Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

24. — 1850 г. октября 24. — Доклад эриванского губернского управления губернатору о ликвидации борьбы крестьян дер. Бжни против помещика Арсен султан Кегамова.

Жители Новобаязетского уезда дер. Бжни, в числе 40 семейств, поданным г. эрив. воен. губернатору, управляющему гражд. частью прошением 20 марта текущего года, объяснили, что в прошлом 1843 году они 2 раза жаловались эрив. уездному нач-ку на мулькадара своего, жителя гор. Эривани чиновника Арсена Султана, который уже 6 лет как, взыскивает с них мульк свой вдвое более, чем ему следует.

А) Прап. Арсен султан Кегамов в объяснении своем отозвался: (См. «Объяснение» Арсен султан Кегамова, стр. 48)

... Б) Жалобщики, жители дер. Бжни, 37 человек, спрошенные в пояснение их жалобы и против объяснения прап. Кегамова, показали:

1) что действительно Арсен Султан Кегамов е 1840 г. по 1847 год взыскивал с них за разные земные произведения только 4/30 части, что [62] же касается до того, что в прошении их написано, что будто бы он. Кегамов, взыскивал с них двойной мульк, 6 лет сряду, то это произошло от ошибки писавшего и сочинившего это прошение, ибо они сочинителю этого прошения объясняли, чтобы он в прошении написал то, что Арсен салтан в настоящее время требует с них со всех земных произведений, в противность прежнему порядку, 7/30 частей, того как, они ему платили только 4/20 части. В 1847 и 1848 г., хотя действительно, по снисхождению г. Кегамова, по случаю истребления саранчою произведений а существования холеры, они дали ему только 3/30 частей из всех земных, произведений, но однако же 4-ую часть дали саркеру его, жителю гор. Эривани, Геворку Джанибекову и рабочим, снимавшим хлеб, что и составит 4/30 части; правда и то, что г. Кегамов взыскал с них повинностей место 2 р. 50 кон. только по 2 руб. сер., — но может ли уступка эта равняться нечисленной г. Кегамовым сумме 2113 руб. сер. — они определительно утвердить не могут.

2) Действительно и то, что 5 семейств, поименованные в этой пункте, при жизни предков Кегамова и в его, Кегамова, время определены собственно для присмотра за посевами его и уборкою их, за скотом, домом и прочими хозяйственными работами Кегамова, но казенных повинностей они не отбывают, а отбывает таковые за них общество, исключая только, что они в течение 25-ти лет заплатили только 2 раза казенную повинность, т. е. за 2 года и именно за 1 год пред сим, назад тому 5 или 6 лет, да за прошлый 1849 год, что освобождение этих семейств от всех повинностей, Кегамову с них следуемых, исключая казенных, их нисколько ни в чем не стесняет; но несправедливо объяснение Кегамова в том, что будто бы они, жалобщики, через уступку его им из повинностей но 50 коп. сер., из признательности к нему уступили 5-ти семействам казенную повинность по 2 руб. сер., напротив того, они не из расположения к Кегамову, а из притеснений его заплатили за эти 5 семейств казенную повинность; о том же, что Кегамов заставляет их неправильно и к обременению их платать за эти 5 семейств земскую казенную повинность, сослались на 11 чел. жителей деревень Алапарс и Арзакан; караульного действительно они всегда постоянно дают ему, Кегамову, в Эривань, и не в те времена, как г. Кегамов объясняет, но во всякое время года, который поочередно сменяется через 10 дней, в этом также могут подтвердить те же самые жители; в настоящем же году караульного не давали по случаю принесения г. воен. губернатору на Кегамова жалобы о стеснениях.

3) Не в одном 1849, но и в 1845 году, т. е. в то время, юли [63] Кеганов был б Тифлисе, взыскал с них 7/30 частей со всех произведений земля они считают себя необязанными ему платить этого количества, и правильнее будет платить ему 6/30 частей так точно, как платят другие жители тиульных деревень Эрив. губернии, потому что положительного правила на эту меру они не знают и им о том, чтобы тиульные деревни платили владельцу своему 7/30, ни от кого до сих пор объявляемо не было; в том же, что Кеганов и в 1845 году взыскал с них 7/30, могут свидетельствовать те же свидетели, какие обозначены во 2-ом пункте.

4) Ошибочно написано в прошении их то, что будто бы они доставляют Кеганову с каждого семейства по 8 вьюков дров, напротив того, дрова доставляются так точно, как объясняет г. Кегамов. Повинность эта тяжко обременительна для них, и как прочие тиульные деревни Эрив. губернии не отбывают ее, то и они считают себя необязанными таковою.

5) По примеру прочих тиульных деревень Эрив. губернии, которые платят своему владельцу повинностей только по 2 рубля сер., то и они обязаны платить столько же.

6) Объяснение г. Кегамова в том, что он с них брал сена с гампы 60, с 3-х чареков по 45, с полугампы по 30, а е чарека но 15 пучков, действительно справедливо, саману же за ними не оставлял, а взыскивает оный назад тому шесть лет с каждой гампы по 20 сапеток, в этом могут свидетельствовать те же лица, которые обозначены во 2-ом пункте.

7) Г. Кегамов не имеет в дер. Бжни и в окрестностях собственных своих пастбищных мест, но все таковые места принадлежат жителям их деревни, а потому они и не обязаны давать ему ни сыру, ни масла, и даже барашек, — все это г. Кегамов написал несправедливо; о том же, что Кеганов не имеет и не имел собственных своих пастбищных мест, могут подтвердить те же свидетели, которые обозначены во 2-ом пункте: они же могут подтвердить и то, что г. Кегамов брал несправедливо ежегодно с них сыру не 50, а 40 батм. (в прошении написано 50 батм. по ошибке) и масла с каждого семейства по 1 батм.

8) Несправедливо г. Кегамов объясняет, что он берет только в течение летнего пребывания его в их деревне только 100 лошадей; напротив того, он, г. Кегамов, переберет у них таковых в лето 300. Что же касается до того, что в прошении написано, что г. Кегамов берет 400 лошадей, то как лишние 100 считают за то, что он посланных своих насылал в дальний путь и на долгое время; в этом могут свидетельствовать те же свидетели, которые обозначены во 2-ом пункте.

9) Не в прошлом 1849 году, как написано в прошении по ошибке, а [64] назад тому 3 хода г. Кегамов взял с них 5 халв. пшеницы, из которых половину уже заплатил, а остальные 2,5 халв. остается и до сих пор за ним.; половину этой пшеницы он, г. Кегамов, употребил для посевов, а половину смолол, которую они и доставили к нему в Эривань; но несправедливо в объяснении его, Кегамова, в том, что он будто бы через старшину Багира Гусейн Али оглы и служителя своего Манука Вартанова взял только у 17 семейств 2 халв. и 23 батм. и из оной будто бы отдана половина; это обстоятельство так же могут подтвердить те же свидетели, которые обозначены во 2-ом пункте.

10) Они часто бывают на казенных работах на разработке большой почтовой дороги и в Дарачичаге, но никогда денег за работу не получали, а получают таковые или помещик, г. Кегамов, или же сам старшина Багир Гусейн Али оглы. К этому приводят они, жалобщики, то, что в прошло 1849 г. бывш. помощник Гекчинского участкового председателя кн. Мачабелов отдал Багиру за казенную работу 11 руб. 15 кон. сер., но помощи Кегамов объявил им, что деньги их он подарил Багиру, что может подтвердить и сам Багир, а свидетелей не имеют. Что же касается до публикаций то они их в своей деревне никогда не слышали и полагают, что от них им скрывают или помещик Кегамов, или же старшина Багир, но доказать этого не могут.

11) Действительно они получают от г. Кегамова но 10 халв. семена засевают ему, Кегамову, — своим плугом по 3 дня в году, потом снимает, обмолачивают и доставляют к г. Кегамову туда, куда он прикажет; но они же считают себя обязанными этого ему делать, потому что это не исполняется в прочих тиульных деревнях Эрив. губернии, но помещики довольствуются только чистым доходом.

12) Действительно во все время пребывания г. Кегамова в с. Бжни с семейством своим и прислугою они, жалобщики, по требованию Кегамов дают ему каждый день цыплят, яйца, сыр и масло и барашки без платежа; первых он, г. Кегамов, переберет в течение этого времени 700 штук, второго, 2000 штук, масла 20 батм. и барашек 40 штук, свежей енджи и травы по 3 вьюка в день, а иногда и более, в особенности когда у него гости, дров в день по 3 и 4 вьюка, караул по 2 чел. ночью и но одному постоянно днем, рабочих по 200 чел. в год; то же самое отбывает и священник их селения Тер Григор Авдалов, печеного же хлеба он, Кегамов, не брал, и в прошении написано это по ошибке; что повинность эта не принимается г. Кегамовым в расчет годовых повинностей. Все это могут подтвердить те же самые свидетели, которые обозначены во 2-ом пункте. [65]

13) Хотя г. Кегамов и не сознается в жестоком с ними обращении, по этому нельзя верить, ибо он за самые пустяки всегда и жестоко наказывает их; из них Азата Крикорова в течение всего его жительства в их деревне наказал 3 раза жестоко палками и беспрестанно ругает их, что могут подтвердить те же свидетели, которые обозначены во 2-ом пункте. В заключение всего этого жалобщики объясняют, что деревни тиульные Эрив. губернии, в которых не исполняется помещикам то, что они исполняют, есть: Елгован, Шорлы-Демурчи и Чирвен, и что их никогда никто не подстрекал к принесению настоящей жалобы г. Эрив. воен. губ-ру. но весе они принесли таковую по собственной своей воле и вынужденные притеснениями помещика своего, Кегамова.

В. Находящиеся в услужении г. Кегамова старшина Багир Гусейн оглы и 4 чел., поселяне бжнинские, подтверждая объяснение Кегамова, присовокупили, что хотя требования г. Кегамова с жителей их деревни, заключающиеся в масле, барашках, цыплятах, яйцах и прочих жизненных припасах, и были излишни, зато он, Кегамов, все это зачислил им в число следующего ему с них со всех земных произведений годового дохода, т. е. брал с них вместо следуемой ему части с 7/30 только 4/30, что жители нисколько этими требованиями не стеснены. Также не могут быть они стеснены и тем, ежели г. Кегамов будет брать с них со всех земных произведений 7/30 частей, потому что в их деревне весьма достаточные и усердные к работе могут за уделением помещику 7/30 жить без нужды, притом же в этой деревне почти у каждого весьма достаточное скотоводство и овцеводство, которые всегда пасутся на пастбищных местах, принадлежащих помещику Кегамову; что вся цель поселян, жалующихся на Кегамова, есть та чтобы поселиться в казенной деревне, и не к бедности, и не от угнетений г. Кегамова, но по подстрекательству к тому недоброжелательных людей. Что же касается до денег 11 руб. 15. коп. сер., то хотя оные действительно были отданы из показателей старшине Сатир Гусями оглы кн. Мачабеловым за работы, но деньги эти поступили в общественную сумму на наем караульных на почтовой дороге.

Г. 9 чел., остальные поселяне дер. Бжни, не жаловавшиеся на Кегамова, без присяги спрошенные, подтверждая объяснение последнего и показание старшины Багира Гусейн оглы, добавили, что жестокостей ни им, ни прочим односельцам их, жалующимся на Кегамова, он не делал.

Д. Бывший саркар Кегамова эрив. житель Геворк Джанибеков, тоже без присяги спрошенный, подтверждая показание жалобщиков в том, что для Кегамова собрано от них в 1848 году земных произведений 3/20 и из [66] 4-ой части они заплатили половину ему, показателю, а половину рабочим снимавшим и молотившим хлеб, и что за 1849 г. Кегамов взял уже 7/30 частей, отозвался, что до 1848 г. был саркаром в их деревне житель с. Канакир Аслан Казумов, он же, показатель, в течение пребывания саркаром не замечал, чтобы Кегамов обращался с жителями жестоко, но жизненные припасы брал с жителей во время пребывания своего в этой деревне с семейством, которые, вероятно, г. Кегамов и зачислял им в число годового, расчета; чего же и сколько именно им, Кегамовым, забрано у жителей, он припомнить не может.

Е. Затем показали, без присяги, священники дер. Бжни:

1. Тер Григор Тер-Багдасаров, что он действительно все те повинности отбывает, какие отбывают простые жители с. Бжни помещику их, г. Кегамову, т. е. дает масло, баранов, яйца, цыплят и прочее, а из земных произведений дал в 1849 г. 7/30 частей, в прочих же годах давал 4/30 и 3/30 так точно, как значится в показании Азата Крикорова. — Тех из жителей, которые не исполняют требования Кегамова, он, г. Кегамов, наказывал палками и розгами, чему он, показатель, был очевидцем; кого же именно наказывал, припомнить не может; также припомнить не может и того, с кого что взята им, Кегамовым, неправильно из продуктов и земных произведений. Этими повинностями он, показатель, как духовное лицо, крайне обременен и просит начальство освободить его от этого и предоставить права, лицам духовного звания присвоенные;

и 2. Тер Тевоторос Тер-Киракосов, что он помещику своему никаких повинностей не отбывает и, что именно и с кого что берется помещиком Кегамовым, он ничего не знает, и почему жители их деревни принесли на него жалобу, показатель также не знает и не замечал никогда, чтобы г. Кегамов обращался со своими жителями жестоко или наказывал кого из них.

Ж. Наконец, спрошенные под присягою, по ссылке жалобщиков, жители деревень Алапарс и Арзакан, 10 человек, показали: І. что им хорошо известно, что тиулист дер. Бжни прап. Арсен султан с 1840 по 1847 г. брал с жителей этой деревни с урожая земных произведений 4/30 частей, 1840 в 1847 и 1848 г. действительно, по снисхождению его, Кегамова к жителям по случаю холеры и саранчи, взято с них тех же земных произведении только 3/30 части, а 4-ая часть отошла саркарам его, Кегамова, и рабочим, снимавшим в тех годах хлеб; какая же именно часть следует тиулисту из земных произведений, т. е. 7/30 или 4/30 им настояще неизвестно, не слышали от других, что тиулисту следует 7/30 частей только из земных [67] произведений. Слыхали и то, что г. Кегамов взыскал с жителей этой деревни повинностей за 1847 г. вместо следовавших ему 2 руб. 50 коп. только 2 руб., но следует ли ему эта повинность по правилам тиулиста, они не знают. 2. Не знают и того, заставлял ли Кегамов жалобщиков платить земскую казенную повинность за считающихся у него, Кегамова, нукерами 5 семейств, и даже не слыхали об этом ни от кого. Также неизвестно им, дает ли общество г. Кегамову в Эривань одного караульного.

3) В 1848 и 1849 г. г. действительно г. Кегамовым взыскано произведений 7/30 частей;

4) Жители дер. Бжни дрова и уголья доставляют владельцу своему по раскладке, т. е. гампа по 8 вьюков, а чарек по 2 вьюка.

5) Показатели не знают правила — следует ли тиулисту повинностей по 2 руб. 50 коп. или ровно по 2 рубля, также не знают по сколько этой повинности платят в прочих тиульных деревнях Эрив. губернии своим тиулистам.

6) Получает ли г. Кегамов с жителей дер. Бжни сено и саман и в каком количестве, или нет, им совершенно неизвестно, но слыхали, что он всегда почти оставлял за жителями саман, потому, во 1-х, что у него скота очень мало, а во 2-х, что у него, Кегамова, бывает и свой саман, от собственного своего хлеба, который жители для него засевают.

7) Они утвердить не могут, имеет ли г. Кегамов в дер. Бжни иди в окрестностях оной собственные пастбищные места, или нет; и полагают, что все те места, где жители этой деревни пасут своих баранов, принадлежат ему, г. Кегамову, как помещику или тиулисту, и он вправе их сдавать или своим жителям, или посторонним; и если бы он отдал посторонним, тогда жители этой деревни не могли бы иметь у себя столько баранов, сколько они теперь имеют. На этом основании он, г. Кегамов, и берет с них сыр, масло и барашков, но не с каждого семейства, а с того, кто только имеет баранов, с каждой гампы масла по одному батм., а сыру не знают сколько именно, и по одному барану.

8) Они хорошо знают, что г. Кегамов во время пребывания своего в дер. Бжни берет лошадей у жителей для разных посылок и прочих надобностей, но сколько таковых в течение этого времени переберет — им совершенно неизвестно; но трудно поверить, чтобы он, г. Кегамов, в течение того времени перебрал лошадей триста; о том же, чтобы он досылал своих людей или сам ездил в дальний путь и тем замедлял возвращение хозяевам лошадей, они ничего не знают и ни от кого не слыхали. [68]

9) О пяти халв. пшеницы, данных будто бы жалобщиками помощнику своему, г. Кегамову, им ничего неизвестно.

10) О работах жителей дер. Бжни на почтовой дороге и в Дарачинаге и о заработанных ими деньгах, а также и о публикациях они ничего не знают и не слыхали.

11) Действительно им известно, что г. Кегамов дает жителям своим семена, количества которых не знают, и они для него, Кегамова, своим плугом по 3 дня в году засевают, снимают, обмолачивают и доставляют, куда прикажет, но того, обязаны ли они это делать, им, показателям, неизвестно.

12) Действительно им известно, что Кегамов во время пребывания в дер. Бжни летом брал с жителей без платы цыплят, яйца, масло барашков, енжи, траву, дрова, но сколько чего взято — им совершенно неизвестно, неизвестно также и то, принимал ли г. Кегамов все это в расчет годовой повинности с жителей, ему следовавшей, ибо они, показатели, при их расчетах не присутствовали; известно же им, что жители во время этого пребывания г. Кегамова дают ему караульных только по 2 чел. в сутки, но ушли они ему рабочих и сколько именно в год, они не знают; этой повинности подвергается и священник этой деревни Тер Григор Авдалов, а другого священник Тер Киракосов Тевоторос от всего этого Кегамовым освобожден по преданности его к нему.

13) Совершенно не знают и ни от кого не слыхали, чтобы г. Кегамов с жителями дер. Бжни, а в особенности с жалобщиками, обращался жестоко, или когда-либо кого из них наказал; но знают совершенно, что причина к принесению жителями на г. Кегамова начальству жалобы всем неудовольствиям к Кегамову была та, что в 1848 и 1813 г. взыск с них с земных произведений по 4/20 части.

Между тем временем, пока прописанное следствие производилось, жалобщики, жители дер. Бжни, вторичным прошением, г. воен. губернатора поданным, домогались дозволить им из дер. Бжни выселиться на казенную землю, в разоренную дер. Куру-Калавер с тем, чтобы Кегамов не препятствовал им в этом и не отнимал бы их собственности, как это им делалось доныне, и довольствовался бы тем, что останутся ему дома их, и чтобы в настоящее переселение они могли успеть вспахать новую под посевы землю, присовокупляя, что оставаться на земле Кегамова ни на каких условиях они далее не могут, зная характер и его в отношении их действия.

А г. Кегамов поданным отзывом объяснял, что бжнинские жителе довольствуясь сделанным по восстановленному следствию [69] распоряжением начальства, неуместными и неправильными жалобами наносят начальству беспокойство и, причиняя ему, Кегамову, и себе большие убытки, остановили всякие работы по сельскому хозяйству; причем представил подлинный приказ бывш. гокчинским участковым заседателем обществу этой деревни в ноябре 1849 г. за № 1908 данный впоследствии жалобы их, принесенной в том 1849 г. эрив. уездному нач-ку, каковым приказом, согласно предписанию эрив. уездного нач-ка от 25 октября за № 6408, строго вменено старшине и обществу, чтобы тиулисту прап. Кегамову непременно было вносимо 7/30 частей земными произведениями, по 2 руб. 50 коп. подымных с каждого дыма, и чтобы ему отбывать все повинности, какие отбывают прочие жители Эрив. уезда своим тиулистам и какие только доныне отбывали Кегамову.

В разрешение сей последней просьбы губ. правление по журнальному постановлению 28 апреля за № 1383 предписывало новобаязетскому уездному нач-ку, чтобы он немедленно лично отправился или не командировал помощника своего в дер. Бжни и заставил бы жалобщиков по исполнении всего, чем они обязаны были доныне тиулисту, заняться тотчас по-прежнему распашкою земель и посевов хлеба, а также и другим хозяйством без всякого уменьшения против прошлого времени, внушив при том им, что одним уклонением своим от этого, убыточным как для тиулиста, равно и для них самих, они нисколько не убедят в справедливости своей жалобы на Кегамова, которая не иначе может быть прилгана таковою, как по формальному оной обследованию и полном доказательстве, чего доныне еще не видно; если же чрез уклонение их от хозяйственных занятий тиулист понесет ущерб в доходах, ему по положению следуемых, и о том от него будет принесена жалоба, то, по исследовании справедливости оной, крестьяне обязаны будут вознаградить эти убытки собственностью, в чем обязать их подпискою и таковую представить в губ. правление.

На это подполковник Оников, от 16 июня за № 1440, донес, что он и помощник его тит. сов. Черняховский лично на месте неоднократно внушали жителям дер. Бжни, жалующимся на тиулиста своего Кегамова, что бы они непременно занялись хозяйственными работами и всем тем, чем они доныне обязаны были Кегамову, что хотя они и обязаны помощником его подпискою исполнять все это, но не приступили к работам и к выполнению всех повинностей, владельцу их следуемых. Почему он, Оников, отправился в эту деревню и вновь внушал им быть в повиновении своему владельцу и исполнять все то, чем они были обязаны ему, предварял их при том, что за ослушание приказаниям начальства они будут строго [70] наказаны, но и это на них нисколько не подействовало и они решительно единогласно отозвались, что никаких работ и повинностей помещику своему отбывать не обязаны и не будут и что они всякое наказание готов перенести, лишь бы не быть подвластными Кегамову.

Видя столь азартное объяснение жалобщиков и неповиновение местным властям и заметив из числа их трех: Азата Крикорова, Огана Арутюнова и Халила Ахмед оглы, более всех упорствующих в неповиновении и имеющих сильное влияние на односельцев своих, он, уездный начальник, в прекращение всех этих беспорядков и могущих произойти от того несчастий, заарестовав этих людей, отправил на эрив. гл. гауптвахту для содержания под стражею.

Вслед затем остальные жалобщики, прибыв к г. воен. губернатору, сопровождении жен и детей, изустною жалобою, не объясняя ничего нового, требующего по важности неотложного удовлетворения, выразили одно токмо неукротимое упрямство и желание возмутительным своим движением вынудить освобождение их от обязанностей тиулисту, ибо после личных троекратных его пр-ва внушений исполнять повинности тиулисту не уклоняться от распашки земель в предупреждение убытков для них, же самих от потери удобного времени, впоследствии ничем невознаградимо и что ежели по произведенному следствию окажется, что тиулист дозволяют себе излишние поборы, то, конечно, начальство не замедлит оградить крестьян от таковых сборов. Жалобщики, оставаясь непреклонными, отказались притом исполнить приказание его пр-ва возвратиться в свои дома. Почему его пр-во вынужден был приказать более строптивых из толпы наказать тут же телесно и затем под прикрытием воинского конвоя выслать непокорных в деревню и, донося 24 июня за № 299 г. нач-ку гражд. управления, г. воен. губернатор полагал, оказавших на месте самое непреклонное неповиновение: Азата Крикорова, Огана Арутюнова и Халила Ахмед оглы, вовлекших и прочих крестьян в ослушность и отправленных уездным нач-ком на эрив. крепостную гауптвахту, где они и ныне содержатся, чтобы явить необходимую в подобных обстоятельствах строгое для обуздания всех вообще крестьян, высматривающих последствия неповиновения бжнинцев и расположенных при успехе сих последних увлечься их примером, крайне необходимым, — ныне же в порядке административного мероприятия выслать из Закавказского края, в особенности из Эрив. губернии, в одну из великороссийских губерний впредь до усмотрения и до окончательного раскаяния как их самих, так и односельцев их, [71] вовлеченных примером и наущениями к явному неповиновению местной и высшей в губернии властям.

Вслед затем однако поступили следующие бумаги:

1) Прошение жителей дер. Бжни, поданное г. воен. губернатору 28 августа, в котором, объясняя, что две недели тому назад они лично просиди его пр-во об освобождении из-под ареста односельцев их 3-х чел., по уважению, что в настоящее время посевы их уже поспели и наступило время жнитвы, а также и других осенних полевых работ; семейства же арестованных, не занимаясь без хозяев работою, находятся теперь в крайней нужде я даже претерпевает недостаток, в пропитании и что хлеба их остаются не снятыми с корня; почему, принося раскаяние в поступке своем, просят даровать прощение односельцам их с освобождением их из-под ареста;

2) Письмо тиулиста Кегамова, в котором он, убеждаясь наставлением, данным ему г. воен. губернатором, изъявил готовность для благополучия крестьян тиульной его деревни уступить им одну часть из 7/30-х, по положению ему причитающихся, и на этом основании согласен получить с земных произведений 6/20-х, а за некошенное сено с каждого семейства гампы 60 пучков и с саману по 20 сапеток, что составит десятую долю противу следуемых ему, Кегамову, частей в сравнении с 7/30 частями.

В разрешение сих последних, прошения и письма, его пр-во частно изволил ходатайствовать пред г. нач-ком граж. управления, чтобы во уважение принесенного виновными чистосердечного раскаяния назначенная им г. воен. губернатором мера наказания была отменена. Ныне, в ответ на сие ходатайство, экспедиция гос. имуществ в отзыве от 30-го сентября № 785 уведомляет, что по докладу г. нач-ка граж. управления кн. наместник изволил изъявить согласие — крестьянам Крикорову, Арутюнову и Ахмед оглы вменить в наказание за их преступление содержание под стражею; причем экспедиция требует донести о заключении губ. управления ко жалобе крестьян на своего тиулиста. На этом основании арестанты освобождены.

СПРАВКА.

Эрив. губ. правление, приступив к, рассмотрению сего дела и не находя в нем ничего определительного в том: какими именно доходами и в каком количестве установлено пользоваться тиулисту Арсен султан Кегамову, и вообще тиулистам, с поселян, в пожалованных им деревнях живущих, сочло необходимым, для извлечения об этом сведении вытребовать [72] дела: .1) из эрив. губ. суда о прекращении тиульного права Кегамовых на деревни: Бжни, Гею-Килиса и Елговань; 2) из губ. архива о правах дельцов имений тиульных и мулькадарских, заведенное 23 декабря 1834 г. 3) из эрив. уездного управления такого же содержания, заведенное 4-го февраля 1847 г.

По рассмотрении сих поименованных дел оказалось: В первом, какие именно предоставлены Кегамовым доходы с деревень Бжни и других, ни чего совершенно не видно; имеется только в этом деле между прочими Документами копия с приказа последнего эрив. сардаря, данного отцу Арсен султана Кегамова Парсег юзбаши 1825 году, следующего содержания: (См. копию приказа на стр. 55 этого сборника, — Ред.)

... Из этого же дела усматривается еще и то, что по смерти, в 1840 г. отца Арсен султана, Парсег аги, бывш. эрив. уездный суд решением определил было прекратить тиульное право сына его Арсен султана и других родственников на дер. Бжни, Гек-Килиса и Елговань с уничтожением и документов на оное, но совет гл. управления Закавказского края по рассмотрении принесенной на это решение жалобы Арсен султаном, журнале 8 мая 1846 г. состоявшимся и утвержденным кн. наместником кавказским, имел в виду высочайше одобренное предположение об устройстве местного права в мусульманских провинциях Закавказского края и с приведением предположения сего в исполнение должны быть определены и права тиулистов и мулькадаров одновременно с правами беков и агаларов, постановил: «До окончания этого дела доходы с тиульных деревень должны оставаться в свободном пользования Кегамовых».

Во втором, по требованию Комитета об устройстве мусульманских провинций, от 24 декабря 1834 г. за № 73, бывш. нач-к Армянской области в сведениях, этому комитету доставленных 25 июля 1833 г. за № 4637 о правах на тиульные имения и проч., объяснил, в пунктах: 2-м «Доходы какие получаются от тиула, известны, и владетель оного сверх положенного требовать не должен». 3-ем «Значение тиулов есть не что иное — как только право получать с отданного в тиул селения доход, казне следующий».

В третьем, по предписанию г. нач-ка гражд. управлении Закавказским краем от 30 января 1847 г. за № 26 о доставлении его с-ву для окончательного производства дела об определении отношений поселян к владельцам, вообще по всей мусульманской части края, подробного изложения существующих ныне отношений поселян к владельцам земли эрив. [73] уездный нач-к в записке, представленной его с-ву при рапорте 13 августа 1847 г. за № 4842, изложил между прочим следующее: с самою завоевания Армянской области права здешних владельцев (мулькадаров) в отношении к казенным крестьянам, живущим на их землях, почти не изменялись до 1834 г. — Поселяне в то время вносили владельцам: тиулистам из 30-ти 7 частей урожая всех произведений и но 2 руб. 50 коп. с дыма, доставляли эти произведения в те места, куда владельцам было угодно, напр. в Эривань, давали прислугу, содержали саркаров и т. п., не касаясь доходов, ими получаемых за сады, зимовники и овчарники, но с 1834 г. разделение жителей на классы уничтожено (Последняя фраза отчеркнута на полях) и воспрещено доставлять произведения в Эривань, введено общим правилом, чтобы владельцы получали от жителей в свою пользу известную часть всех произведений, полагая в том числе саман, сено и енджу.

С того времени доныне этот главный доход мулькадаров не изменялся и на нем в существе основана ныне введенная система взыскания казенных податей, не определены однако права мулькадаров в отношении получения с живущих на их землях казенных крестьян других частных доходов, усвоенных при персидском правительстве, и взимание таковых доходов, как произвольно взыскиваемых, вынуждает жалобы поселян.

Ныне доходы владельцев разделяются на два разряда, признанные правительством: 1) получение, тиулистами по 2 руб. 50 кон. сер. подымной подати и из 30-ти 7 частей со всех произведений; 2) получение по 80 коп. сер. за каждое сомарное место, занятое под огороды, сады я бостаны.

Введенные обычаями: 1) право пользоваться 2 -мл халв. земли с каждой ахчи; 2) содержание поселянами саркаров и продовольствие их лошадей; 3) получение доходов по собственному назначению с овчарников и зимовников; 4) сбор денег по 80 коп. за одну сомарную землю, занятую для посадки разного рода деревьев, или леса, четвертую часть натурою и перевозка поселянами получаемых от них владельцами доходов в дома их.

Мнение. Управляющий хоз. отделением советник, сообразив жалобу поселян дер. Бжни на тиулиста своего, прап. Арсен султана Кегамова, за излишнее взыскивание последним с первых разных повинностей и за жестокое будто бы обращение, с следствием, по этой жалобе произведенным, и сведениями, в справке объясненными, находит, что взыскивание [74] Кегамовым с жалобщиков земных произведений из 30-ти 7 частей, подымной, подати по 2 руб. 50 коп., сена, саману, енджи, сыра и масла, а также взимание дохода за пастбищные места производится правильно и не в лишнем количестве против того, что установлено обычаями и производите с подобных имений др. тиулистами и что добровольная уступка им, Кегамовым, в некоторые против следуемой ему по положению частях земных произведений и подымной подати, не дает жалобщикам никакою права домогаться таковой уступки навсегда; поэтому жалоба поселян на Кегамова в отношении помянутых поборов совершенно неосновательна. Равно нельзя признать основательною жалобу поселян: 1) на жестокое с ними обращение Кегамова, ибо он опровергает это в ответе своем и сторонние люди не подтвердили ссылки жалобщиков, и 2) на неудовлетворение их заработанными деньгами и необъявление им публикации правительства, — потому что эти предметы до тиулиста Кегамова не относятся и он в оные не вмешивался. Неосновательна также жалоба поселян и на содержание Кегамовым у себя в прислуге 5 семейств, ибо семейства эти никакой претензии на Кегамова не имеют и жалобщики не несут за них никакой повинности Кегамову.

Засим предстоит рассмотреть требование Кегамовым от поселян:

а) одного караульного в Эривань,

б) доставки ему дров, в) лошадей для разных его посылок, г) распашки ему земли и уборки с оной хлеба, д) рабочих для разных надобностей, е) кур, цыплят, масла, яиц, барашков, дров, кошенной травы и прислуги, во время летнего пребывания его в селении.

Из приведенных в справке Сведений, доставленных г-ну нач-ку гражд. управления и изложенных в записке эрив. уездною нач-ка 13 августа 1847 г. за № 4842, не видно, чтобы все эти предметы крестьяне; обязаны были отбывать тиулистам; но между тем в этих же сведениях говорится, что с самого завоевания области крестьяне давали прислугу и тому подобное и что при введении с 1834 г. общего правила, по коему владельцы получают известную часть земных произведений, в том числе саман и енджу, — не определены однако права мулькадаров в отношении получения с живущих на их землях казенных крестьян других частных доходов, усвоенных при персидском правительстве. О тиулистах же собственно уездный нач-к ничего с положительностью не объяснил, относя все собранные те сведения преимущественно и большею частью до одних только мулькадаров и говоря о сих последних, смешивает с ними тиулистов, имеющих гораздо обширнейшие права и преимущества. [75]

При таковой вообще в настоящее время неопределительности отношений поселян к своим тиулистам правильность или неправильность требования Кегамовым объясненных повинностей представляется неразрешимою; и как нет основания признавать права тиулиста на подобные поборы, на столько же в равной степени и отвергать их — было бы мерою слишком произвольною. Напротив, в сем последнем случае в пользу собственно тиулиста Кегамова говорят следующие обстоятельства: 1) что повинностями этими, как объясняет Кегамов в своем отзыве, он пользуется не с настоящего времени, но что они существовали гораздо прежде, и предки его всегда при персидском правительстве имели на эти повинности неоспоримые права, чего не отвергают и поселяне бжнинские, принесшие на тиулиста жалобу, и 2) что документом, в справке прописанном (уничтожение силы которого в виду не имеется) предоставлена Кегамовым, потомственно, неограниченная власть над крестьянами, в имении их живущими.

Но всему этому и имея в виду, что составленное гл. закавказских начальством положение о взаимных отношениях поселян к владельцам имений в Эрив. губернии, по коему будут определены положительные уже правила, находится ныне в рассмотрении высших властей и в скором времени ожидается утверждение этого положения, а также имея в виду добровольно и непринужденно выраженное в письме к г. воен. губернатору тиулиста Кегамова желание уступить одну часть из 7-й с земных произведений, а с сена и саману получать уменьшенное против следуемого количество, управляющий отделением советник полагает: жалобщикам, жителям дер. Бжни чрез новобаязетского уездного нач-ка объявить, чтобы они, при свободности от натуральной в пользу казны повинности, кроме исправления дорог и мостов, непременно платили тиулисту Арсен султану Кегамову из земных произведений 6/30 частей, а сено и самая в том уменьшенном размере, какой установил тиулист Кегамов, а подымную подать с дыма по 2 руб. 50 коп. сер., и чтобы до утверждения новых положительных правил о их обязанностях не уклонялись от отбывания ему, Кегамову, и прочих, выше объясненных повинностей, но не более того количества, какое показано в объяснении Кегамова.

Затем предмет взыскивания будто бы Кегамовым повинностей и с священника Тер Багдасарова, то обстоятельство сие составит особый предмет суждения губ. правления в таком случае, ежели священник особо от настоящего случая подаст жалобу на тиулиста и ежели окажется, что Тер-Багдасаров действительно священнодействует, о чем объявить Багдасарову. Обо всем же этом объявить чрез эрив. гражд. полицию и тиулисту [76] Кегамову. Но не приводя настоящего заключения в исполнение, не просить предварительно на сие утверждение г. нач-ка гражд. управления в Закавказском крае на экспедиции государственных имуществ.

Помета: Утверждаю. Советник (подпись)

Эриванское губернское правление постановило: мнение управляющего хозяйственным отделением советника, как правильное и соответствуйщее обстоятельствам дела, в докладе и справке изложенным, — утвердит

Ноября 14-го дня 1850 г. Эривань.

Вице-губ. (подпись).

Советник (подпись).

Советник (подпись).

См. легенду к № 17; лл. 125-148.

Еще больше интересных материалов на нашем телеграм-канале ⏳Вперед в прошлое | Документы и факты⏳

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2024  All Rights Reserved.