/head>
Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ПОСОЛЬСКАЯ КНИГА

ПО СВЯЗЯМ РОССИИ С НОГАЙСКОЙ ОРДОЙ

(1551-1556)

Сия часть содержит в себе продолжение грамот великого Князя Иоанна Васильевича к Нагайским мурзам и их к великому Князю Иоанну Васильевичу с 1552 Апреля 29 дня, по 29 Генваря 1558 года.


1552 года 290 Апреля в 29 день служилый Татарин Баиш Бирам Шийков, который в Нагайскую землю к Исмаил мирзе был послан, от туда в Темников возвратился. Да с ним же вместе приехали Нагайские гонцы девять человек. За которыми следовали послы от Юсуфа Князя Янъмагмет, от Касая мирзы Ешека, от Юнуса мирзы Баимышь, всех послов и гонцов и гостей 200 человек, лошадей 3000.

Шийков с Нагайскими гонцами в тот же день с Темникова отпущен, и Маия в 3 день в Москву приехал. А Маия в 23 день я послы Ян Магмет с товарищами к Москве пришли. Государь их велел поставить под Паншиным и корм им давать по указу. На другой день им и торг дать повелел.

Маия в 31 день Нагайские послы у Государя были на приезде, и от Государей своих привезенные подали грамоты:

1. От Юсуфа Князя 291: [2]

Государем Государя и Князем князя Юсуфово княжое слово Христьянскому Государю Белому Князю слово то. Нас мусулманов сотворил Бог, а тебя крестьянином сотворил Бог. Как есмя о дружбе и о братстве говорили, и мое к тебе ложное слово не бывало. А молыв слово, после тово хто на своем слове не устоит, и на сем свете и будущем тому что будет? язь с тобою слово молвил, да никак есми слова своего не порушил, язь таки на своем слове стоял. А коли ты приходил войною х Казани, и язь не хотя с тобою быти в недружбе, да х Казани на пособь не пошел. А на тебя есми войною не ходил, и братью и детей своих не отпустил есми потому, чтоб мне на своем слове устояти, да и устоял есми на своем слове. А ты, кабы видитца, на своем слове не устоял. И толко сам порозсудишь, ино чаю моя дружба и братство и правда прямо [3] дошло. А язь тово чаял, что ты на своем слове устоишь. Ино твоево слова прямово нет. О сесь год посылал есми х тебе Уразгилдием зовут паробка своего гонцом, чтобы мне с Казанью помирити. И ты тогды мне в грамоте каковы речи писал? нетак ли еси молвил, чтобы от тебя был царь, а от нас бы Князь был? ино кое твое прямое слово? язь Богу верил да твоему слову, что еси написал на белой бумаге, тому есми верил. А ты пришол х Казани, и мы тебя воевати не ходили. А чаял есми того, что твое слово и заповедь одно будет. А которой человек лжет, и тот на сем свете и в будущем не будет добр никак. И ныне похочешь с намы дружбы и братства; и мы на прежнем таки слове. А с нами попрежнему похочешь в дружбе и в братстве быти; и тому знамя то, отдашь мою дочерь 292 да и Отемишь Кирея, ино то [4] учинился во дружбе и в братстве, то и знамя тому. Да ещо слово то, только дочерь мою да и Отемишь Кирея нам отдашь, и ты тот минят мне дай, что от статысячные рати Мангитские тебе лиха небудет. Со мною тебе в дружбе ли быти, или в недружбе, то ныне и явитца. И толь с нынешным послом моим не отпустишь и недашь нашего прошенья, ино дружбы толко. И потом вперед не намне того что нам людей посылати, коли от нас пошла, тогоже днил она умерла? ещо слово то. Арыслан мирза идет. А ты как мне ложное слово говоришь? и про те речи правды проведати своего Карачея сына Яньмагмет послал есми. Со мною дружбе и братству знамя то, чтоб еси тово нашего посла и гонца, которые ныне пошли наборзе назад отпустил, дружбе знамя то. Лета 959.

2. От Касая мирзы 293: [5]

Силы нашедшего Касым мирзино слово Христьянскому Государю брату Белому Князю много поклон. После ведомо буди. Первый отец мне был Шихъмамай Княз, и язь по его слову и по велению ходил. А ныне отец и дядя нам Юсуф Князь, а по нем Исмаил мирза, а потом язь убогий. А все мы живем у княжьих дверей весь народ. Все есмя слово на одно переложили. А просим Княжую дочерь. А нам сестра Царицу да Утемишь Кирея толко нам дашь, и на сем свете и братству твоему знамя то. А взмолвишь жо, что нет, и по сесь день дружбы и братства небудет от нас. Тогож дни умерла, коли от нас пошла. У брата у бедово Князя бью челом прошу. За царева сына дочерь свою дал есми. И у кого чево нет, а у ково есть, и то меж себя просити, от прежних так ведетца, чтоб дочери моей пригодилася шапку черну, да шубу бархат з золотом на [6] соболех, да шатер, да пансырь дашь волен еси. А о том слове правды проведати пошлово Ишеку послал есми.

3. От Юнус мирзы 294:

Юнус мирзино слово Государю высочайшему великому властителю пошлому от милосердого Бога устроеному брату Белому Князю многом много поклон молвя слово то. Мы зде поздорову, а и тыб на своем Государстве много здоров был. Наш отец с твоим отцом гораздо говаривали. А ныне при нашем с тобою времени около нас четырех Царей дети были, мусулманские государи были. А ты хотя Христьянской Государь еси, да мы тебя свыше царских детей смотря о Казани и в трех местех перед Богом доброе наше прямое слово было. А Казань была и тебе и нам недруг. А нашему с тобою прямому братству нетоли знамя, что есми отцу и дяде своему бил челом, чтоб Казани не пособляли? [7] ино хто пан х Казани на пособь ходил ли? а язь сам неприказал лы о том Сылеманом князем да з Баитмышем? толко ты похочешь Казань воевати, ино и язь иду, и в дву и в трех местех о том не говорили 295 есмя? и того слова запришся, ино то Бога отопришся. Как тобе того нашего слова заперетися? а про нашу к себе правду которово еси человека своего присылал к отцу моему, у того еси не отведал лы? и ты и мы недрузи. А Казань бог дал, и тобе и нам недруг была. А сестра моя мне не была недруг. И ныне недруга своего Казань взял еси. И коли еси взял, и ты Юрт взял. А сестру нашу нам не отдав к себе свел. Тем ли тобе в братстве быти? а и ныне непохочешь от братства отстати, всех наши послы идут. И ныне толко братства не разрешишь, а с нами прямо в братстве похочешь быти; и ты сестру и [8] с сыном Байтмышу дал и отпустил. И ныне шолко ту сестру нашу Байтмышу богатырю дав отпустишь, ино то ныне желанье ссталося и всем речам знамя и братству прямому поверили есмя. Молвя грамоту написал есми. Юнус мирза Байтмышу имилдеша своего к Илеману Князю прикошевав послал есми к брату белому Царю. И на Волге Урак Серко потоптал, да поимал мою казну пятнатцать конев, да десеть кафтанов Зеиденинных темносиних, да калю краски. И то дей попало в твою казну, в брата моего белово Царя казну. Чтоб то пожаловал мне. [9]

Июня 296 в 8 день Государь Нагайских грамот слушав, приговорил Юсуфова княжего посла Янъмагметя с товарищами отпустити в Нагайскую землю, и с ними вместе велел послать к Юсуфу Князю станицу служилых Татар Сююндюка Пулусупова с товарищами.

Июня в 10 день Нагайские послы у Государя были на отпуске, и у его величества обедали. С Москвы поехали Июня в 14 день, а грамоты с ними посланы таковы:

1. К Юсуфу Князю 297:

Божиею милостию Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии, Володимерского, Московского, Новгородского, Псковского, Смоленского, Тверского, Югорского, Пермского, Вяцкого, Болгарского и иных слово. Юсуфу Князю слово наше то. Писал еси к нам в своей грамоте с своим человеком Янъмагметом, что еси на своем слове устоял, Казани пособи никакие не [10] учинил. А нам бы свое слово памятовати, как есмя к тебе писали в своей грамоте, и дочь бы твоя и Отемишь Кирия Царя тебе отдати. И мы как тебе свое слово молвили, о дружбе так ево и совершити хотим. А твою дружбу есмя забвенно не учинили, дочь твою и Отемишь Кирея царя ис Казани взяли есмя. И тебя для есмя лиха им никоторово не учинили, приняли есмя их в любовь, и честь им добрую учинили. И Шигалей Царь нам бил челом, что дочь твоя Юрт ево, и по вашему закону пригоже ей быти за ним. А дочь твоя за него захотелаже. И мы памятуя свое слово и твою дружбу, того для дочь твою за Шигалея Царя з доброю честью дали, а Отемишь Кирея Царя дали есмя кормити дочери твоей. Да коли он возросту своево доидет. А как возросту своего доидет, и ож Бог даст и мы тогды хотим ево на Юрте учинити. И тыбы слыша то наше добро, з [11] братьею и со всеми своими детми порадовался. И наше бы есте добро вперед к себе паметовали. И потомуже нам добрые дела делали, как мы вам добро свое делаем. А что еси писал к нам о Казанском Княженье; и мы в том своего слова непогрешили. Хотели есмя то дело учинити потому, как есмя свое слово молвили, и к сыну твоему Юнус мирзе есмя писали, чтоб поехал к нам. А мы от себя хотели ево на Княженье устроити. И ты о том сына своего вспрося уведай. И Казанцы нам изменили. Над братом Шигалеем Царем хотели лихо учинити. И мы брату своему Шигалею Царю велели ис Казани выехати, и сыну твоему то Княженье того для нессталось. А ныне есмя послали к тебе о дочери твоей радостное сеунчь тебе сказати своего доброва Казака Сююндюка Тулусупова с товарищи. И ты б его гораздо почтив и не издержав часа того к нам отпустил. А [12] которые будут твои дела, и тыб о всех своих делах приказал к нам с нашим Казаком с Сююндюком. Да своего бы еси болшого посла прислал к нам с Сююндюком же вместе. Да послал есми х Касай мирзе с своею грамотою Сююндюкова товарища Исен Келдишева. И тыб ево х Касаю не издержав отпустил. Писан в государства нашего дворе града Москвы, Лета 7060 Июня месяца.

2. К Юнус мирзе 298:

Царя и Великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии слово. Юнус Мирзе слово наше то. Писал к нам с своим человеком Баатмышем 299, что еси на своем слове стоял, Казани не пособлял и нам бы то слово паметовати, а сестра бы ваша вам отдати. И мы твою дружбу усабвенно недержим, и тово для есмя писали к тебе с своим человеком Камышом, [13] что бы еси вборзе к нам поехал. А хотели есмя тебя Юртом устроити, потомуже как были прежде сего в Казани Мангитцкие Князи. А сестру вашу Сююнбек Царицу вас для ввеликой чести есмя держали; и ты к нам в борзе не поехал. И Казанцы ныне над Шигалеем Царем лихо хотели учинити, и мы Шигалею Царю велели к себе ехати. И Шигалей Царь к нам приехав бил челом, что сестра ваша ево Юрт а по вашему закону пригоже ей за ним быти, и нам бы ее за него дати. А сестра ваша за него похотела же. И мы сестру вашу не хотя полонянкою держати, вас для з доброю честию за Шигалея Царя дали, а сына ее Отемиш Кирея дали ей же кормити. А как возрасту дей дойдет, и мыж, ож Бог даст, тогды хотим ево Юртом устроити. И то темли обычаем на своем слове не стоим, а вашей дружбы к себе не памятуем? и вы бы слышав се наше [14] добро порадовалися, и вперед наше добро к себе памятовал. А о Казани нам ныне много писати нечево. От начала их неправды сами знаете. Писана на Москве лета 7060 Июня Месяца.

3. К Касай Мирзе 300:

Царя и Великого Князя ИВАНА Васильвича всеа Руссии слово. Касай Мирзе слово наше то. Писал еси к нам, что бы нам Княжюю дочерь Царицу к вам отпустити. И мы повашему прошенью хотели были ее к вам отпустити. И Шигалей Царь нам бил челом, что Сююнбек Царица юрт ево, была за братом ево Еналеем Царем, и по вашему закону пригоже ей за ним быти. А сестра ваша Царица за Шигалея Царя похотела. И мы для вашие дружбы сестру вашу не хотя полонянкою держать, учиня ей добрую честь, дали ее за Шигалея царя, а сына ее Утемишь Кирия дали [15] ейже кормити. А как возросту своего дойдет, и мы уже Бог даст тогды Отемишь Кирея хотим Юртом устроити. Выб тое нашу дружбу к себе паметовали, а о сестре вашей Сеунчь сказати послал есми к тебе с сею грамотою своего доброво Казака Исень Келдишева; и тыб ево не издержав к нам отпустил, и своего доброво человека Сысенем к нам прислал. А что будет твоих речей, и ты бы Сысенем и с своим человеком к нам приказал. И мы те дела поделав, твоего человека не издержав к тебе отпустим. Писана на Москве лета 7060 Июня месяца. [16]

1552 года 301 Апреля в 25 день с Происка с Чернокурганским сторожом с Ондроском Спиридоновым в Москву приехали Нагайские Белек Булат Мирзин гонец Калык Чюра Елпаев, да Асан Мирзин гонец Исень Люль Якшиев с известием, что идут из нагайской земли послы от Белек Булат Мирзы Кошхозор от Асан Мирзы Кулчак, от Тахты Мирзы Азим, всех же послов 100 человек, а гостей с ними и их людей 1500 человек и десять тысячь лошадей.

Маия в 6 день Нагайские Послы к Москве пришли, и Государь велел их поставить под Паншиным и торговать им позволил.

Маия в 12 день Нагайские послы у Государя были на приезде, у его Величества обедали и от Государей своих подали грамоты таковые:

1. От Белек Булат Мирзы 302: [17]

Белек Булат Мирзино слово. Князю брату моему многом много поклон. После слово то. Мы зде поздорову живем. Бог бы тебя там здорова учинил. Князю брату от всех наших отцов и от дяд недружбы много бывало. А от моего отца и дяди никак недружба не дохаживала. Мы пак на коньли неумеем сести? хотя он нечестив, а мы хотя мусулманы; койже есмя в своей вере, слово наше инако небывало. А мы николи слова своего непогрешили. А он похочет погрешити; то он ведает. Похочет недружбу делати, и нам недружбы ево нестрах. Зде в верху реки живем. А дал нам отец и дядя. И толко быти будет недружбе от отца и от дяд наших; язь весть подам. То мое братство и правда. Послов бы гораздо почтил толко братом назовет. С тяжелым поклоном с лехким поминком Бичаем зовут слугу своего послал есми. В слугах моих лучей он [18] чтил бы он ево Князь брат мой. Толко меня братом назовет, прислал бы мне пансырь, да шелом, да саблю. Молвя грамоту послал.

2. От Айдар мирзы 303:

Айдар мирза Белому Князю многом много поклон. Молвя слово ведомо буди. Тяжелой поклон, легкий поминок посылаю сымелдешем своим с Текмнем. А Казань нам недруг был. А сын мой Аксакал мирза белово Князя недруга воевал, да в Казани умер, а Казань дей взял белой Князь. И юрт бы ему в доброй час. А сестрюб нашю Царицу нам отдал. Отец и дяди Поволжье нам дали. И мы в верх по Волге летуем, а на Манатове зимуем. Иново тобе опричь нас ближнего брата нет. От Асана Князя породилися, молодцов нас с пятьдесять и с шестьдесять есть. И [19] к нам было тобе одново посла прислати непригожели? Да чтоб мне постав сукна дал телега покрывати. А осесь год поминок мой недошел, или недано не дошло. Молвя с печатью грамоту послал.

3. От Исак мирзы 304:

Волному человеку, Белому Князю Исак мирзино слово. Далней земли ближнею мыслью. Брату моему рукою в лоб челом. В той земле по достоянью нам Кекуватство досталося было, на стороже есмя были на ночной и на денной. И ныне в верх по Волге досталося нам. А и ныне есмя на стороже и на ночной и на денной. А в верх по Волге летовище наше, а Дон зимовище наше, а за Медведицу нейдут. Назовет братом, ино добро. Отца и дяд наших послом что учинит, наших послов потомуже чтил. [20] Зде возле живем. Назовет другом, на том стоим. А назовет недругом, и на том стоим. А назовет добрым братом, и он бы посла моего гораздо почтил. В нашу бы версту великим бы людем пригодилося. Саблю бы добру да шелом добр прислал. Твоево здоровья отведати и видети, а про свое здоровье сказати с тяжелым поклоном с легким поминком Чалымом зовут посла своего послал есми. А ныне иные пойдут прочь, а мне покиня, Волга не ити прочь потому что мне в Дяку досталося. Так бы еси ведал гораздо. Да станем меж себя чтитися. С печатью грамоту послал есми.

4. От Арслан мирзы 305:

Арслан мирза Белому Князю поклон молвя, там бы здоров был, зде бы язь здоров был. Отец мне [21] и дядя Исмаил мирза. При тех послех, которые к нему присланы, говорены речи, и у нас слово одно, а Бог один. Осесь год которой посох ево был, при том есмя говорили. Язь в братстве, а летую на Волге. Мои лошади поимал; тем ево казна исполнилосяли? а язь Шигалеевых людей воевал, тем моя казна исполнилосяли? Ты Чинников сын, а язь Кошумов сын. И нынеб нам меж себя недружба отставити. А что будет к дружбе пристоить, то учнем делати. Язь по прежнему братом назвався на Волге залетовал есми, ведомо буди. Князю бью челом, чтоб Мещеру свою унял. А хто похочет на вас ити, и язь прикажу. А не прикажу, и минят на мне буди. Гораздо бы нам поговорити, чтоб к нам прислал доброво своего человека, и мы уверився отпустим. Да прислал бы мне поминка Тегиляй добр. А что будет у нас есть доброе, и ты у нас и меня ино проси. Да [22] прислал мне Ястреб, которой бы гуса ловил из Бубном. А паробок мой ежегод ходит. И тобе ево служба дошла, и мне служба ево дошла, Кылчан. Чтоб ево почтил. То твоей чти к нам и знамя, чтоб послов наших з гостьми не розлучал того для, что меж нас недругов много. [23]

Маия 306 в 11 день Государь Нагайских грамот слушав, приговорил Нагайских послов Хошкозара с товарищами отпустить.

Маияже в 21 день Нагайские послы на казенном дворе у Казначея были, который их отпустил, и с Москвы поехали Маия в 22 день. И грамоты с ними посланы таковы:

1. К Белек Булат мирзе 307:

Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии слово. Белек Булат мирзе слово наше то. Писал еси к нам, что нам от твоего отца и дядя недружба никакова небывала, а ты потомуже на своем слове стоишь, и нам бы тебя от своей правды неотставити. И наше слово тебе то. Видя твою правду, хотим х тебе свою дружбу добрую держати. А ныне нашей дружбе знамя то. Послом твоим и гостем торг добр дали есмя, [24] и послов ваших от гостей не отставливая к вам отпустили есмя. И вперед ваших послов и гостей потомуже хотим жаловати, и выб нашу дружбу к себе паметовали. Так бы еси ведал. Писана на Москве лета 7060 Маия месяца.

2. К Арслан мирзе 308:

Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии слово. Арслане мирзе слово наше то. Писал еси к нам, чтобы нам прежних лихих дел не паметовати, а верити бы Богу и твоему слову, что уж у тебя намысли лиха нет. И нам бы ныне недружба отставити, а учинити бы тебя себе другом, и Мещерских бы людей уняти. А твоя нам ныне дружба, которые люди похотят ити на наши украйны недружбу делати, и ты к нам весть пришлешь. А не пришлешь вести, и тот минят на тебе будет. [25] Так еси писал, и мы твою грамоту выслушали, и по твоему челобитью недружбу отставили есмя, и хотим вперед к тебе дружбу свою добрую держати. А ныне нашей дружбе знамя тобе то. Послом и гостем вашим торг добр дали есмя, Мещерским людем заповедь учинили есмя, чтоб вам лиха никоторово не учинили. А нечто которые мещерские люди без нашего ведома которое лихо учинят; и ты о том к нам прикажи; и мы тех доискався казним. Так бы еси ведал. А ты как нам обещался правду делати и вести держати, которые похотят нам лихо мыслити, потому бы еси нам и правил, и без вести нас о всем недержал. А мы толко от тебя увидим тое прямую дружбу, и мы своей дружбы свыше тово тебе прибавим. Писана на Москве лета 7060 Майя месяца.

3. К Исак Мирзе 309. [26]

Царя и Великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии слово. Исак Мирзе слово наше то. Писал еси к нам, чтобы нам к тебе дружба своя держати, и мы к тебе хотим дружбу свою держати, и ныне есмя вас для послом вашим и гостем торг добр дали, и отпустили есмя их к вам всех вместе не издержав. Так бы еси ведал. Писана на Москве лета 7060 Июня месяца.

5. К Айдар Мирзе 310.

Царя и Великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии слово. Айдар Мирзе слово наше то. Писал еси к нам, что сын твой Аксакал Мирза ходил нашего недруга Казани воевать, и они ево там убили. И нам бы тебя от своей дружбы не отставить. И мы для Юсюфа Князя и вас для всех Царицу жалуем. А хотим ее дати за Шигалея Царя тово для, [27] чтобы вы о том порадовалися. А которые меж нас недрузи, и тех бы опечалилися. И выб, слыша то наше добро, гораздо повеселилися, и дружбу нашу к себе паметовали, а недругом нашим и вперед недружбу доводили. Писана на Москве лета 7060 Маия месяца. [28]

1552 года 311 Июня 26 дня как Государь Царь ИВАН Васильевичь пошел войною к Казани, из Городка (Касимово): в Москву прибегали служивые Татаре Акчюра Каипов с товарищами три человека, которые в Нагайскую землю к Белек Булак Мирзе с Тягригулом Шийдяковым были посланы. С нимиже вместе приехали Нагайские гонцы Тагашар с товарищами, шесть человек, да Дервишевы Царевы люди Имилдеш Сююндюк да Джаналей, которых Дервиш Царь с Тягригулом же в Нагайскую землю посылал. И чрез них получено известие, что послы идут от Исмаил Мирзы Джабалак, от Белек Булат Мирзы Толуш, от Касай Мирзы Ахкулуй, от Иса Мирзы Уразлы Мирзина сына Джаврук, всех послов, гонцов и гостей 140 человек, а лошадей с ними 700.

Служилых Татар по Государеву указу казначей Федор Сукин послал к Царю в Коломну. Где они его доносили: как они пришли в Нагайскую [29] землю, тогда Белек Булат кочевал на Большой узени за Волгою, Исмаил Мирза за ним два дни езды на речке на Ачекаши Уну, а Араслан Мирза с Белек Булатом на Узени же. А Юсуф Князь с детьми кочевал ни реки на Нарыне между Волгою и Яйком, и Касай Мирза за Яйком. Отпустил же их Белек Булат Мирза с Усть Сокграк, и как он так и другие Мирзы с ними вместе послали к Государю послов своих. А как они дошли из Нагайской земли, тому десять недель. Кочевать же Белек Булату сие лето промеж Волги и Самары, на речке на Яйке, от Казани дней с шесть езды, Исмаилю летовать близко Яйка на речках на Чеганах да на Тенгелах, Араслану кочевать с Белек Булатом вместе на Кенили да на Кенилчике. А Юсуфу Князю с детьми летовать на Иялгане, да на Тугалыке по обе стороны Яйка, Касаю летовать за Яйком, Уразлы Мирзиным детям Айсе Мирзи с Братьею кочевать по Волге на Большем Иргизе. А Тягригула с товарищами Белек Булат Мирза оставил у себя до осени. В осень же хочет послать к Государю больших [30] своих послов, да и Тягригула с товарищами хочет отпустить с ними же вместе. Про Казани в Нагайской земле слух есть, что от Государя отложилася. Прислалиже из Казани к Юсуфу Князю людей с тем, чтоб им на Казань дал царевича, и людей бы с ними многих посылал, и Юсуф Князь дал им 312 на Казань Астраханского Царевича Едигеря, и с ним послал своих Мирз Дзнеша Мирзу да Торуй Мирзу, и людей с ними послал многих. Про Крымского сказывают слухом слышали, что с Нагайскими не в миру. А присылка при них из Крыма была к Юсюфу Князю, о чем же, того не известно. От нагайских послов поехали они со Цны от Идовских ворот и с ними оные послы напред себя послали гонцов своих Тагатора с товарищами шесть человек и Дервишевых Царевых людей Имилдеша Сююндюка да Джанилея. [31]

Июля в 6 день Иван Сабакин с нагайскими послами, которым он на встречю был послан, к Москве приехал, и по Государеву указу казначей Федор Сукин велел их и гостей поставить под Паншиным, и корм им велел давать по указу. На другой день послы были на казенном дворе, и привезенные от Государей своих грамоты отдали казначею Федору Сукину, который оные переведши послал к Государю. А послам дал позволение торговать Июня в 8 день.

Государь к казначею писал, чтоб Нагайских послов до своего приходу с Москвы отпущать не велел.

Июня в 15 день к Государю в Муром из городка (Косимова) приехал служилый Татарин Семен Тутаев да вож (проводник) Сююндюк Мушаев, которые в Нагайскую землю к Юсуфу Князю были посланы. С Семеном же Июля в 14 день в городок вместе приехали Нагайские послы от Юсуфа Князя Енебек с товарищами всех шесть человек. И Боярин Иван Дмитриевич Шеин Тутаева и Мушаева отпустил тогоже дня к Государю, а [32] товарищев его Бия Шатимеева 313 отпустил к Москве с Нагайскими послами вместе.

Семен Тутаев с товарищами Государю доносили: как они пришли в Нагайскую землю; то Юсуф Князь кочевал за Яйком на Уеке, а Исмаил кочевал на реке на Уздени, и Белек Булат и Араслан Мирзы с ним вместе кочевали. Касайже Мирзы кочевал за Яйком. При них из Крыма пришли в Нагайскую землю послы к Юсуфу Князю и ко всем Нагайским Мирзам 30 человек с тем чтоб со Царем (Ханом Крымским) соединились на Царя и Великого Князя Ивана Васильевича, и людей бы от себя войною посылали, с которыми Крымской Царь и своих людей послать намерен. Однакож тех послов Князь и Мирзы в Крым при них еще не отпустили. А из Казани в Нагайскую землю к Юсуфу Князю при них же прислали Казанцы двух человек с тем, что они Шигалея Царя из Казани выслали, и Юсуф бы [33] Князь дал им на Казань Царевича. Однакож Юсуф им в том отказал, понеже он с Царем Иваном Васильевичем в миру, и для того им Царевича в Казань недал, и помочи ни какой не учинил, но посланных с ничем при них же, Российских посланниках, в Казань отпустил. А пошел из Нагайской земли в Казань без Юсуфова ведома Астраханской Царевичь Едигер, с которым Нагайских людей пошло было человек с двести под предводительством Дзепеш Мирзы, и тех де людей иные с Камы, проводив Царевича, воротились назад, а с Царевичем пошли в Казань Нагайских людей человек с тридцать. О Астрахани Семен Тутаев доносил, что Нагайские Татаре с оным Царем не в миру а при них послал Юсуф Князь в Астрахань ко Царю посла своего, чтоб он с ним помирился. Ежели же того нехочет, то он, Юсуф Князь, с ним воевать готов. Про Савастьяна он Тутаев в Нагайской земле слышел, что он здоров, но Царь его не отпускает за тем, что Российских Казаков, [34] которые на Волге живут, боится. Что они, Российские посланники, пошли от Юсуфа Князя с Яика, а летовати ему сего лета по Яику, Исмаилю близко Камы под лесом, Белек Булату и Араслану летовать с Исмаилом вместе, Касаю летовать за Яиком, Айса Мирзе с братьею, Уразлы Мирзиным детям, летовать по Волге. - Шли они, Российские посланники, до Украйны три дни, и на дороге слышали в улусах Айсы Мирзиных Уразлы мырзиных с братьею, что они в тоже самое время намерены были итти войною на Российские границы.

Июля в 21 день Семен Тутаев в Москву приехал, а Нагайские послы, Енебек с товарищами тудаже прибыли Июля 24 дня. И по Государеву указу казначей Федор Сукин велел их поставить на Коломенском дворе. На казенном дворе они были того же дня, и грамоты у них взял казначей Федор, и переведши оные послал к Государю.

Сентября в 10 день 314 в Москву приехали из Елашмова служилые татаре [35] Кадыш Кудинов с товарищами, которые в Нагайскую землю к Исмаил Мирзе были посланы. Да с ним же вместе приехали Нагайские гонцы четыре человека, с известием, что послы идут от Исмаил Мирзы Байтерек с товарищами, и от иных Мирз послы идут; всех послов, гонцов и гостей 300 человек, и лошадей с ними 2500. Служилые Татаре с гонцами поехали от послов наперед из за Кадомы с Азеевского Яму.

В тот же день из Елатмоваже в Москву прибыли с сыном Боярским Ботеем Кушелевым Нагайские гонцы от Араслан Мирзы Коюш Козембаков, да от Асанак Мирзы Чегиш Муртуков с известием, что послы идут от Араслан Мирзы Кулчан, от Асанак Мирзы Таз и от иных Мирз их люди. Всех послов, гонцов, гостей и людей 140. человек и лошадей с ними 500 от которых гонцы с служилыми Татарами поехали наперед из Заидовских ворот с лесу Сентября 3 дня; и Казначей Федор Сукин по Государеву указу Нагайских гонцов поставить велел за [36] Неглимною на Литовском дворе, и корм им давать по указу.

Кадыш Кудинов Государю доносил: как он пришел в Нагайскую землю, то Исмаил Мирза кочевал на Ике реки от Камы день с пять езды, и на другой день его приезду Исмаил пошел к Самаре на зимовище под Астрахань, а шел до Самары седьмой день, да на Самаре дневал. И в девятый день его с Самары отпустил к Государю, на отпуске ему дал три кони да кофтан, и корму ему дал по овце на день. С ним же послал посла своего Байтерека. - При нем, Кадыше, прислал к Исмаилю пз Астрахани Царь послов своих с тем, чтоб он с ним помирился, и взял бы за сына своего дочь его, Астраханского Царя. Которые послы пришли из Астрахани за день до его, Кадыша, отъезду в Москву, и по нем еще у Исмаил мирзы остались. А про Государева посла Савастьяна он Кадыш, проведал от Царева посла, что он здоров, но сослан к морю (Каспийскому) на остров, и служилые Татаре с ним же сосланы. В прочем он, посол, не [37] известен, за чем Царь Астраханской Савастьяна держит. С Самары шли они, Кадыш Кудинов с товарищами, месяц.

Сентября в 30 день Нагайские послы были на казенном дворе, где Казначей привезенные ими от Государей своих у них взял грамоты, и переведши оные послал к Государю Октября в 3 день, и Нагайским послам в тот же день дано позволение торговать.

Грамоты послами привезенные были таковы:

1. От Исмаил мирзы 315:

Победителя от Исмаил мирзы другу моему Белому Царю с поклоном поклон. Слово наше то. Которое есмя слово говорили, и мы на том слове и правде стоим. Наше слово едино, а Бог един. А что еси позвал от нас брата нашего, и взял к себе Дервиша Царя, и то ся слово нестало, и тому слову ни начала нет 316. И [38] ты бы ныне брата нашего к нам отпустил. Тебе будет ненадобет, и он нам брат наш надобе. А Шигалея Царя как на Казани Царем учинили были, и мы как прежново Царя видели, и Казани есмя пособи не учинили. Да Шигалею Царю да белому Царю другом есмя были, и дружбы для Казани есмя пособь не учинили. Так же и ныне Казанские люди толко похотят Шигалея Царя; и мы брата своего Едигерь Магметя Царя позовем, да и возмем. Юрт не их, Иагмет Киреев Царев Юрт был. Обеим нам поровну было. Коли они Царя учинили, толды мы на них незлобились, а Казанские люди коли Шигалея Царя взяти не хотели были, да к нам приказывали, чтоб нам им Царя дати, ино от черных людей Царь небудет. Один одного другу другом буди, а недругу недругом буди, и ныне после того дружба наша прибыла бы. И после сего дни дружбе нашей грамота то. Сего лета [39] что быти тебе на Казанской Юрт. И мы то слышав, а мелкие мирзы на вашу землю идут. Инобы вам ведомо было. Наша дружба то. Так бы ведал. А вам однолично мир с Казанью от нас станет и с нашими мирзами мир от нас же станет, и то дело мы на свою шею взяли. Однолично в том слове хитрости небудет. Так ведай. Чтобы еси Янгуру Богатыря 317 мы на Русь ево войною непосылали. А Янгара багатырь своим деломь был ходил. И ныне дружбе нашей знамя то, чтобы еси Янгуру богатыря к нам отпустил. А толко не отпустишь, ино недружбе нашей знамя то. Потому б еси ведал однолично тогоб еси человека к нам прислал. Похочешь нас другом держати, да межу нами правда и шерсть то. И слово наше и грамоте нашей знамя то. А которых есмя людей послали к тебе, и [40] тыб их не издержав отпустил. И толко похочет с нами в добром слове быти, и в доброй чти, и тыб прислал к нам доброво своего сына боярского однолично, инокоб небыло. Да с темжоб боярином в гонцех Кадыша к нам прислал еси. Чтобы еси дурна и неподобна неучинил. Молвя грамоту написал.

Другу моему Белому Царю ведомо буди. Что еси дочерь нашу Царицу дал за Бараков царев род, ино наша земля жадная, здесь не добудем того. И тыб к нам прислал шубу соболью черну, да шапку лисью черну, да шубу горностайну, да шубу кунью, да доброй пансырь, да шелом, да постав сукна синего, да шатер. А что которые люди моей казны лошеди покрали, а тому два года, и за те лошеди денег недали, и мы тово просим, чтобы еси те денги велел Байтереку дати. Да нам же надобе четыре вещи: Киновар, да бумаги, да шафран, да поталь. [41] Однолично о тех четырех вещех бьем челом. Да и нашатырь бы еси дал, да олова бьем челом: инакобы не было.

2. От Араслан мирзы 318:

Волному человеку Белово Князя величеству Арслан мирзино величество с челобитьем поклон молвя ведомо буди. Белово Князя отец со Князем с моим отцом с Хошмагметем Князем добро говаривали, и правда была. И ныне те на божей суд пошли. И после Князя отца своего остался ты Белой Князь, а после Хошмагметя остался Арслан мирза. И нам так же быти не сведетълися. И что было межу нами лошади у меня поимали. И язь ходил на твою украйну воевати Белово Князя. И ныне о том челом бью Белому Князю, чтобы нам отдал. И о добре гораздо поговорим. И что есть отца нашего и дядь наших добрые слова и которые неподобные речи. И он бы [42] вести о нас ожидал. Единому Богу вери. А мол правда то. Волной человек белой Царь сам ведаешь. И княжое жалованье и правда нам то. Послал меня племянника своего. И ты б пожаловал нас два постава сукна синева. И пожалуешь, Государь еси. Да шапку горълатную пожалуй, Государь еси. Молвя с любовью грамоту послал. А с тежелым поклоном с лехким поминком послал есми Кулчаном зовут паробка своего сам знаешь. А которые пошли к волному человеку, пригоже было им непешим прити. Любовь толи? да что у нас украли два коня, он бы пожаловал нас для. Да прислал бы еси ко мне боярина посла с тем кулчаном пожаловал бы еси. Молвя грамоту послал есми. Араслан мирзино челобитье то. У волново человека у Белово Князя челобитье наше то, чтобы к нам боярина прислал. А не пришлет боярина, ино правды нету, буди ведомо. [43]

3. От Касай мирзы 319:

Касай мирзино слово. Брату моему Белому Царю поклон молвя о нашей земле вспросишь; и мы поздорову. А про твое здоровье вспросити и видети Ичку своего Ахкулу Афыза послал есми, Так бы еси ведал. В одно время отца и дяди своего без веданья в Крым хотели есмя ити. А опять не пошли, и воротилися, а до своей земли недошли. И от толь воротився на твою украйну пришли. Да слуги наши корм имали людской и конской. И тыб в том на меня гневу не учинил. Ту вину и сами мы ведаем. Так бы еси ведал. И ныне многово крестьянства Государю Белому Царю печалованье наше то, как деды наши и отцы добро чинили, и гораздо уверився добрыми послы ссылались, и мы ныне потомуже своими послы меж собою ссылалися. А о своей вине другу своему Белому Царю печалуемся. Ево другу друг есми, а [44] недругу недруг есми. А нашей дружбе знамя то, чтоб ми еси прислал доспех, да шелом, да шубу горностайну, да шубу кунью, да шапку черну, да седло, на котором сам ездишь, да узду з золотом, да тягиля. О том челом бью. И не остави нашего челобитья. И прикажешь мне Крым воевати; и язь стану Крым воевати. А за друга моего Белово Царя умру. Ино и правда моя то. Так бы еси ведал. Молвя грамоту послал. Ханъдыкер да Крымской Царь к нам послов своих прислали, чтоб нам троим содиначився Русь воевати. И мы тово непридумали. А тот человек, которой к нам от них пришел, ныне у нас в крепи. К брату своему Белому Царю своего посла тово для послали. Мы в Крым идем, как вы придумаете. Так бы еси ведал а нашего бы еси посла неиздержав к нам отпустил, а нас бы без вести недержал. Так бы еси ведал. [45]

Октября в день 320 Нагайские Послы Байпурек с товарищами просили казначея Федора Сукина, чтоб Государь их пожаловал велел гостей, которые с ними пришли, отпустить в Нагайскую землю, а они, послы, оставаются на Москву до Государева приезду. А как Государь придет к Москве, тогда бы пожаловал велел их же отпустить в свою землю. И казначей по Государеву приказу Нагайских гостей всех отпустил с провожатыми до украины. А с Москвы они поехали октября в 25 день.

1552 года 321 октября в 19 день служилый татарин Тягригул Шийдяков в Москву приехал, который в Нагайскую землю к Белек Булат мирзе посылан был. И с ним от туда вместе приехали два татарина Белек Булатовы Салтаган да Манты, да от дервишевой Царицы татарин Янсеиш, всех три человека.

И Сказывал Тягригул 322: Как они пошли из Нагаи тому месяц по [46] 18 число. А с ними вместе послан был ко Царю и великому Князю Белек Булат мирза человека своего Карагозю с таварищ 20 человек, и они недошед Волги днищ с пять, да воротились назад, потому что сказал ему Белек Булатова брата Тин Ахмат мирзин человек, что Нагайские мирзы молодые многие сбираются, и хотят ити воевати на Царя и великого Князя украйни. Да с собоюже воротил Карагозя товарищев его Токая Темирева, да Арвана Ярданова. А говорил ему Карагозя, что их воротил с собою того для, нечто Нагайские мирзы не пойдут войною? и он с ними часа того сеюж осенью будет к Москве на весне 323. И говорил ему чтоб дей Царь и великий Князь отпустил ко мне Дервиша Царя. А казны дей у него никакие не попрошу. А Дервишь дей Царь поехал был к великому Князю бити [47] челом о своем юрте о Астрахани, чтоб ему Князь великий юрт ево Астарахань взяв ему дал. И он о Астарахони ему не учинил ничево, и он бы дей ево отпустил к нам. А не отпустит дей ко мне; и он бы да шерти моей мне поступился. А отпустив дей ко мне Дервиша Царя; и язь дей ему рад служити и с своими детми. Каковы дей вести ни будут в нагаех про ево дело, и язь дей ево без вести не учну держати. А про Казань сказывает слышел в Нагаех, что государь Князь велики у Казани а приступал дей к городу х Казани двожды, а в третьи приступит. И он дей Казань и возмет. А сказывал ему про то нагайской татарин Кошилдеем зовут. А к Белек булату присылка ис Казани при нем никакова небывала. А к Юсуфу Князю и к Измаилю присылка ис Казани была, чтоб дей Юсуф Князьи все мирзы пособь Казани учинили, илиб на Русь шли воевать И Юсуф [48] дей со всеми мирзами думал, а хотел ити воевать Царя и великого Князя украйну. И Измаил дей ему то отговорил, что ныне воевати ити нельзе, потому что он послал к Москве посла своего Байтерека. А как придет ко мне мой посол Байтерек, и что у него будет вестей, язь дей тогды потому с тобою учну и думати как чему мочно статися. А седей ныне твой посол у великого Князя Енебек, и тебе дей ити воевати нельзеже. А Крымские послы в Нагаех у Сюфа и у Измаиля были с весны до их приходу, А присылал их, сказывают, ис Крыма Царь с тем, чтоб они шли воевати на Царя и великого Князя украйну, а он воевати готов же. И Юсуф дей о том присылал к Исмаилю, чтоб он у него был, и с ним о том подумал, как тому быти, воевать ли великого Князя с Крымским содиначась или не воевати, И исмаил дей Юсуфу отказал, что ему войною на [49] великого Кнлзя нехаживати, и людей своих на посылывати. Да тех Крымских послов и отпустил в Крым до их же приходу. А того неведает, естли в Крыму Нагайские послы или нет. А с Астараханью Юсуф Князь и Исмаил мирза и все мирзы не в миру, и ссылок меж их не было при них. А Белек Булат Мирза нарядил был при них в Астарахань послов своих Енболдуем зовут Имилдеша своего, да до их походу ещо его не отпустил. А про Савостьяна сказывает слышел, что он в Астарахани здорово, а отпуску ему не ведает. Да Тягригул же сказывал, а ему сказывал Белет Булатов человек Кизай Князь Кият, что он изымал на Волге Крымских людей шти человек в судне и он иных побил, а иных отпустил. И те люди ему сказывали, что они были в Астарахани, а прислал с ними в Астарахань Крымской Царь тринатцать пушек Емгурчею Царю. [50] А как он пошел из Нагаи и Белек Булат в те поры кочевал по Актубе на острову на Соврасой кобыле, а зимовати ему на сей стороне Волги на Мамаеве кочевище, а Исмаилю кочевати на сейже стороне Волги блиско моря на Комомузюрских кочевищах от Астарахани днища за два. [51]

Октября 324 в 25 день Нагайские гонцы Салтаган с товарищами в Москву приехали, и по Государеву приказу казначей Федор Сукин велел их поставить на Астраханском дворе, корм им давать по указу.

Тогоже октября в 21 день 325 в Москву приехал из Нагайской земли служилый татарин Исень Келдишев, который с Сеюндюком Тулусуповым туда посылан был. С ним же вместе приехали Нагайские гонцы, от Касай мирзы Тюлюбердей да от Кам мирзы Лака, с известием, что послы идут от Касая мирзы Кошай с товарищами, всех послов и их людей и гостей 150 человек, а лошадей 500.

Сии гонцы по Государеву приказу от казначея Федора Сукина поставлены на Астраханском дворе, и корм им дан по указу.

И Сказывал 326 Исень Келдишев: как они пошли с Москвы в Нагаи, и [52] перелезчи Волгу шел он с Сююндюком до Яйка. й (так в тексте - OCR) Касаев посол взял ево х Касаю с собою за Яйк, и был он у Касая два месяца. А как был у Касая, и Касай ему говорил, что он видитца з дядями своими, да тогды дей тебя и отпущу с своими послы вместе, и велел его беречи Ишекеж потому что у них была дума с Юсуфом Князем хотели ити воевати на Царя и великого Князя украйну. А приехав от Юсуфа Князь говорил ему, что он послов своих ко Царю и великому Князю отпущает, а ево отпустил с своим же послом вместе. А как и пошли они от Касая, а у них о войне ещо дума. А про Казань говорят, в Нагаех меж себя, что ныне у Казани сила великая, а про Государя им неведомо, сам ли Государь у Казани или нет. А от Касая он идучи был у Сююндюка. И Сююндюк ему сказывал, что Юсуф велел его обратить. А грабил ево Юсуфов посол Джан [53] магмет, с которым он пришел в Нагаи. А у Юсуфа не был он месяц. А как он был у Юсуфа и он о своем грабеже бил челом, что ево Джан Магмет ограбил. И Юсуф дей ему отказал, мне дей тебя для улусов своих нерозогнати. А как дей пойдут к Москве от меня послы и гости Джан Магметево племя, и ты дей себе их таковоже ограбил. А язь дей тебя грабить невелел. Да Сююндюк же ему сказывал, чтоб дей Государь однолично берегся, Юсуф Князь и все с ним мирзы в думе опричь Исмаиял, и хотят ити войною на Царя и великого Князя украйны. А ис Казани присылал к Юсуфу Князю человек его Джан магмет, которой отпущен из Нагаи со Царевичем в Казань, с тем, что х Казани сила идет великая, и ониб Казани пособь учинили. А как он поехал от Касая, и Касай при нем же покочевал по Яику вниз к Юсуфу Князю. А не сошлись со Князем толко меж [54] ими днище. А Юсуф все лето кочевал по обе стороны Яику. А Крымские послы были в Нагаех до их приходу, о миру и о том чтоб с ним Князь и мирзы с одново на Царя и великого Князя, а в Крыме Нагайские послы есть, пошли до их же приходу с Крымскими послы вместе. А весть ис Крыма при них не бывала. А Савастьян в Астарахани здорово, а живот у него поиман. А того не ведает, как ему отпуск будет. [55]

Ноября в 8 день 327 Нагайские послы Кошай с товарищами к Москве пришли. И Государь велел их поставить на Нагайском дворе, и торг им велел дать.

Ноября в 25 день Нагайские послы, Касаев посол Кошай с товарищами и все Нагайские послы, которые без Государя в Москву приехали, Касаев посол Ахкула, Юсуфов посол 328, Исмаилев посол Байтерек и Арслан мирзин посол Кулчан с товарищами у Государя были на приезде, и у Его Величества обедали. А Касаев посол Кошай от Государя своего подал грамоту такову:

Государю сщастливого благочестного Касай мирзино слово. Всеа Русии Государю Белому Князю многом много поклон, молвя ведомо буди. Слово то. Мы поздорову, а тыб так здоров был, дай Боже. Сею дорогою посол твой пришел и грамота твоя пришла [56] же. И послышев есмя твои речи и про твое здоровье порадовались есмя. С твоими прежними з дедом твоим отец наш о братстве гораздо дей говаривали, и нам бы о братстве за все говорити надеемся, толко сам иноко не учинишь смотрити. Мирз много, все о братстве говорят. И в них язь братство свыше учинити надеюся с нашим послом Ишекеем и с своим послом с Сысенем приказал еси, что для братства Княжую дочерь дал еси за Шигалея Царя. Брат таково живет ныне бьем челом Князю, как было при отце нашем, и при твоем отце и при тобе, потомуб и нам быти в любви и в братстве. И нынеб недобрые речи отставити, изноваб нам в братстве учинитися, по тому слову, что в той грамоте писано, которая к нам пришла. Похочешь братства и любви, сам того иноко не учинишь. И мы учнем послушивати и про добро и про лихо. А ныне [57] братственово для знамени послал есми доброво боярина, прикошевав послал своего пришли 329. Бью челом белому Князю, Калитайсары ходил на Русь. Толды наших гостей три человека изгибли, Кульян, да Мамай Сарызманов товарищи. Юргав дей взял, да нам отдал 330, то братству знамя. Ныне есмя в братстве, чтоб моево человека на борзе на жолтом снегу отпустил. Ныне бью челом, чтобы мне прислал шубу бархат з золотом на соболех, да шапку черну горлатну, да пансырь, да шелом з золотом. Сам ты ненужен ничем. А что надобе, и ты о том прикажи. Братству знамя то, чтоб мне самому пригодилося вздевати, прислал бы мне еси постав сукна. С тяжелым поклоном с легким поминком слугу своего Кошая послал есми. Молвя [58] написал. Брат мой Белой Князь толко меня себе братом назовешь, и тому знамя то, чтоб еси человека моего по санному пути отпустил. Крым тобе недруг, и нам недруг же. Астарахань тобе недруг и нам недруг же. Во многую рать пущаешь моих людей. Люди мои и сами до меня недоходят, и животы их недоходят же. Братству знамя то, чтоб еси однолично отпустил. А трем тем человеком имена, первой Серме, другой Кулчанд, третей Малаем зовут. [59]

1553 г. Генваря 331 в 1 день Нагайские послы, Юсуфов посол Енебек, Исмаилев посол Байтерек и все прочие послы, которые зимовали в Москве, просили, чтоб Государь велел их отпустить в их землю, дабы ежели они ранее туда приедут, от Юсуфа Князя и от мирз на весну ранее послы в Москву быть могли. Посему послов прошению Государь им велел сказать, что их всех отпускает по их воле, и чтоб они были к тому готовы.

Генваря в 4 день Государь приговорил Нагайских послов в землю их отпустить, и с ними в месте послать к Юсуфу Князю станицу служилых Татар Тафкея Темеева с товарищами 5 человек, к Исмаил мирзе станицуже служилых Татар Мамкея Девлечарова с товарищами же пять человек с грамотами о всех делах.

Генваря в 23 день Нагайские послы у Государя были на отпуске, и у Его Величества обедали. С Москвы поехали Генваря 30 дня. А грамоты с ними посланы таковы: [60]

1. К Юсуфу Князю 332:

Божиею милостиею Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии, Володимерского, Московского, Новгородского, Казанского, Псковского, Смоленского, Тверского, Югорского, Пермьского, Вятцкого, Болгарского и иных слово. Юсуфу Князю слово наше то. Прислал еси к ним своего человека Енебека з грамотою, а в грамоте в своей к нам писал еси, чтоб нам дочь твоя к тебе отпустить. И мы твоей для дружбы дочерь твою у себя жаловали в доброй чти держали, и являя к тебе свою дружбу дали ее за Шигалея Царя за добрым своим жалованьем, и к тебе есмя преже сего послали тот Сеунчь сказати своего доброво Казака Сююндюка Тулусупова. А после тово как есмя дочерь твою ис Казани к себе взяли, и Казанцы нам опять изменили, а взяли к себе на Царство Едигеря Царя; и мы сего лета за ту [61] их измену на них сами ходили. И Бог нам милосердье свое учинил, Казань со всеми людьми в наши руки дал. А которые люди в городе в Казани нам грубили, и те все от нашие сабли померли, а жены их и дети наши люди в полон взяли. А Едигерю Царю милость есмя показали вас для, смерти ему не учинили. И Едигерь Царь ныне у нас на Москве, и нам бил челом нашие опалы отпрашивал, и мы ево пожаловали жалованье есмя ему свое добро учинили. Так бы еси ведал. А ис Казани послал был есми х тебе Казанской Сеунчь сказати своего казака Тавкея Тимеева. И Тафкея на дорозе ограбили ваши люди, до тебя его не допустили. И тыб тех людей сыскал, которые Тафкея грабили, и их бы еси велел казнити, чтоб меж нас вперед людем нашим дороги не мешали. Да били нам челом ваши послы похотели у нас зимовати, и мы им волю дали. А как похотели ити [62] к себе, и мы их отпустили к вам по их воле. И с вашими послами вместе послали есмя к тебе своего казака Тафкея Тимеева с товарищи. И как дойдет до тебя Тафкей с сею нашею грамотою; и тыб наших казаков Сююндюка и Тафкея с товарищи невоздержав к нам отпустил. И с нашими казаками вместе прислал бы еси к нам своих болших послов, и приказал бы еси к нам с ними о всех своих делех, как меж нас вперед доброму делу быти. А которые твои гости и иных земель гости похотят ити с торгом в Казань, и тыб им велел ходити без боязни. А мы боярину своему и наместнику Казанскому Князю Александрии Борисовичу Суздалскому велели их беречи ото всяких обид. А которые наши казаки были на Волге, и мы вас для тех всех своих казаков велели с Волги свести, чтоб вашим послом и людем и улусом лиха никоторого неделали. А [63] что еси у нас просил что тебе надобе, и что у нас лучилось, и мы то к тебе послали с своим казаком с Тафкеем. Писана на Москве лета 7061, Генваря месяца.

2. К Исмаил Мирзе 333:

Божиею милостию Царя и Великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии слово. Исмаил мирзе слово наше то. Прислал еси к нам своих послов Байтерека и Янболды з грамотами. И те твои послы пришли к Москве, а мы в то время были в Казани, и дело свое Казанское делали. И послы твои у нас были, и грамоты твои нам дали. И в грамотах твоих писано о Дервише Царе и о Астараханском деле. И Дервишь Царь х тебе тогды не отпущен, и Астараханское дело не делалось по тому что в то время доставали есмя своего Казанское во Юрту. А ведомо вам и прежним вашим всем, что Казанской Юрт [64] от начала наш Юрт. И до нашего возросту Казанские люди своими не правдами как от нас отступили, и нашим землям лихо делали, приводя себе Государей от иных земель, то тебе ведоможе. И за те их неправды Бог Вседержитель милосердье свое нам учинил, город Казань в наши руки дал. А которые люди в городе в Казани были, и те все от нашей сабли померли. А жены их и дети наши люди в полон взяли, а Едигерю Царю твоей для дружбы милость есмь показали, смерти ему не учинили. И Едигерь Царь ныне у нас на Москве, и нам бил челом нашие опалы отпрашивал. И мы ево пожаловали, жалованье свое доброе ему учинили. Так бы еси ведал. А послы ваши у нас зимовати захотели, и мы им волю дали. И как похотели к вам ити, и мы их отпустили к вам по их воле. И с вашими послы вместе послали есмя к тебе своего доброво Казака Мамкея [65] Девлечарова. А ис Казани послали был есми к тебе с Сеунчом товоже Мамкея. И до тебя его не допустили, на дороге ограбили ваши же люди. И тыб тех людей сыскав казнил, чтоб вперед меж нас нашим посланником дороги немешали. А мы ныне с Волги своих Казаков всех велели свести, чтоб вашим улусом и вашим послам и гостем лиха не делали. А как дойдет до тебя наш Казак Мамкей Девлечаров с сею нашею грамотою; и тыб себе помыслил гораздо, как Астараханскому делу пригоже делатис. И что будет твоя мысль о Астарахани и о Дервыше 334. Царе и ты бы свою мысль к нам отписал с нашим Казаком Мамкеем Девлечаровым часа того доколе весна не пройдет. Да и своего бы еси доброво человека с Мамкеем к нам прислал. И мы о том деле Астараханском так же помысля [66] крепко учнем делати, как пригоже. И твоего человека с своею мыслью на борзе к тебе отпустил. А что еси писал к нам о Янгаре 335, и Янгара у нас не много побыв умер. Твои послы его не застали. А толкоб его твои послы застали; и мыб тебе за него не постояли. А что у нас просил что тебе надобеть, и мы тебе послали с своим Казаком Мамкеем Девлечаровым, чтоб у нас лучило. А которые будут вашие земли гости или иных земель гости похотят от вас ити в Казань торговати, и тыб им велел ходити торговати в Казань безо всякого опасу. А мы наместнику своему Казанскому Князю Александру Борисовичю Суздальскому приказали, гостем вашим, и иных земель гостем в Казани торг давати безо всякие обиды. Писана на Москве лета 7061. Генваря месяца. [67]

3. К Касай Мирзе 336:

Божиею милостию Царя и Великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии слово. Касай Мирзе слово наше то. Писал еси к нам, чтоб нам к тебе добро свое держании потомуже как и к отцу твоему, а не добрые речи все отставити. И мы твоего для прошенья и которые речи не добрые ни были, те есмя все отставили. А хотим к тебе любовь свою добрую держати потомуже как к отцу твоему. И для любви сею своею грамотою свои сеунчь тебе извещаем. Казанские люди были нам изменили. Взяли были к себе на Царство Едигерь Царевича. И мы на них сами ходили. И Бог нам милосердье свое учинил, город Казань со всеми людьми в наши руки дал. А которые нам в Казани грубили, и те все от нашие сабли померли. Одному Едигерю Царю вас для милость есмя показали, убити ево не велели. И ныне Едигерь Царь нам бил [68] челом, и опалы нашие у нас отпрашивал. И мы ему опалу свою отдали, и добрым своим жалованьем его пожаловали. Так бы еси ведал. А которые будут в твоем улусе гости, и тыб им велел в Казань ходити безо всякого опасу. А мы боярину своему и Наместнику Казанскому Князю Александру Борисовичю Суздальскому приказали. А велели вашим гостем торг добр давати. А велели их беречи ото всяких обид. Да писал к нам, что тебе надобно. И мы к тебе послали с своим Казаком з Байкешем Темеевым, что ся у нас лучило. Писана на Москве лета 7061 Генваря месяца.

4. К Белек Булат мирзе 337.

Божиею милостию Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии слово. Белек Булат Мирзе слово наше то. Прислал еси к нам своих послов Салтагана и Тугуша с [69] своими грамотами. И те твои послы пришли к нам. А мы в то время были в Казани, и послы твои нас дожидалися. И как, есмя ис Казани пришли, и послы твои у нас были, и грамоты нам от тебя дали. И в твоих грамотах писано о Дервише Царе и о Астарахани. И вам ведомо самим гораздо, что Казанской юрт от начала был наш юрт. И многие нам от них грубости были. И тово для есмя на тот юрт ходили. И Бог нам милосердье свое учинил, тот Казанской юрт нам в руки дал. А которые нам грубили, и те все от нашие сабли померли. А жены их и дети наши люди в полон взяли. И ныне нам недосугу ни которого нет. И ты бы подумав крепко о Астарахани и о Дербыше Царе, и свою мысль к нам приказал с нашим Казаком с Келдишем, как тому пригоже быти. И будет то дело в борзе делати надобе, и ты бы нашего Казака не [70] издержав к нам до весны отпустил, тово для, чтобы нам весны не пропустити. И с нашим бы еси Казаком прислал к нам своего доброго человека. А будет Астарахансково дела ныне в борзе дела ши не надобе; и выб нам о том ведомо учинили. Писана на Москве, лета 7061 Генваря Месяца.

5. К Арслан Мирзе 338:

Божиею милостию Царя и Великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русин слово. Арслан Мирзе слово наше то. Прислал еси к нам своего человека Тягрибердея з грамотою. А в грамоте своей к нам писал еси, что другу нашему хочешь другом быти, а недругу недругом, и нам бы к тебе свое добро держати. А ты дружбы для Казанских людей у себя задержал. А будет нам надобно; и ты Казань хочет воевати. И тебеб было ведомо, Казанские люди были нам изменили. А взяли к себе на Царство Едигерь [71] Царевича. И мы за их измены на них ходили. И Бог нам милосердье свое учинил, город Казань со всеми людьми нам в руки дал. А которые нам в Казани грубили, те все от нашей сабли померли. А жены их и дети наши люди в полон взяли. Одному Едигерю Царю милость есмя показали, убити его не велели. И Царь Едигерь ныне у нас на Москве, и нам бил челом о нашей опале. И мы ему опалу свою отдали, и добрым своим жалованьем его пожаловали. А которые будут ваши гости похотят ити в Казань с торгом, и выбы им в Казань с торгом велели ходити безо всякого опалу. А мы Боярину своему и Наместнику Казанскому Князю Александру Борисовичю Суздалскому приказали, а велели их беречи ото всяких обид. Писана на Москве лета 7061 Генваря месяца. [72]

1553 Года 339 Маия в 7 день Исмаил Мирзин гонец Капыл Чюро с товарищами три человека из Нагайской земле в Москву приехали с известием, что послы идут от Исмаил Мирзы Исень Гилдей, от Белек Булат Мирзы и от Атай Мирзы их люди, всех послов 13 человек, а гостей с ними 1000 человек, и лошадей 7000.

Гонцы поставлены на Нагайском дворе и корм им велено давать потомуже как таким гонцам даван на перед того.

Маия в 20 день Нагайские послы к Москве пришли, и казначей Федор Сукин велел их поставить под Паншиным и торговать им велел.

Маия в 21 день Нагайские послы были на дворе в дьячей избе и во отсутствие Государя в Кирилове Монастыре: от Государей своих привезенные грамоты подали Дьяку Ивану Михайлову, а имянно.

1. От Исмаил Мирзы 340:

Исмаил Мирза Брату моему Белому Князю многом много поклон, [73] поклон молвя. Наше одно челобитье есть. Толко нас себе братом назовешь; и ты бы нашим челобитьем нас пожаловал. В той земле Казанской без Государя был. И мы тово для что Казак был молодец ис Крыма пришел, и мы ему людей приказали в службу. Да тово для есмя послали, чтобы Едгиерь Царь выную землю не попал. Брату своему Белому Царю дружачи послал есми молвя. Исмаил Мирза, Атли Мирза, Белек Булат Мирза, Томажь Мирза, Тору Мирза, Айдарь Мирза, Исак Мирза, Иса Мирза, Арслан Мирза, Тохтарь Мирза, Кутум Мирза, Асанак Мирза все Мирзы челом бьем. Толко назовешь нас себе братом; и ты бы всех мирз челобитья не оставил. Похочешь нас с собою в братстве; Едигеря бы еси Царя пожаловал. Исмаил Мирзин паробок Бахмур Алием зовут коли торговать ходил паробок мой, и тово лета Назаром зовут боярин с [74] ним познался. Тот идет. Чтобы его жаловал бью челом. Христьянскому Государю Карача бью челом. У Якова Боярина племя мне есть, чтобы взяв отдал мне. Мы ходим с правдою.

2. От Касай Мирзы 341:

Государя счастливого благочестного Касай Мйрзино слово брату моему Белому Князю. Из дальние земли ближнею мыслью многом много поклон. Поклон молвя, ведомо буди слово то. Мы здесе на отца своего юрте здорово живем; а ты бы там на отца своего великого Ивана 342 юрте здоров был. С нашим с прежним, з дедом нашим, твоему деду о братстве и о добре на сем свете неговоренных речей у них не было. А ныне и мы братства и добра надеемся. А в братстве будучи братству и добру быти пособник есми. А про лихо слух есми твой. И про то что еси Казань [75] взял порадовался есми. За все бы тебе в веселье быти. И ныне бы нам на мимоидущем свете слово прямое говорити о всяких делех добрых и о братстве, что бы день от дни любовь свыше прибывала. Надеюся, что нашим Мирзам всем о братстве чаю хотят говорити. Я в том слово прямое мое то, что у меня доброво ни будет, то твое. Бью челом, что бы мне прислал пансырь, которой сам въздеваешь, да шубу с поволокою соболью, да седло з золотом, да постав сукна. На сем свете то будет мне за честь, за все мне посылати. Людей ли у меня нет! Слуга мой Ишекей слово мое прямое скажет, чтобы нам здоров приказывати и писати. Молвя грамоту послал есми. Игнатей Боярин взял шесть зенденей да конь мухорт, да конь саврас, да два мерина, что бы брат мой Князь тово обыскал, да велел отдати послу моему Ишекею. Барымской Тинибек в [76] Казань ходил посолством. А ныне де у Карагуза живет. И будет похочешь со мною братства. И Язь того человека прошу, дай ми его. Одново человека держати что в том прошует. В ту землю в Казань послал был есми по мед Кошкилдеем зовут слугу своего, будет он здоров, и ты бы его доискався отпустил то братство. А поминок мой конь послал есми его, на котором сам ездил.

5. От Белек Булат мирзы 343:

Белек Булат Мирза брату моему Белому Князю поклон. Поклон молвя. Тебя Бог создал, а нас Бог же создал Магметсва есми закону выдал 344. Брату своему Белому Князю бью челом. Как дядю моего Исмаил мирзу смотришь, так и меня смотри, и как дядю моего Атай Мирзу смотришь, так и меня смотри. Молвил, буду дей с Хорахозею а Белово Князя два [77] посла иноко нихуды вышли. А Белек Булат мирзин улус на весну истомен вышел. Как Батко в дружбе и в братстве был, и мы потому же в дружбе. А правда есть, и ты бы нам верил. Где нибудет недруг твой, и мы его станем искати. Что отец и дядя наш молвит, и мы из его слова не выступим. Будет тебе не друг, а похочешь его воевати, и тыб к нам приказал, ты от толе поиди, а мы от селе поидем. Белой Князь станет меня смотрити. И Язь то по тому узнаю, толко мне пришлешь пансырь крепкой, да шубу бархот з золотом. С тяжелым поклоном с легким поминком паробка своего Тягрибердея послал есми, и тыб его гораздо почтил.

4. От Арслан Мирзы 345:

Арслан Мирзино слово, Белому Князю поклон молвя. Тяжелым бы поклоном легким поминком нам [78] менятися. А опричь тебя брата себе не нашли. На отца своего юрте мы живем ныне. А ты на своего отца юрте живешь. И ныне бы меж собою нам лиха не делати. И мы о том гораздо поговорим. Отец и дяд наш войну похочет делати, и мы своего для прямова слова весть подадим. Правда наша то, Карачея своего Чебеля послал есми. А ты бы к нам своего Карачия послал. А что тебе будет понадобится у нас, и ты прикажи. Толко меня себе назовешь братом, и тыб доспех полной и с шоломом прислал и с саблею вместе. Да шубу бы с поволокою зимовную дал. Карачия своего сына посылаю. Толко назовешь себе нас братом, и ты бы его гораздо почтил. Да чтобы еси меншую братью нашу и детей наших за один смотрил всех. [79]

Маия в 27 день 346 Нагайские послы Исенгилдей с товарищами просили Казначея Никиту Фуникова, чтоб Государь гостей их исторговавших в Нагайскую землю отпустил; а они, послы оставаются в Москве до Государева приезду. По которому их прошению Нагайские гости в их землю отпущены, а с Москвы поехали Июня в 4 день.

1553 года Маия в 8 день 347 с Рязани в Москву приехали Нагайские гонцы от Касай мирзы Тоям, от Кам Мирзы Тулум Гозя, да от Али Мирзы Барахат с известием, что за ними идут послы от Касай Мирзы Ишека, а от Али Мирзы, от Абрим Мирзы и от Кам Мирзы их люди, всех послов пять человек, а гостей с ними и их людей 500 человек, и лошадей у них 3000. А поехали те гонцы от послов с Воронежа.

Нагайские гонцы по Государеву приказу от Казначея Федора Сукина поставлены на Нагайском дворе, и корм им дан по уразу. [80]

Маия в 23 день Нагайские послы Ишека с товарищами в Москву приехали, и Казначей Федор Сукин велел их поставить под Красным селом. И в тот же день будучи они на казенном дворе Казначею грамоты подали, которые посланы к Государю (в Кирилов Монастырь).

Того же месяца в 25 день Нагайские послы просили о позволении торговать, которое позволение по приказу Князя Владимера Андреевича 348 и по приговору Бояр им и дано.

Июня в 6 день по челобитью Нагайских послов гости их отпущены и с Москвы поехали того же Месяца в 11 день. А послы в Москве остались до Государева приказу.

Июня же в 14 день Государь из Кирилова Монастыря, куды поехал на богомолие, в Москву возвратился. И того же месяца в 20 день все Нагайские послы, Исмаил посол Карача Касаев [81] посол Ишека и прочие у Государя были на аудиенции, и Государю от Мирз отправили челобитье, а грамоты у них взяты наперед того, В тот же день послы у Государя обедали.

Тогоже месяца в 27 день Нагайские послы Карача и Ишека с товарищами у Государя были на отпуске, а с Москвы поехали Июля в 4 день. С ними же вместе посланы две станицы служилых Татар, а имянно Исмаил Мирзе Бахтеяр Баймаков, и к Касай Мирзе Девлет Хозя с товарищами. А грамоты с ними посланы таковы:

1. К Исмаил Мирзе 349:

От Царя и Великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Исмаил мирзе слово то. Сказывали нам ваши казаки Мамкей Девлечаров с товарищи, что нам великую свою дружбу прямую делаешь. И с ним вместе послал был еси к нам своего посла со всем своим делом, как меж нас которым делом делатися, и как [82] нам своего дела над Крымским искати. И твоего дей посла Айса мирза воротил назад и грамоты твои у него хотел отняти, и посол твой у него ушел. А наш посол Савастьян из Астарахани о твоей прямой дружбе к нам писал же, что нам дружба твоя прямо доходит. Ино то делаешь гораздо, что к нам дружбу свою прямую держишь. И мы видев твою прямую дружбу хотим свыше того свою прямую дружбу к тебе показати. И для твоей прямые дружбы послал есми к тебе любви своей знамя своих плеч платно, и тыб нашу любовь поминая носил здорово. И посла бы еси своего доброго на борзе к нам прислал, и приказал бы еси к нам свою мысль с своим послом тайно, как нам над Крымским своим делом промышляти, и как нам иных себе прибытков искати. И мы твою мысль услышев твоего посла на борзе к тебе отпустим, и с ним вместе [83] пошлем к тебе своего доброго человека, и свою мысль к тебе прикажем с своим человеком, и с твоим послом, как нам которые дела начати делати. О всем тебе о том подлинно известим. Да пришел к нам от тебя посол твой Карача и грамоту нам от тебя привез. А сказывает, с тою Грамотою ты его послал. А Нишан у грамоты не твое имя, имя Магмед Мирзино. А наши казаки Мамкей Девлечаров с товарищи нам сказывали, что еси перед ними своему послу говорил, что еси Карачи посолством к нам непосылывал, и грамоты еси ему к нам никаковы не давывал, а просился он у тебя к нам с торгом. И мы той его грамоте не поверили. А послали есмя тое грамоту к тебе, которую привез к нам от тебя Карача. И будет Карача солгал, и тыб на него опалу положил., чтоб вперед меж нас ложно нихто не ходил, и ссорыб меж нас неделали, и дружбы [84] нашей такими ложными грамотами не рушили. А к нам бы еси прислал с нашими казаки свою грамоту с своим нишаном с которым твоим нишаном вперед к нам твоим грамотам приходити, почему нам им верити. И которые грамоты в перед учнут к нам приходити с тем твоим нишаном, и мы тем учнем верити. А которые придут к нам грамоты не с тем нишаном, и мы тем не учнем верити, а которые грамоты дети твои учнут к нам посылати, и тыб те грамоты велел печатати своим же нишаном, и мы им потомуже учнем верити. А толко нам меж себя лживых не обличати, и меж нас вперед ссоры будет много, и дружбу нашу порушат. Так бы еси ведал. Да ещо слово наше то. Сказывал нам наш казак Мамкей Девлечаров с товарищи, что ис Казани пришол к тебе наш молодой паробок Васюк Пицкой. И тыб за него непостоял, прислал бы еси его [85] к нам, с нашим казаком з Бахтеяром Баймаковым с товарищи. Писана на Москве лета 7061 Июля 350 месяца 27 дня.

2. К Касай мирзе 351:

От Царя и великою Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Касай мирзе слово то. Прислал еси к нам грамоту с своим человеком Ишекеем; а в грамоте своей к нам писал еси, чтобы и нам к тебе добра своего неубавливати, а ты нам везде добра хочешь, и о всяком деле слух еси наш: ино то делаешь гораздо. И тыбы и вперед нам добра хотел, а мы как наперед сего тебе молвили, что нам тебя в любви держати. И ныне и свыше того хотим тебя в любви держати. И по твоему прошению для любви послал есми к тебе, что ся у нас лучило с [86] твоим послом Ишекеем. Писана на Москве, лета 7061 Июня месяца.

3. К Белек Булат мирзе 352:

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Белек Булат мирзе слово то. Писал еси к нам, как дядю твоево Исмаил мирзу в дружбе держим, так бы нам и тебя в дружбе держати. А в том бы нам тобе верити, где будет наш недруг, и ты его учнешь искати. А о Крыме бы нам тобе ведомо учинити. И мы ныне о Крымском деле другу своему Исмаил мирзе подумав велели к себе отъписати. И как нам Исмаил мирза свою думу отпишет, и мы тобе тогды о том деле ведомо учиним. А ныне для дружбы, послали есмя к тобе с твоим человеком с Тягрибердеем чтося у нас лучило. Писана на Москве лета 7061. Июня месяца.

4. К Арслан мирзе 353: [87]

От Царя и великово Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Арыслан мирзе слово то. Писал еси к нам, чтобы нам лихо отставити. И мы как преже сего слово свое молвили, что лиху не быти, так и ныне на своем слове стоим. А тыбы на своем слове стоял. А ныне по твоему прошенью послали есмя к тебе с твоим человеком, чтося у нас лучило. Писана на Москве. Лета 7061 Июня месяца.

5. К Айсе мирзе 354.

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Айсе мирзе слово то. Прислал еси к нам поминки иноходец с нашими казаки с Мамкеем Девлечаровым с товарищи. А приказал еси к нам с Мамкеем Девлечаровым с товарищи. А приказал еси к нам с Мамкеем, чтоб нам тебя пожаловати в любви держати потому же как дядю твоего Исмаил [88] мирзу в любви держим. И тебе ведомо гораздо, какова к нам правда дяди вашего Исмаил мирзы. И учнешь к нам таковуж правду держати, и мы тебя доброю своею любовью учнем жаловании по твоей правде. А ныне даючи знамя своей любви послал есми к тебе с своим казаком с Уразом Девлет Хозиным, чтось у нас лучило. И покажет к нам свою службу, и мы к тебе болши того своей любви прибавим. Так бы еси ведал. Писана на Москве, лета 7061 Июня месяца.

6. К Атай мирзе 355:

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Отай мирзе слово то. Бил нам челом Исмаилев человек Карача, чтоб нам для Исмаил мирзы к тебе любовь своя держати. И мы для Исмаил мирзины дружбы любовь свою к тебе хотим держати. А тыб к нам держал правду [89] свою потомуже, как к нам держит правду Исмаил мирза, а ныне даючи знамя своей любви послал есми к тебе с своим казаком з Барашем чтось у нас лучило. И покажешь нам вперед свою службу, и мы к тебе болши того своей любви прибавим. Так бы еси ведал. Писана на Москве лета 7061 Июня месяца. [90]

1553 года Августа в 28 день 356 прислал к Государю из Городка Царь Шигалей служилого Татарина Баикеша Тимеева, да с ним приехали Нагайские гонцы от Касай мирзы Кошум, от Белек Булат Мирзы Анайдар, от Айсы мирзы Байбулат, от Казай Мирзы Ярлагамыш, от Бай Мирзы Янбахта, да от Бии Мирзы Кора, с известием, что послы идут к Государю от Касая Мирзы Тлохбердей 357, и от иных мирз их люди, всех послов и гостей 770 человек, а лошадей с ними 1000.

Нагайские гонцы по Государеву указу поставлены на Нагайском дворе, и корм им дан потому же, как гонцом корм даван на перед того.

Байкеш Тимеев Государю доносил: что при нем присылал к Касаю Юсуф Князь своего человека Кулуша с тем, чтоб с ним шел воевать Российские границы, и Касай Юсуфу ответствовал, что ему итти ныне воевать нельзя, поелику сгорел у него брат его Кам [91] Мирза, и Государь Казань взял. Да и на думу Касай ко Князю не поехал, и приказывал ко Государю с своим послом, что он хочет Государю служить, - Биюш же доносил, что видел в улусе у Айсы Мирзы Крымских людей 8 человек, и слышал у Айсы Мирзиных людей, что Крымской Царь присылал ко Князю и к Мирзам своих людей, с тем, чтоб они все содиначася воевали Царя и великого Князя украйны. А при их, Российских гонцов, отъезде Крымские люди остались у Айсы Мирзы в улусе.

Сентября в 10 день Василей Андреев сын Кутузов, который Нагайским послам в стречю посылан был, с ними к Москве прибыл, и послы поставлены на лугу под Симоновым, а в 12 день того же месяца им дано позволение торговать.

Сентября же в 29 день Нагайские послы Телеубердей с товарищами у Государя были на приезде, и привезенные от Государей своих следующие подали грамоты.

1. От Касай Мирзы 358: [92]

На Государство счастливому и в вере великих великого Касым мирзино слово великого счастья счастливово всегды брату моему Белому Царю Великому Князю и его Величеству многом много поклон молвя. Ведомоб было слово то. Мы здесе здорово живем, да челом бьем. Дай Господи брат наш на отца своего Юрте здоров был на многие лета. Дай Боже так. Сево лета посол твой приходил, и грамоту от тебя привез, и речи твои мне ведомы учинились. И слышев твое здоровье и мысль моя радостна учинилась. И ныне челом бьем Княжому Величеству. Приказал еси к нам, что тот еси Юрт 359 взял и мы слышев то весели учинились. То от нас разронилося и чюжо нам стало. А нам то недруг же был. Слышав есмя его взятье обрадовалися. А твой дед и отец сь нашими деды и отцы во многих летех живучи, а в [93] братстве и нашего отца братство доставалося. Того для братство наше от дни до дни в любви есмя и вселды 360 прибавки чаем, и надею держим А ты будешь на отца своего Юрте здоров. И наши Мирзы вся братья, да и в том недругу твоему вселды не други. А брату есмя твоему братья, и на доброе есмя дело помочники, а на лихое есмя лазуки. И ныне братству нашему знамя то есть, ближнему другу а далнему недругу приходящему и отходящему в сем минущем свете чтоб было слышети и видети и добрым межу себя ссужатися надею чиним. И ныне изначално и тебе Юрт недруг был. Ты и тот взял. Челом бью, чтобы нам в савги место челом бью. От толе з Бухарским Царем, а от селе с Юркенским Царем с Ахтаем в сватовства есми учинилися. И будет твое жалованье [94] к нам, и тыб нам дал тысячю алтин денег. А дал бы еси их Казначею моему Кувану. Братству твоему знамя то. Коли посол наш шел, шесть десять у него лошадей взяли, да человека Базирген Адаман. И о том бы еси гораздо да им взяв отдал. Да брата твоего Касым Мирзино челобитье: дал бы мне в деветером. Да на себяб мне пригоже взяти пансырь да шелом, да шубу соболью. Толко его к нам жалованье будет, и он бы дал казначею нашему Кувану. Твоего здоровья видети и отведату послал есми слугу своего Тлохбердия. Молвя писана.

2. От Белек Булат Мирзы 361:

Белек Булат мирзино слово Брату моему Християнскому Государю Белому Царю поклон молвя. Брат мой с моим послом Салтаганом своего посла прикошевав прислал. И язь с его послом своего посла [95] прикошевав послал, да и гостей прикошевав отпустил, Князь и мирза мне грубно учинили. Приказали к Айсе Мирзе невелели гостей моих отпустить. По княжому и по мирзину слову Айса Мирза гостей моих не пропустил. И Белек Булат Мирза Айсе Мирзе говорил: не пей де ты из Волги воды. Отошло дей тя 362. Двема своим слугам да и Салтагану да и язь верю, и брат бы мой Князь великий Белой Царь верил же; з братом мне шерпь и рота была, и язь на том слове на прямом стою, и тово хочю, чтоб Нагайской конец один бы был там, а другой здесе, хочю тово. У Князя и у мирзы доброе и лихое слово у них было. По меня посылали, и язь к ним не поехал 363. Да толко бы еси поберегся. Братство наше то, с тяжелым поклоном с легким [96] поминком. Посла своего Салтагана есми отпустил и толко почтит меня, и он бы его как меня почтил. А честь бы то посол много поживет, и он бы сем день пожил то ты его почтил. И братство то. А отпустишь посла моего поздо, и от брата моего весть не дойдет, и посол мой не дойдет. Айса мирза мне меньшой брат побоялся мне бил челом. Повери мне, Айса мирза войны не учинит. К моему послу посла своево прикошевав отпустил. И ты бы ево как меня почтил. Так и моегоб еси посла почтив отпустил. Да ото всяково году по одному нет пропало. Да вы дали за два в год одно, и то пропало. Татбу бы он отставил. А что у них взято пропащее, то бы велел отдати. Да брат бы мой Белой Царь к моему послу своево посла прикошевав прислал. З добрым есмя человеком в братстве учинилися. Назовет нас толко себе братом, и он бы шубу [97] одну соболью, да шубу горностайну да шубу с поволокою кунью, да постав сукна, да купу полошен, да тысячю листов потали прислал. Божей дом мизгит делаю. И чти его, знамя то мое чего язь прошу прошенье даст. А что у нас будет добро, и он у нас проси, и мы добыв дадим. А они с нами похотят быти, а мы с ними хотим жити. Поклон.

3. От Айсы Мирзы 364:

Айса мирзино слово Христьянскому Государю Белому Князю. Из далние земли ближнею мыслью великим челобитьем челом бьючи, молвя. А челобитье наше то. В сей земле пошлины есмя своей дошли на усть Волги. На усть Волги старейшего нашего Исмаилева изба, а наше Зимовище Дон, осенуем на Илеке, а летуем на самой Волге. В сей земле в день есмя в караулех, а ночи в [98] чардаюлех. Христьянской Государь а наш брат Князь чтоб розбою своему отстати. И язь от Волги любо их взявши, любо сам недавшися не иду. Так бы еси ведал. В сей земле караул и чардаул. А ныне с Анынем Князем гораздо есмя поговорили. Доброму Белому Князю о мне ялся печаловати, да розбой ялся унять. Доброво по пошлине своего посла к тебе посылаю. И тыб по пошлине с послом выимок мне прислал. А не пришлет мне выимка по послове пошлине; и в нас правды не будет, а в сей земле кто будет сусед, то и брат. На выимок добром станем ссужатися. Улусной еси Государь Князь велики. Посла моего послом учиня з болшово мурзою 365 послом сровнив почти. Имилдеша своего Яилава 366 послал, твоего здоровья видети и отведати. С тяжелым поклоном с [99] легким поминком Имилдеша своего Айлава послал про твое здоровье слышети и видети, а про свое сказати. И назовет нас братом, и тыб прислал два доспеха добрых, шатер доброй, шубу соболью с поволокою пожаловал бы еси. Дай боже так. Ся с печатью грамота. [100]

Сентября в 29 день 367 Государь Нагайских грамот служав приговорил Нагайских послов в их землю отпустить и с ними вместе послать к Касай мирзе и к Белек Булат мирзе станицу служилых Татар Баигоню Мамина с товарищами пять человек, а к Айсе мирзе служилых же Татар Зенебека Кулубердея да Келдиша Келдиярова.

Октября в 3 день Нагайские послы Тлохбердей с товарищами у Государя были на отпуске, и того же месяца в 5 день с служилыми Татарами с Москвы поехали, Государь с служилыми Татарами приказал толко к мирзам поклон, а грамот с ними никаких не послано.

Октября в 13 день 368 прислал к Государю из Городка Шигалей Царь Ссююндюкова вожа Тулусупова Карамыша Мустяпова, который Государю доносил:

Что Юсуф Князь с своими детми и племянники со всеми идет на [101] Государевы украйны. А Касай мирза с ним же. А он сказывает шел сь Юсуфом в полку до Яика десеть день. А сь Яика его послал ссююндюк ко Государю с вестью. И ехал он от Яика до Волги десеть день, а от Волги поехал до городка в десятьжс день. А Юсуфу возитися Волга под Астараханью. А возити его Астараханцам в судех. А Царь Астараханской посылает с ним людей своих пятьсот человек. А Юсуф Князь людей своих смечал при них, и смешил всех людей своих сто тысяч да дватцать. А вперед себя посылал вожей дороги отведывати на Хопер да на Дон. И с Хопра к нему приказали, что на Хопре стояти нелзе, поля выгорели. А з Дону к нему весть пришла, что на Дону по Крымской дороге стояти добро, прокормитися лзе, и на Резанскую украйну з Дону прити добро на, на Воронеже корму много. И Юсуф приговорил ити ему Крымскою дорогою на Дон, и з Дону ему [102] прити на Резанскую украйну как Ока станет. А держал ево Юсуф скована, и вспрашивал ево про дороги, и можно ли и мочноли ему Ока перелезчи под Москвою прокормитца. И он говорил, что ему под Москвою прокормитца нечем, как пойдет рать, ино хлебы все свозят в городы, а сена пожгут. И Юсуф приговорил со всеми людми, лучшим людем имати на голову по три верблюды, а иным по два, а худым людем имати двема верблюд, а запасу с собою имали всякой человек по три овцы старых, да крупу на всякую голову как мочно человеку подняти. А верблюдов взял с собою много тово для, что голод терпят, и перед коими дорогу топчют. Да его оставил на Яике. А велел их отвести в Сарайчик с Сююндюком вместе и Сююндюка взял на поруку Азеев отец да братья, а его же порукуже взяли племя его. И Сююндюк велел ему взяти лучшие лошеди и бежати. И он [103] побежал. А Исмаил мирза с ним (Юсуфом) непошел. А отвечал Юсуфу, твои дей люди ходят торговати в Бухару, а мои люди ходят к Москве. И толко мне завоеватца, и мне самому ходити нагу, а которые люди и учнут мерети, и тем и саванов небудет. И язь деи иду в те поры воевати в Казань на горную сторону. И пошел Исмаил при них, а взял с собою Юсуфова сына Али мирзу, а при ходу ево чает о сем месяце о полне. А пошел Исмаил до Юсуфова походу за двенатцать день. А Юсуфовы люди говорят про Исмаиля, что он дружит Государю, того для с Юсуфом непошел. А чает, что ему воевать Арских людей потому которые Казанские люди были у нево, и он тех людей всех пограбил, и жены и дети у них поотнимал. А улус весь Юсуф оставил за Яиком у Сараичика, а людей воинских в нем неоставил, а поставил в заставе от Юргенча Касаевых трех братов. [104]

По тем известиям Государь послал в Городок к Шигалею Царю и в Володимер к боярину и воеводе ко Князю Семену Ивановичу Микулинскому с товарищами; и велел служилых Татар и Нагайских послов воротить к Москве, с которым Василей Кутузов Октября в 23 день в Москву и приехал. А Нагайских послов Государь велел поставить на Нагайском дворе.

Ноября в 29 день 369 приехал к Государю из Шатцкого города Злоба Щепотьев, который послан был на поле проведать про Нагайских людей, с известием, что прибежали в Шатцкой город сторожи с ведомостью, что под Мещерскую украйну идут люди многие Нагайские. И он по тем вестям поехал в стречю тех людей, и застал их в Идовских воротах, и тогда он наехал в тех людех служилого Татарина Бахтеяра Баймакова, который посылан был к Исмаил мирзе, да Василья Бобрикова, которые ему сказывали, [105] что к Государю от Исмаил мирзы посол идет Темир, а от иных мирз послыже идут их люди, всех послов и гостей и их людей 400 человек, а лошадей с ними 3000.

Тогоже Ноября в 29, день Бахтеяр Баимаков и Василей Бобриков из городка в Москву приехали, а Бахтеяр Государю доносил:

Как он пришел к Исмаилю, а Исмаил кочевал на Волге на речке на Ахтуби. И он туто у него был, и поклон от Государя правил, и грамоту ему подал. И Исмаил говорил ему, мы дей просили у Царя и Великого Князя Дербыша Царя, да Едигеря Царя. И он дей к нам не отпустил, а держит их у себя. А на завтрее Исмаил велел ему быти у себя, и говорил ему: Писал дей ко мне Царь Великий Князь о своем сыне Боярском о Василье о Бобрикове. И язь дей того Василья отпущу с вами вместе, да и послов дей своих ко Государю пошлю. Да присылал к Исмаилю Юсуф Князь человека своего, [106] что он идет воевати Царя и Великого Князя украйны, и он бы пошел с ним же и Исмаил ему отказал, что ему ити с ним нельзе потому, прибежал к нему ис Крыма полоняник, и сказывал ему, что Крымской Царь идет на них, и ему затем ити нельзе. А пойдешь дей ты на Государеву украйну, и мне дей против Крымсково не стаивити, а поиду дей за Яик. И Юсуф Князь за тем непошел. А то они про Крымсково вставил дружечи Царю и Великому Князю. А Белек Булат и Арслан у Исмаиля былиже и вспрашивались с ним, велит ли им с Юсуфом ити на Государеву украину воевати. И Исмаил дей им с Юсуфом ити не велел. Да принихже были у Исмаиля с луговые стороны Шибаном зовут с товарищи три человека, а просили у него на княженье сына его Магмед Мирзы, а привезли к Исмаилю поминка Борисов доспех Салтыкова. И Исмаил отказал им, [107] что ему ныне сына своего на княженье отпустити к нам нелзе. Идет дей на меня недруг мой Крымской Царь. И отпустил их в Казань ни с чем. Да приходили из Астарахани к Исмаилю от Ямчургея Царя посол Алкалы с товарищи семь человек о дружбе, да и поминки ему прислал доспех да тысячю аршин тафты. И Исмаил отпустил их в Астарахань, а с ними вмете послал к Ямчургею Царю своего посла улуснова человека. А ис Крыма при них к Исмаилю не бывали никаковы люди, а Нагайских людей в Крыме нет же. И отпустил его, Бахтеяра, ко Царю и Великому Князю, а дал ему Васку Бобрикову. И говорил ему Исмаил, что он хочет со Царем и Великим Князем быти в крепкой дружбе. А Царь бы и великий Князь отпустил к нему Дербыша Царя, и бояринаб дей ко мне доброво прислал. И язь дей пред его послом и правду к Государю учиню. [108] А Дербыша дей Царя мы отпустили к Государю того для, чтоб он Юрт его Астарахань взяв ему дал. И он дей Юрта его взяв не отдаст, а его к нам не отпустит. А ко Государю с ним вместе послал своево посла Темиря. [109]

Декабря в 5 день из Городка в Москву приехали Нагайские гонцы Енай с товарищами 15 человек, и Государь велел их поставить на Нагайском дворе и корм им давать по прежнему.

Декабря же в 15 день Нагайские послы в Москву приехали, и поставлены на Нагайском же дворе и корм им дан по указу. Тогоже месяца в 17 день Нагайские послы Темир с товарищами у Государя были на приезде у его Величества обедали, и слеедующие от Исмаила Мирзы подали грамоты 370:

1.

От Исмаил Мирзы другу моему Белому Царю поклон. Чтоб нам от дружбы и от правды своей не отступити. А дружбе нашей знамя то. Твое прошенье мы дадим, а наше прошенье ты дашь. То правда нашей знамя. А одно знамя правде нашей то, твоего бы недруга мы воевали, а нашего бы недруга ты воевал. А правде нашей одно знамя прошенье мое, [110] Едигеря Царя прошу. И толко дашь его; и то прямой нашей дружбе знамя то. А не дашь его, и он ни на воинство ни к дружбе не пригодитца. Наших двусот тысяч Нагаев писмяных в дружбе не отступно учинити минят на мне буди, все нагаи друзи будут; не лучше ли тебе то? от молодова робяти что тебе видати? толко ныне его нам отдашь, и кого тебе надобе воевати, иноб мы воевали. И толко его отдашь, и мы с Крымом завоюемся тебя для. А толко его не отдашь и ты шерть нашу поступись и отпусти. Ахкобек Царь для своего Юрта ездил в Черкасы, и Юрт его взяв дали. Тобя столко нетли? Брат наш 371 на твои руки пошел. И толко Юрт его взяв дашь, иноб ко чти твоемуж имени. Нам бы воевати 372; ино у нас на воде судов нет, а к Городу, ино у нас пищалей нет. А [111] Дервиша Царя также братом учинил как Шигалея Царя, а от нас не отступен. Прежнево лучши в дружбе будет. А на сем лете Юрт возми, да дай. А сем речам ответ учинив и к послу моему к Темир Богатырю человека прикошевав отпустишь, то правде и знамя. Здоровья твоего отведати послан тот посол. Молвя грамоту написал. Исмаил Мирзино слово Белому Царю. Язь тебя леты старее, а ты сына моего моложе. И ты мне буди сын. Как будет годно отечеству и сыновству, учнем и делати. Так бы еси ведал. Юрт еси взял 373, здравствуй, а мне савгу не датли ти? И савга бы то, дай мне Едигеря Царя, да пришли мне Боярина. Бахтеяра посла за тем держал есми, что Князь хотел ити. И мы били челом Князю, чтобы не пошел 374, и он челобитья нашего послушал, да стал. [112] И в ту пору зима подошла блиско. И ныне толко нас назовет себя другом, и тыб тем людем, которые ныне пошли велел зимовати. И толко их выбьешь; и они на поле помрут.

2 375.

Исмаил Мирзино слово другу моему Белому Царю поклон. Поклон молвя, толко с нами похочешь братства, Дереиш Царь по своей воле пошел был, неотпустишь, держишь его. Бьем челом, отдай нам. А Шигалей Царь брат был нам, а Белой Царь друг был, и Казанцы согнали его, а Юрт остался черным людем, а просили сами, чтоб Дей Юрт без Государя небыл. И мы племянника своего Едигеря Царя отпустили, то правда и похочешь с нами дружбы и братства, отпусти к нам Едигеря И толко отпустишь к нам, есмы с Крымом завоюемся. А не поверишь нам, и Белой Царь пришли к нам своего доброво человека. Толко [113] отпустишь к нам Едигеря Царя, и нам з Белым Царем в дружбе быти. А с Крымом заратитися уверимся. А похочешь с нами дружбы пришли же зиме в перед своего верново человека, чтоб нам поверив поехал: похочеш жо с нами дружбы, отпусти к нам Елаир Каибуллина Княжово меншово брата Кошайдара. Кого к нам своего человека пришлешь, к тому прикошевав отпустишь; и мы правду по тому и познаем. А которые люди наши к самому к Белому Царю ходят, тех разбивают, и от самово которые ходят, и тех разбивают же те, которые Волги берегут. Тех огрозити нелзели? С поклоном грамоту написал. Месяца Июля. Ис Казани попал Тенковатом зовут слуга мой. А есть дей он, отдал бы мне ево. Кошайдар дей у Дервиша Царя. Что бы ево от Темиря не отставливая к нам прислал. Правде нашей знамя. [114]

1553 года Декабря в 26 день 376 из Темникова приехали служилые Таmаре Девлет Хозя Резанов сын Баймакова да Кудеяр Бахметев, которые в Нагайскую землю к Касай Мирзе были посланы. И Девлет Хозя Государю доносил: как он пришел в Нагайскую землю к Касай Мирзе, то он, Касай, кочевал на Караклые речке за Яиком пять день езды, а Юсуф Князь на Яике. При нем же приезжал к Касай Мирзиной матери Юсуф Князь для того, что сгорел Касай Мирзин брат Кам 377 Мирза. После того ездил Касай Мирза к Юсуфу, прося его, чтоб он Государевых татар, которые прежде того к нему были присланы, Сююндюка да Тафкея с товарищами, к Государю отпустил. Но Юсуф Князь его не послушал и оных Татар не отпустил для того, что Государь к нему не отпущает дочери и внука ево 378. [115]

Касай же Мирза приехав от Юсуфа его, Девлет хозя, с товарищами отпустил, и с ними вместе послал к Государю своих людей Девлет Хозю же с товарищами трех человек. - Тогда же приезжал к Юсуфу Князю из Казани Кулай Князь, прося у Князя сына его Али Мирзы на княжение.

1554 года Генваря в 3 день Касай Мирзины люди Девлет Хозя с товарищами в Москву приехали, и Государь велел поставить на Нагайском дворе и корм им давать по указу.

Гогоже месяца в 19 день они у Государя были на приезде, и грамоту от Касай Мирзы подали такову 379:

Землядержца счастливого благочестного Касай Мирзино слово. Волному человеку брату моему Белому Царю многом много поклон; молвя ведомо буди. Мы поздорову живем. А тыб на многие лета с частьем здоров был. Сею дорогою от посла твоего [116] братственное слово слышев за честь нам учинилось. И ныне челобитье мое: отцу и дяде моему и всем о братстве слова не было. И в том братству свыше быти надежу держим. А дяди моего слово то: каково дей было поведенье деда моего, и мне дей так не учинят. О том гневаетца. А после того написано в тойже строке, первой гнев его. (Да после того слово написано не складно, недопись есть, язь не ведаю, как написать, на удачю написал есми, что первой гнев его) 380 дочь. Да о том гневаетца, что казны дей мне не присылает. И ныне братства ото дни свыше начаемся. На добро пособник есми, а про лихо слух есми твой. И которые люди доброе слово слышев приехали, от тех нам за честь ссталось. На том таки слове есми. Про тебя у отца и у дяди своего доброе слово услышим, и мы [117] радуемся. А лихое слово услышим, и мы гнушаемся. Всегда есмя братья. Здоровья твоего видети болшой наш посол с легким поминком с тяжелым поклоном доброво слугу своего Девлет Хозю Богатыря послал есми. Слуга твой Исень ведает, слуги моего Алдашовы сорок лошадей есть. То бы нам отдал еси. Да Кайнатуром дом тин Куват, того нам отдай. Да шубу соболью, да постав сукна, да шубу горностайну, да пансырь дай мне. На борзе человека моего отпустишь, и мы братство познаем. Еще челобитье мое брату моему Царю, молодцам моим братьям мирзам, которые поминки прислати, тоб ко мне прислал, язь из своих рук дам. [118]

1554 года 381 Января в 22 день Государь Нагайских грамот слушав приговорил, Нагайских послов, а имянно Исмаилева посла Темиря с товарищами и всех тех Нагайских послов, которые летовали и осеневали в Москве, Касаева посла Тлохбердея с товарищами в Нагайскую землю отпустить и с ними вместе послать 1) к Исмаил Мирзе посолством Микулу Иванова сына Бровцына и две станицы служилых татар Девлет Хозю Усейнова, да Кадыша Кудинова с товарищами 10 человек, 2) к Юсуфу Князю и к его детям к Юнус мирзе и к Али мирзе станицу служилых татар Беляка Кийкова с товарищами 5 человек, 3) к Касаю с его послом Тлохбердеем тих же служилых татар, которые посланы были наперед того Байгоню Мамина с товарищами, 4) к Белек Булат мирзе Гозю Темирева с товарищами, и 5) к Айсе Мирзе Зенебека Кулубердеева с товарищами.

Всеже те послы Генваря в 26 день у Государя были на аудиенции. И Государь [119] велел Темиря и Яная привести к шерти на записи, что им Государева посла Микулу Бровцына к Исмаилю Мирзе допроводити и из Нагайской земли отпустить Исмаилю Микулу к Государю безо всякой зацепки. И в тот же день оные послы у Государя обедав отпущены, а с Москвы поехали Февраля во 2 день.

Грамоты к Исмаил Мирзе в статейном списке при сем посолстве не имеется, а в речи, которую Государев посол Микула Бровцын ему говорить имел, между прочим гласит тако 382.

А что еси писал к нам о Едигере Царе, и тебе и на перед сего ведомо, что Едигеря Царя тебя для есмя пожаловали, и лиха ему ни которого не учинили твоей же для дружбы, что ты к нам прямой друг. И мы ево тебя (для) Юртом устроили, потому же как и Шигалея Царя. И Едигерь Царь нам бил челом похотел в нашей вере быти и нам служити. И мы ему волю дали. И он своею волею [120] в нашей вере учинился, а не мы ево изневолили, сам похотел и Едигерь ныне в нашей вере. А по нашей вере зовут ево Семеном. И женился в нашей земле, и из нашие земли никуда ехати не хочет. И мы ево ныне тебя для и свыше тово своим жалованьем пожаловали. А и послы твои у нево были же, и ево видели, как нашим жалованьем пожалован. И ты своих послов спрося уведай, как ево тебя для жалуем. А о Казанской земле тебе и самому гораздо ведомо, что юрт ис стари наш юрт. А взял ево дед наш своею саблею, и Алегама Царя с братьею и с матерью, и со Царицами и з детми дед наш с того юрта привел к себе. И Алегам Царь у деда нашего и умер в ниже. А после того на тот юрт Казанских людей изменою многие Цари и Царевичи приходили. И также с того юрта иные Цари в наших руках померли, а иные так побиты, тебе [121] ведомо же. А того николи нс бывало, чтоб которого Царя с Казани сведчи так пожаловати, как тебя для Едигеря Царя пожаловали, волю ему дали, и юртом ево устроили, и в своей вере поволили ему быти, и женили его. И ты бы ту нашу дружбу к себе гораздо паметовал. То есмя все учинили тебя для. А которые Казаки на Волге гостей ваших грабили и били, и мы тех Казаков перед вашими послы велели казнити. А которые вперед учнут на Волге стояти, и послом и гостем лихо делати, и мы тех также велим казнити. А которые Казаки ныне огнь нас бегают, и хоронятца на Волге, и как лед пройдет, и мы на тех посылаем многих своих людей, и велим их там побити, чтоб лихих людей меж наших земель не было.

И сверх того Бровцыну сие Исмаил мирзе тайно говорить велено 383: [122]

Государь наш Царь и Великий Князь велел тебе говорити. Приказывал еси к нам, что бы нам на Астарахань рать своя послати и Дербышаб Царя на Астарахани учинити. И мы для твоей дружбы Дербыша Царя на Астарахань отпустили. А з Дербышем Царем вместе послали есмя воеводу свосво Князя Юрья Ивановича Пронсково с таварищи со многими людми. А срок есмя учинили Дербышу Царю и воеводе своему Князю Юрью Ивановичю Пронскому с таварищи, быти против Переволоки Июня месяца 1 день. И ждати есмя им велели тебя в том месте семь день. И ты бы к тому сроку на то место поспешил, и з Дербышем бы еси Царем и с нашими воеводами в том месте сослался своим добрым человеком, и свою бы еси мысль Дербышу Царю и нашим воеводам приказал, как тому делу пригоже быти, да и людей бы еси своих Дербышу Царю и нашим [123] воеводам в суды дал сколко пригоже, и отпустил бы еси своих людей с ними к Астарахани немодчая. А будет тебе за которым делом х тому сроку х переволоке самому прити нелзе: и ты бы послал к Дербышу Царю и к нашим воеводам своево верново человека, да с ним людей, которым ити з Дербышем Царем и с нашими воеводами в судех к Астарахани. И с тем своим человеком приказал бы еси к Дербышу Царю свою мысль о всем деле подлинно, как тому делу делатися, а велел бы еси тамо своему человеку ждати Дербыша Царя и наших воевод против переволоки к тому же сроку. А как придет Дербыш Царь и наши воеводы к переволоке; и твой бы человек Дербышу Царю и нашим воеводам о Астарахани твою мысль сказал, и людей бы твоих Дербышу Царю и нашим воеводам в суды дал сколко пригоже. А ты бы сам тогды шел к [124] Астарахани, и пришед к Астарахани стал против города. И тово бы еси смотрил, как наши люди учнут наше дело и твое делати. И нечто Бог даст наше дело и твое поделатца, наши люди Астарахань возмут, и Дербыша Царя на Астарахани посадят; и ты бы тогда з Дербышем Царем велел бы 384 на Астарахани своему Князю доброму, которой бы умел юрт здержати. Да и людей бы еси своих к Дербышу Царю в Астарахань прислал, сколко пригоже, как бы ему точно юрт здержати. А мы тогды велели в Астарахани з Дербышем Царем своему человеку доброму Петру Тургеневу, и с твоим человеком о юрте промышляти, и дело делати всякое заодин. А будет наш человек Петр Дербышу Царю и тебе в Астарахани не надобе; и выб Петра отпустили к нам с своими послы. И которые дела вам надобны; и выб о том [125] с нашим человеком Петром и с своими послы к нам приказали. А которые будут люди земские в ту пору из Астарахани выбежать, и ты бы тем людям от нас и от себя опась давал, что бы пошли назад на свои места, а не боялися ничево. А от нас им и от тебя лиха не будет никоторово. И укрепя бы еси город нашего посла Никулу к нам отпустил, а с нашим послом Микулою прислал бы еси к нам своево доброго посла. И с тем еси своим послом и с нашим послом с Микулою приказал к нам подлинно о всех наших делех и о своих, и о Астарахани, как нам вперед тот юрт укрепити, чтобы на нем Дербышь Цар вперед жил неподвижно. И мы услышав твою мысль от своего посла и от твоего посла, учнем Астараханской юрт крепити, чтобы Дербышу Царю вперед жити неподвижно. Да послал есми к тебе с своим послом [126] с Микулою запись о дружбе и как учнешь к нам отпускати нашего посла Никулу, и тыб по той записи на тех на всех делах к нам правду учинил перед нашим послом Никулою со всеми своими детми и племянники, и нишаны бы есте к той записи приложили, и ту запись прислали к нам с нашим послом с Никулою. И как будет у нас наш посол Никула, и ту запись к нам привезет; и мы тебе по той же записи учнем правити и на всех на тех делех учнем стояти, как в той записи писано. А нечто Астарахань не возметца; и мы воеводам своим велели тогды Дербыша Царя отпустити к тебе со всеми его животы.

При сем же посольстве грамоты посланы таковы:

1. К Юсуфу Князю 385:

Божиею милостию от Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии, [127] Русии, Володимерского, Московскоого, Новгородского, Казанского, Смоленского, Тверского, Югорского, Пермьского, Вятского, Болгарского, и иных многих земель Государя Юсуфу Князю слово то. Писал к нам друг наш Исмаил мирза и Касай мирза, и дети твои, что на нас гневаешся дочери для своей, что есмя ее к тебе не отпустили, и того для к нам послов своих не посылаешь, а наших казаков держишь и к нам их не отпустишь тогоже для. И ты себе сам россуди, дочь твоя была за Еналеем Царем за Шигалеевым братом и Сафакирей Крымской царевичь пришед Крымских людей изменою Яналея Царя убил, а дочерь твою взял, и многую ей соромоту учинил, как писати непригоже. И ты к нам писал многижды, что дочь твоя Шигалей Царев юрт, и нам бы Сафакирею Царю мстити, а дочь бы твоя взяв дати за Шигалея Царя. И мы на Сафагирея Царя рати свои [128] многие посылали, и многую ему ножу (нужу) учинили. И как Сафакирей Царь умер, и дочь твоя содиначась с Крымцы и с Казанцы многие нам грубости делали; и мы за те грубости сами х Казани ходили, и рати свои многие посылали доставая своего юрта Казанского, заиже тот юрт изначала наш юрт. И Бог нам тот наш юрт в руки надал. И которые нам в Казани грубили, и те от нашей сабли померли. А дочерь есмя твою взяли, и тебя для ей грубости все отставили. И памятуя твою дружбу учинили есмя дочери твоей добрую честь, и дали ее за Шигалея Царя, того для, что она юрт его. А Сафакиреева сына Утемиш Кирея взяв у себя держим за сына место. А как Бог даст взростет, и мы его пожалуем, добрым юртом устроим, на чом ему пригоже государствовати. Ино недруг так ли делает, как мы тебя для учинили? а ведомо тебе и всем старым вашим, как дед наш [129] Казань взял, и Алегама Царя с матерью и со царицами свел, и он что им учинил. Не всели в нуже померли. А мы памятуя вашу дружбу так не учинили. Доброю честью дочерь твою почтив за Шигалея Царя дали есмя, а внука твоего за сына место у себя держим. А ож Бог даст, и на добром юрте устроити его хотим. И женского обычая непригожих речей что слушати, где было тебе нам бити челом, и наше добро на веки памятовании. И ты женсково для слова наше добро в недружбу ставишь, и казаков наших Сююндюка Тулусупова с таварищи в нуже у себя держишь, и недружбами похваляешся. И чего Бог незахочет хто может что учинити. А мы на всемогущего Бога упованье держим, хто нам дружбу делает, тому против свыше дружбу делаем. А хто Божию правду и нашу дружбу позабудет, и мы тому против недружбу делаем. А ныне слава Богу Казань вся [130] под нашими ногами учинена, и на одни наши уста смотрят. А ныне наши недрузи в нашей же воле. И за свою правду уповая на Бога ни от которого недруга страху недержим. Против недруга всегды готовы есмя. А Исмаил мирза нам друг. И ты потому у разумей, как Исмаил мирзины для дружбы дела его делаем, а тебе есмя посе время лиха никакова неучинивали. И о том Богу хвалу воздаем. На нас неправды никоторые нет. А вспомнишь нашу дружбу, и похочешь и ныне прямо к нам дружбу держати, и мы и ныне в крепкой дружбе с тобою быти хотим. А то твоей дружбе знамя, наших бы еси казаков Сююндюка Тулусупова с таварищи к нам отпустил. И с Сююндюком бы еси вместе прислал к нам своих послов добрых людей, и с ними приказал к нам о всем своем деле, как меж нас вперед крепкой дружбе быти. И мы твои речи выслушав послов твоих к тебе [131] отпустим, и со твоими послы вместе пошлем к тебе своего посла доброго своего сына боярского, и о своих болших делех с тем своим послом к тебе прикажем, как меж нас вперед крепкой дружбе делатися. А ныне сына твоего Юнусову человеку Зиенъалию велели есмя быти у Шигалея Царя и у дочери твоей. И Зиенъалеи у Шигалея Царя и у дочери твоей был, и ты о дочери своей Зиенъалея вспрося уведай, как по нашему приказу Шигалей Царь дочерь твою держит. Писана в нашем государство в нашем граде Москве, лета 7062 Генваря месяца.

2. К Юсуфову сыну к Юнус мирзе 386:

Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Руси Юнус мирзе слово то. Прислал еси к нам паробка своего Зиенъалея з грамотою. А в грамоте своей к нам писал еси, что з дядею своим Исмаил мирзою и с [132] своими осмью браты нам добра хочешь, и отца есте своего от недружбы уняли, а на лихо его непослушал. А которое слово о добре говоришь, и нам бы тому слову верити за шерти место. И мы слышели твою правду и от своих казаков и от Бахтеяра от Баимакова с таварищи. И тое твою правду гораздо полюбили есмя, и хотим тебя держати себя крепким другом и до века. И жаловати тебя хотим добрым своим жалованьем. А ныне для твоей правды послал есми к тебе своих казаков Беляка Кникова с таварищи. А с своими казаки послал есми к тебе чтося у нас лучило. А что еси писал к нам, что наш человек Данило гостей твоих побил, и животы их поимал, и мы ево за то велели были казнити. И ваши послы все о нем нам били челом, и от казни ево у нас отпросили. И мы на нем твоих гостей животы велели доправити, и что на нем доправили, и мы то [133] к тебе послали с твоим человеком Зиенъалеем. И тыбы наше добро к себе паметовал, и вперед на своей правде крепко стоял, и во всем нам добра хотел, сколко ти мочно, потому своему слову, как еси нам в шерти место молвил. А что писал к нам Исмаил мирза о Дербыше Царе, и мы то дело вас для хотим делати, как пригоже. А что еси писал к нам, чтоб мы ныне с твоих людей тамги взяти невелели того для, что послал еси немногих людей. А на лето отец твой Юсуф Князь пришлет к нам многих своих послов и гостей. И мы ныне с ваших послов и гостей тамги взяти невелели. А отец твой гневаетца, намся видит, слушая женсково ума. И тебе и самому ведомо, дочь его Сююнбек сколко нам в Казани грубости учинила, и как нам ее Бог в руки дал, и мы лихое позабыли отца для вашего дружбы и вас для. А памятуя вашу дружбу учинили есмя ей добрую [134] честь, и дали ее за Шигалея Царя, пожаловав ее добрым своим жалованьем, а сына ее Утемеш Кирея за сына место в своей вере учиня у себя держим, а имя ему по нашей вере Александр. А как Бог даст взростет; и мы его юртом добрым пожалуем. Ино так ли недруг делает, как мы то свое добро учинили. И придут к нам на селе то от отца твоего послы и гости, и наши казаки Сююндюк Тулусупов с таварищи; и мы отца твоего послов пожалуем, торг им доброй дадим, и отпустим их к вам немодчая, и своего посла к отцу вашему и к вам пошлем, и в дружбе учинимся с отцом вашим и лутчи старого. А мы с вами такова дела хотим, чтоб люди наши меж нас без престани ходили. Конец бы на Москве, а другой в Нагаех был. А которые казаки на Волге гостей грабят, и убивают; и мы которых изымали, тех велели казнити перед вашими послы. А [135] которые бегают, и на те весною в судех посылаем многих людей, и велим их там побити. Так бы еси ведал. Писана на Москве лета 7062 Генваря месяца.

3. К Юсуфовуже сыну Али мирзе 387:

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Али мирзе слово то. Прислал еси к нам любовную свою грамоту з Зненалеем. И мы тое грамоту смотрили сами, и твои речи любезно приняли есмя, и сердечно хотим тебя жаловати и любовь свою держати потомуже как и к брату твоему Юнус мирзе. И тыбы и вперед нам потомуже добра хотел. А где будет твоя нужа, и мы тебе ради помогати сколько нам Бог поможет. А ныне есмя по твоему прошенью послали к тебе с своими казаки з Баишем Барамшийковым с таварищи [136] чтося у нас лучило. Писана на Москве лета 7062 Генваря месяца.

4. К Касай мирзе 388:

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Касай мирзе слово то. Прислал еси к нам своего человека Тлохбердея з грамотою. А в грамоте своей к нам писал еси любовные свои речи. И нам то любо учинилося. И вперед хотим к тебе любовь свою свыше того держати. А ныне добрую свою дружбу тебе объявляя по твоему прошенью денги к тебе послал есми с своим казаком з Баигонею Маминым с таварищи чтось у нас лучило. И ты б нашу любовь к себе паметовал. А что еси писал к нам, что у твоего посла шестьдесят лошадей взяли, да Безергеня Адамона; а того еси ненаписал, у которого твоего посла имянем взяли, и в котором месте, и хто имянем взял. И тыб [137] вперед к нам о том имянно отписал, у которого твоего посла лошади взяли, и в котором месте и хто имянем взял. И мы тово велим сыскати, да тех лихих велим казнити которые посла твоего грабили. А сю грамоту послал есми к тебе с своими казаки з Баигонею с товарищи. И тыб их неиздержав к нам отпустил. Да сказывали нам, что из вашие земли разбойники прибежав на Волге стали, и гостей ваших грабили. И мы которых изымали, тех велели казнити перед вашими послы, и ваши послы смерть их отпросили. И мы их велели посадити в тюрму. И выпустити их невелели, чтоб от них лиха небыло. А ваших послов отпустил был есми с осени, и нам вести пришли, что снами хотели есте в недружбе быти. И мы их того для задержали у себя. И как пришел к нам от тебя твой человек Девлетъхозя, и твою дружбу нам сказал; и мы ваших [138] послов пожаловав к вам отпустили. Писана на Москве лета 70602.

5. К Касай мирзе 389:

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Касай мирзе слово то. Прислал еси к нам человека своего Девлетъхозю з грамотою нашего здоровья отведати и прямую свою дружбу нам известити. И нам то любо учинилось, что нашего добра незабываешь. И тыб и вперед к нам дружбу свою крепко держал. А мы тебя так же от своей дружбы неотставим. А что еси писал к нам, что дядя твой Юсуф Князь гневается о своей дочери. И нам ся видит, что Юсуф Князь женских речей слушая такие речи говорит. Пригоже было, нам бити челом и дружбу нашу до века памятовати, а негневатися того для, что есмя дочерь его дали за Шигалея Царя, и добрую честь ей учинили. И Шигалей по нашему приказу держит ее [139] честно и жалует. А то и вам самим ведомо, что дочь его Шигалеев царев юрт, и ей опричь Шигалея Царя непригоже ни са кем быти. А внука его Утемешъкирея за сына место у себя держим. А как Бог даст взростет; и мы его хотим юртом добрым пожаловати, на чем ему государствовати. Ино недруг так ли делает, как мы Юсуфа для Князя дочери его и внуку его добро учинили. И мы ныне к Юсуфу Князю послали своего казака Беляка Кийкова з грамотою, извещая ему свою правду. И тыб Юсуфу Князю говорил, чтоб он безъделным речам непотакал, и дружбу нашу к себе паметовал. И похочет с нами вперед дружбы, и он бы казаков наших Сююндюка Тулусупова с таварищи к нам отпустил, и с ними вместе послал к нам своих послов, и приказал к нам о всех делех, как вперед меж нас пригоже доброму делу быти. Писана на Москве лета 7062 Генваря месяца. [140]

6. К Белек Булат мирзе 390:

От Царя и Великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Белек Булат мирзе слово то. Прислал еси к нам своего человека Кошназара з грамотою, а в грамоте своей писал еси о Дервыше Царе многие непригожие речи. И мы тому твоему писму подивились. Так пишут молодые дети, которые возрасту не дойдут. А мы как есть Государи Христьянские по се время никоторого своего слова тако неговаривали. Которое слово молвили, на том слове стоим. А преж сего делали есмя дело Казанское, и к вам писали есмя, как то свое дело сделаем, и мы тогды учнем Дербышево Царево дело и ваше дело делати. Так есми писал не в одных своих грамотах. И ныне нам Бог милосердье свое учинил, Казанское свое дело сделали есмя. И мы на сей весне, хотим; Дербышево Царево дело делати, сколка нам Бог [141] поможет. И к другу есмя своему к Исмаил Мирзе о том приказали подлинно с своим послом с Никулою, как тому делу делатися. И похочешь с нами в перед в дружбе быти, и тыб вперед безделных слов и не пригожих речей к нам неписал: заиже безделными и не пригожими речми гнев бывает, и недружба делаетца. А что к нам пишешь похваляяся войною, и ты и сам ведаешь другу дружбу, а недругу недружбу доводити готовы есмя. И в том что прибыток, что себе такими недружбу учинишь. И тыб вперед писал такие дела, чтоб к дружбе пристало, а безделных бы еси речей никоторых не писал. А с сею грамотою послал есми к тебе своих Казаков Гозю Темирева с товарищи. А с ними послал есми к тебе что ся у нас лучило. И тыб вперед наше добро к себе паметовал. Писана на Москве лета 7062 Генваря месяца. [142]

7. К Белек Булат мирзеже 391:

От Царя и Великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Белек Булат Мирзе слово то. Прислал еси к нам своего человека Сатылгана з грамотою. А в грамоте своей к нам писал еси наши дела и свои. И нам те дела ведомы. И мы в перед против недругов всегды готовы. А которые похотят с нами дружбу делати, и мы с теми хотим же дружбу делати. А с тобою крепко на дружбе стою. И тебя для ныне Айсина мирзина посла почтив есмя отпустили, да и людей своих к Айсе мирзе, тебя для послали. И тыб потомуже на своей правде стоял, и нас о сем без вести не держал. Да сказывали нам, что из нашие земли разбойники прибежав на Волге стали, и гостей ваших грабили, и в улусы приходя вашим людем обиды делали. И мы которых Казаков сыскали, тех есмя [143] велели казнити перед вашими послы. И ваши послы от смерти их отпросили, и мы тех Казаков велели посадити в тюрму, и выпускати их не велели; чтоб вашим улусом вперед лиха не делали. А ваших послов отпустили были есмя с осени. И нам вести пришли, что хотите с нами в недружбе быти. И мы того для послов ваших у себя задержали. И как прислали есте к нам своих послов Сысмаилевым послы вместе; и мы видев вашу правду, ваших послов всех пожаловав к вам отпустили с своим послом с Никулою, которого есмя послал к Исмаил мирзе. А что еси писал к нам о шубах и о сукне и о потали, и мы тебе послали с своими Казаки з Гозею Темиревым с товарищи что ся у нас лучило. Писана на Москве лета 7062 Генваря месяца.

8. К Айсе Мирзе 392: [144]

От Царя и Великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Айсе мирзе слово то. Прислал еси к нам своего имилдеша Яйлала з грамотою. А в грамоте своей к нам писал еси, что бы нам тебя с собою в дружбе учинити, а разбой бы и татбы отставити. А Белек Мирза ко мне о том же писал, чтобы нам тебя назвати себе другом, и дружбе бы своей знамя учинити людей своих к тебе послати. И мы ныне хотим тебя другом себе держати. И дружбы для послали есмя к тебе своих Казаков Зенебека с таварищи. А з Зенебеком послал есми к тебе что ся у нас лучило. И тыб от сево дни вперед добра нам везде хотел, и о всем нас без вести не держал. А что еси писал к нам, чтобы нам разбойников и татей уняти. И которые Казаки пришед на волгу лошади у вас крали, и людей убивали; и мы их переймав велели казнити перед вашими послы. И послы [145] ваши от смерти их отпросили. И мы их велели посадити в тюрму, и ис тюрмы их выпускати не велели, чтоб вперед от них вашим людем лиха не было. А послов вашим у себя задержали есми потому что нам пришли были вести, что со Князем хотите нам недружбу делати. И после того Исмаил мирза и вы прислали к нам послов своих, что на прямой своей дружбе стоите и добра нам хотите. И мы послов ваших пожаловав к вам отпустили с своим послом с Никулою в месте, которого есмя послали к Исмаил мирзе. А о котором нам деле приказывал Исмаил Мирза, и мы то дело хотим делати, сколко нам Бог поможет. Писана на Москве лета 7062 Генваря месяца.

9. К Шигалея Царю 393:

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии брату [146] нашему Шигалею Царю; писали к нам Исмаил мирза, и Касай мирза и Юнус мирза. Сказали дей Юсуфу Князю, будто ты брат наш по нашему слову Сююнбек Царицу казнил носа ей срезал, и поруганье великое учиня убил ее до смерти. И того для дей Юсуф Князь на нас гневаетца, послов и гостей к вам не посылает. А наши казаки Бахтеяр Баимаков с таварищи нам сказывали тоже, будто сказали Юсуфу Князю, что дочь ево казнена. А вожь Сююндюка Тулусупова Карамыш Мустояпов нам сказывал, что Сююнбек царицына мать сама ему говорила, что дочь ее казнена. И мы ныне Нагайских послов отпустили в Нагаи. А Юнус мирзину человеку Зиенъалею, да Али мирзину человеку Бахтыгилдею велели есмя заехати к тебе. И как Юнус мирзин Зиенъалей и Бахты гилдей к тебе приедут, и тыб ему велел быти у себя, да и у Царицы бы еси у своей у Сююнбек велел им [147] быти, чтоб они ее видели. И отпустил бы еси их из Городка с Нагаискими послы вместе. А будет Сююнбек Царице пригоже от себя к отцу и к матери своей послати грамоты о своем здоровье известити и о их здоровье вспросити; и ты бы ей велел послати грамоты, каковым пригоже быти да и поминок что пригоже. А каковы грамоты Сююнбек Царица к Юсуфу Князю к матери пошлет; и тыбы брат наш с тех грамот списки к нам прислал. А будет и тебе брату нашему о любви пригоже от себя послати к Юсуфу Князю грамоту; и тыб к нему грамоту послал. А какову к нему грамоту пошлешь, и ты бы с тое грамоты список к нам же прислал. А мы к Юсуфу Князю от себя грамоту послали; а писали есмя ему, как дочь ево жаловали и берегли, и как з доброю честью дали за тебя брата нашего, памятуя его к себе прежнюю дружбу, и как внука его у [148] себя держим за сына место. О всем есмя о том к нему писали подлинно, что все учинили есмя его для. Да что будет и вперед о Юсуфе Князе твоя брата нашего мысль; и тыбы о том к нам отписал с сем же гонцом, которой к тебе брату нашему сю грамоту привезет. Писана на Москве лета 7062 Генваря 1. [149]

1554 года, Июля во 2-й день из Нагайской земли к Государю в Москву приехали служилые Татаре Кадырь Кудинов и Бисуба Бахтеяров, да провожатой Карамыш Тулунгозин, которые от Государева посла Микулы Бровцына такову привезли грамоту 394:

Царю Государю и великому Князю ИВАНУ Васильевичю всеа Русии холоп твой Государев Микула Бровцын челом бьет. Приехал есми Государь от тебя в Нагаи к Смаил мирзе. И мирза, Государь, мне подворье и корм велел дати; а у себя, Государь, мне быти не велел. А твои Государевы поминки велел у меня взяти казначею своему на подворье. И я, Государь, посылал к нему многижды ево ближних людей, чтобы мне велел у себя быти и твой Государев приказ собе сказати. И он, Государь, у меня отговаривался, сказывает ныне не тово. А в те поры, Государь, у нево брань великая со [150] Юсуфом Князем и с его детми, и з Белек Булат мирзою, и с Атай мирзою. Да прислал, Государь, ко мне казначея своего да иных Татар, да меня, Государь, велел ограбити. И казначей, Государь, меня ограбил и Татар твоих до нога. И после, Государь, моево приезду спустя три недели велел мне быти у себя. А приказу, Государь, твоево толды не слушал же. А после того Государь, на третей день велел у меня речи выписати Абызу своему Елчюре, да и Астараханское дело. А молыл потому, Государь, что ему не до Астарахани, до себя. Да и посылал, Государь, на Волгу Царя Дербыша, да и воевод твоих искати. А приказывал, чтобы Царя Дербыша к нему отпустили. А воеводы твои назад воротились. А в ту пору, Государь, стоял против Юсуфа Князя и его детей и Белек Булат мирзы три недели на конех, а они против ево стояли. И Юсуф Князь и Касай мирза прислали к нему Князей [151] своих о миру, и Князи, Государь, Исмаил мирзу со Князем и сь его детми и з Белек Булат мирзою помирили. И ныне, Государь, Исмаил мирза пошол ко Князю, хотят меж 395 себя виноватого обыскати. А мне говорит так, быв у Князя и тобя отпущу. А Крымской, Государь, посол здесе есть, а пришол при мне. А сказывают, Государь, Исмаил мирзе говорил, чтобы им помиритца, и детми промеж себя менятца. Исмаил мирза, Государь, ево отпустил ко Князю, а зовут, Государь, ево Тогонашем, а роду ево непотался. А про иные, Государь, здешные вести про все скажут тобе твои Государевы Казаки Бисуба Бахтеяров да Кадырь Кудинов. [152]

Июля в 16 день в понеделник Микул Бровцын из Нагай к Москве приехал 396.

Комментарии

290. Стат. кн. о Нагайских делах н. 4. л. 109-111.

291. Тут же л. 111-113.

292. т. е. Сююнбек Царицу Казанскую.

293. Тут же л. 113.

294. Тут же л. 113-115.

295. Неговорилили есмя.

296. Тут же л. 115-117.

297. Тут же л. 117, 118.

298. Тут же л. 119, 120.

299. Повыше Байтемышем назывался.

300. Тут же л. 120-121.

301. Стат. кн. о Нагайских делах н. 4. л. 121-123.

302. Тут же л. 123, 124.

303. Тут же л. 124.

304. Тут же л. 124, 125.

305. Тут же л. 125, 126.

306. Стат. кн. о Нагайских делах н. 4. л. 126, 127.

307. Тут же л. 127.

308. Тут же л. 128.

309. Тут же л. 129.

310. Тут же.

311. Статейная книга о Нагайских делах н. 4 л. 130-135.

312. По нижеследующей скаске Семена Тутаева Едигер Царевичь в Казань пошел без ведома Князя Юсуфа.

313. Здесь, кажется, в подлиннике имя другого товарища пропущено.

314. Тут же л. 136-140.

315. Тут же л. 140- 42.

316. т. е. Чтоб Государь его на Астрахани Царем учинил.

317. Здесь кажется пропущено нам отдал.

318. Тут же л. 142-144.

319. Тут же л. 144-145.

320. Тут же л. 145, 146.

321. Стат. кн. о Нагайских делах н. 4. л. 146.

322. Тут же л. 146-149.

323. Здесь кажется что нибудь пропущено, и может быть надобно: или на весне.

324. Тут же л. 149.

325. Стат. книга о Нагайских делах н. 4. л. 150.

326. Тут же л. 150-152.

327. Тут же л. 152-153.

328. Он Енебеком назывался, как из других мест явствует.

329. Здесь ошибка, и вместо послал кажется надобно, посла.

330. И сие не ясно.

331. Тут же л. 155-157.

332. Тут же л. 157-159.

333. Тут же л. 159-162.

334. Так здесь пишется. А повыше и на других местах Дервиш.

335. Повыше в Исмаилевой грамоте Юнгурою назывался.

336. Тут же л. 162, 163.

337. Тут же л. 163, 164.

338. Тут же л. 164, 165.

339. Стат. Кн. о Нагайских делах н. 4. л. 165-167.

340. Тут же л. 167.

341. Тут же л. 168-169.

342. Василия надобно.

343. Тут же л. 169, 170.

344. Здесь кажется быть ошибка.

345. Тут же л. 170.

346. Тут же л. 171.

347. Статейная Кн. о Нагайских делах н. 4. л. 171-175.

348. Который, как из сего видно, во отсутствие двоюродного своего брата Царя Ивана Васильевича в Москве делами управлял.

349. Тут же л. 175-178.

350. Конечно Июня надобно.

351. Тут же л. 175. (видимо л. 178. - OCR)

352. Тут же л. 178-179.

353. Тут же л. 179.

354. Тут же л. 179-180.

355. Тут же л. 180.

356. Стат. Кн. о Нагайск. делах н. 4. л. 181-183.

357. По ниже Телеубердеем называется.

358. Тут же л. 179, 180.

359. Т. е. Казань.

360. Вместо всегды, как часто толды вместо тогды пишется.

361. Тут же л. 185-187.

362. Чаятельно надобно то.

363. Смотри по выше сказку Байкеш Тимеева.

364. Тут же л. 187-188.

365. Мурзы, кажется, надобно.

366. Пониже Айлава.

367. Тут же л. 188-189.

368. Стат. книга о Нагайских делах н. 4. л. 189-191.

369. Статейная кн. о Нагайских делах н. 4. л. 192-195.

370. Тут же л. 196-198.

371. Т. е. Царь Дервиш.

372. Т. е. Астрахань.

373. Казань.

374. См. повыше сказку Бахтеяра Баимакова.

375. Тут же л. 198-199.

376. Статейная книга о Нагайских делах н. 4. л. 199-202.

377. Здесь он Хан Мирза чаятельно ошибкою пишется.

378. Сююнбек Царица и сын ее Утемиш Гирей.

379. Тут же л. 202-203.

380. Эти слова, кажется, от переводившего прибавлены.

381. Тут же л. 203-207.

382. Тут же л. 208-209.

383. Тут же л. 210-213.

384. Чаятельно быти надобно.

385. Тут же л. 226-230.

386. Тут же л. 230-232.

387. Тут же л. 232, 233.

388. Тут же л. 233, 234.

389. Тут же л. 234-236.

390. Тут же л. 236, 237.

391. Тут же л. 237-238.

392. Тут же л. 238-240.

393. Тут же л. 240, 241.

394. Статейная книга о Нагайских делах н. 4. л. 242, 243.

395. Сие слово в подлиннике дважды писано.

396. Сими только словами о возвращении Микулы Бровцына упоминается на л. 244.

 

Текст воспроизведен по изданию: Продолжение древней российской вивлиофики, Часть IX. СПб. 1793

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2022  All Rights Reserved.