Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

БУТКОВ П. Г.

МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ НОВОЙ ИСТОРИИ КАВКАЗА

С 1722 ПО 1803 ГОД

П. Г. БУТКОВА

ЧАСТЬ II.

ГЛАВА 97.

Когда Али-Мурат-Хан овладел Ширазом, противник его Ага-Магомет-Хан, угрожаемый дамганским ханом, Трухменцами и имея также неприятелем Гедает-Хана гилянского, начал искать себе союзников.

Занганский Али-Хан, из Шагаги, принял его сторону, и быв доселе покорен Али-Мурат-Хану, от коего получил Зенган, начал теперь против него действовать и взял намерение свое на покорение Казбина.

Когда он сим предприятием занимался, родня его Сеит-Мурат-Хан, посланный от Али-Мурат-Хана (весною 1782 г.), скоро по овладении Шираза, с 6 т. войска, для поимки Ага-Магомет-Хана, узнав измену Али-Хана занганского, на него обратился; Али-Хан оставил предприятие на Казбин и соединясь у Тегерана с Ага-Магомет-Ханом, заключили союз совокупными силами противостоять Али-Мурат-Хану.

В тоже время выступил против Ага-Магомет-Хана, из Мешеда 130, Мир-Ахмат 131 -Хан сын Миралам-Шаха 132, владетель Мешеда 133, Абиверта, Нессада и Деруна. Ага-Магомет-Хан возвратясь от Тегерана в Мазандеран, с ним сразился, но будучи слабее, потерял сражение и бежал; а брат его Джафар-Кули-Хан ранен 134. Может быть успехи Мир-Ахмат-Хана далее простирались над Ага-Магомет-Ханом; но в след за тем генерал Тимур-Шаха 135 кандагарского Ислам-Хан пришел с войском в Мешед и овладел четырьмя окольными городами, [97] а Мешед атаковал. Цель Тимур-Шаха, чтоб соединясь с Шахроховым сыном идти против Али-Мурат-Хана.

Осенью 1782 г., когда Али-Мурат паки основал пребывание свое в Испагане, а в Ширазе поставил губернатором помянутого Сеит-Мурат-Хана, с титлом беглербега Фарского, обратил оружие свое на Ага-Магомет-Хана; но сей, в пределах тегеранских одержал над войсками его две победы, многих взял в плен, однако возвратился в Сари 136.

При Али-Мурат-Хане считалось гвардии 12 т.; конницы 5 т.; 2500 Турков из разных мест и грузинских князей и дворян до 300.

Когда Ага-Магомет-Хан находился в Сари и собирал сюда войска, войско Али-Мурат-Хана, в начале 1783 г., город Фирюзку в Мазандеране набегами разорило и истребило там воинские, а равно и провиантские запасы, коих Ага-Магомет-Хан приготовил для 15 т. войск на 5 месяцов.

После сего, Ага-Магомет-Хан 15 апреля 1783 г. отправил в Фирюзку с 3 т. человек брата своего Мустафа-Хана, для отражения подобных набегов, а сам ожидал встретить нападение от Али-Мурат-Хана, которое однако скоро не последовало, и некоторая тишина между сими двумя главными претендателями Персии продолжалась до осени 1784 года, в которое время каждый старался себя усилить новыми приобретениями 137. [98]

ГЛАВА 98.

Между тем, граф Войнович оставив астрабатский залив в мае 1782 г., занимался опытною поверкою карты Каспийского моря восточному берегу и учинил Балханскому заливу новое описание и промер глубины.

В исходе июня 1782 г. эскадра прибыла к городу Баку, из коего салютовано ей из пушек. Жители Баку приведены были в страх; немедленно послано было о том знать дербентскому Фетали-Хану 138. Он прибыл в Баку, коего хан Аджи-Мелик-Магомет содействовал к узничеству графа Войновича, и прислал к графу Войновичу послов с поздравлением и с предложением своих услуг. Граф Войнович взаимно его приветствовал и велел ему сказать, что он желает сделать с ним некоторые положения касательно до российских купцов, торгующих в Баку и Дербенте. Для свидания, к переговорам, поставлена была на берегу моря ставка, в которую хан и Войнович в назначенное время съехались. По разных переговорах граф Войнович считал себя недовольным и угрожал бомбардированием Баку, ежели купцы российские будут неудовольствованы. Хан отвечал, что ежели ему, Войновичу, такой поступок предписан, то чтоб он приступал к действию, а он остается при прежнем правиле, как отнюдь не обидном для российского купечества. Однако граф Войнович отправился из Баку без бомбардирования города 139. [99]

Эскадра в первых числах августа прибыла на астраханский рейд благополучно, сделав всех издержек (вероятно кроме штатных) в 1781 и 1782 г. только 14,545 руб. 140

Граф Войнович вызван от князя Потемкина в С.Петербург, и 25 генваря 1783 г. пожалован ему от императрицы перстень знатной цены, за труды его на Каспийском море и берегах персидских; но с поста своего сменен и командирован в Херсон.

Между тем, эскадра каспийская в декабре 1782 г. отправилась из Астрахани с капитаном Баскаковым, явилась в астрабатском заливе, возобновила укрепление на острову и на матером берегу, и началась торговля. Ага-Магомет-Хан отозвался, что он и жители, утесняемые от Трухменцов, и угрожаемые от Али-Мурат-Хана, обрадовались. Опасение сие от Али-Мурат-Хана продолжалось и летом 1783 г. Ага-Магомет-Хан утесняемый от него, находился в великом сомнении и о нашем здесь поселении, за неполучением по июнь 1783 г. известия о своем посланце, отправленном в Петербург; а приезжающие сухопутно персидские купцы из Баку и Дербента уверяют его, что точно сделано в России приготовление отмстить ему за учиненную дерзость; и посему, тайно сожалел об отдании под поселение российское места; но вместе с тем как посланец к Ага-Магомет-Хану возвратился, с неблагонамеренным отзывом, то и Россияне оставили селение свое у Астрабата.

ГЛАВА 99.

Когда сия эскадра в астрабатском заливе находилась, зенганский Али-Хан, из Шайсеван, напал на Гедает-Хана гилянского с 3 т. человек, и вытеснил его из Решта, за то, что Гедает сестры алихановой мужа Ибраим-Хана амбарлинского захватил с женою и дочерью и [100] содержал в Энзели. Гедает уклонился тогда в Перибазар, который он пред тем укрепил нарочито. Часть же имения своего, с согласия консула Тумановского, погрузил на одно судно российского купца, стоявшее в энзелийском заливе. Чрез 20 потом дней, Гедает нашел средство возвратить Решт, выгнав Али-Хана 141. Имение его оставалось еще на российском судне, которое по ветхости своей подвержено было немалой течи и к мореплаванию являлось неспособно. Консул Тумановский дал знать о том Гедает-Хану и требовал, чтоб судно приказал скорее выгрузить. Хан отлагал исполнение сего со дня на день. Между тем, сделалась на море погода, судно разбило, а груз разбросало по берегу; однако все было по регистру найдено и отдано. Но Гедает-Хан, избавясь опасности от неприятелей, сказал Тумановскому, что недостает вещей на миллион 142, и бесстыдно и нагло требовал от Тумановского; начал притеснять русских подданных, и приметив, что консул взял намерение со всею командою с русскими купцами сесть на суда, с 12 т. войск выступил в Энзели, чтоб их захватить.

Тумановский уведомил о том флотского начальника, бывшего тогда в астрабатском заливе, и прислан с ботом лейтенант Акличеев. Гедает хотел разбить сей бот или потопить при входе в лиман, и для того сделал в нужных скрытых местах батареи. Сие было Россиянам известно; послана для испытания одна купеческая вооруженная шкаюта. Когда она с батареею поравнялась, то открыт был сильный огонь засаженными 700 Персиянами. Потом, Гедает-Хан напал на Россиян, но не имел успеха и убедительно просил Тумановского извинить ему сей проступок, при чем дал ему письменное свидетельство, что поклеп им на Тумановского сделан ложно, чем и кончились сии неприязненные действия. [101]

Сие было в начале 1783 года, и князь Потемкин предписал генерал-порутчику Потемкину принять меры сделать возмездие Гедает-Хану за таковый поступок его с консулом, посредством каспийской флотилии.

С последнего происшествия учреждено навсегда пребывание в энзелийском заливе одного военного судна для покровительства торговли; а при консуле находилась команда до 40 человек лучших солдат, из астраханского гарнизона.

ГЛАВА 100.

Генерал-порутчик Суворов имел повеление от князя Потемкина, коим поставляемо ему было в виду 143, что поелику на верность кубанских Татар никогда положиться не можно, то желательно было бы все их орды мало по малу перевести на уральскую степь, и при удобном случае обезоружить. Суворов считал, что к таковому передвижению Татар самое лучшее настоит теперь время, и оное в июле предпринял 144, и о том им объявил.

Для сего, от реки Еи до половины Дона, проведен был военный кордон; все Нагаи собрались под Ейским укреплением, и в препровождении наших войск, в исходе июля, отправились к Дону многими толпами, со всем своим имуществом.

Около сего времени хан Шагин-Гирей, оставя Крым, прибыл чрез еникальский пролив в Таман, со свитою своею, [102] и тайно рассеянными письмами, возбуждал кубанских Нагай к бунту 145.

Тотчас внушения его произвели волнение в умах; от сей искры родился пожар, 30 и 31 июля и 1 августа. Первый Канапай 146 -Мирза и еще три мурзы джембойлукских Нагай взбунтовали Джембойлуков и часть Джетышкулов, и они дошед уже до речки Куга Ейки, бросили весь свой скот, арбы, кибитки и устремились все к Кубани назад, на побег, в числе до 10 т. человек.

Генерал Суворов неоднократно посылал к ним с увещанием о возвращении; они были непреклонны; но как им должно было прорваться чрез кордон, по реке Большой Еи содержимый, то они неприятельски напали на укрепленный пост содержимый ротою пехоты. Деташамент полковника Телегина и другие, поспешно стеклись в урочище Ирай-Игласы, и беглецы встретя сию преграду, сильно разбиты; множество пало на месте, все прочие вогнаны в глубину реки Еи, имеющей тинистый грунт, и перестреляны 147.

В то же самое время, другая часть Татар напала на своих, в благонамеренности оставшихся, при коих находился подполковник Лешкевич, и равномерно были от него поражены.

Ожесточение Татар было столь велико, что жен своих и детей, коих за поспешным бегством забрать не могли, резали, а и взятых малолетных детей бросали в реку.

Из них убито лучше вооруженных до 3 т. человек; из начальников бунта Мамбет-Мурза-Беков, Канапай-[103]Мирза с сообщниками своими взяты в плен. У нас убит офицер 1, рядовых 47, ранено 24.

Не смотря на то, при сих смятениях почти все прочие Татары успели прорваться и учинили побег за Кубань, побросав до 30 т. лошадей, до 40 т. голов рогатого скота и более 200 т. овец.

В исходе августа 10 т. закубанских Татар напали на Ейское укрепление, которое охранял достаточный гарнизон. Три дня сряду они жестоко приступали, и потеряли до 400 убитыми и более 200 взятыми в плен на вылазках; однако, отступая, успели увести с собою многих оставшихся здесь своих одноплеменцов.

Между тем, генерал-порутчик Суворов собрал все войска своего корпуса на Кубани под Копылом, в том же августе, и получа повеление от князя Потемкина привести Татар в раскаяние и пресечь чрез то, на будущее время, беспокойства, с корпусом кубанским и с Донским казачьим Войском соединясь, 30 сентября переправился за Кубань верстах в 10 выше впадения в Кубань реки Лабы, и оттоле 10 полков Войска Донского с их атаманом в подкреплении 2 баталионов гренадер, 4 эскадронов драгун, с пристойною артиллериею, отправил вверх по Лабе 1 октября.

Сей деташамент жестоко поразил вероломных при урочищах Керменжик и Сары-Шагер, в двух действиях, в которых убиты 21 мурза и 3500 простых Татар; взято в плен более 1 т., в том числе до 200 Нагай наврузовских, древних обитателей Кубани, которые тогда же уволены. В добычу получено: лошадей до 1 т., рогатого скота от 6 до 7 т. голов, и овец до 15 т. У нас убито 4, ранено 7, без вести пропало 15  148.

В то же самое время из кавказского корпуса послан генерал-порутчик Леонтьев для содействия Суворову к возвращению Джетысан и Джембойлуков 149, переправился за [104] Кубань, и на вершине речки Яман-су нашел неприятельский стан.

Еще один деташамент поставлен на Кубани генерал-порутчиком Потемкиным для облегчения действий Леонтьева, в таком месте, на Кубани, чтоб отвратить Бесленей и других Черкес от пособия Нагаям, для чего сему деташаменту и приказано делать демонстрацию к переходу за Кубань, дабы обратить на себя внимание тех Черкес.

Неприятельский стан найденный Леонтьевым, уставлен был арбами в 3 ряда, и занимал крепкое местоположение; окольная степь была вылежена. Неприятельскими предводителями были всегдашние возмутители Тав-Салтан и Шары-Мурза.

9 октября Леонтьев напал на неприятелей, сильно их поразил, многих положил на месте и возвратился. Все имущество их и скот взяты, аулы сожжены, а уцелевшие от поражения Татары спаслись бегством.

В продолжение всех сих действий российских войск за Кубанью, Черкесы закубанские не упустили случаю найти свои пользы. Они столько расхитили Нагай, ловили и брали в плен, что более нежели сколько их истреблено и захвачено от войск российских; даже меняли двух на одну лошадь.

И так, из всех сих кубанских нагайских орд, в коих 1771 года считали до 80 т., а в 1782 г. около 56 т. казанов, оставалось в пределах российских только около 3 т. кибиток. Но по времени, разными случаями число их увеличилось переходами из-за Кубани, поелику в 1784 г. имелось повеление возвращающимся из за Кубани Нагайцам отводить места на степи до Азовского моря, и дать им чувствовать все выгоды теперешнего их состояния. Джетысаны кочевали по устьям рек Урупа и Лабы, и еще в генваре 1787 г., около 2 т. кибиток 150, с позволения российского перешед на правый берег Кубани, присоединились к 1500 кибиткам Джетысан, остававшимся здесь от побега. Можно полагать, что в 1803 году Нагай обитало в губерниях екатеринославской и [105] кавказской до 35 т. душ обоего пола. Знатнейшая их часть предавшись Туркам, переведена была в Бессарабию, на Бендерскую степь, где до 1807 года обитали Нагаи поколений Джетышкул, Джетысан, Джембойлук, Ормамбет, Орак-туглу и киргизское, и из Бессарабии российскими войсками выгнаны. (В Бессарабии: Буджаки, Кара-Китаи, Мамаевцы, Ецены.)

ГЛАВА 101.

Оставалось, чтоб сама Порта приняла за благо все содеянное Россиянами в отношении Крыма; а что праведная необходимость преклонила российский двор произвесть сие бытие, оное признано уже было всеми дружественными державами. И по сему, 28 декабря 178? г. заключен акт (или постановление) в Константинополе, со стороны российской чрезвычайным посланником и полномочным министром при Порте, статским советником Яковом Булгаковым, а со стороны турецкой генерал-адмиралом визирем Гассан-Пашею, в следующих 3 статьях, которые разменены 11 марта 1784 г.

Статья 1. Что 3-ий артикул трактата 1774 года и артикулы 2-ой, 3-ий и 4-ый изъяснительной конвенции 1779 года, в том, что касается дел крымских, отныне не будут иметь никакой силы, ни обязательств для обеих империй.

Статья 2. Всероссийский императорский двор не произведет никогда в действие притязаний, кои татарские ханы чинили на землю Суджук-Кале, и следственно признает оную принадлежащею во всей собственности оттоманской Порте.

Статья 3. Принимая за границу на Кубани реку Кубань, российский двор отрицается в то же время от всех татарских поколений, обитающих по левую сторону сказанной реки, т. е. между рекою Кубанью и Черным морем.

Таким образом исчез остаток империи Моголов!

Турки лишась Крыма, еще летом 1783 года начали полагать основание крепости Анапе, под руководством суджукского коменданта. [106]

Наконец и хан Шагин-Гирей должен был покорствовать своей судьбе. Еще осенью 1783 г. генерал-порутчик Суворов получил повеление от князя Потемкина задержать его в Тамане; но Шагин-Гирей уехал тогда к Закубанцам; однако, весною 1784 года, чрез Таман и еникальский пролив возвратился в Крым и отправлен со свитою своею на пребывание прежде в Воронеж, где жил с 20 июля 1784 г. по 17 генваря 1786 года, потом в Калугу. Пожив несколько лет в России, во всяком возможном изобилии своего содержания, от казны полною рукою получаемого, и в успокоении, захотел опять отправиться к Туркам. В том ему ни малейшего не сделано затруднения от императрицы. Он принят в Хотине с приличною хану почестию и отправился в Константинополь; но не быв туда впущен, сослан на остров Родос, обыкновенное жилище сверженных ханов, и там изменническим образом умерщвлен 151. [107]

В 1784 году край от Азовского до Каспийского моря поручен начальнику линии кавказской для единообразного управления, что продолжалось до 1793 года, до заселения нижних частей Кубани Черноморскими Казаками. Корпус кубанский равномерно ему же подчинен; и таким образом, дистанция кавказского корпуса простиралась от вершин Кубани до Темиш-Бека 152, а кубанского, оттуда до устьев Кубани; причем кубанский всегда подкрепляем был от Войска Донского.

ГЛАВА 102.

В то время, как по случаю присоединения Крыма к российской державе число войск в кавказском корпусе знатно умножено, Кабардинцы вознамерились иные уйти в Грузию, другие, в 500 семействах, в ахалцихский пашалык. Царь Ираклий приготовил было в Дариэле и военную команду на принятие их и обеспечение в терском ущельи от Осетинцов; но сие предприятие Ираклия обнаружено и воспрещено, подобно случившемуся в 1778 году.

С наступлением 1783 года владельцы и уздени Большой и Малой Кабард просили чрез депутатов своих, трех владельцов и трех узденей, князя Потемкина о позволении им прав на древних данников их; держать скот свой на пастве в пределах линии, не принимать бежавших от них холопов, и проч. Черный народ, в то же время изъяснил ему письменно свои нужды. На сие князь Потемкин, яко уполномоченный по делам азиятским, ответствовал им 31 июля того же года, письмом ко всем кабардинским владельцам и узденям, следующее 153: [108]

«Что требование податей с прежних данников их, в горах пребывающих, им не воспрещается, за исключением однако из того народов пользующихся покровительством российской державы (?).

«Что паства табунов внутрь линии им позволяется; и предписано генерал-порутчику Потемкину назначить для того места, никому не отведенные.

«Что ежели поборы, коими отягощаются подданные их, приведены будут в умеренность, сообразную с возможностию, то чрез сие самое удержатся они в надлежащей от владельцов зависимости, и на линию не пойдут, особливо ежели сделано будет установление ко взаимному между народом и владельцами пресечению несогласий 154.

«Что в отношении к захватам, у них чинимым в возмездие (баранта) за их хищения, предписано наблюдать, дабы отнюдь взысканием оных Кабардинцы излишне отягощены не были.

«Что перемена чрез два или три года присылаемых от них аманатов позволяется.»

Но по последней, как важнейшей статье, постановлено было правилом от князя Потемкина, что давать убежище в границах российских народу убегающему от притеснения своих владельцов; дабы таким образом не только доставить черни способ избавляться от порабощения, но и владельцы лишаясь подданных, не в состоянии уже были пускаться на какие-либо беспокойства, и сие отделение черни от господ будет надежным средством к обеспечению границ наших. Выходящим же внутрь линии дачу земель под селения производить по примеру новороссийской губернии, не воспрещая впрочем и самим владельцам переселяться за линию 155. [109]

На сем-то основании отказано владельцам в просьбе их о возвращении им поселившихся на линии их холопов.

Такие распоряжения успокоили на некоторое время Кабардинцов. Присоединение к России Крыма нанесло им чувствительнейший удар и повергло дух их в упадок. Не зная иных средств, как облегчить горесть своего сердца, они паки предпринимали удаление от пределов российских, и сие хотя от правительства российского не почитаемо было важным, по надежде весь черный народ отвлечь от владельцов, и с лучшими выгодами поселить на линии кавказской; и потому, употребление против готовившихся к уходу силы оружия воспрещено, дабы, наступая, не погнать их точно в ту сторону, куда они вознамерились.

В сии происшествия сильнее всех в Большой Кабарде был владелец Мисост Баматов, по знатности фамилии, по обширности владений, по особенной расторопности и по привязанию к себе владельцов, узденей и всего народа. Хотя он и не был старейшим, но поведение его с 1771 г. имело влияние на все кабардинское общество. Начальство кавказского края всегда, особенно по временам, его и ласкало и угрожало, и иногда посредством его предотвращало легкомысленные поступки его соотчичей. Таким образом отклонено оное новое намерение их к уходу, и они остались на местах своих покойны.

ГЛАВА 103.

Выше уже сказали мы, что в 1781 году Чеченцы Большого Чеченского и Аджиаульского селения присягнули па подданство России и дали аманатов, за поручительством чеченского владельца Арсланбека Айдемирова

В исходе 1782 года от всех чеченских селений, кроме Атаги, генерал-порутчик Потемкин получил аманатов. И как жители селений Чечни и горячевских изъявили паки желание повиноваться владельцам, коих некогда (1757 г.) [110] от себя изгнали, то Потемкин и определил над Чеченцами прежнего их владельца Асланбека (Расланбека Айдемирова?), а над Горячевцами Кучука 156, и оба они присягу от народа приняли. На Атагинцов же, которые предпринимали даже сделать покушение на селения по Тереку, и на единомышленных с ними Ингуш, посланы для предварения их в том военный деташамент.

Полковник Кек, с тремя баталионами пехоты, с 12 полковыми орудиями, двумя эскадронами легионными и 1150 линейных Казаков, отправлен на Атагу, а маиор Рик, с баталионом пехоты, эскадроном драгун и сотнею Казаков, на Ингуш. Кек 3-го марта 1783 г. выступил из станицы Наура, 4-го дошел в один переход до Сунжи, сделав до 50 верст, и переправя чрез сию реку, бывшую тогда в разливе, ночью пехоту на лошадях, 5-го числа утром отправился далее.

На оной же переправе поставлены две гренадерские роты, сто егерей, 2 эскадрона драгун, 2 полка казачьих и 2 пушки, особо отряженные от генерал-порутчика Потемкина.

Полковник Кек прошел от Сунжи дефилей называемый Хан-Кале и другие, на расстоянии 16 верст, находящиеся между Атагами и Чечнями, беспрепятственно, сделав до 35 верст, и оставя в сем ущельи Хан Кале один баталион с тремя пушками, сам следовал к Атагам; встречен Атагинцами и присоединившимися к ним Алдинцами 157, сбил их и прогнал, а преследуя, выгнал из Атагов и оба Атаги сжег и истребил.

Атагинцы и многие другие присовокупившиеся к ним Чеченцы, пользуясь пожаром своих жилищ, хотели отрезать возвращение Кеку, и устремясь в ущелье Хан-Кале, ударили со всех сторон на оставленный там баталион, а иные заняли лес, стараясь пресечь сообщение баталиона с Кеком. Когда баталион с храбростию отражал неприятеля, Кек кончив истребление селений, обратился в ущелье, и в [111] сражении продолжавшемся больше трех часов опрокинул неприятеля, разбил и рассеял. Чеченцы лишились более 400. Пленных было только двое, ибо никто из них живым сдаться не хотел; а взятые в плен, будучи смертельно ранены, имели злость плевать всем в глаза, с произношением бранных слов, желая, чтоб им пресекли жизнь. Один же Чеченец, потеряв в сражении брата своего, ехал прямо в селения моздокского казачьего полка, чтоб убить кого-либо из Русских, в отмщение смерти своего брата, или быть самому убиту. Он пойман и прогнан сквозь строй 158.

Таким образом Кек, соверша сию экспедицию, возвратился к Науру 7 марта.

По сем, Атагинцы прислали к генерал-порутчику Потемкину с просьбою о помиловании. Они, и последуя им Гихинцы и Алдинцы, учинили присягу на верность и прислали аманатов.

Маиор Рик, в одно и то же время как Кек имел дело с Атагинцами, ударил на Ингуш; но они без сопротивления покорились, дали присягу и в заложники 8 человек.

В то время наблюдаемо было правило древних Римлян, чтоб для пользы кавказского края ссорить между собою разных кавказских народов, дабы они, ослабляя свои силы, оставляли больше нас в покое. В следствие сего поссорены от нас, разными образами, чеченские народы с Ингушами, и в июне 1783 г. сразились имев каждая сторона до 1 т.человек. Чеченцы потеряли 20 убитыми и до 40 человек ранеными, однако получили поверхность и отогнали у Ингуш до 2 т. баранов.

Атаги были гнездом воров. Они тотчас возобновили хищения свои на пределы линии, и чинили убийства, коль скоро миновал ужас первого поражения. Вообще, Чеченцы такой народ, который по зверским своим склонностям никогда не бывает в покое и при всяком удобном случае возобновляет противности, не взирая на даваемых им аманатов, тем наглее, что гористые места, ущелья и леса укрывают [112] его и препятствуют так его наказать, как он заслуживает. Не оставалось других средств к унятию их от сих поступков, как или истребить их совершенно, жертвуя немалою частию своих войск, либо утеснить их, отняв все плоские места, толико нужные им для скотоводства и хлебопашества и, забрав всех тех, кои живут по сей (левой) стороне Сунжи; ибо сии-то, показывая вид повиновения, дают повод и пособия ворам 159.

Чеченцы будучи в таковом расположении, те из них, которые имели у себя владельцов, паки их от себя изгнали и лишили их господства. Тогда сии владельцы одни возвратились в Аксай и Эндери, откуда пришли; другие, с позволения российского начальства, основали новые селения на плоскости между Сунжи и правого берега Терека, в противоположности гребенских и моздокских казачьих станиц; как-то: Дивлетгиреевцы, изгнанные из Герменчика и Шали, имели в 1784 году до 400 дворов; Расламбековцы, при Расламбеке Айдемирове, выгнанные из Большой Атаги, из Большой Чечни и из Топли, в двух селениях, 400 дворов; Кайтуковцы; Терловы 160, выгнанные из Топли же, против Наура основали два селения, одно — Верхний Наур, другое — Нижний Наур, ибо лежат в урочище сего же имени; Казбулатовцы, из аксайских, выгнанные из Топли, основали селение около Наура, близ терловых.

Сии селения основаны меньше из их природных холопов, как из присоединившихся к ним добровольно Чеченцов; владельцы стараются жить в согласии с Чеченцами, чтоб не терпеть от их хищений.

Князь Потемкин Таврический предписал генерал-порутчику Потемкину чувствительнейше наказать Чеченцов за шалости, ими производимые, особливо за убийства.

И так, в исходе сентября 1783 г. генерал-порутчик Потемкин собрал в Моздоке 6 рот гренадер, с четырьмя полевыми пушками, 2 баталиона егерей, 2 эскадрона [113] драгун и один донской казачий полк, и вверя сей деташамент генерал-маиору Самойлову, приказал ему следовать от Малой Кабарды к верховью Сунжи, а переправясь чрез сию реку, пройти мимо жилищ Карабулаков, к Атаге, возле подошвы гор Кавказских. Ему надлежало, по переправе чрез Сунжу, пройти к Атаге до 60 верст.

Сам Потемкин, взяв 2 пехотные полка, один егерский баталион, 4 эскадрона драгун и 900 Казаков, в то же время выступил из Наура, за Сунжу, к дефилеи Хан-Кале, дабы, наступая на неприятеля, прямо оттягнуть его сюда и дать время и облегчение Самойлову к исполнению его действия. Потемкин, прибыв к Сунже 2-го октября, 3-го переправился чрез сию реку и остановился у показанной дефилеи ждать приближения Самойлова.

Сей, между тем, 3-го же числа переправился чрез Сунжу, встречен Чеченцами, прогнал их и атаковал селение Гиху, которое от сунженской переправы Самойлова находилось впереди верст на 40. Жители оборонялись отчаянно; не взирая на то, Самойлов Гихою овладел и сжег ее. В дальнейшем пути 4-го и 5-го чисел к Атаге, отстоящей от Гихи верстах в 20, Чеченцы поставляли ему препятствия при речках и в ущельях, заставляя каждый шаг купить силою оружия, и 5-го числа Самойлов приблизился к Атаге.

Между тем, Потемкин непрестанно тревожил горцов при Хан-Кале и, узнав о приближении Самойлова к Атаге, решился атаковать Чеченцов в самой дефилеи. 6 числа ввел в дефилею 2 баталиона пехоты, под командою полковника Пиерия; неприятель по перестрелке, чрез 12 часов продолжавшейся, дефилею оставил и, как дефилея вся покрыта лесом, то солдатами вырублено такое пространство, чтоб баталион мог построиться. По сем, Потемкин послал ущельем четыре гренадерские роты и 300 Казаков в соединение к Самойлову. Горцы, пропустя их свободно, напали потом с обеих сторон, с гор покрытых лесом, на Потемкина, в ущельи, но были отбиты; потом, хотели заградить путь между им и Самойловым, но везде прогнаны и принуждены удалиться. [114]

Между тем, Самойлов сжег Атагу 161 без остатку, поразив препятствовавших ему Чеченцов, и потом, пошел к Хан-Кале. Чеченцы паки хотели препятствовать соединению его с Потемкиным, но не имели удачи и войска беспрепятственно соединились, а 9 числа и возвратились в границы.

Урон неприятельский неизвестен, но оный должен быть в убитых людях велик. Пленники же ничего не сказывали, кроме, что при всяком огне кричали «яур» (неверный). У нас убито 18, ранено 49 человек.

Следствием сего поиска было, что в ноябре 1783 г. чеченские, алдинские, атагинские, шалинские, аджиаульские и гихинские Чеченцы прислали повинную и присягнули в верности. И действительно, весь 1784 год протек от них довольно спокойно.

ГЛАВА 104

Когда царь грузинский Ираклий, в соединении с шушийским Ибраим-Ханом утверждал господство свое над Ганжою и Эриваном, крайне встревожен был новым искателем его короны.

Внук карталинского царя Вахтанга Леоновича, скончавшегося в России 1737 года, старший сын царевича Бакара Вахтанговича, который умер 1750 года, князь Александр Грузинский, служил в 1762 году капитаном гвардии Измайловского полка. Привязанность его к покойному императору Петру III и беспокойный нрав привели его на замечание правительства. 2 мая 1766 г. он привезен в Кизляр и, по снятии с него чинов и мундира, отпущен по желанию его за границу.

Он отправился к властвовавшему тогда в Персии Керим-Хану; благосклонный прием родил в нем желание отыскивать наследственное право сие на карталинское царство, которое конечно было неоспоримо и утверждено трактатами с Персиею рештским 1732 и ганжийским 1735 года. [115] Князь Александр льстил Персам, что приведет Грузию в их повиновение, и дело сие довел до того, что Керим-Хан в 1777 году склонил подарками усмия собрать Дагистанцов к вторжению в Грузию, для низложения царя Ираклия, в одно и тоже время, как с другой стороны гилянский Гедает-Хан и собственные войска векиля, под начальством двоюродного брата его Зеки-Хана, будут тому содействовать.

План сей предлежало исполнить в 1778 году; но оный уничтожился, что шамхал тарковский и Фетали-Хан дербентский не захотели допустить к тому усмия, сходно с желанием российского правительства, и что смерть пресекла жизнь Керим-Хана в Феврале 1779 года 162.

Имеретинский царь Соломон, находясь в некотором с Ираклием раздоре, вызвал к себе из Персии князя Александра в 1779 году, и хотя в исходе следующего года с Ираклием съезжался и помирился, однако не преставал тайно изыскивать способы к его унижению.

Явление князя Александра в толикой близости к отечеству предков своих и к законному наследству, обратило к пользам его тогдашнего грузинского католикоса Антония, родного брата деду его царю Вахтангу, жестоко за то от Ираклия наказанного 163; да и некоторые карталинские князья к пользам Александра преклонились; ибо Карталинцы Ираклия не любили, что он во всяком случае давал преимущество наследственным своим подданным Кахетинцам. Князь Александр из сего убежища начал делать впадения в Карталинию, посредством нанятых Лезгин, стараясь произвесть в областях Грузии замешательства и смятения 164. [116]

Такие обстоятельства заставили царя Ираклия усилить себя новым наймом войск дагистанских.

Князь Александр весною 1781 г. уклонился в Ахалцихе, где Турки приняли его ласково, и отсель не менее же опустошал карталинские пределы; но не имев успеха в испрошении у Турков помощи, и в возбуждении соседних персидских ханов, опять в Имеретию возвратился в исходе августа 1781 г.

Царь Соломон равномерно лишил его всякой надежды и принудил его удалиться из имеретинских владений.

И так, князь Александр в начале 1782 г., в сопровождении 8 человек, поехал чрез область Рачу в Кабарду, а оттуда, чрез Брагуны и Аксай, прибыл в Тарку, к шамхалу Казбулату. В сем путешествии он преклонял на свою сторону Осетинцов и Кабардинцов, которые сами находились тогда в тесном положении. Шамхала просил о вспоможении ему к достижению карталинской короны, уверяя, что к содействию его готовы царь Соломон, карталинские князья, и заалазанские 165 Лезгины, обещал выдать шамхальским людям каждому по 50 рублей, а по овладении Тифлиса, еще по стольку же. Шамхал склонялся на то, но сказал, что надобно посоветовать о сем с Фетали-Ханом дербентским Почему князь Александр и отправился в Дербент 27 августа 1782 г., в сопровождении князя Александра Амилахорова, который удалился из Грузии в Россию еще 1771 166 года, от гонения на фамилию их царя Ираклия, бежал теперь из Петербурга к князю Александру Грузинскому, в надежде отмстить Ираклию свои оскорбления 167.

Фетали-Хан, будучи всегда готов на новые предприятия, ухватился за сей случай тем охотнее, что царем Ираклием [117] был недоволен за союз его с шушийским Ибраим-Ханом, и начал приглашать союзников к совокупному действию на Грузию.

ГЛАВА 105.

Царь Ираклий узнав что в Дербенте и Дагистане для него готовится, изъявлял свои опасения российскому правительству, и дабы удержать в своем доме обладание над Карталиниею, склонялся искать российского покровительства, и писал о том к князю Потемкину. По сей причине кизлярский комендант старался письмами отвратить Фетали-Хана и шамхала от их предприятий 168, которые они и приостановили, а Фетали-Хан князя Александра Грузинского и князя Амилахорова у себя удержал.

В то же время имеретинский царь Соломон Александрович угрожаем был от Турков. Хотя Соломон был всегда противником Порты, но с Сулейман-Пашою ахалцихским имел всегда тесную связь, и был Сулейману, по древнему обыкновению, усыновлен. Осенью 1781 г. и в августе 1782 г., он писал к императрице Екатерине и к князю Потемкину, что Турки вознамерились вновь подвергнуть его своему игу, и султан прислал в Поти капуджи-баши, со многими деньгами, для построения крепости в Анаклии, при устье реки Енгура; усилили гарнизоны в тех двух местах и в Батуме; начали заводить большие магазины, чинить нападения на имеретинские земли и грозили как волки растерзать сию землю. Соломон чувствовал уже слабость телесных сил своих, и тем паче просил подать ему помощь против врагов его.

Между тем, когда такие взывания от иберийских царей ко двору российскому доходили, виды оного на сей край обращенные с кончины векиля Персии Керим-Хана не были отвращаемы. [118]

В Грузии пребывал уже несколько лет путешественник немецкий, доктор Рейнегс, который провел большую часть жизни на востоке, знал грузинский и другие азиатские языки и знаком был с состоянием дел сего края, в коем он пребывал несколько лет. Князь Потемкин вызвал его к себе, и обратно отправил в Грузию осенью 1782 г. в качестве коммиссионера своего при царях Ираклие и Соломоне. Между прочим, Рейнегсу поручено было подвигнуть Ираклия искать формально покровительства самодержицы российской, на что последовало высочайшее соизволение.

Тогда же царю Соломону пожалован орден Св. Андрея, а старшему сыну Ираклия Гиоргию орден Св. Александра 169.

Царь Соломон получил при том обещание сильного покровительства, но и совет, чтоб с царем Ираклием имел искреннее согласие и любовь, для совокупного отражения общих врагов, что они и утвердили между собою, имев нарочитое для того свидание.

Для пользования недугов царя Соломона прислан от двора лекарь Николай фон Виттенбург, который и остался здесь в качестве царского медика, имея повеление доносить военному российскому начальству о всем уважения достойном 170.

ГЛАВА 106.

Подлинно, положение дел царя Ираклия было тогда крайне затруднительно. Князь Александр Грузинский весьма его озабочивал. Иноплеменных хищных соседов он не иначе воздерживал и усыплял в гнезде их, как ценою великих [119] жертв, весьма тягостных для народа; тем не менее Грузия не наслаждалась покоем, а всегда находилась в чаемой опасности. Ираклий давал Лезгинам и прочим Дагистанцам ежегодно от 60 до 100 т. рублей, и хотя содержал от них у себя до 60 аманатов, однако Лезгины не преставали делать на Грузию воровские набеги. За жалованьем приезжали иногда до 500 человек, которые в самом Тифлисе производили всякие наглости и убийства ненаказанно; ибо царь боялся их раздражать, чтоб не охладить в них готовности на внешнюю для него службу.

И так, царь Ираклий написал и отправил формальную челобитную к ее императорскому величеству, на принятие его под верховную власть российской державы. Он просил между прочим:

1-ое. Четырех тысяч войск на российском содержании, для защиты его от неверных и для немедленного завоевания Ахалцихе и отнятия у заалазанских, Лезгин кахетинских мест, которые они занимают.

2-ое. Утверждения его с потомством в царском достоинстве, дабы подобный князю Александру Грузинскому претендатель не лишил их владеемых областей.

3-ье. Оставления католикоса в сане его без перемены.

4-ое. Освобожденным в Крыму Грузинам дать дозволение возвратиться в отечество.

5-ое. Снабдить его, в случае надобности, заимообразно, деньгами на содержание его войск.

С своей стороны царь Ираклий обещал:

а) Издержки на содержание российских войск, какие употреблены будут к возвращению Грузии древних ее областей, заплатить в несколько лет из доходов тех областей.

б) Прислать ко двору российскому одного из сынов своих и несколько князей и дворян (в виде аманатов).

в) Из прибыли от разработки металлов, открытых и впредь могущих открыться, половину вносить в российскую казну.

г) С каждого двора обывательского доставлять в казну по 70 копеек. [120]

д) Для двора императрицы присылать в Кизляр 2 т. ведр вина, какое лучшее в областях его родится 171.

е) Присылать ко двору ежегодно 14 лошадей, какие лучшие в областях его найдутся 172.

ж) С обывателей тех областей, кои оружием российским Грузии возвращены будут, брать в казну по 70 копеек со двора, и сверх того, в половину противу того, что дают в казну в России крестьяне дворянские, и по 200 пудов шелку.

з) С нынешних областей, и кои впредь к Грузии присоединены будут, давать на службу российскую солдат, с такого числа дворов, с коликого числа душ в России набор тогда будет 173.

Наконец, царь просил заключить с ним торжественный трактат.

В то же время, вероятно по внушению римско-католических проповедников, царь Ираклий сделал опыт, не найдется ли кто из европейских государей католического исповедания, который бы снабдил его деньгами на нужды спасения своей земли и христианства от грозящих ей врагов. Ираклий писал о том просительные письма к римскому императору Иосифу II еще 1781 года, чрез бывшего в Тифлисе патера Доминика, который в пути умер; а теперь, 18 октября 1782 г., повторил то же, чрез патера Мавроса, и обещал во взаимство того одолжения действовать со всем напряжением противу Турков, в случае войны Порты с императором и Германиею. Неизвестно, достигли ли своего назначения сии писания; но Ираклий не получил ниоткуда ни копейки. [121]

ГЛАВА 107.

29 декабря 1782 г. последовало высочайшее соизволение 174 о заключении с царем Ираклием трактата, и 3 апреля 1783 г. от князя Потемкина прислан к царю прожект трактата с подполковником Тамарою.

Царь находя в начертании оного, что все просьбы его удовлетворены, и что еще гораздо больше для него сделано нежели он желать мог, особливо по оставлению в собственную его пользу дани им приносимой, не имел в принятии статей онаго никакого затруднения.

Князь Потемкин получил высочайшее повеление заключить с царем Ираклием трактат, чрез кого он заблагорассудит; то, к совершению сего дела, и избрал он генерал-порутчика Павла Сергеевича Потемкина, командующего войсками кавказскими, с приданием к нему для производства того дела подполковника Тамары; а царь Ираклий прислал в Георгиевск, к Потемкину, с полномочием, своего генерала от левой руки князя Ивана Константиновича Багратиона и своего генерал-адъютанта князя Чавчавадзева.

Когда полномочные обеих сторон производством трактата в Георгиевске занимались, князь Потемкин находя доктора Рейнегса по делам много ветренным и хвастливым, хотя и усердным 175, назначил полковника Бурнашова [122] на пребывание в Грузии и Имеретии коммиссионером своим при царях Ираклие и Соломоне, который получив повеление 3 апреля 1783 г. принять дела от доктора Рейнегса и грамоты князя Потемкина к обоим царям, в Грузию отправился в мае того года. На пребывание при нем назначено 20 Казаков.

Наставление ему данное от князя Потемкина, кроме политических видов, содержало главнейше то, чтоб он осмотрел положение земель Грузии и Имеретии, для приведения оных в безопасность потребными по границам укреплениями; и для того, обозрев земли, описал бы их пределы, сделал карту, и где для сих государств нужны от их соседей обороны. Прожектировать малые укрепления, достаточные однако к защищению их от впадений соседних, и сии прожекты представлять к князю Потемкину 176.

В следствие сего Бурнашов находил нужным построить две крепости: одну в Имеретии, на пути к Ахалцихе, при реке Ханисцкали, у разоренного замка Багдата; другую в Кахетии, над Алазанью, при кринице Кумбат. По сметам, обе требовали на российские деньги 60,983 руб. 90 копеек; а на грузинские, 73,186 руб. 60 коп. Но сии прожекты, представленные к князю Потемкину, так и остались.

ГЛАВА 108.

24 июля 1783 года, в одно и то же время как судьба Крыма решалась, полномочные российские и грузинские заключили и подписали в Георгиевске следующие артикулы трактата, вносимые здесь в извлечении: [123]

Артикул 1-ый. Царь карталинский и кахетинский именем своим, наследников и преемников своих, на всегда отрицается от всякого васальства, или, под каким бы то титулом не было, от всякой зависимости от Персии, или иной державы, и не признает над собою и преемниками иного самодержавия, кроме верховной власти и покровительства монархов всероссийских, обещая престолу всероссийскому верность и готовность пособствовать пользе государства во всяком случае, где от него то требовано будет.

Артикул 2-ой. Ее императорское величество равномерно обещает и обнадеживает, за себя и преемников своих, что милость и покровительство их от царей карталинских и кахетинских никогда отъемлемы не будут. В доказательство чего, ее величество дает ручательство свое на сохранение целости настоящих владений царя Ираклия, предполагая распространить таковое ручательство и на такие владения, кои в течение времени, по обстоятельствам, приобретены и прочным образом за ним утверждены будут.

Артикул 3-ий. Цари карталинские и кахетинские вступая наследственно на царство их, имеют тотчас извещать российскому императорскому двору, испрашивая чрез посланников своих императорского на царстве подтверждения, с инвеститурою, состоящею в грамоте, знамени с гербом всероссийской империи, имеющим внутри себя герб помянутых царств, в сабле, в повелительном жезле и в мантии, или в епанче горностаевой 177. Царь, получа сии знаки, в присутствии российского министра долженствует торжественно учинить присягу на верность и усердие к российской империи и на признание верховной власти и покровительства всероссийских императоров, по форме прилагаемой при сем трактате. Обряд сей и ныне исполнен да будет от царя Ираклия 178. [124]

Артикул 4-ый. Царь обещает, без предварительного соглашения с главным пограничным начальником и министром ее императорского величества, при нем аккредитованным, не иметь сношения с окрестными владетелями; а когда от них приедут посланцы, или присланы будут письма, оные принимая советовать с оным пограничным начальником и с министром о возвращении таковых посланцов и о надлежащей им, владетелям, отповеди.

Артикул 5-ый. Желаемого царем иметь при российском императорском дворе своего министра или резидента, ее императорское величество обещает, что оный при дворе ее принимаем будет на ряду с прочими владетельных князей министрами, равного ему характера, и сверх того, соизволяет и со своей стороны содержать при царе российского министра или резидента.

Артикул 6-ой. Ее императорское величество обещает: 1) Народы царства карталинского и грузинского почитать пребывающими в тесном союзе и совершенном согласии с империею ее, и следственно неприятелей их признавать за своих неприятелей. Чего ради, мир с Портою оттоманскою, пли Персиею, или иною державою или областию заключаемый, должен распространяться и на сии покровительствуемые ее императорским величеством народы. 2) Царя Ираклия и его дому наследников и потомков сохранять беспрерывно на царстве карталинском и кахетинском. 3) Власть со внутренним управлением сопряженную, суд и расправу и сбор податей предоставить царю в полную его волю и пользу, запрещая своему военному и гражданскому начальству вступаться в какие-либо распоряжения.

Артикул 7-ой. Царь же обещает за себя и потомков своих: 1) Быть всегда готовым на службу ее величества с войсками своими. 2) С начальниками российскими обращаться во всегдашнем сношении, по всем делам до службы ее императорского величества касающимся, удовлетворять их требованиям и подданных ее величества охранять от всяких обид и притеснений. 3) В определении людей к местам и и возвышении их в чины, отменное оказывать уважение по [125] заслуге пред всероссийскою империею, от правительства коей зависит спокойствие и благоденствие царства карталинского и кахетинского.

Артикул 8-ой. Ее императорское величество соизволяет, чтоб католикос или начальствующий архиепископ 179 грузинский состоял местом в числе российских архиереев, в 8-ой степени, именно, после тобольского, жалуя ему навсегда титул святейшего Синода члена; о управлении же грузинския церкви и отношении, каковое долженствует быть к Синоду российскому, о том составить особый артикул.

Артикул 9-ый. Ее императорское величество установляет, чтоб подданные царю князья и дворяне во всероссийской империи будут пользоваться всеми теми преимуществами и выгодами, кои российским благородным присвоены; а царь обязывается прислать ко двору ее величества списки всех благородных фамилий, дабы по оным можно было знать в точности, кому какое отличное право принадлежит 180. [126]

Артикул 10-ый. Постановляется, что все вообще уроженцы карталинские и кахетинские могут в России селитися, выезжать и паки возвращаться безвозбранно; пленные же, если оные оружием или переговорами у Турок или Персиян, иди других народов освобождены будут, да отпустятся во свояси, по их желаниям, возвращая только издержки на их выкуп и вывоз; сие самое и царь обещает исполнять свято, в рассуждении российских подданных в плен к соседям попадающихся.

Артикул 11-ый. Купечество карталинское и кахетинское имеет свободу отправлять свои торги в России, пользуясь теми же правами и преимуществами, коими природные российские подданные пользуются; взаимно же, царь обещает постановить с главным начальником пограничным, или с министром ее величества, о всемерном облегчении купечества российского в торге купцов в областях его, или в проезде их для торгу в другие места; ибо без такового точного [127] постановления и условие о выгодах его купечества места иметь не может.

Артикул 12-ый. Сей договор делается на вечные времена; но ежели что-либо усмотрено будет нужным переменить или прибавить для взаимной пользы, оное да возымеет место по обостороннему соглашению.

Артикул 13-ый. Ратификации на настоящий трактат долженствуют разменены быть в 6 месяцов от подписания его, или скорее, буде возможно.

Сепаратными же артикулами, в то же самое время постановленными, заключено:

В артикуле 1-ом. Советовано царю сохранять дружбу и доброе согласие с царем имеретинским Соломоном, дабы сии единоверные и единого происхождения народы пребывали между собою в дружестве и совершенном согласии в отражении соединенными силами всякого покушения на их свободу, спокойствие и благоденствие; и ее императорское величество обещает, не только споспешествовать событию сего толико полезного дела, но и на таковой мир и согласие дать свое [128] ручательство. Царь исповедует, что в делах взаимных с царем Соломоном, ныне и впредь признает ее величество совершенным арбитром, подвергая распри и недоразумения между двумя владетелями, паче чаяния происходящие, ее верховному решению.

В артикуле 2-ом. Для охранения владений карталинских и кахетинских от всякого прикосновения со стороны соседей, и для подкрепления войск царя на оборону, ее императорское величество обещает содержать в областях его два полные баталиона пехоты с четырьмя пушками, которым провиант и фураж по их штатам производиться будут в натуре от земли, по соглашению царя с главным пограничным начальником, за положенную в штатах цену.

В 3-ем. На случай войны, главный пограничный начальник всегда со стороны ее императорского величества уполномочен быть долженствует, с царем карталинским и кахетинским согласить и положить на вере о защищении означенных земель и о действии против неприятеля, который не инако как за общего врага разумеем быть должен. При чем постановляется, что ежели бы часть войск карталинских и кахетинских употреблена была для службы ее императорского величества вне пределов их, то оным имеет быть производимо полное содержание, противу прочих войск ее величества.

Наконец, в 4-ом. Ее императорское величество обещает, в случае войны, употребить всевозможное старание, пособием оружия, а в случае мира, настоянием, о возвращении земель и мест издавна к царству карталинскому и кахетинскому принадлежавших, кои и останутся во владение царей тамошних, на основании трактата о покровительстве и верховной власти всероссийских императоров над ними заключенного.

Заключение трактата торжествовано в Тифлисе 20 августа.

О сем событии князя Потемкина, о принятии Грузии в покровительство российское, посланы были к адербиджанским ханам универсалы.


Комментарии

130. Приписано: вернее, из Кандагара.

131. Приписано: Мугамет.

132. На полях рукописи: Кто Миралам-Шах? Не Трухменцы ли, или Хивинцы, или Бухарцы?

133. Приписано: (но в Мешеде Шах-Рох и его дети?)

134. Приписано: (весною же 1782 г.)

135. Тимур-Шах, по английским известиям, по кончине Надыра, владел в Кабуле и Кандагаре и других провинциях соседних Индии и Персии.

Не Тамерланов ли потомок?

У того Тимур-Шаха сын Ахмет-Шах.

136. Приписано: (Это сражение не с Мурат ли Ханом?)

137. Али-Мурат-Хан (1784 г.) берет подать в Испагане и в прочих местах. Крестьянин должен дать в год: с скота рогатого, с вола рабочего, коровы, лошади и катыра по 50 копеек; с барана 10 коп., с овцы дойной 20 коп.; с фруктовых дерев: с каждого батмана винограда 10 коп., с батмана душапу 15 коп.; с каждого дерева апельсинного, лимонного, померанцевого, бадряночного, яблочного, дулевого и прочих фруктовых, по 10 коп. с каждого.

В то же время продавался батман хлеба 40 коп., говядины 60 коп., баранины 80 коп.; курица 20 коп.; масла коровьего батман 3 руб.

Приписано: Сравнить с 1721 годом.

138. Фетали-Хан озабочен был скоро потом, осенью 1782 г., аварским Омар-Ханом, который, соединенно с дядею своим джангутейским салтаном, также с казыкумукским и табассаранским владетелем, имея до 12 т. войск, напал на владения Фетали-Хана, разорил несколько селений, убил более 500 и взял в плен более 1 т. душ и с тем ненаказанно возвратился.

139. Так пишет Радинг; но Фетали-Хан писал российскому министерству 1783 года, что граф Войнович, подведя близко к Баку три или четыре вооруженные судна, палил из пушек и кричал из всей силы, что ему императрица повелела с бакийского хана Мелик-Магомета взять 50 т. рублей, Баку пушками разбить, или же онаго магометанина из города выгнать и на его место возвести другого начальника.

140. За тем в скобках: (Но при том, почти все суда оказались за гнилостию впредь к употреблению негодными; почему, с крайнею поспешностью, и построены в Казани новые фрегаты и бомбардирский корабль, и приведены в Астрахань.)

141. Приписано: то есть, помирился с Али-Ханом, освободив Ибраим-Хана, и заплатил ему бесчестья 50 т. рублей. Гедает Али-Хана зенганского сделал своим зятем.

142. Приписано: По рапорту Потемкина, недостает шелку и дорогих каменьев на 90 т.

143. П. Г. Бутков переделал это предложение следующим образом: имел еще прежде в повелениях от князя Потемкина виды....

144. О таковом переселении на уральскую степь, или на луговую сторону Волги, кубанских Нагай, астраханский губернатор Бекетов представлял двору еще по побеге знатнейшей части Калмык; но ему 19 декабря 1771 года дано знать между прочим, что непосредственное с ними их однозаконцов сближение, т. живущих в казанской и оренбургской губерниях Татар, Башкир и Киргиз-Кайсаков, а чрез то и открытие обширного между магометанами сообщения, достойно большего уважения, нежели заселение луговой стороны Волги сими дикими ордынскими народами, от которых и тамошние ближние неукрепленные места еще больше обеспокоены быть могут, нежели поныне были от Калмык, особливо иностранных колонистов.

145. Период этот был сперва помещен П. Г. Бутковым в начале главы, в следующем виде:

Когда казалось, что все дела в отношении Крыма были уже кончены, хан Шагин-Гирей, в исходе июля 1783 г., со свитою своею, оставя Крым, прибыл чрез еникальский пролив в Таман, и тайно рассеянными письмами возбуждал кубанских Нагай к возмущению.

Генерал-порутчик.... и т. д.

146. Здесь, как и ниже, можно было бы также прочесть: Канакай или Канахай.

147. В № 13 рукописей П. Г. Буткова, стр. 77 представляет нам план этою сражения, данного 31 июля 1783 г., в урочище Урай-Илгасы, а не Ирай-Игласы, как значится в нашем тексте. (Изд.)

148. На полях, карандашом: Есть у меня план этой битвы (см. № 13 рукоп. П. Г. Буткова, стр. 74 и 76).

149. На полях?

150. Приписано: т. е. часть из Джетысан; впрочем за исключением последнего слова, эта приписка чрезвычайно неразборчива.

151. К этой главе приложена, на особом листке, следующая заметка:

Известно, что в Ромелии, близ Андрианополя, у города Ямболя, подле реки Марицы, находятся почти беспрерывно поместья разных султанов поколения Гиреев (Приписано: им дарованные.), из коих некоторые живут весьма бедно; а иные имеют весьма изрядные деревни и проводят в оных время так, как многие в Польше шляхтичи, соединяя вкупе гордыню с праздностию и беспечностию. Они имеют право, по силе преимуществ своих, возбранять и самим Туркам иметь у себя ночлег, если сами не пожелают. Из них-то Порта выбирает ханов в Крым.

Салтанские и крымских ханов родственники называются салтаны. Их в России почитали за князей; а мурз татарских за дворян, по указам Военной и Иностранной коллегий 1776 г. и Сената 1784 года.

Гиреев две линии: владеющая называется просто Гераи, и другая, Чобан-Гераи, т. е. Пастухи-Гераи. Последние потому, что одна из ханских жен прижила сына с пастухом; она казнена, а ребенок тайно спасен и воспитан у Черкесов. От него происходят Чобан-Гераи. Турки защищают и Чобан-Гераев, которые живут в Ямболи. Из Чобан-Гераев Порта возвела было Киора-Герая в ханы крымские, отставив Селим-Гирея после венской баталии, но чрез короткое время паки поручено правление настоящей линии Гераев (В 1791 голу жил бжедуховском народе салтан Максют-Чобан-Гирей.).

Салтаны определяемы были в сераскиры (Приписано: Кроме хана, калги и нурадина, которые выше сераскеров.); их было три: первый, закубанский, который обыкновенно жил в Копыле; второй определялся к Джетышкулам; третий к Джетысанам.

Сераскиры имели свой диван и осуждали сами на смерть; были главнокомандующими. Теперь, 1802 г., сии султаны кроме многих удалившихся в Ромелию, сколько их ни есть за Кубанью, никакого влияния не имеют на Закубанцов, а почитаются только по происхождению своему от Чингиза.

Привязанность к ним и потому имеется, что все почти Гиреи воспитывались у Черкес, Нагай, Абазинцов.

152. Приписано: вернее, до Царицынского редута и нынешнего Григориополиса.

153. В начале сказано: «Высокостепенным и знаменитым владельцам народа кабардинского и благородным узденям.»

154. По сему предмету еще в 1769 году от правительства российского замечено кабардинским владельцам, что как природные их люди и других посторонних наций невольники бегают из Кабарды по большей части от суровости своих хозяев и худого содержания, то нужно, чтоб кабардинские владельцы, общим советом и соглашением, сделали распоряжение о лучшем и сходнейшем с человечеством впредь в Кабарде холопей, а особливо не тамошних природных, содержания; почему и нужды им не будет делать побегов.

155. Дозволение князю Потемкину раздавать земли по линии моздокской желающим, под поселение, явствует в именном указе Сенату 22 декабря 1782 года.

156. Приписано: Вероятно Баматова, брагунского владельца.

157. Алда от Атагов около 30 верст.

158. Один Чеченец, захваченный Русскими на разбое и посаженный в колодки, разбил об стену череп своей головы и умер, дабы предварить стыд своего плена.

159. Все напечатанное за сим, до слов: Князь Потемкин Таврический предписал, составляет в рукописи приписку, на особом листке.

160. В надстрочной приписке: из адарханского владения.

161. В скобках: (да и в июне сжег ее Кек).

162. У Броневского. По рапорту Якоби от 11 сентября 1778 г. Персидский векиль Керим-Хан присылал подарки усмию, приглашая его с прочими горцами и Лезгинами идти на Грузию, дабы поставить царем ушедшего из России грузинского царевича Александра Бакаровича. В непродолжительном времени Керим-Хан умер и сие намерение осталось без всякого действия.

163. Писали тогда, что Ираклий сбросил Антония с башни.

164. За тем, в скобках: [особливо, что в августе 1781 г. свирепствовала язва в Тифлисе, и Ираклий принужден был удалиться в Кахетию].

165. В рукописи: за аланские.

166. В рукописи не выставлено года, а оставлен пробел, который пополняется помощью Hist. mod. de la Georgie, trad. par. Brosset, ч. II, вып. II, (СПб. 1857), стр. 248, пр. 1. (Изд.)

167. Причины сего описал в книге: История георгианская о юноше князе Амилахорове (перев. в СПб. 1779 г.), которую сей самый князь сочинил и напечатал.

168. Приписано: дав им знать, что князь Александр Грузинский на предприятие свое высочайшего соизволения не имеет.

169. После того, 6 апреля 1783 г., отправлен к царю Ираклию орден Св. Анны, для одного из его сыновей.

170. Здесь, на особом листке, приложена следующая заметка: Князь Потемкин приметив, что командующие на кавказской линии в сношениях с пограничными иностранными владетелями употребляли высокопарность, 27 апреля 1786 г. ордером предписал уменьшить ее в письмах их. Переводчики не поняв оной, таких наставят узлов, что и следу дела там не останется. При воспоминании обо мне, пишет князь Потемкин, не хочу я чтобы вы описывали меня ближайшим министром, а тем, что я есмь, и именно, главнокомандующим фельдмаршалом всех полуденных границ и высочайше уполномоченным в вашем краю.

171. Когда Персы и Турки Грузиею владели, и чрез каждые два года брали по 9 невольников, то на проезд их собираемо было со двора по 70 копеек; тогда же Персы и Турки брали для государей своих по 50 вьюков наилучшего вина.

172. Конские заводы в Грузии малы, не стоят замечания.

173. Ежели бы российский двор все сии обещания о дани принял за благо, то по вычислению нашему, сумма оной не превосходила бы в год 250 т. рублей, в том состоянии Грузии, в каком она тогда находилась. Ибо, по замечанию полковника Бурнашова, доходы царя вообще, и с данями от Ганжи и Эривана, простирались тогда до 400 т. рублей серебром и золотом.

174. В рукописи написано: повеление соизволение.

175. Доктор Рейнегс больше себя оказывал нежели должно. Он писал, что собирает желания всех тех из Армян, которые для своего счастия предаются России; что для принятия дальнейших мер, он условился с ними иметь сборным местом Арарат; но хотел знать от Потемкина, какими способами и сколь далеко ему вперед простираться; представлял при том и праздный трон Персии и Анатолию раздираемую бунтами. Между тем, называл себя полковником, а 12-летнего сына царя Ираклия Александра сделал своим лейтенантом и оба ходили в мундирах существовавшего только в мыслях Рейнегса армейского полка, коего Рейнегс почитал себя командиром; другой полк, из Осетинцов горских, по словам его, ходит еще инкогнито. Первой роты сего полка, из 45 человек состоящей, командир тагаурский осетинский старшина Кайтука, который пред тем только, 1782 г., принял христианскую веру, имев восприемником Павла Сергеевича Потемкина. Рейнегс обещал, что по первому мановению явятся на услуги 4 т. человек.

Князь Потемкин поручил ген. порутч. Потемкину выманить Рейнегса на кавказскую линию, говоря, что ласковостию в приглашении и обещанием земли на линии и других выгод, удобно можно склонить его к свиданию с вами. 10 июня 1783 г. Рейнегс был уже на линии кавказской, и более в Грузию не являлся.

176. Ордером князя Потемкина 26 июня 1784 г. замечено Бурнашову, чтоб он не воспринимал на себя долга быть наставником царским, и не писал бы предложить, когда должно ему доложить; что долг звания его не простирается далее услуг царю и весьма почтительных представлений.

177. Сверх того, доставлено Ираклию сверх сих знаков царская корона, и вместо повелительного жезла скипетр.

178. Форма сия, подписанная полномочными обеих сторон 24 июля 1783 года, содержит то наипаче, что в 1-ом и 7-ом артикулах сего договора содержится об обязательствах царя относительно империи всероссийской.

179. Верхней Грузии, т. е. Карталинии и Кахетии, католикос есть глава церкви грузинской, присвояет себе титул святейшества. Древле церковь грузинская зависела от антиохийского патриарха, но около 500 г. по Р. X. царь грузинский Вахтанг I Гургаслан, следуя примеру Армян, установил в царстве грузинском католикоса, который однако все еще оставался в зависимости антиохийского патриарха. Наконец, когда кахетинский царь Леон оказал помощь к освобождению Иерусалима от варваров, католикос грузинский, в награду за то, учинен независимым и самовластным. Под управлением его состояло все духовенство в Карталинии, Кахетии, Имеретии и Самцхе-Саатабаго, до отторжения последней области Турками; но когда Имеретия возымела особого царя, в лице Давида, около 1241 г., то сей царь установил в областях своих особого католикоса. Католикос есть первенствующий архиепископ, и обретается в числе тех пяти самовластных или независимых от патриархов архиепископов, кои показаны в книге: Описание четырех вселенских патриарших престолов, напеч. в СПб. 1784 г.

180. В переводе с имен фамилий карталинских и кахетинских князей и дворян, присланных от царя Ираклия, подписанных им 18 июня 1783 г., показано:

Князей, по грузински тавади:

карталинских

88

фамилий.

кахетинских

24

»

 

Дворян, по грузински азнаури: (У П. Г. Буткова написано: азонаури.)

принадлежащих собственно царю 82 фамилии
« католикосу 13 «
принадлежащих князю Эристову 18 фамилий
« князю Баратову 9 «
« « Мачабелову 2 «
« « Диасамидзеву 3 «
« « Цицианову 34 «
« « Тарханову-Моуравову 5 «
« « Амиречибову 3 «
« « Амилахорову 12 «
княжеств правлений Икотехавских 4 «
принадлежащих князю Багратиону-Давыдову 3 «
« князю Джавахову 6 «
« « Павленову 2 «
« « Хидирбекову 2 «
« мухранскому владетелю князю Багратиону 13 «
« князю Абашидзеву 19 «
« « Палавандову 7 «
« « Чхеидзеву 3 «
« « Херхеулидзеву 1 «
« « Тагтагову 2 «
« « Джембакуриан-Орбелианову 28 «
  сомхетскому мелику князю 4 «
« князю Авалову 6 «
кахетинских дворян 36 «

Здесь надобно заметить, что одни карталинские князья собственных дворян имеют, а кахетинские не имеют. Царские дворяне пред княжескими имели некоторые преимущества. В княжеские дворяне могли поступать из их домовых служителей, называемых мсахури, те, кои заслугами приобрели благоволение своего князя, и прежде утверждения их царем в сем достоинстве, должны получить от князя своего имение приличное дворянину, т. е. замок и деревню, которою хотя сей дворянин располагать и не может, однакож сам лично свободен. Должность их, служить на войне под знаменами своего князя и составлять его свиту.

Князья в Грузии разделялись на 3 степени: одни происходят от рода царей грузинских, другие выезжие, большею частию из Армян, ведущие род свой от владетелей, третьи возведенные в сие достоинство иди от шахов, или царскою милостию из дворян.

Царь Ираклий сообщая российскому двору оные списки о князьях, взял предосторожность, чтоб их в порядке имен не унизить одного пред другим, поелику у них существовало бывшее некогда и в России местничество. Он показал их в разных восьми списках и в каждом поместил восемь родов, по старшинству, один за другим; так, что все написанные первыми, во всех восьми списках, суть в степени равны, написанные во вторых тоже, и так далее.

Сия предосторожность российского правительства о получении списков князьям и дворянам весьма принята благоразумно; ибо до того, в последние времена, цари без разбору милостию своею облекали многих в княжеское и дворянское достоинство; но по сообщении сих списков, от того удержались, или, по крайней мере, скрытнее в том поступали, присоединяя постороннего человека к какому-либо известному княжескому или дворянскому роду, с позволением ему носить имя той фамилии.

Текст воспроизведен по изданию: Материалы для новой истории Кавказа с 1722 по 1803 год П. Г. Буткова, Часть II. СПб. 1869

Еще больше интересных материалов на нашем телеграм-канале ⏳Вперед в прошлое | Документы и факты⏳

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2024  All Rights Reserved.