Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ПОСОЛЬСКАЯ КНИГА

ПО СВЯЗЯМ РОССИИ С НОГАЙСКОЙ ОРДОЙ

(1548-1549)

Июля 20 дня Нагайские гонцы у Государя были на приезде, и грамоты от Государей своих подали следующие:

1. От Юсуфа Князя 169:

Ош Юсуф мырзина величества, другу моему ИВАНУ Князю поклон, молвя слово то. Казанские Князи на [142] перед сего Сафикирия Царя отгоня, у отца у твоего у ВАСИЛЬЯ Князя Шигалиева Царева брата Яналия Царя в Казань на царство взяли, да Казанских добрых людей к нам прислали, хотячи с нами свойства. И мы судбами Божими за Яналиа Царя дочь свою дали и в свойстве учинились были. И которой был отшел прочь Сафакирей Царь, и Булат Князь утаив у земли посылал к нему грамоту, да привел его, а твоего друга и брата, и нашего зятя Яналия Царя убили, а дочерь мою за Сафакирея Царя дали. Коли Сафакирей Царь в первые в Казань пришел и с ним тольды пришли человек с тритцать. И после того спустя несколько лет привел многих нагих (и голодных) 170 людей Крымцов. Да почал над Казанскими людьми насильство чинити. И Казанские люди не хотячи от него [143] того терпети, да Сафакирея Царя опять с Казани сослали. И он к нам пришел, да почал говорити: отец дей мой Бетигирей Царевичь твоему старейшему брату Шигим мирзе в некое время добро учинивал. Чтобы де и ты ныне мне добро свое учинил. Пошли дей со мною сына своего да и рать свою мне пожалуй дай. По твоему дей жалованью только Казань возму. И язь дей в твоей воле учиню. А убью дей человека или дву а боле де и того не убью. А опричь де и того никому никоторого убытка не учиню. Так молвя и правду был учинил. И мы за то которое добро отец его учинил, то есмя сыну его воздали. С сыном своим с Юнус мирзою рать свою с ним послал, да Казань есмя взяв были дали. И как он въехав в город на чом правду свою нам учинил, на той правде своей не устоял. Как сына моего Юнус мирзу отпустив к нам в Нагай, и что [144] было лутчих людей Казанских, то всех побил, Сейтя в головах. Да и иных Князей к нам прислал хитростью, будто посолством. А иные Князи и мирзы и казаки к тебе бежали. Бог праведен есть. Которую он правду свою нам изменил, ино и над ним так же осталось. И ныне наше прямое к тебе слово то. И на перед сего мы с вами в дружбе были. А с Шигалеевым Царевым братом с Яналием Царем в свойстве учинились были есмя, и над ним таков суд божьей ссталося. А и ныне хотим с Шигалием Царем в дружбе и в свойстве быти, и дочерь свою хотим за него дати. И как с сею нашею грамотою паробок наш Байсунгур до тебя доедет, которые при Шигалее Царе к тебе посолством пошли, Аллиберди Улана, и Тевкеля Князя, да Агиш Молло зовут в головах послов и гонцов, да и тех, которые к тебе от Сафагирея Царя бежали, [145] Кулчюру Князя, и Бурнаша, и Тягригула, и Кебека, и Ислама, и Аликей мирзу, и Усейна Князя, и Келди мирзу, и Шахчюру в головах, и иных людей и з братью и з детми и с товарищи и сь их людми. Да сколько ни будет Чюваши и Черемисы и Рзян и Мордвы; всех бы еси с Шигалеем Царем х Казани послал. А рати бы твоя с Волги к городу не ходила А Царь бы со всеми Казанскими людми, сколько с ним будет, х Казани городу шел. Да говорити бы велел им так: восе Царь ваш, во се и Князи ваши, во се люди ваши, сколько их у нас. А с нашим бы еси гонцом Байсунгуром прислал к нам своего доброго человека, и царева Шигалеева доброво человека. Да приказал бы еси к нам, как срок учинишь и на котором месяце, и в которой день хочешь Шигалея Царя х Казани отпустити. То бы нам ведомо было. Ино бы и мы к Шигалею Царю послали на [146] пособь братью и детей своих с ними и рать свою и Буюрган Сейтя и Илсмана Князя и Абдулу Бакшея в головах и всех Казанских Князей вместе пошлю. Так бы еси ведал. И как Сафакирея не стало; и те Бадраки, которые живут в Казани, в Крым послали Царя просити Янборса Расова, да Магметева сына Данина в головах тритцать их человек. И ту тритцать человек взяли ваши люди, а которые утекли, и те попали в руки нашим людем. А после де и тех людей иные люди пошли же Царя и Царевича просити в Крым. И ныне доколе Шигалей Царь в Казани Царем будет; чтоб еси велел Крымскую дорогу крепко беречи, чтоб в Казань иной Царь не пришел. О сей жо год наши люди ходили к Москве с торгом. Да осенесь как шли назад, те ваши Казаки и Севрюки, которые на Дону стоят, пришли на тех наших людей, да иных побили, [147] и куны их взяли, а иных де и к тебе повели. А у тебя дей тех наших людей живых Курат Тулубай, да Баранчей, да Янчюра, да Байкелди, да Намаз, да Кунтуган Афыз в головах, одиннатцать их человек к тебе отвели. И язь о тех людех тебе бью челом, чтобы еси их з гонцом с нашем з Байсунгором вместе отпустил к нам. Да прислал бы еси мне трубу добру. А сего бы еси нашего гонца Байсунгура пяти день не издержав на борзеб еси к нам назад отпустил. Молвя грамоту послал есми.

2. От негоже Юсуфа Князя 171:

От благочестного Юсуф мирзы слово, многие Русии Государю Белому Князю многом много поклон. Молвя слово то. Нас Мусулманов Бог сотворил, а вас християн Бог же сотворил. Слава Богу мы на отца своего Юрте здорово живем, а и тыб [148] на отца своего Юрте здоров же был. При нашем времяни с тобою слово наше то было, чтоб нам с тобою в дружбе и в братстве быти, и ссуда меж себя чинити и ссылатися с людми. Так были есмя говорили. А чаяли есмя того, нечто с нами в братстве будешь, людем нашим меж нас ходити дорога чиста будет. И ныне дороги не походило на то. И ныне только похочешь с нами братства; и братству знамя то: которые разбойники Русь живут на Дону, и только их к нам пришлешь; и ты нам брат будешь. Только же не пришлешь; и ты не будешь брат. А которые на Дону стоят Русь, наших гостей туды идучи емлют, и сюды идучи емлют же. С нами в братстве так ли быти? С тобою при нашем времени мы чаяли, что дорога будет мирна, и убогым людем лзе ходити, того чаяли есмя. С нами братство твое то. Только тех [149] разбойников Руси, которые на Дону же ты к нам пришлешь, или их изведешь, то братству знамя будет. С нами братство твое то, чтобы еси во сей день так не делал. Да еще слово то. Только с нами в братстве будешь, прошлой зимы люди наши попали к вам, и язь их прошу. В головах Сары Кипчак, да Кускюнчи, да Янлов, да с ними Ичка паробок мой Янчюрою зовут, да мой же паробок Кунтю Афызом зовут. Только с нами в дружбе и в братстве похочешь быти; и тыб таких лихих людей унял не велел им ходити, то с нами в братстве будешь. Да ещо слово то. Савастьянов человек Толмачев здесь попал, и мы про него отведали, где он. Ныне был он далече. И ныне которые люди ходят и он его у себя увидит, аж добудем. Еще слово то. А с нами братству твоему знамя то, чтобы еси гонца нашего не издержав на борзе к нам [150] отпустил. Да из Шамаева 172 улуса попал Конай маматаево. И язь его прошу. Да прошу у тебя ис Казани попал толмач Магмед Яром зовут, и тыб его к нам прислал. Да ещо слово то. С нами братство твое то. Ныне еси прислал ко мне пансырь не добр. У Князя прошу, чтоб ми прислал пансырь таков, чтобы ми самому вздевати пригодился. Да шатер, бы ми еси прислал. То братству знамя. Молвя грамоту послал Есми.

3. От Али мирзы 173:

Али мирзино слово, Князю брату моему многом много поклон молвя слово то. С сорокью тем людми билися есмя а с ними были людей одна тма, а билися того для, что тебе брату нашему недруг: что у тебя на мысли, и ты Истерек Багатырем [151] прикажи. Да шубу соболью пришли а в одинадцати человеккех большой Кунтюганом зовут. А ходил с торгом и ты б его отдал. Да Зюсонкорь баатырев племянник; и только мне тех людей отдашь; ино токабы все товарищи мои десять тысяч меня дошли. [152]

1549 года 174 Августа в 8 день Нагайские гонцы Байсунгурь с товарищами исторговав просили об отпуске. И Государь ИВАН Васильевичь приговорил с боярами, Нагайских гонцов отпустить а отписать к Юсуфу Князю, чтоб у Касай мирзы взял Ивана Федцова и грабеж Иванов у оного мирзы сыскав все отдал ему, Федцову, и его отпустил к Государю.

Августа в 9 день Государь велел Нагайским гонцам быть на дворе, и в тот же день их отпустил ко Князю Юсуфу, Августа в 11 день гонцы с Москвы поехали. А с ними ко Князю и к мирзам посланы казаки Кадыш Кудинов с товарищами, и грамоты с ними посланы таковы:

1. К Юсуфу Князю 175:

Божиим велением, великого Государя ИВАНА Божиею милостию Царя всеа Русии и великого Князя Володимерского, Московского, Новгородцкого - [153] и иных, слово. Юсуфу Князю слово наше то. Прислал еси к нам гонца своего Байсунгура з грамотою. А в грамоте своей к нам писал еси, и что еси ныне на отца своего Юрте учинился. А наши казаки Тенекай Янышев с товарищи нам сказывали, что Ших малая Князя в животе не стало, а Князем ныне ты учинился. И мыб ныне на своих царствах здоровы были, а тыб на своем Юрте здоров был. Да писал еси к нам, что на Дону стоят Русь разбойники, и гостей ваших грабят. И нам бы их к тебе прислати, или их извести. Так еси писал. И те разбойники живут на Дону без нашего ведома, а от нас бегают. И мы наперед сего посылали и не единова, чтоб их переимати. И наши люди добыти их не могут. И мы и ныне посылаем, тех разбойников добывати. И которых добудем, и мы их казним. А выб от себя тех разбойников велели же [154] добывании. И нечто тех разбойников ваши люди переимают; и выб их к нам прислали. И мы их у себя велим казнитиж. А гостей ваших ныне жалуем и бережем и свыше прежних времян, и обид им ныне в нашей земле нет ни каких. И вперед ваших гостей потому же хотим жаловати и беречи, и гостиб ваши ходили к нам безо всякого опасения. А дорогоюб идучи береглися сами занеже и сам знает гораздо, на поле всегды всяких лихих людей много розных государств. И тех людей кому мочно знати? Хто ни ограбит, тот имени своего не скажет. И гостиб ваши ходили однолично бережно, а нам их на поле беречи нельзе, бережом их и жалуем в своих государствах. А что еси писал к нам о Казанском деле и о Яналееве Цареве убистве, и про Шигалея Царя, чтоб нам его ратью х Казани отпустити; и мы, оже Бог даст, Шигалея Царя х [155] Казани хотим ратью отпустити. А сроку ещо есмя не уложили, как его отпустити. И как уложим срок, быти Шигалею Царю х Казани; и мы с тою вестью пришлем х тебе часа того. А нечто пойдет Крымской Царевич в Казань, и мы того велели беречи на поле своим людем, а тыб от себя Крымского Царевича велел же беречи против Переволоки. А у нас те вести есть, что царевичю Иминкирео ити в Казань на Переволоку. И тыб однолично своим людем велел того беречи накрепко. Да ныне пришли к нам ис Крыма наши казаки Мамкей Девлечаров с товарищи, и сказывали нам, что Крымской Царь великим не другом вам учинился. Которые люди пришли были с Али мирзою близко Перекопи, и тех ваших людей Крымской Царь многих побил, а иных многих живых переимал, и учинил над ними разные казни, как ни в которых людех [156] ни где ни ведетца, иных на колье сажал, а иных за ноги вешал, а у иных головы отсекал башты делал. И мы слыша то вельми пожалели. И для вашие дружбы послали на Крымские улусы многих своих казаков, велели Крымскому Царю не дружбу чинити. А наша мысль, чтоб нынешнею зимою вам ему не дружбуже учинити, самим ли ити или многих людей на него послати, чтоб ему так же от вас теснота была, как и от наших людей. Да что будет ваша мысль, и выб о том о всем ко мне приказали с нашим послом Иваном, чтоб нам про ваше дело ведомо было, чтоб нам ему так же недружба чинити. А что еси писал к нам, чтоб нам прислати тебе пансырь да шатер; и мы ныне по твоему прошенью пансырь и шатер к тебе послали. А которых еси людей своих у нас просил, и тех людей к нам не приваживали ни какова человека. А Магмед Яра [157] толмача Казанского убили наши люди в Муроме. А доискались есмя одного вашего человека Кул Барсея, И того есмя Кул Барсеа послали к тебе с твоим гонцом. А что есте прежде сего присылали к нам бити челом о Дервише Царе, чтоб нам для дружбы отпустити его к вам; и мы вашего прошенья не отставили, для дружбы Дервиша Царя к вам отпустили. И з Дервишем Царем послали есмя к Ших мамаю Князю и к вам своего болшого посла Ивана Борисова сына Федцова з добрыми поминки. И наши казаки нам сказывали, что де и нашего посла Ивана Касай мирза ограбил, и у себя его держит, а к тебе его не отпустит, и бесчестье ему велико чинит. Ино пригоже ли так делаетца, что Касай мирза нашего посла грабил, и у себя его держит, и бесчестье ему чинит великое, а к тебе его не отпустит. И, вперед нам послов своих к вам как [158] посылати, и дружба меж нас как быти, коли такая нечесть над нашим послом делаетца? и похочет с нами в перед дружбы; и тыб посла нашего Ивана взял к себе, а живот его весь сыскав ему отдал, что у него пограбил Касай мирза. И которые речи от нас учнет тебе говорити наш посол Иван, и тыб те речи у него выслушал, и дружбу с нами делал по тому как есми с послом своим с Иваном к тебе приказывал. И поделав бы еси наши дела и свои, посла нашего Ивана не издержав к нам отпустил. И с нашим послом Иваном приказал к нам о всех наших делех и о своих, как вперед меж нас крепкой дружбе делатися. А не отдадите послу нашему Ивану его животов всех, что у него пограбил Касай мирза, и впередь межи нас послом как ходити и дружбе как быти? И выб однолично весь живот посла нашего Ивана сыскав [159] послу нашему Ивану отдали, и отпустили его к нам не издержав, чтоб теми делы меж нас дружба не порушилася, и послом бы и гостем меж нас пути не отстал. А ныне ещо являя к вам свое прямое слово послов есми ваших и гостей к вам отпустил безо всякие зацепки. А с ними вместе послал есми к тебе с сею своею грамотою отведати твоей правды своих казаков Кадыша Кудимова с товарищи. И как наши казаки с сею нашею грамотою к тебе придут; и тыб их не издержав к нам отпустил, чтоб нам о твоей дружбе и о нашем после Иване ранее ведомо было. Писана на Москве, лета 7057 Августа месяца.

2. К Али мирзе 176:

Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии слово. Али мирзе слово наше то. Писал еси к нам, что еси с Крымским Царем бился, [160] и людей у тебя многих побили. А ныне нам дружбу чиня на Крымского хочешь ити. И мы про то дело слышали, как с Крымским дело было, и как Крымской над твоими людьми казни чинил, как ни где не ведутца, иных на колье сажал, а иных за ноги вешал, а у иных головы отсекая башты делал. И о том есмя велми пожалели. И для того посылали есмя на Крымские улусы своих казаков. И Крымскому Царю многую есмя на дружбу учинили вас для. И вперед так же ему хотим не дружбу делати вас для. И наша мысль пригоже вам все содиначася сею зимою Крымскому не дружбу доводити, занъже в Перекоп зимою проити лзе, а летом проити нельзя для морские воды. И что будет ваша мысль о Крымском деле, и выбь нас без вести не держали. И мы потому же учнем Крымскому не дружбу делати вас для. А за твою дружбу прежде сего свои поминки к [161] тебе послали есмя с твоим человеком. А ныне по твоему прошенью послали есмя к тебе с твоим человеком Сыслереком шубу кунью добру. И вперед тебя за твою дружбу своею любовью оставити не хотим же, и помогати тебе хотим сколько нам Бог поможет. А ныне речь велели есмя с тобою говорити послу своему Ивану. И тыб у него наши речи выслушал, с Крым бы еси однолично сею зимою свое дело делал, как ти будет мочно. А нас бы еси без вести не держал. И мы по тому же учнем с ним свое дело делати. Писана на Москве. Лета 7057 Августа месяца.

3. К Биюрган Сейтю, да Илсману Князю и Авдуле Бакшею 177:

От великого Государя ИВАНА Божиею милостию Царя всеа Русии, и великого Князя Володимерского, [162] Московского, Новгородского - и и иных Биюрган Сейтю, да Илсману Князю, да Авдуле Бакшею. Писали есте к нам о Казанском деле и о своей нужде. И нам ваша служба гораздо ведома, и забвенну ее не держим. А Казанское дело хотим делати сколько нам милосердый Бог поможет, и выб поехали к нам с нашим послом Сываном вместе. А мы вас за вашу службу пожалуем своим великим жалованьем. А будет Хосров Князь в Нагай пришел; и выб и Хосрову Князю говорили, чтоб поехал к нам с вами вместе. А мы к нему свою грамоту опасную послали же. А ехалиб есте к нам не модчая, чтоб нашему Казанскому делу вами прибыль была. А нечто Казанской Юрт Бог нам в руки даст; иноб Шигалею Царю на Казанском Юрте вами утвержденье было, и нашемуб делу в Казани вамиж крепость была. А нечто будет которое сумнение, вас обдержит; и [163] выб то сумнение все отложили. Хотим вас за вашу службу жаловати, сколько вы себе хотите сами добра. А ныне есми послал к вам с своими казаки свое жалованье лехкое по сукну. А нечто которые будут Казанские люди и иные в нагаех; и теб поехали к нам с вами же вместе. А ся вам наша грамота во всяком сумнение опасная. Писана на Москве, лета 7057 Августа месяца.

4. К Хосрову Князю 178:

От великого Государя ИВАНА, Божиею милостью Царя всеа Русии и великого Князя Володимерского, Московского и иных Хосрову Князю. Сказывал нам Мамай Князь, что Крымские люди хотели тебе в Казани убити за то, что еси учал нам служити. И ты от них ушел и собрався с людьми к городу еси приступал, и с Крымцы бился. А ныне [164] еси пошел в Нагаи. Ино то еси учинил гораздо, что наше жалованье к себе памятуешь. И мы твоей службы не забудем. А, ожь Бог даст, хотим свое дело Казанское делати. И тебе бы в то время быти у нас, чтоб наше дело Казанское вами поделалось. И тыб однолично поехал к нам с нашим послом Сываном. А мы тебя за твою службу пожалуем своим великим жалованьем. Да и Биюрган бы еси Сейтю и Илсману Князю и Авдуле Бакшею говорил, чтоб Казанского для дела все поехали к нам. А мы их своим жалованьем пожалуем. А нечто Казанской Юрт Бог нам в руки даст, иноб Шигалею Царю на Казанском Юрте вами утверженье было, и нашемуб делу вамиж крепость была. А нечто будет которое сумнение вас обдержит; и выб то сумнение все отложили. Хотим вас за вашу службу жаловати так. Сколько вы себе хотите сами [165] добра. А которые будут иные Казанские люди с тобою в нагаех; и теб поехали к нам с вамиж вместе. А с я вам наша грамота во всяком сумнение опасная. Писан на Москве. Лета 7057 Августа месяца.

5. К Ивану Федцову, Цареву посланнику 179:

От Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Ивану Борисовичю Федцову. Здесе нам сказывал Татарин Теникай Енышев, что Ших мамай мирзы в животе не стало, а сын его Касай мирза тобя ограбил, и к Юсуфу тебя не отпустил. И мы ныне о том деле послали от себя к Юсуфу грамоту с своими казаки с Кадышем с Кудиновым с товарищи. А какову есмя грамоту от себя к Юсуфу прислали, и мы с тое грамоты список слово в слово послали х тебе с Татарином с [166] Кадышем. И нечто возмет тебя Юсуф у Касая; и тыб Юсуфу от нас говорил речь по записи, какова тебе запись дана, и дело наше с ним делал по тому как было тебе наказано делати с Шихмамаем Князем. И по грамоте, которую есмя грамоту писали к Юсуфу с Татарином с Кадышем. А не отпустит тебя Касай к Юсуфу; и тыб Касаю говорил, чтобы тебя отпустил к нам, и посла своего с тобою к нам послал, а тем бы с нами дружбы не рушил тебя б не задерживал. А нечто не отпустит тебя Касай, а за хочет ити на наши Украйны; и тыб однолично нас без вести не держал. Как ти будет мочно, так бы еси нам весть учинил. И о всем бы еси о тамошнем деле и о Казанском деле к нам отписал, или словом приказал подлинно, чтоб нам о всех о тамошних делех безвестным не быти. Да послал есми к Биюрган [167] Сейтю с товарищи грамоту, да Али мирзе грамоту. А с тех есми грамот послал к тебе списки же в сей грамоте. А нас бы еси о всем без вести не держал. Писана на Москве, лета 7057 Августа 4 день. [168]

1549 года Сентября в 25 день 180 от Государева посла Ивана Борисова сына Федцова из Нагайской земли приехали служилые Татаре Байкиш да Крым, да толмач Федор Курыжков с грамотою, да с ними Нагайский Татарин Казый Юсуфов Княжый человек. А грамоту к Государю Иван Федцов прислал такову 181:

Государю Царю и великому Князю ИВАНУ Васильевичу всеа Русии холоп твой Ивашка Борисов челом бьет. Послал еси Государь меня холопа своего в Нагаи к Ших мамаю Князю и к иным мирзам. Дай Бог ты Государь Царь здоров был на многие лета. Ших мамая Князя не стало. И нынече Князь в Нагае Исуп мирза. И отпустил Государь меня с Яйка Исуп Князь к тебе Государю, Августа в 29 день, и своего посла Исергена, а Исмаиле мирза, и Исак мирза, и [169] Уразлы мирза своих послов, и Сейть своего посла Байшаша. И хотят Государь, чтоб ты, Государь, их держал с собою в дружбе. А всех, Государь, послов идет восмьдесять человек с человеком. А Касай, Государь, мирза, да Кань мирза, да Бай мирза, да Бии мирза, Ших мамаевы дети. А те, Государь, к тебе к Государю послов своих не послали. А Исуп, Государь, Князь, и Исмаил, и Исак, и Уразлы молвили, на своей дей правде стоим, на всех царевых и великого Князя не другов стоим за один, и детей своих на Украйны Царевы и великого Князя не пустим, и мурз, с которых можем; а с коих мурз не зможем, и мы ко Царю и великому Князю вести дадим. А Юнус мирза Исупов сын ходил в Казань, хотел, чтоб его взяли на княженье. И Казанцы его в Казань не пустили, и людей у него многих побили и нынече, Государь, мирзы [170] збираютца, а хотят ити на осень, Казанских мест воевати. А Крымской, Государь, Царь нагаем недружбе. А послы, Государь, мне говорили, чтоб к тебе Государю послати гонцов княжых и от мурз. И язь гонцов не отпустил, а велел ехать с послы в месте. А к тебе Государю отпустил Исупова человека Казыя с твоими государевыми Татары з Байкишем да с Крымом, да с твоим государевым толмачем с Федком с Рыжковым, кой под Казанью взят. Сентября в 12 день. А Исупу, Государь, сказывают, зимовати у Сарайчика на Яйке, а Смаилю и Кошумовым детем зимовать на Волге, а Уразлыю, Государь, на Жеми, а Касаю на Каравле меж Ейка и Зодпай. [171]

Октября 182 в 1 день писал к Государю Иван Федцов, что он Нагайских послов отпустил был на Мещеру, а с ними послал толмача Гришу Коняева, а сам от Идовских ворот поехал от послов впред. Однакож Нагайские послы на Мещеру не пошли для городецких казаков, а пошли на Рязань.

Октября же 183 в 3 день Иван Федцов к Москве приехав, между прочим доносил, что по смерти Ших мамая Князя Юсуф Князь взял его, Федцова, к себе. А хотя с Государем Царем в крепкой дружбе быть обещал, однакож по его, Федцова, требованью правды учинить не хотел, сказывая, что они на правде, которую послы их ценят, стоят, а сами правды не дают. По чему Юсуф и правды не учинил, но словом говорил, что с Государем ИВАНОМ Васильевичем в крепкой дружбе быть пожелает. После чего Юсуф Князь его, Федцова, с своим послом Исергеном отпустим, и [172] другие мирзы послали своих послов, а грабежу ему не отдали. Сверх того Федцов доносил, что приходят на Нагайские улусы, из Юргенча Шийдяковы дети, и стада многие отгоняют, а от иных стран брани им, Нагайцам, нет.

Октября 184 в 9 день Юсуфов посол Исергень и иных мирз послы к Москве приехали, где они по Государеву указу поставлены на Нагайском дворе.

Октября в 13 день послы Исергень с товарищами у Государя были на приезде, обедали у Государя и от Государей своих грамоты подали следующие:

1. От Юсуфа Князя 185:

Государя Государем над вселенскими Государи и Князем Князя Юсуфово княжое слово. Многие Руси Государю Московского Царя Величеству, слово то. От начальных дней, от прадеда нашего Идигея Князя и от твоего прадеда Василья Князя дружба и [173] братство. Инаково не было. Сей свет прелестный, ови придет, а ови и отидет. Наши книжники так сказывают, что от смерти ни кому не избыть. Писано в нашем Куране, а и в вашем Евангилье есть. Ваши книжники во Евангилье то видят, что есть на сем свете животново, тому всему померити. И сам ты гораздо уразумеешь, не умрет, и не минетца на сем свете слава добрая, говорим что слава добрая. И слава добрая именуетца, Мусулманской Государь Христьянским Государем о дружбе и о братстве слово молвил, да на своем слове устоят, и до своего живота в любви будут, то есть имяни слава добрая. На перед нас княжил Сейд Ахмед Князь, и он урок свой отжил. А посла того Ших мамед 186 Князь был. И тот свой урок отжил. А нынешнее время нам сея достало. И нам бы при нашем с [174] тобою времени пошлыми своими добрыми людьми ссылатися, да и о дружбе бы и о братстве нам говорити. Как Махмед Кирея Царя убили, от тех мест и по ся места дружбе нашей с тобою порывка не бывала. Тому полътретьяцать лет, как мы с тобою в дружбе, а не дружбы не бывало. А ныне при нашем с тобою времени чаял был есми того, что меж нас сироти на робя и жонка вдова учнут ходити. А ты как бы то хочет с нами быти в недружбе; то не недружба ли твоя? Холопи твои нехто Сары Азман словет на Дону в трех и в четырех местех городы поделали, да наших послов и людей наших, которые к тебе ходят, и назад коли они идут к нам, и тех наших людей стерегут и разбивают, а иных до смерти бьют, а иных отпущают. Копораяж твоя дружба? И похочешь же с нами дружбы и братства; и ты тех [175] своих холопов оттоле сведи. А только тех своих холопей оттоле не сведешь; ино то не дружбе знамя. Так бы еси ведал. Счастливово Хандыкерев 187 посол к нашим счастливым дверем пришел, а посол твой то своима очима видел. Счастливой Хандыкерь приказал ко мне свое слово о дружбе и о братстве. От начальных дней со счастливым Хандыкерем ссылка нам не бывала. Счастливой Хандыкерь в своей грамоте так писал к нам: Юсуф дей Князь Князем Князь еси, язь дей другу твоему друг буду, а не другу дей твоему не друг буду. И язь посла своего к счастливово Хандыкеревым дверем послал. А твои люди в головах боярин твой то видели. И ты, Московской Государь, по тому и разумей. Как нам с вами ссылки почались [176] быти, наши прадеды как в дружбе и в братстве учинилися, тому де и близко двою сот лет есть. Так бы еси ведал. Две дочери свои дал есми за мужи за Баракова Царева брата; да за сына. И тыб платье доброе велел пошити, да прислал бы еси. Да прислал бы еси мне потали, да краски да шафрану. Да ещо у брата своего у Белово Князя прошенье мое то, чтоб прислал мне пансырь крепкой, чтоб самому мне пригодился вздеть. А ныне, про все те речи отведати, к счастливым твоим дверем пошлово своего человека Исергена посла своего послал есми. Лето 955 месяца Августа.

Да ещо брату моему Белому Князю слово то, чтоб прислал мне постав сукна черленово, да постав синево, да пять сот листов бумаги. Да ещоб брат мой Князь прислал мне на тегиляй горнастаев, и проделаны и сшиты. [177]

Да у тоеж грамоты писано на другой стороне:

Да ещо у брата своего у Бедово Князя прошу. О сей год поторговав люди наши пошли назад. И на Ворониже тех людей наших, которые ходили торговати, и твои люди Сары Сазманом 188 зовут, разбойник твой пришед потоптал, и взял их. И твое братство с нами то, только пожалуешь отдашь нам их. А тем нашим людем имена, которых взяли Русь, Мамай, да Кульюн, да Боранчи, да Сырматай, да Шокулу, да Байсуфу, да Девлет Келдий, да Койбаши, да Сеюн бек, да Ян6аз..., 189 да Арык, да Таим Афыз, да Куралил, да Худай Берди, да Кунтага Афыз. Да ещо у брата своего у Белово Князя прошу, чтоб мне [178] прислал трубу добру. Да у брата своего у Белово Царя прошу перстня золотово. От Ахматя Царя и от Темиря Князя по ся места дружба наша. Инаково не бывала. Ахмата Царя брат наш Темир Князь убил братства для з Белым Князем. А ныне как бы тоты нехош братства делати, потому что о сей год наши гости ходили торговать, и тех людей наших Сары Азманом зовут твои холопи самих де и побили, а животы поимали. И ныне только послу моему отдашь, ты ведаешь три ... (человек) наших было. И которые будет есть живы, и тыб их самих отдал. А которых в животе нет, и тыб животы их поотдавал. Ино то дружбе знамя. А не учинишь так; ино ты не друг. А с Казанью есмя в недружбе тобяж для, так бы еси ведал. А Казань есмя и весне и восень воюем. И твоим людем гостей наших воевати и грабити, то брату [179] моему Белому Князю имени твоему слава не добрая. И мы ныне правду испытаем. Государь еси Государем, Государь еси ты ведаешь.

Государя Государем над вселенскими Государи и Князям Князя Юсуфово Княжое слово. Брату Моему Государю Царю и Белому Князю слово наше то. В Крым был пришол грамоте учитися. Да и с Крыма де и на войну ходил. Да там попал дядки соего сын, Имилдеш мой. И ныне язь у брата своего у Белово Князя прошу Имилдеша своего, что от селя из нашей земли в Крым ходил грамоте учитися. Да попал де и там. А зовут того моего имилдеша Идилъбаем. На сем свете мне брат еси, у тебя у Князя прошу его. Которые наши гости сего году оттоле пришли, те его видели, жив дей он в Цареве в Белово Князя Тюрме. И только брат наш, без споспы отдашь; то братству нашему и знамя с тобою, молвя грамоту послал есми. [180]

Государем Государя над вселенскими Государи, и Князем Князя Юсуфово Княжое слово. Московскому Государю, брату моему Царю и Белому Князю слово то. Все речи наши в болшой грамоте писаны. Ещо слово наше то. Зимусь коли гости наши ходили там в вашу землю, взяли дву человек наших. И ныне язь тех своих людей прошу. Одново зовут Иваном, а другое о зовут Озюмагмедем. Как пожалуешь отпустит волен еси.

Государем Государя над вселенскими Государи, и Князем Князя Юсуфово княжое слово. На сем свете брату моему Белому Князю слово то. Бог един. А слово одноже. Мои речи все в болшой грамоте. А ныне брату моему Белому Князю слово то. То ... в мою казну мое ли будет, или идучи дорогою лошади пропадут или ещо до коле люди наши неисторгуют. И в ту пору нашего человека которого [181] в животе не станешь, а что останетца живота живота 190 его, и брат бы Белой Князь пожаловал меня. Тот бы живот отдал моему человеку Тинчюре, которово ныне язь о том послал пошлово своего человека к твоим счастливым дверем.

Князем Князя Юсуфова Княжое слово. На сем свете брату моему Царю и Белому Князю слово то. Все речи наши ведомо будут болшою грамотою. Ныне у брата своего у Белово Князя взят там мой человек. А тому четыре годы. И язь про нево чаял, что он умер. Дервишь Царевич коли пришол оттоле, и сказали про нево, что дей он жив, и ныне дей на сем свете брат еси мне, и язь его прошу. А зовут его Курилан Алием. Только Князь с нами похочешь братства; и ты наших людей, которые от нас попадывают, не [182] стоял бы еси нам за них. Молвя грамоту послал есми.

2. От Исмаил мирзы 191:

От Исмаил мирзы брату моему Белому Князю многом много поклон. После слово то. Со отцом твоим с великим Князем слово нам было. Отец твой нам неслыгивал, а мы ему не лыгали. Отец твой опричь Князя и мирз особно к нам боярина присылывал, и говаривали есмя себе. А и ныне бы к нам прислал еси боярина, да поговорилиб собе. Князь на Яике, а язь на Волге. И ныне бы еси к нам прислал двема дву бояринов. И мыб поговорили. А что у тебя доброе будет на мысли, и ты прикажи. Да за Тин магметева Царева сына дочерь свою дал есми. И тыб прислал мне шубу горнастайну, да шубу, да телеги покрывать постав сукна, да две затинные пищали, да пансырь, [183] да шолом со всем полным доспехом. Не друга Казани воюем. И тыб воевал. Про твое здоровье спросити, Имилдеша своего Темиря послал есми. Чтоб отпустил его перезимовав. Как его почтишь ты ведает. Да прошу шапку лисью черну. Молвя жиковиною запечатав грамоту послал есми.

Да чтоб отпустил, моего слугу Буларык Бахтеярова брата Майрыка. В тюрме дей он.

3. От Уразлы мирзы 192:

Уразлы мирзино Величество кланяетца. Волново человека слышали есмя, что дей Царь за ... бы еси был на царстве при деде и при отце слыли Князи. От нашего отца от великого Князя и пося места и от твоего отца. Великого Князя по ся места как которое дело наше было мерное, и он бы то и делал. А и мы потому же каково было прежних [184] наших дело тоже станем делати. При Сейд-Ахмете Князе Хошмагмедю мирзе досталося Волга, да при нем же Ших мамаю мирзе досталося по Яику та сторона, что от въстока реки Уюльдачьемь. А ныне при волном человеке при Юсуфе Князе Кехуватство 193 мне досталось. Во всяких людех есть и болшие и меньшие. А ты то ведая про то, о чемь гораздо не спрашиваешь. И то бывает, что болшой брат в меньшенстве живет, а меньшой брат в болшинстве бывает. Всяково человека есть что из стари ведетца пошлина. И коли наша пошлина до нас не доидет, и мы после того разгневаемся. Да чтоб еси поминки свои прислал мне пансырь доброй да саблю добру з золотом, да шолом бы добр. А к иным дей присылаешь пансыри худы, меня бы еси почтил.

А се у той же грамоты на другой стороне писано: [185]

При Сеид Ахмете Князе мы взяли Волгу, и кочевали по ней. Брату нашему Царю бывала ли где наша не дружба? Есть нас боле, есть и мене. И они не дружбу учинили, а ныне мы в братстве. При Юсуфе Князе мне Кехуватство досталось, а Исмаил мирза меня боле учинился, язь под ним ся учинил. И Шихмамай Князь в том был, и Мамай мирза в том же был. Каково еси делал тем, а мне б еси тоже делал. Да чтоб еси прислал сына боярсково. А не пришлешь сына боярсково; и тыб Татарина добра прислал. Волной бы человек Царь прислал шатер да шубу. А послал есми чиновного своего Князя Келдибека Князя. Посла бы еси моего гораздо почтил.

4. От Али мирзы 194:

От Али мирзы Белому Царю Князю челобитье молвя после слово то. [186] Будешь отцу моему брат, то ты и мне брат. Как мирз наших послов чтишь, так и моего посла почтишь, Государь еси. Тебя для Царя и Белово Кнзя брата своего для Крым воевал если, и истомился есми добре, волново человека и Белово Князя для. Так бы еси ведал. Послал есми своего Имилдеша Тягри Бердея. Волной человека Белой Князь. Только дашь мне саблю да пансырь, да шелом, да шатер. Государь еси. Молвя с печатью грамоту послал есми.

5. От Юнусе мирзы 195:

От Юнус мирзы слово то. Многие Русии Государю Белому Князю слово то. Которой человек с отцом моим в братстве будет, тот и мне будет брат. Сей свет минетца, а людем померети. А не умрет и не минетца на сем свете слава добрая. Мусилманской Государь с [187] Християнским Государем на сем свете в дружбе и в братстве будут, и меж их учнут ходити сироти на робя и жонка вдова. Только таковы мы будем, то на сем свете слава добрая. От нашего прадеда Идигия Князя, а от твоего прадеда ВАСИЛЬЯ дружба и братство наше. Инаково не бывало. А после как Магмед Кирея Царя убили, и от [тех 196 м]ест дружба наша бывала, а не дружбы нашей не бывало. А ныне как бы хочет с нами быти в недружбе, то так твоя не недружбали на Дону твои холопи Сары Азманом зовут наших послов и гостей, коли к вам ходят, и назадь как пойдут, разбивают, самих емлют и животы их грабят. Коли хто хочет с нами братства, и брат таков ли бывает? И ныне толко впереди таких не добрых дел не отставишь; и тебе в братство не [188] быть. Да у брата своего у Белово Князя прошу, друзи и недрузи нам есть, чтоб прислал пансырь доброй, да шолом, саблю добру, да шатер. Пошлово своего человека к твоим счастливым дверем послал есми. [189]

Октября 197 в 14 день к Государю пришли из Нагайской земли служилые Татар Тавкей Темеев с товарищами. А с ними вместе пришли Нагайские послы, от Белек Булат мирзы человек его Карачи от Арслан мирзы человек его Баихозя, от Татай мирзы посол Маукей, от Тиняк мирзы посол Езубек, от Айдар мирзы посол Яикур и от иных мирз послы и гонцы, всех их 70 человек , а гостей с ними 430 человек а лошадей 4000. Да с ними же пришел от Астраханского Царя Емгурчея посол человек его Халкомат 198.

Государь велел Нагайских послов поставить у Красного села, а для бережения велел у них быть Володимеру Васильевичу Морозову, а с ними детей боярских и недельщиков и митрополичьих людей 60 человек. [190]

Октября же в 16 день Белек Булат мирзин посол Карачи с товарищами у Государя были на приезде, и грамоты от Государей своих подали следующие:

1. От Белек Булат мирзы 199:

Белек Булат мирза Белову Князю поклон. Молвя ведомоб было. Отец наш в какой дружбе был, и язь на той же дружбе. Язь пятидесяти мирзам болшой брат. А живу язь на Волге. И по хочешь меня по тому же держать как отца моего; и ты ко мне послов посылай по томуж, как еси посылал ко отцу моему. А не пришлешь потомуж, ино дружбе не бывать. А с Казанью есми завоевался тебя для. И ты моей для дружбы воюй Казани. Язь ленюсь правды для своей посылал Карачу, а ныне егоже послал есми. А от всех мирз речи будут. И тыб меня смотрил не так как иных мирз. Моей бы [191] еси правде верил. Отца твоего не стало, и ты на Государства Государем учинился. Моего отца не стало, и язь на своем Государстве Государем учинился. Чтоб нам обема при своем здоровье в добром братстве быти. И нынеб еси с нашими вместе прислал к нам своего посла. А не пришлет же, ино дружбе не бывать. Да чтоб еси в опричнину прислал мне шубу горнастайну, да пансырь, чтоб мне самому пригодился. Которые поминки присылал ко отцу моему, тебы и мне прислал. А что покрадено, и тыб то любви для мне отдал. А которые гости наши там пошли, чтоб над ними силы не учинили. Да послов бы наших от гостей не отставливал. А которые наши люди в тюрме сидят, и тыб тех наших людей отдал послу нашему. С тяжелым поклоном с легким поминком послал есми посла своего. Иб посла моего не задержал. [192]

А се у той же грамоты, на другой стороне писано:

Что покрадено, тоб еси отдал Караче. И толко не отдашь того, чего просим, и ты шерть нашу поступися. При отце моем, при Кошум мирзе, которое свое жалованье давал, нынеб тоже дал. А на перед того что давал шубу кунью и шубу лисью, и постав сукна, и ныне того не дали. Которое жалованье давал на перед того, нынеб тоже дал. А о сей год за тритцать и за семь лошадей цену не заплатили. Чтоб брату моему Белому Князю казначей Иван о мне печаловался меж дву земель добру он разумеет. А что отцу моему давали, ные того не дают. Чтобы тоже давали, толко меня почтишь, и ты дай Караче. Правда его к нам дошла, и к тебе его правда дошла же. И ты Карачю гораздо почти. А нас болших и менших смотри за один. Всех бы еси мирз смотрил за один. Все есмя [193] придумали, да послали, и ты б всех и Асторохансково посла за один же смотрил.

2. От Арслан мирзы 200:

Арслан мирзино слово и челобитье то. Волному человеку Белому Царю челобитье. Молвя ведомоб было. Отцу моему с твоим отцом слово было. А нынече минят их ни на ком не остался. Оба они от сего света отошли. И нам бы ныне меж себя добра хотети. Язь посла своего Байхозю послал. Толко с ним поговоришь, ино то со мною еси поговорил. А ты к нам своего посла пришли. И мы то как с тобою же говорили. Братство нам и суседство с тобою есть. Мы поздорову, а тыб здоров же был. Посла своего Байхозю послал есми с тяжелым поклоном с легким поминком здоров бы еси был на своем Государстве. Да бью тебе челом о том, чтоб еси посла моего Байхозю [194] незадержав отпустил. А и мы твоего посла незадержав отпустим. Волному человеку челобитье наше то, чтоб пожаловал прислал мне саблю золотом наведену, да шубу кунью с поволокою, да зуб рыбей, да ролдугу пожаловал. Близко тебя кочюю сусед есми тебе, брат есми тебе, чтоб еси меня гораздо почтил. Дал есми дочерь свою за муж. И тыб дал мне постав сукна синево. Да послуб еси моему шубу зимнюю дал. А Казань тебе недруг, а нам недруг же. И язь ныне иду Казани воевати Чтоб оси посла моего не задержал 201.

3. От Тин Али мирзы 202:

Кошум мирзин сын Тин Али мирза великому Князю многим много челобитье. Как нас почтишь, так [195] бы еси нашего посла доброво человека нашего гораздо почтил. А язь живу по Волге на службе дяди своего. Тин али мирзинь Афыз Таугеркес Афыз писал. И та грамота лжива не будет.

4. От Айдар мирзы 203:

Айдар мирза белому Князю многом много поклон. Как отца и дяд моих смотришь, так бы и меня смотрил, и сколько войны твоей будет, и мы с тобоюж станем воевати. А сего лета сын мой ходил х Казани Аксакал мирза. Там его и убили. Казань тебе недруг и нам недруг. Ты христьянин, а язь Мангит. Воевать мне. Послал есми с тяжелым поклоном с легким поминком. Прислал бы мне еси шубу кунью, да пансырь. Послал есми имилдеша паробка своего Янкуром зовут. И тыб гораздо его почтил. [196]

Октября 204 в 20 день Нагайские послы Белек Булат мирзин посол Карача с товарищами исторговав просили об отпуске своем в Нагайскую землю, который в тот же день, призваны будучи к Государю на аудиенцию, и получили. А грамоты с ними посланы таковы:

1. К Белек Булат мирзе 205:

Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Русии Белек Булат мирзе слово наше то. Прислал еси к нам человека своего Карачю з грамотою. А в грамоте своей к нам писал еси, что ныне живет на Волге, и с Казанью еси завоевался, нас для. И нам бы тебя держати потому же в дружбе, как есмя держали с собою в дружбе отца твоего Кошул мирзу. А гостем бы вашим силы чинити не велети, и послаб своего нам к тебе послати. И мы хотим тебя держати с собою в дружбе, и свыше того как есмя держали отца твоего Кошум [197] мирзу. А гостем есмя вашим торг добр дали и беречи их велели, и вперед послов ваших так же велим беречи. А что еси писал к нам о Казанском деле, что еси с Казанью завоевался. И Казань, ныне с нами в недружбе, а с вами в недружбеже. Ино то делает гораздо, что Казанскую землю воюешь. А мы своим людем Казанскую землю велели же воевати. А что еси писал к нам о шубе горностайной, да о пансыре, и мы преж сего послали к тебе с твоим человеком карахозею пансырь да шелом, да шубу хребты бельи, да сукно Лунское, да зуб рыбей. А ныне по твоему прошенью послали есмя к тебе с твоимь человеком с Карачою шубу горностайну. А что еси писал к нам о после, есмы ныне не послали к тебе посла потому что зашло время зимнее. И нашему послу ити истомно. А Бог дасть, и мы к вам посла своего пошлем и о всем своем деле и о [198] вашем к вам прикажем со своим послом, как доброй дружбе меж нас делатись. Писан на москве лета 7058 Октября месяца.

2. К Араслан мирзе 206:

«Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Руси слово. Араслан мирзе слово наше то. Прислал еси к нам своего посла Байхозю з грамотою, а в грамоте своей к нам писал еси, чтоб нам меж себя на обе стороны добра хотети и посла твоего Байхози речи вы слушати, и не издержав его к тебе отпустити, а ты идешь Казани воевати. И мы твою грамоту и посла твоего Байхози речи выслушали. И хотим тебя ныне держати к себе крепким другом. А что еси писал к нам и приказывал о Казанском деле, и Казань нам недруг, а вам недругиже. Ино то делаешь гораздо, что Казанскую землю хочешь воевати осенью. А мы Казанскую землю хотим [199] же воевати. А сроку ещо есмя не уложили, как нашей рати быть х Казани и как уложим срок нашей рати быти х Казани; и мы стою вестью пришлем х тебе своего человека, и ведомо тебе учиним часа того. А ныне для твоей крепкие дружбы по твоему прошенью послали есмя к тебе, что ся у нас случило. Писан на Москве. Лета 7058. го. Сентября в 29 день.

3. К Айдар мирзе 207:

Царя и великого Князя ИВАНА Васильевича всеа Руси слово Айдар мирзе. Слово наше то. Писал еси к нам, чтоб нам тебя потомуже смотрити как дядь твоих. А ты с Казанью завоевался еси 208, и сего лета сына твоего Аксакал м(ирзу у Ка)зани убили, и ты ныне Казань хочешь воевати. Ино то делаешь гораздо, что за [200] свою недружбу хочешь стояти крепко, и Казанской земле сына своего убииство хочешь мстити, а мы свою не дружбу Казанской земле хотимже мстити. А за сына твоего убииство ныне людем своим велели Казанскую землю без престани воевати. А тебя в перед хотим себе крепким другом держати, и смотрити тебя потомуже, как и дяд твоих. А ныне являя к тебе свою любовь по твоему прошенью послали есмя к тебе шубу кунью, что у нас (случило мы) тебя своею любовью оста(вити нехо)тим же. Писан на Москве лета) 7058. го, Октября месяца. [201]

1549 Года 209 Ноября 26 дня к Государю царю ИВАНУ Васильевичу в село Троецкое Скнештино тож из Нагайской земли приехали служилые татаре Кадыш Кудинов да Енгарай Янсубин, которые сказывали: что они были у Юсуфа Князя две недели; а как он, Князы их отпустил, из за Яика с Каредувана, тому шесть недель по Ноября 26 число. И Царевич Дервиш с Юсуфом же кочует, а Юнус мирза Юсуфов сын кочует в верх по Яйку, повыше отца день пять или шесть, другой же Юсуфов сын Али мирза кочует на речке Аликалее, от Карадувана днища с два, а Шихмамаевы дети Касай мирза с братьею кочуют на реке Сыре к Казацкой орде, ибо к Волге реке их Юсуф Князь кочевать не перепустил. Исмаил же мирза да Кочумовы дети Белек Булак мирза с братьею кочуют за Волгою против Астрахани. А Ченеш мирза с братьею Асановы дети кочуют поверх Астрахани на своем зимовищи на Макатове. На сей же стороне Волги Нагайских мирз нет [202] никого. Еще оные Татаре доносили, 1) что при них пришел в Нагайскую землю к Юсуф Князю из Казани посол Изелгура Азей а с ним шесть человек, и у Юсуфа при них Казанской посол не бывал, а с чем тот посол из Казани пришел, того незнают. Но Юсуф Князь с Казанцами в великой брани за то, что они в прошлом году у сына его, Юнус мирзы, как к Казани приходил, многих людей убили, 2) с Крымским Царем Нагайцы не в миру; однакож сей зимы походу им на Крым не будет, а 3) При них прибежал в Нагайскую землю из Крыму Али мирзин человек с известием, что в Крым приходили Казанские послы, Царевича просить на Казань. Но Царь их из Крыма отпустил, а Царевичь им недал, потому что со царем и великим Князем и с Нагайцами в недружбе.

Сверх того Кадышу Кудинов с товарищами доносили, что Юсур Князь и Дервиш Царь и иные мирзы писали к Государю Царю Ивану Васильевичу о многих делах с своими людьми с [203] Илеманом да ... неем 210, а Абдула Бакшей с ними прислал к Государю Кашая с грамотою о Казанском деле. Кадыш Кудинов с товарищами поехали от Юсуфовых людей из городка. Государь в то время пошед к Володимеру для Казанского похода, послал в городок с повелением, Юсуфова человека Илемана с товарищами отпустить к Москве Рогожскою дорогою; а к казначею Федору Сукину послал грамоту о том, чтоб оных Нагайцов, как к Москве прибудут, поставил на Нагайском дворе с прежными Нагайскими послами с Исергепом с товарищами вместе, а грамоты у них взяв прислал к нему Государю. [204]

Декабря в 11 день прислал к Государю казначей Федор Сукин с Григорьем Рокитиным Юсуф Мирзину грамоту, да Абдулины Бакшеевы две грамоты, одну к Государю а другую к Казанским князьем писанные. При чем писал, что с Юсуф мирзиным человеком с Илеманом пришло товарищей его всех пять человек, и с Абдулимым человеком, и он их поставил на Нагайском дворе с прежным Юсуфовым послом с Исергепом; а корм им велел давать по Государеву указу. А грамоты были таковы:

1. От Юсуфа Князя 211

Вселенским Государем Государя и Князем Князя Юсуфово княжое слово многие Русии Московскою Государя величеству слово то. Искони от прежних день от прадеда нашего Едигея Князя и от твоего отца Василья Князя дружба и братство инако не бывало. Сей свет прелестный один придет, а другой отидет. Наши Книжники так говорят, от смерти никому не (отбыти) то нашему пророку в [205] куране написано, (и) вашему пророку во Евангелье то написаноже. И ваши книжники то видят, что есть на сем свете животного, то все смертно есть. А сами вы гораздо знаете. Не умрет и не минетца на сем свете имя доброе, и доброе имя то имянуетца, Бусурманский Государь с христьянским Государем о дружбе и о братстве слово молвил, а на своем бы слове устояти, и до своего живота, то есть доброе имя. Ещо слово то. Писал еси к нам в своей грамоте. Коли пойдешь Казань воевати, и ты нам о том ялся срок учинити, и приказати к нам. А ныне в Казани дочи моя, и племя мне тамо есть. И ныне язь в Казань прикажу, (чтоб с тобою) помирились, а язь вас помирю. (Аще) не похотят с тобою миру; и на лето ты поди от толе, а язь пойду от селе. Чтоб еси ныне меня для не воевал. Язь тебе с Казанью помирю, и оброчные пошлины велю давати. Только на сем году не [206] воюй. И только тех моих речей Казанцы непослушают, и после того свое дело сам знаешь. Ещо слово то. Брат наш Князь, которого посла к нам прислал еси, и того боярина твоего животы пограбил Касай мирза. А в грамоте ты писал к нам о том; а он ведь о себе ходит, себе государит. А язь не так живу, как он, как отца его Ших Мамая Князя ... туган афыз, чтоб всех тех одиннадцати человек отдал, которые померли, и он бы велел показати. И с тех людей чтобы за тех за дву человек непостоял дал. И будет живы, и тыб так же мне ведомо учинил; а зовут их имяны Коземъеткуром, да Анамазом, да Байдервишем да Мундолаем. Чтоб тех наших людей брат наш Князь однолично без всякого перевода отдал. Писана лета 956 Октября месяца.

Пошлого своего человека Илемана к сщастливымь дверем твоим послал есми: нам брат имаетца, а попал из [207] Азова Аллагават мирза. Мы его просим, чтоб, еси нас для пожаловал его нам дал.

2. От Авдули Бакшея 212:

Государю нашему великому Государю ИВАНУ Божиею милостию Государю всея Русии, которые в Маигитех Авдула Бакшей в головах, которые тебе Государю: служим, слуги твои челом бьем сею дорогою. С своими казака опасную свою грамоту прислал еси, чтоб нам, Биюрган Сейтю, да Илеману, Князю, да Абдуле Бакшею, х тебе ехати сее весны. Исуп Князь з гонцом своим з Байсынгуром к тебе приказывал что над, Сафагиреем Царем так сталось. А на перед до того был с нами в свойстве Шигалеев ....... а ныне дей с нами ... ти Шигалею Царю. И доколе ..... що ошынуды Царь или Царевич не пришел. Как дей с сею нашею грамотою гонец наш Байсунгур приедет, и [208] друг бы дей и брат наш Князь Великий послал с Шигалеем Царем в головах Табая Князя, да Азы берди улана князей Казанских, и рать свою с ним х Казани послал. И мы бы дей от селе к Шигалею Царю на пособь братью и детей своих и рать свою послали: так к тебе приказывал. И как Байсунгур поехал, после того два месяца спустя, слух нас дошел, что великого Князя рать с Шигалеем царем в Новгород пришли. И потому Юнус мирза в головах и иные мирзы, взяв с собою рать свою Князей, которые в Матгитех живут, пошли. И пришед х Каме, сведали, что рать ваша и Шигалей не бывали и Юнус мирза помыслил: как дей уж нам от селе так воротитися да за Каму перелез, и х Казани под город пришел, да приказал в город, чтоб Крымцов выслали, или бы дей изымав нам выдали, и которые с Крымцы в одиначестве, Булатовы княжие [209] дети. Да Расовы дети молвили дей так, Шигалей дей Царь из Новагорода побежал назады, а вы дей Нагаи одни о себе нас хотите воевати. Что дей нам доспеете? и Шигалей дей Царь один без Нагаи с Русскою ратью не может же нам ничего доспети. А и ты дей нам как может чево доспети? как дей ...... и поди прочь. Коли дей вы ......... то сроком придете. И мы дей и Крымцов вышлем: так дей молвили. И Юнус мирза семь день бился. А в городе наряд пушечное был и они взяти не могли заратився и прочь пошли. За пятнатцать день до Юнус Мирзина приходу х Казани Хосров Князь и иные люди из Казани выехали. Да учали говорити: нам дей без Москвы нельзя быти, а Москве дей без Казани. Крымцы дей бы дей вышли, и поехали проч многих людей собрав три дни под городом стояли и билися. И тогды булатовы Княжие дети, да Расовыже дети [210] с Крымцы заодин стояли у города ворота позаперли, (а никого в город не) пустили. Толькобы в ту (пору Хосров) Князь под городом стоял, или в ту пору, коли Юнус мирза под городом стоял, только бы твоей рати Волгою во сте суде человек тысяча пришла, Крымцы бы все поехали прочь, ино бы Юрт тот Бог дал. И после того как Хосров Князь приехал в Нагаи с Юнус мирзиными и с алимирзиными послы; Августа пятыйнадесять день Илемона Князя, да Семена мирзу х тебе Государю бьючи челом послали. И сколько наших речей было, то с ними приказали есмя, и пося места про то нам веешь не бывала. Сам ты Государь жалуючи приказал к нам, да Биюрган Сейтю, и Илеману Князю и Абдуле Бакшею, с твоим послом с Иваном к тебе ехати. Мы слуга твои за то что тебе Государю служили лет и пять и шесть, свою землю и подворье и детей отбыли есмя [211] да зде в Мангитех Казаком скитаемся. А что было в Казани живота и подворья нашего, то все Крымцы разграбили. А что есмя особою были вывезли, и то есмя истощили и сего лета коли есмя были в Казани, да идучи назад Каму возилися; и в ту пору в судех пришли на нас на плоты наши. Тогды и лошади и платье у нас поймали. Сколькижды от Юсуфа Князя х тебе послы ни хаживали; и мы челобитные грамоты свои х тебе посылали великого Князя величеству. И мы есмя в грамотах писали, что зде место пус(то), без кунь людем прожити немочно. Чтобы господарь наш Княз великий к нам с дугам своим на харчь пожаловал прислал. И ты Государь нам на харчь не прислал ничево. И Биюрганъсейтю было в ногаех жити нечем, и он и з слугами своими в Бухарскую сторону пошел. А Илеман Князь с Юнус мирзиными и с Алимирзиными послы вместе х тебе [212] Государю поехали. А ныне яз Абдула Бакшей з двема браты да з двема сыны и с слугами своими твоего для Государева дела зде живем. И только язь холоп твой отъсюды куда поеду и Князь и мирзы все (ждут с Казанью) помиритися. Язь холоп твой зде в Мангитех живу, и в моем житье здешнем тебе Государю много прибыли. Мы х тебе Государю челобитье свое. И что у нас на мысли было речей, с твоим послом Иваном Борисовым бьючи челом х тебе приказали. Вспросишь Ивана; и он тебе скажет. А сю грамоту с Юсуфовым Княжим паробкомь с Илеманом да с Кошаемь бьючи челом послали есмя. Как твоя рать и Шигалей Царь от толе придут, а мы с Юнус мирзою от селе на пособь хотим ити. И только нам холопом своим зде живучи себе не велишь служити, и велишь к себе ехати, то ты ведаешь только нас холопов своих з голоду и с наготы не хочешь [213] уморити. Сылеманом да с Кошаем пожалуешь на харчь пришлешь, ведаешь бог да ты, - нам твое жалованье Казаки твои дали з Биюрган Сейтем посукну. И язь Биюрганъсейтево сукно написав в грамоте к нему отослал, величеству твоему ведомо б было. Молвя с челобитьем написал. А с твоим Государевым жаловальным словом к Биюрган Сейтю грамоту послал есми, и они будут. Да писал еси к нам, чтоб Хосрову Князю да и нам с ним х тебе ехати Сываном вместе. А Иван в начале Сентября месеца от селе пошел. А Хосров Князь с таварищи от Юсуфа Князя тогоже месяца на Ветху дей поехали. А того не ведаем, куды будет поехали. Чаем, что х тебе ко Государю поехали. А Казаки твои в начале Октября месяца сюда приехали, и ныне зде в Мангитех опричь нас неостался нихто, кому твое Государево дело делати. Велишь нам свое дело [214] зде живучи делать, и мы зде живучи делаем; не велит же нам зде жить, и велит к себе ехати; и тыб пожаловал опасную грамоту прислал, да и на харчь бы еси пожаловал прислал, чем лошади покупити. Сылеманом да с Кошаем, которой посол твой от тебя сюды придан, и мы с ним х тебе в холопство будем прямо.

3. От Абдулыж к Казанским Князьям 213:

Из далние земли ближиею мыслою Табаю Князю, да Азъбердей улану, да Тевскелю Князю, да Агышъмолла Заде в головах послом, да Чалкун мирзе, да Мамыш Афызу, да Адашу, да Аликею гонцом, да Кулчюре Князю, да Бурнашу Князю, да Тянгряулу Князю, да Кебеку Князю, да Ислан мирзе, да Ебыкчею, да Кангилдею, да Шакъчере, да Бинчюре мирзе, да Байлаш мирзе, да Аликей мирзе, да Байтулу, да Вотаю, да Момаю, да [215] Кунурче, нашим Казанским людем, от Абдулы Бакшея болшим челобитье, а меньшим поклон. Слово наше то. Был язь сего лета и сее (зимы ожидал) Государя великого Князя сь его ратью Государя (Царя) Шигалея, да и вас. Слышенье у пас было таково, что все вы пришли в Новгород в нижней. А быти дей было всем людемь с вами х Казани. И мы то слышав сь Юнус мирзою х Казани ходили. И как мы х Казани пришли, ино великого Князя люди и вы х Казани не бывали, и Юнус мирза себе помыслил, как мне от селе воротитца без поводно? Да приказал в город в Казань чтоб есте Крымцов из города выбили. А нашего друга великого Князя брата его Шиалея Царя к себе взяли. Да и цариц бы есте есте Шиалею Царю отдали, а мы соединачився, Московской Князь великий, да и мы все мирзы, да и вы все Казанцы с нами будем Крымскому недруги, и станем Крым [216] воевати, (и из го)рода из Казани мирзы отказали. (Булат) Княжой сын да Растовые дети, да Азе, мы с Крымцы сьединачилися, от Крымцов нам отступити немочно. Да ворота городные укрепили пушками и пищали, да воем день с ними билися. И ныне Казань с Москвою и с Нагаи завоевалась и выб от толе с Московскою ратью да с Шиалеем Царем вы все, а от селева Юнус мирза, да Алей мирза с своею ратью на Казань ити готовы. А вам самим, мирзам и Князем, ожитьли умеретьли сей год сего лета пригоже итти, хотя и умретца за свой Юрт, сорома и порухи человеку нет. А здесе Нагайские Князи и мирзы с Государем (великим) Князем друзи и братья, и с Шигалеем друзиже. А как же ни имет одноконечно бы есте на Казань воевати были сее зимы. Не всегды Казань такова живет без Государя. А вы Князи, и Уланы, и Мирзы ежо день у Государя у великого Князя [217] жалованье видите, а мы живем на поле. И как есмя сего лета х Казани ходили, и мы всего остали, и платья и коней. Что было у нас, и мы в Казани положили. И выб нынеча по своей силе по своей мочи нас пожаловали у кого что лучилось, нам прислали. И что было у нас на мысли, и мы и преже того к вам отписали Сылеманом Князем да с Семен мирзою. И выб потому и ходили. А язь вам челом бью.

Комментарии

169. Тут же л. 110-113.

170. Сего слова в подлиннике прочесть нельзя, однакож по смыслу дополнено.

171. Тут же л. 114, 115.

172. Чаятельно описка вместо Ших мамаева.

173. Тут же л. 116.

174. Стат. кн. о Нагайских делах л. 116-117.

175. Тут же л. 117-121.

176. Тут же л. 122, 123.

177. Тут же л. 124, 125.

178. Тут же л. 125, 126.

179. Тут же л. 126-128.

180. Стат. книга о Нагайск. делах н. 3, л. 129.

181. Тут же л. 129-131.

182. Тут же л. 131.

183. Тут же л. 132.

184. Тут же л. 133.

185. Стат. книга о Нагайск, делах н. 3. л. 134-146.

186. Чаще Ших мамай называется.

187. Султан Турецкой в Нагайских и других книгах обыкновенно Хан Дыкерем называется.

188. Вместо Сары Азманом.

189. Сего имени и некоторых других слов к сей и в следующих грамотах за ветхостью прочесть нельзя.

190. Сие слово в подлиннике двожды писано.

191. Тут же л. 140, 141.

192. Тут же л. 141-143.

193. Чин какой у Нагайцов.

194. Тут же л. 143.

195. Тут же л. 143, 144.

196. Так, кажется, сие дополнить надобно.

197. Стат. книга о Нагайских делах н. 3. л. 145, 146.

198. В подлиннике здесь прибавляется: и Халкоманов приезд писан в Астраханских книгах.

199. Тут же л. 146-148.

200. Тут же л. 148, 149.

201. Здесь в стат. книге приписано: а печать на бумаге печатана на иной, да прилеплена к той грамоте. Прочесть ее немочно, потому что не выпечаталось.

202. Тут же л. 139 (видимо должно быть 149. - OCR).

203. Тут же л. 149, 150.

204. Стат. кн. о Нагайск. делах н. 3. л. 150.

205. Тут же л. 151, 152.

206. Тут же л. 152, 153.

207. Тут же л. 153, 154.

208. Так, кажется, сии слова, которых в подлиннике прочесть нельзя, дополнишь можно.

209. Стат. книга о Нагайских делах н. 3. л. 155-157.

210. Целого имяни прочесть нельзя. В прочем в Абдулиной грамоте посланный с Илеманом Князем Семеком Мирзою называется.

211. Тут же, л. 157-159.

212. Тут же, л. 159-165.

213. Тут же л. 165-167.

Текст воспроизведен по изданию: Продолжение древней российской вивлиофики, Часть VIII. СПб. 1793

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.