Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ПОСОЛЬСКАЯ КНИГА ПО СВЯЗЯМ РОССИИ С НОГАЙСКОЙ ОРДОЙ

1551-1556 гг.

Февраля 11 нагаиские послы Янболду с таварищи на дворе у царя (слова: у царя написаны по чищенному) и великого князя были.

И царь и великии князь молвил: Янболду с таварищи, привезли есте к нам от государеи своих, ото князя и от мирз, грамоты. И в тех грамотах писали к нам, что Исмаиль князь и все мирзы хотят с нами в крепкои дружбе быти и на наших недругов и на своих хотят с нами быти заодин, а нам бы ко князю и к мирзам послати послов своих добрых людеи. И мы ныне вас отпускаем ко князю и к мирзам. /л. 310об./ А с вами вместе посылаем к Исмаилю князю своего посла Ондрея Тишкова, а к Баи мирзе посылаем своего посла Истому Матюкова, а к Арслан мирзе (в слове мирзе буква е исправлена по ранее написанному) посылаем своего посла Григорья Велина, а к Би мирзе посылаем своих казаков Девлетхозю Усеинова с таварищи, 5 человек. И приказали есмя с ними к Исмаилю князю и к мирзам о всех своих делех, как меж нас вперед дружбе и доброму делу быти. Да велел им Ондрея и Истому, и Григорья, и (союз и исправлен по букве «а иотованной») Девлетхозю явити. [185]

Да звал нагаиских послов Янболду с таварищи ести.

И того дни нагаиские послы Янболду с тава/л. 311/рищи у царя и великого князя ели. А стол был в Столовой избе в брусянои.

А после стола царь и великии князь подал нагаиским послом (слова: нагаиским послом, исправлены по ранее написанному нагаиских послов) Янболдую с таварищи по ковшу (в рукописи: по вшу) меду и отпустил их того дни в Нагаи.

А Ондрея и Истому, и Григорья, и служилых татар отпустил в Нагаи того ж дни. А приказал с ними к Исмаилю князю и к Баи мирзе, и к Арслан мирзе поклон.

И поехали нагаиские послы Янболду с таварищи и Ондреи, и Истома, и Григореи, и служилые татарове с Москвы февраля 19 в среду. А проводити их /л. 311 об./ велено Федору Челищеву.

А се посолство к Исмаиль мирзе с Ондреем Тишковым.

Говорити от царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии Исмаилю князю Ондрею Третьякову сыну Тишкова.

Царь и великии князь Иван Васильевич всеа Русии тебе, другу своему Исмаилю князю, велел поклонитися.

Царь и великии князь Иван Васильевич всеа Русии велел тебя о здоровье вспросити, как тебя Бог милует? /л. 312/

А после поклона поминки подати явные.

А после поминков речь говорити.

Божиею милостию царь и великии князь Иван Васильевич всеа Русии велел тебе говорити. Посылали есмя к тебе преже сего своего посла Игнатья Загрязского с шертною грамотою. И в то время над тобою, другом нашим, незгода учинилася от мирз казаков, и ты посла нашего Игнатья вборзе к нам отпустил, а шертные грамоты написати еси не успел. И после того (в рукописи: то) прислал еси к нам шертную свою грамоту с нашими казаки з Девлетхозею Усеиновым с таварищи, написав не сполна, скорым же делом. А ныне прислал еси к нам (в слове нам буква а исправлена по ранее написанному) своего посла /л. 312об./ Янболду з грамотою. А в грамоте своеи к нам писал еси, что еси другу нашему друг, а недругу недруг. А на Крым с нами хочешь заодин же стояти. А нам бы над твоими недруги промыслити и на астараханскои бы земле город поставити, а на Переволоке и на Самарском устье город же поставити. А мирз бы казаков на вашу сторону не перепускати. А з Баитереком еси к нам писал и словом к нам приказывал о том же деле. Да и о пищалниках (в слове пищалниках буква а исправлена по ранее написанному) еси ко мне [186] с Янболдуем и з Баитереком приказывал, чтоб нам прислати к тебе пищалников. /л. 313/

Царь и великии князь Иван Васильевич всеа Русии велел тебе говорити. И мы по твоему хотенью астараханское дело и с мирзами казаки одноконечно хотим делати сею весною, а пищалников к тебе посылаем в судех же в Астарахань. И ты б тех пищалников велел взяти в Астарахани Баитереку или Тинишу и держал бы (в слове бы буква ы исправлена по ранее написанному) еси их у себя в Сараичике год или где тебе надобе. И корм бы еси им велел давати, чтоб им нужи не было. А ныне дружбу свою к тебе крепкую являя, послали есмя к тебе своего посла Ондрея Третьякова сына Тишкова, доброво своево человека, и запись шертную есми с Ондреем к тебе послал. И что учнет тебе говорити наш посол Ондреи, и ты б ему во всем верил /л. 313об./ и наше дело и свое делал как пригоже. А наше слово никак иноко не будет, как есми свое слово молвил, по тому свою дружбу и совершу. А ты б, друг наш, запись шертную себе вычел, и на тои бы еси записи з Баи мирзою и с Арслан мирзою и со всеми своими детми и с племянники правду нам учинили и печати свои к тои записи приложили. И ту запись дали нашему послу Ондрею. И посла нашего Ондрея, не издержав, к нам отпустили. И на всех бы есте наших недругов с нами были заодин по тому ж, как и мы вашим недругом недружбу доводим. И правили бы есте нам о всем по шертнои записи. /л. 314/

Царь и великии князь велел тебе говорити. Писал еси к нам со своим послом Янболдуем и з Баитереком, чтобы нам животы твои сыскати, которои живот твои гости, не доходя Казани, покинули. И мы для твоеи дружбы посылали тех твоих животов сыскивати. И твоеи для дружбы, сколко есмя могли толко, и сыскали и послали есмя к тебе тех денег з Баитереком сто рублев. Арысланову человеку Кулчану дали есмя тех денег шестьдесят рублев, а Би мирзину человеку Девлетхозе дали есмя тех денег сорок рублев. А ныне тех денег досталных послали есмя к тебе триста рублев с своим с Ондреем. А к Арслан мирзе (в рукописи: мир) ныне послал есми тех же денег двесте рублев с своим послом з Григорьем. А к Би мирзе /л. 314об./ послал есми сто рублев. А к сыну твоему к Магмет мирзе послал есми с своим послом с Ондреем сто ж рублев. И ты б свои денги иные себе взял, а иные роздал тем людем, у которых будет что пропало.

Царь и великии князь велел тебе говорити. Писал еси к нам, чтобы нам к Баи мирзе и к Арслан мирзе, и к Би мирзе своих послов послати. И мы к Баи мирзе послали своего посла Истому Матюкова, а к Арслан мирзе послали своего посла Григорья Велина, а к Би мирзе послали верного своего человека Девлетхозю Усеинова. И ты б к Арслан мирзе /л. 315/ и к Баи мирзе, и к Би мирзе послал своих людеи, чтобы нашим послом никоторого бесчестья не учинили. А учинят нашим послом которое бесчестье или грабеж, и нам к ним вперед никого не посылывати.

Царь и великии князь велел тебе говорити. Згрубил нам неметцкои король [187] свеискои, украинным нашим людем обиды учинил, и мы на него за то посылали рать свою. И наши воеводы неметцких людеи многих побили, а иных многих людеи в полон поимали. И город Кидень и город Новой, взяв, сожгли и землю ево всю пусту учинили 172. И тое земли людеи доспехи к тебе /л. 316об./ послал есми. И тобе бы, другу нашему, то дело ведомо было.

Память Ондрею Третьякову сыну Тишкову.

Спустя ему после посолства день или два, обослатися с Ысмаилем князем его людми Янболдою или Баитереком. А приказати ему с ними ко князю: есть, господине, со мною от государя моего к тебе таинои наказ. А велел мне государь те речи говорити тебе наодине. И ты, господине, вели мне быти у себя и государя моего приказ выслушаи. И как ему Исмаиль князь велит быти у себя, и Ондрею, /л. 316/ пришед к Исмаилю князю, говорити.

Царь и великии князь Иван Васильевич всеа Русии велел тебе, другу (слово другу написано по чищенному) своему, говорити. Писал еси ко мне Дербышеву цареву неправду, и яз измену ево всю сыскал, как он с крымским царем ссылался и дружился, и как с мирзами с казаки шертью уверился. И яз ныне по твоему приказу послал на Дербыша царя рать свою Ивана Черемисинова да Михаила Колупаева со многими людми с крою вместе. А велел есми им Дербыша царя убити, а астараханских людеи всех велел есми им розогнати того для, чтоб вперед вам от них лиха никоторого не было. /л. 316об./ А Ивану и Михаилу велели есмя жити в Астарахани дела своего и вашего беречи. И тебя, Исмаиля, о всех вестех велел есми без вести не держати. А на Переволоке и на Самарском устье велели есмя быти многим людем и крепости учинити. А велели есмя им беречи по перевозом мурз казаков, чтоб на вашу сторону не перешли. И как (в слове как буква к исправлена по ранее написанному), Бог даст, наша рать придет, и ты бы к Ивану и к Михаилу послал (в слове послал буква а исправлена по ранее написанному) от себя в Астарахань своих людеи человек пять или шесть. А велел им жити в Астарахани. А мы Ивану и Михаилу приказали: каковы у них вести ни будут, и мы им велели с теми вестьми посылати к тебе тех твоих /л. 317/ людей, которых к ним ты пошлешь. А что еси приказывал ко мне з Баитереком, чтобы мне твоих покинутых животов в Казани половина прислати к тебе таино, а другая бы половина дати Баитереку перед людми, мы з Баитереком послали к тебе триста рублев таино, а четвертое сто рублев дали есмя Баитереку перед людми. А ныне есмя послали к тебе с своим послом с Ондреем таино триста рублев. И ты бы нашу дружбу к себе паметовал и на недругов наших с нами был заодин по тому ж, как и мы к тебе дружбу свою (в слове свою буква ю под чернильным пятном) совершаем.

Царь и великии князь велел тебе говорити. Приказывали /л. 317об./ есмя к тебе наперед сего с своим послом с Ыгнатьем Загрязским, что царь крымскои хочет быти к Астарахани и на ваши улусы. И мы в те поры послали на Крым [188] яртаул свои дороги отведывати х Крыму. И царь крымскои, сведав то, что мы яртаул свои послали х Крыму дороги отведывати, и он к Астарахани и на ваши улусы не пошел, а пошел против нашего яртаула. И наш яртаул (в слове яртаул буква а исправлена по букве о) у царя кош весь взял и, на самого царя пришед, бился с ним два дни и многих людеи у царя побил. И пришел к нам тот наш яртаул на Тулу, а мы были сами пошли царя искати наспех, и наш яртаул нам сказал, что уж царь побежал тому четвертои день и доити нам его нелзе. /л. 318/ И мы тогды по тому воротилися 173. А ныне нам дорога крымская ведома и, Бог даст, хотим с крымским свое дело делати. Того для есмя и с литовским королем помирилися 174. И ты б друг наш свою мысль к нам отписал, как нам пригоже с крымским царем свое дело делати. И вашим детем со мною быти пригоже ли, чтобы нам твоя мысль ранее (слово ранее написано над строкой) ведома была.

Царь и великии князь велел тебе говорити. Слух нас доходит, что царь крымскои ныне хочет ити на ваши улусы, и мы того для рати своеи велели готовои быти. И нечто поидет царь на ваши улусы, и мы в то время хотим рать свою болшую на Крым послати. /л. 318об./

А нечто учинитца тебе весть, что поидет царь крымскои на наши украины, и ты бы тогды на Крым свою рать послал, как тебе будет мочно, чтоб жены их и дети в то время поимати. И о всем бы еси меня без вести не держал, что у тебя вестеи ни будет. А мы по тому ж тебя не учнем без вести держати.

Царь и великии князь велел тебе говорити. Ныне тебе мурзы многие недруги учинилися, и мы над твоими недруги над мурзами хотим промышляти, сколко нам Бог поможет. А нечто тебе от твоих недругов учинитца какова тесно/л. 319/та, и ты бы опричь Астарахани иново места себе не искал нигде. Астараханскои юрт велели есмя взяти и Дербиша царя убити для тебя, друга нашего. И воеводам своим Ивану и Михаилу приказали есмя тебя в (предлог в исправлен по ранее написанному) Астарахани всем покоити. И над твоими недруги промышляти с тобою заодин. А мы тебе, другу своему, на твоих недругов везде помогати хотим, сколко нам Бог поможет. А твоеи прямые дружбы к себе никак не позабудем, доколе ить живы будем.

А се запись шертная.

По Божью веленью чистым серцем, по любви вправду /л. 319об./ яз, Исмаиль князь, яз, Баи мирза суфу, и яз, Арслан мирза, со всею своею братьею и з детми даем шерть царю и великому князю Ивану Васильевичю всеа Русии на том. Быти нам с ним в любви и до своего живота, другу нам ево другом быти, а недругу ево недругом быти. И на всяково ево недруга нам с ним заодин стояти и на ево недруга ему пособляти, сколко мочно. И до смерти нам от царя и великого князя дружбы не отстати. А хто на Крыме царь ни будет, и нам к нему не приставати, а стояти нам на него со царем и великим князем заодин. И [189] везде нам царю и великому князю добра хотети (в слове хотети буква е исправлена по ранее написанному). А царю и великому князю нам добра хотети, и от нас /л. 320/ не отставати. А которые царя и великого князя казаки татбою и розбоем нам лихо учинят, и царю и великому князю тех казаков казнити. А взяв тое, сыскав вправду, нам отдати. А которые наши казаки царя и великого князя украинам лихо учинят татбою и розбоем, и нам по тому же тех казнити, а взяв тое, сыскав вправду, назад отдати. А послов нам царя и великого князя чтити и не грабити, и гостем ево обид не делати. А царю и великому князю наших послов жаловати и гостем нашим обид не делати. А в Казани гостем нашим торг давати безобидно. И на тех на всех делех царю и великому князю крепко шерть дали есмя. И печати есмя к сеи грамоте приложили. А не учнем по тому правити, ино наша шерть буди на нас и на наших /л. 320об./ детях по тому, как в наших книгах писано. А сю запись шертную, написав, дали есмя лета 963-го 175 февраля.

А память наказная Ондрею дана такова.

Память Ондрею Третьякову сыну Тишкова. Дана ему речь русским писмом да Ондрею ж дана запись шертная татарским писмом, на которой записи просити ему (слово ему написано над строкой) правды у Исмаиля князя. А противень с тое записи дан Ондрею русским писмом. И Ондрею, изговоря Исмаилю князю речь по записи, дати ему запись шер/л. 321/тная татарским писмом. И молвити ему князю, чтоб князь ту запись себе вычел и правду б на неи учинил со всеми своими детми и племянники. И нечто князь учнет говорити, что он правду учинил перед Девлетхозею Усеиновым и он и ныне на тои правде стоит.

И Ондрею говорити, что он тогды правду учинил вскоре, без сына боярсково. И государю нашему то не добре верно. А учинишь, господине, правду перед мною на тои записи, которую запись яз тебе дал, и дашь ее мне, и государю нашему та твоя правда будет верна, и любо ему то дело будет все. И говорити ему о том накрепко, чтоб князь на тои записи правду дал. /л. 321об./ И даст князь правду, ино велми добро. А не учинит правды на тои записи, ино молвити: коли, господине, на тои записи правды не учинишь, и ты дружбу свою паметуи по прежнеи записи, как еси правду учинил перед Девлетхозею по тои правде, и ныне государя нашего другу (слово другу исправлено по ранее написанному) буди друг, а недругу ево недруг. А меня отпусти ранее к государю моему.

Да память Ондрею. Которая речь наказная таиная дана ему говорити князю наодине (после слова наодине стоит знак вставки (крыж), и на нижнем поле после такого же знака приписано: ему та речь говорити князю на одине) или перед немногими людми, которые у него блиски, перед которыми он велит, и денги ему таиные тогды ж дати. А сослатися /л. 322/ со князем [190] Янболдою или Баитереком, а будет возможно ино своим татарином служилым со князем (слова со князем написаны в продолжение строки на правом поле) сослатца, чтоб с ним переговорити (в слове переговорити слоги перего исправлены по ранее написанному сослатца) наодине. И, изговоря речи, молвити ему, что астараханское дело одноконечно будет зделано, как его Бог даст. А посланы (в слове посланы слог ны исправлен по ранее написанному) на то дело люди многие. И иматися Ондрею за то князю накрепко, что царь и великии князь одноконечно то дело хочет зделати, тово для ево и посолством послал, извещая свою правду.

А как, ож Бог даст, придет Ондреи в Нагаи к Исмаилю князю, и кого князь пришлет к нему встречю, а велит ему подворье указати и корм ему /л. 322об./ от Исмаиля князя привезут, и Ондрею тому дати что пригоже: шуба белья лехка или однорядка, а не в пошлину. А в пошлину Ондрею никому никак ничево не давати. А хто ему двор укажет, а корму не явит, и ему тому человеку не давати ничево. А как велит ему Исмаиль князь быти у себя, и кого по него пришлет, и Ондрею тому человеку не давати ничево. А как поидет к Исмаилю князю, и хто у него станет каких пошлин просити, и ему пошлин не давати никаких.

А говорити ему. Прислал к государю нашему Исмаиль князь своего посла Янболду и иные мирзы своих людеи, чтоб государь наш к Исмаилю /л. 323/ князю дружбы для прислал к нему доброво своего человека. И государь наш для дружбы и крепкие правды послал меня к Исмаилю князю, и мне ныне какая пошлина давати? А от государя нашего х которым царем к его братье послы ходят, ино и там пошлин никаких нет. И мне здесе какие пошлины давати? Да в пошлину Ондрею однолично ничего никому не давати. А нечто батог покинут да учнут пошлин просити у батога, и Ондрею пошлины никак не давати. А у дверей учнут просити (в слове просити слог си исправлен по ранее написанному) пошлины, ино не давати же. И нечто его не пустят к Исмаилю князю, ино и прочь поити, а пошлины никак не давати. А опричь того хто Ондрея чем почтит, и Ондрею тому за его добро дати что пригоже, а не в пошлину. А в по/л. 323об./шлину Ондрею не давати ничего. А велит ему Исмаиль князь ити прямо к себе, и зацепки ему никоторые не учинят и о пошлинах ему не учнут говорити, и Ондрею ити прямо к Ысмаилю (в слове Ысмаилю буквы смаилю написаны над строкой) князю. И от царя и великого князя ему поклон правити и поминки подати, и речь говорити по записи по царя и великого князя наказу. Да, изговоря речь, подати Исмаилю князю запись шертная.

А нечто Исмаиль похочет со царем и великим князем на крымсково стояти заодин, и Ондрею говорити: и ты, господине, на записи учини правду передо мною, которую /л. 324/ есми тебе запись от государя своего дал и печать свою к тои записи приложил. И по Баи мирзу суфу и по Арыслан мирзу пошли и то им дело скажи передо мною, чтоб с тобою были в однои мысли и правду бы на тои записи учинили передо мною ж. И как, господине, правду учинят, и ты ту запись даи мне. И меня к государю моему отпустите, и своих послов Баитерека [191] и Енболдуя (в рукописи: Енбол) к государю моему со мною вместе (слова: со мною вместе исправлены по ранее написанному) пошлете. И свою мысль к государю моему прикажете со мною и с своими послы, как вам пригоже с государем нашим над крымским промышляти, чтоб ваша мысль государю нашему ранее ведома была. И государь наш по тому учнет делом (в рукописи: телом) промышляти. /л. 324об./

А нечто Исмаиль учнет говорити Андрею, чтобы царь и великии князь против ему правду учинил. И Андрею говорити: ныне, господине, ты правду учини передо мною и ту запись даи мне, и яз ту запись везу к государю моему. А что со мною к государю моему прикажешь, и яз то государю своему скажю.

А нечто Исмаиль учнет у Ондрея на том правды просити, что царю и великому князю ему правда учинити, и Ондрею на том Исмаилю (в слове Исмаилю буква л исправлена по ранее написанному) правды не давати. А говорити: мне, господине, правды (слово правды написано по чищенному) на том учинити нелзе, то ведает государь мои. А что со (в предлоге со буква о исправлена по ранее написанному) мною к государю моему прикажешь, и яз то до государя своего /л. 325/ донесу.

А нечто учнет Исмаиль у Андрея просити правды за царя и великого князя, что царю и великому князю быти с ним вперед в крепкои дружбе, а иных слов не учнет говорити никаких. И Андрею на том правда дати.

А нечто учнет правды просити на том, что царю и великому князю писати его вперед братом или отцом, и Андрею на том правды не давати. /л. 325об./

А нечто Исмаиль князь и мирзы учнут говорити, чтоб царь и великий князь казаком красти у них и грабити их не велел.

И Андрею говорити: государь наш, господине, заповедь великую казаком учинил, чтоб улусом вашим лиха никак не делали. А которые казаки воровали, послов и гостеи грабили, и лошеди у вас в улусех крали и людеи били, и государь наш тех казаков всех казнил. А ныне поставил на Волге казаков добрых вам на береженье, в которых воровства нет.

А нечто Исмаиль князь учнет говорити, чтоб ему /л. 326/ со царем и великим князем вместе ити на Крым сего лета.

И Андрею говорити: сего лета, господине, государю нашему ити невместно, нарядитца неколи. А похотите сего лета, и государь мои с вами пошлет пищалников, а сам, Бог даст, идет на Крым на весну. А вы к государю нашему на весне пришлете своих детеи на помочь, хоти не со многими людми.

А учнут говорити, чтоб им ити на Крым со царем и великим князем на весне.

И Андрею говорити: о том, господине, помыслите себе крепко (слово крепко написано по чищенному) дву государств всем людем возможно ли ити вместе без брани? С государем нашим поидет /л. 326об./ всякие рати до четырехсот тысяч, а с вами так же поидут люди многие. И таким ратем великим как возможно будет прокормитися? А [192] Крым — место невеликое, яз сам гораздо знаю. Наша мысль: государь наш поидет, ино вы детеи своих пошлете, а с ними тысяч десеть или сколко пригоже. А вы поидете, ино государь наш с вами пищалников и казаков пошлет сколко пригоже. А вы, господине, что приговорите и со мною прикажете, и яз то до государя своего донесу. И как будет о том государя нашего мысль, и государь наш вам о том свою мысль прикажет часа того, и вам то будет ведомо вборзе. А ещо, господине, есть коли вам о том деле передумати, и выбрать лутчее. /л. 327/ Да за то Ондрею никак не иматися, что нагаем ити всем вместе со царем и великим князем.

А будучи Андрею у Исмаиля князя, розведывати себе таино, как Исмаиль живет с мирзами и как живет с крымским.

А нечто Исмаиль князь или которые мирзы похотят ити ратью на царя и великого князя украины, и Ондрею о том царя и великого князя без вести не держати. А послати с теми вестьми татарина служилово да вожа, которые с ним на то посланы. А нелзе будет татарина послати, ино послати полоненика, добыв. А одноконечно царя и великого князя без вести не учинити. /л. 327об./

А нечто поидет крымскои царь к Астарахани, и ведомо то будет в Нагаех, и Андрею говорити, чтоб Исмаиль князь на крымсково сам пошол и искал бы над ним дела, как пригоже. А в Астарахань бы к Дербышу царю и к царя и великого князя сыну боярскому Ивану Черемисинову весть послал, чтоб жили бережно.

А как Баи мирза суфу и Рыслан мирза з братьею и з детми приедут к Исмаилю князю, а Ондреи толко тут же будет, и Ондрею им от царя и великого князя поклон правити. А молвити Баи мирзе суфе: государь наш свои речи приказывал и поминки к тебе послал с своим послом с Ыстомою Матюковым. А Арслану /л. 328/ молвити: государь наш свои речи приказывал и поминки к тебе послал с своим послом з Григорьем Велиным.

Да память Ондрею. Будучи ему в Нагаех, пытати себе таино, есть (в рукописи: ест) ли князю и (в рукописи было написано или, затем слог ли зачеркнут) мирзам с крымским царем ныне ссылка о миру. И будет у них ссылка о миру есть, ино доведыватися (в слове доведыватися буква ы исправлена по ранее написанному) того подлинно, на чом у них слово. Да что отведает, и Андрею то себе записывати да, приехав, сказати царю и великому князю.

И о всем Андрею дело царя и великого князя делати по царя и великого князя наказу и посмотря по тамошнему (в слове тамошнему буква ш исправлена по букве ж) делу, как будет пригоже и как ево /л. 328об./ Бог вразумит. А царя и великого князя о всем без вести не держати, чтоб одноконечно царь и великии князь от него о всяких делех безвестен не был.

Да память Андрею. Нечто, недошед нагаиских улусов, учинитца Ондрею [193] весть про которое дело про крымское или про нагаиское о царя и великого князя украинах или про Казань.

И Андрею часа того с теми вестми прислати ко царю и великому князю татар дву человек или трех, которые с ним того для дела посланы, да и вожа им дати. И отписати с ними ко царю и великому князю о всех тех вестех /л. 329/ подлинно. А будет великое дело, и Ондрею после тех спустя день или два и иных татар послати с теми ж вестми притчи для: любо (слово любо написано по чищенному) первых на дорозе розгоняют и поемлют, ино другие доедут. А в Нагаех будучи, Андрею по тому ж посылати с вестми тех татар, которые с ним на то посланы, чтоб однолично царь и великии князь безвестен не был. И о всем дело царя и великого князя делати по царя и великого князя наказу и посмотря по делу, как будет (слова: делу, как будет исправлены по ранее написанному) пригоже и как ево Бог вразумит. А царя и великого князя о всем без вести не держати.

А нечто у Исмаиля князя будут которые казанские люди беглые или присылкою, и Ондрею говорити Исмаилю князю, чтоб Исмаиль князь /л. 329об./ велел их побити или ему их отдал. То его и правда ко царю и великому князю, что их побьет или выдаст (в слове выдаст буква а исправлена по ранее написанному).

Да память Андрею. Послано с ним к Исмаилю князю денег шестьсот рублев, и Ондрею дати Исмаилю князю триста рублев на первом посолстве явно перед всеми людми, а другую триста рублев, изговоря таиную речь, дати Исмаилю таино. /л. 330/

А се посолство к Баи мирзе суфе с Ыстомою Матюковым.

Говорити от царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии Баи мирзе суфу Истоме Федорову сыну Матюкова.

Царь и великии князь Иван Васильевич всеа Русии тебе, Баи мирзе суфу, велел поклонитися.

А после поклона поминки подати.

А после поминков речь говорити. /л. 330об./

Царь и великии князь велел тебе говорити, прислал еси к нам своего человека Бахтыбердея з грамотою. А в грамоте своеи к нам писал еси, что есте с Ысмаилем князем заодин учинилися и другу ево хотите другом быти, а недругу ево хотите недругом быти. И на наших недругов так же хотите заодин быти, и нам бы к тебе прислати доброво своего человека, с кем бы тебе о наших делех и о своих поговорити. И мы ныне послали к Исмаилю князю своего сына боярского Ондрея Тишкова. А с Ондреем приказали есмя к Исмаилю князю о всех своих делех и о ваших, как меж нас вперед дружбе и доброму делу быти. /л. 331/ А к тебе есмя послали своего сына боярсково Истому Федорова сына Матюкова. А какове меж нас с Ысмаилем князем и с вами [194] дружбе быти, и мы тому с своим послом с Ондрееем послали к Исмаилю князю шертную запись. И ты б на тои шертнои записи с Ысмаилем князем и с Арыслан мирзою и со всеми своими детми и с племянники правду к нам крепкую учинили.

И учиня правду, к тои шертнои (в рукописи: шертои) записи и печати свои приложили. Да ту б есте шертную запись дали нашему послу Ондрею Тишкову. И тех бы есте наших послов Ондрея и Истому отпустили к нам, не издержав. А с ними вместе прислали бы есте к нам своих послов добрых людей и с Ондреем и с Ыстомою и с своими послы приказали бы есте /л. 331об./ к нам о всех наших делех и о своих, как меж нас вперед дружбе и доброму делу быти и как нам над своими недруги промышляти.

Память Истоме Федорову сыну Матюкову. Молвити ему от царя и великого князя ся речь Баи мирзе наодине, а сослатися с ним его человеком, которым пригоже.

Царь и великии князь велел тебе говорити. Писал еси к нам о астараханском деле, что /л. 332/ Дербыш царь нам и вам изменил и з беглыми мирзами и казаки сложился заодин. И нам бы его за ту измену послати рать своя, и мы, ож Бог даст, на весне посылаем на него рать свою, в головах Ивана Черемисинова да Михаила Колупаева, со многими людми и велим им над Дербышем царем промыслити, как будет возможно, и тебе бы то было ведома.

Память Истоме Федорову сыну /л. 332об./ Матюкову (в слове Матюкову буква к исправлена по ранее написанному). Как, ож Бог даст, придет Истома в Нагаи к Баи мирзе суфе, и кого Баи мирза пришлет к нему встречю, а велит ему подворье указати, и корм ему от Баи мирзы привезут, и Истоме тому дати что пригоже: шуба белья легка или однорядка, а не в пошлину. А в пошлину Истоме никому никак ничево не дати. А хто ему двор укажет, а корму не явит, и ему тому человеку не давати ничево.

А как велит ему Баи мирза быти у себя и кого по него пришлет, и Истоме тому человеку не давати ничево. А как поидет к Баи мирзе, и хто у него станет каких пошлин просити, и ему пошлин не давати никаких. /л. 333/

А говорити ему: прислал к государю нашему Баи мирзе своего посла Бахтыбердея, а писал к государю нашему, чтоб государь наш к Баи мирзе дружбы для прислал к нему доброво своево человека. И государь наш для дружбы и крепкие правды послал меня к Баи мирзе, и мне ныне какая пошлина давати? А от государя нашего х которым царем, к его братье, послы ходят, ино и там пошлин никаких нет. И мне здесе какие пошлины давати? Да в пошлину Истоме (слово Истоме написано по чищенному) однолично ничево никому не (слово не исправлено по ранее написанному) давати. А нечто батог покинут да учнут [195] пошлин просити у батога, и Истоме пошлин никак не давати (в слове давати первая а исправлена по ранее написанному). А у двереи учнут просити пошлины, ино не давати же. И нечто не пустят к Баи мирзе, ино и прочь поити, /л. 333об./ а пошлины никак не давати. А опричь того, хто Истому чем почтит, и Истоме тому дати что пригоже, а не в пошлину. А в пошлину Истоме не давати ничего. А велит ему Баи мирза ити прямо к себе, и зацепки ему никоторые не учинят, и о пошлинах ему не учнут говорити, и Истоме ити прямо к Баи мирзе. И от царя и великого князя ему поклон правити и поминки подати. И речь говорити по записи по царя и великого князя наказу.

А нечто Баи мирза или иные которые мирзы учнут говорити, чтоб царь и великии князь казаком на Волге стояти не велел и улусов /л. 334/ бы их красти и грабити не велел.

И (в рукописи союз и отсутствует) Истоме говорити: государь наш, господине, заповедь великую казаком учинил, чтоб улусом вашим лиха никак не делали. А которые казаки воровали, послов и гостеи грабили, и лошеди у вас в улусех крали и людеи били, и государь тех казаков казнил. А ныне государь по вашему челобитью на Волгу по перевозом велел стояти многим казаком и беречи велел накрепко, чтоб мирз казаков на вашу сторону не перепустили.

А учнет Баи мирза говорити, чтоб им ити на Крым со царем и великим князем заодин. /л. 334об./

И Истоме говорити: о том, господине, себе помыслите крепко, дву государств всем людем возможно ли ити вместе без брани? С государем нашим поидет всякие рати до четырехсот тысяч, а с вами также поидут люди многие. И таким ратем великим как возможно будет прокормитися? А Крым место невеликое, яз сам гораздо знаю. Наша мысль: государь наш поидет, ино вы детеи своих пошлите, а с ними тысяч десеть или сколко пригоже. А вы поидете, ино государь наш с вами пищалников и казаков пошлет, сколко пригоже. А вы, господине, что приговорите и со мною прикажете, и яз то до государя своего донесу. И как будет о том /л. 335/ государя нашего мысль, и государь наш вам о том свою мысль прикажет. Да за то Истоме никак не иматися, что нагаем ити всем вместе со царем и великим князем.

А учнет Баи мирза говорити о астараханском деле, и Истоме говорити наодине таино, что на Астарахань одноконечно царь и великии князь рать свою князя для (далее на строке зачеркнуто слово послал) и их для посылает в головах Ивана Черемисинова да Михаила Колупаева. А наказ тем воеводам учинил государь перед ними, велел им Дербыша царя за его измену (в слове измену буква м исправлена по ранее написанному) убити, а астараханских людей розогнати и в Астарахани велел жити /л. 335об./ тем воеводам со многими людми. И велел им ваших улусов беречи накрепко, и мирз, и казаков на вашу сторону перепускати не велел. И о всяких делех велел к вам из Астарахани вести посылати. А вы б, господине, от себя всякие вести посылали в Астарахань к государя нашего воеводам. [196]

А будучи Истоме у Баи мирзы, розведывати себе таино, как Баи мирза живет с Ысмаилем князем и как они живут с крымским.

А нечто Баи мирза и иные мирзы похотят ити ратью /л. 336/ на царя и великого князя (пропущено слово украины ?), и Истоме о том царя и великого князя без вести не держати. А послати с теми вестьми татарина служилово да вожа, которые с ним посланы. А нелзе будет татарина послати, ино послати полоненика, добыв. А одноконечно царя и великого князя без вести не учинити.

А нечто поидет крымскои царь к Астарахани, и ведомо то будет в Нагаех, и Истоме говорити, чтоб Баи мирза на крымсково сам пошел и искал бы над ним, как пригоже. А в Астарахань бы к Дербышу царю и к царя и великого князя сыну боярскому к Ивану Черемисинову весть послал, чтоб жил бережно. /л. 336об./

Да память Истоме. Будучи ему в Нагаех, пытати себе таино, есть (в рукописи: ест) ли князю и мирзам с крымским царем ныне (слово ныне написано над строкой) ссылка о миру. И будет у них ссылка о миру есть, ино доведыватися того подлинно, на чом у них слово. Да что отведает, и Истоме то себе записывати да, приехав, сказати царю и великому князю.

И о всем Истоме дело царя и великого князя делати по царя и великого князя наказу и посмотря по тамошнему делу, как будет пригоже и как ево Бог вразумит. А царя и великого князя о всем без вести не держати, чтоб однолично царь и великии князь от него о всяких /л. 337/ делех безвестен не был.

Да память Истоме. Нечто, недошед нагаиских улусов, учинятца Истоме вести про которое дело про крымское или про нагаиское о царя и великого князя украинах или про Казань.

И Истоме часа того с теми вестми прислати ко царю и великому князю татар дву человек или трех, которые с ним того для дела посланы, да и вожа (в рукописи: важа) им дати. И отписати с ними ко царю и великому князю о всех тех вестех (в слове вестех буквы тех исправлены по ранее написанному) подлинно. А будет великое дело, и Истоме после тех спустя день или два и иных татар послати с теми ж вестми притчи для: любо первых на дорозе (в слове дорозе буква д исправлена по букве р) розгоняют /л. 337об./ и поемлют, ино другие доедут. А в Нагаех будучи, Истоме по тому ж посылати с вестми тех татар, которые с ним на то посланы, чтоб однолично царь и великии князь безвестен не был. И о всем дело царя и великого князя делати по царя и великого князя наказу и смотря по делу, как будет пригоже и как его Бог вразумит. А царя и великого князя о всем без вести не держати.

А нечто у Баи мирзы будут которые казанские люди беглые или присылкою, [197] и Истоме говорити, чтоб Баи мирза велел их побити или ему их отдал, то его и правда ко царю и вели/л. 338/кому князю, что их побьет (в рукописи: побюет) или выдасть (слова: побьет или выдаст написаны по чищенному).

А се посолство Арслан мирзе з Григорьем Велиным.
Говорити от царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии Арслан мирзе Григорью Велину сыну Головина.

Царь и великии князь Иван Васильевич всеа Русии тебе, Арслан мирзе, велел поклонитися.

А после поклона поминки подати. /л. 338об./

А после поминков речь говорити.

Царь и великии князь велел тебе говорити. Прислал еси к нам своего человека Кулчана з грамотою. А в грамоте своеи к нам писал еси, что есте с Ысмаилем князем заодин учинилися и другу его хотите другом быти, а недругу его хотите недругом (в слове недругом буква у исправлена по букве о) быти. И на наших недругов хотите заодин быти (слово быти написано по чищенному), и нам бы к тебе прислати доброво своего человека, с кем бы тебе о наших делех и о своих поговорити. И мы ныне послали к Исмаилю князю своего сына боярского Ондрея Тишкова, а с Ондреем приказали есмя к Исмаилю князю о всех своих делех и о ваших, как меж /л. 339/ нас вперед дружбе и доброму делу быти. А к тебе есмя послали своего сына боярского Григорья Велина. А какове меж нас с Ысмаилем князем и с вами дружбе быти, и мы тому с своим послом с Ондреем послали к Исмаилю князю шертную запись. И ты б на тои шертнои записи с Ысмаилем князем и з Баи мирзою и со всеми своими детми и с племянники правду к нам крепкую учинили. И, учиня правду, к тои шертнои (слово шертнои написано по чищенному) записи и печати свои приложили. Да ту б есте шертную запись дали нашему послу Ондрею Тишкову и тех бы есте наших послов, Ондрея и Григорья, отпустили к нам, не издержав. А с ними вместе прислали б есте к нам своих послов добрых людеи и с Ондреем и з Григорьем и с своими послы приказали б /л. 339об./ есте к нам о всех наших делех и о своих, как меж нас вперед дружбе и доброму делу быти и как нам над своими недруги промышляти.

Царь и великии князь велел тебе говорити. Писал еси к нам о животех, что покинули твои люди за Камою, и мы тех животов, сыскав, послали к тебе наперед сего с твоим человеком с Кулчаном шестьдесят рублев. А ныне есмя послали к тебе тех животов с своим послом з Григорьем Велиным двесте рублев. И ты б нашу дружбу к себе паметовал.

Да те денги двесте рублев Арслан мирзе отдати. /л. 340/ [198]

Память Григорью Велину. Молвити ему от царя и великого князя ся речь Арслан мирзе наодине. А сослатися с ним Кулчаном (в рукописи: Кулчано) или иным его ближним человеком.

Царь и великии князь велел тебе говорити: писал еси к нам о астараханском деле, что Дербыш царь нам и вам изменил и з беглыми мирзами казаки сложился заодин, и нам бы за ту его измену послати на него рать своя. И мы, ож Бог даст, на весне посылаем на него рать свою, в головах Ивана Черемисинова да Михаила Колупаева, со многими людми и велим им над Дербышем царем промыслити (в слове промыслити буквы слыти исправлены по чищенному), как будет возможно, и тобе бы то было ведомо. /л. 340об./

А память наказная Григорью дана такова.
Память Григорью Велину сыну Головина (в слове Головина буква а исправлена по букве у). Как, ож Бог даст, придет Григореи в Нагаи к Арслан мирзе, и кого Арслан мирза пришлет к нему встречю, а велит ему подворье указати, и корм ему от Арслан мирзы привезут, и Григорью тому дати что пригоже: шуба белья лехка или однорядка, а не в пошлину. А в пошлину Григорью никому никак ничево не дати. А кто ему двор укажет, а корму не явит, и ему тому человеку не давати ничего. А как велит ему Арслан мирза быти у себя и кого по него пришлет, и Григорью тому человеку не давати /л. 341/ ничего. А как поидет к Арслан мирзе, и кто у него станет каких пошлин просити, и ему пошлин не давати никаких.

А говорити ему: прислал к государю нашему Арслан мирза своего посла Кулчана, а писал к государю нашему, чтоб государь наш дружбы для прислал к нему доброво своего человека. И государь наш дружбы для и крепкие правды послал меня к Арслан мирзе, и мне ныне какая пошлина давати? А от государя нашего х которым царем, к его братьям, послы ходят, ино и там пошлин никаких нет. И мне здесе какие пошлины давати? Да в пошлину Григорью (слово Григорью написано по чищенному) однолично ничего никому не давати. А нечто батог покинут да учнут пошлин просити /л. 341об./ у батога, и Григорью пошлин никак не давати. А у двереи учнут просити пошлин, ино не давати ж. И нечто его не пустят к Арслан мирзе, ино и прочь поити, а пошлин никак не давати. А опричь тово, хто Григорья чем почтит, и Григорью тому за его добро дати что пригоже, а не в пошлину. А в пошлину Григорью не давати ничего.

А велит ему Арслан мирза ити прямо к себе, и зацепки ему никоторые не учинят, и о пошлинах ему не учнут говорити, и Григорью ити прямо к Арслан мирзе и от царя и великого князя ему поклон правити и поминки подати. И речь говорити по записи по царя и великого князя наказу. Да денги животинные двесте рублев /л. 342/ (в рукописи в начале строки зачеркнуто слово дати) Арслану дати.

А нечто Арслан мирза или иные которые мирзы учнут говорити, чтоб царь и [199] великии князь казаком на Волге стояти не велел(слова: не велел исправлены по ранее написанному) и улусов бы их красти и грабити не велел.

И Григорью говорити: государь наш, господине, заповедь великую казаком учинил, чтоб улусом вашим лиха никак не делати. А которые казаки воровали, послов и гостеи грабили, и лошеди у вас в улусех крали и людеи били, и государь тех казаков казнил. А ныне государь по вашему /л. 342об./ челобитью на Волге по перевозом велел стояти многим казаком и беречи велел накрепко, чтоб мирз казаков на вашу сторону не перепустили.

А учнет Арслан говорити, чтоб им ити на Крым со царем и великим князем заодин.

И Григорью говорити: о том, господине, помыслите крепко, дву государств всем людем возможно ли ити вместе без брани? С государем нашим поидет всякие рати до четырехсот тысяч, а с вами также поидут люди многие. И таким ратем великим как возможно будет про/л. 343/кормитися? А Крым — место невеликое, яз сам гораздо знаю. Наша (в рукописи: наш) мысль: государь наш поидет, ино вы детеи своих пошлите, а с ними тысяч десеть или сколко пригоже. А вы поидете, ино государь наш с вами пищалников и казаков пошлет, сколко пригоже. А вы, господине, что приговорите и со мною прикажете, и яз то до государя своего донесу. И как будет государя нашего мысль, и государь наш вам о том свою мысль прикажет. Да за то Григорью никак не иматися, что нагаем ити всем вместе со царем и великим князем.

А учнет Арслан мирза говорити о астараханском деле. /л. 343об./

И Григорью ему говорити наодине таино, что на Астарахань одноконечно царь и великии князь рать свою князя для и их для посылает в головах Ивана Черемисинова да Михаила Колупаева. А наказ тем воеводам учинил государь перед ними, велел им Дербыша царя за его измену убити, а астараханских людеи розогнати и в Астарахани велел жити тем воеводам со многими людми и велел им ваших улусов беречи накрепко и мирз казаков на вашу сторону перепускати не велел. И о всяких делех велел к вам из Астарахани вести посылати. А вы б, господине, от себя всякие вести посылали в Астарахань к государя нашего воеводам. /л. 344/

А нечто учнет Арслан мирза говорити, что он писал ко царю и великому князю о стрелцех, и царь и великии князь стрелцов ему не прислал.

И Григорью говорити: государь наш, господине, стрелцов к тебе не послал потому, что ныне кочюешь у князя назади и тебе беречись не от кого, и государь ныне послал стрелцов ко князю. А приказал князю будет вам стрелцы надобе х которому делу, и государь вам велел стрелцов давати князю.

А будучи Григорью у Арслан мирзы, розведывати себе таино, как Арслан живет с Ысмаилем князем и как они живут с крымским. /л. 344об./

А нечто Арслан мирза и иные мирзы похотят ити ратью на царя и великого князя, и Григорью о том царя и великого князя без вести не держати. [200] А послати с теми вестми татарина служилово да вожа, которые с ним посланы. А нелзе будет татарина послати, ино послати полоненика, добыв. А одноконечно царя и великого князя без вести не держати.

А нечто поидет крымскои царь к Астарахани (в слове Астарахани вторая а исправлена по ранее написанному), и ведомо будет в Нагаех, и Григорью говорити, чтоб Арслан мирза на крымсково сам пошол и искал бы над ним дела, как при/л. 345/гоже. А в Астарахань бы г Дербышу царю и к царя и великого князя сыну боярскому к Ивану Черемисинову весть послал, чтоб жили бережно.

Да память Григорью. Будучи ему в Нагаех, пытати себе таино, есть (в рукописи: ест) ли князю и мирзам с крымским царем ныне ссылка о миру. И будет у них ссылка о миру есть, ино доведыватися того подлинно, на чом у них слово. Да что отведает, и Григорью себе записывати да, приехав, сказати царю и великому князю.

И о всем Григорью дело царя и великого князя делати /л. 345об./ по царя и великого князя наказу и посмотря по тамошнему делу, как будет пригоже и как его Бог вразумит.

А царя и великого князя о всем без вести не держати, чтоб однолично царь и великии князь от него о всяких делех безвестен не был.

Да память Григорью. Нечто, недошед нагаиских улусов, учинитца Григорью весть про которое дело про крымское или про нагаиское о царя и великого князя украинах или про Казань.

И Григорью часа того с теми вестми прислати ко царю и великому князю татар дву человек /л. 346/ или трех, которые с ним того для дела посланы, да и вожа им дати. И отписати с ними ко царю и великому князю о всех тех вестех подлинно. А будет великое дело, и Григорью после тех спустя день или два и иных татар послати с теми ж вестми притчи для: любо первых на дорозе розгоняют и поемлют, ино другие доедут. А в Нагаех будучи, Григорью по тому ж посылати с вестми тех татар, которые с ним на то посланы, чтоб однолично царь и великии князь безвестен не был. И о всем дело царя и великого князя делати по царя и великого князя наказу и посмотря по делу, как будет пригоже и как его (слово его исправлено по ранее написанному) Бог вразумит. А царя и великого князя о всем без вести не держати. /л. 346об./

А нечто у Арслан мирзы будут которые казанские люди беглые или присылкою, и Григорью говорити Арслан мирзе, чтоб Арслан мирза велел их побити или ему их отдал. То его (слово его написано по чищенному) и правда ко царю и великому князю, что их побьет или выдаст.

А се грамота к Би мирзе с служилым татарином з Девлетхозею Усеиновым.
Божиею милостию от царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии [201] Би мирзе слово то. Прислал еси к нам своего человека Девлетхозю з грамотою (слова: з грамотою написаны по чищенному). А в грамоте своеи к нам писал еси, /л. 347/ что из Исмаилева княжова слова не выступите. Хто Исмаилю князю друг, тот и вам друг, а хто нам недруг, тот и вам недруг. И нам бы вам ныне на ваших недругов пособь учинити, а вы на нашего недруга на крымсково хотите нам пособь делати. А Дербышевы царевы дружбы нам и вам не осталося, и нам бы Астарахань у Дербыша царя взяти (в слове взяти буквы ти исправлены по букве в), а на том бы месте город поставити. И мы как преже сего свое слово молвили на недругов ваших вам пособляти, так и ныне на ваших недругов вам помочь учинити хотим, сколко нам Бог поможет. А от Дербыша царя за его неправду себе и вам оборонь учинити хотим. А приказал есми к тебе о том деле подлинно с своим казаком з Девлетхозею Усеиновым, как тому делу /л. 347об./ быти. И ты, Девлетхозю (в рукописи: Девлехозю, буква ю исправлена по букве я) о всем выпрося, уведаи (в слове уведаи буква у исправлена по букве с). Да сказывали нам, что матери вашеи животину покинули были ваши люди с Ысмаилевою животиною, не (слово не исправлено по ранее написанному) дошед Казани, а не приказали ее никому. И мы того сыскали. И что есмя могли сыскати, тое есмя послали ко князю и к Арслан мирзе. А по твоему послу Девлетхозе тех денег велели есмя дати на Москве сорок рублев. А ныне тех же матери твоеи денег послали есмя к тебе сто рублев, и ты б те денги матери своеи отдал. И нашу бы есте дружбу к себе паметовали. Да послал есми ко князю запись шертную, какове вашеи правде к нам при/л. 348/гоже быти. И вы б, со князем содиначася, на тои записи к нам правду учинили со всею своею братьею и з детми. И учините на тои записи правду, ино то ваша дружба к нам явна будет по тому и все свои дела учнем делати заодин. Писана на Москве лета 7064-го (в порядковом номере года буква «кси», обозначающая цифру 60, исправлена по ранее написанному) февраля 176.

А се грамота к Магмет мирзе.
Божиею милостию от царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии слово (слово слово написано над строкой) Магмет мирзе. Прислал еси к нам своего человека Бахметалея з грамотою. А в грамоте своеи к нам писал еси, /л. 348об./ что с отцом твоим Исмаилем князем в дружбе крепкои учинилися есмя. И нам бы тебя жаловати, в дружбе держати. И астараханским бы делом промыслити, а крымсково б нам воевати велети. И мы как преже сего с отцом твоим в дружбе учинилися, так и ныне на тои дружбе стоим. И тебя (в слове тебя буква т исправлена по букве о) жаловати, в дружбе с собою держати хотим. А о астараханском деле и о крымском деле приказывали есмя к отцу твоему с своим послом с Ондреем Тишковым, как астараханскому (в слове астараханскому вторая с исправлена по букве с же) и крымскому делу [202] делатися, и ты о том, вспрося отца своего и нашего посла Ондрея, уведаи. Да послал есми к отцу твоему шертную запись с послом (в слове послом буква п исправлена по букве о) своим, /л. 349/ с Ондреем, какове дружбе меж нами пригоже быти. И ты б с отцом своим Исмаилем князем и со всею своею братьею и з детми на тои записи нам правду учинили и печати свои х тои записи приложили. И ту запись дали послу нашему Ондрею. Да по тои бы есте записи нам и правили. А что писал к нам отец твои Исмаиль князь, что люди ево, недошед Казани, покинули животы ево, и мы те животы посылали сыскивати и сколко могли, столко сыскали есмя. И послали есмя тех животов к отцу твоему триста рублев с своим послом с Ондреем, а к тебе есмя послали тех животов сто рублев с своим же послом с Ондреем. И ты б те денги сто рублев у нашего посла у Ондрея себе взял. И нашу б есте дружбу к себе паметовали (в слове паметовали буква е исправлена по ранее написанному) /л. 349об./ и на всех наших недругов были с нами заодин по тому ж, как и мы над вашими недруги промышляем. Писана на Москве лета 7064-го февраля месяца.

А се грамота к Юваш мирзе.
Божиею милостию от царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии слово Юваш мирзе. Прислал еси к нам своего человека Алтычюка имилдеша з грамотою. А в грамоте своеи к нам писал еси, чтоб нам тебя в дружбе с собою учинити. А которые нам /л. 350/ недрузи ни есть во всех странах, те и вам недрузи. А нам бы, как пригоже (слово пригоже исправлено по ранее написанному преже), так (слово так написано над строкой) ваши (в слове ваши буквы ва написаны по чищенному) дела делати. И мы, как учинили дружбу свою со князем и с твоим отцом и з дядями твоими, так и ныне на своем слове стоим и над вашими недруги по своему слову недружбу доводим, сколко нам мочно. А вы бы по тому ж нашим недругом недружбу доводили, как вам мочно. А о которых о ваших недругех приказывал к нам князь (слово князь написано над строкой) с своим послом, и мы о тех о всех делех приказали ко князю с своим послом с Ондреем, как тем делом быти. И ты о том о всем князя вспрося, и нашего посла Ондрея о том уведаи да по тому бы есте те дела и делали, как есмя ко князю приказывали с своим послом с Ондреем. Писана на Москве лета 7064-го февраля месяца. /л. 350об./

Того ж году декабря 5. Прислал ко царю и великому князю ис Казани боярин и воевода князь Петр Иванович Шуиской с таварищи нагаиских послов Исмаилева посла Баитерека с таварищи, трех человек. А писал, что они пришли в Казань ноября. А всех послов и гостей 1500 человек, а лошадей с ними 20000, а овец 20300 овец. И гостем всем велели торговати в Казани, а Баитерека с таварищи, 3-х человек, отпустили к Москве ноября ж. [203]

И царь и великии князь велел Баитерека с таварищи поставити на Нагаиском дворе и корм им велел давати по указу. /л. 351/

И декабря 8 в неделю велел царь и великии князь Баитереку с таварищи быти на дворе.

И того дни Баитерек с таварищи на дворе были. А царь и великии князь сидел в Столовой избе в брусянои. А как Баитерек с таварищи вошли в ызбу, и явил их царю и великому князю челом ударити казначеи Хозяин (в слове Хозяин буква и исправлена по ранее написанному) Тютин.

И царь и великии князь звал Баитерека с таварищи карашеватца. И Баитерек с таварищи, быв у карашеванья, отшед, став на коленях, правили (в слове правили буква и исправлена по букве ъ) царю и великому князю от Исмаиля князя челобитье, да подали грамоты.

И царь и великии князь велел у них грамоты взяти дьяку своему Ивану Михайлову. (Фраза написана убористо). /л. 351об./ А Баитерека с таварищи звал ести.

И того дни нагаиские послы Баитерек с таварищи у царя и великого князя ели. А стол был в Столовой избе в брусянои.

А се грамота Исмаилева княжая с его послом з Баитереком да с Тинишом.
Всево хрестьянства государю (в слове государю буква ю исправлена по букве ь) сыну моему белому князю беспрестани счастливого от Исмаиля князя многом много поклон. Мы поздорову есмя. А и ты (в слове ты буква ы исправлена по букве о) бы на многие лета безчислены (в слове безчислены буква ы исправлена по букве о) времена здоров был, даи Боже. После слово то. Толко меня отцом и братом /л. 352/ назовешь, как лед проидет, Астарахань возми того для, что Дервишевы царевы к тобе и к нам дружбы не осталося. С Крымом в дружбе и в братстве учинился и посла послал, Чегирем зовут, паробка своего. А и с мирзами, которые казакуют (в слове казакуют слог ку исправлен по ранее написанному), ротью и шертью уверився, другом учинився живут. А будет с тем боярином приказ твои таков, которово ныне еси прислал, что ему с теми мирзами, которые ныне живут, здружитися, а с нами б в недружбе быти и с Крымом в дружбе велишь быти — и ты роту нашу и слово наше, на чом есмя молвили, нам поступися — откажи. Взмолвишь же, что ты тово не молвил, и ты на весне рать свою пришли и Астарахань возми. А взмолвишь же, что Астарахани без царя и без татар быти нелзе, /л. 352об./ и ты Каибуллу царевича, царем учинив, одново отпусти. А похочешь татар, ино татар мы добудем, татарове от нас буди. О сем слове на сеи зиме на ртах с одним татарином к боярину тутошнему весть прикажи. Толко меня отцом назовешь, и как Астарахань возмешь, и ты в Астарахани одново своего холопа уставь. А на Переволоке город поставь да одново ж холопа своево уставь. А на [204] Иргызе город жо поставь, да и там жо город жо поставь (так в рукописи, имеет место повтор), да и там (в слове там буква а исправлена по ранее написанному) одново холопа своего уставь. Верь тому, что царь с теми мирзами, которые от нас отъехали, и с Крымом содиначился. А учинишь над Астараханью по нашему хотенью, и нам Крыма воевати. Верь /л. 353/ тому, в том нашем слове лжи нет. Здоровья твоего отведати имилдеша своево Тиниш баатыря послал есми. Ещо белому царю слово то. Тех бы наших людеи, которые ныне (слово ныне исправлено по ранее написанному) пошли, отпустили санным путем до Казани. А ис Казани поидут на конех. Сыну моему белому царю поклон: Бавбек суфин сын, Кулмагметем зовут, попал в руки князю Юрью (в слове Юрью первая ю исправлена по ранее написанному) чтоб ево, взяв, дал Тинишу князю и отпустил с ним (слова с ним исправлены по ранее написанному). И толко похочешь Астарахань взять, и ты многую свою рать по леду на санех х Казани отпусти. А там бы в суды сели. И толко так не учинишь, и они на лето пристанут х Крыму. И после тово и тово лихо будет (слово будет исправлено по ранее написанному). Так бы еси ведал(слово ведал написано по стертому будет). /л. 353об./

Декабря 22. Приговорил царь и великии князь Исмаилева человека Баитерека с таварищи отпустити в Нагаи. А с ними вместе велел послати к Исмаилю князю з грамотою (в слове грамотою вторая о исправлена по букве у) станицу служилых татар Тафкея Тимеева с таварищи. А отписати велел о Дербыше царе и о астараханском деле.

Генваря 12 в неделю велел царь и великии князь Исмаилеву человеку Баитереку с таварищи быти на дворе.

И того дни Баитерек с таварищи на дворе были.

А как Баитерек с таварищи вошли в ызбу, и явил их царю и великому князю челом ударити казначеи Федор /л. 354/ Сукин.

И царь и великии князь молыл: Баитерек, отпускаем тебя к твоему (в слове твоему буква т исправлена по букве и) государю к Исмаилю князю. А с тобою вместе посылаем к другу своему к Исмаилю князю з грамотою своих казаков Тафкея Тимеева с таварищи. А писали есмя к Исмаилю о всех (слово всех исправлено по чищенному) своих делех, как меж нас вперед дружбе и доброму (союз и, и в слове доброму буквы доб исправлены по чищенному) делу быти. Да звал Баитерека с таварищи ести.

И того дни Баитерек с таварищи у царя и великого князя ели. А стол был в Столовой избе в брусянои. А после стола царь и великии князь подал Баитереку с таварищи по ковшу меду и отпустил их в Нагаи того ж дни. А служилых татар [205] Тафкея Темеева с таварищи (далее в рукописи пропущено слово отпустил) того ж дни. А приказал с ними /л. 354об./ к Исмаилю (в слове Исмаилю буква а исправлена по ранее написанному) князю поклон.

И поехали Баитерек с таварищи и служилые татарове Тафкеи Тимеев с таварищи с Москвы генваря 24 в пятницу.

А се грамота к Исмаилю князю с Тафкеем Тимеевым с таварищи.
Божиею милостию от царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии другу моему Исмаилю князю слово то. Прислал еси к нам свою шертную грамоту с нашими казаки з Девлетхозею Усеиновым с таварищи, на которои еси грамоте шерть нам учинил с своими /л. 355/ племянники и з детми, что другу нашему другом быти, а недругу нашему недругом быти. И твоя нам правда совершена учинилася, и вперед бы еси ис тово своево слова не выступал.

А мы по тому ж на всяково недруга хотим заодин быти и из своего слова никак не выступим. А что еси писал к нам з Баитереком о Дербышеве цареве (в слове цареве первая е исправлена по ранее написанному) неправде, что с Крымом в дружбе учинился, а с мирзами казаки шертью уверился. И нам твоею грамотою вся его неправда явна учинилася. А наши дети боярские Петр Тургенев да Григореи Кафтырев, будучи в Астарахани, ево неправду видя, нам сказывали ж, как Казбулата царевича к себе было взял, и как с Крымом уверился, и как мирз казаков на тебя перевез и тебе недружбу делал 177. И мы за те ево /л. 355об./ за все неправды по твоеи мысли одноконечно сею весною с крою вместе хотим зделати, пошлем на то дело доброво своего человека со многою ратью и велим то дело делати, сколко нам Бог поможт. Да и того велим беречи накрепко, чтоб мирз казаков на вашу сторону не перепускали. А промышляли б над ними на перевозех, как возможно. И нечто, Бог даст, наше дело над нашим недругом и над твоим зделаетца, и пришлет к тебе с тою вестью наш боярин, и ты бы тогды часа того послал в Астарахань для вестеи своих людеи, человек десеть или пятнатцать, и велел им жити у нашего боярина в Астарахани. А мы своему боярину прикажем накрепко, каковы /л. 356/ у него вести ни будут в Астарахани, и мы ему тех твоих людеи велим к тебе посылати со всякими вестьми, чтобы ты о всяких делех безвестен не был. А у тебя каковы вести ни будут, и ты бы тогды в Астарахань нашего боярина без вести не держал. Да говорил нам от тебя Баитерек, чтобы нам к тебе послати сею (в слове сею буква ю исправлена по ранее написанному) зимою стрелцов двесте человек. И мы (в слове мы буква ы исправлена по ранее написанному) были хотели к тебе послати з Баитереком стрелцов. И послы твои Янболдуи с таварищи нам били челом, чтобы нам Баитерековым речам не верити. А послати бы нам к тебе стрелцов своих на весне с ними вместе судном. И грамоту [206] нам твою подали. И в той грамоте твоей (в слове твоей буква е исправлена по ранее написанному) то же писано, чтобы нам стрелцов прислати к тебе судном. И мы по тои твоеи грамоте, Бог даст, /л. 356об./ на весне стрелцов пошлем к тебе с своею ратью вместе, которую пошлем к Астарахани. И как придет наша рать к Астарахани, и ты б тогды тех наших стрелцов, взяв к себе, и держал их у себя и корм им велел давати, чтоб им нужи не было. А как будут тебе не надобны, и ты б их к нам отпустил. Да писал еси (в рукописи: есь) к нам, чтоб на Переволоке город поставити да на Иргызе город же поставити. И мы в тех местех, учиня крепости, велим людем многим стояти и беречи беглых мирз накрепко и тебя о всем без вести не держати. А о крымском деле пошлем к тебе и к твоим племянником своих болших (в слове болших выносная буква х исправлена по букве ж) послов с твоим послом Елболдою вместе. И о том о всем деле /л. 357/ прикажем к тебе подлинно с своими болшими послы. А иные свои речи приказал есми к тебе с твоим человеком Баитереком. И ты о тех наших речах Баитерека гораздо выпроси. А в сеи грамоте есми тех речеи не писал тово для: любо недругу нашему в руки достанетца. Молвя, с прямым своим словом сю свою грамоту к тебе послал есми. А что еси писал к нам о своеи животине, которую пометали за Камою твои люди, и мы, что возмогли, то есмя сыскали и дали тех денег четыреста рублев в руки твоему послу Баитереку. И велели тех денег триста рублев отдати тебе таино, а сто рублев велели есмя отдати тeбе (в слове тебе буква б исправлена по ранее написанному) перед всеми людми. А иные те денги пошлем к вам с своими послы и велим вам отдати перед всеми ж людми, /357об./ чтоб меж вас в том ссоры не было. Да ещо слово (в слове слово буква в исправлена по букве о) наше то: гонца Тафкея Тимеева с таварищи, не издержав, к нам прислал часа того. А с ним бы еси вместе прислал к нам Баитерека ж и о всем бы еси о своем деле отписал к нам подлинно з Баитереком и с нашим гонцом с Тафкеем. А которые люди казанские беглые к вам приедут, или с какими речми хто к вам приедет, и вы б их одноконечно велели побити. А живых не отпускали, то ваша правда и дружба. Писана на Москве лета 7064-го генваря 5 178. /л. 358/ (Начало листа — примерно 4/5 части — без записи).

Того ж году генваря ж 2. Писал ко царю и великому князю из Свияжсково города боярин и воевода князь Василеи Семенович Серебреного и все воеводы, что /л. 358об./ что (так в рукописи) декабря 16 приехали к ним в Свияжскои город от нагаиских послов, от Исмаилева княжово сына от Тинахмет мирзина (в слове мирзина вторая и исправлена по ы) посла от Уразлыя гонец его Аиман, а от Касаева сына Ян мирзина посла от Магмет суфы гонец его Амангилдеи. А всех послов и гостей, и их людей 500 человек, а лошадей с ними 3000. И тех гонцов отпустили к Москве того ж дни. [207]

И царь и великии князь велел послати встречю нагаиских послов Григорья Прокудина.

Генваря 23 Григореи Прокудин сын с нагаискими послы с Уразлыем и с Магмет субою с таварищи к Москве пришел. /л. 359/

И царь и великии князь велел нагаиских послов поставити на Нагаиском дворе и корм им велел давати по указу.

Маия 28 в четверг (в слове четверг буква г исправлена по букве б) царь и великии князь Иван Васильевич всеа Русии по крымским вестем пошел в Серпухов против недруга своего крымского царя.

Июня 20. Писал ко царю и великому князю в Серпухов казначеи Хозяин Тютин, что июня 16 пришли к Москве из Нагаи от Ак мирзы Шихмамаева сына посол его Тлевбердеи с таварищи, 21 человек, а лошадей с ними 98 (буква ч, обозначающая цифру 90, исправлена по ранее написанному), /л. 359об./ а поставити их велел на Нагаиском дворе и корм им велел давати по указу, и торг им велел давати.

Июля 5 в неделю царь и великий князь Иван Васильевич всеа Русии с своего дела из Серпухова к Москве пришел.

Июля 7. Приехали ко царю и великому князю из Нагаи служилые татарове Тафкеи Тимеев с таварищи. А посылан в Нагаи к Исмаилю князю з грамотою. Да с Тафкеем же вместе приехал Исмаилев княжои человек Бекчюра с таварищи, 3 человеки. /л. 360/

И царь и великии князь велел Бекчюру с таварищи поставити на Астараханском дворе и корм им велел давати по указу.

И июля в 8 день в середу велел царь и великии князь Исмаилеву человеку Бекчюре с таварищы и Ак мирзину послу Тлевбердею с таварищы быти на дворе.

И того дни Бекчюра и Тлевбердеи с таварищы на дворе были. А приехав на площадь, ссели с конеи против Арханъила и шли ко царю и великому князю. А царь и великии князь сидел в Золотой полате.

А как Бекчюра и Тлевбердеи с таварищы /л. 360об./ вошли в Золотую полату, и явил их царю и великому князю челом ударити казначеи Хозяин Тютин.

И царь и великии князь звал Бекчюру и Тлевбердея с таварищы карашеватца. И Бекчюра и Тлевбердеи с таварищы, быв у корошеванья, отшед, став [208] на коленях, правили царю и великому князю от Исмаиля князя и от Ак мирзы челобитье, да подали грамоты. И царь и великии князь велел у них грамоты взяти диаку Ивану Михаилову. А Бекчюру и Тлевбердея с таварищы звал ести. И того дни Бекчюра и Тлевбердеи /л. 361/ с таварищы у царя и великого князя ели. А стол был в Золотой полате.

А се грамота Исмаилева княжая с его человеком Бекчюрою.
От Исмаиля князя сыну моему белому царю поклон. Мы поздорову, и ты б здоров был. После слово то. Как меж отечества и сыновства достоино быти, так бы нам учинити, а не отчаися нас за тем, что мы вдаль откочевали. А пришли есмя на то место летовати. Буду сам здоров (в слове здоров буква з исправлена по букве о), и мы будем меж Волги и Яика, аж Бог даст. А на чем есмя наперед того слово молвили, и нам бы того слова не отстати. А правде нашеи знамя то, /л. 361 об./ чтоб на Переволоке и в Астарахани городы (в слове породы буква ы исправлена по ранее написанному) поставил и велел крепко беречи. Отечеству знамя то, что на наши подворья и на самих нас рати находили многие и много животов у нас взяли (слово взяли написано по чищенному). И толко меня отцом назовешь, а сам сыном учинишься, чтоб с Казани городовое наше дал нам дватцать сот рублев 179. То у тебя наше прошенье. Однолично тово нашего прошенья иноко не учини, толко меня отцом назовешь, и ты б за тем меня без вести не держал, что мы откочевали вдаль. А которово есми послал своего человека Бекчюру, и ты его вборзе отпусти, не издержав, на Казань. А яз меж Волги и Яика буду, верь. В том нашем слове лжи нет. Так бы еси ведал. А в Астарахани /л. 362/ одново б дыму не оставил еси. А Поволжье вели накрепко беречи. А в тех бы в дву городех без людеи не было — вели беречи однолично. Однолично мои недруг и тобе недруг, чтоб моего недруга ты воевал, а твоего недруга яз после трех месяц воевати пособлю. Да чтоб прислал самому мне вздевать шубу горлотную с поволокою. Да есть у меня молла, Яхызырем зовут. Толко меня почтишь, и ты посолство его приими. А отец его был у Шиидяка князя, а имя ему было Бучюк молла. А в книгах у тебя есть имя его. Да пришли мне много бумаги и краски, и потали, и шафрану, и олова чистово. Яз Бекчюре душу свою дал, и сын мои Магмет мирза душу свою дал, что мое слово — то Бекчюрино слово, одно все. /л. 362об./ А он человек к твоему и к нашему холопству пригодился. И ты нас для Бекчюру гораздо почти. Идучи на дороге, у (предлог у исправлен по ранее написанному) Бекчюры дватцать конев пропало, и ты б нас для ему то заплати (в рукописи заплатил). Княжое слово, чтоб печать золоту прислал.

А се грамота Магмет мирзы с его человеком Бараком.
От Магмет мирзы белому царю поклон. После слово то. Толко меня старешим [209] братом назовешь, а князя отцом назовешь, у тебя прошенье наше то: Казань даи нам. И мы в Казани человека уставим (в рукописи: уставил), или как з братьею своею розгневаемся, и мы в те дни сами в Казани будем. Так бы еси ведал. На сем свете опричь тебя нашед/л. 363/шего брата у нас нет. Каково дело над нами останется (в слове останется слоги нется исправлены по ранее написанному), и мы в те дни наидем тебя, потому в Казани (слова: в Казани написаны в продолжение строки с выходом на правое поле) юрт прочити хотим, чтоб, пришед, въехати в Казань. А Казань бы была наша, то как бы добро, потому есмя послали просити. Того б еси прошенья нашего иноко не (в слове не буква н исправлена по ранее написанному) учинил меж братеи старешаго и молодшаго знамя братству то. А нас за тем не отчаися, что мы откочевали вдаль(в слове вдаль буква в вставлена позднее, буква ь исправлена по букве е). Толко (в слове толко буквы то исправлены по буквам че) батько и яз будем здоровы, летовати зде будем меж Волги и Яика наборзе, ож Бог даст. А почаяв (в слове почаяв буква я исправлена по букве е) нас вдали, что есмя откочевали вдаль, безвестен про нас не буди. А тово, что ныне (в слове ныне первая н исправлена по букве о) к тебе поехал, Бекчюру баатыря вборзе на Казань отпусти. Толко ты наших недругов повоюешь, и нам твоих недругов после трех месец воевати. Третеи год /л. 363об./ как на нас и на подворья наши находила рать. И животов у нас поимали много. И как будет меж старешего и молодшего брата пригоже быти, и мы столко кун надеемся, однолично б иноко не учинил еси. Здоровья отведати, Бараком зовут, паробка своего послал есми.

А се грамота Арслан мирзина.
От Арслан мирзы белому царю поклон. Мы поздорову. А и ты б на многие лета здоров был. Отец нам и дядя, отец твои — князь, в своеи грамоте что написал, и мое слово то же: з дядею своим со князем умереть и ожить вместе. Толко меня назовешь себе братом, и ты б прислал /л. 364/ мне, что зиме вздевать шубу бархат з золотом на соболех да пансырь доброй и с шеломом, да седло добро. А брат мои белои царь о чом ни молвит, сколко могу, яз на том стою. Здоровья твоего отведати Тягрибердея багатыря послал есми.

А се грамота Ак мирзина с его человеком Тлевбердеем.
Самовы ш Шихмамаевых детеи и ево внучат тритцати мирзам голова Ак мирза челом ударил и тау 180 молвил, чтоб сам ведал да мы б ведали, Бог бы ведал, правда в нас есть. Про здешних твоих недругов слух свои есми (слова: свои есми написаны по чищенному). А другу твоему /л. 364об./ пособник есми, чтоб брат мои про то не усумнелся, что вверх Яика откочевал есми, осеневати и зимовати по Волге. А которые наши полки были от калмаков 181, и тем у нас быти от Волги. Те свои полки емлю, яз [210] жду вести от сево своево человека, вперед их ежжу, а опосле кочюю, доиду до Волги. На Крым и на Астарахань иду воиною, чтоб брат мои белои царь сам ведал, да яз бы ведал, обех нас правду вышнеи Бог ведал бы. В кою пору улусы наши взволновалися, в то время наши люди пошли в Казань, и пришли деи были близко Камы да, пометав животы свои, пошли. Слышел есми, что деи брат собрал (в слове собрал буква л исправлена по ранее написанному) и взял. То правде знамя, чтоб то /л. 365/ прислал. А служилово татарина Белялков (слово Белялков исправлено по ранее написанному) сын, Тлевлеем зовут, посол заблудился ходил. И яз ево, взяв, отпустил. Ещо будет твое дело есть, и яз готов. Чтоб сю грамоту брату моему царю в руки дал, а иному б человеку не дал. Даи, Боже милосердый.

Июля 21. Царь и великии князь нагаиских грамот слушал и приговорил Исмаилева человека Бекчюру и Ак мирзина человека Тлевбердея с таварищи отпустити в Нагаи. А с ними вместе приговорил послати к Исмаилю князю з грамотою станицу служилых татар, в головах Баиберю Тоишева с таварищи (в слове таварищи вторая а исправлена по ранее написанному). И отписати с ними велел о астараханском (в слове астараханском четвертая а исправлена по ранее написанному) деле и о беглых мирзах казакех. /л. 365об./

Июня (по-видимому, следовало написать: июля) 24 велел царь и великии князь Исмаилеву человеку Бекчюре и Ак мирзину послу Тлевбердею с таварищи быти на дворе.

И того дни Исмаилев (в слове Исмаилев слог Ис написан по чищенному) человек Бекчюра и Ак мирзин человек Тлевбердеи с таварищи на дворе были и ели. А стол был в Столовой избе в брусянои.

И отпустил (союз и, и в слове отпустил буква о исправлены по ранее написанному) царь и великии князь Исмаилева (в слове Ысмаилева слог Ыс исправлен по ранее написанному) человека Бекчюру и Ак мирзина посла Тлевбердея и служилых татар Баиберю Тоишева с таварищи в Нагаи того ж дни.

А поехал Бекчюра и Тлевбердеи и Баиберя с таварищи с Москвы августа 3. /л. 366/

А се грамота к Исмаилю князю з Баиберею Тоишевым с таварищи.
От царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии Исмаилю князю слово то. Прислал еси к нам своего человека Бекчюру з грамотою. А в грамоте своеи к нам писал еси, что есмя наперед сего которое слово молвили, и нам бы тово слова не оставити, и Астарахань бы крепко беречи, и тебя бы без вести не держати. И человека бы твоево Бекчюру назад вборзе отпустити. А которые [211] слова Бекчюра ни учнет говорити, и нам бы тому верити. А ты и сын твои Магмет мирза Бекчюре душу дали, и мы Бекчюру о ваших делех выпрашивали и от Бекчюры все есмя /л. 366об./ ваше дело (слово дело написано над строкой) уведали. И которое слово тебе преж сего молыли есмя, по тому слову к Астарахани рать свою и послали есмя. И толко астараханское дело зделаетца (в слове зделаетца буква з исправлена по ранее написанному), и мы своим людем в Астарахани зимовати велели и вперед ее держати крепко хотим. А ныне (в слове ныне буква е исправлена по ранее написанному) дело свое (слово свое написано над строкой) астараханское тебя для велели есмя накрепко делати, как пригоже. И нечто астараханское дело зделаетца, и надобе будет тебе самому жити в Астарахани и жены и дети держати в Астарахани для твоих недругов, и мы Ивану Черемисинову тебя и жены твои и дети велели держати в Астарахани не со многими /л. 367/ людми, как вас возможно прокормити, и беречи есмя вас велели от ваших недругов. А что нам говорили от тебя и от сына твоего от Магмет мирзы твои человек Бекчюра и наш казак Тафкеи Тимеев о казанской пристани. И толко не зделаетца ныне астараханское дело, и вам от меня и в Казани приезд и отъезд повольнои не со многими людми, человек с пятьюдесят или с шестьюдесят, как бы мочно было тех ваших людей в Казани прокормити. А жалованье наше и береженье (слово береженье написано по чищенному) в Казани тебе и твоим детем от нас будет таково, как нашим детям. И дружбы твоей не забудем (в слове забудем слог за вставлен в строку по ранее написанному), доколе Бог даст. А что ныне писал к нам сын твои Магмет мирза, и ты Исмаиль князь в своих грамотах /л. 367об./ многие слова невежливы (возможно прочтение и как невежливые, но буква е в конце просматривается очень слабо), которые (в слове которые буква к исправлена по букве п) нашему государству бесчестны и к дружбе не пристоят 182, и мы на тебя в том подивили и погневалися, зан же тебе наше государство и прежние дела ведомы, как прежние князи нагаиские и мирзы к отцу нашему и к нам писали. И ты б вперед безделных слов не писал, чтобы тем меж нас дружба не рушилася. А писали (в слове писали буква л исправлена по ранее написанному) б есте к нам (в рукописи: на) в грамотах с почестливыми речми, как пригоже нашему государству дружбе на крепость и вперед на прочную любовь. А мы ныне гнев свои отложили тово для, что на тобя от твоих недругов многие (в слове многие буква н исправлена по букве о) кручины зашли. И хотим ныне за прежнюю твою дружбу тебе помогати, сколко нам /л. 368/ Бог поможет. И никак тебя оставити не хотим (в слове хотим буква х вставлена в строку позднее) и до своего живота. Как есмя свое слово молвили, по тому ево и совершити хотим. А что еси писал к нам о шубе о зимовнои и о бумаге, и о олове, и о потали, и о красках, и мы к тебе послали что ся у нас лучило. Да ещо слово наше то. Бил нам челом Шигалеи царь, что брат ево Тахтамыш царевич ис Крыму прибежал к тебе, и [212] нам бы его для Тахтамыша царевича взяти к себе. И мы х Тахтамышу царевичю послали свою грамоту с своими казаки з Баиберею Тоишевым с таварищи. И ты бы Тахтамыша царевича отпустил к нам с нашими казаки. А поехал бы к нам на Казань. А Тахтамыш царевич надобен нам нашего для дела и твоего для дела. /л. 368об./ Иноко бы еси того не учинил. Одноконечно бы еси его вборзе прислал к нам. Писана на Москве лета 7064-го июля месяца.

А се грамота к Магмет мирзе.
От царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии Магмет мирзе слово то. Прислал еси к нам грамоту с своим человеком з Бараком. А в грамоте своеи к нам писал еси многие слова невежливые, которые к дружбе не пристоят и дружбу рушат. И мы были (в слове были буква и исправлена по букве о) за то на то (так в рукописи) на тобя розгневалися да, видя ваши незгоды, гнев свои есмя отложили. /л. 369/ И ты бы вперед непригожих (в слове непригожих буква х написана над строкой по букве я) слов не писал, тем бы еси дружбы и нашего добра к себе не потерял. Ведомо тебе и самому, которых юртов цари, и те у нас братство выпрашивают. И тебе было (слово было написано по чищенному) нам бити челом и просити нашего добра не тем обычаем. Мы, памятуя отца твоего дружбу, преже сего Астарахань взяв, и Дербыша царя вас для на (в слове на буква а исправлена по ранее написанному) неи учинили. И Дербыш царь нам изменил. И мы ныне для отца же твоего и вас для к Астарахани рать свою послали — Ивана Черемисинова с таварищи со многими людми. И нечто астараханское дело зделаетца, и надобно будет отцу вашему (в слове вашему буква е исправлена по букве у) и вам в Астарахани самим жити или жены и дети держати в Астарахани не со многими людми, как бы ему мочно вас прокормити, и беречи есмя ему у вас (так в рукописи) велел от ваших недругов /л. 369об./ накрепко. А что нам говорил от вас ваш человек Бекчюра и наш казак Тафкеи Тимеев (в слове Тимеев буква т исправлена по ранее написанному) о казанской пристани, и толко не зделаетца ныне астараханское дело, и вам от меня в Казани приезд и отъезд поволнои не со многими ж людми, человек с пятьюдесят или шестьюдесят, как бы мочно тех ваших людеи в Казани прокормити. А жалованье наше и береженье в Казани Исмаилю князю и тебе Магмет мирзе и вашим детем (в рукописи: дете) от нас будет таково, как нашим (в слове нашим буква м написана по чищенному) детем. И дружбы вашие не забудем, доколе Бог даст. И хотим вам ныне и вперед помогати, сколко нам Бог поможет, и никак вас отстати не хотим и до своего живота, как есмя свое слово молвили вас беречи, так ево и совершити хотим. /л. 370/ А что еси к нам писал о платье (в слове платье буква а исправлена по ранее написанному) и мы к тебе послали что ся у нас лучило. Да ещо слово наше то. Бил нам челом [213] Шигалеи царь, что брат ево Тахтамыш царевич прибежал ис Крыму к вам, и нам бы для ево Тахтамыша царевича взяти к себе. И мы к отцу твоему к Исмаилю князю писали, чтобы Тахтамыш царевича к нам отпустил (в слове отпустилъ буква х исправлена по ранее написанному) с нашими казаки з Баиберею Тоишевым с таварищи. И ты б отцу своему говорил, чтоб ево вборзе к нам отпустил, иноко б есте тово не учинили. Одноконечно бы есте ево вборзе казанскою дорогою к нам прислали. Писана на Москве лета 7064-го июля месяца.

А се грамота Арслан мирзе. /л. 370об./
От царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии Арслан мирзе слово то. Писал еси к нам, что еси со князем в однои мысли, изо княжово слова не выступаешь. А что князь ни писал в своеи грамоте, и твоя мысль то же. И какову нашему добру быти ко князю и к вам, и мы то все писали подлинно во княжои грамоте. И ты, смотря княжую грамоту, наше (в слове наше буква е исправлена по ранее написанному) добро уведаи. А наше слово иноко не будет, как есмя о добре слово молвили, по тому его и совершити хотим. А что еси писал к нам, что тебе надобе, и мы к тебе послали что ся у нас лучило. Писана на Москве лета 7064-го июля месяца. /л. 371/

А се грамота Ак мирзе.
От царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии Ак мирзе и всеи твоеи братье слово то. Прислал еси к нам з грамотою своево человека Тлевбердея (в слове Тлевбердея буква л исправлена по ранее написанному). А в грамоте своеи к нам писал еси про наших недругов: наш еси слуга (в рукописи: слуг), а другу нашему пособник еси. А ныне откочевал еси далеко (в слове далеко буквы ек исправлены по ранее написанному) кверх Яика. А в осень будешь на Волге, и нам бы вас не отчаятися. А что осенесь (в рукописи: оснесь) ваши люди пошли были х Казани торговати, и пришла им весть, что ваши улусы заволновались. И они, покиня животы (в слове животы буква ы исправлена по ранее написанному) свои у Камы, к вам пошли. И нам бы те животы, собрав, к вам прислати. И мы преже сего, как послышели, что люди ваши животы свои пометали, и мы послали, /л. 371 об./ а велели те животы собрати, и что есмя тех животов собрали, и мы тех животов послали к Исмаилю князю с его человеком з Баитереком сто рублев. А к Арслан мирзе послали есмя тех животов с его человеком с Кулчаном шестьдесят рублев. А к брату твоему к Би мирзе и к вам послали есмя с вашим человеком з Девлетхозею сорок рублев. А после того послали были есмя досталных (в слове досталных буквы ых написаны по чищенному) животов (в слове животов» буквы жи написаны по чищенному) к [214] Исмаилю князю и к сыну его к Магмет мирзе с своим послом с Ондреем с Тишковым. А велели были есмя Исмаилю князю те денги вам роздати. И ваших послов розгоняли беглые мирзы казаки. А нашего посла Ондрея Тишкова со всеми животы взяли, то вам /л. 372/ и самим ведомо. И у нас тех ваших животов не осталось ничево. Писана на Москве лета 7064-го июля месяца.

А се грамота Тахтамышу царевичю з Баиберею ж.
Божиею милостию от царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии слово то Тахтамыш салтану. Присылал к нам бити челом брат наш Шигалеи царь, что ты ему в роду брат ближней и иново ему такова брата близка нет. И нам бы тебя взяти к себе и юртом устроити. И мы ныне послали к тебе своих казаков Баиберю Тоишева с таварищи с сею своею грамотою. А брат наш Шигалеи царь послал к тебе своих казаков Ярлагамыша /л. 372об./ Шаврукова с таварищи с своею грамотою. И ты б, Тахтамыш салтан (в слове салтан буква с написана по стертой букве ц), поехал к нам по сеи нашеи грамоте. А мы тебя в своеи земле юртом добрым устроим и в великои любви себе учиним. И почесть тебе у себя учиним свыше иных царевичев. А которое слово о любви молвили есмя, и то слово иноко не будет. Одноконечно бы еси к нам ехал безо всякого сумненья. А ся тебе наша грамота и опасная. Молвя, крепково для слова печать свою на утверженье к сеи грамоте приложил есми лета 7064-го июля месяца 25. /л. 373/

Лета 7065-го ноября 15 183 прислал ко царю и великому князю ис Темникова Еникеи князь Тенишев нагаиских татар: Исмаилева человека Елума Ерымова да Али мирзина человека Ямгурчея Кошумова (в слове Кошумова первая о исправлена по букве у), да Акмагмет мирзина человека Исмаилева сына (слово сына написано по чищенному) Акказыя Ивашазеева (слово Ивашазеева исправлено по ранее написанному Ивашева), да Тахтар мирзина человека Тату Кудаигулова. А писал, что от Исмаиля князя посол идет Темир Садыков, а от Юнуса мирзы от Юсуфова сына посол его Аллагул Сююндюков, а от Арслан мирзы посол его Текмен, а от Али мирзы посол его Ахкула, а от Белек Булат мирзы посол его Кашабдал, а от Казы мирзы посол его Туларсак и от иных мирз послы. Всех послов и гонцов и гостеи, и их людей 670 человек, а лошадей с ними 7000. /л. 373об./

И царь и великии князь велел нагаиских гонцов поставити на Нагаиском дворе и корм им велел давати по указу.

А против нагаиских послов велел послати встречю Игнатья Заболотцкого да Бориса Зачосломского. [215]

А из Шатцкого города велел с нагаискими послы ити к (предлог к исправлен по ранее написанному) Москве воеводе князю Петру Татеву, а с ним детем боярским (в слове боярским буква б исправлена по букве д) мещеряном всем.

И декабря 4. Князь Петр Татев и Игнатеи Заболотцкои и Борис Зачосломскои с нагаиски/л. 374/ми послы с Темирем с таварищи к Москве пришли.

И царь и великии князь велел нагаиских послов Темиря с таварищи поставити на Астараханском дворе и на хрестьянских дворех и корм послом Темирю с таварищи велел давати по указу и торг им велел дати. А на базаре у них велено быти князю Григорью княж Петрову сыну (в слове сыну буква с исправлена по букве у) Звенигородскому.

Декабря 9. Велел царь и великии князь нагаиским послом Темирю с таварищи быти на дворе.

И того дни нагаиские послы Темир с таварищи на дворе были. А явил их царю и великому князю /л. 374об./ челом ударити казначеи Федор Сукин.

И царь и великии князь звал Темиря с таварищи карашеватца. И Темир с таварищи, быв у корошеванья (в слове корошеванья буква ш исправлена по ранее написанному), отшед, правили царю и великому князю от Исмаиля князя и от мурз челобитье, да подали грамоты.

И царь и великии князь велел у них грамоту взяти диаку своему Ивану Михаилову.

А послов звал ести. И того дни нагаиские послы у царя и великого князя ели. А стол был в Столовой избе в брусянои.

А се грамота Исмаилева княжая с его послом с Темирем. /л. 375/
Всево хрестьянства государю белому царю всегда в сщастье пребывающаго от Исмаиля князя многом много поклон. Мы поздорову есмя. А и ты б на многие лета здоров был. После слово то. Которая дружба во отечестве и в сыновстве, и яз тово и до своего живота сам не забуду, а умру яз сам, ино племянники и дети мои не забудут. И ныне, как будет возможно Крыма воевати, и яз то учиню. И как будет тебе, сколко мочно ево воевать, то ты учинишь — ведаешь ты. А Крыма воевати пригоже так: толко Утегирея царевича нам дашь, а станешь Крыма воевати, и крымские карачеи и князи к нам передадутца, чаем. И то наше слово не ложно. /л. 375об./ Так бы еси ведал. И толко Утегирея царевича дашь нам, и тот миньят на нас положь, что Крым повоюем и возмем. Здоровья отведати карачия своего сына Темиря князя к тобе послал есми. Улусы наши взволновалися, а домы наши воеваны, потому что братья и дети наши нас не слушают. А ныне, племянники и дети все соединачився, узд своих поводы мне дали 184. А которые куны о сесь год к нам послал еси, и то до [216] нас не дошло. И ныне толко столко же кун пришлешь, и те куны, чаю, до нас доидут, потому что племянники и дети все есмя содиначилися, а из моево /л. 376/ слова не выступят. Верь тому. А что у меня пансырь взяли в воине, то и ты сам ведаешь. И ты ко мне пришли пансырь тот, что на Едигере царе взяли. А тот был пансырь мои. Да пришли мне три птицы: кречета да сокола, да ястреба, да олова много, да шафрану много, да красок много, да потали много, да бумаги много, да пятьсот тысяч гвоздеи, да пришли к нам боярина, которои в думе у тебя живет. Того деля: в кою пору с племянники и з детми содиначилися есмя, и нам бы поговорити гораздо. А что нам ис Казани шло годовое сто батман меду да деветь шуб, и ты б то нам велел давати тому боярину, которои в Казани живет. А которые мирзы от отца нашего от великого князя /л. 376об./ породилися, и те мирзы около меня вблизу моево двора ставятца. И те, которых ещо отец мои был собрал, правыя и левыя стороны 185, около ж меня вблизу моево двора ставятца. А моих к ним даров с них не ставитца. И ты по тому и кун пришли. А тому бы еси не верил, что мне с крымским здружитца. И хто меж нас то слово молвит, не верь тому. А что тобе нас чтить, и тому знамя то: которые таиную мысль мою ведают — четырех моих князеи да одново дувана моево посолство прими. Которые князи наперед меня были, при тех то было. Да что которои (далее в строке замазана (?) буква е) в Казани живет Еналеи князь, что яз был послал о сесь год на продажу бархат /л. 377/ золотнои, и он то у себя оставил.

А се грамота Юнус мирзина с его человеком.
Великого и честнеишего превеличаишего во князех, сщастием людеи превосходя и честию, грозна и доброделнаго к людем, великороднаго от Юнюс мирзы всея Руси государю белому князю из далние земли ближнею мыслью многом много поклон. После слово то. Нам Бог дал отца нашего юрт, и мы на своем юрте здоровы живем, а и ты б на отца своего государстве много лет был. А наперед сего есмя от отцов и от дед в своих юртех будучи, о братстве, что меж нас наперед того (слово того написано по чищенному) /л. 377об./ которые наши добрые люди зналися и в послех посылывали и о здоровьях меж себя отведывати, и ныне в кою пору на своих юртех живем, и нам бы к братству мысль приложити и добрыми своими людми о братстве речь говорити. На сем свете нам, Бог даст (над словом даст имеется выносная буква л), счасток и доброе дело будет. После слово то. Что есмя зиму ся с Левонтьем з боярином в Астарахани за то завоевалися есмя, что мы, ходя, отца своего юрта искали. У нас к собе послы выпросил, а и своего посла к нам прислал и братом назвался до того, слова своего запрелся да учал на нас воину затевати, и после того завоевалися и брань ссталася. О том бы еси на мысли сумненья не держал. Похочешь братства, и ты прямо // (л. 378) поверь, мы в таком же в (предлог в вставлен в строку позднее) [217] братстве, которое братство отец наш нашол. А прямому братству твоему знамя то: какова боярина доброво пришлешь к Исмаилю князю, такова добра боярина и к нам пришли. То братству знамя. Так бы еси ведал. А для знамени братственого казака своего доброго человека Аллакул абыза (в слове абыза буква б исправлена по букве л) с тяжелым поклоном с лехким поминком послал есми. А что учнет тебе говорити Аллакул абыз, и ты б ему верил. То наши речи. Молвя, с печатью и с любовью грамоту послал есми.

А се грамота Арслан мирзина с его человеком Текменем.
От благочестнаго силы находца Арслан мирзино /л. 378об./ слово из далние земли ближнею мыслью брату великому князю белому царю многом много поклон. Мы поздорову. А ты б там на многие лета здоров был. Ты нашим недругом недруг (в слове недруг буква у исправлена по ранее написанному), а которые люди тебе недрузи, те и нам недрузи. А меж нас которые люди станут сорити, и ты тому не верь. А и мы, промеж нас которые речи недобрые проидут, не поверим тому, люди чево не говорят. Тобя и нас и вселенную всю сотворил Бог, тому верим. Слову прямому и братству знамя то: боярина доброво пришли. Друзи нам и недрузи есть. И яз тово для, чтобы гораздо поговорити карачея своего Токменя о здоровье вспросити послал есми. Чтобы /л. 379/ князь велики (в рукописи: велики) пожаловал, что в селе в Азееве у Бахтеяра жонка стара, Девлетсалтаною зовут, пожалуешь мне, волен еси. Да в Цареве городке у Янгувата абыза Уста Бегишева дочь, Каракызом зовут, жонка, и тое бы мне пожаловал. Чтобы брат белои царь пожаловал аталыка моего Кыркнемин человек мои есть у Никея (в рукописи: Никея) князя.

А се грамота Али мирзина с его человека (в рукописи:человека) Ахкулою.
Великого и честнеишаго (в слове честнеишаго буквы че вставлены в строку позднее) во князех превеличаишаго, людеи многих счастьем превосходя и честью и грозна и добродетелнаго к людем (слова к людем исправлены по ранее написанному в людех), государского прироженья, родства великого от Али мирзы всево хрестьянства государю белому царю из далние /л. 379об./ земли ближнею мыслью многом много поклон. После слово то. Бог нам дал отца нашего юрта, и мы на своем юрте здоровы есмя. И ты б многие лета и многие времена на отца своего юрте здоров был. От начала отцов наших (слова отцов наших исправлены по ранее написанному отца нашего) времени в кою пору на своих юртех были есмя. И в то время для братства, которые наши добрые карачи знакомы были, и детми их меж себя ссылывалися есмя здоровья отведывати. И ныне в кою пору на своих есмя юртех, и нам бы к братству мысль приложити и добрыми своими людми (в слове людми слог люд написан по чищенному) [218] о братстве речь говорити. Чаел бы, что Бог дал бы нам на сем свете доброе дело и счастье. И после тово слово наше. /л. 380/ Зиму ся, что есмя завоевались в Астарахани с Левонтьем боярином за то, что мы, ходячи, отца своево юрта искали, и он у нас к (предлог к исправлен по ранее написанному) собе выпросил послов наших. А сам к нам своего посла прислал да назвался с нами быти в братстве. Да то свое слово преступил и запрелся да учал с нами ратитися. И после тово, как почался ратить, и мы заратились и розбранились. И ты б в том сумненья не держал. И похошь братства, и ты б в правду поверил, каково братство нашел отец наш, мы в таком же братстве. А с нами тобе прямое братство то: ты из Астарахани боярина своего возми к собе, челом бьем. Да бьем челом о полону, что взяты в Астарахани и в Нагаех. Да о сесь год Ляпун свел дву казаков наших. /л. 380об./ Бьем челом, чтобы еси отдал. Будет тебе Крым ратен, ино мы ево станем воевати. А будет тебе Дервиш царь нелюб, ино Божью милостью мы ево убьем. Братству нашему знамя то: какова доброво боярина к Исмаилю князю пришлешь, к нам такова ж доброво боярина пришли. То нашему братству знамя. Ведал бы еси. Для братственого нашего знамени послал есми к твоим дверем карачия своего сына Аккулу (в слове Аккулу буква л исправлена по ранее написанному) князя. Свою правду приказал есми, и ты свою правду с Аккулуем (в слове Аккулуем буквы а и е исправлены по ранее написанному) прикажи. Однолично пришли боярина. Да бьем челом, что в Казани взята жонка, Аксолтаною зовут, и с ее людми з двема, с трема человеки отдал бы /л. 381/ еси. А она у царя. Молвя, с печатью грамоту написал.

А се грамота Белек Булат мирзина с его человеком Асанаком.
Белек Булат мирзино слово. Даи Боже, державы твоеи и государства (в слове государства последняя буква а исправлена по букве у) умножилось. Белому царю великому князю от многа много с молитвою поклон, молвя. Слово наше то. З дядею своим с Ысмаилем князем, добро поговорив, з болшою своею братьею (в слове братьею буква е исправлена по ранее написанному) и с меншою все есмя Исмаилю князю повинны учинилися. Дядю своего Исмаиля князя, как Идигея князя, князем учинили, а Юнус мирза в головах. Да яз с ним учинились есмя, /л. 381 об./ как Нурадын мирза. Дяде нашему князю достался Яик, Юнус мирзе в головах да мне с ним достался волжское устье. И захочешь толко говорити добро так, как коли дядя наш Исмаиль князь по Волге кочевал, и мы с тобою так же поговорим добро, как дядя наш князь говорил. Началное слово наше то. Буди волжское устье нам даи, Ивана Черемисинова да Михаила к себе в руки возми. Вверх Волги ты живешь, а на усть бы Волги мы жили. И соидешь толко на те наши речи, и сколко ни есть по Волге за братью свою за меншую и за дети Юнус мирза изымался. А яз за своего отца детеи, братью и за племянники и за дети /л. 382/ в том тобе за них имуся, что не станут тебе они лиха чинити. Да и с Крымом тебе лиха не [219] учинили, в том тебе станут помогати. А коли ни буди не такои есми человек, кое б белому царю и великому князю правда моя не дохаживала. Бог един и слово мое одно, на том слове стою. А нынеча толко на се на наше слово соидет брат мои белои царь князь велики, избы наши воеваны, а сами есмя казаки были. Толко его жалованье ко мне будет, что дяде моему князю дает, то бы дал болшому моему брату Юнусу мирзе. А которое еси жалованье свое давал Касаи мирзе, то бы еси мне дал. И толко меня ни во што поставишь, не молвил бы он так, что он, /л. 382об./ собравшися з братью и з детми, что ему не ити на Русь. Да прислал бы еси ко мне доброи пансырь крепкои да шубу под бархатом под золотным пришли, да шубу соболью, да шубу кунью, да шапку лисью черну да однорядку с серебряными пугвицами. Брата своего белово царя спросить (в слове спросить буквы спро исправлены по ранее написанному) з братним с Юнус мирзиным послом да в конь поминка послал паробка своего Асана. Как он назад поедет, и ты бы к нему, прикошевав, доброво боярина отпустил. Покаместа жив буду, не чаял бы тово, что мне с Юнусом мирзою розстатися. Молвя, с печатью грамота писана (слово писана исправлено по ранее написанному) лета 964-го в ысход месяца ноября 186. /л. 383/

А се грамота Аисы мирзина с его человеком Хоземагметем (фраза написана по чищенному).
Порога высочаишего счастливому силы находца (в слове находца последняя буква исправлена по букве у) белому царю от благочестнаго Иса мирзы многом много поклон. Молвя, слово то. З дядею и с отцом своим с Ысмаилем князем гораздо помирились есмя. А все есмя поводы узд своих дали князю да Юнус мирзе да Али мирзе. А с волным человеком з белым царем изстари в братстве будучи, меж собя о здоровье отведывати ссылывались есмя. И ныне бы мне доброво своего человека посолством послати, а тобе (в слове тобе буква е исправлена по ранее написанному) боярина доброво (в слове доброво вторая о исправлена по ранее написанному) прислати, ино б велми добро было. Мы на отца своего юрте здорово живем. А и ты б /л. 383об./ на многие лета и на многие времена здоров был. Здоровья твоего отведати доброво своего паробка Хозямагметя багатыря послал есми, гораздо б почтил. А мне б поминка пансырь добреи (в слове добреи буквы бреи исправлены по ранее написанному) да тегиляи бархатен золотнои, да шелом, да шубу кунью прислал бы еси. Бью челом. Братству нашему знамя то.

Молвя, грамоту написал сентября месяца лета 964-го (буква ц, обозначающая цифру 900, исправлена по букве з со значком, указывающим, что данная буква соответствует семи тысячам).


Комментарии

173. Летом 1555 г. крымский хан Девлет-Гирей во главе шестидесятитысячной конницы вознамерился напасть на Московское государство. Для дезинформации противника им был распущен ложный слух о начинаемом им походе против «черкас» — союзников Ивана IV. Чтобы отвлечь хана от нападения на них, царь послал к Крыму ертоульную рать во главе с князем И.В.Шереметевым тринадцатитысячного войска. Хан двинулся к Туле, но, узнав о приближении основных военных сил царя, отступил. Шереметеву удалось захватить обоз крымской армии. После нескольких тяжелых сражений с русским ертоулом Девлет-Гирей ушел в Крым (Соловьев, с. 475-477).

174. В 1556 г. на переговорах Ивана IV с послом польского короля и литовского великого князя Сигизмунда II Августа, Я. Збаражским, между двумя государствами было заключено перемирие на шесть лет (Соловьев, с. 500).

175. Порядковый номер года приведен по лунной хиджре. Дата соответствует февралю 1556 г. юлианского календаря. 963 год хиджры охватывает период с 15 ноября 1555 г. по 3 ноября 1556 г.

176. Февраль 1556 г. 7064 год от СМ охватывает период с 1 сентября 1555 г. по 31 августа 1556 г. по РХ.

177. Астраханский хан Дервиш-Али, посаженный на престол русскими воеводами в 1554 г., первое время честно пытался соблюдать лояльность к своим патронам — Ивану IV и бию Исмаилу. Однако союзнические настроения у этого русского и ногайского ставленника вскоре поутихли. Недолго пожив под унизительным присмотром московских резидентов и под постоянной угрозой крымского вторжения, он решил сменить покровителя и демонстративно стал налаживать связи с Бахчисараем. Тем более, что к этому его подвигала коалиционная политика Девлет-Гирея. В противовес Исмаилу Дервиш-Али задумал поддержать «казачествующих» сирот бия Юсуфа, которые уже успели к тому времени убедить Девлет-Гирея предоставить им помощь против Исмаила — убийцы их отца. Из Бахчисарая астраханский хан пригласил к себе в наследники — калги царевича Хаспулад-Гирея б. Девлет-Гирея, а Юсуфовичам обещал помогать против Исмаила. Соответственно у него произошел полный разрыв с русским протектором П. Тургеневым, который пытался отговорить своего подопечного от рискованной политической переориентации.

178. Дата соответствует 5 января 1556 г. 7064 год от СМ охватывает период с 1 сентября 1555 г. по 31 августа 1556 г. по РХ.

179. О выплатах ногаям из Казани см. комм. 60.

180. Тау (табу, тапу, табук, тапук) — тюрк, «поклон; служение»; здесь в значении «приветствие» (См..: Вельяминов-Зернов, ч. 1, с. 306, 307).)

181. Калмаки — тюркское название западных монголов-ойратов, кочевавших на пространстве между озером Зайсан на западе до Хангайских гор на востоке. В середине XVI в. происходили передвижения монгольских племен вследствие междоусобиц и необходимости поиска новых кормовых угодий (пастбищ). Ойраты вступали в конфликты с казахами и восточными монголами, которые стремились оттеснить ойратов как можно дальше на запад. С ойратами ногаи сталкивались эпизодически. Те изредка появлялись в пределах ногайских кочевий, получали отпор и откатывались назад. Комментируемая фраза из грамоты Ак-мирзы свидетельствует о том, что монгольская опасность в очередной раз исчезла, и восточные войска ногаев идут к Волге. В первой половине XVII в. часть ойратских племен переселилась в Поволжье, где за нею закрепилось название калмыков (собств. хальмг, от тюрк, калмак).

182. Об отечестве — сыновстве как категориях старшинства-меньшинства в иерархии государей см. комм. 23 и 146.

183. Дата соответствует 15 ноября 1556 г. 7065 год от СМ охватывает период с 1 сентября 1556 г. по 31 августа 1557 г. по РХ.

184. Летом 1556 г. между бием Исмаилом и его «кровниками» — сыновьями свергнутого им бия Юсуфа и их сторонниками было заключено перемирие. Юнус б. Юсуф был избран нурадином (об этом титуле см. комм. 156). Через год распря разгорелась с новой силой (подробно см.: Трепавлов. История, с. 281-283).

185. Подобно большинству кочевых держав, территория и население Ногайской Орды делились на три части — центр, правое (западное) и левое (восточное) крылья. Центр — домен бия — располагался в районе среднего и верхнего течения Яика (Урала); в правое крыло (он кол), управляемое нурадином (см. комм. 156), входили кочевья по левому берегу Волги от Камы приблизительно Переволоки (см. комм. 96); в левое крыло (сол кол), управляемое кековатом (см. комм. 100) — степи Западного и Центрального Казахстана.

186. Порядковый номер года приведен по лунной хиджре. Дата соответствует ноябрю 1556 г. юлианского календаря. 964 год хиджры охватывает период с 4 ноября 1556 г. по 23 октября 1557 г.

187. Порядковый номер года приведен по лунной хиджре. Возможно, переписчик ошибся, следовало указать сентябрь 963 года, тогда бы дата соответствовала сентябрю 1556 г. юлианского календаря и грамота могла быть передана с послами во главе с Темиром Садыковым. 963 год хиджры охватывает период с 16 ноября 1555 г. по 3 ноября 1556 г. (ср. комм. 186).

Текст воспроизведен по изданию: Посольские книги по связям России с Ногайской Ордой. 1551-1561 гг. Казань. Татарское книжное издательство. 2006

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.