы еси поминки к ним с своими ж послы. Кошим мурзин сын племянник мой Асанак мирза болшей всем он, и к нему бы еси посла прислал, как еси летось посла прислал. И ты бы вперед не грешил по томуже. Да неотступныже от меня племянникиж мои Булат мирза, да Алибый мирза. И тех бы еси пожаловал. И Магмут мирзу пожаловал бы еси гораздо. А женам бы еси моим всем жалованье свое ровно учинил. Что им дашь, то ты мне дашь. Шесть сынов у меня есть, иные дети мои молоды. И те мои дети не все от меня отступят. Нечто будет их половина отступит, а их для язь от тебя не отступлю и до своего живота, до коле язь умру, ино дети мои от тебя не отступят. А [24] что язь в сей грамоте ни писал, тому верь, иноко не молви. Дал есми дочерь за муж. Зде того нет, пришли сто золотых сделати обруч да серги, не забуди. Да отпусти ко мне Молтабара. И летось просил есми ею. Будет он в дали; и ты его вели добыть, да отпусти его. Да некто именем Кулсейтем зовут, и сын дей его у Ивана Черемисинова, и ты бы его взяв отпустил. А крестил дей его силою, да у себя держит, а отпущеник бы твой был. Дал есми дочерь за муж, и надобе ей кое што купити. И как Бекчюра к Москве приедет; и ты ему вели дать на то сто рублев денег, и он зимою исподоволи купит. А дашь ему перед отпуском вскоре; и ему не искупить. И тыб однолично как он приедет, тот час сто рублев денег велел дать. Друг бы и брат мой Белой Царь ныне пожаловал велел мне дать пять сот рублев [25] денег; то бы мне годовое было, не токмо что мне и тем мирзам, которые от нас ездят к тебе от голоду и от нужы. И тем дей даешь рублев до четырех сот и до пяти сот. А язь живу на своем юрте, и моей дружбы много тебя доидет. На многие лета ты бы здоров был, что бы нам меж себя с тобою быти другу другом а недругу недругом. А Казыевы дей люди там с торгом пошли, а ты тех людей вели переимать, ономня твоих людей побив пошли, а знамя тому то, что тебе Казыя мирзу воевати. А прислал еси поминки свои с Михайлом Колупаевым шубу соболью, две шубы куньи, две ди бы горностайны, шубу лисью, - шуба Хрепты бельи, три шубы черевьи бельи. Тритцать пять однорядок, пансырь да тягиляй, зуб рыбей, опашен зуфной, да аргамак в седле и с кутаном. Триста четвертей муки, да в четырех суднах меду, да с Казыем [26] мирзою крепко есмя завоевалися. А люди его приехав твоих людей, которые в судех ходят, побили, и животы поимав пошли. А многие люди его приежжая в Асторохань становятца, а лошади у нас отгоняют. И ныне кого пришлешь, и ты к боярам прикажи, которые от Казыя люди приежжают в Асторохань, что бы их имав в тюрму сажали, что бы потом Казыевы люди в Асторохань не ездили. И от приезду его людей улусы наши истомилися. А толко Казы с промежка не сойдет, ино и вам и нам покою не будет. И коего дни он с промежка сойдет, Крым возмем, все которые тебе и нам недруги всех тех не будет, так бы еси ведал. А Михайло Колупаев нас не чтил. А ж он лих человек, а ныне твои присылные дети боярские чтили. А Михайло Колупаев не чтил. Что он ни учнет говорити, и ты ему не верь, лжив [27] человек; так бы еси ведал. А Тереберди мирзу и брата его Елдаша и с нынешним послом на весне отпусти, не забудь. А Ширинбек Царица одново отца и матери со мною, сестра мне болшая, и мати мне и сестра она. И ты бы ее чтил лутчи моих жен меня для однолично. Кутум мирзина сына Токтар мирзу, да Асан мирзина сына Ян мирзу чтил бы еси гораздо. А Белек Булат мирзин сын Тин-Ахмат мирзин шурин, и тот Ахмет мирза убог, и потому у меня отпросился на твою войну. Будет войны твоей не будет, и он по жалованье поехал. И ты бы его пожаловал на весне к нам отпустил. А воинским людем голова Бакыем зовут. А сего лета родился сын у меня. А зовут ею Бикулыем. И он бы тебе ведом был, у Хандыкеря дей в обычье так ведетца, коего лета у кого коли сын родитца, и они его толды [28] же в жалованье напишут. Астороханской Боярин Князь Федор четырех человек в тюрму посадил Туркменцов, в головах Мугабели да Сары. А те четыре человеки мои улусные люди. И ты бы о них приказал, что бы их опростили и з животы. Летось есми велел выпустить ис тюрмы в Асторохани Ишима да Мирима, и их выпустили, а животов им не отдали. И ты прикажи, чтобы им отдали однолично. Да прикажи к здешним боярам, которые люди учнут от Казыя приезжати, и ониб их имали и крепили гораздо. А приежжая нам шкоту много делают, и твоих людей побили, и животы поимав поехали, и у нас лошади отгонялиже. Да Авузъшихом зовут человек мой, и язь с ним послал там на продажу две кала краски, и ты бы еси с того не велел тамги имати. Куны мои. Да Астороханец Кучюра Улан у моего [29] паробка взял холопа, да у себя силно держит. А не отдаст, и ты о том не забудь прикажи, чтобы отдал. Да моего паробка Бошибековы четыре человеки взяты в полон. А ныне дей у Отеша. И тыб велел их сыскати, да и отпустил. Да есть дей у тебя два сына молодцы при твоем бы животе со мною они позналися, и к обема им послов послал есми, чтобы тех послов гораздо чтил. А с сех бы мест вперед было бы по пяти сот рублев, а меншиб того небыло.

У тойже грамоты на поле приписано с тою грамотою не одна рука: Атай мирзина сына Ак мирзина жена сего лета просил есми, и шкал с Теребердеем, и ныне бью челом Ак мирза сын мой однолично. А Келдеразу и Бекчюре приказал есми Исупова Княжова 682 Ак мирзу гораздо чтил бы. [30]

Написано на бумажке, да к тойже грамоте приклеено на поле, а не однаже рука з грамотою: Янай мирзина сына Мерден Али мирзу меня бы для чтил, да чтобы меня для и Мамышай мирзу почтил. А мне он племянник 683.

2. От Урус мирзы Исмаилева Княжего сына 684:

От Исмаилева Княжово сына от Урус мирзы Брату нашему всего Xристьянства Государю Белому Царю многом много поклон. И потом челобитье наше то. Приказывал еси к нам с Петром, чтобы нам тебе правду и роту дати на том, чтобы нам твоих недругов воевати, а за то нас чествовати. И мы по твоему слову на Крым войною ходили, и от нас утек беглец, и мы по тому воротилися. И толко бы толды от [31] нас беглец не утек, и нам было их и до одного повоевати. А еще челобитье наше то. Хотел еси нас гораздо почтить. А что еси хотел нас чтити, и то все стало ложно. Отца нашего Исмаиля Князя отцем звал еси Белой Царь. И мы хотели молодчими братьями быти. И язь старииших своих братьи как отцы мне. И всее братьи своей всех соромлюся, потому что Царь Князь Великй меня никак не чтит. И то мне велми досадно, что меня не чтит. Еще челобитье то. Как отца нашего Исмаиля Князя чтил, так бы и меня чтил, и жалованье бы еси жаловал давал. Великого Цингиз Царев прямой род счастливой. Государь еси, ни как ложного твоего слова небудет. Похошь пожаловати, пожалуешь. А не похошь пожаловати, не пожалуешь. А жалованье до нас никак не дохаживало, не так меня посмотрил, как отца моего и братью мою стариишую [32] смотрил. А приказал еси с Михайлом: с сех мест толко учнут казаков твоих гораздо чтити, ино и ты учнешь чтити, так приказал еси. Брата нашего белого Царя жалованью к нам знамя то, чтоб шубу бархатна золоте, да шубу соболью с поволокою, да шубу кунью с поволокою, да Тягиляй бархат на золоте. Гораздо много бы еси пожаловал. Да пожаловал бы еси седло з золотом, да пятьдесят шуб бельих хрептовых, да сто однорядок, да сто рублев денег, да кречат, да сокол, да ястреб, да дватцать кадей меду, да сто четвертей круп, да сто четвертей муки пожаловал бы еси. А с отцом моим Князем и з братом моим болшим меня не ровно с ним смотрил, и язь за то много гневен был, а как тот мой гнев утолишь, и знамя тому то: и чего у тебя прошу, тоб еси пожаловал. Толко тем не пожалуешь, ино ты [33] меня в братстве нехочешь. Так бы еси ведал здоровья отведати послал есми Акзейлевом зовут имилдеша своего. Наперед послов моих не чтил. А ныне знамя тому то, что тебе меня чтити, что бы еси нынешнего посла моего гораздо почтил. Молвя грамоту написал. А люди мои Мусай, да Мамай, да Еди поехали на войну, и ты бы им и их лошадем корму велел давати.

3. От Тимбай мирзы 685.

Всего Христьянства Государю Великому Князю белому Царю от Княжово сына Тибмай мирзы челобитье. Отец мой Князь нерозбирая ни зимы ни лета за все всюды посылал. И язь на отца своего службе живу. А и ты во все страны куда ни буди пошлешь, и мы едем всем сердцем. А отец мой Князь посылал. А зимусь шесть братов, да Ташкентские люди [34] ратью приходили, и лошади многие у наших улусов отгонили, и за ними за шестью браты меня посылал в погоню, и отца моего счастьем и двоим счастьем познают, язь тех мирз и Ташкентских мирз поимал, и людей побил есми. А после того сего лета Исуповы Княжие дети, Ибряим мирза, да Ель мирза со многими с Казыевыми людьми пришли, и многие лошади у наших улусов отгонили были. И за теми мирзами в погоню меняж посылал. Ибряим мирза и Ель мирза со многими людми с нами много билися, и твоим счастьем мы их взяли. Умелиб мы тех мирз побити и отослати и отпустити. И отец мой Князь тебя почтил, послал их к тебе. Молвя то дей Савга сына моего Тинбай мирзы. И ныне бью челом. Которые мирзы от селя нужною неволею к тебе отезхают, и ты дей их жалуешь, даешь им рублев до четырех сот и до пяти сот. И ныне отца своего и [35] твоим здоровьем в своем улусе со многими своими слугами тебе служишь учну. А начало службе моей Ибряим мирза да Ель мирза, что ныне к тебе посланы. И ныне толко мысль мою просветит со многим своим жалованьем посла своего пришлешь, и язь вперед тебе много службу свою учиню. Прислал бы еси что мне в рати на себя издавать пансырь добр и шелом и тягиляй и седло з золотом, и дома носити шубу соболью с поволокою, да шубу кунью, шубу лисью, шубу горностайну, и шубы бельи, да сукон четыре поставы или пять пожаловал бы еси. Ино бы и у слуг моих мыслы просветились твоим жалованьем. И даст Бог и Крым чаю возму. Здоровья отведати Имилдеша своего Бактый Баатырева сына Бактыкула послал есми, гораздо бы еси его пожаловал.

4. От Тинали мирзы 686. [36]

Всего Христьянства Государю. Государю нашему Великому Князю Белому Царю Тинали мирза на жалованье челом бьет. Как отца моего Кошум мирзу и брата моего болшего Арслан мирзу жаловал еси, а меня б еси так же вперед жаловал, о том бью челом. А язь холоп твой старой, куды меня ни пошлешь, туда еду. И язь сам и брат мой на твоей службе хотим быти. Отец и дядя нам Исмаил Князь. И во всем в том Государя своего Белого Царя холопи есмя. Князь Великий Белой Царь пожаловал прислал сына Боярского Дмитрея. И язь на Государеве жалованье челом бью. И язь Государя чествуючи и его чтил есми, того для что отец и дядя мой Исмаил Князь Государю нашему Великому Князю Белому Царю печаловался. И он пожаловал гораздо, и сына боярского прислал. И язь за то на весне хочю ити на Крым войною. И сына боярского [37] твоего Дмитрея уверил есми, чтоб Государь мне прислал доброго сына боярского. Бью челом, жаловал бы еси. А на весне бы еси вестно нам учинил. Бью челом о сыне Боярском о добром. Да бью челом Государю Белому Царю о брате о своем о Салтанзгазы мирзе, что поехал очи твои видеть, чтоб его пожаловал еси. А Государеву Цареву сыну Боярскому Дмитрею говорил есми, толко Государю Царю меня жаловать, и о чем я бью челом, тем бы меня пожаловал сто рублев денег, да доспех доброй, чтобы стрела не иняла, и шелом. Да бью челом о кречате, да о шубе о соболье и с поволокою, да о шубе о горностайне, да о шубе о куньей, да о шапке о черной да о поставе сукне. Да пожаловал бы постав полотен, да сто четвертей круп, да десять пудов меду. Да чтобы Государь о том на меня опалу не учинил, что я бью челом о многе. [38] Киреем зовут слуга мой был в Литве А ныне дей из Литвы бежал к Москве. И о нем бью челом, и его бы отпустил. Государю Царю бью челом, чтоб меня себе старым холопом учинил по тому что язь в холопи пригожуся всюды, куды ни пошлет, туды еду. Здоровья отведати слугу своего Кулчана послал есми, гораздо бы еси пожаловал. Молвя грамоту написал.

5. От Асанак мирзы 687:

Всего Христьянства Государю Великому Князю Белому Царю от Кошум мирзина болшово сына от Асанак мирзы челобитье. Отец и дядя наш Князь о нас печалуется в своей грамоте писал к тебе. А мы как на Княжой службе живем, так и на твоей брата нашего Белого Царя службе живем. Куды ни пошлешь, и мы от твоей службы не хотим [39] отговоритця. А которые мирзы от нужы к тебе ездят, и ты дей их жалуешь. А мы живем на своем юрте со многими слугами и своими улусы болши их службы наша служба тебе дойдет. Пошлешь к нам посла, и ты со многим своим жалованьем пришли. Бью челом, что бы еси пожаловал шубу кунью, шубу лисью, шубу горностайну, две шубы бельи, однорядок много бы, седло и с уздою. А мы в убогом месте живем. Бью челом потому что у нас нет чтобы еси пожаловал. Отцы и дяди наши все у тебя просят, а нам как не просить. Здоровья отведати послал есми имилдеша своего Таплы хозю. Молвя с печатью грамоту написал.

6. От Казы мирзы, да от Якшисат мирзы, да от Ислам мирзы 688.

Всего Христьянства Государю, Государю нашему Великому Князю [40] Белому Царю, от Казы мирзы, да от Якшисат мирзы, да от Ислам мирзы, от трех мирз на жалованье челом. После ведомо буди то мы на лихом месте живем. И ныне бы еси нам доброе слово свое сказал, Государь, Великий Князь Белой Царь, живем есмя на поле, и ныне нам где на которую свою службу велит, и мы, Государь Белой Царь, поидем, будет хто ратен, и мы повоюем. А Кадыша, Государь Белой Царь, к нам коли присылал еси, и доброе слово к нам приказал еси, и мы таки на том слове. А как промеж Черкасов война ся сстала; и мы тех велели воевать. И ныне чтобы Государя нашего люди в упокое были, помирилися есмя. Ныне пришли к нам Боярина доброво бьем челом. Государь бы нас Белой Царь пожаловал бьем челом о доспехе о добром, да о шубе о доброй, с поволокою, да сто рублев денег, да сто четвертей [41] хлеба, да тритцать однорядок бьем челом. Надай Али мирзин доброй имилдеш его, а наш доброй человек, как гораздо пожалуешь почтишь, ведает Бог да ты, Карту имилдеша послали есмя, человек он наш, иново он ни чей не слуга. Гораздо пожалуй бьем челом, молвя грамота написана. [42]

1563 Года 689 Декабря в 22 день приехал к Царю ИВАНУ Васильевичу из Нагайской земли от Тинахмат Мирзы Исмаилева сына с грамотою человек его Темир.

и 1564 года Генваря в 8 день он, Темир, у Государя был на приезде, и грамоту Государю подал с Исмаилевым послом Келдеразом вместе. А грамота была такова 690:

Всего Христьянства Государю, что обрели отец мой и язь другу и брату моему Великому Князю Белому Царю от Исмаилева Княжово сына от Тинехмата Князя челобитье. Ото многих лет с отцом моим Князем тебе рота и правда была. Отец мой на божью волю отшел. Ты бы на многие лета здоров был, и язь бы здоров же был. А отца моего слово с тобою таково было до своего живота вам, а после вас [43] детем бы вашим не отступити от дружбы. Ныне отца нашего не стало. И мы до своего живота другу твоему друзи а недругу твоему недрузи есмя. Как отец до своего живота от тебя не отступень был, так и мы вперед и до своего живота не отступны будем, потому у отца благословенной сын. Как отец же бы и до своего живота от друга своего не отступень был. И сыну надобе потомуже до своего живота от друга своего не отступну быти. Ныне и мы даст Бог и до своего живота отца своего дети нас пять шесть есть, кои в саадацех ездим. А иные есть малы. А мы все и до своего живота другу твоему друзи а не другу недрузи есмя. А братье нашей и до своего живота не отступны от меня, Кошум мирзин сын Тинали мирза в головах, мирз есть з десять и с пятнатцать Кошумовых детей. И до своего живота они от меня не [44] отступны, другу твоему другом а недругу твоему не другом будучи в службе стоят. А Уразлы мирзины дети Булат мирза, да Аликей мирза от меняже не отступны, а тебе служат и отца моего собранные многие улусы твоиже холопи. А которово еси боярина сего лета ко мне присылал, и он мне говорил: Государь дей наш белой Князь велел тебе говорити: отец дей твой стар, на том дей ты нам учини роту и правду, что бы тебе от нас не отступну быти как отцу же. И отец мой о нас говорил. И язь по тому же как отец мой не отступну быти, на том есми перед твоим Боярином шерть учинил. Тот Боярин чаю тебе сказывал. А что нам с тобою меж себя не отступным быти, тому пособство есть. А пособство тому твоя и моя жены наши обе одного отца дочери не отступленью нашему. И в том способство [45] будет того для, в нашей земле толко два человека у одного человека женятца; и те два человека как одного человека детми учинятца, так говорят. А отец мой Князь не хотя от тебя отступити, одного отца и матери от Исупа Князя отстал, и детей своих и улусов своих отстал, и ото всех отстал. И язь тогоже отца сын, хотя будет и ото всех отстать, а от тебя не отстану того для, что, отец мой с тобою много лет в дружбе был. Бог даст похочешь меня по томуже смотрити, как и отца моего; и ты бы прислал мне тоже, что еси жаловал присылал к отцу моему платья и сукна и меду и запасу. Да ежегод еси жаловал присылал к отцу моему по четыре ста рублев денег, а сего лета отец мой Князь посылал к тебе бити челом и просити пяти сот рублев денег. И ты бы и мне пожаловал ту пять сот рублев [46] прислал. Не токмо что нам и тем мирзам, которые от нужы и от голоду к тебе приезжают, и в поиманье живут, и тем дей до четырех сот и до пяти сот рублев жалуешь даешь. А мы и слуги наши и рать наша другу друзи, а недругу недрузи есмя. А что еси ежегод присылал к отцу моему ко Князю посла Боярина, и ты бы ныне с отца моего люди и с Келдеразом да з Бекчюрою, да с моим человеком с Темирем с своими жалованьи, и с теми многими людми, которые тамо поехали в борзе, на зиадеже санян в Казань отпустил, а на весне коего дни лед проидет, тогоже дни в судно бы сели, и с Казани пошли, бью челом. Толко так учинишь, ино то меня многим жалованьем пожаловал еси, того для что нам ратных недругов много, опроче иных, Крымской и Казы мирза и тебе и мне не друза ратные. А Казы х Крымскому [47] посылал дву братов менших, и укрепилися ротою и шертью, и содиначилися, а на весне толко пришлет многих людей воевати Казыя; и той твоей рати и мы бы пособ учинили. А Крыма нам воевати не мочно за Казыем, того для, как мы пойдем на Крым, и он придет на наши домы. Толко бы Казый с промежка сшел и Крымской бы минят на нас был. Как ни иметца чтобы еси Казыя с промежка сгонил. А Черкаскому Князю Шигапсуку пособляет, а Темгрюка Князя обидит Казый же. А отец мой Князь с Темгрюком Князем сговорилися были, на весне хотели от толе Темгрюк Князь, а от селя отец мой Князь хотели Казыя воевати. И мы даст Бог на весне как от тебя к нам весть будет, с Темгрюком Князем содиначимся. А от тебя рать будет, и мы Казыя учнем воевати. А приказал бы еси на борзе в Азсторохань к воеводам [48] своим, как отцу моему Князю дружбу делали, чтобы еси 692 и мне Тинахмату Князю потомуже свыше дружбу делали. И ссылалися со мною чтобы еси о том не пропамятовал приказал бы еси. А брат мой Урус мирза при отце нашем дрочася на отца надеяся делал. А ныне на тебя так же надежю держит. И сего лета ты з гневом к нему приказал, что бы вперед он так не делал. А в вашем обычае того не ведетца. И он тебя посрамился. И которую Княгиню взял у Крымских людей, и послати было ее зимою к тебе немочно, и он ее в Асторохань Князю Федору Сисееву отдал, а мой человек Темир к тебе поехал на спех, чтобы ему до зимы доехати до тебя. И тое Татарку Княгиню с ним послати было нельзе. И мы ее того для в Азсторохань Боярину твоему отдали. Верь [49] тому. А отец мой Князь с своим послом с Келдеразом да з Бекчюрою в своей грамоте писал с челобитьем, что дает дочерь за муж. А зде живем в убогом месте, зде добыти немочно. А дочери моей надобет на обручи и на серги и на пуговицы о золотых. И ты бы того не пропамятовал пожаловал бы прислал золотые. Отца нашего дочь а нам сестра. Которое добро отец наш хотел учинити, и от нас бы еси 693 таковоже добро было. Да отец мой Князь с челобитьем к тебе приказывал ис тех денег что было тебе к нему прислати, сто рублев бы велети тебе дати Бекчюре, а велел бы Бекчюре на те деньги купити дочери что надобно. И ныне бы еси потомуже велел дати Бекчюре в руки чтобы сестре нашей надобные рухляди покупил. А что еси [50] ежегод присылал к Урус мирзе и к Тинали мирзе с своим жалованьем детей Боярских, и ныне бы еси по томуже к ним присылал. А отец мой Князь о Тимбай мирзе тебе печаловался, что бы и к тому к сыну его тебе пожалований посла прислати. И мы о нем бьем челом, что Тимбай мирза к твоей службе пригодится, пожаловал бы еси к нему посла прислал, не пропамятовал бы еси. А что еси ежегод к отцу моему присылал Боярина и платья и сукна и запасу и меду. Да что сего лета посылал к тебе бити челом о пяти сот рублев, и ты бы пожаловал не пропамятовал. А Урус мирза учинился Нурадыном, а быти ему на Волге, и то б тебе ведомо было. А что еси сего лета присылал ко мне Боярина с которыми 694. И ты бы ныне то прислал к Урус мирзе. А [51] которово еси ныне к отцу моему Князю прислал был татарина Биисубу и те Татарове, которые ко мне присланы, как послышели, что отца нашего не стало, и они к нам не поехали зазимовали в Асторохани. И что еси с ними прислал к отцу и ко мне, и то твое жалованье до нас не дошло. И ты бы приказал а велел ему ехати к нам и поминкиб роздовати не пропамятуй прикажи. А моя тебе ся грамота рота и шерть, опроче иновой до своего живота от тебя неотступен есми. А отец мой Князь и до своего живота от тебя не отступень был, а мы то у отца своего видели. А отец наш Князь как на своей правде и роте устоял, дасть Бог мы так же учиним. И нынешней минят на тебе верь тому, что есми от тебя не отступен. Недруг наш Казый мирза или Азтороханские Князи хотя нас с тобою ссорити некакие недобрые речи затеют. [52] И тыб однолично тому не верил бью челом. А недружным речем потакати тебе то ни нам не пригодитца. Ты тому боле нас разумеешь. А онового году ис Крыма идучи паробок нашего на Заяле реке взяли русь, а ныне дей он на Рязани у Юрья у Булгакова. А он из Кыпчатского улуса, чтобы еси его отпустил. Да каш паробок купил был в Шигалееве Цареве городке девку. И тот дей Князь, которой провожал послов наших, ту девку у моего человека отнял. А молвил дей так, тое дей девки в пропускной грамоте нет. Да оставил дей паробка моего Янбулатом зовут. А ходил он отселе с торгом, и тово бы еси отпустил.

Грамота к Царю и Великому Князю и к Царице и Великой Княгине от Тинехматовы Княжие от Малхуруб Княгини Черкаской 695. [53]

Божиею милостию Царю и Великому Князю ИВАНУ Васильевичу всеа Русии Государю Белому Царю послужение волново человека от великие Малхуруб Царевны рукою в лоб челом молвя, да Гошевне Царице поклон молвя слово то. Мы зде здорово живем, а и вы бы на многие времена в счастье были. А мы и день и ночь зятя своего Белово Царя и твое родимые своее благотворные и светлость еси очей моих, и веселство еси сердца моего, и радость еси души моей родимоя Гошевне Царица. И мы хотим того, чтобы оба вы здоровы были. А вы со Государем своим Белым Царем оба вас поговоря нас себе богомолным племянем назвав милость свою учинив многое жалованье свое учините, вы ведаете Государи есте. А сего году вы свое жалованье учинив прислали. И мы зде перед друзи и недрузи своими честны, и лица наши бели учинились вашим счастьем, а [54] вас бы Бог миловал. И после бы сего от сего дни почан свыше бы того жалованье учинив за все бы перед други и недруги нашими нас честных учинили и лица бы наши белы были. Государи есте, вы ведаете. А тем есте своим нынешним жалованьем перед Государем мужем моим и перед Государем свекром моим, и нашими служилыми людми и передо всеми лице мое бело и честно учинили есте. И после сево свыше того свое жалованье учинив завсе перед други и недруги нашими лице наше бело и честно нас учините. Государи есте, вы ведаете. Чтобы веселому сердцу вашему ведомо, было жалованье ваше, что есте прислали к нам, шуба соболья, две шубы горностай ну, две шубы хрептовы бельи, три шубы облачны, шапка черна, постав сукна то нам дал. А о проче того иного нет. Ведомо бы было. Други нам и не други есть. Жалованье прибавите, государи есте. [55] Вашим счастьем хотим казну скопить, злата и серебра много пожалуете, вы ведаете. Да еще челобитье мое то. Имилдеш моя в полон взята. А в селе дей она в Коротаеве в Салтыкех. А полонянке той имя Янъдевлет, а держит дей ее у себя что живет у Аракчея, да Яналея Казанец Дирбышем зовут. Толко ее сыскав отпустишь, Государь еси. Послала есми к вам здоровья отведати Имилдеша своего Бекбаша не так бы еси его смотрили, как иных людей, почтит его гораздо, Государь еси, ты ведает. Молвя грамоту написала. А которого есте своего человека к нам прислали, и мы его чтили как вас смотря; а он нас не потому чтил как вас смотря, чтоб ведомо было, написали есмя. Да еще челобитье мое то. Толко пожалуете меня себе племя нем назовете, и выб пожаловали посла ко мне прислали особново. Еще слово то. [56] Друг и недруг мне есть, толко будет ко мне прямое ваше жалованье, и вы бы пожаловали десять сот рублев денег. Толко пожалуете слуги наши, которые от нас отъехали, опять к нам хотят ехати, и недруг мой другом хочет быти, передо всеми ими лице мое бело учините, Государи есте, вы ведаете. Еще вам ведомо буди Ивану Бессонову дала есми два аргамака, смотря его, как и вас смотря чтила есми. А он меня не почтил, и не дал мне ничего, Государи есте, вы ведаете.

А се назади у грамоты писано: Князя у Белово Царя челобитье мое то. А Гошеня бы Царица мое челобитье сказала. Которой сю грамоту написал Молла мой, чтобы ему свое жалованье учинили. Друг и недруг нам есть, лице мое бело учините, Государи есте вы ведаете. А он мой Молла особной опричь иных. Так бы [57] ведали. А что мне свое государское жалованье учините, и вы тому человеку прикажите, ково к нам пришлете, Государи есте; молвя челобитная писана. [58]

Декабря 696 в 22 день Царь ИВАН Васильевичь Нагайских грамот слушав приговорил Нагайских послов Келдераза и Темиря с таварищи отпустить 697 в Нагайскую землю к их Государям, и с ними в мести велел отпустить к Тинехмату Князю и к мирзам своих послов, а имянно, к Тинехмату Князю Михайла Тимофеева сына Петрова и с ним станицу служилых Татар Семенчю Тушаева с товарищи пяти человек, к Тинехматове [59] Княжой к Малхуруб Княгине Черкасской Богдана Иванова сына Шепякова, и с ним станицу служилых Татар Мамкея Девлечарова с товарищи пяти человек, к Урус мирзе Василья Петрова сына Федчищева, и с ним станицу служилых татар Тенекая Темеева с товарищи пяти человек, к Тиналей Мирзе Кошумову сыну Ивана Елизарова сына Михнова, и с ним станицу служилых татар Ураза Рязанова с товарищи пяти человек, к Асанак мирзе Кошумову сыну Ивана Васильева сына Шерефединова, и с ним станицу служилых татар Янсубу Усейнова с товарищи пяти человек, к Тимбай мирзе Исмаилеву сыну Романа Матфеева сына Хвощинского и с ним станицу служилых татар Исеня Келдишева с товарищи пяти человек.

1564 года Маия в 9 день Михайло Тимофеев сын Петров с товарищи в Нагайскую землю отпущены, а в речах им между прочими велено говорить следующее.

1. Тинехмату Князю 698. [60]

Мы памятуючи отца твоего Исмаиля Князя к себе дружбу и прямую службу, хотим тебя жаловании беречи и в дружбе держати потомуже как и отца твоего Исмаиля Князя. И посла своего есмя к тебе послали доброго сына Боярского Михайла Тимофеева сына Петрова с великим своим жалованьем потомуже как и к отцу твоему посылывали есмя. И Азстороханским своим воеводам велели есмя с тобою о всяких делех ссылатись и дел своих и твоих беречи потому как и с отцом Сысмаилем Князем. А что еси нам бил челом о деньгах, и мы к тебе свое жалованье послали триста рублев денег с своим послом с Михайлом а сто рублев по отца твоего и по твоему прошению дали есмя на покупку твоим людем Бекчюре да Темирю сестре твоей к свадбе. И тыб нашего жалованья к себе памятовал и на своей бы еси правде крепко стоял [61] и добра нам хотел и до своего живота потомуже как и отец твой Исмаил Князь нам правил до своего живота во всяких делех, и потому как еси нам на записи правду учинил перед нашим сыном Боярским Иваном Бессоновым. А мы тебя и вперед своим жалованьем учнем жаловании потомуже как и отца твоего Исмаиля Князя.

А что еси писал к нам, что Крымской и Казы мирза нам и тебе недрузи, и нам бы прислати и тебе своя рать, что бы нам Казыя велети повоевати; и к нам Казы мирза да Якшисат мирза да Ислам Газы мирза прислали бити челом своих людей, Корту с товарищи, что они в нашей воле учинились, и из нашего слова выступить не хотят, а где им велим итти на нашу службу, и они там итти на нашу службу готовы. И мы к ним послали своих Казаков з грамотою, а в грамоте [62] своей к ним писали: будет хотят они к себе нашего жалованья и в нашей воле быти и нам служити; и они бы поехали к нам служити. А и не похотят будет к нам ехати; а они бы будучи в Черкасех нам служили а с тобою бы помирилися, и вперед с тобою в крепкой дружбе были, и лихаб тебе и улусом твоим никоторого не делали, того для что мы стобою в дружбе учинилися, потомуже как и с отцом твоим Сысмаилем Князем в дружбе были есмя. И будет они будут потому как есмя к ним писали и с тобою ся помирят, что им вашему юрту лиха ни какова не чинити; и мы их жаловать учнем. А не помирятца будет с вами; и мы тогды о том с тобою обошлемся, и промысл свой над ними учнем чинити, как будет пригоже.

А что Крымской нам и вам недрузи. И ныне к нам Девлет Кирей [63] Царь Крымской прислал своих послов о добром деле. А хочет с нами в крепкой дружбе учиниться и до своего живота. И для того мы своих послов к нему послали. И как ож Бог даст в дружбе с ним крепкой учинимся; и мы тогды о том тебе ведомо учиним. И тогды Крымского до вас лихо не дойдет.

А что еси писал к нам, что были есмя послали татарина своего Бисубу с товарищи к отцу твоему к Исмаилю Князю. И как они сведали, что отца твоего не стало; и они к тебе не поехали, зазимовали в Азсторохани. И нам бы тебя пожаловати к ним приказати велети им ехати к тебе, и то наше жалованье что послано было к отцу твоему велетиб дати тебе. И того нашего жалованья что послано к отцу твоему, тебе взяти не пригоже. А пригоже нам, то наше жалованье дати по отце твоем на поминок за его [64] к нам прямую дружбу и службу. И мы ныне ту рухлядь, которую послали были есмя к отцу твоему к Исмаилю Князю с своими татары з Бисубою с товарищи послали к тебе с своим дворянином с Михаилом Тимофеевым, и велели есмя Михайлу то свое жалованье к тебе отвести. И как Михайло к тебе доедет, и ты бы то наше жалованье у него взял, и роздал по отце своем на поминок, где он лежит или как пригоже по вашему закону. А которые платье и золотое по отца твоего прошению послали были есмя сестре твоей к замужью, и тыб то платье и золотые у Михайла взяв и отдал сестре своей.

А что еси писал к нам, чтоб нам Астороханским Князем ссорам не потакати, и Астороханским Князем нас с тобою ссорити нелзя. Ссорам их не потакаем, и им в том не верим, и сыскиваем то в [65] правду. И дружбу свою и жалованье хотим к тебе держати потомуже как и с отцом твоим в дружбе были и до его смерти.

Что еси писал к нам, что твой человек шел из Крыму, а взяли его наши люди на Азауле, а ныне тот человек у Юрья у Булгакова на Рязани, а имяни тому человеку в твоей грамоте не написано, и мы того человека сыскати немогла, и нечто вперед того твоего человека сыщем; и мы тебе за то не постоим.

А которой твой человек в Касимове купил девку, и тое девку отняли у него в Касимова городке, тот наш сын Боярской, которой их провожал, для того что у него тое девки в пропускной грамоте не было, и нам бы тое девки сыскивав велети отдати. И мы тое девки сыскивати велели. И как сыщем; и мы ее велели тебе отдати. А что еси писал [66] к нам о Янбулате, что мы его здесь позадержали; и мы Янбулата отпустити к тебе велели.

А что еси писал к нам, что бы нам к братье твоей к Урус мирзе и к Тинбай мирзе послати своих детей Боярских с своим жалованьем: и мы по твоему прошению к братье твоей своих детей Боярских с своим жалованьем послали есмя. И тыб нашего сына Боярского Михайла, и братья твои наших детей Боярских к нам не задержав отпустили, и своих послов с ними к нам прислали, и с ними о всех своих делех к нам приказали, как у вас о нашем добре дела наши учнут делатись.

А что еси писал к нам в своей грамоте, которую полонянку татарку взял брат твой Урус мирза у нашего татарина у Крыма Тойшева, и тебе было тое татарки сее зимы послати к нам не мочно, а отдал [67] ее Урус мирза в Азсторохань воеводе нашему Князю Федору Сисееву. И нам бы тому твоему слову верити, что ты ее отдал в Азсторохань. И будет еси тое девки нашим воеводам в Азсторохань отдал, и тыб ту девку к нам прислал с нашим сыном Боярским с Михаилом Петровым.

2. Урус мирзе 699:

Мы памятуя отца твоего Исмаиля Князя к себе дружбу и твою службу, есмя к тебе посла сына Боярского доброво Василья Петрова сына Федчищева, и жалованье есмя с ним и тебе послали что ся у нас случило. И тыб наше жалованье к себе памятовал, и на своей правде крепко стоял. А мы памятуя отца твоего Исмаиля Князя к себе прямую дружбу [68] учнем к тебе свое жалованье держати. И послаб еси нашего не издержав к нам отпустил 700.

Комментарии

672. Статейная книга о Нагайских делах. н. 6. л. 196.

673. Тут же л. 200.

674. Тут же л. 201.

675. Тут же, л. 202-203.

676. Тут же, л. 203-205.

677. В скобках включенные слова в подлиннике выгнили.

678. Тут же л. 205-308.

679. Сей Тинахматов человек вскоре после его посла Кулчана из Нагайской земли отправлен с ведомостью о кончине Исмаиля Князя.

680. Тут же л. 208-225.

681. т. е. с Султаном Турецким.

682. Сына.

683. Грамоты Тинахмат мирзы с послом его Кулчаном присланной в Статейной книге не имеется.

684. Тут же л. 222-224.

685. Тут же л. 224-225.

686. Тут же л. 226-228.

687. Тут же л. 228, 229.

688. Тут же л. 229-231.

689. Статейная книга о Нагайских делах н. 6. л. 231.

690. Тут же л. 231-239.

691. (Отсутствует в тексте. - OCR)

692. Сие слово здесь вовсе лишнее.

693. И здесь, кажется быть ошибка.

694. Здесь чего, кажется, недостанет.

695. Стат. книга о Нагайс. дел. н. 6. л. 239-242.

696. Стат. книга о Нагайск. делах н. 6. л. 243.

697. Хотя и в Декабре месяце 1563 года приговорено было, Нагайских послов к их Государям отпустить, однакож настоящий их отпуск не прежде, кажется, воспоследовал, как в Маие месяце; 1564 г. с Государевыми послами вместе; настоящего же Нагайских послов отпуску ниже грамот Царя Ивана Васильевича к их Государям в Статейной книге не имеется; ради чего из посолских речей главное здесь вносится.

698. Тут же л. 247б-255а.

699. Тут же, л. 267.

700. Из речей, которые Роман Хвощинской Танбай мирзе говорить имел, только начало имеется, а конца у сей книги нет.

 

Текст воспроизведен по изданию: Продолжение древней российской вивлиофики, Часть XI. СПб. 1801

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.