Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ПОСОЛЬСКАЯ КНИГА

ПО СВЯЗЯМ РОССИИ С НОГАЙСКОЙ ОРДОЙ

(1557-1561)

В 1557 году в Феврале месяце 456 от Царя ИВАНА Васильевича в Нагайскую землю отправлены послы к Исмаилю Князю Петр Совин, к Арслан мирзе Иван Тверитинов, и к Али мирзе Мокей Лачинов, а к другим мирзам служилые Татаре Карман 457 Нагаев с таварищами с одобрением за учиненное между ими примирение и с требованием о даче Государю шерти в доброжелательстве и союзе их. И грамоты между прочим 458 с ними посланы таковы:

1. К Белек Булат мирзе 459:

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Руссии Белек Булат мирзе слово то. Прислал еси к нам своего человека Асана з грамотою. А в грамоте своей к нам писал еси, что есте з дядею своим Сысмаилем [254] Князем крепко помирилися, и в его волю далися есте, а досталося вам кочевище по Волге, где кочевал дядя ваш Исмаил Князь, и нам бы вас в дружбе учинити потому же как Исмаиля Князя. Ино то есте учинили гораздо, что Исмаилю Князю добили челом, и крепко с ним помирилися. И мы вас в перед учнем жаловати и в дружбе держати потомуже, как Исмаиля Князя. А дружбе нашей знамя вам то: которые наши Казаки были на Волге, и улусом вашим докучали, и мы на Волгу послали Степана Кобелева да Ляпуна Филимонова со многими людми, а велели есмя Казаков всех с Волги сослати. А которые Казаки не послушают, с Волги не пойдут, и мы тех Казаков велели имати и казнити. А Степану Кобелеву и Ляпуну Филимонову велели есмя стояти на Волге и до осени беречи того, чтоб от Казаков вашим улусом лиха не было. А которые наши [255] воеводы в Астарахани Иван Черемисинов и Михайло, и мы им приказали накрепко, а велели им с вами жити в доброй любви, и торг вашим людем велели есмя им добр давати. И выб от наших Астар ханских воевод небоялись ничего, лиха вам от них ни как не будет ни которово. В том бы есте им во всем верили по сей пашей грамоте. А наше слово иноко не будет. Того для сесь ярлык с своим жаловалным словом к тебе написав послал есми. А что еси писал к нам, что есте меж себя войною оубожали, и нам бы тебе прислати свое жалованье, и мы для вашие нужи свое доброе жалованье к тебе послали с своим Казаком с Курманом Нагаевым и с твоим человеком Асаном. Писана на Москве, лета 7065 Генваря.

2. К Айсе мирзе 460: [256]

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Айсе мирзе слово то. Прислал еси к нам своего человека Хозе Магметя з грамотою. А в грамоте своей к нам писал еси, что есте з дядею своим Сысмаилем Князем крепко помирилися, и в ево волю далися есте, а досталося вам кочевище по Волге, где кочевал дядя ваш Исмаил Князь, и нам бы вас в дружбе учинити потому же как Исмаиля Князя. И но то есте учинили гораздо, что Исмаилю Князю добили челом, и крепко с ним помирилися, и мы вас в перед умнем жаловати 461 свое доброе жалованье к тебе послали с своим Казаком з Байбулатом Кадышевым и с твоим человеком Хозе Магметем писана,

3. К Казы мирзе 462: [257]

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Казы мирзе слово то. Прислал еси к нам грамоту с нашим Казаком с Кадышем Кудиновым. А в грамоте своей к нам писал еси, что еси к нам послал своего человека Янгораза тому же три годы, и от нас к тебе весть никакова не бывала. А послал еси Янгораза к нам с тем, что бы тебе у нас в нашей земле опочивати. И нынеча у нас тогоже просишь, чтоб нам тебя пожаловати дати в своей земле опочив, и юртаб твоего тебе поискати. И толко тебя похотим жаловати, и нам бы к тебе прислать своего человека. А твоего бы человека Янгораза с своим человеком вместе к тебе прислати. И мы речи твои все выслушали, и хотим тебя жаловати своею великою любовью, и добро свое хотим к тебе доброе держати свыше иных мирз твоей братьи того для, что нашего добра к себе ищешь. [258] И ныне изъявля к тебе свою великую любовь, послал есми к тебе своего человека Кадыря Кудинова, да твоего человека Янгораза с сею своею грамотою и с прямым своим крепким словом. И как до тебя дойдет наш человек Кадыр, а твой человек Янгураз 463; и тыб поехал к нам. И как будет у нас, и мы тебя жалуем своим великим жалованьем, и о всех твоих делех с тобою переговорим, как которым делом пригоже делатися. Да по тому твоим делом учнем и промышляти. А опочив тебе в нашей земле и всем твоим людем поволно и сколко похочешь столко у нас живи. А хитрости над, тобою и над твоими людми никак ни какие не будет. В том бы еси во всем верил нашему слову и сей нашей грамоте. А сколко сам себе мыслишь добра столко и мы о тебе всяким добром промышляти учнем как [259] пригоже. А что себе ставишь в сумнение бой Михайла Воронова, и до того бою кручина нам не дошла ни которая. Михайло на тебя сам нашол, и тебе было с Михайлом как не битися, своя голова всякому всею света лучши, кому ни будучи на поле тому своею головою промышляти, и прибытка себе искати сколко мочно. Мы то сами гораздо знаем, и тыб себе в том су мненья не держал никоторого нам в том на тебя сумненья нет никоторые. А будет за которым делом в борзе тебе ехати к нам велзе, и тыб нашего человека Кадыря и своего человека Янгораза к нам отпустил, и с ними свою мысль к нам отписал, как тебе у вас быти. И мы к тому сроку учнем тебя ждати, так бы еси ведал. Молвя с любовью сю свою жалованную опасную грамоту к тебе послал есми, чтоб тебе во всем наше слово верно было. А что еси писал к нам, что твоего [260] человека Янгураза три годы есмя к тебе не отпустили; и мы Янгураза двожды посылали тебя искати с своими людми и с своею грамотою. И Янгураз и наши люди тебя не наехали. О том Янкураза гораздо вспрося уведай, как есмя его к тебе посылали. Писана на Москве; лета 7065 Февраля месяца. [261]

Августа в 22 день 464 прислал к Государю из Казани боярин и воевода Князь Семен Иванович Микулинской грамоту Елизара Малцова к нему из Нагайской земли с полонеником с Офонею Князя Михайла Глинского человеком присланную такову 465.

Государя Царя и великого Князя боярину и воеводе Государю Князю Семену Ивановичю холоп твой Елка Малцов челом бьет. Приехали есмя к Юнусу в улус. А в те поры Государь у них улусы замещались, Смаиля Князя и з детми выгнали вон. Без бою отъехал с своими людми со всеми, а улус, Государь, его и детей его весь пограбили. И жены Юнус к собе поимал и переграбил их до нога. И базарь, Государь, весь Юнус к собе взял, и княженье нынеча ему досталось, а улусы Исмаилевы меж себя поделили Юнусовы братья, Али, [262] Ибреим, Акмура, Эя мурза, Мамат мурза, да Арслан мурза з братьею, да мурза Юнусов сын. А преж того есми ко Государю о вестях писал, от чего у них промеж себя Исмаилю Князю брань почалась с Арсланом, что поимал Смаиль Князь у Арслана улусные люди. И они, Государь, посылали на мир к Арслану Юнуса, да Тинахмат мирзу Смаилева сына. И Арслан, Государь, их поимал Юнуса да Тин Ехмата, да их обнажил, и людей их всех переграбил. Да сь Юнусом содиначились, да нарядясь, Государь, полком, да пришли где Князь с Али мирзою в собранье стояли. Исмаил, Государь, то видя, что они содиначилися, да побежал с своими со всеми людми из детми не бився, и они за ними не гоняли. И после того, Государь, Исмаилевы люди к Юнусу отъехали многие люди, и Тинъехмата, Государь, Юнус и Араслан мирзу Исмаилева сына отпустили. И [263] после того, Государь, Тинъехмат мирза собрався, да пришед на Юнусов улус на крайней, да кони отогнал. И Юнус за ним сам ходил погонею, да его угонил, и людей побил и лошеди свои поимал. Да человек, Государь, со сто живых поимал. А Тин ахмат, государь, мурза сам утек. А от девети, Государь, братов от Айсы мирзы з братьею, от Уразлыевых детей у Юнуса присылка была. И. послал, Государь, Касай мирза з братьею, Салтаганом зовут, Белек Булат мирзин человек. И велели им к собе быти кочевати по старому. А Ивану, Государь, Тверитинову и Шоболту было, сказывают, до нашего приезду не добре добро. И как я приехал, ино, Государь, полутчело. И хотели, Государь, меня часа того отпустити к Государю, и со мою своих послов и гостей много. И шерть Государю Юнус Князь, и Али мирза, и Арслан мирза, и Белек [264] Булат мирза з братьею и з детми хотели Государю шерть дати по Государеву наказу, а Ивана, Государь, Тверитинова и Шоболта хотели со мною отпустити. Писал, Государь, ко мне Шоболт, что ему было бесчестно. И язь, Государь, на сьезде Юнусу и Алию говорил, что Государева посланника бесчествует. И Али мирза запрелся, язь дей не бесчествовал, сам дей мужик дурен не знает ни добра ни лиха. А мне, Государь, дал Бог Государевым здоровьем и по ся места от Юнуса добре честно и от Али мирзы и ото всей братьи и от детей, и корм, Государь, присылают, и Али мне мирза присылал свое жалованье с Аккулою, и мать, Государь Юнусова и жены присылают кормы частые и лошеди дают. Да день, Государь з десять со мною мерилися имилдеши, прошали пошлин. А сказывали, что дей двенатцатьма Князем в орде всегды со всякого посла имывали по шубе, да [265] по однорядке. То Государь всегды, имывамли. И мы, Государь дал Бог Государевым здоровьем и высокою его рукою те пошлины все перевели, не дал никому ничего. Все, Государь, дал Бог сделал по Государеву наказу. Да Государевым здоровьем взяв Бога на помочь переступя страх положили образец в Нагаех каков преже того не бывал. Нынеча, Государь, у них нестроенье великое, грабежи меж себя и татба необычная. Приехали Абреим мирзины люди к нам на стан блиско Юнусова двора разбоем, да учали были нас грабити. И мы, Государь, послали к Юнусу. И Юнус, Государь, приказал ко мне, нам от них боронитца. И мы, Государь, с ними билися, ис пищалей стреляли, человек пять шесть ранили, и человека ис пищали застрелили до смерти, и дал Бог есмя от них отбилися, и грабити себя не дали. Юнус Государь, ко мне приказал исъпола дей тебе, что [266] умеешь от лихих боронитца. И на ране Государь, прислал по меня Юнус, брат дей на меня розгневался, научил дей еси на меня велел у меня людей побити. Бога деля дей меня з братом не учини в недружбе, заплати дей за голову убитую пять сот овец, а не сыщешь дей живых пяти сот овец, и ты дей таваром тысячю овец. И язь ему отказал, хто меня учнет грабити без ведома мне, опять с ними битца. И он, Государь, прислал ко мне Кобета Аталыка, да Казначея Янгилдея, да дияка своего Еналея Абыза, пожалуй дей заплати. И как дей язь тобя отпущу, и язь тобе то заплачю, а нынеча мне дати нечево. И они, Государь, учали тавар ценити, и взяли, Государь, Московским таваром семь сот овец платьем и рухлядью. А на Москве Государь, того тавару куплено на тритцат рублев. Государь, меня Юнус, чтит потому же, как преже сего. А [267] до туды, Государь, от Нагаи отдуху не было, Шарикош затоптали, и лошедей из рук отнимали. И как, Государь, их стращали, и они Государь, бесприсылки не смеют ехати к нам ни блиско. А говорят не многие дей с ними пищали, ино горевать. А толко дей Государь Царь Князь велики Исмаилю даст пищалников, ино дей Нагаи все пропали. А нынеча дей, Государь, взял всю Волгу и до моря, а ужо дей Сарайчик возмет и Яик весь, и Шамаху дей и Дербень возмет, и нам дей всем быти от него же взятым. Так дей наши книги говорят, все дей Бесерменские Государи Русскому Государю поработают. А не обычно, Государь, Юнус Князь и все мирзы блюдутца, Государ дей даст Исмаилю на нас силу, учнет дей он нас Государю отговаривати, будто мы Смаиля выгнали Царя для великого Князя. Мы дей его выгнали за его неправду, что он у нас отца нашего убил. [268] Государь бы дей ему не потакал. Мы дей Государю и до века будем холопи. А пожалует дей его примет, то его воля пожаловати, толко бы дей на нас ему помоги не давал. А Нагаи, Государь, изводятца, людей у них мало добрых. Да голодни, Государь, не обычно нагаи и пеши, много з голоду людей мрет, а друг другу не верит меж себя и родные братья. Земля, Государь, их пропала, друг друга грабит. Да после того, Государь, как язь ни кому ничего пошлин не дал, приехали ко мне на стан Юнусов имилдеш Смаил з детми и со многими людми пьян, коли дей ты, боярин, ленив нас дарити, и мы дей и сами возмем. Да в шатер не полезли, да в телегах рухлядь поимали. Взял, Государь, сукно, да две кожи, да две шапки, да две узды золоченых, да колпак, да сапоги. И мурзы 466, Государь, Юнус на него добре [269] кручинился. И он, Государ, наранье ко мне приежжал и з детми, бити челом, и взятое назадь привозили. Июля 12 улусы замешалися. Пришла к Юнусу весть, что Урус мирза Смаилев сын изымал Алея мурзу. А он, Государь, ездил не со многими люди и гулять от улуса. И Юнус, Государь, и братья его пошли за ним в погоню всею ордою. И язь, Государь, в запрошню не смел ехати к Государю не сделав Государева дела, и не дождався Государю прямых вестей про Нагаи. И я Государь с теми вестми послал к Государю сынишка своего Володку. Да присылали, Государь, ко мне Смаилевы жены, чтоб я у них был. И я, Государь, у них был. А они все наги: видишь дей стражем за Государя Царя великого Князя. Для дей Государя нашего мужа не видь нас нагих. И я, Государь, дал им двема по шубе, а днем по сукну, да всем по шапке, да по гребенине, да по сапогам. Да послал, [270] Государь, из Астарахани Иван Черемисинов Татарина ко Государю азеелского Акбалатом зовут к Смаилю людей просити с кем было ему послати ко Государю Аргамаки Черкаские, и грабил, Государь, до нога Смаилев сын Урус мирза. И привели, Государь, его ограблена к Юнус мирзе. И язь, Государь, Татарина научил будтось его к Юнусу послал з грамотами. И грамоту сказал у него отняли. И я, Государь, того татарина к себе взял. Да Юнусу, Государь, говорил есми, чтоб его опять послал, да своего человека. И Юнус, Государь, ему конь дал. А я дал ему платье и опять его хотел послати к Ивану. Ино, Государь, зашла заворошня. И как Государь, минетца заварошня, и язь его опят к Ивану отпущу. А в Астарахани, Государь, сказывает дал Бог здорово. А сказывает тот Татарин, что Сламгазы мурза Шийдяков сын был к Крыму [271] от Айсы мирзы, и Крымской Царь, сказывает, звал их к собе и они к нему не пошли. Мы дей не извалялись в Крыме кочевать, а просили, Государь, сказывают, у Царя помочи Нагаи воевать; и Царь им людей не дал. Да тот же татарин сказывал, присылал Исмаил к Ивану, которые дей гости придут из Шамахеи и изыных земель; и ты дей Иван емли на Царя великого Князя пошлины треть, а на меня дей Смаиля смли два жеребья, и Иван с ним отказал к Исмаилю, не дам дей тобе ни пула без Государева ведома, пошли дей о том ко Государю, Астараханские, Государь, люди пошли все жити в Астарахани. Юнус их отпустил без зацепки, а иные при нас пошли, взяла их нужа великая, в Нагаех люди голодни, многие хотят ити жити в Астарахань, чтоб дей нас Государь велел примать. А люди Государ, хотят ити жити добрые, того для что неустройство великое. [272]

С Волги к Государю Царю ИВАНУ Васильевичу Иван Тверитинов и Мокей Лачинов грамоты присланы таковые, а имянно.

1. Иван Тверитинов с Татарином Янсупою Усейновым 467:

Государю царю великому Кнлзю Царю ИВАНУ Васильевичю всеа Русии холоп твой Иванец Тверитинов челом бью. Посылал еси, Государь, меня холопа своего к Ярслан мирзе, и я, Государь, до него доехал здорово. И твое жалованье к нему двесте рублев довез здорово, и отдал Арслану сполна по твоему государеву наказу. А у шертной, Государь, записи Арслан мирза был до меня у Смаиля Князя, и шертовал при Петре Совине. И после того, Государь, Арслан со Князем [Исмаилем] розбранились, и сложась с Юнусом да с Алеем Князя согнали со Юрта Июня 23 и поимав [273] улусы да покочевал за Яик к Шихмамаевым детем. И Бек мирза, Государь, его наехал Шихмамаев сын на сей стороне Яика, и кочюет с ним, и улусы ему поотдавал его и братни, которые летось поиманы. И отпустил, Государь, Арслан мирза меня из за Яика с реки Илека Июля 25. А со мною, Государь, послал к тебе Государю посла своего Карачю. И до Волги есмя доехали дал Бог здорово, а живу третью неделю, проити не мочно. Емлют твои Государевы ватаги мало не ежедень, не ведаем Кримские люди или Нагайские. А люди, Государь, многие по Крымской стороне ходят усторожливо. А Арслан мирза сь Юнусом живет оманкою. А Алея мирзу поимал Урус мирза Смаилев сын Княжой. И слышел есми от ближных людей Арслановых, что хочет сложитися опять со Князем, а Шихмамаевых детей к себеже емлет. [274]

2. Мокей Лачинов, с служилым Татарином Тенекаем Тимеевым 468:

Государю Царю и великому Князю ИВАНУ Васильевичю всеа Русии холоп твой Мокеец Лачинов челом бьет. Писати было, Государь, мне к тебе Нагайские вести. Ино, Государь, послати было нескем, вожа у меня взял Аккула, и послал его к тебе Государю с Нагайскими татары, а меня Государь, держали у мурзы бережно, а курнюшю, Государь, не дал мне мурза полпяти недели. А велел, Государь, веременником своим просити у меня от того сукон, шуб. И я, Государь не дал. И мурза, Государь, велел меня веременником ограбити. Прислал казначеев своих, велел у меня рухляди имати на себя два жеребья, а мне велел третей жеребей давати. И на другую, Государь, ночь, прислали жены ево да дети, да взяли у меня на себя [275] истое трети, которую были мне оставили, двенатцать деветей силно. А рухлядь мурза всю веременником роздал. А веременники, Государь, ево хотели мне на отпуске лошеди за то давати. И Алея, Государь, взяли Смаилев сын Урус мирза. И Алеева, Государь, жена не хотела меня отпустити. И Елизар, Государь, со мною бив челом Юнусу Князю, и Юнус посылал к ней просить меня, и она, Государь, отпустила нас. [276]

Петр Савин 469 приехал к Государю наперед Елизаря, Ивана и Мокея Июля в 24 день с шертною записью, и доносил з то Исмаил Князь с племянники и с детми на Царя и великого Князя списке, каков с ним послан, правды не учинил, говоря, что по тому списку в разум им не доидет, а написал свою грамоту; на которой с племянники, и с детми правду учинив, к оной печати свои приложили. И дав ему Петру, его с оною отпустили. А шертная запись, на которой правду учинили, была такова:

По божьей воле прямою правдою чистым сердцем по любви, мое Исмаилево Княжое слово, Юнус мирзино слово, Белек Булат мирзино слово, Арслан мирзино слово Белому Царю многом много поклон. Поклон молвя, слово наше то. Слово у нас одно и Бог один под Богом Петру шерть учинили, и души свои дали есмя. Хто будет тебе ратен, и нам с тем ратитися, а другу твоему другом быть и до своего живота в любви [277] быти с тобою, и за один с тобою на недруга стояти и пособляти как нам мочно. А не солгати, и от тебя не отстати Петру души есмя свои дали. Так бы еси ведал. А с Крымом нам воеватися, а с тобою за один быти, и от тебя не отстати. А Казаком своим крепко заповедь учинили есмя, что им воины не делати, так бы ведомо было, а друг другу лиха не делати. А солже 470; шерть наша на нас и на наших детех буди. Молвя грамоту написал. Лета 7064. Твой посол к нам придет, и нам лиха не учинити, и силы и заворотни не делати. Тот минят на нас буди. Перед Петром Белому Царю великому Князю шерть дали есмя Васильеву Княжому сыну перед Петром шерть дали есмя. [278]

1557 Года 471 Июля, дня писал ко Царю ИВАНУ Васильевичу Царь Шигалей, что Июля в 1 день пришли в Городок Нагайские послы от Исмаиля Князя Келдиураз, от Али Мирзы Енмаидан, от Ибряим мирзы Сокмар и от иных мирз в послах идут их люди, всех послов и гостей 340 человек, а лошадей у них 2000. И тех Нагайских послов отпустил он к Москве Июля во 2 день. А проводить их послал своего сына боярского Степана Головина, да рассылшиков.

Июля в 13 день Нагайские послы к Москве пришли, и Государь велел их поставить под Паншиным и корм им велел давать по указу,

Июля в 14 день Нагайские послы Келди Ураз с товарищи у Государя были на приезде, и у Его Величества обедали. А грамоту от Исмаиля Князя посол Келди Ураз подал такову 472:

Всево Крестьянства Государю Белому Царю всегда счастливого от [279] Исмаиля Князя многом много поклон. Мы поздорову живем, и тыбы здоров был. После слово то: с теми мирзами, которые от нас выбежали за Волгу Крымской Царь содиначився на наших с тобою людей, которые усть Волги на службе стоят, идет дей на них войною. И коли ему нас воевати, и тобя воевати. А мы с Крымом крепко завоевалися. И ныне бы еси нас для и собя для на борзе Волгою многих людей с пушками и с пищалми многих людей Доном отпустил бы еси. А которово тебе к нам посла своего послати, и тыб отпустил Волгоюж однолично. Которая рать тобе отпустити, и тыб пристаял оптущати на борзе. А которым у нас быти пришли к нам шесть пушечек, да триста пищалников с тоюж ратью в месте. А на наши улусы ныне голод пришол. А тех трех сот пищалников отпусти к нам со многим запасом кормовым. Улус наш [280] голоден. И ты бы отпустил Волгою в Астарахань много хлеба. А нам ити против Крымских людей. А сего лета нам с службы не бывать. И ты бы прислал к нам два судна запасу делати нам прособа к службе запас однолично иноко не молви. А те два судна нам же дай. А нам с коней бывать с Крымским воевтися. Да пришли что мне самому вздевати пансырь доброй, да тегилей, да шелом и весь полной доспех. Да мне самому ездити три седла пошлых добрых да саблю, котораяб секла железо. Да нашатырю, да железа немецково. А к твоим к счастливым дверем здоровья твоего отведати Келди ураз Багатыря послал есми. А которую рать свою тебе послать на усть Волги, и посла своего которого тебе к нам послати, отпустил бы еси на борзе Волгоюже. Молвя с печатью грамоту написал. Да прислал бы еси шафрану, краски, бумаги да потали. А [281] ис Крыму на тобя войны нет, верь мне. А Крымскому с нами воеватися. А Астараханской Царь и Казаки поехали к тем мирзам, которые от нас выбежали х Казыю с таварищи. То бы еси ведал. Да пропала у меня печать, и тыб прислал мне печать з золотом. Назовешь же меня собе братом и другом; и ты бы отпустил ко мне Чомаш мирзина сына Кочман мирзу. А мы прямо отведали, что он в Нове Городе однолично. А зелья пушечного и ядер много пришли. А которые два судна к нам отпустишь, и в тех бы судех было меду много пресного. Да что мне зиме вздевать пришли шубу горлатну с поволокою. А что к нам ни пошлешь; и ты то все в своей грамоте лицом вели писать, да и число тому всему вели описывать Татарским писмом. Толко так не учинишь; что к нам ни посылаешь, то до меня не доходит. [282]

Тогоже году Июля дня прислал к Государю из Темникова Еникей Князь Тинишев ведомость, что пришли в Темников Нагайские послы от Исмаиля Князя Таузар с товарищи, и он отпустил их к Москве тогоже дня.

Июля 27 день Нагайские послы пришли в Москву, и Государь их велел поставить на Нагайском дворе, и корм им велел давать по указу.

Августа в 1 день Нагайские послы Таузар с товарищи у Государя были на приезде, у Его Величества обедали, и грамоту от Исмаиля Князя подали такову 473:

Силы находца Исмаияево Княжое слово Белому Царю поклон, многом много поклон молвя слово то. Ещо слово то, мы на той правде, на чом есмя с тобою молвили. А и ты ту правду не моги порушити, что бы нам меж себя ложно не говорити. Говорити бы правдою было нам с тобою слово, что было нам с тобою Крым воевати. А племянники мои, которые [283] от нас отстали, а ныне за Волгою с нами завоевалися, а приложились х Крымскому Царю. Да племянникиж мои от нас отстали ныне за Яиком, а приложилися х Казатцкому Царю, со мною завоевалижся, да надомною времени ищут. Сего году Крыма воевати нам недоволь пришол. Коней и запасу у нас нет, оголодали есмя. Коево дни нам время будет, весть тебе от нас будет о Крымской войне. Так бы еси ведал. Толко ты не солжешь; мы не солжем. Бог един, слово одно. Иван Черемисинов улусы воевал, и в полон поимал. Просили есмя, и он не отдал. А которые на Переволоке, Ляпун да Исуп те улусы повоевалиж, сто душ полону взяли, просили есмя ини 474 не отдали. И ты бы на них огрозился крепкою грозою, и полон взяв нам отдал. И толко тот полон до наших рук не дойдет, ино твоя правда порушилась. [284] Брата моего старешого Юсуфовы Княжие дети обои те от меня не отстанут, и из моего слова не выступят. А брата моего Шихмамаевых мирзиных детей позову к себе; придут, и язь приму; а не придут, и язь стану воевати. И тех мирз, которые за Волгою, позову к себе, придут, и язь их приму, а не придут, и язь учну их воевати. Так бы еси ведал. Твоему не другу мне было не другом быти. И ныне мне воевати те улусы что за Волгою, которые от нас отстали. И им бежапги х Крыму. А ты Доном пошли многую рать. И толко они их за Дон не перепустят, и язь. их до Крыма не допущу, поемлю ож Бог даст. Так бы еси ведал. А что еси ныне прислал Боярина ож он легкой человек. И ныне пришли ко мне имянново человека. Д пашню Сараичиковскую вода взяла. А улусы наши животиною обмерли. И голодни есмя. И тыб к нам писал 475 [285] на семена судно хлеба, да запасу хлебново. И меду пришли к нам четыре суды. А что еси прислал ко мне рухляди, и язь то роздовал племянником своим и детем и слугам своим. И тыб ныне прислал мне платье зимовные, а нам ити на войну, и тыб мне прислал ратную приправу, пансырь, тегилей, шолом со всем полным доспехом, да два седла, да что самому вздевати пришли мне шубу зимовную и с поволокою, и шапку опроче пришли, да хотел еси мне дати дватцать сот рублев. И ты того не дал. И тыб те денги прислал. Да пришли десять юфтей ролдуги. Юнус мирзин посол да Кадыш ехав дей тебе сказали про меня, что будто язь Княженье здал Юнус мирзе, а сам будто иду к Меке. И тыб тех лживцов казнил. Толко меня собе братом назовет, и ты Кадыша не пощади. Добро по том меж нас люден [286] нелгати. А послаб моего сего судном на борзе отпустил еси. А что ни есть речей моих, и яз с Тавбузаром 476 Князем с слугою своим: да пришли мне шатер. Толко будет тобе мне прислати пансырь; и ты возми Едигерев Царев Пансырь, да пришли мне, то был пансырь мой. Толко тебе быти с нами в братстве; и ты слуг моих Якшилыкова сына Епчюры Князя, да Ишлагметя Князя, да Янбахты Князя, да Тобутая Князя гораздо почтил, грамоты их принял меня для. А они доброхоты мои, и преже ближние мои люди; так бы ведомо было. А Якшильковые Княжие грамоты и толды приимал, коли язь в мирзах был. Так бы ведал еси. Да просим у тебя Тахталыша Царевича, чтоб еси его Сываномь с Черемисиновым съкошевал. А он ис твоего слова не выступил, а из [287] нашего слова не выступил же. Добро тебе и Крыма воевати. А Астараханским людем черным о нем держатися будет добро. Толко ныне Царевича не отпустит, и ты Китаи Семена мирзу назад отпусти. А Семен бы мирза пансырь с собою свой привез. [288]

Августа в 4 день 477 Царь ИВАН Васильевичь Нагайских грамот слушав, приговорил Нагайских послов Келдиузара и Таузара с товарищи отпустить, и с ними вместе послать к Исмаилю Князю с грамотою станицу служилых Татар Нагая Сююндюкова с товарищи пять человек. Августа в 17 день Нагайские послы у Государя были на отпуске, и у его Величества обедали. С нимиже Государь велел отпустить в Нагайскую землю Царевичевых Тахтамышевых людей четырех человек да Молнина человека. Нагайские же послы и служилые Татаре и Царевичевы люди с Москвы поехали Августа в 24 день, грамоты с ними посланы таковы:

1. К Исмаилю Князю 478:

О Царя и великою Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Другу моему Исмаилю Князю слово то. Посылали есмя к тебе своего посла Петра Совина доброво человека. И ты с племянники и з детми перед нашим [289] послом правду учинил на шертной записи. И ту шертную запись прислал еси к нам с нашим послом Петром. Да с Петром же вместе прислал еси к нам своего посла Таузара з грамотою. А в грамоте своей писал еси к нам о тех же делех, на которых еси делех правду нам учинил, и о Крымском деле. И нас твоя дружба и правда дошла. И ож Бог даст свою дружбу и правду хотим к тебе потомуже держании, доколе и живы будем. Другу твоему друг будем, а недругу твоему недруг будем, и всяким твоим делом как и своим промышляти хотим. И что еси писал к нам о запасе и о доспехе, и о шубе; и мы к тебе послали запасу пять десять четвертей круп, пятьдесят четвертей толокна, пятьдесят пуд меду, пятьдесят четвертей муки ржаные, тритцать четвертей пшеницы на семена с твоими посломы с Таузаром да с Келди узаром, да с [290] нимиже послал есми к тебе пансырь, да шелом, да саблю, да шубу лисью зимовную. А что еси писал к нам, что наши Казаки улусы грабили, и тебеб другу моему то было ведомо: те Казаки беглые беглые холопи изворовались, и наших людей многих побили, которые шли в Астарахань, и животы многие поимали. И мы послали на них ис Казани ратью многих своих людей, а велели их добывати и вешати. И будет их добудут и они над ними учинят по нашему наказу. А что будет у них вашего полону возмут, то вам отдадут. А иноко то не будет. А с сею своею грамотою послал есми к тебе своего Казака Нагая Сююндюкова. И тыб его ко мне в борзе отпустил, и о своем бы еси здоровье ко мне отписал подлинно, как тебя Бог милует, и племянники твои правдою с тобою живут или не правдою, чтоб мне твое дело с ними ведомо было. Да бил [291] мне челом Тахтамыш Салтан, что за ним Кутум мирзина дочь, а с тою женою прижил он дочерь, и жена его и дочь плачют, и хотят к нему. И нам бы их учинити у себя в одном месте. И тыб Кутум мирзе молвил, чтоб дочерь свою и внуку к Тахтамыш Салтану отпустил. И отпустит ее, Кутум мирза, и будет возможно ей дойти до Казани сею осенью в судне, и тыб ее отпустил к нам в судне с Степаном с Кобелевым, илиб сухим путем велел ее в Казань проводити, и она ис Казани дойдет до нас и до Тахтамыж Салтана здорово. А мы ее своим жалованьем хотим пожаловати. А не возможно будет ей ити к нам на сей осени, и тыб ее отпустил в Астарахань к Ивану Черемисинову. И Иван припровадит ее к нам сам Бог даст на весне. А ныне послал есми к ней свое жалованье как и сбоях детей. И тыб тот запас, что [292] к ней послано, велел ей отдати. Писана на Москве лета 7065Августа.

2. Другая грамота к немуже Исмаилю Князю 479:

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Руссии другу моему Исмаилю Князю слово то. Пришла к нам весть, что от твоих племянников незгода тобе учинилась, с юрта тебя согнали, и ныне дей монгол еси к Астарахани. И мы тот час твоих послов к тебе отпустили, и с ними послали к тебе на твою нужу всякого запасу. А что будет тебе на береженье стрелцов надобе, и ты бы взял в Астарахани у наших воевод. А мы воеводам своим писали, сколко тебе стрелцов надобе, столко тебе стрелцов давати велели. А похочешь жити в Астарахани; и тыб жил в Астарахани, и из Астарахани [293] делом своим промышлял, и юрту своего доставал; как тобе мочно. А меняб еси о своем деле без вести не держал. А что будет тебе на твою нужу надобе, и ты о том к нам прикажи, и мы тобе твою нужю всякую пришлем. Писана на Москве 7065 лета Августа.

3. К Кутум мирзе 480:

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Кутум мирзе слово, Бил нам челом Тактамыж Салтан, что за ним дочь твоя, а с нею он прижил дочь. И ныне они тужат и хотят к нему, и тыб дочерь свою к Тактамыж Салтану отпустил, чтоб они жили вместе бескручины. А мы их хотим жаловати своим жалованьем как и своих детей. И тыб иноко не учинил, отпустил бы еси их к нам часа [294] того, и проводитиб еси их велел на Волгу к нашему сыну 481 к Степану Кобелеву. А Степан их к нам допровадит часа того. [295]

В Астрахань 482 к Ивану Черемисинову и к Михайлу Колупаеву и на Волгу к Степану Кобелеву о Тахтамышеве жене с Нагаем же Сююндюковым грамоты досланы такого содержания, что ежели к ним из Нагайской земли Кутум мирза Царевичеву жену с дочерью отпустит в Астрахань, и возможно будет их тойже осени отправить в Казань; тоб они их и людей их, которые с ними будут, туда отпустили, и послали бы с ними для сбережения до Казани сотника Стрелецкого с стрелцами сколько потребно будет, и корм бы им дали до Казани доволен.

1557 Года 483, Октября в 24 день, с Резани в Москву приехали Нагайские гонцы от Исмаиля Князя Тенка, от Белек Булат мирзы Арслан и от Айсы мирзы Кудаш с известием, что идут к Государю от Исмаиля Князя посол его Бекчера а от мирз в послах их люди, всех послов и гостей 30 человек, и лошадей с ними 150. [296]

Октября в 30 день Нагайские послы Бекчера с товарищи четыре человека в Москву приехали, и поставили их на Нагайском дворе и корм им даван по указу.

Ноября в 7 день оные послы у Государя были на приезде, у его Величества обедали, и грамоту от Исмаиля Князя подали такову 484:

Всего крестьянства Государю белому Князю от Исмаиля Князя многом много поклон. Мы здорово живем, и тыб много лет в миру был. После слово то. Отеческово юрта бог дал. И язь чаючи того что нас для порадуется с Сеунчом послал есми. Улусы наши 485 животов остали и оголодали. А приговорили есмя на усть Волги город поставити, а которым людем жити в городе, и им без запасу естовново и без судов быти нелзе. И ты пришли много запасу естовново, и многие куны. А опричь тебя [297] друга и брата мне нет. Да пришли особно мне триста пищалников и восм пушечок. Да княжое слово: которыми очима нас зришь, теми очима и сына моего Магмет мирзу зри, мое слово с тобою молвлено тово для. Не будет меня, и тыб сына моего Магмет как меняже зрил. На том завет молвил есми. И нынеб еси сына моего Магмет мирзу гораздо почтил. И как сесь мой человек доедет, и ты бы на борзе з запасом естовным суды отпустил. Годы уже и три и четыре в воине пребывая животов у нас не осталося. И толко нас зовешь нас собе братом, и ты много кун к нам пришли. И как подворье свое учиню не подвижно; и потом учну Крыма воевати, и опричь тово моей войны нет. Ты воюй, и язь воюю. Недругу твоему недруг есми, а другу твоему друг есми. От начала слово мое то. А которые мирзы от нас отехали, и ты тех невели через Волгу перевесть. [298] Толко нас похочешь; и ты однолично однолично на Волге по перевозом людей постав беречи. То бы мое слово иноко небыло. Да пришли ко мне мастеров и лесу сосновово хоромы ставити, да с темиб мастеры пищалников наборзе прислал еси, как сесь мой человек дойдет. А что ежелет присылаешь мелочи, и тыб пожаловал то прислал, шафрану, потали, двесте тысяч гвоздей и железа неметцково, и бумаги. А х Кунгулю, а Кунгуль словет то место, где ныне город стоит Астарахань, ото всех стран учнут гости приходит, и тыбы тут тамгу на три жеребьи розделил. Да две доли дай мне, а долю дай тому хто тут учнет быти на береженье. Да чтоб еси Астаранской полон нам отдал, и нам то будет подспорье юрта строити. Как коль в Казанском и Астараханском устроенье бесперемежки хотили 486, так бы и ныне не [299] перемежался ходили; что учнет Бекчюра говорити, то мои речи. А он голоден и нужен. И ты ево гораздо почти. Да ещо слово то. Салтанахмат мирзина сына Салтан Касым мирзу взяли есмя, и содиначилися с нами. И брата его Казы мирзу нам взятижо, на том приговорили. И послали есмя по нево. И тово нам наборзеж взять. И ныне дей привели к тебе Салтанахмат мирзина сына Магмет Касым мирзу, и тыб ево ко мне отпустил; не ево он сын, мой сын, однолично бы наБорзе з Бекчюрою отпустил еси. С нами Юнус мирзу извраждовал Кадыш твой холоп. И ныне над ним что учинишь, ты ведает нас для. И Петра 487 язь не хвалю, о сесь год присылал еси просити Тахтамыш Царевича, и язь одного дни не задержал отпустил [300] есми, а ныне язь о Магмет Касым мирзе похвалился есми. Братье ево молвил есми, что у белово Царя не опрошуся. И ныне правде знамя то, однолично однолично Магмет Касым мирзу отпусти, чтобы мне Магмет Касым мирзина 488 и братье волже не быти. Будет которые послы и гости от Юнус мирзы и от Ибреим мирзы с таварищи у тебя есть, и ты их животы поемли, да к нам пришли з Бекчюрою, заиже те животы наши. А которые куны ты к нам прислал, и то до нас не все дошло, что еси к нам прислал. И ты к нам то отпиши Татарским писмом. [301]

1557 г. Декабря 489 в 29 день приехал к Государю из Нагайской земли от Исмаиля Князя посол его Байтерек с товарищи, всех их семь человек, и лошадей с ними 30 и поставили их на Астраханском дворе, и корм им велено давать по указу.

Декабря в 30 день Исмаилев посол Байтерек с товарищи у Государя были на приезде, у его Величества обедали, и грамоту от Исмаиля Князя подали такову 490:

Всево Христьянства Государю Белому Царю от Исмаиля Князя многом много поклон. Мы здорову живем, а тыб на многие лета здоров был, после слово то. Язь таки на первой роте и шерти, меж себя с тобою другу други есмя, а ис другу недруги есмя. И ныне опричь тебя у меня друга нет, да сами есмя истомны голодом, и улусы наши голодни. И тыб [302] промышлял так как бы улусом не голодным быть, чтоб еси в Астарахань многие куны прислал, да и запасу бы прислал еси торгу для. А мы годы и три четыре уже многим волнением воинским отбили есмя животов своих и лошадей и одежи, а сево году ни животов, ни лошадей ни одежи у нас не осталось. И нынеб еси прислал к нам кун болши тово, что еже лета к нам присылает, бью челом. А руских людей у нас никово не осталось, Иван Черемисинов перебаял взял всех. И мы говорим, что с Государем твоим Белым Царем не таково наше слово; отдай наших людей, которые от нас отошли. И Иван Черемисинов не отдает, и наши улусы оголодали и озлыдали, и дех 491 наших людей Татар емлет же, а оманывает их, язь дей вас стану кормити. И ты о том нашем слове к Ивану Черемисинову [303] накрепко з грозою прикажи. Да кому с нами гораздо говорити, и Ивану Черемисинову кому крепко говорити, доброво боярина прислал бы еси. А которые ныне со мною за один в братстве племянники мои, старешей им Белек Булат мирза, и ты и к нему боярина пришли, то нам твоя честь. Да пришли мне пансырь доброй, что самому вздевать и с шеломом. А мой пансырь воинские взяли. Да чтоб еси опричь прислал мне, что зиме вздевать шубу лисью с поволокою, да нашатырю, да олова сухуво полудново, да потали, да шафрану, да триста или четыреста тысячь гвоздей надобет. И тыб то, о чем писал есми, да и запасу много пришли, голод у нас. Да з братом моим Белым Царем слово было мне таково. Толко возмет Астарахань, и ему было мне все дати. И тово так не учинил. И ныне ото всех сторон учнут люди приходити, и тое бы пошлину розделил на [304] трое, две доли бы нам дал, а треть бы собе взял. А Иван Черемисинов не по нашему слову живет. И ты ево возми да иново боярина пришли. Да тому человеку на кажи, чтобы с нами гораздо говорил. Здоровья отведати пошлово верного и доброобычного Байтерек Богатыря послал есми. Да ещо брат мой Белой Царь слово то: взял было тебе Астараханские животы, а головы было тебе мне отдати. И нынеб еси Астараханских людей всех нам дал тово для, что хотим возле Кунгулуя город поставити, и тому Астарахани без людей не быти. Чтобы еси однолично дал. Наши люди Нагайские городово дела не знают. Да Иван Черемисинов из тамги нам не дал ничево. А Волжское устье отца моего юрт был, и на отца моего юрте Дарагу 492 оставив всее тамги самому тебе имати пригожели. А коли на Астарахани Царь был, и он [305] давал по сороку тысяче алтын. И язь жидал Астарахансково взятья тово для, язь был надеялся всю Астарахань себе. И ныне изо всее тамги недал ничево. Толко меня собе братом назовет; и ты Кунгуля со мною пополам ведай. Тамга и все бы вопче нам было. Да осесь год Магмед Касым мирзу взяли. А братья ево болшие племянники мои детми мне учинились. А Магмет Касым мой же сын. И тыб тово сына моего однолично з Байтереком ко мне отпустил. Дружбе нашей знамя то. Ты ко мне прислал одново человека, Тахтамыж Царевича просить, и язь одново дни ни задержал, отпустил ево к тебе. И тыб однолично однолично иноко не молвил. А з Байтереком пошли люди не многие полем, ему назадь ити нелзе. Как лед пройдет, и ты неиздержав судном отпусти. Молвя грамоту написал. [306]

1558 Генваря 493 день Государь Исмаилевых грамот слушав приговорил Исмаилевых послов Баитерека и Бекчюру отпустить в Нагайскую землю, и с ними вместе велел послати к Исмаилю Князю и к мирзам станицу служилых Татар Кадыша Кудинова с товарищи пять человек.

Генваря в 15 день Нагайские послы Байтерек и Бекчюра с товарищи у Государя были на отпуске, у его Величества обедали, и с служилыми Татарами с Москвы поехали Генваря 23 дня. А с ними посланы таковы.

1. К Исмаилю Князю 494:

От Царя и Великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии другу моему Исмаилю Князю слово то. Прислал еси к нам своего человека Бекчюру з грамотою. А после того прислал еси к нам своего человека Баитерека з грамотою. А з Баитереком и з Бекчюрою к нам писал еси, чтоб нам твою роту и шерть памятовати. [307] А сына бы твоего Магмет мирзу после тебя потомуже как и тебя смотрити, а Салтан Ахматова сына Бичей мирзу к тебе отпустити, а сами есте истомны и голодни, и нам бы тому помочь учинити, а от Ивана бы от Черемисинова оборон учинити, за то, что беглецов ваших з животы емлет; и на ваших бы недругов велети вам помочь делати, пушки и пищали давати, а Крымской вам недруг учинился, и нам бы к нему не пристовати. А Белек Булат мирзу и иных твоих племянников, которые к тебе пришли, любити и жаловати потому же как и к тебе любовь свою держим. Так еси писал к нам в своей грамоте. И мы как свое слово о дружбе тебе молвили, и у тебя и у твоей братьи и у всех твоих племянников роту и шерть взяли есмя на твоем слове, и стояти хотим. Другу вашему хотим быти, а недругу вашему хотим не другом [308] быти. И того для и Крымского Царя посла к себе не взяли есмя, а своего посла х Крымскому не послали. И за вашу обиду хотим над ним промышляти сею весною как нам мочно. А выб с своей стороны потому же сею весною над ним промышляли как вам мочно. А как вам то свое дело и ваше делати, и мы о всем о том пришлем к тебе полою водою в судех своего посла с твоим человеком Баитереком вместе, и с ним о всем о том подлинно к тебе прикажем, и запасу к тебе пришлем. А ныне есмя твоего для прошенья Магмет Касым мирзу и Бичей мирзу лехким делом к тебе отпустили с своим человеком с Кадышем, и с твоим человеком Бекчюрою. И к правде есмя их привели на том, что им нам и тобе служити правдою, и от нас им неотступным быти. А сами есмя их своим словам наказывали о том их сам въспрося [309] уведай. А тебе Исмаилю Князю которое слово о дружбе молвили есмя, и то наше слово иноко не будет, до коле и жив будет, до толе дружбою своею от тебя не отстанем. А после тебя и сына твоего Магмет мирзу потомуж учнем своею любовью смотрити, как и к тебе любовь свою есмя держали. А ты сына своего Магмет мирзу крепко накажи, чтоб от нас не отставал, доколе жив будет. А к Ивану Черемисинову есмя послали, чтоб стрелцов тебе давал, сколко надобе. А что еси писал к нам, что Иван Черемисинов живет не помоему наказу, беглецов у вас з животы емлет, и назад не отдаст. И мы на Ивана Черемисинова за то опалу свою положили. Как Бог даст весна придет, и мы его с того юрта сведем часа того, а на его место пришлем иново доброво боярина. И беглых ваших людей имати ему не велим. А что еси писал к нам о своей нуже, [310] что тебе надобе, и мы к тебе послали с своим человеком с Кадышем Кудиновым, что сл у нас лучило. И тыб его не издержав на борзе к нам отпустил. А что будет твоя мысль о Крымском, и тыб сь ним к нам отписал подлинно. А мы одноконечно хотим над ним своего дела искати сею весною, как нам будет мочно. А о всем о том подлинно к тебе прикажем с своим болшим послом и с твоим человеком Байтереком. Так бы еси ведал. Писана на Москве лета 7066 Генваря 21.

2. К Белек Булат мирзе 495:

Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии слово Белек Булат мирзе. Писал к нам друг наш Исмаил Князь, что он тебя сыном себе учинил. И нам бы тебя жаловати и любовь своя к тебе держати. И мы для друга своего Исмаиля [311] Князя хотим тебя жаловати, и любовь свою к тебе держати. А тыб к нам правду свою держал потомуже как к нам держит правду друг наш Исмаил Князь. А что учинил недружбу Айсе мирзе Крымской Царь, и мы зато хотим ему недружбу делати, так бы еси ведал. Писано на Москве лета 7066 Генваря месяца.

5. К Айсе мирзе 496:

Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии слово Айсе мирзе. Писал к нам, друг наш Исмаил Князь, что он тебя сыном себе учинил, и нам бы тебя жаловати и любовь своя к тебе держати. И мы для друга своего Исмаиля Князя хотим тебя жаловати, и любовь свою к тебе держати. А тыб к нам правду свою держал потомуже, как к нам держит правду друг наш Исмаил Князь. А что Крымской Царь над тобою и над твоею братьею учинил неправду, [312] улусы ваши поимал; и мы за то сею весною хотим Крымскому Царю недружбу делати, как нам мочно. И Магмет Касым мирзы и Бичей мирзы о том вспрося уведай. И будет вам мочно от себя сею весною над Крымским промышляти; и вы б над ним промышляли, и недружбу ему делали сеюже весною, как вам будет мочно. А нас бы есте без вести недержали. Писана на Москве лета 7066. Генваря месяца.

4. К Магмет мирзе 497:

Царя и великого Князя ИВИНА Васильевича всеа Русии слово Магмет мирзе. Писал к нам друг наш Исмаиле Князь, чтоб нам после ево тебя сына его жаловати, потомуж как дружбу свою и любовь свою держим к нему, и тыб нам служил, и правду свою крепкую к нам держал, потомуже как к нам держит дружбу и правду отец твой Исмаил [313] Князь. А мы тебя хотим жаловати, и любовь свою к тебе держати, потомуже как и к другу своему к отцу твоему Исмаилю Князю. И никак тебя любовью своею неоставим, доколе и Бог велит. И тыб нашие любви крепкое слово памятовал, и от нас неотставал, доколе и жив будет. А наше слово иноко не будет. Так бы еси ведал. Писана на Москве лета 7066 Генваря месяца.

5. Опасная грамота Касбулату царевичю 498:

Божьею милостию от Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Касбулату Царевичю слово то. Бил нам челом брат твой Семен Царь, что хочет ехати к нам служити, а нам бы тебя пожаловати своею любовью прислати бы к тебе своя опасная грамота. И мы являя к тебе свою любовь свое жалованье опасную грамоту к тебе послали. И тыб по [314] сей нашей опасной грамоте поехал к нам служити. И как Бог даст будешь у нас; и мы тебя своим жалованьем пожалуем, и устрой тебе в своей земле учиним. А ся тебе наша жалованная грамота и опасная. Писана на Москве, лета Ноября месяца.

6. Другая грамота к Исмаилю Князю 499:

Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии слово другу моему Исмаилю Князю. Послал есми к тебе с своим грамотами своего казака Кадыша Кудинова с таварищи. Да емуже дал есми грамоты, одна х Касбулат салтану, а другая к Белек Булат салтану. И будут те Царевичи у вас; и тыб велел Кадышу наши грамоты отдати Царевичем. И нечто Касбулат салтан, и Бек Булат салтан похотят ехати к нам, и ты их отпустил к нам часа того с нашими казаки с Кадышем [315] Кудиновым с таварищи. А ведомо тебе и самому, что об них братья их нам бьют челом, и хотят тово, чтоб им быти у нас. А которого для они вам надобны, и то тебе ведоможе. А будет Касбулат салтана и Бек Булат салтана у вас нет, а ведомо у тебя про них будет, где они ныне; и тыб нашего казака Кадыша Кудинова с нашими грамотами отпустил к ним часа того. Да и своего бы еси человека с Кадышем вместе к ним послал. А приказал бы еси к ним и от себя, чтоб они ехали к нам с Кадышем немодчая. Писана на Москве лета 7066 Генваря месяца.

Комментарии

456. Стат. кн. о Нагайск. делах н. 5. л. 1-11. Сия книга с начала недостаточна.

457. Поныже Курман.

458. К Исмаилю Князю, к Арслан и к Али мирзам грамоте не имеется.

459. Тут же л. 11-13.

460. Тут же л. 13, 14.

461. Все прочее от слова до слова тоже, как в грамоте к Белек Булат мирзе.

462. Тут же л. 14-16.

463. Повыше Янгораз.

464. Стат. кн. о Нагайск. делах н. 5. л. 16, 17.

465. Тут же л. 17-23.

466. Мурза надобно.

467. Стат. Книга о Нагайских делах н. 5. л. 23, 24.

468. Тут же л. 23, 24.

469. (Комментарий отсутствует. - OCR)

470. Чаятельно, солжем.

471. Статейная книга о Нагайск. делах н. 5. л. 27, 28.

472. Тут же л. 29-31.

473. Тут же л. 32-35.

474. Чаятельно надобно, и они.

475. Прислав надобно.

476. Повыше Таузаром назывался.

477. Тут же л. 35, 36.

478. Тут же л. 36-38.

479. Тут же л. 39.

480. Тут же л. 39, 40.

481. Конечно пропущено Боярскому.

482. Тут же л. 40.

483. Стат. Книга о Нагайских делах н. 5. л. 41-43.

484. Тут же л. 42-45.

485. Здесь кажется пропущено без.

486. Конечно Ходили надобно.

487. Чаятельно Петр Савин разумеется который в начале сего года к Исмаилю Князю был послан.

488. Мирзе кажется, надобно.

489. Статейн. книга о Нагайск. делах н. 5. л. 45, 46.

490. Тут же л. 46-49.

491. Чаятельно и тех надобно.

492. Т. е. Сборщика.

493. Тут же л. 49.

494. Тут же л. 50-52.

495. Тут же л. 52, 53.

496. Тут же л. 53, 54.

497. Тут же л. 54.

498. Тут же л. 54, 55.

499. Тут же л. 55, 56.

 

Текст воспроизведен по изданию: Продолжение древней российской вивлиофики, Часть IX. СПб. 1793

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.