Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

НОВЫЕ АКТЫ ИОСИФО-ВОЛОКОЛАМСКОГО МОНАСТЫРЯ КОНЦА XV– НАЧАЛА XVII ВЕКА

Среди многих заслуг А. А. Зимина перед наукой русской истории заметное место принадлежит составленному им сборнику актов Иосифо-Волоколамского монастыря. Четыре с лишним сотни актов 1450–1612 гг. одного из самых известных русских монастырей, в лучший период его истории – этим не исчерпывается значение второго тома «Актов феодального землевладения и хозяйства» (М., 1956). Не забудем, что для исследователей западных уездов Московской земли грамоты Иосифова монастыря будут всегда служить основным, незаменимым источником. Существенно еще наличие подробнейшего комментария к этим документам, извлекаемого из монографии А. А. Зимина «Крупная феодальная вотчина и социально-политическая борьба в России (конец XV-XVI в.)». (М., 1977).

Участие в новом описании фонда Иосифо-Волоколамского монастыря в РГАДА (Ф. 1192. Оп. 1), а так же собственные разыскания позволяй мне дополнить работу А. А. Зимина еще десятью актами 1. Ниже их текст комментируется и печатается в хронологическом порядке.

Духовная А. Ф. Белеутова (см. № 1) впервые была напечатана еще в 1838 г. 2 Использованный в этом издании список был впоследствии утерян, и И. А. Голубцов был вынужден перепечатать духовную со старой публикации 3. На принадлежность документа к составу архива Иосифо-Волоколамского монастыря указывал и сам А. А. Зимин 4. Сравнение разысканного ныне списка XVI в. с публикацией 1838 г, показывает, что предшествующая публикация была подготовлена по той же рукописи, правда, не лучшим образом, с целым рядом неточностей в тексте.

Датировка купчей, по которой П. В. Рамейков продал село Луковниково своему дяде Ф. И. Рамейкову (см. № 2), вызывает некоторые затруднения. Село Луковниково с деревнями поступило в монастырь в 1524 г. от [23] душеприказчиков В. Ю. Поджогина 5. Последний приобрел село у Ф. И. Рамейкова по купчей, дату которой А. А. Зимин определял широким периодом между началом XVI века и 18 марта 1524 г. 6 Наша купчая должна была появится еще ранее, но когда? Следует обратить внимание, что в купчей В. Ю. Поджогина местоположение села определяется как «в Старицком уезде в Михнове волости». По нашей же купчей это село – «часть Рясны», ржевской волости. О том, что часть волости Рясны была отмежевана к Старице между 1494–1513 гг. можно судить из анализа разъезжей грамоты, датируемой княжением волоцкого князя Федора Борисовича 7. Эту дату и следует принять для датировки нашего документа, с некоторым условным расширением до 1490 г. Интересно, что объектом продажи является и право пятнения лошадей («пятно»). Это уникальная особенность публикуемой купчей; других примеров принадлежности этого права частным лицам в русских материалах как будто нет. Первое название села («Ржетенско»), возможно, является испорченным написанием названия «Рождественское», так как церковь села имела престол, посвященный празднику Рождества Христова.

Дата выдачи жалованной грамоты Василия III (см. № 3) в рукописи повреждена – не сохранилась последняя цифра. Грамоту можно было бы датировать игуменством Даниила, то есть периодом между 9 сентября 1515 г., днем смерти Иосифа Волоцкого, и 27 февраля 1522 г., когда Даниил был возведен в сан митрополита. Документ следует датировать 20 сентября одного из годов между 1515–1520 гг. (20 сентября 1521 г. – это уже 7030 г.). Неясно, следует ли отбросить или, наоборот, предпочесть как дату пожалования 1518 г., когда великий князь с 14 сентября по 28 октября был на Волоке и заезжал в монастырь: грамота «писана на Москве», где Василия III в то время заведомо не было 8.

Указная грамота великого князя Ивана IV в Рузу на посад и в уезд о выборе голов для сыска и казни разбойников (см. № 5) относится к первому этапу так называемой губной реформы. Как известно, смысл этой реформы заключался в мобилизации местного населения на борьбу с разбойниками, разного рода «лихими людьми» и их пособниками, а ее проведение в жизнь связано с кризисом кормленческой системы, главные действующие лица которой – наместники и волостели – очевидно не справлялись с наведением должного порядка на местах. В соответствии с уставными и указными грамотами, выдававшимися населению разных уездов с 1539 года, местные жители получали право и обязанность выбирать голов из среды местных детей боярских, которые вместе с старостами, сотскими, пятидесятскими и десятскими из крестьян должны были разыскивать разбойников и других особо опасных преступников, «обыскивать» их преступления и казнить. До сих пор все эти действия входили в компетенцию наместников и волостелей. Важная сама по себе, губная реформа стала одной из первых мер 1530–1550 гг. по реорганизации системы управления.

Судя по наличным источникам, реформа имела довольно непростую историю. Можно выделить три основные этапа ее проведения: 1) 1539–1541 гг., когда губное дело было заведено в Белозерском и Каргопольском уездах, Вятской, [24] Псковской и Новгородской землях, на посаде Соли Галичской, а также в селах Троице-Сергиева монастыря в Тверском, Новоторжском и Старицком уездах и в Бежецком Верхе; 2) 1549–1550 гг., когда губные грамоты получили некоторые вотчины Кирилло-Белозерского монастыря; 3) 1555–1556 гг., когда были выданы грамоты целому ряду центральных и южных уездов – Владимирскому, Старорязанскому, Переславль-Рязанскому, Медынскому, Зубцовскому, а позднее и Новгородской земле. Судя по растянутости процесса, введение губного дела встречало на своем пути препятствия.

Почему текст грамоты сохранился в составе архива Иосифо-Волокаламского монастыря? В Рузском уезде монастырь имел вотчины, в связи с чем документ, очевидно, и отложился в его архиве. Документ дошел до нас в списке 1540-х гг. без окончания, где имелась дата написания грамоты. Датировать нашу грамоту следует периодом между 1541 г., когда разбойные дела были поручены упоминаемому в тексте боярину Ивану Григорьевичу Морозову, и 1547 г., когда Иван IV принял царский титул. Эти хронологические рамки можно сузить. Хотя неизвестна точная дата передачи ведомства разбойных дел боярину И. Г. Морозову, однако впервые он упоминается как боярин, которому приказаны разбойные дела, 25 ноября 1541 г. 9 Необходимо принять во внимание, что упомянутая в нашем документе уставная грамота, имевшая, очевидно, учредительный характер, могла быть выдана населению Рузского уезда определенно на первом этапе губной реформы, между 1539–1541 гг., поскольку следующие ее этапы относятся уже к концу 1540-х – середине 1550-х гг., что выходит за установленные для нашей грамоты хронологические рамки. Нет оснований предполагать, что И. Г. Морозову или подчиненным ему дьякам понадобилось много времени для выяснения безотрадного положения с губным делом в Рузском уезде. Поэтому появление указной грамоты необходимо относить к 1541–1542 гг.

Вкратце содержание документа может быть изложено следующим образом. Ранее («наперед сего») великий князь выдал населению Рузского уезда свою уставную грамоту, учреждавшую здесь губное дело. Однако выяснилось, что местные жители не смогли или не захотели воспользоваться данными им правами, и преступники по-прежнему безнаказанно творили свои черные дела. Великий князь требует от местных жителей неукоснительного выполнения положений своей уставной грамоты и, в случае необходимости, выбора новых губных голов и их помощников.

Упоминаемая в документе Рузская губная уставная грамота не сохранилась, и о содержании ее можно судить только по изложению в нашей указной грамоте. Текст уставной грамоты включал в себя следующие основные положения: 1) население города и уезда должно было выбрать голов из числа детей боярских и придать им старост, сотских и десятских из числа крестьян; 2) эти выборные люди должны были разыскивать в уезде ведомых лихих людей-разбойников; 3) выборным же поручались и оперативные действия по преследованию преступников на территории уезда; 4) разбойников, притонодержателей и их сообщников следовало пытать для получения признательных показаний и затем казнить. Все эти пункты вполне соответствовали положениям известных уставных грамот 1539–1541 гг. Следущий же заключительный пункт [25] совершенно для них нехарактерен: 5) неуличенных преступников следовало передавать в руки наместников и волостелей для дальнейшего расследования. Кроме того, наша грамота опровергает сложившееся в историографии представление о распространении губной реформы на первом этапе исключительно в северных и северо-западных уездах.

Публикуемый документ (см. № 6) является выпиской из писцовой книги 1543/44 г. письма В. И. Брехова с товарищами, что следует из сравнения его текста с сотной того же писца на монастырскую вотчину в Волоцком уезде 10. Выписка сделана в позднейшее время (в начале XVII в. ?) и в нее попали сведения о селах и деревнях, бывших на момент описания 1543/44 г. еще в частных руках и впоследствии данных вкладами в монастырь.

По своему содержанию духовная старца Трифона (в миру Тихона) Белеутова, внука А. Ф. Белеутова (см. № 7), тесно примыкает к его же данной грамоте 1562/63 г. на сельца Личищево и Малечкино Дмитровского уезда 11. Условием вклада было позволение бывшему владельцу жить в вотчине до смерти или пострижения; это означало, что монастырь не мог вступать и в формальные права собственника. Еще в конце 1563 г. оба сельца не были «справлены» за монастырем и не попали в жалованную грамоту Ивана IV на всю монастырскую вотчину от 20 декабря 1563 г. 12 Очевидно, духовная была составлена в ближайшее после этого время – 1564–1566 гг., когда опричнина многих заставила искать укрытия в монашеской келье.

Село Фаустова Гора (см. № 8) попало в монастырь в 1522 г. как вклад Василия III по душе своего брата угличского князя Дмитрия Ивановича 13. Судя по данной описи, церковь села кроме престола святого Ивана Милостивого имела еще придел святого Николая.

Большое село Вейна (см. № 9) монастырь получил в 1590 г. 14 Вскоре оказалось, что село не размежевано с владениями местных детей боярских. Возбужденное монастырскими властями по этому поводу дело датируется периодом между 15 сентября 1595 г. и 31 августа 1596 г. 15 Публикуемый документ является отрывком этого дела.

Другое изложение челобитной келаря Геннадия (см. № 10) сохранилось в указной грамоте боярского правительства белевским воеводам М. К. Челюсткину и П. Н. Хомякову о возвращении монастырю села Вейны от 20 декабря 1611 г. 16


Комментарии

1. См. также: Соборная грамота о ссылке Матвея Башкина – вольнодумца XVI века. Подг. И. Л. Жучкова // Исторический архив. 1993. № 2. С. 186–188. Из числа опубликованных во втором томе АФЗХ 1450-1612 гг. актов следует убрать № 384, на самом деле относящийся к периоду 1625–1634 гг.

2. АИ. СПб., 1838. № 410.

3. АСЭИ. М., 1964. Т. 3. № 67.

4. Зимин А. А. Крупная феодальная вотчина и социально-политическая борьба в России (конец XV-XVI в.). М., 1977. С. 24, 25.

5. АФЗХ. М., 1956. Т. 2. № 92, 93.

6. Там же. № 32.

7. Там же. № 20. Ср.: Кучкин В. А. К изучению процесса централизации в Восточной Европе (Ржева и ее волости в XIV–XV вв.) // История СССР. 1984. № 6. С. 161.

8. Зимин А. А. Крупная феодальная вотчина... С. 123.

9. Носов Н. Е. Очерки по истории местного управления Русского государства первой половины XVI века. М.-Л., 1957. С. 314.

10. АФЗХ. М., 1956. Т. 2. № 179.

11. Там же. № 298.

12. Там же. № 302.

13. Там же. № 87.

14. Там же. № 388.

15. Там же. № 399, 400.

16. Там же. № 428.

Текст воспроизведен по изданию: Новые акты Иосифо-Волоколамского монастыря конца XV - начала XVII века // Русский дипломатарий, Вып. 4. М. Археографический центр. 1998

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.