/head>
Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

МУХАММАД РАФИ

ИСТОРИЯ ДАГЕСТАНА

ТА'РИХ ДАГЕСТАН

ДАГЕСТАНСКАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ ХРОНИКА «ТА'РИХ ДАГЕСТАН» МУХАММАДА РАФИ' (К ВОПРОСУ ОБ ИЗУЧЕНИИ)

В XI-XV вв. в Дагестане сложился своеобразный жанр - произведения региональной историографии - одно из замечательных явлений в культурной жизни средневекового Дагестана. Жанр этот получил в течение веков дальнейшее развитие - история городов и прилегающих к ним областей («История Ширвана и Дербенда») вырастает в XIV-XV вв. в описание значительных регионов («Та'рих Дагестан», «Хроника Махмуда Хиналукского»), охватывая общедагестанский материал и выражая идеи общедагестанского значения. Впоследствии этот жанр сохраняет свою силу, но увеличивается число описаний отдельных областей Дагестана, появляются одноаульные хроники.

Историческая хроника «Та'рих Дагестан» Мухаммеда Рафи', освещающая события в Дагестане, доведенные до середины XIV в., является ценным источником, однако до последнего времени она не привлекала должного внимания исследователей истории и культуры Дагестана. В этой статье сделана попытка дать историю изучения хроники и ее новый перевод, с учетом дошедших до нас списков этого сочинения.

В 1851 г. в «Записках императорской Академии наук» (т. VI) была опубликована профессором С.-Петербургского университета М. А. Казембеком дагестанская хроника «Дербенд-наме» 1. К переводу были приложены отрывки из различных сочинений, где дагестановедческий материал занимал важное или же главное место. В их числе - полный текст интересующей нас хроники (арабский текст и английский перевод), копию которой ученый получил от жителя Дербента Хаджжи Моллы Таки. При издании М. А. Казембек опустил арабское название хроники и озаглавил изданный им текст: «Extract from a quotation from the work Mulla Muhammed Rafi sumamed Abul-Fath Dziauddin» 2.

Как сообщает М. А. Казембек, текст рукописи завершается следующей записью переписчика: «Я переписал эти слова со старой, ветхой рукописи, переписанной с сочинения Муллы Мухаммеда Рафи', называемого Абу-л-Фатх, по прозвищу Зийа' ад-Дин, по имени Мухаммед, а на местном языке (би лисан ал-а'джам) Мулла Дж.ли, а он сын обладателя глубоких знаний нашей эпохи, внимательного ученого времени, благодетеля нашего [мавлана] Абд ар-Рахима аш-Ширвани, ал-Хасене, ал-'Алави, ас-Сефеви, кади Кумука, когда он был разрушен тюрками» 3.

М. А. Казембек считал, что существовала более полная история Дагестана и что данная хроника, связанная с именем Мухаммеда Рафи', - отрывок из полной истории 4. [91]

Через 20 лет после публикации М. А. Казембека «Та'рих Дагестан» был издан в русском переводе, осуществленном известным кавказоведом П. К. Усларом 5. В основу русского перевода положены арабский текст и английский перевод М. А. Казембека. Комментарии М. А. Казембека полностью сохранены, но в ряде случаев дополнены. В распоряжении П. К. Услара было несколько списков хроники, которые он иногда привлекает.

П. К. Услар также считал, что труд Мухаммеда Рафи' в том виде, в каком он до нас дошел, является частью истории, полностью не сохранившейся; полная история «писана была исключительно для людей ученых», а что касается «Извлечения» Мухаммеда Рафи', то оно «сделано было в видах религиозно-политических; оно относилось не до одних ученых, а до целой массы народной. Исчисление податей и повинностей могло служить для справок в спорах, которые, без сомнения, и в прежние времена возникали беспрестанно» 6. По мнению П. К. Услара, хроника Мухаммеда Рафи' составлена не ранее конца XIV в. 7.

Третий раз «Та'рих Дагестан» увидела свет в конце XIX в., когда под редакцией М. Алиханове-Аварского был опубликован русский перевод дагестанской исторической хроники «Дербенд-наме» 8. В приложениях к хронике даны отрывки из восточных источников, а также сочинение Мухаммеда Рафи' озаглавленное «Извлечение из сочинения Мухаммеда Рафи', прозванного Абуль-Федом, под заглавием «Тарих Дагестана» (перевод с арабского)» 9. М. Алиханов-Аварский был знаком с обоими изданиями Мухаммеда Рафи' предпринятыми М. А. Казембеком и П. К. Усларом, и перепечатал без изменений перевод и комментарии последнего. Вместе с тем он опровергает мнение П. К. Услара о существовании другого, более полного текста хроники, ссылаясь на само заглавие сочинения («Тарих исламизма Дагестана, объяснение о происхождении властелинов этой страны и рассказ о корнях дагестанских народов»), которое в хронике нашло полное отражение 10.

Если мысль о характере хроники оказалась заслуживающей внимания, то мнение М. Алиханова-Аварского о ее авторе не выдерживает критики. Он связал «Та'рих Дагестан» с именем арабского энциклопедиста, историка и географа Абу-л-Фиды (1273-1331), имея в виду имя «Абуль-Фед, прозванный Зияэддином» (хотя во всех списках назван Абу-л-Фатх по прозвищу Зийа' ад-Дин) и примерное совпадение дат смерти Абу-л-Фиды и последних событий, описанных в хронике. «Весьма вероятно, - пишет он, что дагестанский тарих и составляет ту именно главу в сочинении Абуль-Феде, которую он посвятил Кавказу» 11.

В известном географическом труде Абу-л-Фиды «Таквим ал-булдан» («Упорядочение стран») 12, действительно, имеются разделы, посвященные Хазарскому морю, горе Кабк, Армении, Азербайджану, неоднократно упоминаются Баб ал-абваб, Баланджер, Сарир, Лакз 13, однако ни характер изложения, ни содержание кавказского материала у Абу-л-Фиды не дает возможности говорить даже об отдаленном сходстве с Мухаммедом Рафи'. Географическое сочинение Абу-л-Фиды, по всей вероятности, Мухаммеду Рафи' не было знакомо. Исторический труд Абу-л-Фиды «ал-Мухтасар фи та'рих ал-башар» также дает сведения о Дагестане, но они малочисленны и ограничиваются упоминанием Баб ал-абваба и Хазарского моря 14.

И наконец, в 1926 г. пространные отрывки из хроники Мухаммеде Рафи' были опубликованы в «Гюлистан-Ираме» А.-К. Бакиханова (1794-1846) 15. А.-К. Бакиханов писал, что «в 1030 году хиджры (1617) было составлено извлечение из истории, написанной в 712 г. (1313) [92] Магоммед-Рафием-бин-Абдурагим ширванским из древних записок, документов и из летописи неизвестного автора 318 (931) г.» и что существовало еще одно извлечение из Мухаммада Рафи' сделанное «кумукским казием Гасаном-Ульви-Сефеви, во время нашествия турок на город Кумук» 16.

После издания П. К. Услара (1871 г.) уже в течение 70 лет «Та'рих Дагестан» не является предметом специального исследования. Более того, хроника редко привлекается в качестве исторического источника. Только С. В. Юшков использовал сведения о податях дагестанским правителям для характеристики форм феодальной эксплуатации в Дагестане 17. В том же плане «Та'рих Дагестан» привлечена в «Очерках истории Дагестана» и «Истории Дагестана», а в ряде статей данные хроники о «тюрках» поставлены в связи с сообщениями памятников эпиграфики о монгольском походе во внутренние районы Дагестана 18.

Таким образом, дагестанская историческая хроника «Та'рих Дагестан» не оценена еще в литературе по достоинству. Впереди серьезный источниковедческий анализ текста. Работа над текстом Мухаммада Рафи' затруднялась тем, что исследователи пользовались, как правило, русским (редко английским) переводом, не обращаясь к арабскому оригиналу. Перевод, осуществленный в 1851 г. (английский) и повторенный в 1871 г. (русский), местами устарел, а привлечение новых арабских списков дает возможность по-иному понимать ряд существенных мест хроники.

В настоящее время известны следующие списки «Та'рих Дагестана» (обозначение наше, условное):

Список СА. Принадлежит дагестанскому ученому, арабисту М.-С. Саидову, который любезно разрешил нам пользоваться этим и другими списками - СБ, СГ, СД, СЖ, СЗ, СН, СС 19. Рукопись имеет 7 листов, пагинация отсутствует. «Та'рих Дагестан» занимает лл. 2б-7а (нумерация условная). Твердый переплет, бумага старая, дагестанский насх, черная тушь. 18*11. Запись в конце хроники: «Я переписал это с древней, ветхой рукописи, из сочинения Мухаммада Молла Рафи' ал-Мекки би Аби-л-Фатх, по прозвищу Зийа' ад-Дин, названного на местном языке ('аджам) Молла Чалли». Имя переписчика стерто, дата переписки - 1246/1830-31 г. Место переписки не указано. Этот список положен в основу перевода как наиболее полный, хорошо сохранившийся, хотя и не самый ранний.

Список СБ. Текст на 4 отдельных листах, без пагинации. Рукопись без обложки. Дагестанский насх, черная тушь, 22*18. Дата переписки 1288/1871-72 г. Переписчик не упомянут. Во многих случаях текст огласован, в частности географическая номенклатура имеет полную огласовку. Имя автора передано точно так же, как в списке, изданном М. А. Казембеком (список К), только вместо «ал-муканна» стоит «ал-Мекки».

Список СГ. В составе сборной рукописи («Та'рих Дагестан», «Дербенд-наме», обычно-правовые записи, хронологические выписки). Пагинация отсутствует, но «Та'рих Дагестан» помещен в начале рукописи (1б-4а). Почерк - дагестанский насх, черная тушь. 27*16. Год переписки не указан, но не раньше конца XIX в. Переписчик Хаджжи Дибир ал-Ак.л.чи (из Ахалчи).

Список СД. Текст хроники помещен в конце сборной рукописи (комментарии к касыде «ал-Бурда», отдельные рассказы). Насх, черная тушь. 18*15. Хроника на 11 страницах (условно 566-626), после небольшой хронологической таблицы по истории Дагестана. Переписана в 1306] 1889 г., переписчик не назван. Имя автора дано точно так, как в СБ. [93]

Список СЖ. В составе сборной рукописи (хроника Мухаммеда Рафи', «Дербенд-наме», хронологические записи по истории Дагестана). Фабричная бумага, черная тушь, 21*15. Хроника Мухаммеда Рафи' на 6 листах (условно 1б-4а). Переписана в 1330/1911-12 г. Мухаммедом б. Дираром ал-Уркачи.

Список СЗ. Рукопись содержит две хроники - «Дербенд-наме» и «Та'рих Дагестан» и небольшую хронологическую запись. Пагинация отсутствует. Текст Мухаммеда Рафи' следует за «Дербенд-наме» на 6 страницах (условно 4б-7а). 23*18. Дата переписки и имя переписчика не указаны, но позднейшая дате в хронологической записи в конце рукописи - 1780 г. Возможно, к концу XVIII в. и относится наша рукопись.

Список СН. Один из позднейших списков. Рукопись на 11 листах. Фабричная бумага в линейку. Дагестанский насх, черные чернила. 18*11. Мухаммед Рефи' в рукописи не упомянут. Переписано в 1336/1917-18 г. Переписчик - Чуфалав ал-Джебели ал-'Анди ал-Хелетлури.

Список СС. Это самый старый из известных списков. Он находится в составе сборной арабской рукописи, состоящей в основном из астрономических трактатов, некоторые из которых отмечены детой 1113/1701-1702 г. Хронике на 4 страницах (условно лл. 59б-61а). Дагестанский насх., черная тушь, 20*16. Переписчик не указан.

Список ИА. Хранится в Рукописном фонде Института истории, языка и литературы Дагестанского филиала АН СССР (ф. 1, оп. 1, д. 446). Написан на фабричной бумаге, в тетради в линейку, на 8 листах, 22*17. Рукопись состоит из двух частей, взаимно связанных: первая - это собственно «Та'рих, Дагестан» (лл. 1б-7а), а вторая составлена, очевидно, тем же переписчиком из различных хроник, в том числе и из сообщения Мухаммеда Рафи'. Это вторая часть занимает две последние страницы рукописи и озаглавлена: «Это записка о генеалогии хозяина государства Рустам-хана уцмия, амира вилайата Хайдак». Эта записка представляет значительный интерес. Она приписана Мухаммеду Рафи' и дана от первого лице: «Переписаны эти строки со старой, ветхой рукописи, а дата ее была 318 (930) год, я же написал ее в 712 (1312-13) году, а я - презренный Мухаммад Рафи' аш-Ширвани». Переписано в 1346/1927 г. В-к-ли Хаджжи ат-Таргули (из Тарки). Текст «Та'рих Дагестан» также переписей указанным лицом в том же году, но Мухаммад Рафи' не упоминается.

Список ИБ. Также хранится в рукописном фонде Институте истории, языке и литературы (ф. 1, оп. 1, д. 446). Текст на 13 листах, 18*13, в конце рукописи дан перечень разделов хроники. Насх, черные чернила. Переписано в 1925 г. Гази Мухаммедом ал-Ури.

Список ИВ. Хранится в том же рукописном фонде (ф. 1, оп. 1, д. 425), Рукопись из 13 листов; пагинация европейская; 18*11. Дагестанский насх, чернила черные. Имя авторе не упомянуто. Переписана в 1333/1915 г. Ахберди ал-Авари «в подарок Сурхай-хану ат-Телетли ал-Авари».

Список К. Издан М. А. Кезембеком по копии жителя Дербенте Хаджжи Молла Таки (Tagki). Описания не имеет.

Список Л. Это наше, условное обозначение списке, хранящегося в Ленинградском отделении Институте востоковедения АН СССР под шифром Д 65 (565в=538а). Переписан в 1257/1841 г. в Дагестане. Описание рукописи дано в «Каталоге» 20. Там же хранится другая рукопись - копия с указанного списке, сделанная в 1270/1854 г. [94]

Список ЛА. Так мы обозначаем не дошедший до нас полностью список, из которого сделаны отдельные выписки. В Отделе рукописей ЛО Института востоковедения АН СССР хранится рукопись под шифром В 1009(842i), в которой на двух страницах (33б; 34а) приводятся выдержки из «Та'рих Дагестана»: о выступлении представителей дома Хамзы для распространения ислама, о податях в пользу шамхала, о походе «тюрок» против мусульманского Кумуха. Как и в списке ИА, мы находим здесь «объяснение о генеалогии хозяина великого государства Рустам уссуми хана, амира вилайета Хейдак», а также концовку: «Переписаны эти слова со старой, ветхой рукописи, а дата ее - 318 (930) год. Я же переписал в 712 (1312-13). А я - презренный Мухаммед Рафи' аш-Ширвани» 21.

Список М. Хранится у сотрудника Института истории, языка и литературы Нурмагомеда Магомедова. Переписана недавно, в ученической тетради. Кроме имени автора указано и время составления хроники - «во время благодетеля нашего (мавлана) 'Абд ар-Рахима аш-Ширвани ал-Хусейни ал-'Алави ас-Сефеви, кади Кумуке, когда он был разрушен тюрками в 718 г.», т.е. в 1318-19 г.

Список У. Под этим названием мы имеем в виду списки, которыми пользовался П. К. Услар при издании на русском языке текста, опубликованного М. А. Казембеком. Описания этих списков П. К. Услар не дает, ограничившись замечанием: «г. Казембек имел в своем распоряжении только один список, неполный и во многих местах непонятный. Списков у нас несколько, что доставило возможность проверить и пояснить один другим» 22.

Сравнение рукописей, имеющихся в нашем распоряжении, показывает, что, как правило, они отличаются друг от друга только в деталях. В основных вопросах, в основной идее произведения, в своих художественных средствах все рукописи похожи друг на друга и могут быть рассмотрены как различные списки известной дагестанской хроники.

Рукописи, дошедшие до нас, прошли, разумеется, длительный путь, каждая из них имеет свою историю, свои особенности, но их общий источник легко обнаруживается. Сильно схожи списки СВ и СГ, причем написание имен почти во всех случаях совпадает; в написании же глагольных форм СБ, СА и К едины; список СВ в своих генеалогических рядах одинаков с СГ и К, а в географической номенклатуре и в оформлении многих оборотов - с К. При всех разночтениях наши списки взаимно подтверждают друг друга, хотя ни в одном случае нет полного сходства двух списков.

Наличие общего источника подтверждается также удивительно общей для всех рукописей концовкой - все они неожиданно обрываются на перечислении стран, занятых войсками халифа Омара. Характерно то, что никто из известных нам переписчиков не имел в своем распоряжении оригинала произведения, они пользовались его различными списками, восходящими к одному архетипу. Это явствует из того, что все переписчики сохраняют без изменений, в передаче от первого лица, текст о снятии копии с произведения Мухаммеда Рафи', а затем уже завершают рукопись заметкой о себе и времени составления своего списка. Слова «я переписал это с древней, ветхой рукописи, составленной Мухаммедом Молла Рафи'...» стали, таким обрезом, составной частью хроники, точно передаваемой при составлении нового списка.

Переходя к разночтениям, нужно отметить, что значительное место занимают отклонения в написании названий дагестанских аулов и союзов сельских обществ. Правда, как правило, общий порядок перечисления [95] географических названий сохраняется, но наблюдается большое число разночтений, а в ряде случаев в текст вставлены названия новых населенных пунктов. Несколько примеров дадут представление о характере этих отклонений: Кумух - ***. Только в одном случае, т. е. в переводе П. К. Услара (а за ним и М. Алиханова-Аварского), мы встречаем при перечислении хараджа в пользу аварского нуцала «деревню Варанди», во всех же других арабских списках этого наименования нет.

Можно полагать, что ряд вставок носил поздний и намеренный характер. СБ, СВ, СЗ после слов о наследниках аварского правителя имеют добавление о том, что они удалились «в вилайат Гирим», т. е. в Крым. В списке СЗ после сообщения о М-ч-ч (Чечне?) и о том, что эта территория «принадлежит ему», т. е. шамхалу, добавлен текст, неизвестный в других списках: «и селения Б-х-д-б, М-к-д-х, Абурих, Дуклиб, Захди [тоже] принадлежат ему». В том же списке при перечислении податей шамхалу добавлены сведения о населенных пунктах, не перечисленных в других списках: «с Куругиб - по лошади и кобыле и 30 баранов, с Хулесма -13 баранов, с Биршифиш - баран». Ряд новых населенных пунктов дает список ЛА.

При перечислении генеалогической цепи дагестанских правителей, а также в написании отдельных имен в таблицах часты случаи ошибок, намеренных сокращений, перестановки имен, вставок.

Наблюдаются случаи, когда составители списков выбрасывали из текста отдельные куски, подчинив тем самым новый текст определенной идее, определенному настроению. Список К, т. е. текст, изданный М. А. Казембеком, в этом отношении весьма характерен: здесь нет вступительного текста с восхвалением Аллаха и с упоминанием названия хроники; нет целого отрывка о «джихаде на пути Аллаха», о наличии во многих странах потомков пророка и его асхабов; «забыт» текст о жителях Туша, райатах аварского правителя; нет сообщения о том, что аварский правитель «происхождения хаканского», и о том, что вместе с шамхалом в Дагестан прибыли его «дальние и ближние»; отсутствует большой отрывок о необходимости выполнения райятских повинностей, об особом уважении к потомкам из рода пророка.

Интересно, что старейший список хроники (СС) не знает многих сообщений, получивших отражение в последующих списках. В нем нет сведений об обычаях престолонаследия, о назначении правителями Дагестана потомков Хамзы, о шамхале и его генеалогии, о «проклятых 'урусах», об отравлении войск «кафиров» мусульманами, о податях аварскому и кумухскому правителям. В связи с этим список СС приобретает особую ценность как объект самостоятельного исследования.

Должны быть отмечены и другие факты: список К более лоялен к «неверным»: если в СА, СВ, СЗ «кафира» всегда сопровождает эпитет «проклятый», то в К это отсутствует, как и слово «негодный» после «'урус». В ряде случаев привлечение новых списков дает возможность понять и уточнить запутанный текст. В этом отношении список СЗ весьма ценен: например, СА сообщает о том, что жители общества Карах доставляют шамхалу ежегодно 500 овец, а СЗ добавляет: «а 400 овец - [96] г-р-м-шамхалу». В СА и других списках встречаются непонятные для переписчиков и переводчиков слова *** и ***, а СЗ уточняет, что здесь речь идет о г-р-м-шамхале, т. е. крым-шамхале, наследнике шамхала, правителя Кумухского (или, как обычно говорят, Газикумухского) шамхальства.

В структуре хроники можно выделить четыре самостоятельные линии повествования: судьбы язычества и правителей области Авар (Аварии); исламизация дагестанских обществ; шамхалы, их генеалогия и их налоговая политика; краткое сообщение ат-Табари о деятельности халифа Омара.

Описание событий, связанных с Аварией, дано так подробно, что можно предположить наличие хроники, созданной в Аварии и посвященной истории раннесредневекового, домусульманского Сарира (т. е. Аварии). Эта хроника могла быть использована автором «Та'рих Дагестан», соответствующим образом отредактирована, а что касается вставок прошамхальского характера, то они являлись обязательным порождением того направления, которое хроника должна была приобрести в руках нового редактора. Новое сочинение, основательно использовавшее местную хронику или несколько хроник, было снабжено многочисленными новыми данными, в частности о шамхалах, их взаимоотношениях с соседями, их роли в исламизации Дагестана, о феодальных повинностях. Эти новые данные исходили, по всей вероятности, из Кумуха (Гази-Кумуха), экономическая и политическая сила которого значительно выросла в XIV-XVI вв.

Автор «Та'рих Дагестана» создал, таким образом, труд дагестанского масштаба и решил, по-видимому, завершить его также масштабно, связав историю Дагестана с историей Ближнего Востока. Для этого нужна была новая вставка, отражавшая эту связь с древних времен, а в данном случае со времени халифата Омара - одного из самых ревностных и авторитетных мусульман. Этот отрывок стоит особняком, не связан композиционно с основным текстом и не завершен, на нем обрываются все списки хроники, причем только в этом отрывке автор «Та'рих Дагестана» ссылается на свой источник, хотя во всех других случаях ссылка на источник не практикуется. Хотя этот отрывок не связан ни композиционно, ни хронологически с основным текстом хроники, все же смысловая нагрузка его становится очевидной. Автор имел в виду не только связать историю Дагестана с ближневосточным миром, но также (и это главное) показать, что ислам в Дагестане, связанные с ним обязанности и повинности и власть феодальных правителей, прежде всего шамхала, - закономерное явление, частица того, что в более крупных масштабах делается, вернее, делалось, в халифате, и потому оно - незыблемо. Более того, все это освящено именем одного из «правоверных» халифов, блестящего завоевателя и законодателя. Отрывок этот уже выполнил свою роль, и не было поэтому необходимости вдаваться более в подробности. Может быть, поэтому автор (или переписчик) решил не продолжать его больше. Во всяком случае, отрывок этот не дает возможности говорить о том, что существовало продолжение «Та'рих Дагестана».

Почему-то до сих пор не обращали внимания на имя автора отрывка. Почти во всех хрониках он назван Мухаммедом ибн Джартром ат-Табарани. Это очень странно, если учесть, что автор был известен на Ближнем Востоке, но дагестанские переписчики везде (за редким исключением) пишут его имя неправильно. Только списки СС и СЗ дают правильное чтение - имам Мухаммед ибн Джарир ат-Табари, т. е. известный арабский историк и богослов конца IX - начала X в., автор многотомной всеобщей истории. [97]

Во всех списках «Та'рих Дагестана» проходит одна и та же идея - осуждение язычества, восхваление ислама и его носителей, гимн кумухским правителям - шамхалам и, наконец, идея политического объединения Дагестана перед лицом внешней опасности.

Время составления основной части хроники, связанной с именем Мухаммеда Рафи', как это видно из некоторых списков (ИА, ЛА, список, которым пользовался А.-К. Бакиханов) - это 712/1312-13 г. Близкая к ней дата зафиксирована и в списке СА (318/1318-19 г.), перевод которого мы приводим ниже. М. А. Казембек же выдвигает иную дату. Он пишет (стр. 58), что автор хроники, будучи сыном Кади Кумуха, жил по крайней мере в X или XI в. хиджры, т. е. примерно в XVI в. Это неточное предположение основано было на том, что М. А. Казембек встречаемый в хронике термин «тюрки» относил к османским тюркам.

Труд Мухаммеда Рафи' предстает перед нами как свод отдельных хроник, объединенных общей идеей. Наиболее древняя часть его может быть датирована первой половиной X в. и относится к Аварии, или Сариру средневековых арабских авторов 23.

Как известно, во второй половине IX - первой половине X в. дагестанское феодальное государство Сарир достигло своего могущества 24, границы его расширились, включая также иноэтнические элементы. К этому времени и можно отнести данные о податях аварскому правителю, приведенные в «Та'рих Дагестане». Для времени составления хроники Мухаммеда Рафи', т. е. для XIV в., эти сведения о податях были анахронизмом, и потому они слишком абстрактны, не отличаются той конкретизацией, которая характерна для описания ренты, шедшей в пользу кумухского шамхала. Сведения о язычестве в Аварии являются как бы введением к основному рассказу об исламизации горных обществ.

По всей вероятности, запись Мухаммеда Рафи': «переписаны эти записи со старой, ветхой рукописи, а дата ее 318 (т. е. 930) год» (ИА, ЛА), относится именно к этой ренней части хроники.

Одна из ведущих тем хроники - исламизация дагестанских обществ, в частности Кумуха, Кайтака и Аварии. Хронологически этот процесс отнесен ко времени после 200 г. хиджры, т. е. к первой половине IX в., и связан с именами представителей рода пророка Мухаммеда. В датировке процессе принятия ислама в Дагестане наш автор противоречит как другой местной исторической хронике «Дербенд-наме», так и средневековым арабским авторам. Если «Дербенд-наме» относит эти события к первой половине VIII в. 25, то, по денным арабских авторов, еще в X в. значительная часть Дагестана, в том числе и Авария (Сарир), была языческой 26, причем последнее положение находит подтверждение в археологическом материале 27. Как установлено последними исследованиями, исламизация Кумуха относится к концу XI в. 28, Аварии - к XIII-XIV вв. 29, а в Зирихгеране еще в XII в. господствует зороастрийские похоронный обряд 30. Самые ранние надписи из Кайтаке относятся к XI-XII вв. 31. Версия «Та'рих Дагестана» об окончательной исламизации горных районов в VIII в. не находит, таким образом, документального подтверждения. В связи, с этим весьма интересно то обстоятельство, что в отрывке из «Та'рих Дагестана», переписанном дагестанским ученым Али Каяевым (подробностей об этом списке он не дает), распространение ислама в горном Дагестане отнесено ко времени, «когда прошло пятьсот лет после хиджры» 32, т. е. к началу XII в. [98]

Очевидно, хронология и ее достоверность интересовали автора хроники в гораздо меньшей степени, чем вопрос о происхождении шамхалов. Их род возведен к дяде пророка Мухаммеда. Это был прецедент, подхваченный впоследствии другими феодальными владетелями Дагестана, - так возникли подобные же версии о происхождении уцмиев Кайтака, майсумов Табасарана 33, беков Рутула 34.

Нуждается также в уточнении дата, относящаяся к трагическим событиям в Кумухе. «Та'рих Дагестан» дает яркое описание погрома, учиненного объединенными войсками «тюрок», Аварии и Кайтака в мусульманском Кумухе, и после описания этих событий дает дату - 718/1318-19 год. Дагестанский ученый Б. Г. Малачиханов показал, что под этим годом следует понимать не время похода объединенных сил на Кумух, а время составления самой хроники 35». Подтверждается это еще одним обстоятельством. Согласно хронике, поход начался «в понедельник, в начале рамадана во времена Наджм ад-Дина». Вслед за месяцем год не указан ни в одном из списков хроник, хотя в подлиннике, по всей вероятности, он был отмечен. Некоторые записи дагестанских арабистов помогают определить время правления Наджм ад-Дина и вместе с тем время описанных событий. Одна из таких записей сохранилась в тетрадях Али Каяева, который заботливо собирал исторические сведения о Дагестане: «Разрушение Гумика тюрками - во времена Наджм ад-Дина, (в) шестьсот тридцать седьмом году» 36. Запись на полях одного из списков «Дербенд-наме», хранящегося в Матена-даране, сообщает об этом с некоторыми подробностями: «Разрушение Гумика произошло в понедельник месяца рамадан, во времена Наджм ад-Дина, и погибло смертью воителей за веру все войско Гумика, кроме тысячи тридцати трех воинов, [в] шестьсот тридцать седьмом году» 37.

Еще большие подробности мы находим в записи на одном из листов (34а) описанной выше арабской рукописи, хранящейся в Отделе рукописей Ленинградского отделения Института востоковедения под шифром В 1009 (842 ): «Разрушение Кумука тюрками имело место в понедельник, в начале месяца рамадан, во времена ан-Наджм ад-Дина, и погибло смертью воителей за веру все войско Гумика, кроме тысячи тридцати трех воинов. в шестьсот тридцать седьмом году. Построил эту крепость, или крепость, которая была над мечетью Кикули, Кавтар, сын M.кI.х (или М.к.ч.), и пало мучениками в ней (мечети?) семьдесят юношей, которые пожертвовали имуществом, душой и телом и поклялись сражаться на пути великого Аллаха. Строительство крепости завершилось в месяце сафар 715 года» (л. 34а).

Описанные в «Та'рих Дагестан» события представляется, таким образом, возможным датировать месяцем рамадан 637 г. хиджры, т. е. мартом 1240 г. Учитывая упоминание в хронике в связи с указанными событиями термина «тюрк», а также наличие надписей на камне о приходе монгольских войск осенью 1239 г. в аул Рича 38, что в километрах 60 к югу от Кумуха, можно говорить, что разгром Кумуха, описанный в «Та'рих Дагестан», был учинен монгольским отрядом, поддержанным войсками соседних с Кумухом областей - Аварии и Кайтака.

Если в 20-х годах XIII в. Кумух подвергся страшному разрушению, а династия мусульманских правителей в нем была уничтожена, то, разумеется, нельзя отнести сведения нашей хроники о могуществе кумухского шамхала, о податях в казну шамхала, поступавших со всех концов Дагестана, к этому времени. Они могли возникнуть лишь с восстановлением былой силы и независимости Кумуха, укреплением новой династии, что [99] могло иметь место ко времени составления основной части хроники, т. е. к 718/1318-19 г. (или 712/1312-13 г.). Возможно, и впоследствии, в XV-XVI вв., также вносились изменения в текст о фискальной политике шамхалов, ибо в это время Кумухское шамхальство еще более усиливается, а сам шамхал, именуемый в ряде случаев «вали Дагестана», активно вмешивается во внутренние дела соседних владений 39.

Вообще весь текст о податях шамхалу плохо связан с общим ходом событий в хронике и воспринимается как вставка, хотя и очень важная для идеи произведения, но не совсем удачно введенная в текст. Но ей придается особое значение. Подробнейшая регламентация поступлений, обстоятельный перечень населенных пунктов показывают, что вопрос о феодальной ренте был ко времени составления «Та'рих Дагестана» весьма важным и актуальным.

При датировке текста основной части хроники должна быть также учтена и топонимическая номенклатура при перечислении доходов кумухского шамхала. В XVI-XVII вв. Баб ал-абваб был бы назван Дербендом, Зирихгеран - Кубачи, Кумух (или Гумик) - Гази-Кумухом. Между тем везде мы встречаем в нашем тексте первое написание и ни разу - Дербенд, Кубачи, Гази-Кумух. Кала-Корейш назван столицей Кайтака, в то время как в более позднее время резиденция уцмиев находилась в Маджалисе.

Вместе с тем нужно признать, что хотя в основном текст хроники был составлен в XIV в. Мухаммедом Рафи', дальнейшая работа над ней продолжалась, и только к началу XVII в., как нам кажется, «Та'рих Дагестан» приняла ту форму, которая дошла до нас в разных списках. Возможно, именно за это время и усилились идеи религиозной нетерпимости. Возможно, в итоге шамхальско-русских взаимоотношений во второй половине XVI - начале XVII в. (походы Хворостинина в 1594 и Бутурлина и Плещеева в 1604-1605 гг.) 40 сложилось мнение о «проклятых 'уpycax», деливших добро и зло с населением Аварии. Язычников области Авар часто сопровождает эпитет «проклятый». В XV-XVI вв. окончательно сложилась идея об особом месте и значении шамхальства и о роли потомков первых шамхалов, к этому времени можно отнести попытку удревнить генеалогию кумухских правителей, возвести в степень законности территориальные, идеологические и налоговые претензии шамхалов. Поздней вставкой можно считать и сообщения о крым-шамхалах, наследниках шамхальской власти.

М. Алиханов-Аварский предполагал, что «во всех рукописях Мухаммед Рафи назван Меккским». В ряде списков так и есть, но в списке М. А. Казембека, как и в некоторых других, такая нисба не стоит. Слово текста *** во многих случаях было воспринято переписчиком как ***, т. е. вместо «ал-муканни» («прозванный») получилось 'ал-Мекки' («Мекканский»), и поэтому «Молла Рафи', прозванный Абу-л-Фатхом», превратился у переводчиков в «Молла Рафи' Мекканского Абу-л-Фатха», хотя у М. А. Казембека слово *** передано intituled 41. Что касается слов А. Бакиханова, назвавшего автора хроники Мухаммеда Рафи' Ширванским, то это находит подтверждение в списках ИА, ЛА, в то время как в других списках (в том числе и в старейшем - СС) нисба Ширванский к Мухаммеду Рафи' не применяется, или же она относится к его отцу (СБ, СД, СЗ, СС, ИБ, У). Старейший список вводит имя автора в таком контексте: «переписано из сочинения Мухаммеда Молла Рафи', называемого Абу-л-Фатхом, по прозвищу Зийа' ад-Дин, по имени Мухаммед, а на аварском языке Мулла Чаби ар-Рафи' - сын обладателя глубоких знаний своей эпохи, внимательного ученого нашего времени, благодетеля нашего [мавлана] Абд ар-Рахима аш-Ширвани, ал-Хусейни, ал-'Алави ас-Сефеви». [100]

Хроника убеждает нас в том, что Мухаммед Рафи', хорошо зная Дагестан, ограничил свое описание этой, областью, более того, тремя его районами - Авария, Кумух (Кумук, Гумик), Кайтак (Хайдак). Он хорошо знал внутриполитическое положение в стране и был очевидцем многих событий. Отец его был выходцем из Ширвана, о чем говорит его нисба «аш-Ширвани», но жил в Кумухе, где, возможно, и жил Мухаммед Рафи'. Можно было бы предположить, что автор хроники жил и в Дербенте, если, конечно, в одной из частей его имени (***) видеть Чулли, как называют Дербент даргинцы и в настоящее время.

«Та'рих Дагестан» - один из интереснейших памятников своей эпохи. Охватив большой хронологический отрезок времени, от первых шагов исламизации горных районов Дагестана до XIV в., хроника затронула ряд важных вопросов политической и социально-экономической истории.

Сведения по истории весьма разнообразны - религиозные войны, генеалогические таблицы, междоусобные войны, налоговая политика. Хроника отобразила тот момент, когда дальнейший процесс феодализации привел к усилению отдельных государственных образований, к росту междоусобной розни, к усилению сепаратистских тенденций внутри отдельных владений. В данной хронике три политических единицы выступают как наиболее активная сила в Дагестане: Авария, Кумух, Кайтак. Начальный текст хроники признает только три «земли» в Дагестане - Аварию, Зирихгеран и ас-Сахл («равнину»), а весь ход событий в хронике посвящен не Зирихгерану, не «равнине», а Кайтаку, Аварии, Кумуху, особенно двум последним. Это не значит, конечно, что в более раннее время, в X-XIII вв., существовало только три государственных объединения (Авария, Зирихгеран, ас-Сахл), а позднее - стало три других. Такое положение отражало процесс неравномерного политического и социального развития отдельных государств, когда одни из них ослаблялись и становились зависимыми, другие же укреплялись политически и экономически и занимали ведущее место. В государственных образованиях последнего типа зародились объединительные тенденции, сопутствовавшие территориальным претензиям феодальных правителей. По «Та'рих Дагестан» эти претензии наиболее четко проявляются в шамхальстве, в политике кумухских правителей. Если, согласно хронике, почти все дагестанские земли вместе с частью Чечни подвластны шамхалу и платят ему феодальную ренту, то еще не значит, что это утверждение во всех деталях соответствовало действительности. Хорошо известно, что в XIV-XVI вв. наряду с Кумухом усиливались Дербент, Авария, Кайтак. Хроника подчеркивает только значительное усиление шамхальства, включение в его состав новых земель.

Включение в список подвластных Кумуху земель большого числа населенных пунктов имело целью возвысить шамхальство в глазах подданных, а включение шамхалов в генеалогию прямых родственников пророка должно было идеологически укреплять власть феодальных правителей. «Та'рих Дагестан» - это гимн могуществу кумухского шамхала. В этом отношении наша хроника сближается с «Дербенд-наме», также несущей идею могущества и законности шамхальства, с той лишь разницей, что «Та'рих Дагестан» оформился в пору расцвета шамхальства, а «Дербенд-наме», напротив, взывало к былому могуществу владения. Оба памятника, как мы видим, носят официальный характер.

Идейная общность «Та'рих Дагестана» и «Дербенд-наме» улавливается и в том, что обе хроники в ряде случаев расположены в сборных рукописях (СГ, СЖ, СЗ) рядом, как бы составляя две части целого. [101]

Значение памятника заключается и в том, что он отразил и те настроения, которыми были охвачены многие представители общества в XIII-XIV вв. Хроника дает описание одной из трагических страниц дагестанской истории, когда монгольские завоеватели, следуя своей традиционной политике, подвергали все уничтожению и разрушению. «Та'рих, Дагестан» - первая дагестанская хроника, проникнутая идеей необходимости единства усилий в борьбе против внешних врагов. Автор с глубоким сожалением и горечью повествует о том, что «между амирами Гумика и султанами Хайдака разбилось зеркало согласия усилиями сатаны, наиболее заклятого из врагов, упрямство разъединило их, ибо исчезла добродетель среди людей и распространились ложь, зло и порок. В этих распрях не осталось места ни благоразумию, ни здравому смыслу». Восторженные строки посвятил автор 70 юношам из Кумуха, которые «пали мучениками в крепости, что над мечетью ал-К.дали... пожертвовали имуществом, душой и телом и поклялись сражаться на пути великого Аллаха». Концепция политического единства Дагестана нашла в хронике яркое выражение.

Огромно также значение хроники в изучении социально-экономической жизни дагестанского общества в один из важнейших этапов средневековья. В первую очередь следует говорить о списке податей, так подробно изложенных в памятнике. Еще предстоит большая работа по точному определению здесь хронологических рамок, но уже в настоящее время эти данные служат ценным материалом при изучении процесса феодализации в Дагестане, форм феодальной ренты, процесса хозяйственной специализации отдельных районов в XIII-XIV вв.

В хронике наглядно выступает сельская община, союз сельских общин, причем в сельской общине мы видим фискальную единицу - одну из основных причин прочности общины. Хроника дает возможность проследить, хотя бы в общих чертах, взаимоотношения феодальных владений и сельских общин. Только на данных «Та'рих Дагестана» можно показать несовпадение в XIV в. государственных и этнических границ - явление, характерное для феодального общества.

Нельзя не обратить внимания и на терминологию хроники. Она сравнительно богата и охватывает многие стороны жизни: социальные верхи (амиры, султаны, вали, хакимы, «умные»), налоговая политика (харадж, джизья, 'ушр, закат), социальные низы (райяты, «низшие»). «Та'рих Дагестан» содержит также важный материал по истории идеологии (в частности, ислама) в Дагестане.

В целом «Та'рих, Дагестан» - важный источник по истории средневекового Дагестана. Он не оценен до настоящего времени в той мере, как он того заслуживает.

Как уже отмечалось выше, имеются следующие переводы «Та'рих Дагестана»:

1. Перевод на английский язык, осуществленный М. А. Казембеком.

2. Русский перевод П. К. Услара, опубликованный в «Сборнике сведений о кавказских горцах» за 1871 г.

3. Перевод, данный в качестве приложения к «Дербенд-наме» под редакцией М. Алиханова-Аварского.

4. Отдельные отрывки в свободной передаче Аббас Кули Бакиханова в составе «Гюлистан-Ирама», изданного на русском языке в 1926 г.

Наиболее ранним является перевод М. А. Казембека, который лег в основу перевода П. К. Услара (затем и М. Алиханова-Аварского). В основе всех трех переводов лежал один список. Особняком стоит перевод в [102] «Гюлистан-Ираме», основанный на другом, не дошедшем до нас списке, близком, судя по переводу, к списку СЗ. Казембековский перевод является наиболее точным и добросовестным, хотя ряд мест уже устарел. Русские переводы в ряде случаев искажают смысл и английский перевод М. А. Казембека, иногда же они уточняют истолкование отдельных мест (П. К. Услар). Сравнение существующих переводов с нашим показывает характер этих уточнений. В основном они касаются перевода различных терминов и слов, пропусков тех мест, где особо подчеркиваются социальные моменты, намеренных сокращений текста при переводе. [105]


Перевод

// Во имя Аллаха, милостивого, милосердного. Хвала Аллаху. Нет владыки, кроме него, в мирах. История ислама в Дагестане 42 - да продлит Аллах их пребывание в исламе до Судного дня - и объяснение генеалогий правителей (салатин) Дагестана, аргумент относительно положений 43 (усул) народов Дагестана - да дарует им Аллах благочестие и счастье 44.

Знайте, что Дагестан был 45 прекрасной страной, обширной для его обитателей, сильной для чужих, радующей глаз, благословенной богатствами жителей из-за их справедливости. В нем много аулов 46, большое число городов и три области: ал-Авар 47, ас-Сахл 48, аз-Зирихгеран 49.

Жители Дагестана были неверными, порочными (*** по исправлению М. А. Казембека, вместо *** всех списков.), а сам Дагестан - областью войны (дар ал-харб). Они поклонялись идолам, были известны (СА, СС - ***, но другие сииски СЖ, СГ, СН - ***.) храбростью и богатством, были более зловредны, чем собаки. В каждом селении находились владетели (салатин), негодные, порочные, охваченные неверием и нечестивостью. В каждом городе были тиранствующие и нечестивые амиры, которые приказывали неодобряемое и удерживали от одобряемого (Ср.: Коран, III, 110(114): «Они приказывают одобряемое и удерживают от неодобряемого».). Правителем (малик) в городе области Авар, называемом ат-Танус 50 - а он сильнейший из городов Дагестана своей мощью, источник неверия - был неверный, сильный, тиран, негодный, носитель зла, насилия и несчастья, по имени Сурака, по прозвищу нусал 51 - это их обычай давать такое прозвище и обозначать этим именем своего правителя - сын Саратана 52, сына Урус-хана (К - 'А.р.с-хана.), сына 'Умма-хана, сына Фируз-шаха, сына Кад (К - Макир, СГ - Бакир.), сына Намруда, сына Байара, сына Фардина (СГ - Фарад.), сына Тахмаза, сына Саййида, сына Амира, сына Фиравна, сына Хаваджаха, сына Сафи-шаха, [105] сына 'Аббаса (К - Хайас.), сына Тарраза (Восстановлено по К. СА - сын Фир'авна, Хаваджах, Сафи-шах, 'Аббас, Тарраз.), сына Хидир-шаха (СБ - Х.л,л-шах.), сына А.р.скана (К - 'А.р.скани ('Arsekani).). Восходят его предки к Адаму в 99 000 поколениях 53 и еще более, если быть более точным. Этот правитель получал доходы с царств (мулук), владений (вилайат), подвластных земель (имарат), и ему принадлежали харадж, джизья и 'ушр от жителей всего Дагестана 54, от вилайета Черкес до города Шемах, исключая только местечко 'Акари 55, - различного рода имуществом, наличными деньгами, зерном, баранами, крупным рогатым скотом, тканями, овощами и т. п., даже яйцами.

Говорят относительно его хараджа, [что он получал]: деньгами - по три // серебряных дирхема с каждого дома или же стоимость трех дирхемов золотом - ежегодно; зерном - по одному кил с каждого дома, из того, что преимущественно сеялось, - ежегодно; баранами - с каждого, кто имеет стадо, - одного барана с каждой сотни - ежегодно; крупным скотом с каждых ста домов быка - ежегодно; тканью с каждого, кто занимается торговлей, - две [штуки] шелка и две [штуки] хлопчатобумажной ткани - ежегодно; фруктами - с каждого дома, кто сажал виноградник, - корзину винограда -ежегодно; с каждого, кто убьет не убийцу из своего племени (та'ифа), - сто баранов и с каждого, кто ранит другого, - одного быка; с каждого, кто украдет чужое имущество, - быка 56; с каждого селения 57 - пять лисиц, одну черную, четыре - красные и пять баранов (К, У - пять быков.) - в год назначения нового правителя после смерти прежнего; и с каждого селения - по лошади или кобыле - для похорон правителя (Восстановлено по К. В списке СА пропущено.) в год его смерти; с каждого селения и города брали по корове и по два барана для каждого свадебного пира в доме правителя (мин ахл бейт ал-малик). Все упомянутое - источники дохода, перестаю их перечислять более подробно. Этому правителю (малику) подчинялись все жители Дагестана, от мала до велика, волей (К - пропуск отсюда до слова «далее». СА - только *** (т.е. «добровольно»), но во всех других списках - *** («волей-неволей»).) и неволей, весь народ его, дальний и ближний - безропотно, без вражды.

Далее. Знайте, передают, что по прошествии двухсот лет после хиджры пророка, избранного, вечного, группа лиц из потомков двух дядей нашего пророка Мухаммеда, да благословит его Аллах и приветствует, - т. е. я имею в виду главу мучеников (саййид аш-шухада') Хамзу и повелителя правоверных Аббаса - покинула благословенную Мекку, светлую Медину и благородную Сирию с двумя тысячами воинов из своего племени и родственников. Они расстались со своей родной землей, оставив свои страны, потеряв надежду [увидеть вновь] свою родину, уповая на Аллаха милосердного. С целью совершить джихад и газават и распространить по мере своих сил ислам в отдаленных частях земель неверных они посетили все их земли [в ожидании, пока] Аллах повелит сделать то, что предопределено. [106]

Могут спросить: в чем тайна, что они вышли и покинули священные храмы Мекку и Медину, благополучные, самые благородные, колыбель веры и ислама, достойные того, чтобы туда переселялись все люди со всех концов земли - о боже (К, У - отсюда и до конца предложения текст отсутствует.), удостой меня хиджрой к этим храмам, чтобы достичь их и поклониться пыли ворот их. Я отвечаю: Аллах лучше знает истину дел и к нему возврат в Судный день. Когда взошло солнце с востока // силы и могущества, оно наполнило своим блеском и озарило своими лучами все страны, так что шайтан, как сказал [пророк] - мир над ним - отчаялся [в своем стремлении] ограничить поклоняющихся Аллаху Аравийским полуостровом. Подлинно, достоинства джихада с неверными и мученичества на пути Аллаха являются наивысшим повиновением и наилучшей наградой. Как сказал господь всезнающий: «Кто переселяется и совершает джихад на пути Аллаха и выходит из домов своих /.../» (Коран, IV, 101(100). Пер.и комментарии И. Ю. Крачковского, М.,1963.) или, как сказал [Аллах]: «И никак не считай тех, которые убиты на пути Аллаха, /мертвыми. Нет, живые/» (Коран, III, 163(169).). Можно привести и другие айаты и касыды (К, У - текст из Корана отсутствует.).

Рассказывают, что они вышли ради достоинств гази и степеней шахидов, ибо они не находили вокруг себя области войны (дар ал-харб), где бы они сражались и добились достоинств джихада. Они предпочли найти эту награду, переселившись в те страны, близ которых находилась область войны и убиения, чтобы достичь своих желаний с помощью Аллаха. Может быть, это и послужило причиной присутствия потомков пророка и потомков его сподвижников во [многих] странах, городах, окраинах, областях (К, У - это предложение отсутствует.).

Это начало повествования. Было пять человек из наиболее достойных потомков Хамзы и 'Аббаса, трое из них - из потомков главы шахидов ал-Хамзы, а именно - Шейх Ибрахим Абу Исхак (К - Шейх М.-ли, У - Шейх Милли, остальные списки - Шейх Али.), Шейх Ахмад и Шейх 'Али (К, У - ибн Исхак, в остальных - Абу Исхак.), а двое из потомков правителя правоверных 'Аббаса - Шейх Ахмад (СВ, СС, К - Мухаммед, СБ - Ахмад Мухаммед.) и Шейх Насир ад-Дин. Они после своего выхода и переселения вместе со своим обществом (джам'ат) оставили свои жилища и прошли [многие] переходы, пока не достигли превосходной стоянки, т. е. Константинополя, и пребывали в нем два года. Затем они отправились оттуда в Хиндустан, где пребывали также некоторое время. Затем они отправились в Ширван, где оставались в течение двух лет, приготовляя военное снаряжение - метательные орудия и тараны, кенафиры, канаты для катапульт 58 и другие средства войны, с целью вести джихад против неверных, жителей южных гор, т. е. Дагестана, // области войны.

Их обычай (В списке СС нет последующих сообщений об обычаях престолонаследия, о назначении правителями потомков Хамзы, о шамхале и его генеалогии, об отравлении войск «неверных».) и известный порядок по части управления был таков, что по всеобщему согласию, без споров и противоречий, старшего по возрасту, [107] будь он самым низшим [по положению] или высшим 59, избирали султаном и амиром, чтобы он был помощником и пособником, следуя в своем гражданском и религиозном управлении славному шариату, и последовал по мере возможности делам пророка Мухаммеда - мир над ним! И был назначен над ними и над теми, кто правил ими [раньше], правитель (султан), один из потомков Хамзы, араб, курейшит - их амиром и вали. Они беспрекословно подчинились ему во всех делах.

Этот правитель стал брать доходы со всех владений, вилайетов, областей. Имя его было Шам Хал, он назван [так] в начале их переселения по имени деда, который родился в селении Хал, в одном из селений Сирии - как это принято называть новорожденного по имени места рождения. Он был сыном Амира Хамзы, сына Султан Ахмада, сына Хан-Мухаммада, сына ал-Вали (К - Араби.), сына Хала, сына Фаридуна, сына Амир Султана, сына Султан 'Али-бека, сына 'Абд ал-Азиза, сына Аглаба, сына Амир Джуфана (СГ - Дуфана. К, СН - Чуфана.), сына Амир Мухаммеда, сына Газй (В тексте - Фази, но все другие списки - Гази.) Аби-л-Фатха, сына Муслима, сына 'Абд ал-Малика, сына Ибрахима, сына Исхака, сына Мансура, сына Касима, сына Йакуба, сына 'Омара, сына Насиба, сына Сулеймана (К - сына Наййиба, сына Сулеймана; СГ - сына 'Омара из рода Салмана (***).) - да будет им доволен великий Аллах 60.

Согласно разъяснению в хронологиях ученых, занимающихся генеалогией, и записи, которую мы списали, число его предков до Адама доходило до 6078 (К - 78.), возможно, больше. И с тех пор стало обычаем называть именем шамхал того, кто правит и назначен над жителями этой области 61.

Они вышли и отправились в полном согласии в эти области войн на слонах, верблюдах, быстрых конях. Когда жители Дагестана узнали об этом, собрались вместе войска проклятых неверных Дагестана и воины (СА - дописано карандашом.) негодных 'урусов 62, которые в согласии с дагестанцами поровну делили добро, зло, важные дела, у города Джур 63 с намерением отразить ислам, защититься от войск и нанести вред мусульманам принуждением и силой. Мусульмане послали сто храбрых воинов, чтобы они следили за войсками проклятых неверных // и разузнали их положение. Они установили наблюдение за неверными, узнали, что [эти неверные] храбрее их. Тогда охватил мусульман страх за [возможные] потери в случае сражения. Поэтому они решили разбить отряды неверных легчайшим способом - они пошли на хитрость: каждая группа их изготовила горячую еду, [смешанную с ядом, и это был хашиш, разрывающий внутренности того, кто его съедает. Когда неверные напали на мусульман, последние притворно обратились в бегство, бросив пищу, смешанную с ядом, и когда неверные нашли еду] (Восстановлено по СГ, СН. В СА - пропуск, частично восстановленный карандашом.) и съели ее, то тут же умерло из племени 700 000 человек, ибо их внутренности были разорваны ядом. [108]

Неверные были поражены с помощью Господа миров. И вели мусульмане войны в различных частях Дагестана ради Аллаха. Они разорили Хайдак, [предали смерти амиров неверных и амира вилайета Хайдак] (В СА, СБ, СВ, К - это место отсутствует. Восстановлено по СГ.). Они убили из числа храбрых и сильных амиров неверных амира их вилайата, султана по имени Газанфар ал-Гаррар. Они взяли в плен их жен, детей после того, как предали смерти их храбрецов и знатных людей (а'йан). [Затем они разграбили все имущество неверных с помощью Аллаха. Мусульмане поселились в этой области] (Восстановлено по К и СГ.) с радостью и в спокойствии. Престол Газанфара с гордостью и достоинством занял один из потомков Шейха Ибрахима Абу Исхака - Амир Чуфан, сын Султан Али-бека (К - М.ли-бека.), а он числился в ханской и хаканской генеалогии в десятом колене, а Шейх Ибрахим был в 19 колене (К - текст о генеалогии отсутствует.). Он был первым, кто занял [престол] в вилайате Хайдак; он построил в Хайдаке большое число многолюдных селений и избрал своей резиденцией (дар ас-салтана) город Кала-Корейш (К - крепость Фариш.), расположенный на скале, [над] ущельем, при реке 64. Мусульмане заключили с амирами вилайата Гумик показной договор (К - со старшинами Гумика.), а когда прошло немного времени, нарушили этот договор тайно и обманным путем. Они предали неверных мечу, разгромили их, разрушили и подчинили их селения, овладели их городами и обратили их жителей в ислам. Затем они двинулись к северным горам (В тексте «южные».), т. е. в Аварию. Царь (малик) Аварии Байар, сын Сурака, по прозвищу нусал, бежал вместе с некоторыми из родственников, близких и их семей в область Туш 65 - а они (жители Туша) его райаты (ра'иййа) (К, У - Пропущено «а они его райаты».). Мусульмане вели многочисленные войны, совершили много джихадов в горные области и добились огромных успехов. Потомки и внуки их удалились (СГ - пропуск от «и совершили».) в Крым (СА, СН - Г.р.м.; СЗ, СГ - Гирим.). Они разрушили там много селений и овладели землями и пастбищами (К - отсутствует от слов «и добились».).

Мусульмане разорили большое число аулов Дагестана и силой овладели городом Хунзах (Хумз) 66. // Мусульмане убили много воинов их и их союзников, пленили их жен и детей, забрали их имущество и богатства. Престол их правителя занял с радостью и достоинством один из потомков Шейха Ахмада по имени Мавсум-бек, а он происхождения хаканского (К - отсутствует текст о происхождении правителя.). После этого жители Аварии приняли ислам. И обосновался там Шейх Абу Муслим имамом, валием, хакимом их, а он был достойнейшим из ученых. [109]

Таким образом, мусульмане подчинили все области жителей гор, т. е. Дагестан, - частью силой, сражением, разрушением, частью - исламом и хорошим обращением. Затем они обосновались во всех частях страны. У них был обычай назначать в каждое селение или город, которым овладели, своего амира и правителя (вали) и поселять часть мусульман среди них, чтобы превзойти [числом] местных жителей (К - предложение отсутствует.). Шамхал обосновался в городе Гумик и брал харадж 67 с земель, джизью - с зимми, десятину ('ушр) - с путешественников 68, закат - с мусульман. Ему были подчинены все жители Дагестана, от низших [по положению] до высших - добровольно или силой. И последовал ему весь народ Дагестана - дальние и ближние. Шамхал брал одну пятую часть хараджа себе, а остальные четыре пятых делил поровну между ними (своими воинами) 69. Было установлено не брать хараджи мирские (дунйавиййа) (К - ***, во всех других ***.) (Место следующего комментария не в тексте не указано: "В тексте (как и СГ) - ***; К ***" - OCR) и сборы (русум) султанские - ни мискала, ни частицы горчичного зерна - с их (т. е. представителей «народа» шамхала) сыновей, внуков, потомков [вообще], вплоть до конца времен, до исчезновения в знатных (а'йан) среди райатов и низших из сотворенных 70.

Что касается хараджа шамхала, который ежегодно должны были вносить райаты, и что полагалось с пастбищных гор, то: на общество (джама'ат) Карах наложено 500 овец, на общество Кусрахи (Так по всем другим спискам. СА - Кинсирухи.) - 300 овей для шамхала и 400 овец - для крым-[шамхала] (В тексте Гирим.) 71; также с горы Кусраха - 1000 овец [шамхалу?] и 30 коров крым-[шамхалу] (В тексте Чирим.) 72; на [общество] Хибилал наложено с каждого дома каждые четыре года - по овце; на Чамалал - 500 овец; на Тиндал - 20 быков; на Аршуб - 130 овец [шамхалу] и 30 баранов и 12 овец - крым-[шамхалу] (К - отсутствует сообщение о податях крым-шамхалу с общества 'Аршуба.); на жителей Хунзаха (СА - Хумз, СЗ - Хунз, большинство списков - Хунзах.) - 700 баранов, 700 кайл пшеницы к 60 кайл меду (СГ, СЗ - 60 раталов (ритл) меду. ЛА - вместо кайл стоит мачар. Доб.: 60 ослов.); на жителей // селения 'Андиб - бык и 8 штук войлока; на город Гадар (СА - Гадарибу.) и на Аркас (СА - Хиркис, СБ - Харкас, У - Архаз.) половина того, что на вилайате Хунзах; на жителей Тумала (Так по К. СА, СЗ, СГ - Тум.) - по барану с каждого дома и кайл пшеницы - шамхалу. Что касается Мичихич - то вся она принадлежит шамхалу 73; на жителей города Костек (В тексте - Кускит. Остальные списки - Кустик.) с каждого дома по рыбе; на [110] жителей селения Таргу (К - город Таргу.) два саха (са') 74 рису; на жителей Губдена - 100 баранов; на жителей Хайдака - 170 буйволов; а Джурми - также мулк шамхала (К, У - это предложение отсутствует.); на жителей Усиша 75 и Акуша наложено 100 быков; на жителей Сюрги (Сирхи) - [по одному дирхему] (Пропуск в тексте, дается по СГ.) с каждого дома; на селение Цудахар - 50 быков; на жителей селения Унчукатль (Хумчукат) (К, У - Чумчукат.) и на К.б.-кбан (СБ, СН, ИВ - К.кбан, СД, СЗ - Какбан; К - К.кба (Guhba), У - Кекеби.) - 6 ослов, [навьюченных] маслом; на жителей города Зирихгеран - 30 [мер?] пороху; с горы в Сунбатле - 50 баранов 76; на жителей Ирганая (К - Архата (*** вместо ***), СБ, СД, СН - Аргани, СА - пропуск.) - по одному кайл зерна с каждого дома. Шамбалу принадлежит также гора, называемая Зантаб, [за пользование которой платят] 80 овец (СЗ - дополняет: «с Куругиб - лошадь и кобыла, 30 баранов; с Хулесмы - 13 баранов; с Биршигин - баран».); на Баклал (Баклулал) наложено - 30 быков и 30 ягнят; С.хри (СГ - Цахурй, К - Цахурй, СБ - Д.х.ри с объяснением: «т. е. Цахур'ур» (***).) (Цахур?) и Голода - собственность (мулк) его, а двум этим селениям принадлежит две горы, с которых ежегодно полагается - 50 овец 77; на общества Рис'ур и Мукрак - 70 баранов; на Куралал наложено 100 жеребцов и 100 кобыл (Текст о Куралал стерт полностью, восстановлен по СЗ, К, СГ и др.).

Все, что упомянуто здесь 78, поступает ежегодно и делится, как указывалось, среди потомков Хамзы и 'Аббаса.

Когда прошло некоторое время, Амир Султан, сын Байар 'Аббаса (К - сын Байрампаса.), сын проклятого Сурака, бежавшего от ислама к неверным 79, по прозвищу нусал, живший в Туше, попросил войска 80, чтобы добиться [вновь] места своего отца и занять престол своих предков и достичь их степени. Он собрал войско, начиная от Цумтал и кончая Аришти, и пришел с этим войском тайком, темной ночью в вилайат Хунзах (Хумз). Тут от советовался с теми, кто остался в стране его отцов, в Аварии. Они стали соучастниками его коварного плана, спрятали воинов в своих селениях, укрыли их в домах тех жителей, которые оставались среди мусульман, ложно приняв ислам, дожидаясь момента, когда представится возможность убить Амира Ахмада, сына Чуфана, сына Султана, сына Ма'сум-бека, // который занимал в это время престол предков Амир Султана 81. Они выделили храбрецов, чтобы убить Амира Ахмада.

В ту ночь Абу-л-Муслим, сын Юсуфа (СГ - Юнуса, сына Мухаммеда, сына Абу-л-Муслим Шейха.), сына Абу-л-Муслим Шейха увидел сон, будто неверные победили мусульман в городе Хунзахе (Хумз) и [111] там случилось большое несчастье. Его ошеломило видение, и он бежал в утреннее время в Кумух (Гумук). Неверные [действительно] напали на мусульман, убили Амир Ахмада в следующую ночь до рассвета, отрубили ему голову, выставили ее над крепостью. В этот день они убили всех мусульман, живших здесь, и добились своей цели.

Амир Султан занял престол своего отца, подобно тому как занимали его древние предки. Его народ отклонился [от ислама], и началась война между ними и мусульманами. Вражда и распри продолжались 24 года (Так по всем спискам, кроме СА, который дает 14 лет.). [Наконец] исчерпались их средства к существованию, жизнь их стала трудной, они устали воевать, войны им опротивели. Тогда они уверовали, приняли ислам. И стала невозможной война и столкновения между мусульманами, и они заключили между собою мир на основе ислама. И вселил великий Аллах в их сердца ислам, продлил их пребывание в исламе, приблизил их к милости Господа, сидения их - к трону его (К, У - это предложение отсутствует.). Так совершилось определение судьбы, сообразно с тем, что было сказано: «дела зависимы от времени», - был заключен мир между ними, и время пошло, как положено.

Затем, когда прошло много времени, между амирами Гумика и султанами Хайдака разбилось зеркало согласия усилиями сатаны - наиболее заклятого из врагов, упрямство разъединило их, ибо исчезла добродетель среди людей и распространились ложь, зло и порок. В этих распрях не осталось места ни благоразумию, ни здравому смыслу.

Затем оставшиеся в живых во время этих распрей потомки главы шахидов Хамзы и повелителя правоверных 'Аббаса, из числа султанов Хайдака и из моря ханских генеалогий - [а именно] Мухаммад-хан, Амир-хан и Амир Хамза (К - Мухад-хан, Амир-хан и Амир Хамза. СЗ - «из генеалогий ханских, хаканских».) - бежали, жалуясь и умоляя о помощи, к правителям Аварии и заключили с ними союз делить добро и зло при всех обстоятельствах. [В это время] между правителями Аварии и амирами Гумука начались страшные войны и сатанинские распри. Правитель Аварии послал послание и послов из красноречивых и мудрых людей к султану Каутар-шаху, в страну тюрк, жители которой [приняли ислам еще в правление повелителя правоверных] (СА - пропуск. Имеется во всех остальных списках.) 'Омара ал-Фаруха ан-Наки («различающего добро и зло, чистого»). Они обязались быть между собой в дружбе // и добрососедстве, оказывать взаимную помощь в борьбе с врагами. Договор этот был основан на дружбе, согласии, братстве. Каутар-шах взял в жены своему сыну Султан Кайкаду (СБ, К - Султан Кика; У - Кей-Кобад.) благоразумную дочь аварского правителя, а прелестную дочь свою он выдал замуж за сына царя Саратана. И это было согласно договору (К - фраза отсутствует.). Эти два брачных союза были заключены одновременно, и оба царевича стали посредством этого родственного союза как бы братьями, принадлежащими одним родителям - во всех делах, как в совершении зла своим врагам, так и в совершении добра своим друзьям. [112]

Затем пошел Каутар-шах на Гумук с [войсками] тюрок с восточной стороны, а Саратан с войсками вилайата Авар совместно с султанами Хайдака - с западной стороны, и дошли они до Гумика в понедельник в начале месяца рамадан во времена Наджм ад-Дина. И сражались жители Гумика, и пали мучениками в крепости, что над мечетью ал-Кудали (СЗ, К - К.к.ли ( Kekeli); СБ - ал-Кудали; СЖ, СД - ал-Кудали.), 70 юношей 82, которые пожертвовали имуществом, душой и телом и поклялись сражаться на пути великого Аллаха. Когда юноши исполнили свой долг 83 в крепости в месяце сафар, то они («тюрки», войска аварских и кайтакских правителей) разрушили Гумик в субботу. Амиры Гумика, что из потомков Хамзы и 'Аббаса (К - это слово отсутствует.), рассеялись по частям света, по окраинам вилайатов, а султаны Хайдака снова обосновались на своих землях, на своих местах. Гумик был взят, руками недостойных по происхождению 84.

После этих событий Каутар-шах и Саратан вернулись каждый в свои земли. Потомков Хамзы и 'Аббаса постигло то, что мы описали в 718 г. хиджры пророка (1318-19) - мир над ним, когда они (Т. е. потомки Хамзы и 'Аббаса.) имели на руках старые записи и книги древних времен 85. Так обстояло дело. [Таким образом] все правители горных районов 86 происходят из рода детей Хамзы и детей 'Аббаса, исключая только правителей (султанов) Аварии, которые из рода султанов урус. И нет в Аварии ни одного коренного мусульманина. В других дагестанских вилайетах население представляет смесь коренных мусульман (СА - фраза пропущена, восстановлена по К.) и тех, среди которых распространен ислам.

О искренние верующие! Если окажется среди какого-либо народа кто-нибудь из детей, внуков, правнуков Амир Хамзы и 'Аббаса, из рода их, будь то мужчина или женщина, большой или малый, окажите им беспредельное уважение и почтение ради пророка их, лучшего из людей, и ради памяти дядей его благородных; в противном случае на вас - проклятие Аллаха, его ангелов и всех людей 87. В частности, к ним (потомкам Хамзы и 'Аббаса) они применили положения райатов относительно мирских повинностей и установлений султанских. Все это - высшая степень безобразия (В тексте *** вместо ***.) и омерзительности. «Небеса готовы распасться (СА - *** вместо *** (CЗ, СГ).) от этого, /и земля разверзнуться, и горы пасть прахом.../» (Коран, XIX, 92 (90).) ... (Текст (***) непонятен. Возможно, пропуск.) Это то, что надлежит им за благородство их происхождения и за самое прекрасное достоинство их. Их я видел в известном селении, записанном за их потомками. Жители этого селения смешали в своей среде этих потомков по части того, что налагается на них из налогов, сборов и всех потусторонних и мирских обязанностей // и сборов (русум) царских, султанских и других обязанностей (табиат) и что выпадает на их долю из убытков, не говоря уже об амирах времени, тиранах и помощниках. Подлинно, они не отличают крупный рогатый скот от верблюдов, пшеницу от ячменя. Со слов 'Амра, да будет доволен им [113] Аллах, сказал пророк Аллаха - мир над ним: «[чтите моих асхабов] (По СГ, СС.), а затем их близких, а затем - обнаруживается ложь». И сказал пророк - мир над ним: «Если ты видишь тех, кто поносит моих асхабов, то скажите: проклятие Аллаха на зло ваше».

Сказал имам Мухаммед ибн Джарир ат-Табарани (СЗ, СС - ат-Табари.) о завоеваниях в правление 'Омара, что из многих халифов наибольших успехов в завоеваниях имел 'Омар ибн Хаттаб. Он изгнал неверных, разбил их войска, собрал диван, предписал харадж на земле. На востоке его войска перешли воды Джейхуна, на севере войско его дошло до Азербайджана и Баб ал-абваба и земли Н.т.джа (Так во всех списках.), связанной со стеной Йа'джудж и Маджудж. На юге они дошли до Хиндустана, Бахрейна, 'Оммана, Мукрана, Кирмана, а на западе - до границ Константинополя. И подчинились ему все народы. Удивительно то, что 'Омар - да будет доволен им Аллах! - не изменил своего положения по части еды, речи, одежды, скромности, не предался слабости в поклонении и несправедливости в правосудии. Большая часть его войн - на джизье (?) 88. Несомненно, результатом этого стал ислам, плодом - вера. И было у Омара войско в Сирии, войско - в Ираке, войско - в Азербайджане, от Хамдана до Баб ал-абваба длиной (Здесь обрывается текст во всех рукописях.) ...

Я переписал это с древней, ветхой рукописи, из сочинения Мухаммеда Молла Рафи', называемого Абу-л-Фатхом, по прозвищу Зийа' ад-Дин, а на местном языке (би лисан ал-а'джам) Молла Чали (СЗ - «Я переписал это со старой, ветхой рукописи, сочиненной Молла Челеби (? - ***) ар-Рафи', по прозвищу Зийа' ад-Дин, во время благодетеля нашего Абд ар-Рахима аш-Ширвани, ал-Хасана ал-'Алави, ас-Сефеви, кади Гумика, когда он был разрушен тюрками».) 89.

Закончил перепиской историю местных султанов, где объясняется их генеалогия и деяния. Год 1246 (1830-31.).

Комментарии

1. Derbend-Nameh or the History of Derbend, translated from a select turkish version and published with the text and with notes... by Mirza A. Kasem-Beg, SPb., 1851. Рец.: Б. А. Дорн, Разбор сочинения Мирзы А. Казембека под заглавием «Derbend-Nameh or the History of Derbend», - «Двадцать первое присуждение учрежденных Демидовым наград», 17 апреля 1852 г., СПб., 1852. Б. А. Дорн называет также и другие рецензии:«Северная пчела», № 52, 1852; «Journal Asiatique» № 85, 1854, стр. 410-412; «The Literary World», New York, 1852, № 263, стр. 122.

2. Derbend-Nameh, стр. 559-677.

3. Там же, стр. 453.

4. Там же, стр. 454.

5. Извлечение из истории Дагестана, составленное Мухаммедом Рафи, - «Сборник сведений о кавказских горцах», вып. V, Тифлис, 1871.

6. Там же, стр. 5.

7. Там же, стр. 7.

8. Тарихи Дербенд-наме. Под редакцией М. Алиханова-Аварского, Тифлис, 1898 (далее - Дербенд-наме).

9. Дербенд-наме, прил. IX, стр. 164-182. Это издание «Дербенд-наме» получило уничтожающий отзыв еще в год выхода в свет - см.: Е. В., Особого рода ориентализм, - газ. «Кавказ», 1898, № 284.

10. О Дербенд-наме, стр. 186.

11. Там же, стр. 191.

12. Ge'ographie d'Aboulfeda. Texte arabe publie par M. Reinaud et M. MacGuckin de Slane, Paris, 1840.

13. Там же, стр. 35-37, 60, 71, 201-204, 218-219, 374, 390-393, 404-405.

14. Aboulfedae Annates anteislamici, Leipzig, 1831, стр. 6, 18, 19, 90.

15. Аббас-Кули-Ага Бакиханов, Гюлистан-Ирам, Баку, 1926 («Труды Общества обследования и изучения Азербайджана», вып. 4).

16. Там же, стр. 50-51.

17. С. В. Юшков, К вопросу об особенностях феодализма в Дагестане, - «Ученые записки Свердловского Государственного педагогического института», вып. 1 (исторический), Свердловск, 1938, стр. 70-74.

18. Очерки истории Дагестана, т. 1, Махачкала, 1957, стр. 64-65; История Дагестана, т. 1, М., 1967, стр. 91-92; Б. Малачиханов, К вопросу о хазарском Семендере в Дагестане, - УЗ ИИЯЛ, т. XIV (серия историческая), Махачкала, 1965; Л. И. Лавров, Из эпиграфических находок Дагестанской экспедиции, «Сборник Музея антропологии и этнографии», т. XVIII, М.-Л., 1958; А. Р. Шихсаидов, О походе монголов в Рича и Кумух, - УЗ ИИЯЛ, т. 1У, Махачкала, 1958.

19. Выражаю благодарность М.-С. Саидову за предоставление в мое распоряжение списков и за ценные советы и помощь при переводе хроники.

20. А. И. Михайлова, Каталог арабских рукописей Института народов Азии, вып. 3. История, М., 1965, стр. 142. Описание этой рукописи, данное В. Р. Розеном, см.: V. Rosen, Notices sommaires des manuscrits arabes du Musee Asiatique, Premiere livraison, SPb.,1881, стр. 143-144 (№ 192).

21. О существовании этой рукописи я узнал благодаря любезности научного сотрудника Ленинградского отделения Института востоковедения А. И. Михайловой, которая выслала мне фотокопии выдержек из «Та'рих Дагестан».

22. «Вступление» П. К. Услара к «Извлечению из истории Дагестана, составленному Мухаммедом Рафи», стр. 7-8.

23. BGA, I, 1870, стр. 4, 5, 10, 184, 217, 223, 227 (ал-Истахри); V, 1885, стр. 295 (Ибн ал-Факих); VI, 1889, стр. 124, 162 (Ибн Хордадбех); VII, 1892, стр. 147-148 (Ибн Руста); Macoudi, Les Prairies d'or. Texte et trad, par B. de Meynard et P. de Courteille, t. II, Paris, 1863, 42; Hudud al-'Alam. The Regions of the World. A Persian Geography 372 A. H. - 982 A. D. Transl. and explained by V. Minorsky, London, 1937, стр. 161; В. Ф. Минорский, История Ширвана и Дербенда X-XI вв., М., 1963, стр. 132-137.

24. В. М. Бейлис, Из истории Дагестана VI-X вв. (Сарир), - «Исторический журнал», т. 73, 1963, стр. 262; История Дагестана, т. 1, стр. 123.

25. Derbend-Nameh, стр. 519, 543-546.

26. См. сообщение Ибн Руста о языческом похоронном обряде в Сарире (BGA, VII, 147-148).

27. Д. М. Атаев, Нагорный Дагестан в раннем средневековье, Махачкала, 1963, стр. 184-196.

28. V. Minorsky et Cl. Cahen, Le recueil transcaucasien de Mas'ud b. Namdar, - «Journal Asiatique», t. 227, 1949, № 1, стр. 24, 132-133.

29. М.-С. Саидoв, О распространении Абумуслимом ислама в Дагестане, - УЗ ИИЯЛ, т. 1, 1956; А. Р. Шихсаидов, Ислам в средневековом Дагестане, Махачкала, 1969, стр. 205-211.

30. Le Tuhfat al-albab de Abu Hamid al-Andalusi al-Garnati edite par G. Ferrand, - «Journal Asiatique», CCVII, 1925, стр. 85-86.

31. Эпиграфические памятники Северного Кавказа на арабском, персидском и турецком языках.. Часть 1. Надписи X-XVIII вв. Тексты, переводы, комментарии, введение и приложения Л. И. Лаврова, М., 1966, стр. 77-78; П. М. Дебиров, Архитектурная резьба Дагестана, М., 1966, стр. 27; А. Р. Шихсаидов, Надписи XI-XV вв. из Уркараха и Хива, - «Археологические открытия 1969 г.», М., 1970.

32. Али Каяев, Материалы по истории лаков, - РФ ИИЯЛ, д. 1642, л. 263а.

33. Derbend-Nameh, стр. 545.

34. A. M. Дирр, Рутульский язык, - «Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа», вып. 42, Тифлис, 1912, стр. 2.

35. Б. Малачиханов, К вопросу о хазарском Семендере в Дагестане, стр. 192-193.

36. Али Каяев, Материалы по истории лаков, л. 255.

37. Государственный Матенадаран при Совете Министров Армянской ССР. Арабско-персидский фонд, д. 240, л. 4.

38. Л. И. Лавров, Эпиграфические памятники..., ч. 1, стр. 81, 83.

39. Р. М. Магомедов, История Дагестана, Махачкала, 1961, стр. 128; К. Баркуев, М.-К. Ахмедов, А. Шихсаидов, Исторические сведения о Дагестане из арабских рукописей, - УЗ ИИЯЛ, т. XI, серия историческая, Махачкала, 1963, стр. 178-179.

40. История Дагестана, т. 1, стр. 282-287.

41. Derbend-Nameh, Стр. 453.

42. Дагустан. Более ранние местные хроники или же произведения арабской историко-географической литературы этого географического термина не знают. В «Та'рих, Дагестан» он встречается впервые.

43. Исходя из содержания хроники, термин усул мы перевели словом «положения», имея в виду обычно-правовые положения в Дагестане. П. К. Услар (стр. 9) и вслед за ним М. Алиханов-Аварский (стр. 164) перевели словом «корни», имея, очевидно, в виду происхождение народов. В хронике о происхождении народов Дагестана никаких сообщений не имеется.

44. В издании и переводе М. А. Казембека это вступление отсутствует.

45. П. К. Услар (стр. 9) и М. Алиханов-Аварский (стр. 164) передали это предложение в настоящем времени, хотя М. А. Казембек (стр. 659) перевел: was a beautiful country.

46. М. А. Казембек (стр. 659) и П. К. Услар (стр. 9) переводят «много владений», хотя во всех списках - ***.

47. Арабская историко-географическая литература IX-X вв. знает только Сарир, отождествляемое в основном с территорией современной Аварии (Encyclopedie de l'Islam, I, 911; Hudud al-'Alam, 147, 161). Обстоятельно о Сарире см.: В. Ф. Минорский, История Ширвана и Дербенда, стр. 132-137; В. М. Бейлис, Из истории Дагестана VI-X вв. (Сарир); История Дагестана, т. 1, стр. 123-124, 182. В дагестанских исторических хрониках (исключая «Историю Ширвана и Дербенда») и записях вместо Сарир встречается только Авар.

48. М. А. Казембек (стр. 659) находил сходство с селением Шали, близ Кумуха, но П. К. Услар (стр. 9) справедливо понимает это как «плоскостную», т. е. приморскую, часть Дагестана. Ас-Сахл, вернее всего, понятие географическое, а не государственно-административное.

49. «Царство» Зирихгеран впервые упоминается у ал-Балазури в связи с событиями VI-VIII вв. (Liber, expugnationis regionum, auctore Imamo Ahmed ibn Jahja ibn Djabir al-Beladson... ed. M. J. de Goeje. Lugduni-Batavorum, 1866, стр. 204, 208). О Зирихгеране в XII в. - См.: Le Tubfat al-albab de Abu Hamid al-Andalusi al-Gamati, ed. par G. Ferrand, - «Journal Asiatique», CCVII, 1925, стр. 82-83. В издании Ц. Дублера (Abu Hamid el Granadino у su relacion de viaje por tierras Eurasiaticas. Texto arabe, traduccion e interpretacion por Cesar E. Dubler, Madrid, 1953) сведения о Зирихгеране отсутствуют. Сведения ал-Гарнати в сокращенном виде повторил также автор XV в. Бакуви («Notices et ex traits des manuscrits de la Bibliotheque de Roi...», t. II, Paris, 1789, стр. 535). Зирихгеран занимал территорию современного Кубачи (Дахадаевский р-н) с соседними землями.

50. М. А. Казембек и П. К. Услар перевели Танус как название области: «во владении Аварском, иначе называемом Танус - это есть самое могущественное из дагестанских владений». Для обозначения области, в частности Авар, автор хроники употребляет термин «нахийа», в то время как здесь употреблен другой термин - «балда». Тануси - ныне небольшое селение близ Хунзаха (Хунзахский р-н). Предание приписывает ему былое величие и считает его резиденцией аварских правителей (нуцалов) до возвышения Хунзаха. Если Мухаммед Рафи' в начале хроники пишет о Танусе, то при описании более поздних событий он упоминает только Хунзах. Интересно, что арабская историко-географическая литература IX-X вв. не знает Тануса, а сообщает о Хунзахе, вернее, о Хумрадже (Macoudi. Les prairies d'or, II, 41-42), но это неточное написание названия Хунзах (Hudud al-'alam, 448).

51. Нусал - титул феодальных правителей Аварии. В дагестанских языках, в частности аварском, произносится нуцал (Аварско-русский словарь. Составил М. Саидов, М., 1967, стр. 362).

52. В переводе П. К. Услара (стр. 11) упомянут только Саратан, а остальные представители генеалогической цепи не названы.

53. Так во многих списках. М. А. Казембек в переводе намеренно отметил 99 поколений вместо 99 тыс. арабского текста. М. Алиханов-Аварский (стр. 166) пишет, что в его списке указано 9009 поколений.

54. В переводе М. А. Казембека и П. К. Услара: «Этот государь получал доход со всех владений, и ему посылались все подати, налоги и десятины от всех обитателей Дагестана». У М. Алиханова-Аварского (стр. 166) более подробно, с добавлением мест, отсутствующих в других списках: «Он завладел силою всеми общинами и доходами их ханов. Этот государь получал доход со всех владений и подати со всех обитателей Дагестана, начиная от страны черкесов...».

55. Местечко 'Акари. По П. К. Услару (стр. 11) - это Гакуари, «главное селение общества Чамалал». М. Алиханов-Аварский (стр. 166-167) дает более правильное объяснение: «Над Хунзахом возвышается гора Акари, на вершине которой лежат, под тем же названием, развалины небольшого поселка или укрепления, служившего наблюдательным пунктом, и откуда, по преданию, была проведена в Танус сигнальная цепь по нескольким башням. По тому же преданию, от всех податей и повинностей были избавлены семейства, составлявшие постоянный караул этого укрепления».

56. Текст наиболее ранних из дошедших до нас памятников обычного права среди аварцев, зафиксировавших наказания и штрафы за убийство, членовредительство и имущественные преступления, см.: Кодекс законов Умма-хана Аварского (Справедливого), М» 1948; Гидатлинские адаты. Подготовили к печати Х.-М. Хашаев и М.-С. Саидов, Махачкала, 1957.

57. Только в переводе П. К. Услара (стр. 12) и М. Алиханова-Аварского вместо слов «с каждого селения» стоит «С деревни Варанди (общества Шубут)». В арабских списках (в том числе и К) Варанди не упоминается.

58. «ал-мадафи' ва-д-даккак ва-л-канафир ваг-л-джаба'ил ал-манджанйка». Примечание М. А. Казембека: «Мы перевели *** «метательные машины», *** «разрушительные машины» и выразили *** через манганум. При переводе первых двух слов мы последовали лексиконам Камуса и ас-Сагани» (стр. 664). Слово *** М. А. Казембек исправил на *** (ед. ч. ***) и перевел как drum (барабан, бубен). П. К. Услар (стр. 15) более точен в передаче последнего слове: «Кунфара ***, во множеств, числе *** канафир, теперь употребляется в смысле мортира». М. Алиханов-Аварский (стр. 170, прим. 112) дает то же значение: «кенафир означает теперь мортиру; поэтому нам кажется более вероятным предположить, что до изобретения пороха арабы называли этим словом какую-нибудь камнеметную или вообще метательную машину».

59. М. А. Казембек и П. К. Услар: «без противоречия со стороны кого-либо, большого или малого».

60. Эту генеалогическую сводку П. К. Услар перевел в краткой форме: «он был (сын) Эмир-Хамзе сын и т. д. ... сын Сулеймана» (стр. 18).

61. Широко распространенная в Дагестане версия о происхождении шамхалов - правителей Кумуха (Газикумухского шамхальства).

62. М. А. Казембек (стр. 666-667) обратил внимание на это известие, свидетельствующее «о древних связях русов (русских) с жителями Армении и Дагестана и т. д.», и связал это известие с походом Святослава против хазар в 965 г. Связи русов с Восточным Кавказом начались намного раньше, но в IX-X вв. значительно усилились. Основную литературу о русско-восточнокавказских связях см.: В. Григорьев, О древних походах русов на Восток, - «Журнал Министерства народного просвещения», 1835, февраль, отд. II; X. Френ, Письмена древних руссов, - «Библиотека для чтения», т. XV, отд. III, СПб, 1836; Б. Дорн, Каспий, СПб., 1875, стр. VI-IX, 37, 47-65, 522-530; В. В. Бартольд, Арабские известия о русах, - Соч., т. II, ч. 1, М., 1963; его же, Место прикаспийских областей в истории мусульманского мира, - там же, стр. 676-690; А. Ю. Якубовский, Ибн-Мискавейх о походе русов в Бердаа в 332 г. (943/4 г.), - «Византийский временник», т. XXIV, № 9, Л., 1926; его же, О русско-хазарских и русско-кавказских отношениях в IX-X вв., - «Известия Академии Наук СССР», серия историческая - т. III, № 5, М., 1946; В. Ф. Минорский, Русь в Закавказье. (Новые данные), - «Acta Orientalia Hungarica», t. III, fasc. 1-2, 1953; его же, История Ширвана и Дербенда, стр. 145-155; Б. Н. Заходер, Из истории волжско-каспийских связей древней Руси, - «Советское востоковедение», 1955, № 3; В. Г. Гаджиев, Роль России в истории Дагестана, М., 1965, стр. 45-64; История Дагестана, т. 1, М., 1967, стр. 172-175 и др.

63. Имеется в виду Чога, или Чора (Джора) раннесредневековых армянских авторов - см.: История Егише Вардапета. Перевод с арм. П. Шаншиева, Тифлис, 1853, стр. 123 («страна Джора»), стр. 157 («ущелье Джора»); История императора Иракла. Сочинение епископа Себеоса, СПб, 1862, стр. 29, 76 («проход Джора»), стр. 159 («крепость Джора»), стр. 164; Моисей Хоренский, История Армении. Новый перевод с армянского Н. О. Эмина, М., 1893, стр. 113, 151 («ущелье Чора»); История агван Моисея Каганкатваци. Перевод с арм. К. Патканьяна, СПб., 1861, стр. 90, 104-105 («город Чога»), стр. 109-110 («проход Джора»), стр. 126-127 («страна Чога»), стр. 80, 150 («врата Чога»). Иногда под Чога подразумевалась значительная территория. Католикос Виро говорил: «Я, Виро, католикос агванский, лбинский и Чога» (История агван, стр. 131). Или же царевич хазарский, будучи в Партаве, говорит Виро: «получил отец мой три эти страны - Агванию, Чога и Лпинию на вечное владение» (там же, стр. 126-127). Арабские авторы обычно знают Сул (Bibliotheca Geographorum Arabicoram,VI, 123 (Ибн Хордадбех). Это название (Сул) встречается еще в XI в. - см.: В. Ф. Минорский, История Ширвана и Дербенда, стр. 10 (араб, текст: «крепость ал-Баб вместе с крепостью Сул»). По мнению В. Ф. Минорского, Сул - это Баб ал-абваб или часть его (см. там же, стр. 52, прим. 19). В настоящее время Чога отождествляется с Топрах-кала, развалины которого сохранились близ Дербента, - см.: Очерки истории Дагестана, Махачкала, 1957, стр. 33. По всей вероятности, впоследствии это название было перенесено на Дербент. Некоторые дагестанские народы и до сих пор называют Дербент Чуруль (лакцы), или Чулли (даргинцы). Первое сообщение о Топрах-кале и остатках оборонительных сооружений: Geographisch-historische Beschreibung des ostlichen Kaukasus zwischen den Flussen Terek, Aragwi, Kur und dem Kaspischen Meere. Von J. v. Klaproth. Weimar, 1814, стр. 180 («персы называют это место также Шахер-гер и считают, что оно построено Гумгум-падишахом»).

64. Кала-Корейш - ранняя столица Кайтакского уцмийства. Расположен в 6 км от Кубани (Дахадаевский р-н). Сохранились развалины селения, в том числе и известный стуковый михраб XI-XII вв. Остался целым мавзолей уцмиев.

65. Тушетия - область Грузии, на границе с Дагестаном.

66. Хунзах - бывшая резиденция аварских нуцалов, впоследствии - столица Аварского ханства. Ныне центр Хунзахского района. В селении сохранилось здание мечети, строительство которого устная традиция приписывает Абу Муслиму, распространителю ислама в Аварии, однако строительная надпись в стене мечети говорит о постройке здания в 934 г. хиджры, т. е. 1527-28 г. (Л. И. Лавров, Из эпиграфических находок Дагестанской экспедиции, ч. 1, стр. 146). Как передает П. К. Услар (стр. 21), вещи Абу Муслима, именно «сабля и аба его (тога или ряса), до сих пор хранятся в Хунзахской мечети, как высокочтимые вещи». Позднее происхождение этих вещей отмечено в литературе - см.: М.-С. Саидов, О распространении Абумуслимом ислама в Дагестане, стр. 45-48.

67. М. А. Казембек и П. К. Услар передают харадж словом «подати».

68. Интересно примечание М. А. Казембека (стр. 670, в переводе П. К. Услара): «Обычай взимать плату, специально называемую рахдарлык (т. е. деньги, принадлежащие дорожным сборщикам) и иногда тамга, существовал лет 20 тому назад. Следовавшая плата шамхалам собиралась в различных местах их владений; принадлежавшая уцмиям собиралась в Дербенте... Эти платежи после того, как утвердилось русское правительство в Дагестане, отнесены были к государственной таможне, но впоследствии времени постепенно были частию отменены, частию переложены на другие правильные источники дохода».

69. М. А. Казембек (стр. 670) и П. К. Услар (стр. 22) передали это место с некоторой неточностью: «Из всех этих доходов он пятую часть присвоил себе, а остальные четыре пятых раздавал в своем поколении всем поровну».

70. В передаче П. К. Услара (стр. 22): «Тут было установлено, что никакой налог и подать, какие простой народ обязан был платить, как, например, платежи дивану и другие обязанности, постановляемые государем, и проч., не могли падать на сыновей, внуков и правнуков их государей».

71. Под словом гирим *** имеется в виду крым-шамхал, наследник шамхала. М. А. Казембек прочитал это слово как 'Азим *** передвинув точку с гайна на ра, и перевел его как название общества (стр. 670): «На общество Кесрехи - 30 овец, на общество Азим - 400 овец». П. К. Услар также не понял это место (стр. 22): «На Кусрахи 300 овец, на Кырым (?) 400 овец». В списке СЗ текст ясен: «на общество Карах - 500 овец шамхалу и 400 - гирим-шамхалу, на общество Кусрахи - 300 овец шамхалу и 400 овец гирим-шамхалу». СБ - «на общество Писрухи - ему, т. е. шамхалу, 300 овец и гириму - 400 овец». О происхождении термина «крым-шамхал» - см.: Р. Г. Маршаев, О термине «шамхал» и резиденции шамхалов, - УЗ ИИЯЛ, т. VI, Махачкала, 1959, стр. 169.

Весьма характерно то обстоятельство, что хроника ни разу не дает написания «крым-шамхал», а применяет обычно термин «гирим-шамхал» или реже «чирим».

Одно из ранних сообщений о крым-шамхалах как наследниках шамхалов принадлежит И. Г. Герберу: «Хотя шамхал и от персидского шаха поставляется, однако он имел вольность выбирать себе наследника при своей жизни, который имел титул Крым шамхала» (И. Г. Гербер, Известия о находящихся с западной стороны Каспийского моря между Астраханью и рекой Курой народах и землях и о их состоянии в 1728 году, сочиненное И. Г. Гербером, - «Сочинения и переводы, к пользе и увеселению служащие», СПб., 1760, июль, стр. 37).

72. М. А. Казембек (стр. 670): «Также за (пастбище на) горе в Кесрехи - тысяча овец и 30 коров - на другой горе в Азиме». П. К. Услар (стр. 22) перевел так же, но вместо Азим пишет Кырым.

73. П. К. Услар уточняет: «Весь Мычичиш, т. е. Чечня, был его собственностью» (стр. 23). СЗ подробнее: «М.ч.ч - полностью его мульк, как и селения Б.х.д.б, Адуриб, Дуклиб, З.х.ди - его мульк».

74. са' - мера объема для сыпучих тел, равная 2,5-3 кг (в зависимости от местности). Значение канонической са' - см.: В. Хинц, Мусульманские меры и веса с переводом в метрическую систему, М» 1970, стр. 59. См. также: A. Grohmann, Einfuhrang und Chrestomathie zur arabischen Papyruskunde, Bd I, Praha, 1954, стр. 154-155. Са' в Средней Азии - см.: Е. А. Давидович, Материалы по метрологии средневековой Средней Азии, М., 1970, стр. 101.

В тексте хроники встречаются еще два термина для измерения зерна - это кайл и отмеченный только в списке ЛА - «мачар». Значение кайл (киле) - см.: В. Хинц, Мусульманские меры и веса, стр. 52. В Дагестане в различных районах киле вмещает от 2,5 до 5 кг. Мачар - в ряде аварских аулов (Хунзах) - мера для измерения сыпучих тел, вмещает около 30 кг. 2 мачара составляли хунза-къали (сообщение сотрудника Института ИЯЛ А. Гайдар-Османова). В 1962 г. в селении Кулецма мы зафиксировали существование в прошлом следующих эталонов для измерения сыпучих тел: вакия (700 г), сахил-башта (2 вакия), сах (4 вакия), ритл (2,5 саха), къали (5 сахов), мачIар (2 къали).

75. М. А. Казембек прочитал Ассиш, но П. К. Услар исправил на Усиша.

76. В тексте - ***. М. А. Казембек (стр. 671) перевел частично (and 50 rams the...? of the mountain) и предложил осторожное исправление *** на ***. П. К. Услар также перевел не полностью.

77. П. К. Услар: «а с горы, принадлежащей к нему, он получал ежегодно 50 овец» (стр. 24).

78. Кумухскому шамхалу харадж вносили следующие населенные пункты и общества (в порядке, перечисляемом в хронике): Карах - общество, в середине XIX в. состояло из 23 селений Гунибского округа («Список населенных мест Дагестанской области», составил А. Комаров, Тифлис, 1869, стр. 54-57, в дальнейшем - «Список»), ныне Чародинского р-на; Кусрахи, или Кейсерух, общество, более употребительно название Тлейсерух, или Тленсерух, состояло из 19 селений и хуторов Гунибского округа («Список», стр. 59-60), ныне Чародинского р-на; Хибилал (Тлебель), общество, состоявшее из 7 селений Гунибского округа («Список», стр. 62-63), ныне Тляратинского р-на; Чамалал, общество, состояло из 17 селений и отселков Андийского округа («Список», стр. 43-44), ныне Цумадинского р-на; Тиндал (Тинди), общество, состояло из 26 селений и хуторов Андийского округа («Список», стр. 45-46), ныне Цумадинского р-на; 'Аршуб (Ачуди, Арчу) входил в общество Калалал Андийского округа, ныне селение 'Арчо Ахвахского р-на; Хунзах - см, прим, 9 и 25; 'Андиб (Анди), главное селение Андийского наибства Андийского округа, ныне Анди Ботлихского р-на; Гадар (Кадар), даргинское селение, Буйнакский р-н; Аркас - аварское селение Буйнакскогр р-на; Тумал - так аварцы называют лаков, Тум - Лакская земля (М.-С. Саидов, Аварско-русский словарь, стр. 641); Мичикич - см. статью А. А. Сатыбалова в УЗ ИИЯЛ, т. V, 1958; Костек - кумыкский аул, Хасавюртовский р-н; Таргу (Тарки) - кумыкское селение, близ Махачкалы, один из старейших дагестанских аулов, в прошлом столица Тарковского шамхальства (Л. И. Лавров, Тарки до XVIII века, - УЗ ИИЯЛ, т. IV, Махачкала, 1958); Губден - даргинское селение, Сергокалинский р-н; Хайдак (Кайтак) - одно из ранних государственных образований Дагестана, занимало земли, занятые даргинцами, в хронике понимается, очевидно, территория современных Дахадаевского и Кайтакского районов; Усиша - даргинское селение, Акушинский р-н; Акуша - даргинское селение, центр Акуша-Дарго; Сюрги (Сирхи) - общество Даргинского округа, ныне ряд аулов Дахадаевского р-на; Цудахар - даргинское селение, Левашинский р-н; Унчукатль - лакское селение, Лакский р-н; Зирихгеран - см. прим. 8; К.б.кбан (Кубалю) - селение Казикумухского округа (П. К. Услар, стр. 30); Сунбатль (Сумбатль) - лакское селение, Кулинский р-н; Иргакай (Ирхана, Рихуни) - аварское селение, Унцукульский р-н; Зантаб - гора близ селения Ирганай; Баклал (Буктлулал - общество Андийского округа, ныне Гумбетовский р-н); Цахур - цахурское селение, бывшая столица феодального владения, один из старейших дагестанских аулов, Рутульский р-н; (первое сообщение о Цахуре: Zakarija Ben Muhammad Ben Mahmud el-Cazwini's Kosmographie, hrsg. von F. Wustenfeld, Gottingen, t. II, 1848, стр. 405); Голода - аварское селение близ Закатал в Северном Азербайджане, по П. К. Услару (стр. 30), так аварцы называют Закатальский округ; по тексту хроники, речь идет о селении Голода. Жителей Закатал северные аварцы называют Гъолодесеу (А. М. Дирр, Современные названия кавказских племен, - «Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа», вып. 40, Тифлис, 1909, стр. 14); Рис'ур (Рис ор) - селение Дусрах Чародинского р-на, раньше селение и общество Казикумухского округа; Мукрак (Мукрах) - селение и общество того же округа; Куралал (Кюре) - лезгинские земли, соответствующие примерно территории современных Сулейман-Стальского, Магарамкентского и Курахского районов.

79. B передаче М. А. Казембека и П. К. Услара к «неверным» бежал Амир Султан.

80. М. А. Казембек (стр. 672) предлагает чтение *** и перевод: «Он попросил войска алан, чтобы добиться места своего отца». П. К. Услар предложил, как нам кажется, правильное чтение *** с переводом: «он искал войск, чтобы извлечь...». Все списки (кроме К) дают текст в форме, предложенной П. К. Усларом. Возможно, и К давал такое же чтение. М. Алиханов-Аварский (стр. 177) следует переводу М. А. Казембека: «выпросил помощь войска алланов, чтобы получить место своего отца».

81. П. К. Услар (стр. 124): «своих предков», т. е. предков Амира Ахмада.

82. В тексте *** М. А. Казембека (стр. 675): These had occupied the fortification above the Mosque (called) Kekeli. П. К. Услар название относит к крепости (стр. 27): «эти заняли укрепление выше мечети, (называемое) Кекели».

83. «Юноши исполнили свой долг (т. е. были убиты)» - по П. К. Услару.

84. К - ***. M. A. Казембек указал, что два последних слова непонятны, и дал неполный перевод фразы («Кумух попал в руки...»). П. К. Услар (стр. 27) на основе доступных рукописей предложил более точное чтение этих слов *** (низкие по происхождению). Тем не менее дает такой перевод: «но кумухские (князья) попали пленниками в руки...». Во всех наших текстах - ***.

85. По всей вероятности, 718 г. хиджры относится ко времени составления хроники, а не к событиям в Кумухе.

86. «салатин ал-'аджам ал-джибали». Имеются в виду горные районы Дагестана, в частности Кумух и Кайтак. П. К. Услар (стр. 27) передает более категорично: «все дагестанские правители... исключая султанов Аварии».

87. Отсюда и до конца абзаца М. А. Казембек и П. К. Услар перевода не дают. М. А. Казембек указывает в примечании (стр. 677, прим 122): «Здесь мы пропустили несколько строк, которые обезображены множеством ошибок. В них заключается продолжение увещаний автора и наставление, что с таковых потомков священной крови не должно быть требуемо никаких повинностей, ни податей, которые наложены на всех остальных жителей, и проч.; с другой же стороны, не должно верить тем, которые изъявляют притязания на происхождение от святого семейства, не имея на то никакого документа, ни законного права». П. К. Услар добавляет (стр. 28): «Это примечание г. Казембека заключает в себе полный и настоящий смысл пропущенного им места, как видно из рукописей, имевшихся у нас».

88. В тексте: ***. Почти во всех других списках - ***. Может быть, ***? Тогда текст следует понимать в том смысле, что принцип веротерпимости с уплатой джизьи привел к успешному распространению ислама.

89. *** вместо ***. М. А. Казембек слова «би лисан ал-а'джам» перевел традиционно: «на персидском языке» (стр. 453).

Текст воспроизведен по изданию: Дагестанская историческая хроника "Та'рих Дагестан" Мухаммада Рафи' // Письменные памятники Востока. 1972. М. Наука. 1977

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2022  All Rights Reserved.