Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ЛЕТОПИСЕЦ РУССКИЙ

(МОСКОВСКАЯ ЛЕТОПИСЬ)

О присылке из Литвы к митрополиту. Того же месяца июля, прислали из Литвы бискуп Павел Виленской да воевода Виленской пан Николай Родивилович к Макарию митрополиту всеа Русии да к боярину князю Ивану Михайловичю Шуйскому с грамотою торгового человека Демешку, чтобы митрополит молил и наводил на том (вар.: то, Л.) царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии, чтобы с королем похотел миру.

О посылке от митрополита в Литву. И августа в 25 день, митрополит послал в Литву дьяка своего Савлука Турьпеева с грамотами, а писал о согласие и о миру, и на послы королевы от цари и великого князя послал грамоту опасную. [41]

О присылке из Асторохани. Того же месяца августа, прислал из /л. 95/ Асторохани голова стрелецкой Григорей Кафтырев сотника Стефана Кобелева, а сказывает: приехал Григорей Кафтырев с стрелцы, и Федька Павлов с казаки, и посол Петр Тургенев, а Дербыш царь и все Астораханские люди ив города выезжали, потому солгали им, что на них царь и великий князь рать послал и побити их велел всех, и они от страху выбежали. А Крымской к ним прислал трех царевичев да своего князя Чегилека и с пушками и с пищальми. И Григорей со царем Дербышем сослался и со всеми Астороханскими людми и сказал им, что их царь и великий князь пожаловал, и посла своего к Дербышу Леонтия Мансурова послал, и царицы отпустил, и их послов Клеша и Тонотара отпустил и дань им на сей год пожаловал государь, отдал. И царь Дербыш и с детми пришли в Асторохань и государю в холопстве учинилися. Да Степан же сказывал, что Исмаил князь, /л. 96/ собрався с детми и с племянники, да пришел на Исуфовых детей да их побил, Алей (вар.: Алы, Л.) мырзу убил, а иных (вар.: и иных, Л.) разгонял, а сам опять ся учинил князем на всех Нагаех.

О отпуске в Асторохань Леонтия Мансурова. Мая в 24 день отпустил государь в Асторахань посла Леонтия Мансурова в Дербышу царю с своим жалованьем да, по Дербышову челобитью, отпустил к нему царицы Астораханские Тенкель царицу и в дочерью, да другую царицу Гандазу цареву Шавкалову дочь, да послов Дербышовых Караплита князя да Курлена, да старых Емгурчеевых послов Тонотары князя с товарыщи, а отпустил государь царицы и послов с Москвы в судех.

О отпущении образов. Того же мая (вар.: месяц, Л.) в 26 день отпустил царь и великий князь да митрополит Макарей образы и владыку Гурия в Казань, и в Свияжской город, и на все приделы Казанские, также и архимандритов и игуменов; и проводил царь и митрополит образы и /л. 97/ владыку со кресты на Фроловские ворота; а до судов послали проводити владыку Крутицкого; а до Симоново провожали архимандриты, и игумены, и протопопы, и от царя и великого князя боляре.

О приезде Черкаских князей. Августа приехали из Черкас князи Черкаские Сибок князь (вар.: Сонбо князь, Л.) да брат его Ацымчук, князь Жаженские Черкаские государи, да Тутарык князь Едбузлаев княжей [42] сын. Да с Сыбаком князем приехал сын его Куданек (вар.: Кудадин, Л. Кудадек, Т.). А людей с ними их полтораста человек. Да царя и великого князя посол пришел Ондрей Щепотев (вар.: Щепетов, Л.). И били челом князи Черкаские ото всей земли Черкаские, чтоб государь пожаловал, дал им помочь на Турского городы, и на Азов, и на иные городы, и на Крымского царя, а они холопи царя и великого князя и с женами и с детми во веки. А Ондрей Щепотев (вар.: тоже, Л.) царю и великому князю сказывал тоже, что дали правду всею землею быти им /л. 98/ неотступным от царя и великого князя и служити им во веки, как им государь велит. И царь и великий князь их пожаловал великим своим жалованием, а Турского (вар.: от Турского, Л.) городех им велел отмолыти (вар.: а Турского царя в городех им велел он молвить, Т.), что Турской салтан в миру со царем и великим князем, а от Крымского их хочет беречи (вар.: беречи государь, Т.) как возможно, а в своей им земли учинил отъезд и приезд добровольно и кормы их удоволил и казенным жалованием. И Сибок князь бил челом царю и великому князю, чтобы государь пожаловал, велел крестити сына его (вар.: своего, Л.) Куданека, а Тутарык князь о себе бил челом, чтоб его государь пожаловал, велел крестити. И царь и великий князь их пожаловал, велел крестити, и во крещении Тутарыку имя князь Иван, а Куданеку князь Олександр. И велел парь и великий князь князю Александру жити у себя во дворе и учити его велел грамоте /л. 99/ со царем Алексаидром Казанским (вар.: с царем Александром Казанским вместе, Л. и Т.).

О роздоре с Свийским немцы. Лета 7063 учинился роздор Свийскими (вар.: с Свийскими, Л.) немцы Ореховским и Корелским людем по рубеж. А перемирие было царя и великого князя наместником Наугородским (вар.: Новгородским, Л.) с королем с Гоставом Свияским (вар.: Свийским, Л.) шестьдесять лет и отошло 20 лет. И задоры учинилися многие с обе стороны; немцы за рубеж перелезли во многих местех. И наместники Наугородцкие посылали к королю. И король не похотел с наместники ссылатися да Выборским наместником не велел пропущати к себе посланников Наугородцких, а велел Выборским наместником отписывати в Нов-город. И Наугородцкие наместники того не почали слушати, и потому люди по рубежу многие ссорилися на обе стороны: почали быти убийства и грабежи многие, и немцы, приходя, [43] почали /л. 100/ села жечь, и детей боярских убивати, и гостей у себя многих задержали (вар.: удержали, Л.), не отпустили, и сына боярского на кол горлом посадили. И боярин и наместник Ноугородцкой о всех о тех обидах послал к королю Свиискому Гоставу посланника своего Никиту Кузмина Земца. И держали его в Быборе долго и к королю пропустили, и король его назад не oтпустил (вар.: топустил Л.). И князь Дмитрей Палецкой, и обослався со государем царем и великим князем, послал за свое взяти Ивана Бибикова да с ним земцов и черных людей, да о после (вар.: о после, Л.) о том сослався (вар.: ссыловся, Л.) розмен учинят (вар.: размену чинят, Л.). И немцы Бибикова побили на голову да пришли войною во многие места. Да отписали Выборской наместник Магнут Николаев в Новгород наместнику (вар.: к наместнику, Л.), что многи (вар.: многие, Л.) сталися задирки и крови пролилися, по рубежу (вар.: послати бы им добрых людей по рубжсу, Л.) с обе стороны сыскати того. И князь Дмитрей, обослався со государем /л. 101/, да послал на рубеж на съезд Андакана Тушина. И немцы из Выбора, не дождався Андакана, прислали к Палецкому опасные просити на Выборского посланника. И князь Дмитрей опасную дал; и Немцы на съезд не поехали, и по опасным своего гонца не прислали. И пришли вести ко князю Дмитрею, что дополна король перемирие порушил и рать свою на царя и великого князя послал. И ко государю (вар.: государю к царю, Л.) отписал.

О посылке от царя воевод. И царь и великий князь послал от себя воеводу князя Ондрея Ивановича Нохтева Суздалского, да Захарию Ивановича Плещеева, да Петра Петровича Головина, да из Нова-Города велел итти дворецкому Семену Васильевичю Шеремеву, а с ним велел собратися Обонежской пятине да Вотцкой. А приказал им и велел того государь сыскати, отчего задирка учинилася и с его ли сторон, а велел того беречь накрепко, чтобы однолично (вар.: одноконечно, Л., Т.) в немцы не ходили великого /л. 102/ князя люди войною, ни тат(ь)бою. И отписали то воеводы царю и великому князю, что с обе стороны воровства много; а затем кровь льетца и дурно чинится, что промеж короля и наместников Ноугородцких о управах ссылки нет.

Король Свицкой преступил крестное целование. Лета 7064, в сентябрь, король Свийской Гостав преступил крестное целование и, [44] премирие порушив, прислал войною воеводу своего Якова Багу со многими людми в Орешку. А пришел Яков от Выбора сухим путем на конех, и пешие с ним люди были многие, а в бусех (вар.: судех, Л.) с мори Невою пришли в тоже время с нарядом многие ж люди к Орешку же. И по городу из наряду били и землю воевал, а стоял под городом три недели, а в городе тогды был Петр Петров. И воеводы на них приходили князь Ондрей да Захария, в загонех у них людей побивали, да взяли у них бусу одну, на ней было /л. 103/ полторасто человек, да четыре пушки, и людей всех побили и поймали, а не утек у них нихто из той бусы. А Семион Шереметев на тех приходил, которые воевати немцы ходили за Неву на Ноугородскую сторону и у тех языка поймали. А к Орешку (вар.: Орешской, Л.) ночи немцы приходили (вар.: а к Орешку в которую ночь немцы приходили, T.) и Петр на них вылазил и убил у них княжедворцов человек с двадцать. И как пошли немцы от Орешка, и воеводы сошлися вместо, Семен из за Невы ко князю Ондрею же пришол, и были на три полки: в Болшом полку князь Ондрей Нохтев да Петр Петров, в Передовом Семен Шереметев, в Сторожевом Захария Плещеев. А люди с ними не сошлися, и те, коим наряжено, и приходили на немцы. И немцы из пищалей и из пушек на полки учали стрелять; и Передовой полк дрогнул, и все отъехали: не в меру были им люди. А не убили тут немцы никово. На обе стороны мертвых /л. 104/ от стрел и от пищалей человек по пяти, по шти.

О присылке из Крыма. Лета 7064 месяца октября (вар.: того ж году, Л.) прислал царь Девлет Кирей из Крыма ко царю и великому князю гонца своею (с) грамотою Сулешева человека Кучелека да царева великого княвя татарина Байбирю (вар.: Янберю, Л.), а в грамоте писал, что итти было ему на Черкасы и учинилися ему вести, что царь и великии князь посылает рать свою на Крым; и он пошел встречю да с ними бился два дни и, сколко мог (вар.: моего, Л.), столко у них убил и взял; и царь бы князь великие послы с ним розменился, а похочет ли делать или не похочет, а гонца бы к нему царь и великий князь послал. А Колеш (вар.: Сулеш, Л., Т.) князь писал ко царю и великому князю, чтобы со царем Крымским царь и великий князь похотел миру, а прошлово бы не поминати. А гонец Кулечек (вар.: Кучелек, Л.) дьяку царя и великого князя Ивану [45] Михайлову от Сулеша /л. 105/ князя бил челом, чтобы промеж государей добра похотел, и бил челом дарю и великому князю, чтобы ся стало доброе дело, а кровь бы ся промеж государей на обе стороны унела. Да отпустили князи Сулеш да Обреим дву сынов боярских с теми же татары на откуп Ивана Трофимова да Богдана Шелонина. Иван, и Богдан, и татарин Байбаря царю и великому князю сказывали, что у Крымского царя на бою царя и великого князя воеводы боярин Иван Васильевич Шереметев с товарыщи побил многих лутчих людей, князей, а мурз, и ближних людей, и бесчестие царю и убытки сказывает в том, что кош у него взяли. И те лошади (вар.: те люди, Л.) на Украину увели. А на бою с ним Руские не многие люди билися и побили у него многих людей, хотя их и (вар.: де, Л.) царь разгромил. А которые де в Дуброве сидели (вар.: сели, Л.), и тех взять не мог и назад на спех шол, блюдися царя и великого князя приходу на себя. /л. 106/

О посланникех аглинского Филипа короля. Того же месяца пришли ко царю и великому князю от цесарева Карлосова сына Аглинского Филипа короля и его королевы Марии посланники Рыцерт Даюр (вар.: да Ери, Л.; да Юрьи, Т.) и с грамотами. И в грамотах писал ко царю и великому князю с великою любовною похвалою, и царем его благочестивым нарицая на многих государьствах, и с челобитьем и с прошением о всяком добре. А привезли три грамоты, одна по фряски (вар.: фрянски, Л.), а другая по польски, а третея по гречески, а во всех писано одно дело. И государь их пожаловал великим жалованием.

О отпущении Крымского гонца. Того же году, ноября, Крымского гонца царь и великий князь в Крым отпустил, а своего ко царю послал татарина Юшка Мешкова с грамотою, а писал ко царю и воспоминая все его неправды и о послех о размене.

О приходе из Литвы митрополича диака Савлука. Того ж месяца ноября митрополич дияк Савлук Турпеев от панов из Литвы пришол и привез к митрополиту /л. 207/ грамоту от воеводы Виленского (а бискуп Павел у них умер), писал в грамоте, что король послов своих великих посылает ко царю и великому князю, а будут к Москве к Рожеству Христову или ко Крещению.

О приходе из Асторохани. Того же месяца ноября, пришли из Асторохани голова стрелецкой Григорей Кафтырев, да посол Петр [46] Тургенев, да Дербышев царев посол Темир. И сказывали Григорей и Петр царю и великому князю, что посол его Леонтей Мансуров и со царицами в Асторохань пришол здорово, а Дербыш царь царю и великому князю не прямит: в Крым ссылаетца, и на Смаиля князя выбитых из Нагаи мурз перевез, и укрепился с ними, что ему на Исмаиля с Исуповыми детми стояти за один.

О приходе послов из Нагаи. Того же месяца пришли из Нагаи послы ко царю и великому князю—от Смаиля князя посол его Елбалда, от Раслана /л. 108/ мурзы Кулчан, да от Беим (вар.: Бей, Л., Бай, Т., Бек, рукопись № 1) мырзы Ших Мамаева сына с братьею Девлет Хозя (вар.: Хозяи, рукопись № 1), и от иных многих мырз — да служивые тотарове Девлет Хозя Усеинов (вар.: Сиенов, Л.), да Байкеш. А шли на Казань, а в Казань от них послы к намеснику Казанскому боярину князю Петру Ивановичю Шуйскому Байтерек с товарыщи пришли ж, и воз Свияской город к наместнику и боярину князю Василию Семеновичю Серебряному пришли ж послы. А приказывал Исмаил князь и все мурзы царю и великому князю бити челом и жаловался на Дербыша царя, что он царю и великому князю не прямит, и им поделал нужи великие, чтобы их государь от Дербыша оборонил и учинил бы своих людей в Асторохани так же, как и в Казани. А князь и все мурзы прислали грамоту шертную с служивыми татары Девлет Хозею да (вар.: и, Л.) с Байкешем, пред ними шерть учинили царю и великому /л. 109/ князю Исмаил князь и все мурзы Нагайские на том, куды их царь и великий князь пошлеть, туды им всюду ходити, другу им царя и великого князя другом быти, а недругу недругом, и на всех недрузех им быти заедин.

О отпущении воевод на Свизского короля. Того же году, месяца декабря, отпустил царь и великий князь на Свизского короля Гостава воевод своих за его неправду: в Болшем полку боярин и воевода князь Петр Михайлович Щенятев да боярин и воевода князь Дмитрей Федорович Палецкой; в Передовом полку воеводы Семен да Никита Васильевичи Шереметевы, в правой руке князь Ондрей Иванович Нохтев да Иван Меньшей Васильевич Шереметев, в левой руке Захария Иванович Очин да Михайло Петрович Головин; в Сторожевом полку князь Дмитрей Семенович Шастунов да Петр Петрович Головин. Да отпустил государь [47] царевича /л. 110/ Астороханского Кайбулу Ахкубековича, а с ним городецких татар всех, а велел ему ходити за Передовым полком, и им, как государь воеводу отпустил и царевича, и велел в Нов город збиратися. А велел бояром князю Петру и князю Дмитрею послати к королю (вар.: Свейскому, Л.) грамоту, а в грамоте писал, воспоминая перемирие, на чем взял с Ноугородцким наместником со князем Борисом Горбатым 60 лет (вар.: на 60 лет, Л.), и как нарушил, чего для роздор учинился; и будет похочет перемирие держати, на чем (вар.: на чем бы, Л.) целовал, и он бы на рубеж на Рожество Христово того ж году, а винных бы, кто войну всчал, с собою привел да казнил пред ними или бы прислал лутчих людей, кому верити лзе; а бояре на Рожество Христово будут на рубежи же со многою ратью и, виноватых сыскав, приведут же на (вар.: да на, Л.) обе стороны казнят, чтобы крестного целование /л. 111/ не изменити и перемирия не порушить, а, будет король не будет на тот срок и не пришлет никого, и царь и великий князь велел им за свою обиду и за королеву неправду воевати; и крестное целование будет на тебе и на твоих державцах, и кровь старых и младых пролиется от тебя, Гостава короля, и твоих державцов а не от нашего и справедливого государя, ни паки от нас, наместников его. И грамота пришла в Выбор за две недели до Рожества Христова. И отписали из Выбора державцы его Авраам с товарыщи ко князю Дмитрею Палецкому, что (вар.: это, рукопись № 1) ходил войною Яков Бач (вар.: Бог, Л.) воевати без королева ведома да ваписал похвально, как воеводы от него дрогнули, а про съезд ничего неименовал. И царь и великий князь велел итти воеводам своим во Свииску (вар.: в Свейскую, Л.) землю, положа упование на милосердого Бога и на животворящий крест, которым с намесники /л. 112/ в перемирие утвержал: не от него та кровь сталася; и велел за свою обиду мстити, как милосердый Бог поможет. И носили за рубеж воеводы о Крещении Христове.

О послах из Литвы. Того же году, января, пришли послы из Литвы ко царю и великому князю от Жигимонта Августа короля, пан князь Спепан Зборижский, Витебский воевода, да пан Ян Шмикович (вар.: Яншимкович, Л.), маршалок и писарь, да писарь Венцлав Миколаев (вар.: Николаев; Л., Николаевич, Т.) о вечном миру и о доброй смолке (вар.: Смолве, Л.). И то ся не стало и зделали [48] перемирие на шесть лет, а в та (вар.: те, Л.) лета государем (вар.: государю, Л.) ссылатися о вечном миру иными послы. И царь и великий князь их отпустил, а своих послов сказал к королю боярина Ивана Михаиловича Воронцова, да казначея Федора Ивановича Сукина, да дьяка Бориса Щекина. А с Москвы пошли послы литовские февраля в 10 день.

О приезде от воевод из Немецкие земли. Того же году, месяца февраля в 7 день, приехал от воевод из Немецкие /л. 113/ земли Шемяка князь Дмитрей Гагарин, а от (вар.: у, Л.) царевича Уразлы мырза Канберов (вар.: Канбаров, Л.), и сказывали, как воеводы пришли за рубеж в Смолино и в Лебежье, и послали поевати по обе стороны, и к городу к Киновепи послали же. И из города немцы побежали, а город зажгли. И воеводы за ним послали и многих угонив (вар.: у них, Л., нагнав, Л.) побили, а в городе наряд поймали, семь пушек взяли и рухледь всякую многую имали. И город до основание сожгли, а сами пошли к Выбору, воюючи по обе стороны. А не доходя (вар.: ходя, Л.) до Выбора за 5 версти встретили немцы конные и пешие и пришли на яртаульской (вар.: Яр Тульской, Л.) полк, а в ертоулех были князь Никита Приимков-Ростовской да Федор Пушкин. И Федора с коня збили и ранили добре, а князя Никиту ранили ж и полк Яртоулской потоптали. И напустили передовым полком Семен да Никита Шереметевы, и, которые пришли на Яртоулской полк, тех побили немцов. И гонили их с /л. 114/ версту по гору (вар.: под гору, Л.). А тут у них конные и пешие многие с пищальми стоят в камение, приезд к ним тесен. И тут рапили воеводу Никиту Васильевича Шереметева. А поспешил (вар.: и поспел, Л.) к ним царевич Кайбула с своим полком и учели с ним тут битися. А около обшел правою рукою Иван Меншой Шереметев, да побыли немец на голову и потоптали их до самого Выбора (вар.: А в правой руке воевода Иван меньшой Васильевич Шереметев обошел их около, и пришел на них от города Выбора, и побил их тут на голову, и гоняли по самой Выборг, Л., Т., и рукопись № 1.), и многих живых поймали королевских дворян. А князь Андрей Нохтев не был на бою, потому был болен, ногу испортил еще на рубеже. И воеводы пришли всеми полки к Выбору и велели князю Григорию Путятину по городу из норяду бити да голове стрелецкому Тимофею Тетерину с стрелцы. И стояли под городом воеводы три дни (вар.: недели, Л.), из города вылазити прямо на полки не дали и побивали из [49] норяду и из пищалей. А в то время /л. 115/ воеводы посылали головы Богдана да Василия Сабуровых, да Ивана Шарапова Замытцкого, да Василия Разладила, и иных многих голов за Выбор верст со ста в Лавретцкой погост. И там головы стретилися с немцы, которые шли Стеколни (вар.: из Стеколни, Л.) от короля, и тех побили на голову, и воевали, и полону поймали бесчисленно, и пришли к воеводам здорово. И воеводы пошли от Выбора на реку Боксу и в городку г (вар.: к, Л.) Дащаному посылали воеводы головы Семейку Вешнякова да Никиту Новокрещенова и иных многих голов. И немцы из городка вышли, и тут воевали по обе стороны Боксы реки, и посылали воеводы головы с детми боярскими, и атаманов с Казани, и головы с татары, и сотники от голов стрелцы. И воевали, многое множество поймали полону. Купили полон в гривну немчин, а девка в пять алтын. И вышли на Корелской (вар.: Королевской, Л.) рубеж, дал Бог, здорово со всеми людми. /л. 116/ И царь и государь Богу хвалу воздал, что милосердый Бог мстил кровь християнскую неповинную от них, и к воеводам послал с жалованием. А в то время отпустил государь на Новгород наместника боярина князя Михаила Васильевича Глинского и велел к королю отписати, воспоминая его неправды, и, будет похочет покою, и он бы к нему послов прислал. И стал царю и государю бити челом о нем, чтобы государь перемирие по старине велел держати.

Того же месяца в 15 день, отпустил государь в Нагаи ко князю и мурзам послов их, а своих послов государь послал к Исмаилю князю Андрея Тишкова, а к Орослану Григория Велина, а к Бай мурзе Ших Мамаевым детем Истому Матюкова (вар.: Тешкова, Т.), а приказал к ним, что их, по их челобитью, хочет государь так делати, как Бог поможет. /л. 117/

О рождении царевны Евдокеи. Того же месяца в 26 день, в среду, на другой недели поста, родися (вар.: родилась, Л.) царю и великому князю Ивану Васильевичю всеа Русии дщерь царевна и великая княжна Евдокея от его царицы и великие княгини Анастасии.

О крещении царевны. И того же поста, в четвертое воскресение, крестил ее у Чюда архистратига Михаила в монастыре, а приняли от купелп Макарей митрополит всеа Русии, а священная действовал Ондрей, протопоп Благовещенской. [50]

О присылке гонца от Исмаила. Месяца марта в 1 день, прислал на Нагай Исмаил князь гонца своего Бихчюрю, а писал царю и великому князю, что Дербыш царь в Асторохани царю, и великому князю изменил, сложился с Крымским царем и с Нагайскими мурзами сысуфовыми (вар.: с Исуровыми, Л.) детми, и с иными мурзами, которые выбиты из Нагаи; посла Леонтия Мансурова выбили из Асторохани; Исмаил, пошел под Асторохань; а царь бы и великий князь послал рать свою.

О измене Арских людей. И того же дни писал из Казани боярин /л. 118/ князь Петр Иванович Шуйской, что Арские люди и побережные государю изменили и стрелцов побили, которые у них были на бережение в посылке (вар.: побережные по ссылке, Л.) с Мамич Бердеем; а Мамич Бердей взял к себе царевича; а пришел к ним из Нагай и живет на Луговой стороне; а с ним пришло человек со ста Нагай.

О присылке Леонтия Мансурова. Того же месяца в 5 день, прислал Леонтей Мансуров с Волги с переволоки служилых татар да своих людей, а писал тоже, что Исмаил писал (вар.: писал, что, Л.)—Дербыш царь изменил, и тех князей, кои сложилися прямо служити царю и великому князю, Бегулу с товарыщи, побили, и к нему приступали три дни со всеми людми, а он сидел в малом городе у Волги, и отбился от Астороханцов, и пошел в судех вверх, и пришол к казаком воем (вар.: в зимовье, Л., в земь его, Т.) 308 человек (вар.: а с ним 308 человек, Л.); а всего с ним было 500 человек; и те ныне побиты, а иные /л. 119/ потонули и с голоду (вар.: городу, Л.) идучи перемерли.

О отпуске Исмаилева гонца. Того же месяца отпустил царь и великий князь Исмаилева гонца Бегчюру к Исмаилю, а с ним послал казаков с пищальми 50 человек, в головах Уланка с товарыщи, и писал к Исмаилю, что рать свою Волгою на Асторохань отпущает, (а) полем на нартах; а послал на Волгу для Исмаиля и Астороханского дела казаков 500 человек, атамана Ляпунка Филимонова и иных атаманов с товарыщи.

О отпуске в Асторохань. Того же месяца отпустил царь и великий князь в Асторохань голову стрелецкого Ивана Черемисинова с его стрелцы да Михайло Колупаева с казаки да с Вятчаны велел итти Федору Писемскому. Да послал государь в прибавку голову ж стрелецкого Тимооея Пухова сына Тетерина с его (вар.: их, Л.) [51] стрелцы, да с Вятчаны Федора Писемского, да с ними атаманы с казаки многие и велел им итти к Асторохани в судех и промышляти своим /л. 120/ делом, как его милосердый Бог подасть.

Знамение. Тое же замы в великое говение бысть знамение на небеси: звезда хвостата восходила со востока, хвостом на запад, а была недели с две.

О приезде горных людей. Того же месяца в 21 день, приехали ко государю горние люди Алтын Сотник с товарыщи, а привез с собою изменника Мамич Бердея Лугового сотного князя. А сказывали государю, что приходил Мамич Бердей их воевати, а с ним было две тысячи человек, и к острогу их приступал, и их воевал. И они с ним зговорили (вар.: зговорилися, Л.), что им с одного с ним изменити, да уверялся с ним, да взял его пити к себе, а с ним человек с двесте. Да тех людей всех побили, а его, изымав, ко государю привели. И царь государь горних людей пожаловал великим своим жалованием и в ясакех им полегчил; Мамич Бердей сказывал: взял (вар.: зван, Л.) было из Нагаи царя, и царь /л. 121/ им неучинил никоторые помочи, и он царя убил и всех Нагай побил, да сложился с Арскими людми, а сам пошол на горнюю сторону тех отводити от царя и великого князя, и горние люди его обманули, товарыщев побили, а его, изымав, и ко государю привели.

О присылке из Новагорода. Того же дни из Новагорода Великого наместник боярин князь Михайло Васильевич Глинской немецкую грамоту прислал, а пишут: немцы, против его грамоту (вар.: грамоты. Л.), просят опасные грамоты на послов или на гонцы (вар.: бы им ко царю государю и великому князю от короля бити челом. И царь и великий князь велел князю Михайлу опасную дати на послов или на гонцы; рукопись.).

Приговор государев. В лета 7058 приговорил царь и государь с митрополитом и со всеми бояры в полкех быти княжатом и детем боярским с воеводами безмест (вар.: безвесть, Л.), ходити на всякие дела со всеми воеводами для вмещения людем; а в том отчеству их уничижения нет, которые будут вперед в боярех или в воеводах /л. 122/, и он считаетца по своему отчеству.

О воеводах. А воеводы в полкех: Болшой полк да правая рука да левая рука по местом; а Передовой полк да Сторожевой полк менши одного в Болшом полку болшого воеводы, а до правой [52] руки и до левой руки и в Болшом полку до другого воеводы дела нет, с теми без мест: кто с кем в одном полку (вар.: стоял Л.) послан, тот того и менше, а воевод государь прибирает, рассужая их отчество, и кто того дородится, кто может ратной обычай содержат.

Приговор царской о кормлениях и о службах. Лета 7064 приговорил царь и великий князь Иван Васильевич всея Русии с братьею и с боляры о кормлениях и о службе всех людей, как им вперед служити. А по се время бояре, и князи, и дети боярские сидели по кормлением, по городом и по волостем, для росправы людем и всякого устроения землям, и собе от служеб для покою и прекормления. На которых /л. 123/ городех и волостех были в кои лета наместники и волостели, и тем городом и волостем росправу и устрой делали, и от всякого их лиха обращали на благое, а сами бы были довольны оброком своим и пошлинами указными, что им государь уложил. И внииде в слух благочестивому царю, что многие грады и волости пусты учинили наместники и волостели изо многих лет, презрев страх Божии и государские уставы, и много злокозненных дел на них учиниша, не быша им пастыри и учители, но сотворшися их гонители и разорители. Також тех градов и волостей мужичья многия коварства содеяша и убиства их людем, и как седут с кормлении, и мужики многими иски отискивают. И много в том кровопролития и осквернения душам содеяше, их же не подобает в християнском законе и не слышати, и многие наместники и волостели истарого /л. 124/ своего стяжания избыша животов и вотчин. Царю же благочестивому обычаи бяше таков: начало его премудрости страх Господень; во всем пред Богом собя чиста, соблюдает; церковное предстояние в страсе и трепете имети, ничтоже глаголюще, ниже помышляюще во время святого пения (вар.: писания, Л.), токмо совесть своя пред Богом исправляюще; и на всяк день некоторым обычаем не разлучится от предан наго правила божественного всего церковного, також и уединенная молитва; потому ж суд и правда нелицомерна всем; потехи же царские ловы и иные учрежения, еже подобает обычаем царским, все оставиша (вар.: все оставляше, Л.), но тщатеся по Христе волю его сотворити во всем и порученние ему государства соблюсти и устроити во все (вар.: всем, Л.) подобие, в правду, и оборонити от всех иноверных бусурман и латын. Храбростью (вар.: храбрость, Л.) же и мужеством его и Бога дано ему благородие, [53] как тщится (вар.: пещися, Л.) за благочестие побороти: по /л. 125/ всяк день и час ничтоже ино содевает (вар.: сдевает, Л.), токмо о том печется, как утвердити закон и веру пресветлую и благочестивую христианскую во всех, подручных ему государствах; как (вар.: так, Л.) же и против неверных на вся лета и во вся время на вооружается и поборает; ополчается, как бы свободити православие от рук нечестивых. Но (вар.: не, Л.) токмо не щадить своей царской выи приимати всюду нужди (вар.: свое царское все, Л.) и не радит о сем, но паче тщится всегда о пролитии своей праведной царской (вар.: и царской, Л.) крови и о избавлении единородных наших братий православных християн. И иное услаждение и потехи никоторые во уме его царской не внидут, но токмо о избаве христианом, просто рещи, толко закон Христов и ратные дела, любовь же его по Бозе ко всем под рукою его (вар.: подручное его, Л.) к вельможам (вар.: и вельможам, Л.), и к средним, и ко младым ко всем равно: по достоянию всех любит, всех жалует и удивляет, вправду уроки (вар.: уроны вправду; Л.) против их трудов и мзды им воздает /л. 126/, по их отчеству и службе, ни единого же забвена видети от своего жаловавия хочет, так же никого ни от кого обидима видети хощет. И такова его Бог яви (вар.: яве, Л., Т.) царя и государя православным землям уродил, подражателя прежними и благочестивым царем и храбрым государем; паче же иных благодать Свою на нем всемоши (вар.: всемогущий, Л.) Бог показа, потребителя его бусурманом и иноверным сотвори. И какова его Бог сотвори, и потому тщется (вар.: тщился, Л.) и подручных всех пред в законе християнском и непорочных поставити, и, обращая (вар.: обращая их, Л.) ото всех недобрых дел, яке же (вар.: яже, Л.) есть речено во святем Евангелии: “пастырь добрый, иже (вар.: же, Л.) душу свою полагает за овца”. И истиный пастырь, а не наемник, а всех промышляет душами их, так же и пищею и одежою в правду устроит, и хощет от Бога в страшное второе пришествие праведных глас слышати: “ты еси царь /л. 127/ правде (вар.: в правде, Т.), ему ж бы без стыда отвещати: “Господи, се аз и люди, яже ми еси дал”.

О повелении царском. Повеле государь во градех и волостях расчинити старосты, и сотцкие, и пятидесятцкие, и десятцкие, и страшным и грозным запрещением заповедь положити, чтобы им рассужати промеж разбои, и татбы, и всякие дела; отнюдь бы никоторая вражда не именовалася, также ни мзда не праведная ни [54] лживое послушество; а кого промеж собою такова лиха найдут, таковых велел казнем предавати. А на грады и на волости положити оброки по их промыслом и по землям, и те оброки збирати к царским казнам своим дьяком. Бояр же, и вельмож, и всех воинов устроил кормлением, праведными уроки, ему же достоит по отечеству и по дородству, (вар.: достоинству, Л., родству Т.) а городовых в четвертый год, (а иных в третей год) денежным жалованием.

О рассмотрении государском. По сем же государь и сеа росмотри: которые вельможи и всякие воини многими /л. 128/ землями завладели, службою оскудеша, не против государева (вар.: государства, Л.) жалованья и своих вотчин служба их (вар.: службах, Л.). Государь же (им) уровнение (вар.: ровнение, Л.) творяше: в поместьях землемерие (вар.: землемерием, Л.) учинил, комуждо достойно что; так устроил, преизлишки же роздели неимущим. А с вотчин и с поместиа уложеную службу учини же: со ста четвертей добрые угожие земли человек на кони и в доспехе в полном, а в далной поход о дву конь (вар.: дву коней, Л.); и хто послужит по земли, и государь их жалует своим жалованием, кормлении, и на уложенные люди дает денежное жалование, а кто землю держит, а службы с нее не платит, на тех на самех имати денги за люди; а кто дает (вар.: дает в службу, Л.) люди лишние перед (вар.: перевод, Л.), землею через уложенные люди, и тем от государя большое жалование самим, а людем их перед уложенными в полтретья давати денгами. И все государь строяше, как бы строение воинству /л. 129/ и служба бы царьская безо лжи была и без греха в правду. И подлинные тому розряды у царских чиноначальников, у приказных людей.

О приведении Крымских языков. Месяца марта привели языки Крымские ко царю и великому князю из Рыльска. Ходил на поле атаман Михалко Грошев да нобил Крымцов. И те языки сказывали, что Крымской царь гонца ко царю и великому князю, против его гонца Юшка Мокшева (вар.: Мошкова, Л.) не отпустил, а послу и гонцу нужу учинил; а сам наряжается со всеми людми, а хочет быти на весне рано на царя и великого князя Украйну. И по тем вестем послал государь Дьяка Ржевского из Путимля на Днепр с казаки, а велел ему итти Днепром под улусы Крымские и языков добывати, и про царя проведати. И Дьяк, собрався с казаки, да пришол [55] по нашу. А Данилка Чюлкова да Ивана Малцова послал /л. 130/ государь вниз по Дону проведати про Крымские ж вести. Того же месяца пришли назад Гриша Велин (вар.: Велик Л., Гришавель, T.), да Истома Матюков, а сказывают: до Исмаиля их не допустили Исуфы (вар.: Исуфовы Л.) дети, разгромили иных, поймали Нагайских послов и Ондрея Тишкова взяли.

О письме из Казани от наместника. Месяца апреля писал из Казани боярин и наместник князь Петр Иванович: отпущал от боярина Петра Васильевича Морозова да с ним детей боярских, и казаков, и стрелцов, и новокрещенов, и татар и набережных людей и начал Лымской (вар.: на Чалымской, T.) городок; и Петр ходил, их повоевал (вар.: воевал, Л.) и побил многих, и городок сожег, и назад здраво пришол.

Петр Морозов ходил из Казани на Арское. Месяца мая ходил Петр же Морозов из Казани на Арское и за Арским (вар.: Арское, Л.) на Мете на речке встретил Петра Девяк (вар.: Девек Л., Девляк, Т.) мурза, Кулай мурзин брат, с Арскими людми. И Петр на него послал головы, детей боярских, князя Петра Глебова Засекина да Романа /л. 131/ Пивова, да Еналеев дву, а с ними деги боярские, и стрелцы, и новокрещены. И Дивлюка со всеми товарыщи побили, и самого жива поймали, и многих его товарыщев переимали. И после того Петр воевал десять лет (вар.: дней, Л.), и все Арские месты повоевал, и побил многих людей, и полону вывел бесчислено много. Да с Петром ходил вместе, без мест, воевода Федор Иванович Бутурлин и в Казань пришол, дал Бог, здорово.

О хождении Петра же Морозова да Федора Салтыкова. Месяца июня ходил из Казани боярин Петр (Васильевич) Морозов, да с ним воевода Федор Игнатьевич Салтыков, да дети боярские из Казани и из Свиязского города обои, и переменные, и старые, и годовалщики (вар.: годовщики, Л.) и татарове, и новокрещены, и казаки, и стрелцы за Арское, за Ошит (вар.: Ошир, Л.), и за Уржум, и к Вятке, и не доходили до Вятки за пятдесят (вар.: пять, Л.) верст и воевали безчисленно много, и полон имали жонки да робята, а мужиков всех побивали, и пришли в /л. 132/ Казань, дал Бог, со всеми людми здорово.

Отпущал из Казани князь Петр Иванович воины. А боярин князь Петр Иванович отпущал из Казани многие воины (вар.: многи войски, Л.) и языков добывати. И во многих местех воевали, и побивали, и [56] Арскую сторону и побережную до конца в нуже чинили; и достальные все пришли в Казань и били челом за свои вины.

О отпущении королевых посланников. Того же месяца отпустил государь Филипова королева (вар.: Филиппа короля, Л., Т.) Аглинского посланников Рыцерта Даюрья (вар.: да Юрья, Л.), а с ними послал своего посланника Непею Вологженина с грамотою, а писал к королю о любви и о ссылке. И людем его царь и великий князь пожаловал в своих государствах, велел учинити пристанище корабленное (вар.: корабельное, Л.) на Двине и торг по всему государству поволной дал, так же и на Москве двором устроил.

О писании (вар.: послании, Л.) Дьяка Ржевского. Месяца майя писал Дияк Ржевской Измамаилусу с своими казаки (вар.: казаками, Л.5), что к нему полоняники прибежали, а сказывают /л. 133/, что Крымской царь; собрався, вышел на Конские воды со всеми людми, а хочет итти на царя и великого князя Украйну (вар.: Украйны, Л.).

Выбежал путимлец из Крыма. И того ж месяца выбежал путимлец из Крыма, Демешка Иванов, а сказывал то же, что Крымской царь вышел, а хочет быти на Тулские места или на Козелские, а запас велел царь имати на все лето. И по тем вестем царь и великии князь приговорил с братиею и с боляры, что итти ему в Серпухов, да туто собрався с людми, да итти на Тулу и, с Тулы вышедчи, на поле дождаться (вар.: дожидаться, Л.) царя и делати с ними прямое дело, как Бог поможет. А потому государь приговорил, с Тулы вышедши, на поле ждати: на которую царь Крымской Украйну ни пойдет, на Резань, или в Одуев, и в Козельск, и царю и великому князю ко всем местом поспети лзя, до куды не придет на Украину.

О приезде (вар.: приходе, Л.) царском от Троицы и о походе в Серпухов. Того же месяца царь и великий князь /л. 134/ приехал от Троицы в четверг перед заговенном (вар.: заговеньем, Л.) Петровым, пошол в Серпухов, а с ним князь Володимер Ондреевич, да царь Семион Казанский, да бояре, и воеводы, и многие люди, и пришел в Серпухов на заговеино. А велел у себя быти в Серпухове царевичю Кайбуле Ахкубсковичю, цареву сыну Астороханского, а с ним вси князи и мырзы Городецкие; велел ему государь стояти в Торусе. Да в [57] Торусе ж быти велел Передовому полку да правой руке, а Болшому полку велел стояти усть Поротвы, а левой руке на Сенкине перевозе, а Сторожевому полку усть Лопасны.

Царь и великий князь велел сметити детей боярских по списком. Месяца июня царь и великий князь велел воеводам детей боярских сметити по спискам под (вар.: по, Л.) нарядным, уже ли си посошли. И воеводы государю сказали и со всех мест отписали, что дети боярские сошлися (вар.: чтобы дети боярские княжат и детей боярских и людей их всех высылали, Л.). И государь сам смотрил свой полк, бояр, и княжат, и детей боярских, и людей их всех, да уведает государь свое воинство, кто ему как служит; и государское к ним (вар.: им, Л.) /л. 135/ по тому достоинству и жалование.

О приказе государево князю Владимеру Ондреевичу. И того же дни (вар.: и потому ж, Л.) государь приказал князю Владимеру Ондреевичю, того ж дни государь велел во всех местех смотрити детей боярских и людей их. И свезли ко государю (вар.: к царю, Л.) списки изо всех мест, и государь сметил множество (вар.: множество народа, Л.) воинство своего, еже преже сего не бысть: так многие бо крышася, от службы избываше (вар.: избывающе, Л.). Царь и великий князь и ленивых подвиг поборати по благочестию, и по сему множество (вар.: множество воинства, Л.) учинишася.

О приговоре царском. И того ж месяца приговорил государь итти за реку, а околничего своего Никиту Васильевича Шереметева отпустил, а велел места заняти за Шавороною (вар.: Шаворою, Л.) на поле.

О присылке ко государю от Данила от Чимкова с поля. Прислал ко царю государю с поля Данилко Чюлков девяти татаринов Крымских, а сказывают: сшел на Дону блиско Азова двесте человек Крымских татар (вар.: Крымцов, Л.) и побил их на голову. И языки сказывали, что Крымской царь, собрався, хотел итти на цари и великово князя /л. 136/ Украину, и посылал Сенку Жукова (вар.: Жакулова, Л., Т.) языков добывати, и взял дви мужика в Сиверских (вар.: Северских, Л., Т.) вотчинах. И сказали царю, что царь и великий князь про него уведал и готов против его: вышед, ждет его. И царь не пошел на царя и великого князя Украйну, а пошел было на Черкасы, и, как пришел на Мнюсь, и тут за ним прислали из Крыму, что видели [58] многих людей Русских на Днепре, а идут к Ислам Кирменю. И царь но тем вестем воротился в Крым. Да те же языки сказывали, что у царя многие люди померли поветрием и быти его походу против людей никуды невозможно.

О присылке Дьяка Ржевского. И того же дни прислал Дьяк Ржевской из Днепра казаков своих, а писал ко государю, что на Днепре к нему пристали Литовские люди, атаманы Черкасские, Млынским зовут, да Михайло Ескович (вар.: Якович, Л.), а с ними триста человек Каневских черкас (вар.: Казаков, Черкаса Невских. Л.). И Дьяк, а с ним казаки и Литовские отоманы /л. 137/, ходили под Ислам Кирмень, и в Ислам Кирмень про них весть учинилося, и люди береглися, и тут кони и многую животину отгонили; да пошли под Очаков (вар.: Ачаков, Л.). И у Очакова острог взяли и турок и татар побили, и языки поймали. А как прочь пошли, и за ними ходили санчаки Очаковской и Тягинской со многими людми, и Дьяк на них учинил в тростнику у Днепра подсаду, и побили из пищалей многих людей, а сам отошел здорово со всеми людьми. Да как пришел под Ислам Кермень, и тут пришел к Ислам Кермени царевич Каича Крымской, а с ним весь Крым, князи и мурзы, и Дьяк стал против его на острову и бился с ним из пищалей шесть день, да отогнал нощию Дьяк у Крымцов стада конские да на остров к себе привез. И по Заднепровью (вар.: позадь Днетрово, Л; по заднепрью, Т.) по Литовской стороне, вверх пошол и разшелся со царевичем Дьяк дал Бог здорово, а у /л. 138/ царевича из пищалей поранил и побил людей много (вар.: многих, Л.) и прислал с тем казаков своих Гришу да Костю и вести Крымские писал, что и языки Крымские и Турские и полоняники сказывали, что царь хотел итти на царя и великого князя Украину и весть ему учинилась, что его царь и вел. кн. ждет, и он не пошел, да и потому что у него многие люди поветрием померли, встречю ему царю и великому князю николи не хаживати.

О приходе из Крыма полоняников. И в то же время пришли из Крыма полоняники князь Офонасей Звенигородской да Верига Клещнин с товарыщи, а сказывали те же вести, что царю не бывати, а бережется царь Крымской на себя приходу от царя и великого князя. И по тем вестем царь и великий князь на поле не пошол и по околничего послал, а сам поехал к Николе Зарасскому на Резань молится и оттоле на Коломну, и к Москве пришел государь июня, [59] а /л. 139/ по украинам оставил по всем воевод для малых людей приходу (вар.: и приходу, Л.).

О присылке языков от Мишки. Месяца июня прислал Мишка черкашенин дву языков, один крымец, а другой турчанин, а взяты, сказывают, под Керцом городком за Ширинских князей улусам. А приходил Мишка с казаки в то же время, как Дьяк был под Ислам Кермень, Миюсом рекою в море, а морем под Керсць и тут повоевал и отшол здорово. И те языки тоже сказывают, что и прежние.

О письме Исмаиля князя с гонцом. Того же месяца писал Исмаил князь с гонцом своим, что Шах-Мамаевы дети к нему не прямят, и каково ся над ним станет, и царь бы ему и великий князь дал пристанище в Казани или в Асторохани. И царь и великий князь гонца Исмаилева отпустил, а к нему с его гонцом послал татар своих служивых, а писал в нему, что в Асторохани готово ему пристанище, по его ссылке /л. 140/ государь людей своих в Асторохань прислал, а захочет и в Казань не со многими людми на опочив, (и) государь (вар.: и государь, Л.) его принять велел же.

О гонце ко государю от Свийского короля. Того же лета, месяца июня, приехал во царю и государю от Свийского короли Гостауса гонец именем Кнут Иванов, маистр Абова города, по-руски хабы архимондрит, бити челом и с грамотами, а челобитье его и в грамотах пишет, что сталося много кровопролития от греха и от задору порубежных людей с обе стороны, и царь бы и государь его пожаловал, гнев свой утолил и рать свою унял, и припоминая прежнюю свою неправду, чтобы ему с наместники Ново-городскими не ссылатся, а ссылатся бы сыну его. И царь и государь гонца его пожаловал, к нему отпустил, что государь его пожаловал за его покорное челобитье, наместником Новогородцким велел с ним перемирие утвердити /л. 141/ старое, а о ссылке, что сыну его с наместайки Новогородскими ссылатся, велел отмолвити, что ссылатца ему самому, по старине, как у них из начала Ныло; и будет он гордость оставит и любо ему по старине зделати, и он бы прислал; послов своих больших во государю бити челом и перемирте покрепити по старине. И отпущен гонец того же месяца.

О отпущении послов в Литву. Месяца мая отпустил государь послов своих в Литву—боярина Ивана Михайловича [60] Воронцова, да казначея Федора Ивановича Сукина, да дьяка Бориса Щекина перемирие утвердити и короля к правде привести.

О приведении мурз от Ляпуна. Месяца августа в 1 день от Ляпуна привели два мурзы Крымские Коуратыший Дяка с братом в языках, а поимал их, приходил на Дербыша царя Ляпун с товарыщи, и побил многих людей, и поимал многие в полон. И дождался с полоном голов Ивана Черемисинова, и языки сказывали (вар.: мазали, Л.), /л. 142/ что по Дербышове присылке прислал царь Крымской в Асторохань Атман Дувана, а с ним семь сот татаринов да триста янычен с пищальми, да и пушки прислал на бережение Асторохани.

О отпущении образа Николы чюдотворца Великорецкого. Того ж месяца в 3 день, отпущен образ на Вятку Николы Великорецкого обновлен; а обновлял его и починивал митрополит сам Макарей всеа Русии да Ондрей, протопоп Благовещенской: иконному бо писанию митрополит и Ондрей научени сеи хитрости. И украсиша его златом, и жемчюгом, и камением многоценным, а провожал его царь и великий князь и с своею царицою и с своим сыном, царевичем Иваном, и митрополит и князь Юрьи Васильевич и с своею княгинею, и бояре, и вельможи, и множество народа. Царь и великий князь, и царица его, и царевич Иван проводили до Пречистые до Ям и тут обедни слушали. От святилника же Николы /л. 143/ образа чюдеса беспрестани содеяшася, многими болезньми одержимых исцеляше. И оттуды государь, отпусти образ светильника Николы чюдотворца с великою честию и любовию, и возвратился во двор свой царской. А князь Юрьи Васильевич провожал образ до Ростокина и отпущен образ к Вятке на Устюг. И многая милость от образа Николина изливашеся по градом и по селом.

О приходе послов из Литвы. Того же месяца августа пришли послы из Литвы, а были у короли в Литве, в Вилне, и перемерные (вар.: перемирные, Л.) грамоты переписали, и короля к правде привели на том же, на чем и послы его на Москве государю нашему правду давали.

О Василе городе. Того же году Василь город переставлен, а убавлено его: снизу по горе учинен.

О позлащении верха у церкви в Сергиеве монастыри. Того же лета, месяца октября (вар.: октомерия, Л.) в 11 день, позлащен верх (вар.: позлощена бысть верхи, Л.) у церкви Святые и Живоначальные Троицы во обители преподобного отца [61] Сергия повелением благоверного и христолюбивого /л. 144/ царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии самодержца с великою верою, и со многим желанием, и с любовию сердечною нещадною десницею. Украшение церковное люблаше и подававше злато на украшение церквам Божиим, яко лепо быти украшенной церкви Божии (вар.: Божьей, Л.) и всего честнее и любезнее дом Божии нарицашася. И причетников церковных любляше, и милостину им довольно подаваше, и любезно их почиташе. И милостив, и щедр, и долготерпелив в согрешающим: царская власть дана от Бога есть на отмщенио злым, а на похваление благим (вар.: благости, Л.).

О приезде (вар.: поезде, Т.) царском и Троице и в Переславль. Лета (вар.: в лето, Л.) 7065, сентября в 10 (вар.: сентемврия в 1, Л.) день, выехал царь и великий князь и своею (вар.: с своею, Л.) царицею и великою княгинею Анастасиею и с своим сыном царевичем Иваном Ивановичем и брат его с ним князь Юрий Васильевич в Троице и в чюдотворцу Сергию. И Здвижение честного креста праздновали государи у Троицы в монастыре, /л. 145/ и братию доволно учредив, и оттуды поехали государи в Переславль в великому Никите чюдотворцу молитися. И у Нивиты чюдотворца в монастыре государи теплою верою и с великим усердием праздноваше, и в монастырь многие земли подаде на прекормлении братии, и повеле игумену общину соделати, преже бо сего особняк был, и многи деньги вдаша на собрании братии, и велий монастырь соградиша в честь Богу и угоднику его Никите чюдотворцу. И оттоле приидоша государи к Живоначалной Троицы на память чюдотворца Сергия и праздноваше тут, яко же бяше его царской обычай, с великим благочестием и подвигом, и братию учредив доволно, и милостынею даде из своих рук царских всю братию; также сам царь и в болницах и в богаделнях даваше милостыню своими руками доволно. И к Москве приехали государи того ж месица в 39 день. /л. 146/

О приезде ко государю от Ивана от Черемисинова. Того ж месяца у Троицы приехали ко царю и великому князю из Асторохани от Ивана от Черемисинова, да от Михаила от Колупаева, да от главных голов, от Федора от Писемского да от Тимохи Тетерина, сын боярской Онтонко Потулов с товарыщи, да атаман казачей Архипко, да Вятчанин Шелом, а писали из Асторохани [62] головы; пришли они в Асторохань, а город пусть, царь и люди выбежали; и головы в Асторохани сели, и город зделали крепок и, утвердив совсем, ходили за царем пять день от Асторохани в Мачяки, к морю. И нашли суды все Астороханские, посекли и пожгли, а людей не дошли: пошли на берег далече. А в другой (вар.: другии, Л.) ходили главные (вар.: главные.) головы Федор Писемской да Тимофей Тетерии, и сошли царя от берегу с дватцать, и пришли ночью на царя, и побили в улусех у него многих людей. И на утро собрався Дербыш царь с мурзами Нага/л. 147/йскими, и с крымцы, и со всеми астороханцы, и билися с ними до Волги, идучи весь день, и отошли головы и со всеми людми, дал Бог, здорово. А преже их приходил на царя Ляпун атамаа с товарыщи и поимал многие улусы, княгини, и девки, жонки, и ребята, а людей побил многих; потому астороханцы и выбежали из города. Иван Черемисинов (вар.: Черемисинов сын, Л.) со царем ссылаетца, и царь о себе бьет челом, что он изменил государю неволею, государь бы ему милость показал, и правду Ивану Дербыш царь и вся земля Астороханская дала, что им ехати во град и служити царю и великому князю. И Ондрея Тишкова выменили на жонки, дали за него пятнадцать жонок Астороханскаго полону (вар.: полку, Л.). И укрепилися в городе головы, как им бестрашно седети, и по Волге стрелцов и казаков разставили, и отнели всю волю у (вар.: от, Л.) Нагай и у Астороханцов рыбные ловли и перевозы все. /л. 148/

О присылке из Асторохани. Того же месяца в 23 день, прислал из Асторохани Иван Черемисинов да Mихайло Колупаев казаков, а писали, что Нагаи были Исмаил князь с Исуфовыми детми помирился, а Ших Мамаевых детей отослала И Араслан (вар.: Ярослан, Л.) мурза подвел было на Исуфовых детей Ших Мамаевых. Исуфовы дети Арослана убили, и промеж собою билися три дай, и на обе стороны многих мурз и татар побили. А Дербыш царь в город к ним не поехал, шерть свою изменил, а крепит его и от государя отводить от вашего Атмак Дуван, крымского царя воевода, который к нему с весны прислал с людми, и с пушками, и с пищальми на бережние от царя и великого князя, и Исуфовы дети.

О приезде ко государю казаков в Тайнинское. Того же месяца сентября в 29 (вар.: 24, Л.) день, приехали ко государю в Тайнинское с поля от Дьяка от Ржевского казаки Рослой Степанов да Трухан [63] Павлов: Дияк Крымских людей побил и в Путимль с поля пришол, а /л. 149/ привел девять языков, а языки сказывали, что Крымской царь был в собрате, а блюлся приходу царя и великого князя, и ныне люди роспустил, а сам пошел в Крым.

О приезде ко государю от Вишневецкого. Того же мееяца приехал ко царю в великому князю Ивану Васильевичю всеа Русии от Вйшневецкого князя Дмитрей Ивановича бити челом Михайло Яскович (вар.: Янкович, Л., Ескович, T.), чтобы его государь пожаловал, а велел себе служити; а от короли из Литвы отъехал и на Днепре, на Кортицком острову, город поставил против Конских вод, у Крымских кочевищ. И царь и великий князь послал к Вишневецкому детей боярских Ондрея Щепотева да Нечая Ртищева да того же Михаила с опасною грамотою м с жалованием.

О приходе митрополита из Царя-града. Того ж месяца пришол от патриарха Деонисия изо Царя-града митрополит Иасаф Кизицкий в царю и великому князю, а привез от патриарха /л. 150/ царю и государю и к царице мощи Георгия мученика, да Понтелеимона, да Варнавы апостола. Патриарх писал, бая челом, дли нужи Турских людей, о милостыни. Да говорил митрополит царю и государю от Деонисия патриарха, что патриарх Деонисей Костянтинопольсской со архиепископы и епископы и со всем цареградским собором уложили соборне молити Бога о царе и великом князе Иване Васильевиче всеа Русии, яко же и о прежних благочестивых царех, и руками своими утвердили, что им во веки поминати и молити Бога о царе Иван; а кто не участь молити, тому во отлучении бати.

О приезде ко государю из немец гонца. Месяца октября в 2 день, приехал во государю из немец гонец Гриша Флямин (вар.: Фляпин Л.) бити челом государю о сале да о воску, чтобы им пансыри пропущати; а государь бы их пожаловал, велел пропущати сало да воск. И царь и государь велел их послом /л. 151/ быти бити челом о том, а пожаловати их хощет; а гонца их отпустил.

О приезде из Литвы ко государю. Месяца октября в 5 день, приехал из Литвы гонец Григорей Вихторин, а писал король Литовской о Свийском короле, чтобы ся государь помирил с ним. И царь и великий князь королева гонца отпустил х королю, а [64] отписал, что Свийской король ссылаетца и делает всякие дела с наместники Новагорода Великого—и тому быти по старине.

О приведении ко государю языков. Того же месяца в 10 день, приехали с поля ко государю от Булгакова с языки казачьи атаманы Елка да Лопырь, а привели 8 языков, Кузкея с товарыщи; а было их полтораста человек, а шли под Украину; и Юрьй их побил на голову на Айдаре. И языки сказывали теж вести, что и Дияковы.

О приезде ко государю Вешневецкого. Того же месяца в 16 день, приехали от Вищневецкого Ондрей Щепотев, да Нечай Ртищев, /л. 152/ да князь Семен Жижемской, да Михайло Ескович с товарыщи, а приказал князь Дмитрей, что он холоп царя великого князя и правду на том дал, что ему ехати ко государю. А пошел воевати Крымских улусов и под Ислам Кермень, служачи царю и великому князю. А с Жижемским прислал три языки Крымских, а сказывали тоже, что и прежней языки.

О освящении церкви. Месяца ноября в 1 день, священа бысть церковь Ивана лествичника да придел Евдокеи преподобной мученицы у Чюда Архистратига Михаила на заднех воротех, строения царского. А на священии был царь и великий князь, и его царица Анастасия, и сын его царевич Иван Иванович, да брат его князь Юрьи Васильевич, да митрополит изо Царя-града Кизицкий Иасаф, да старцы свитые горы. А свящал митрополит Макарей всей Русии со всеми соборы.

О приходе из Сибири Митки Нурова. Того ж месяца пришол из Сибири Митка /л. 153/ Куров, посол царя и великого князи, и с ним пришол от Едигирея князя Сибирского посол Боянда, а привез царю и великому князю дани семсот соболей; а об иной дани писал Едигерь князь и вся земля Сибирская, что их воевал Шибанской царевич и людей поимал многих; а Митка Куров сказывал, что им возможно было сполна прислать дань, да не похотели.

О опале царской на Сибирского посла. И царь (и великий князь) и государь на Сибирского посла опалу положил, велел его живот поимати, а ему за сторожи сидети, а в Сибирь послал служилого татарина с грамотою, чтобы ся во всем пред ним, государем, исправили.

О поставлении града. Того же осени поставлен город в Галиче, а ставил его Иван Выродков. [65]

О послах из Нагаи. Месяца декабря в 1 день, пришли послы ко царю и государю из Нагай от Исмаиля князь Темир, а от Исуфовых детей Аикула, а писал Исмаил князь и приказывал, что он сысуфовыми /л. 154/ детми помирился, добили ему челом, а Дербыш царь от них побежал к Мене. И Исмаил на том царю и великому князю велел бити челом, что его жалованием и и страхом племянники ево ему добили челом. А Исуфовы дети Юнос (вар.: Юкус, Л.) мурза да Алей мурза с братиею писали и приказывали царю и великому князю бить челом: Исмаилю (вар.: Исмаилю они, Л.) князю добили челом, а царь бы их государь (по)жаловал так же, как и Исмаиля князя. Да Исмаил же князь и все мурзы Нагайские, соединилися, государю приказывали; ныне они все одиначны, велит ли им на Крым итти государь самим, или послати братию и племянников; как им царь и великий князь прикажет, так и учинит.

О гонце из Крыму. Того ж месяца пришел гонец из Крыму к царю и великому князю от Девлет Кирее Крымского царя Каратжан, да царя и великого князя гонец Мосиков, служивой татарин /л. 155/, да полоняников отпустил царь на опук (вар.: откуп, Л.) мех, которых поимал на бою, коли бился с Иваном с Шереметевым, пятдесят человек, Игнатия Блудов, и иних; да гостей (вар.: гостей пришло, Л.) Ардабазарцом триста человек с торгом. А писал царь Девлет Кирей ко царю и великому князю, что уже все недобрые дела (вар.: безлебицу, Л.) отставил, а царь бы и великий князь с ним помирился крепко, и послов бы промеж себя (вар.: собою, Л.) добрях послати, которые бы могли промеж их любовь зделати и было бы кому верити. А посол цари и великого князя Федор Загрязской писал, что царь вбирался по (вар.: по, Л.) все лето и у Турского помочи просил, а чаял на себя приходу в Крым царя и великого князя; и сее осени, о Покрове, у него Вишневской князь Дмитрей город взял Ислам Кармень, и людей побил, и пушки вывез к себе на Днепр в свой город. А с другую сторону Черкасы /л. 56/ Пятигорские взяли два города Темрюк да Томань (вар.: Томак, Л.). А приходил Черкаской Таздруй князь да Сибок князь с братиею, которые были у царя и великого князя на Москве. И царь два того проведал, что царь и великий князь не идет на Крым сего году, и хочет деи миритца со царем [66] и великим князем, не оманываяся, а послов деи хочет прислати любо Кангалу князя (вар.: либо Кангалуй, Л., Т.), Сулешева (вар.: Сулемшева, Л.) сына Мурат мурзу. И полоняники Игнатей Блудов с товарыщи тоже сказывали.

О приходе царевича Тахтымыша. Того ж месяца пришел из Нагай царевич Тахтомыш, а царю Шигалию брат, а был много лет в Крыме, и хотели его на царьство, а Девлет Кирея убить хотели; И царь, сведав, от того уберегся, и Тахтамыш в Нагаи выбежал к Исмаилю князю. И Исмаил его отпустил служити к царю и великому князю, а с ним прислал посла своего Бигчюру (вар.: Бихьчюру, Бихчюру, Л.).

О приезде Ка(-у)дышеве из Асторохани. Того ж дни приехал служивой татарин царя /л. 157/ и великого князя Кадыш Кудинов из с Асторохани от Ивана Черемисинова да от Михаила от Колупаева. А писали Иван да Михайло, что Исуфовы дети Юнос мурзы да Алей Исмаилу князю добили челом, и с Иваном да с Михаилом помирилися, и правду: царю и государю дали на том, что им служити царю и великому князю, как Исмаил князь, и неотступные быти и до своего живота, и у Асторохани кочевати, а лиха никакова не учинити. И Иван да Михайло им дали суды, на чем к Исмаилю ехати ли чем в Волге корьмится. А Юяос мурза с братьею придели на Дербыша царя (вар.: на царя, Л.), да его прогонили, а пушки, которые ему прислал Крымской царь, Юнос поимал и прислал их в город к Ивану да к Михаилу. И Дербыш царь побежал в Азов, а оттоле к Меки И (вар.: А, Л.) черные люди Азстороханцы приходят к Ивану и к Михаилу и бьют челом и правду дают царю и государю /л. 158/, чтобы их государь пожаловал, велел жити по старому у города у Асторохани и дань давати, и вины бы государь пожаловал, ототдал, казнити их не велел: они—черные (вар.: честные, Т.) люди; водил их царь и. князи неволею. А иных Астороханцов многих розвели Нагаи в то время, как бегали от царя и великого князя. Да Иван де и Михайло писали, что к ним из Шемахеи, и с Шевкал и с Тюмени от царей присылка о миру была и о торговли (вар.: торговании, Л.), и они к ним послали служивых татар, по государеву цареву и великого князя наказу.

О писме из Выбора к Глинскому. Того же месяца писали из Выбора Ко князю Михаилу Васильевичю Глинскому Свиского короля [77] послы: князь Штен Ерисоевич на Гренцнаши (вар.: Шпенерисоевич на Гренцкаши, Л.) властель Смоленской (вар.: Смолинской, Л.) земли, да наместник Наеникупелги (вар.: Каеникупенга, Л., на Енунк Пепси, Т.), да арцыбискуп Анпалимский (вар.: Анталимски, Л.) Лаврентей Петрович, да мештер (вар.: мейштер, Л.) Михайло Агрикола, бискуп Абовоской (вар.: в Лобови, Л.), да Понтелей Гулентина Поторпил, да Кнут /л. 159/ Кнутович Набакный (вар.: Набыскный, Л.), да Оловей Лаврентьевич. Писали, что они пришли в Вихбор декабря в 1 день, а идут ко царю и государю великому князю от Стауса (вар.: Гостава, Л.) короля, и князь Михайла бы им прислал добрых детей боярских на обмену в закладе. А наперед того королев сын Иван из Выбора о том же писал. И царь и великий князь велел князю Михаилу отписати к королю, что промеж государей на начала ходят послы по опасным грамотам, а их королю от царя и государя опасная на его послы: бела ж, по которой ему прислати (вар.: прислали, Л.) бити челом, а заклад в послех не ведется.

О отпущении Крымского гонца. Месяца генваря отпустил царь и великий князь Крымского царя Девлет Кирея гонца Кадражана с товарыщи, а своего гонца ко царю послал служивых татар Сюундюка Тусупова (вар.: Соунь дьяка Тулусупова, Л.) с товарыщи. А писал царю: похочет быти в крепкой дружбе со /л. 160/ царем и великим князем и на всякого недруга за един, и он бы, учина правду с детми своими царевичи, и со уланы, и со князми своими, и со всею землею перед Федором перед Загряским, да прислал добрых послов (вар.: людей в послах, Л.); кому мочно верити; и царь и великий князь к нему пошлет добрых послов Василия Иванова сына Наумова Филипова.

О отпущении митрополита греческого Иасафа. Того же месяца отпущен митрополит греческой, которой от патриарха Деонисия Цареградского приходил (вар.: приходили, Л.), Иасаф Кизитцкий и Евратский (вар.: Еврейский, Л., Европский, Т., Евланский, рукопись № 1), да с ним же отпущены старцы (вар.: старцы Святые горы, Л. и Т.) Хиландаря монастыря священник Селиверст с товарыщи и иных монастырей старцов. А с митрополитом к патриарху послал государь и великий князь на милостыню и на соружение ограды патриарша монастыря на две тысячи золотых соболей. Да митрополита многою милостынею издоволил. А в [68] Хиландарь монастырь послал /л. 161/ государь такаю многую милостыню, да катацетазму шиту, на ней образы (вар.: образ, Л.) Господа нашего Исуса Христа, и Пречистые его Богоматери, в Предтечи Ионна, и многих святых, и чюдно сотворена шитием златом, в сребром, в многими шелки, так же утварию, жемчюгом и камением драгим, яхонты и лалы обнизаны. И приходил государь тогда в Пречистую, и пел молебны митрополит со всеми соборы рускими. А митрополит греческой облачился в ризы и все священники греческие и сербские, и пели молебны, и воду святили со всех святых мощей. И митрополит Макарей обедню служил с рускими соборы, а греки, не служили. А 2 (вар.: и, Л.) царь и великий князь слушал обедню тут же и Пречистой. И удоволив государь за столом митрополита и святогорцев дарами почтяв, отпустил во Царь-град, а ж патриарху послал с метрополитом с грамотою Ивашка Волкова /л. 162/, а во Святую гору бывшего архимандрита Евфимиева монастыря Федорита.

О отпущении послов Нагайских. Того ж месяца государь отпустил в Нагаи в Исмаилю князю и во всем мурзам послов их Темира с товарыщи, а своих послов к ним послал: в Исмаилю князю Петра Григорьева сына Совина (вар.: Савина, Л.), а в Юнусу к Мурадину мурзе Елку Малцова сына Данилова, а в Араслану к Техонату мурзе Ивана Тверетинова, а к Еналей (вар.: Анали, Л., а к Алии, Т.) мурзе Мокея Лачинова. И приказывал ко князю и к мурзам, что, по их челобитью, из Асторохани и на Волге лиха им чинити не велел, а велел беречи во всем и торговати поволно (вар.: повольно, Л.). Приказал (вар.: и приказал Л.) о том к Ивану к Черемисинову, а на Переволоке, на Волге, велел быти атаману Ляпуну Филимонову с товарыщи, а на Иргизи сотскому стрелецкому Стефану Кобелеву беречи Нагай от руских казаков и от крымских; и послы пойдут в Москве, и /л. 163/ их послов перевозити, а князю Исмаилю и мурзам всем, что царю и великому князю недруг, и им тому недругом же быти и войною им ходит

О гладе. Того же шестдесят пятого году бысть глад на земли по всем московским городом и по всей земли, а больши за Волжье. Все во (вар.: бо, Л.) время жатвы дожди были великие, а за Волгою во всех местех мороз весь хлеб побил, и множество народа изомроша по всем градом. И то прииде грех ради наших, и на неисправление закона, и за всякую неправду: милостивно наказуя, хотя обращения, и [69] покаяние, и престатия от злоб своих, яко же (вар.: якоже Он, Л.) благодавец своею благодатию кого утвердить в заповедех своих и во всяком благочестии. А зима та была студена, великие мразы во всю зиму, и ни един день со оттеплием не бывал, и снега пришли паче меры, многие деревня занесло, и люди померли по деревням, и на путех /л. 164/ также, много народа кончишася; сии бо мученически скончашася грех ради наших, они бедная наша братии единоверная зле скончают гладом, и мразом он кончашася, и очистишась. Мы же толко сия видев, не уцеломудримся и не покаемся, болшее нас осуждение ждет.

О послах от Свийского короля избранного Густава. Месяца февраля пришли послы ко царю и великому князю Ивану Васильевичю всеа Русии от Свийского избранного короля Густава—князь Штен (вар.: Ште, Л.) Ирикович, да арцыбискуп Лаврентей Апсаилимский, да бискуп Агрикула и Михайла Абова города, да Бинтегулент (вар.: Байтегутель, Л., Бинтегутель, Т.), да Кнут Кнутович, да печатник королев Алевей Лаврентьев—бити челом, чтобы государь царь и великий князь гнев свой отложил, и рать свою унел и перемирие учинил. А в посольстве говорили, чтобы королю со царем и великим князем ссылатся, а не с наместники Ноугородцкими (вар.: наместником Новегородским, Л.); того для за роздор учинился и война прошла /л. 163/. И царь и великий князь послал к ним с ответом околничего своего Алексея Федоровича Адашева дьяка (вар.: да дьяка, Л.) Ивана Михайлова, а велел то отмолыти, что государю старины никак не рушивати; будет похочет Густав король по старине перемирие с Наугородцкими наместники, и рубежи прямые очистить по Магнушевым Королевым грамотам, как имал со князем Юрьем, коли было на Новегороде, и которых через правду задержал, и тех бы всех свободил. И много о том было розных слов. И послы били челом, что король их перед царем и великим князем виноват, а всчали то люди его порубежные без его ведома, а ныне бы государь пожаловал, велил наместником Ноугородцким утвердити перемирие по старине; а рубежи старые все король велел очистити (вар.: королю очистити, Л.), в которые ся были вступили люди его без его ведома; а которых гостей /л. 166/ задержал и иных лицей, тех всех со всеми их животы отпустил король; да бил челом о том, чтобы государь пожаловал, учинил свободу пленным, которых войною [70] поимал боярин князь Петр Михайлович Щенятев да князь Дмитрей Федорович Палецкой с товарищи. И царь государь велел то отмолвити, что то всчал король, а не царь и великий князь, и навел на свою войну за своекрестное преступление, и те уже розведены по розным землям, а которые еще не крещены, и тех кто захочет продати за свои убытки, и король их вели (вар.: вельт, Т.) окупати (вар.: откупати, Л.). И послы на том государеве жаловании били челом, и на всей воли царя и великого князя послы добили (вар.: побили, Л.) челом. И царь и великий князь избранного короля: Густава Свийского пожаловал и велел Наугородцким наместником боляром князю Михаилу Васильевичю Глинскому да Олексею Даниловичю. Плещееву перемирие утвердити /л. 167/ на всем на том (вар.: на сорок лет, Л.), на чем государю добили челом, на сорок лет. И отпустил царь и великий князь послов с Москвы в Новгород месяца марта. И бояре и наместники Ноугородцкие князь Михайло Васильевич да Олексей Данилович послов Свийского короля к целованию привели, и грамоты перемирые написали и утвердили печатьми, и отпустили их к королю, а от себя к королю послала посла Ивана Шарапова сына Замыцкого.

О приходе ко государю Ливонских послов. Того же месяца прислал ко государю бити челом маистр Ливонской послов (вар.: послов своих, Л.) Фалентина да Мелхера (вар.: Мелхеля, Л.) да писаря Гануса, чтобы им дани царя и великого князя (вар.: царя и государя Л.) не дати, которую на себе положил бискуп Юрьевской своей (вар.: с своей, Л.) области по гривне со всякого человека. И царь и государь велел им околничему Олексею Федоровичю да дияку Ивану Михайлову у них посольства выслушать и им отказати, что они (вар.: он, Л.) по прежним перемирным грамотам и до их челобитью дань свою на них /л. 168/ положил. И на том на Москве, Иван (вар.: послы их Иван..., Л.) Бокастр да Володимер с товарыщи крест целовали, а сам маистр, арцыбискуп, и бискуп Юрьевский пред Новгородских наместников послом, Келарем Терпигоревым, крест целовали, что им потому, государьская дань сыскав за старые залоги, что не платили сколко лет, и вперед беспереводно платити с Юрьевской области по гривне немецкой со всякого человека, оприч церьковных людей, а срок был в третей год исправится того перемирия, и во всем правити им было по перемирным грамотам. И маистр, и [71] арцыбискуп, и бискуп Юрьевской царю и государю того не исправили всего, на чем крест целовали. И государю, положа упование на Бога своего, самому искати на маистре и на всей Ливонской земли, да послом у себя быти не велел и опустил их безделно с Москвы. И отпущены с Москвы марта (вар.: марта 12, Т.). /л. 169/

О послании околничего князя Дмитрея Семеновича Шастунова, да Петра Петровича Головина, да Ивана Выродкова на устие на морское город ставити. Того же году, апреля, послал царь и великий князь околничего своего князя Дмитрея Ивановича Шастунова, да Петра Петровича Головина, да Ивана Выродкова на Ивань-город, а велел на Нерове, ниже Иваня-города, на устье на морском город поставити для коробленою пристанища (вар.: корабельного пристанища, Л.). А положити велел заповедь в Нове-городе, чтобы нихто в немцы не ездили ни с каким товаром; а приедут немцы в царя и великого князя вотчину, и с ними велел государь в своей земле торговати, опричь заповедного товару, а зацепки немцом не велел делати никакие.

О присылке ко государю из Асторохани. Того же году, месяца тия, прислали из Асторохани Иван Черемисинов да Михайло Колупаев татарина служивого Баичюру, а с ним писал, что Астороханские люди многие царю государю добили челом, и в город к ним пришли и правду на том /л. 170/ дали, что им служити царю и великому князю и ясак платити, как преж сего царем Астороханским плачивали. А Исмаил князь Нагайский присылал к Ивану и к Михаилу детей своих Магметя с братиею и правду за отца и за всех мурз дали, что им царю и великому князю прямити во всем. А с Иваном побраталися, и отпустили их Иван и Михайло к Исмаилю, а с ними послали служивых татар. А Юнос мурза, Исуфов сын княжей, Мурадин Нагайской, сам у них был и правду на том же им дал за свою братию, что им служити и прямити царю и великому князю, а царю и государю их жаловати и воевати не велети и ослободити кочевати по старым местом. И кочевали и зимовали Наган под Астороханию и торговали во всю зиму в Асторохани повольно и полюбовно, а изо многих земель (вар.: мест, Л.) с ними ссылалися из Шевкал, из Шамахеи, из Дербент из Юрганча (вар.: Юрьевчан, Л.) /л. 171/ о братстве и о любви, и на весне [72] хотят со многими торги быти и Асторохань. А с Бичюрою прислал Акмурза Юсуфов сын гонца, бьют челом государю на его жаловании и службу свою и своих братий извещая.

О присылке ко государю от Вишневецкого с Днепра. Того же месяца прислал ко царю и великому князю в Днепра князь Дмитрей Вишневецкой казаков Дениска Малого с товарыщи, путимльцов, а писал ко государю, царь Крыской Девлет Кирей и с сыном и со всеми людми Крымскими приходил под его город на Хордецкой (вар.: Хортицкой, Л.) остров и приступал дватцать четыре дни, и Божиим милосердием и царя и государя великого князя именем и счастием от царя отбился, и побил у царя, многих людей лутчих, и пошел царь от него с великим соромом, И докуды в том городе люди будут царьским великого князя именем, а Крымцом на войну ходити никуды нелзе. И многие Вешневецкой у Крымцов кочевища поосилел. /л. 172/

О отписке из Казани от князя Петра от Шуйского. Того же году апреля, писал из Казани князь Петр Иванович Шуйской, велел Арским и побережным татарам поставить на Каме город в Ланшове (вар.: Лайшеве, Л.). И князь Петр в нем устроил новокрещенов да стрелцов, а у них головы детей боярских для Нагайских людей приходу; а новокрещеном велел тут пашню пахать и у города у Казани и по пустым селам всем велел пашни палати руским людем и новокрещеном.

О отписке с Свияги от Ивана Петровича. Того же месяца писал из Свияги Иван Петрович, что приходили нагорние (вар.: на горнию Л.) луговые люди в головах Ахмехек богатырь с товарыщи. И Иван послал на них детей боярских в головах князя Иосифа Коврова с товарищи, и горних людей, и стрелцов и своих людей. И луговых людей побили на голову и Ахметека богатыря живе взяли.

О отписке из Казани и с Свияги и с Чебаксари. А из Казани, из Свияги, из (вар.: и из, Л.) Чебоксари писали, что приходили луговые на Арекие /л. 173/ места и на гернию сторону во многие места. И Божиим милосердием во всех местех их побили. И посылают ежедень из Казани, из Свияги, из Чебоксар на луговую воевати и везде, дал Бог, воюют и здорово приходят во всю зиму и весну.

О отписке Ивана Петровича из Свияги. Того же году, месяца мая, писал Иван Петрович из Свияги, что луговые люди [73] прислали бити челом о своих винах, чтобы государь пожаловал их, вину (вар.: вины, Л.) им отдал, и учинил их в холопстве, как и горних людей, и ясак велел имати, как прежние цари имели. И царь государь послал в Казань и на Свиягу стряпчего своего Семена Степанова Ярцова, а луговых людей велел пожаловати, вины их отдати и к правде привести. И писал Иван Петрович, что луговые люди, по государеву жалованию, все добили челом и приехали к Ивану луговые люди и сотцкие, Абыз с товарищи, и правду дали. А по черных людей /л. 174/ посылали сына боярского Образца Рагатова всех к правде приводити, в черные люди все правду дали.

О письме Из Казани от князя Петра. А из Казани писал князь Петр Иванович: Енебек (вар.: Енебяк, Л.) с товарыщи прислали к нему и за свой вины добили челом, а бышкирцы (вар.: башкирцы, Л.) пришли, добив челом, и ясак поплатили.

О отписке с Чебоксари от князя Петра. А из (вар.: с, Л.) Чебоксар писал князь Петр Семенович, что Мамич Бердеевы дети и како (вар.: Икака, Л.) соцкой и все достольные люди государю добили челом, и к нену приехали, и правду дали, а чорных людей всех послал к правде приводити Данила Чюлкова.

О приезде из Казани Семена Ярцова. И (вар.: А, Л.) Семен Ярцов ко государю приехал и сказывал ото всех воевод от Казанских, и Свияжских, и Чебоксарских, что луговые люди все соединачилися и царю и государю добили челом, и всею землею все люди правду дали, что им неотступным быти от царя и государя во веки и их детем и ясаки платити сполна, как их государь пожалует. А ко государю приехали ото /л. 175/ всей земли бити челом отные князи (вар.: князи их, Л.) и Казимер да Кака Янтимир (вар.: да Кока да Янтимер, Л.; да Кадаян Темар, Т.) с товарыщи. И царь и великий князь их пожаловал, вины им отдал и грамоту жалованную дал, как им государю в перед служити. И Божиим изволением, и его царским великим подвигом и у Бога прошением, и воевод и всех людей службою к нему, государю, Казанские люди лутчие, их князи и мурзы, и казаки, которые лихо делали, все извелися; а черные люди все с одного в холопстве и в дани учинилися; и во всем ему, государю, Бог милосердие свое показал; и дело [74] Казанское в конечное смирение привели и бедным християном свободу на веки учинил.

О розделении земель. И боярин князь Петр Иванович на царя и государя, и архиспископу, и Казанскому наместнику и архимандриту, и детем боярским царева села и всех князей Казанских розделил. И пахати учали на государя и на всех русские люди и на новокрещены и на Чювашу (вар.: Чювашу 7065 году, Л.). /л. 176/

Родися царю и великому князю сын царевич Федор. Того же месяца майя в 31 (вар.: 11, Л.) день родися сын царю и великому князю Ивану Васильевичю всеа Русии от его царицы Анастасии царевич Федор на третьем часу дни, в понеделник, седмые недели по Пасце (вар.: в понедельник седмые недели по Пасце на четвертом часу дни, Л., в понедельник четвертой подписи Т.). И крещен во обители Чюда архистратига Михаила, у чюдотворца Алексея, а принял его от купели митрополит Макарей.

О послании атамана Ляпуна на Волгу. В мае же послал государ на Волгу атамана Ляпуна Филимонова с товарыщи, а велел беречь, чтобы казаки не воровали и на Нагайские улусы не приходили. И те казаки воры, собрався, да Ляпуна переавали в свои станы (вар.: свой стан, Л.), а сказали, что служат (вар.: а сказав, что служим, Л.) государю же; да Ляпуна убили и товарыщов его побили. И после того шол в Асторохань Елизар Ржевской с казною и с запасы (вар.: запасом, Л.). И те же казаки приходили на Елизара и казну государеву веяли и, которые были в тех ушкулех, тех побили, И Елизар, собрався, приходил на них и они ся отбили. И царь /л. 177/ государь послал из Казани Алессея Ершова да Богдана Постникова сына Губина, да голоду стрелецково Казанского Данила Хохлова с детми боярскими и стрелцы из Казани (вар.: с Казаки Л., Т.), а велел тех воров с Волги згонити и, кого изымают, тех побити. И казаки с Волги от них збежали, а которых утонили, тех казнили. А на Дон государь послал Данила Чюлкова, да Васку Хрущова, да с ними атаманов и казаков, а велел их искати и побити, и Диаку Ржевскому велел на них послати казаков к Азову да итти от Азова вверх Доном искати их же.

О присылке из Астарахани. Месяца июня прислали из Астарахани Иван Черемисинов да Михайло Колупаев атаманов [75] казачьих Улана да Арапа да сотцкого стрелецково Гаврила Богатырева, а с ними писали, что Астараханские люди Чалым Улан в головах, и моллы, и ходки, и шихи, и шихзады, и князи, и все мурзы, и казаки, и вся чернь, Астараханская /л. 178/ земля, к ним пришли, и государю добили челом, и правду дали. Иван да Михайло, приведши их к правде, и роздали им островы и пашни по старине, и черным людем ясаки платити по старине, как прежним царем платили. А князи от себя прислали и от всей земли бити челом Чалым Уланова сына, а бьют челом ото всей земли, чтобы государь их пожаловал, в Крым и в Нагаи не выдал и в холопстве у себя учинил.

О приведении с поля мурзы нагайского. Того ж месяца приведи с поля атаманы Логда (вар.: Лыда, Л.) Исак да Кушник (вар.: Акушник, Л.) нагайского мурзу Магмет, Базый Салтана, Магмет мурзина сына, Шиидякова внука, а взяли его, как он пошол от Исмаиля князя, розбраняся, к брату своему к Казыю мурзе Уракову, а с ним пятьсот человек. И казаки на них пришли, и побили их на голову на переволоке на Волге, и, мурзу взяв, ко государю привели. /л. 179/

О приезде князей Черкасских служити государю. Того же месяца приехали князи Черкасские служити государю и о устрое бити челом в проки себе: Маатук князь Бануков, да Себок князь Кансаук (вар.: Кансауков, Л.), да Чюгук мурза, да Тохта мурза, да Татар мурза, служил у Крымского, царю Крымскому шурин, царя Девлет Кирея Бомлая царица, сестра его родная, и дочь Тарзатыкь-мурзы, да с ними люди их. И идучи ко государю, приходили на беглых мурз улусы, Нагайских мурз, на Дону и взяли у них Бииче мурзу Бисрючева мурзина сына и государю привели. И царь государь их пожаловал и устроил их.

Государь пожаловал мурз нагайских. А мурз нагайских государь пожаловал выпустити (вар.: выпустил, Л.) Магмет Кизый мурзы Салтана Магметева (вар.: Магметмурзина сына, Шидякова внука Л.) да Бечии мурзу Биюракова и к беглым мурзам послал татарина служивого Байберю Тююшева, а писал к ним, чтоб Исмаилю князю добили челом; и царь и великий князь казаком своим не велит на них приходити и кочевати /л. 180/ им велит на сей стороне Дону по Хопру и по Медведице. А Тахтамыш царевич к ним писал же потому, что ему те мырзы братия и те [76] мурзы взятые, Магмет и Бечей, чтобы царя и великого князя послушали, и Исмаилю князю добили (вар.: побили Л.) челом, и юрт бы их не пропал.

О поставлении града. Того ж году, июля, поставлен город от немец усть Неровы реки, на Розсеке, у моря, для пристанища морского корабленого (вар.: на Розсе не у моря для пристанища корабельного, Л.), а ставил его Петр Петров да Иван Выродков.

О присылке из Астарахани. Того ж году, месяца июля, прислал из Асторахани Иван Черемисинов да Михайло Колопаев Васку Вражского с черкаским мурзою с Кавклычем (вар.: Еавалычем, Л.) Кануко-вым. А пришел от братии от Кабардынских князей Черкаских, от (вар.: и от, Л.) Темрюка да от Тазрюта князя бити челом, чтобы их государь пожаловал, велел им собе служити и в холопстве учинил, а на Шавкал бы им государь пожал овал, Астороханским /л. 181/ воеводам велел помочь учинити. Да говорил Кавклыч мурза (вар.: Кад Клымур, Л.) черкаской: толко их государь пожалует, учинит у собя в холопстве и помочь им учинить на недругов, такоже как их братию пожаловал черкаских же Женских (вар.: Жарских, Л.; женских, Т.) князей Машука и Сенбока (вар.: Себяка, Л., Себока, Т.) с братиею их и с Карбатинскими черкасы (вар.: Бабардинскими черкасы, Л.). В одной правде и в заговоре Иверской князь и вся земля Иверская и государю с ними же бьют челом, чтобы государь царь и великий князь их потомуж пожаловал, как и тех всех. Да Иван же писал, что пришли многие гости из Шемахей, из (вар.: и из, Л.) Дербени, из Шевкал из Тюмени, из Юргенча, из Заранчика (вар.: Сарайчика, Л., Сарончика, Л.) со всякими товары. И Иван и Михайло им торговати велели и пошлины у них на государя емлют. Да из Асторохани ж пришли послы от Крым Шевкала (вар.: Крышевкала, Т.) и ото всей земли Шевкалской (вар.: Шевкальские, Л.) да от Тюменского князя с поминки бити челом, чтобы /л. 182/ государь пожаловал их, и велел быти в своем имени и в холопстве у себя учинил, и приказал бы Астороханским воеводам беречь их ото всех сторон, и торговым бы людем дорогу пожаловал государь, велел чисту учинити и что ся государю (вар.: государь, Л. и Т.) у них полюбит и что велит к собе прислати, ино се то (вар.: и все так, Л.) ко государю присылати станут ежегод (вар.: ежегодно, Т.). [77]

Царя и великого князя посол пришол из Нагай. Того ж месяца пришол из Нагай цари и великого князя посол Петр Совин (вар.: Тургенев, Л.) от Исмаиля князя да его посол Таузар. И шертную грамоту Петр привез: Исмаил князь и все мырзы Нагайские государю правду учинили на том на всем, как к ним государь писал, везде им царю и великому князю послушным быти и на Крымского царя за один со царем и великим князем стояти. И честь Исмаил князь Петру Совину учинил, такова никакову послу Московскому не бывало в Нагаех. А правду с Ысмаилем (вар.: Исмаилем, Л.) /л. 183/ давали Нурадин Юнус (вар.: Муралев Сопус, Л., Муродень Юнус, Т.) мурза Юсуеов сын, да Алей мурза, и все Юсуфовы дети, да Ниховат Арослан (вар.: Тиховат да Араслан, Л., Арослов, Т.) мурза и многие мурзы, которые с Ызмаилем князем и правду все давали на всей воли государеве.

О присылке из немец. Августа присылали из немец из Ливонских маистр, и арцыбискуп, и бискуп с грамотою бити челом, чтобы государь пожаловал, дал опасную грамоту на их, И государь опасную дал и послом их велел быти.

Царя и великого князя послы из Нагаи пришли. Лета 7066 (вар.: 7065, Л., 7066/1558, Т.), сентября, пришли из Нагаи царя и великого князя послы от Юнуса Елка Малцов от Араслана Иван Тверетинов, а от Алея Мокей Лачинов, а с ними Юнусовы и тех мурз люди. А сказывал Елка, что Юнус с братнею Исмаиля згонили со княжения, да Юнус учинился князем и царю и государю празду учинил: укрепитца на княжении, царю и государю служити хочет; а згонит его, его же государев /л. 184/ холоп, а иные надежи нет ни на кого; а в том бы государь на него кручины не держал, что ся с Исмаилем розбранил и прошла (вар.: пошла, Л.) кровь у них: Исмаил отца убил (вар.: у них отца убил, Л.). Да Елка же сказывал, что Исмаил, собрав сына (вар.: сына своего, Л.), присылал Урус мурзу на Алеи мурзины улусы, да Алей мурзу изымал; Аросланг (вар.: а Арослон, Л.) мурза от Юнуса отстал да с Исмаилем же стался, и того еще ведома нет, кто их осилеет; а Исмаилевы дети у Асторохани стоят, и крепки они царя и великого князя людми; и Исмаилю тож надежа.

О приезде из Сибири служилых татар. Того ж месяца приехал из Сибири царя и великого князя служивые татаровя Девлет Хозя да Собаня Рязановы, а с ними Едигеря князя Сибирского [78] посланники Ивтемир (вар.: Темир, Л.) с товарищи. А привезли дань Сибирские (вар.: с Сибирские, Л.) земли (вар.: привезли дань Сибирскии земли сполна, Т.) тысячю соболей, да дорожской пошлины сто, да 60 соболей за белку. Да и грамоту шертную привезли со княжею печатью, что /л. 185/ ся учинил князь в холопстве и дань на всю свою землю положил и вперед ежегод беспереводно та дань царю и великому князю со всей Сибирской земли давати. И царь и великий князь посла его Баянду выпустил, и очи свои дал (вар.: дал видеть, Т.), и пожаловал, отпустил, ас ним послал служилых татар по дань в передней год.

Царя и великого князя посланник пришел Осиф Непея. Того ж месяца пришел посланник царя и великого князя Иосиф Непея от Филипа, короля Изшпанского и Английского, и от королевы его Марии. А сказывал Непея, что, едучи во Английскую землю, розбило их карабли на море, и королев посланник Рыцерт с товарищи утонул в море, а их прибило в Шатцкое (вар.: Шветское, Л.) королевство и оттоле его выпустили во Английскую землю. И король Филипп принял царя и великого князя присылку с великою любовию и честию и к царю его великому князю отпустил. А писал с ним король Филип и королева Мария /л. 186/ с великою любовною почестию и в поминках прислали царю и великому князю лва да лвицу живы; да король прислал доспех свой полной да скорлаты (вар.: и досор лот, Л.) и отласы многие. И Пепея в своем жалованьи дачку учинил велику (вар.: Непеев свое жалованье дачку учинили великую, Л.). И царя и великого князя гостем путь чист учинили, и двор им в болшем своем городе в Лунском дал, и безо всяких пошлин торговати велел; да отпустил с Непеею мастеров многих, дохтуров, и злату и сребру искателей и делателей, и иных многих мастеров; и пришли с Непеею вместе.

О гонце от Крымского царя Девлет Кирея. Того ж году, месяца октября, прислал царь Крымской Девлет Кирей гонца к царю и великому князю Акинчея из под Азова, а писал, что Нагайских мурз девять братов поимали со всеми улусы, да писал о запросе о многом, а посла ялся отпустити и своего прислати часа того.

О после от Исмаиля князя Нагайского. Того же месяца прислал из Нагай /л. 187/ Исмаил князь посла своего Бехчюру да от мурз, от Белек Булат мурзы, и от иных мурз, послы же [79] пришли. А писал, которые мырзы девять братов и Шиидяковы дети отстали было от Исмаиля, и при ходил на них Крымской царь да Ислам Газу (вар.: да и Саамгазу, Л.) мурзу Шиидякова и иных мурз и с улусы поимал; а девять братов Уразлыевы дети, Аиса мурза и братиею, отошли от него совсем, и к Исмаилю пришли, и, по царя и великого князя велению, к Исмаилю добили челом и соединачилися. И из Асторохани Иван Черемисинов с товарыщи писал о том же, что мурзы от Крымского ушли, и Иван их к Исмаилю перевозити велел и с улусы.

О отписке ото князя Дмитрея Ивановича Вишневецново из Черкас да из Канева. Того ж месяца писал из Черкас да из Канева к царю и великому князю князь Дмитрей Иванович Вишневецкой, что он с Днепра, с Хортиского острова, пошел, потому что корму не стало у него, и казаки от /л. 188/ него розошлися, а царь Крымской пошол на его город да Турского люди многие в судех да Волохи, и он за кормом не сел в городе, а, пришед, засел Черкасы и Каневы, и государь как велит. И царь и великий князь писал князю Дмитрею Ивановичю, а велел ехати к себе, а Черкасы и Канев велел королю отступитца, потому что царь и великий князь с королем в персмирие.

О приезде ко государю Вишневецкого, ноября. Князь Дмитрей Иванович ко государю и великому князю приехал служити. И царь и государь его пожаловал великим своим жалованием и дал ему отчину, город Белев со всеми волостьми и сели, да и в ыных городех села подклетные государь ему подавал и великими жаловании устроил. И князь Дмитрей государю целовал крест животворящий на том: служити царю и великому князю во веки и добра хотети всем (вар.: во всем, Л.) и его землям (вар.: земле, Л.). /л. 189/

О рати в немцы. Того ж месяца царь и великий князь отпустил ратию на маистра Ливонского и на всю землю Ливонскую за то, что целовал крест государю дань привести по гривне с человека с Юрьевские области и в иных в земских делех, да не исправили по перемирным грамотам ни в чем, и дани не привезли, и, на чом целовали, в том во всем солгали.

О устроении полков в немцы. И отпустил государь: в Болшом полку царь Шигалей, а бояр и воевод: князь Михайло Васильевич Глинской, да Данило Романович, да Черкаские князи [80] Сибок с братиею; а в Передовом полку царевич Тахтамыш, а бояр и воевод: Иван Васильевич Шереметев Болшой, да Алексей Данилович Босманов, да Черкасские князи Иван Маатин в братиею; да в Передовом же полку Данило Адашев, а с ним Казанские люди из Казани, и из Свияги, и из Чебоксари, и Черемиса, и новокрещены; а в правой руке царевич Кайбула /л. 190/, а воевода князь (вар.: боярин князь, Л.) Василей Семенович Серебреной, да околничей Иван Васильевич Шереметев Меншой, да в правой же руке князь Юрий Репнин, а с ним Городецкие люди, сеит, и князи, и мурзы, а в левой руке воевода боярин князь Петр Семенович Серебряной да Михайло Петров сын Головин; а в Сторожевом полку воевода князь Андрей Михайлович Курбской да Петр Петров сын (вар.: Петр Петров сын Головин, Л.); а люди с воеводами со всеми Ноугороцкие и Псковские все и из Московских городов выбором многие, и с Москвы отпущены царь и воеводы; а велел государь в Новегороде збиратца с людми.

О приходе ко государю послов маистра Ливонского. Месяца декабря пришли к царю и великому князю послы от маистра Литовского (вар.: Ливонского, Л.) Клаус (вар.: Власу, Л.), да Томос да Мелхерь, и от Бискупа от Юрьевского Еллерт, да Христофор, да Влас Бека бити челом и дань с собою сказали. И царь великии князь велел /л. 191/ околничему своему Алексею Федоровичу Адашеву да дьяку своему Ивану Михайлову посольства выслушати и о дани договор учинити. И послы били челом от маистра и от бискупа, чтобы государь головную дань по гривне с головы отставил, а велел бы уроком имати, по чему государь пожалует. И царь и государь пожаловал, а велел договоритца, по чему имати и что за прошлые залоги взяти. И добили челом, что дати за прошлые залоги и за нынешней подъем полнята десять тысечь ефимков, осмнадцать (вар.: а Московская осмнадцать... Л.) тысяч рублев, да и вперед платити им дани с Юрьева по тысячи золотых Угорьских с году на год беспереводно. И о иных делех договор были учинили (вар.: было учинити, Л.) того у себя всего не сказали (вар.: не исказывали, Л.), учали сроку просити, чтобы государь ныне рать свою отставил; а хотя изволочити рать и вперед лгати. И Государь их с Москвы /л. 192/ отпустил безделных, а рати своей велел итти в землю за их неправду и крестное целование.

О гонце от Крымского царя. Того ж месяца от Крымского царя гонец приехал царя (вар.: и царя, Л.) и великого князя Сююндюк Тулупов (вар.: Тулусупов, Л.), [81] а Крымской царь своего гонца прислал Тутая (вар.: Тутля, Л.). А писал, что правду дал (вар.: учинил, Л.) на том, что царю и великому князю к нему в Крым посылати поминки болшие да и та дань, что король Литовский дает, ино и правда в правду и дружба будет, а не похочет царь и великий князь посылати потолку, и он бы ся послы розменил. И царь и великий князь послы розменится велел, и послом отказати велеле и потому делати не похотел, что царь непригоже писал: (вар.: к, Л.) дружбе то не пристоит. А Федор Загряской тоже писал, что царь Крымской правду давал, а выговаривал, чему статся нелзе.

От Исмаиля князя из Нагаи посол пришол. Того ж месяца прислал Исмаил князь из Нагай посла своего Байтерека и /л. 193/ от иных мурз послы били челом, чтобы их пожаловал, отпустил к ним мырз, Магмет Касым мурзу Шиидакова да Бечии мурзу, и на Крымского царя (вар.: не Крымского бы царя, Л.) им пособ учинил.

О отпуске полонеников мурз и Исмаилю. Месяца генваря царь и великий князь отпустил к Исмаилю в Нагаи мурз полоненых, пожаловал, Магмет Касым мурзу, и Бечей мырзу, и Исмаилева посла Бейтерека с товарыщи, да служивых татар, и на Крымского помочь ялся дати, а им, собрався, итти ж велел самим или братию и племенников отпустити.

О отпуске Вишневецково на Крымсково улусы. Того ж месяца царь и великий князь отпустил на Крымские улусы князя Дмитрея Ивановича Вишневецково. Да с ним Черкаского мурзу Кабардинского (вар.: Борбатинского, Л.) Каклыча (вар.: Кан Клыкача, Л., Капылыча, рукопись) государь отпустил в Кабарту в Черкасы, а велел им, собрався, приити всем ко князю Дмитрею же на пособ. А отпущов в Черкасы на Казань да на Асторохань судном, а из Черкас им итти ратию (вар.: ититраю, Л.) мимо /л. 194/ Азов. Да со князем Дмитрием же государь отпустил Игнатия Заболоцкого с жильцы, да Ширяя Кобякова с детми боярскими, да Данила Чюлкова, да Юрьи Булгакова, и иных атаманов с казаки, да сотцких с стрелцы (вар.: стрелцов Л.). А велел ему государь итти прямо, а во Псле велел суды поделати и (с) запасы (вар.: с запасы, Л.) итти на Днепр. И повелел государь князю Дмитрею стояти на Днепре и беречи своего дела над Крымским царем, сколько ему Бог поможет. [82]

О приходе Федора Загряского из Крыму. Того ж месяца из Крыму посол Федор Загрязской и пришел. А Девлет Кирея царя посол с ним же пришел, Янбулдуй Мелдеш (вар.: Янбудул и Молдеш, Л.). А сказывал Федор, что царь правду учинил, что быти в дружбе и в братстве и царевича сына своего короля Литовского воевати отпустил. А у правды стоя (вар.: то, Л.) царь говорил, что присылати царю великому князю казна, как к Магмет Кирею царю, ино и дружба в дружбу, а толко столко не пришлет, ино правда не /л. 195/ в правду; а повоюет короля, и царю великому князю дань таже давати, которую король дает. И царь и великий князь потому с ним дела не похотел и посла своего к нему не послал: то положил на Бога, что милосердый Бог устроит; поминки емлет и правду дает, а всегды изменяет. А старого его посла Ших Мансыр улана с товарыщи отпустил к царю, а с ним послал гонца своего служивого татарина Тафкея Темеева. А писал ко царю, за что у них ныне добро дело не сталося; и похочет царь добра, и он бы безлепицу оставил и многи запросы; и будет чему у него верити, и царь и великий князь с ним миритца хочет. А посла его Елболду князя с товарыщи на Москве оставил и гонцов всех с ним же оставил.

Крымской воевал Литовскую землю. Того ж лета воевал царевич Крымской Литовскую землю, Волынь, и Подляшье и Подолие; (вар.: Подол, Л.) /л. 196/ четыре педели в земли был и взял полону больши сорока тысяч безозбранения (вар.: а встречному и за ним посылки по было, Л.).

От царя Шигалея присылка и от бояр и воевод из немец. Того ж месяца, в масленое заговение, приехал ко царю и великому князю из немец от царя Шигалея и от царевичей Уразлы, и князь Канбаров (вар.: князя Кан Баров Л.) Мангит, да Семень мурза Кият, и от бояр и от воевод, ото князя Михаила Васильевича Глинского с товарыщи, князь Василей Иванович Борбошин да голова стрелецкой Тимофей Иванов сын Тетерин, а сказывали государю от царя и царевичев и от воевод. Как пошли изо Пскова, и отпустили наперед себя воевод князя Василья Ивановича Борбошина, да князя Юрья Петровича Репнина, да Данила Федоровича Адашева, да с нимже отпусти с татары Уразлы князя Канбарова, да Епара (вар.: Екара, Т.) мурзу и Бачева, да Скинеч (вар.: Кеине, Л.,—Кенич, Т.) мурзу Саланглычова, да с ними же головы с [83] детми боярскими, и голов с Казанскими /л. 197/ татары, и новокрещены, и Черкас Пятигорских (вар.: у них, Л.), княж Ивановых и княж Васильевых людей, Черкасских князей, и стрелцов, и казаков. И князь Василей и князь Юрьи и Данило воевали десять (вар.: пришли, Л.) день, а пришли на сидячие люди. А у Новово городка, и у Керекепи города и у городка у Ялыста, да у городка у Курслова, да у Бабия городка посады пожгли, и людей побили многих, и полону бесчислено множество поимали. А война их (вар.: Оможву, Л.) была подле Литовской рубеж, вдоль на полтораста верст, а поперег на сто верст. А сошлися с царем и с воеводами под Юрьевым, дал Бог, здорово. А царь и воеводы пошли к Юрьеву, а, идучи, воевали по обе стороны. И Кистер город взяли и людей, кои из него побежали, побили многих. И посылали головы во многие места и подо многие городки, и посады пожгли, и людей многих побили. И как пошли (вар.: пять Горских. Л.) к Юрьеву, и тут вылезли из города и встретили воевод Немцы пешие и конные /л. 198/ с пять сот человек и пришли на Ертоул. А в Ертоуле было голов князь Никита Приимков да Дмитрей Пушкин сын Шаферинов; да послал боярин и воевода Иван Васильевичь Шереметев голову Василия Вешнякова, а с ним детей боярских; да послали воеводы князь Василей Семенович Серебреной да Иван меншой Шереметев и с правой руки детей боярских; и из передового и из правой руки многие Черкасы и дети боярские поспели. Да немцы побили на голову, и побивали их по самой город, а к воеводам привели пятьдесят четыре человеки. И стоял царь и воеводы под Юрьевым три дни. Да пошли за Умовжу (вар.: девять, Л., 9-ть Т.) реку х к Ракобору и наперед себя послали князя Ивана Мавкошова (вар.: Мовкошеева, Л.) да Богдана Сабурова с товарыщи. И из к Ракобора приходили немцы многие конные и от Муки городка, и тех побили на голову и иных поймали многих. Да у городка у Муки побили /л. 199/ многих людей и посад пожгли. Да пошли царь и воеводы направо в морю. А войну послали по Ризской дороги и по Колыванской и воевали дороги за пятьдесят верст, а до Колывани за тритцать. Да посылали голов к городу Колгуду (вар.: Конгуду, Л.) Романа Плещеева да Шавра (вар.: Шафра, Л., Шакра, Т.) Чеглокова, и у Конгуда (вар.: Конгуи, Л.) посад пожгли, и людей побили многих, и полон поимали многой. Да под [84] Лаюс город посылали годов стрелецких Тимофея Тетерина да Григория Кафтырева, а с ними их сотцкие с стрелцы, да голов с детми боярскими, Михаила Чеглокова, да Семенку Вешнякова, да Федора Ускова (вар.: Уского Л.) и татар, и Черкас, и Мордву. И под Лаюсом была многая збеж, И головы под город пришли, а посад пожгли, и побили многих людей, убили болши трех тысечь, и поймали множество полону и жеребцов и всякие рухледи. Да послали (вар.: посылали, Л.) под Аскилус (вар.: Воскилус, Т.) городок, и у тех городков /л. 200/ посады пожгли, и людей побили многих, и полон поймали. И пришли царь и царевичи и воеводы к морю, и оттоле поворотили к Ругодиву, и пришли на рубеж к Чюцкому (Чутукому, Л.) озеру на Козлов брод, выше города Ругодива, потому что из Ываня города Шастунов князь Дмитрей все те места повоевал и повыжег. И люди царя и государя, дал Бог, все с воеводами вышли здорова, а где ни проходили Немецкие люди на загонщиков, и тут, дал Бог, везде немец побили. А государевых людей убили под Курсловом в воротех Ивана Ивановича Клепика Шеина (вар.: Кляпика Шечва, Л.) да в загонех и в ыных местех пяти сынов боярских, да стрелцов десять человек, да трех татаринов, да боярских человек с пятнатцать; а иные люди, дал Бог, все здоровы. А Немецкую землю повоевали и выжгли, и людей побили во многих местех, и полону и богатства множество поимали. И как /л. 201/ царь, и царевичи, и бояре, вышедчи, послали к маистру грамоту, а писали к нему, что за их неисправление, и за крестное преступление, и за разорение церквам християнским, и государь царь православный послал на вас войну; и та кровь пролилася от вашего неисправления, и будет есть у вас хотение перед государем исправитца и вперед крови уняти, и вы бы прислали бити челом государю; а царь, и царевичи, и бояре станут государю об них печаловатца.

Отписка от маистра с челобитьем ко царю государю. Месяца марта в 1 день, и маистр прислал ко царю Шигалею грамоту, чтобы ся царю государю православному печаловал, чтобы государь пожаловал, опасную грамоту дал и велел послом к себе быти бити челом за свои вины и дань привести. И царь и великий князь их пожаловал, опасную грамоту дал на послы и с данию велел быти за все свои вины бити челом. [85]

Приход ко Государю от Турского салтана купца его Мустафы Челебея. Месяца марта пришел из (вар.: За, Л.) Царя /л. 202/ города от Салтана Турьского купец его Мустафа Челебей, а привез две грамоты от салтана к царю и великому князю. А писаны золотом имя царя и великого князя и салтанова. А в грамоте писано: Сюлейман Салтан Селюм Салтанов сын силы и находец Христову веру держащему в великих князех превеличайших (вар.: превеличайшену, Л.) Месниских (вар.: Мелинских, Л., Мессийских, Т.) величайших (вар.: величаша их, Л., превеличайших, Т.) превосходя и частью (вар.: честью, Л. и Т.), также и всем родом крестьянским правителю неподвижному и счастливому, много воинства (вар.: воинства имущему Т.), крепко(го) разума, Государю многим землям, великому московскому королю Ивану (вар.: Ивану Васильевичу, Л.), в добром пребынии (вар.: пребывании, Л.) быти. Да после писано чернилом (вар.: чернилы.) воспоминая прежние ссылки о заморских гостинных животех и о любви. А другая грамота потому ж писана. Да писал салтан к царю и великому князю, что отпустил Мустафу на себя потребна(я) купити, и царь бы и великий князь тамьги невелел взяти и велел бы /л. 203/ в своих государьствах торг ему дати. И (вар.: А, Л.) Мустафа Челебей принес от себя к царю и великому князю многие дары их детем (вар.: и их детям, Л.) царьским, царевичю Ивану и царевичю Феодору, бархат, и отласы дорогие с золотом, и ковры шелковы золотом.

Текст воспроизведен по изданию: Летописец Русский (Московская летопись) // Чтения в Императорском Обществе Истории  и Древностей Российских, Книга 3. 1895

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.