Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

АЛЕКСАНДР БЁРНС

КАБУЛ

ПУТЕВЫЕ ЗАПИСКИ СЭР АЛЕКСАНДРА БОРНСА

В 1836, 1837 И 1838 ГОДАХ.

CABOOL: BEING A PERSONAL NARRATIVE OF A JOURNEY TO, AND RESIDENCE IN THAT CITY IN THE YEARS 1836, 7 AND 8.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ.

ПРИБАВЛЕНИЯ.

VII. — О пароходах для Инда.

Желая ознакомиться с настоящим положением пароходного судоходства на Гангссе, предварительно представлению Правительству результатов своих исследований на Инде, я писал об этом к Г. С. Б. Гринла в [92] Калкутте. Он в ответ доставил мне весьма важное донесение контроллера пароходных судов Правительства, капитана Джонстона, — человека понимающего это дело более нежели кто либо во всей Индии. Прилагая этот документ, я прибавлю только то, что во всех отношениях суда, описанные капитаном Джонстоном вполне соответствуют плаванию по Инду, и что экономия, господствующая на пароходах Гангеса, достойна подражания и на Инде.

К концу 1835 года, когда пароход Инд пришел в Гайдрабад, один из Синдских Эмиров изъявил желание иметь подобное, но более сильное судно. По этому случаю капитан Борнс, живший тогда при дворе Эмира, спрашивал моего мнения о том — какого рода суда более соответственны Инду; я послал к нему записку, из которой привожу здесь один параграф, показывающий, что в то время мерою погружения Индского парохода я назначал тоже самое [93] число дюймов, на какое погружаются суда Гангесские.

«Параграф 11-тый. — В предыдущем параграфе я сказал, что на Инде потребны сильные пароходы; причины этому следующие: в некоторых частях реки, быстрота течения равняется пяти и шести узлам в час, следовательно для противодействия ей необходимо иметь в судах запасную силу. В настоящее время мы так хорошо умеем управлять парами, что в плавании вниз по реке, сопряженном с большими опасностями, всегда можем распологать этою силою, равно и ходом судна, по произволу. В противном случае, т. е. если бы машины оказались слабыми, то заменить их постройкою новых было бы слишком дорого. Судно должно сидеть в воде на два фута и шесть дюймов; это совершенно достаточно, ибо при значительной ширине и небольшой длине, оно должно быть построено без киля» (Когда это было писало в не видел еще Инда в полноводие.). [94]

Замечание о Гангесских пароходах, доставленные контроллером их, лейтенантом Королевского флота, Джонстоном.

«В настоящее время для внутреннего сообщения, употребляются четыре железных парохода в 125 футов длины и 22 ширины. К каждому из них прицепляется подчал, такой же длины, 20 футов ширины и 5 футов глубины в трюме. Вместимость этого последнего судна ровна 4000 футам, или 40 тоннам, а мера погружения 30 дюймам. Железные бока парохода имеют 5 футов высоты, а над этим следует легкая деревянная надстройка; высота между палубою, образующею трюм и палубою, на которой ходят пассажиры и прислуга, равняется 4 футам; почти все заключающееся тут пространство разделено на каюты. Для пассажиров назначено четырнадцать кают; из них четыре имеют 12 футов длины и 9 ширины; четыре — 9 длины и 8 1/2 ширины и шесть 8 1/4 длины и 6 1/4 ширины; столовая [95] имеет 20 футов длины и 12 ширины. Кроме этого есть две ванные и две приписные комнаты, один буфет, одна каюта служительская и две офицерские. В каждой каюте есть ватер-клозет. Окна в 4 фуга высоты и 2 1/2 ширины. Железные бока пароходов подняты посредине до высоты тех бимсов, на которых лежат оси колес и утверждены легкие деревянные крыши, их закрывающие. Машины двойные, в 60 лошадиных сил каждая; они требуют около 10 фунтов Бардуанского каменного угля в час на каждую силу. Полный запас этого топлива обыкновенно равняется 450 маундам, при 30 дюймах погружения. В каждом пароходе позади котла устроена большая каюта, непосещаемая Европейцами в жаркую погоду, но за то весьма удобная в холодную. Впереди машин с обеих сторон есть еще две каюты, в 8 футов длины и 5 ширины каждая, между которыми помещается комната для общего стола. На палубе также есть каюта, сделанная из теса в 3/4 дюйма [96] толщиною; она имеет 8 футов длины и 10 ширины. Машины стоят впереди котла. Пароходы имеют по одной мачте и по одной стенге, на которых поднимают четвероугольные паруса при попутном ветре. Якоря, забрасываемые на цепях, весят от 448 до 560 фунтов Английских; кроме их всегда есть в запасе несколько заводных якорей и дрегов и избыток во всех потребных снастях. Диаметр колес равняется 16, а ширина 6 футам; перья — по 18 на колесо — имеют 6 футов длины и 18 дюймов ширины; они делаются из сосновых досок в 2 дюйма толщиною. Середняя доска погружается под воду на три дюйма, когда пароход несет весь запас потребного для него угля. Максимум скорости плавания парохода без подчала равен 9, а с подчалом только 7 милям в час.

Поставщики каменного угля обыкновенно запасают его на берегах, и оттуда перевозят в лодках на пароходы, когда для а тих последних нет возможности [97] причалить к берегу. Уголь всегда принимается с весу; на прием ста маундов дается час времени.

Подчалы сцепляются с пароходами посредством особливого снаряда так, что в случае необходимости их можно разъединить в одну минуту.

Судоходство по Гангесу гораздо удобнее и безопаснее в сухое время года. В плавании вверх по реке опасности менее, чем в плавании вниз. Капитанам поставляется в обязанность всего более заботиться о сбережении судов и считать поспешность делом второстепенным. Во время засух плавание вниз по реке совершается не редко в шестнадцать, или семнадцать дней; а во время разливов в пять, шесть, семь и десять дней; плавание же вверх в пору самого быстрого течения занимает от двадцати пяти до тридцати дней; а иногда только от девятнадцати до двадцати трех и двадцати пяти. Течение Гангеса в пору засух равно семи милям в час. [98]

Суда во время полноводия почти всегда могут избежать силы течения, направляя ход свой поверх отмелей; в сухую же пору они принуждены итти прямо ей на встречу.

На Гангесе есть общество лоцманов, состоящее из туземных рыбаков. От них требуется знание реки на расстоянии от восемнадцати до двадцати шести миль от места до места; не смотря, однакоже, на это, редкий пароход не сядет на мель во время своего плавания. Главнейшие повреждения при этом происходят собственно от потрясения, и по большей части оказываются в надводных частях построек. Только два раза случилось, что пароходы повреждены были в своих подводных частях: они ударились о скалы во время сильного отлива на ходу, под всем паром вниз по течению. Дно у каждого пробилось насквозь; но их скоро остановили и нашли, что повреждение ограничивалось только тою частью железа, которое было в [99] соприкосновении со скалою. От силы подобного удара деревянный пароход распался бы на части.

Строить деревянные пароходы с соблюдением в них такой же легкости и малогрузности, какими отличаются железные, нет, по моему мнению, ни какой возможности, и я не вижу средств к улучшению наших теперешних пароходов, ибо свойства реки ограничивают как длину их, так и меру погружения в воду. Думаю, однакоже, что буду в состоянии построить такой пароход, для плавания по Гангесу выше Аллахебада, который бы, за нагрузкою 24-часовым запасом угля, сидел в воде только на двадцать два дюйма: при этом экономия веса будет заключаться собственно в легости постройки надводных частей. Железный кузов, в отношении своей формы и своих размеров останется тот же, какой имеют пароходы, плавающие по Гангесу в настоящую пору, с тем только изменением, что железные бока будут несколько повыше.

(Подписано) Джемс Г. Джонстон. [100]

* * *

В вышеприведенном донесении заключается, по моему суждению, один только пункт, требующий изменения в распоряжениях, относящихся до пароходства на Инде. Изменение это заключается в том, что при употреблении в топливо дров, большая часть запасов этого материала должна будет находится на воде; иначе, все выгоды пароходства поглотятся тем временем, которое потребно для перевозки дров на пароходы.

Берега Гангеса высоки, тверды и, говоря сравнительно, не столько подвержены переменам, сколько берега Индские. Там города, так сказать, висят над водою; места высадки устроены на самых берегах, и потому пароходы почти на всех станциях могут подходить вплоть к этим местам и с них забирать топливо.

На Инде со всем не то. Тут города находятся на расстоянии не менее двух миль от реки, а берега беспрерывно меняют свои очертания. По этому я предполагаю устроить большие, легкоуправляемые, плоские [101] суда и укрепить их на якорях в таких местах, на которые укажут последующие опыты. Мера погружения этих судов не должна превосходить 3 футов и 6 дюймов; при каждом из них назначится лодья, по средством которой прислуга будет иметь возможность подвозить на эти суда запасы топлива с берега.

Полагаю так же, что если бы нам удалось преодолеть несовершенство в управлении зограком, то пароходы, устроенные по его образцу, были бы самыми удобнейшими на Инде.

VIII. — О топливе для пароходов.

Леса, на берегах Инда растущие, состоят из следующих дерев:

1. Мангров. — Изобильно ростет в Дельте, и хотя не достигает значительной высоты, однакоже иметь иногда до 12 футов в окружности. Оно горит хорошо.

2. Канди — Редко достигает высоты 9 [102] футов; оно преимущественно ростет между Чандкотом и Сехуаном, при подошве Лаккийских гор. В Нижнем Синде это дерево довольно редко; но в двенадцати милах на юг от Миттана, на западном берегу Инда, есть большой лес, в котором оно очень обыкновенно. По крепости своих волокон и по их переплетенности, оно в большем ходу у строителей судов.

3. Баун. — Ниже Гайдрабада такого лесу мало; но между этою столицею и Сехуаном он встречается во множестве; для топлива негоден.

4. Джалл или Пелло. — Это дерево встречается на всем протяжении Инда. Между рекою и степью преобладают два рода деревьев: это тамариск, опушающий реку, и джалл или пелло, тянущийся вдоль степи. Для топлива последний не лучше бауна.

5. Тамариск. — От моря до Кяла Баха этот лес более или менее обилен, и его можно заготовлять в огромном количестве. [103] Однакоже, крупный лес этого рода находится от одной до двенадцати миль расстоянием от Инда; по этому перевоз его к реке требует значительных издержек и проволочки времени. Тамариск есть обыкновенное топливо в этих странах.

6. Каррил. — Обильно растет в Синде; но не доставляет хороших дров. При сгарании отделяет много дыму, не издавая пламени. По причине крючковатости своей и твердости волокна он с выгодою употребляется на ребра судов и вообще там, где нужна кривизна линий вместе с крепостью и прочностью.

7. Лухера. — Дерево известное под этим названием растет между озером Манчаром и примыкающими к нему горами. Оно очень обыкновенно и невысоко ростом. Как топливо оно гораздо хуже предыдущего.

8. Талли. — Этот лес редко виден по берегам Инда; если же где и встречается [104] то всегда по близости деревень, одинокими деревьями. Он достигает большой высоты и много требуется судовщиками. Горит он хорошо; но по дороговизне своей не может итти на дрова.

9. Бабуль или баббер. — Это дерево ростет в изобилии в Синде; но чем далее вверх по реке, тем реже встречается. Оно доставляет превосходные дрова.

Шикаргахи или звероловные леса. — Их очень много ниже Сехуана; но выше этого города совсем нет; деревья, по большей части их составляющие, суть тамариск и бабул. Эти леса в некоторых местах идут вдоль реки мили на три и на четыре; но средняя широта их редко бывает более одной мили. В немногих из них встречаются большие деревья; другие же состоят из обширных кустарников, содержащих всякого рода подростки, высокую траву и тростники — этих быстрорастущих питомцев мягкой наносной почвы. [105]

В Декабре 1835 года, я делал на пароходе Инд наблюдения над относительной силой дровяного и каменноугольного топлива. Результаты были следующие: тамариск, только что срубленный, не производил достаточного количества паров для питания машин, даже и тогда, когда они шли только в половину своего хода. Когда же поленья были большие и хорошо просохнувшие, то он лучше соответствовал цели; но за всем этим я считаю его самым посредственным топливом. Деревья мангрова и бабула гораздо лучше: раскаляя печи равным количеством дров из того и другого древа, мы подкладывали топливо чрез каждые семь минут, а каменный уголь (хотя несовсем отличного качества) чрез каждую четверть часа. Таким образом выгода каменного угля пред деревом относилась немногим более, чем один к двум. Если же взять в расчет превосходство действия машин, приводимых в движение первым, то можно еще усомниться в том, что выгоднее — плавание ли по Инду [106] посредством угля, доставляемого из Англии, или плавание посредством леса, теперь растущего по берегам его (Каменный уголь найден на обоих берегах Инда; месторождение его есть Соляный хребет, под 32° северной широты. Ложа идут в продольном направления, но не от севера к югу. Десять образцов, доставленных капиталом Борнсом, были анализированы Г. Принсепом: четыре из них принадлежали к самым чистым формам ископаемого угля, Образцы же, доставленные мною и найденные на восточном берегу, еще не были исследованы.). Вопрос этот заключается собственно в издержках, ибо на берегах Инда растет достаточное количество лесу для поддержания постоянного плавания двух, или более пароходов в продолжение многих лет.

Относительно этого предмета капитан Джонстон, контроллер паровых судов Правительства, производил опыты на пароходах, плавающих по Гангесу. Представляю копию с его донесения.

Донесение капитана Джонстона об относительном достоинстве дерева и каменного угля.

В Пятницу, 27 настоящего месяца, я приказал поднять пары на плоскодонном [107] опытном пароходе и, пустившись по отливу, шел два часа между Фортом Уильамом и Баджбаджом, употребив на это 9 1/2 маундов угля. Колеса обращались, средним числом, 29 раз в минуту. С приливом я возвратился обратно и в два часа сжег 11 1/4 маундов дров; при этом колеса обращались, средним числом, 21 раз в минуту. Я также обратил внимание на время, которое было употреблено в плавании посредством угля и посредством дров на одном и том же пространстве; время это равнялось 90 минутам при действии углем и 112 при действии дровами. При топке последними требовалась самая строгая заботливость и неизменная внимательность для произведен пара; но не смотря на это машины два раза готовы были остановиться от недостатка паров. Если принять, что повороты колеса [108] по ударом пистона в целиндре, могут служить мерилом расширяемости паров в известное время, то найдем, что -

Уголь снабдил бы цилиндр 6960 раз

А дрова 5040

Что составит разницы 1920 раз.

Для пополнения этой разницы действием дров, полагая по 42 раза на минуту, потребовалось бы еще 45 1/2 минут. Следовательно, полагая по 11 1/4 маундов дров на 240 минут, нужно было бы употребить еще 4 1/4 маунда, что в сложности с 11 1/4 маундами составляет 15 1/2 маундов дров, потребных для произведения того же количества паров, которое получается от 9 1/2 маундов каменного угля. Из всего этого видно, что по причине слабости паров, производимых дровами, нужно для перехода чрез одно и тоже пространство 22/120, или 1/6 более времени; а такое замедление весьма невыгодно для пароходства. 30 Октября, 1837. (Подписано) Контроллер Д. Г. Джонстон. [109]

IX. — О разлитии Инда.

Инд, подобно всем большим рекам, подвержен периодическому разлитию своих вод; во время такого разлития он затопляет огромные пространства земли. Река прибывает в Марте и упадает в Сентябре. Вверх от Миттана, все затопляемые округи я обозначил на карте (Лейтенант Вуд разумеет здесь карту, приложенную в его Путешествии к источникам Окса, которое и скором времени напечатано будет в русском переводе Г.); а в назначении пределов разлития от Миттана до моря, обстоятельствами принужден был руководствоваться не столько своими собственными наблюдениями, сколько рассказами жителей.

Здесь кстати заметить, что в долине Нижнего Инда урожай хлеба совершенно зависит от ежегодного разлития этой реки.

Почва Синда бедна; от природы сама по себе она производит только степные растения, но не родит, за исключением затопляемых мест, ни хлеба, ни кормовых трав. [110] Даже и в пределах разлива реки трава жесткая и тощая; дерн совершению неизвестен на берегах Инда; острова его, лежащие ниже Баккара, представляют ни что иное, как обнаженные песчанные банки. Почва без удобрения истощается совершенно от двух последовательных жатв. Правда, что туземцы уподобляют ее золоту, но это сравнение скорее можно отнести к реке, — источнику всего ее плодородия. На берегах Верхнего Инда почва гораздо лучше. Это я мог бы вполне подтвердить доказательствами, если бы они не были чужды настоящему донесению.

В некоторых отношениях периодическое разлитие Инда сопровождается замечательными явлениями; случается, что в один год вся страна, прилегающая к правому его берегу, затопляется до того, что вода грозит разрушением городам и деревням, не смотря на защищающие их плотицы; а на противоположной стороне реки в то же самое время встречаются затруднения в искуственном орошении нолей. Раздавая таким образом [111] свои блага, река проявляет не столько прихоти, сколько постоянства, ибо, однажды излившись на который нибудь из берегов, она постоянно благодетельствует ему в продолжение нескольких лет. Есть еще другое обстоятельство, заслуживающее замечания. Одюбон, знаменитый Американский орнитолог, говорит, что Миссиссиппи во время разлития затопляет свою долину на огромное пространство; в эту пору скватер на легкой лодке проникает в самые отдаленные чащи лесов; а плоские тяжелогрузные суда и огромные пароходы стоят на месте, привязавшись к высоким деревьям, ростущим на берегах этой реки. Гангес, в нижних частях своего течения, затопляет берега свои точно также как и Миссиссиппи , и в продолжение Ю-З или дождливого монсуна, все его Сандербанды или земли Дельты, исчезают, по словам Реннелля, под водою. Инд не производит такого повсеместного затопления берегов своих. Его разлития скорее бывают частные, нежели общие, и потому в [112] пору высшего поднятия его воды, нередко случается видеть, что Персидское колесо работает на самом гребне берега и орошает близлежащие поля.

Лучшим доказательством этого служат карриф и рабби, или осенние и весенние жатвы. Хлеба первой производятся искуственным орошением, а хлеба последней выростают на затопляемой почве. Вес каррифа относится к весу рабби, как два к одному.

На упомянутой выше карте, показано, что Верхний Инд имеет двойные берега, т. е. внутренние и внешние. Первые из этих берегов так же подвержены переменам, как и судоходные рукава Инда; а вторые так же постоянны, как и самое русло его. Внутренние берега составляют пределы его ложа в холодное время года, когда вода низка; но в пору полноводия они совершенно скрываются. Следующая таблица лучше пояснит эту отличительную черту Инда, которая, по моему мнению, принадлежит всем рекам, текущим собственно по равнинам. [113]

Внешние и внутрение берега Инда.

Градусы широты

Ширина поперек реки в сухую пору

Ширина затопляемого пространства.

Ширимо поперек реки в полноводие

26° 28' С. 1456 ярдов 788 ярдов 2244 ярдов
26° 44' 658 1560 2218
27° 18' 850 3004 3854

Двойные берега сопровождают Инд и по выходе его из гор, при Кяла Бахе, на всем протяжении его дальнейшего течения. Если бы эти берега тянулись непрерывным гребнем, то полноводие ограничивалось бы узкими и определенными границами; но так как этого нет на самом деле, то я постараюсь указать места, где, во первых, есть такие преграды и, во вторых, где они размыты.

От Аттока до Кяла Баха, Наводнений нет.

От Кяла Баха до Миттана. — Можно вообще заметить, что в северных частях Верхнего Инда нет наводнений; за то в южных или нижних частях его течения, [114] затопляемые округи весьма значительны, как это видно на вышеупомянутой карте.

От Миттана до Баккара. — Ни на восточной, ни на западной стороне этого отдела нет внешних берегов, и потому прилегающие к реке земли затопляются здесь на широкое пространство. В Мазаррийских округах, в 1837 году, воды разлились от реки на двадцать миль, хотя обыкновенная широта разлива равняется двенадцати милям. На противолежащей этим округам стороне разлитие при Сабзалкоте достигает окраины степи.

От Баккара до Сехуана. — Хотя в этом отделе так же заметны постоянные берега, однакоже грань их перерывается в нескольких местах и потому во время разлития реки затопляются все лежащие за ними округи. На юг от Сехуана наводнение повсеместное; однакоже, количество незатопляемой поверности земли превосходит количество покрываемой водою. Здесь лежит Чандкот, самая богатая область по всем Синде; [115] всегдашнее обилие ее жатвы должно быть приписано ни чему другому, как свободному доступу Индских вод в ее пределы. На противоположном берегу, между рекою и пустынею, тянется полоса наносной земли, средняя ширина которой равняется четырем милям. Этот пояс обозначает затопляемое пространство; но вот уже несколько лет прошло с тех пор, как наводнения по эту сторону реки сделались реже.

От Сехуана до реки Фалели. — Горная цепь Тела препятствует реке, на некоторое пространство ниже Сехуана, разливаться в западном направлений; а с южной стороны ее удерживают невысокие холмы, и потому тут разлитие ограничивается самою узкою полосою. На восточной стороне пустыня удерживает воды от разлива к востоку, где затопляемая полоса, хотя и шире полосы западного берега, однакоже, никогда но превосходит даже и трех миль.

От реки Фалели до моря. Индская [116] Дельта, можно сказать, начинается от реки Фалели. Только нижняя часть ее затопляется, да и тут разлитие, так же как и в верхних частях реки бывает местное; собственно же затопляемая часть тянется вдоль моря полосою, имеющею двадцать миль в ширину.

(Вышеприведенные замечания о разлитии Инда на юг от Миттана не льзя назвать совершенно точными, ибо я не имел благоприятного сличая для наблюдения. Это, однакоже, ни сколько не относится к тому, что сказано о разлитии выше Миттана.)

X. — Броды на Инде.

Бродов, собственно говоря, нет на Инде ниже Аттока; т. е. на всем протяжении его течения нет таких мест, где бы в продолжение года можно было наверное положиться на существование бродов, в случае каких либо военных действий на берегах этой реки. [117]

Но что иногда чрез Инд можно переправляться в брод, то несомненно. Во время моих исследований по этому предмету, мне часто случалось встречать людей, которые говорили, что они сами переходили его. Если это было сделано однажды, то может повториться и в другой раз; если мог перейти один беспомощный Муханах, то так же точно перейдет и целый пехотный полк; а брод, открытый для пехотинца, не представит никакого затруднения кавалеристу. Такая возможность переходит Инд делает этот предмет весьма важным, и потому я скажу об нем несколько подробнее.

Удобнейшее время для перехода бродом эту реку бывает в Декабре, Январе, Феврале и Марте. Не было примера, по крайней мере известного, чтоб кто нибудь переходил Инд на север от Миттана, или на юг от Гайдрабада в Синде. Это не потому, чтоб Инд за упомянутыми пунктами был глубже, нежели между ними; но потому, [118] что, будучи там реже посещаем судовщиками, он не так хорошо известен им.

Ежегодные караваны хлебных судов, плавающие в холодные месяцы года из Верхних областей в Нижний Синд, обыкновенно первые находят броды. Некоторые из этих судов так велики и так глубоко сидят в воде, что безопасность их плавания совершенно зависит от внимательного измерения речного русла: во время этого-то измерения судовщики иногда переходят от одного берега к другому, нигде не кидаясь вплавь.

В продолжение сухого времени 1836-37 годов мне часто приносили известия о бродах; но я ни разу не мог сам поверить их на деле, потому что вода всегда прибывала, когда я отправлялся на указанные места. Следующий чертеж доставлен мне одним достойным доверия человеком, которого я нарочно посылал осмотреть одно бродное место. [119]

Средний из представленных здесь рукавов составляет собственно продолжение речного русла, а восточной есть самый глубокий; но и тог и другой в точке своего разветвления заперты банками. Двадцать седьмого Февраля сорок два судна стояли повыше брода и ждали, пока откроется рукав. Изломанная линия означает брод. Это показание в последствии подтвердил мне Др. Гордон, сам плывший в то время из Лодианы в Бомбей, по торговым делам Магараджи, Ранджит Синга. Он говорил, что не далеко на север от Гайдрабада он встретил банку, которая [120] тянулась от одного берега вплоть до другого, и что многие хлебные суда, не будучи в состоянии перейти чрез нее, выгружали часть своей клади на мелкие суда. Др. Гордон, найдя по исследовании, что для него самого на банке воды было достаточно, продолжал плавание.

Обыкновение наводить на Инде пловучие мосты при Аттоке существует со времени Греческого нашествия. Мне кажется, что в случае переправы войска, мост можно навести с полным успехом гораздо ниже этого города.

Самое удобное для этого место, как в отношении к реке, так и в отношении к Афганским дорогам, к нему ведущим, есть Форт Баккар, — по справедливости называемый вратами Хоразана. Тут Инд течет по неизменяющемуся руслу; по берегам тянутся твердые, кремнистые холмы; посреди реки есть несколько островков такого же кремнистого свойства; на одном из них построен форт, а на другом [121] близь лежащем, стоит надгробный памятник Пир Хаджа Хизра. Ни одно место ниже гор на Инде не представляет таких удобств для постройки моста, какие находятся близ Баккара. Вот мера реки:

Выше крепости она расширяется до

1244

ярдов

На линии крепости до

1000

-

Рукав, лежащий между крепостью и западным берегом, по измерению имеет

98

-

Рукав между крепостью и восточным берегом

400

-

Ширина крепости и острова Хаджа Хизра

502

-

 

1000

ярдов. [122]

От северо-западного угла крепости тянется песчанная коса к западному берегу и не доходит до него только на 50 ярдов. В этом узком протоке скорость течения равняется 4 узлам в час, а глубина 6. 6. 7. 7. 6. 6. 6. 6. 5. 5. футам. Когда сделано было это измерение, река стояла на самом низком своем уровне, выше которого она иногда подымается еще на двенадцать футов.

В прошедшем Июне месяце мне представился случай осмотреть понтонный мост при Аттоке: он состоял из тридцати шести судов. Река в том месте, где он был наведен, имела 540 футов в ширину; [123] а глубина, по измерению предшествовавшего года, равнялась 10 фатомам; скорость же течения 6 узлам в час. Сравнивая эти данные, относящиеся до Аттокского моста, с теми, которые представляет река при Баккаре, мы находим, что обстоятельства весьма много благоприятствуют первой из этих местностей; но если там несколько грубых судовщиков умеют так хорошо достигнуть своей цели, то нам нечего отчаиваться в успехе при Баккаре.

Главное и, можно сказать, единственное затруднение заключается в укреплении судов. Для достижения этого Сейки употребляют самый худший из всех способов, какие можно только себе представить, и притом такой, которого единственное достоинство заключается в древности изобретения. Снаряды, употребляемые для этого, состоят из пирамидальных деревянных ящиков, наполненных камнями; будучи однажды опущены в воду, они по неуклюжести и тяжести своей не могут быть вынуты из нее и остаются [124] там навсегда; для мостов же, которые не в состоянии выдержать силы течения в Июне, Июле, Августе и Сентябре, и потому каждый раз разводятся, их заготовляют вновь по прошествии этих месяцев. Если бы вместо таких ящиков, или, лучше, карзин закинуты были однажды навсегда якори с цепями, поднятыми до поверхности воды поплавками, то тогда для наведения моста употреблялось бы столько же часов, сколько теперь употребляется дней.

Потребное число судов для пловучего моста должно быть построено неиначе, как по тем формам, которые наука признает за наилучшие. Суда эти необходимо содержать во всегдашней готовности; они должны быть переномерованы по числам якорей, так, чтоб в случае нужды могли быть поставлены на свои места по первому требованию. Таким образом построенный мост был бы прочен и выдержал бы, при хорошем за ним надзоре, самые сильные напоры воды [125] во время разлива Инда, где бы то ни было — против ли Аттока, или при Форте Баккаре. Если бы представилась необходимость разрушить его, то стоило бы только отвязать цепи и опустить их на дно, тогда и для неприятеля якори остались бы бесполезными. Собственные наблюдения мои вполне убеждают меня, что устройство моста чрез Инд при Баккаре есть дело совершенно возможное.

(Эти замечания были написаны прежде, нежели капитан Томсон (корпуса Бенгалкских Инженеров) перекинул превосходный мост чрез Инд, по которому в 1838 г. перешла Британская армия со всем своим багажом и осадною артиллериею.)

Гораздо более затруднений для укрепления судов представляется в восточном рукаве; но и здесь стоит только однажды приложить к этому старание и тогда мост чрез этот рукав можно оставить постоянным, а западный меньший рукав открыть для судоходства. [126]

XI. — О местах удобных для ярмарки.

Так как Правительство в настоящее время намерено положить основание ежегодной ярмарке на берегах Инда, то я считаю не излишним сказать несколько слов о местности тех городов, в одном из которых она, по всем вероятностям, будет назначена.

Кажется, что это назначение состоит больше в зависимости от теперешних внешних отношений этих городов, нежели от их местности, или географического положения. Шикарпур до сих нор всегда исключался из списка тех мест, которые более соответствуют видам Правительства; но и он, в случае перемены политических отношений Афганистана, так же может сделаться важным рынком для торговли Средней Азии, ибо имеет некоторые весьма значительные выгоды. Огромные денежные обороты, совершаемые его банкирами, далеко [127] раскинутые и хорошо организованные агенства известны каждому, кто хоть сколько нибудь принимает участие в делах этого рода, хотя выгоды подобных учреждений могут быть оценены вполне одними только купцами. Сближение этого города, посредством Индского пароходства с Бомбеем, главнейшим рынком Европейских товаров, будет для него, как для складочного места, чрезвычайно выгодно, особливо если Баккар отойдет к нашей власти: тогда Британский флаг, водруженный на этой крепости, непременно упрочит доверие торгующих сословий всегдашнею готовностью защитить их собственность.

В соседстве с Баккаром стоит Зиарат (место поклонения) Хаджа-Хизра, святого, равным образом почитаемого как Магомметанами, так и Индусами; ко гробу его ежегодно, в Апреле месяце, стекаются многочисленные толпы последователей той и другой веры. Ha-супротив Баккара, в городе Рори, [128] есть еще другое место поклонения, гораздо большей святости; там, говорят правоверные, сохраняется подлинный клочок полос Пророка.

Но отдаленность Шикарпура от реки препятствует ему быть выгодным складочным местом: он отстоит во внутренность страны на восемнадцать коссов от своего порта Саккара. Однакоже, от Мая до Сентября включительно, суда могут ходить до самого города посредством прекрасного канала, называемого Синдским. Если бы его углубить и соединить с Ларкханским, или даже с Нороабским каналом Инда, то мы имели бы постоянное плавание в продолжение всего года между Сехуаном и Шикарпуром. Этот путь пролегал бы по самой богатой части Синдских владений и избавлял бы суда от затруднительного плавания на протяжении 100 коссов по самому Инду. Страна так хорошо способствует этому водяному пути, что на всем его протяжении не потребовалось [129] бы ни одного шлюза, кроме таких, которые нужны при необходимой по временам очистке капала. Выгоды были бы очень важны, а издержки незначительны в сравнении с теми, которых требуют подобные работы в странах, где нужно преодолевать естественные преграды и где работа ценится гораздо дороже, чем в Синде.

Страна вокруг Шикарпура подвержена наводнениям; но на запад от города в соприкосновенности с предместьями есть сухая равнина, где могут быть возведены обширные строения.

Я не думаю, чтоб на берегах Инда было хотя одно место благоприятное для здоровья, по этому делать выбор в этом отношении было бы напрасно. Некоторые города имеют болезни, им только свойственные; вообще же со дня убыли реки в Сентябре до конца Ноября свирепствуют одышки и горячки, начиная от гор при Кяла Бахе до самого моря. [130]

Форт Банкир и Рори построены на кремнистых холмах, которые хотя и не высоки, однакоже делают эти два места более здоровыми, чем города, стоящие в равнине. Первое из них заключается на укрепленном островке по средине реки; а второе находится на левом берегу, где вода в четыре фатома глубиною под самыми стенами. Оба эти города представляют множество выгод для учреждения в них военного депо, или торгового складочного места.

Миттан. — Этот город своим географическим положением превосходит все прочие города на Инде. Повелевая водами Инда и Панджаба, он стоит на половинном пути между вратами Хоразана (по выражению туземцев): именно, между Боланским и Сакхи-Сарварским ущельями; кроме того он имеет еще ту выгоду, что близ него пролегают второстепенные дороги, ведущие чрез первое из упомянутых ущелий в Гарранд и Ассон. Миттан построен на небольшой [131] насыпи, которая во время разлива Инда окружается с трех сторон водою; от самой же реки он находится в двух милях, но это не мешает судам от половины Июня до 22 Сентября нагружать и выгружать свои товары под самым городом, к которому они могут ходить по небольшой речке, судоходной до Бангалаха и Омеркота. На юг от Миттана, вдоль этой же речки, лежит сухая равнина, где очень удобно выстроить балаганы и все другие ярмарочные здания, если город этот будет избран местом ярмарки. В пору разлития Индских вод верблюдам не возможно ходить ни на север, ни на запад от Миттана. Для питья жители предпочитают колодезную воду Индской. Употребление воды из упомянутой речки, в особенности в продолжение первых четырех, или пяти дней с начала убывания реки, неминуемо влечет за собою болезни; туземцы объясняют это, и мне кажется совершенно справедливо, растительными веществами, которые приносятся в реку из [132] затопленных округов. Миттан и деревня Чатчар, на противоположном берегу, в совокупности могут выставить около сорока судов, вмещающих от сотни до тысячи маундов.

Выше следовало бы мне сказать, что жители Миттана подвержены частым накожным сыпям, которые хотя нередко изъязвляются и потому трудно вылеживаются, однакоже, не производят никакого значительного влияния на здоровье вообще.

Дера Гази Хан. — Этот город уже несколько раз подвергался опасностям затопления: когда Науаб Джаббар Хан, брат Дост Магоммед Хана Кабульского, управлял этою провинциею, то однажды необходимо было разобрать часть стены, чтоб выпустить воду из города. В окружности его на несколько миль нет ни одного места, которое бы не подвергалось затоплению. Дера Гази Хан стоит в четырех милях от реки; но в период разлития к нему, так же как и ко многим другим городам на Инде, открывается большой судоходный [133] канал, по которому суда, в продолжение нескольких месяцев, могут ходить под самый город. Дера Гази Хан имеет некоторые выгоды, которых не возможно упустить из виду: он стоит при подошве одного ущелья Солиманских гор, ведущего в Кабул и Кандагар. Кроме того, будучи равномерно централен в отношении к Индийским дорогам, он считается самым большим городом на Инде и в настоящее время, даже под владычеством Сейков, имеет вид ежедневно увеличивающегося благосостояния. Его купцы хотя и не производят большой торговли, однакоже, имеют обширные агенства и обладают значительными денежными капиталами. Весь край в окружности дает обильные урожаи хлеба, хлопчатой бумаги и индиго; а фабрики шелковых материй, каковы например гулбудены, тиморисы и другие, соперничествуют с фабриками Бауалпура и Мултана. Если ко всем этим выгодам присоединить еще бывающие в соседстве ярмарки Пир-Адала [134] и Сакхи-Сарвара, то, мне кажется, Дера Гази Хан, или какое нибудь другое место в его соседстве, будет лучше всякого другого города соответствовать учреждению складочного места для Индской торговли. При взгляде на карту видно, что города Сакхи-Сарвар и Пир-Адал принадлежат к округу Дера Гази Хана; в каждом из них ежегодно бывает очень большая мела, или ярмарка. Сакхи-Сарварская имеет место в Индийском месяце Визахе, соответствующем нашему Марту и учреждена в честь святого, по имени которого названо и самое место. Она продолжается пять дней, к которым богомольцы с отдаленнейших берегов Инда стекаются сюда для поклонения гробнице Сакхи-Сарвара. Приходят даже и из стран, лежащих на запад от Солиманских гор. Тут число последователей Брамы всегда превышает поклонников Магоммеда; вообще же тех и других собирается почти до 100.000 душ. Торговля, однакоже, бывает небольшая. [135]

Хотя по временам какой нибудь Хоразанский, или Афганистанский торговец лошадьми и выменивает несколько коней своего завода на произведения Индии, или Европы, однакоже мела эта есть, собственно говоря, сборище, имеющее в виду удовольствие и набожность. Если с такими данными взять в пример святую Мекку, то не трудно предсказать, что в то время, когда учредится тут настоящая ярмарка, многие из ежегодно приходящих сюда поклонников со временем сделаются предприимчивыми купцами в такой же степени, в какой они теперь ревностные и суеверные факиры. Сакхи-Сарвар отстоит на 24 косса от Дера Гази Хана, почти в прямом направлении от него на запад; это довольно значительный город, расположенный при самом входе в упомянутое выше ущелье. Дрова здесь в изобилии. Горная речка снабжает город водою. В Пир-Адульском Зиараге, отстоящем на 7 коссов к С-З. от Дера Гази Хана, так же каждый год в Феврале месяце, [136] бывает ярмарка подобная Сакхи-Сарварской.

Дера Измаель Хан никогда не затопляется рекою, но за то ежегодно заливается горными потоками. Теперешний город стоит на расстоянии одной мили от реки и построен лет восемь тому назад, т. е. после того, как старая Дера была размыта Индом. Дера Измаель Хан выстроен правильно, и если бы его пустые улицы наполнились достаточным числом жителей, то они, по чистоте и ширине своей, не уступили бы лучшим улицам городов Востока. Дома строятся из глины и кирпичей, высушенных на солнце; они имеют плоские кровли и стоят на земляных платформах, имеющих от одного до двух футов высоты. Весьма не многие имеют более одного этажа. Когда я проезжал чрез него в средине лета, то на базаре было много народу; но в зимние месяцы его посещают еще более. Этот город служит некоторого рода средоточием, или сборным местом для тех [137] пастушеских племен Афганистана, которые предпочитают умеренную зиму в равнине Инда жестокости холода, характеризующей это время года в горных округах их родины. В следствие таких переездов извоз производится здесь в огромном размере, и потому многие племена занимаются разведением верблюдов собственно для того только, чтоб отдавать их в наем. Логанийцы со времен до-Баберовых всегда бывшие главнейшими возчиками и торговцами этих стран, посещают Дера Измаель Хан и по сие время. Здесь уже успела упрочиться транзитная торговля, производимая между Индиею и Афганистаном. Если рассматривать дороги, идущие во все стороны от этого города, только относительно Кабула, то найдем, что Дера Измаель Хан для складки товаров представляется удобнейшим из всех городов, стоящих ниже по реке.

Вот все места, представляющие удобнейшие положения для учреждения торгового депо на запад от Инда. Если Правительство [138] признает полезным устроить складочное место в своих собственных пределах, то Леиа, на Индийском берегу реки, стоящая между обеими Дерами, должна быть предпочтена пред всеми другими городами.

Но чтоб ярмарки могли произвести совершенное влияние на торговлю, то желательно видеть учреждение двух: одной для Нижнего Инда, а другой для Верхнего; последняя будет служить для снабжения не только Афганистанских, но и Средне-Азиатских рынков, за хребтом Парапамизским. Первая же в свою очередь, путями Кандагара и Келата (Порт Сонмиани, как видно из позднейших известий, очень благоприятствует ввозу товаров. Я слышал, что купцы только ждут восстановления спокойствия в этих странах, чтоб начать провоз товаров в оные no дорог чрез Биелу и Келат.), привлечет из Белуджистана, из стран, прилегающих к Герату и из Персидских провинций шерсть, ассафетиду и крап, снабжая в замен все пространство этих обширных стран естественными произведениями Индии и мануфактурными [139] изделиями Британских островов и притом, гораздо дешевле, нежели это можно сделать каким нибудь другим путем. Тогда если бы всеобщая война в Европе и исключила Английскую торговлю из Черного моря, то Инд, с своими складочными пунктами — одним в Баккаре, а другим в Дераджете, всегда представлял бы ей равноудобный путь для ее обширных действий.

XII. — Инд и реки Панджаба.

Путешествуя по Панджабу в западном направлении во время разлития вод его, мы встречаем, не много повыше географической широты Кяла Баха, пять больших рек, из которых каждая занимает широкое русло и с виду кажется гораздо важнее Инда.

Эти Панджабские реки, как уже известно, в нижнем течении своем сливаются и [140] все впадают в Инд одним устьем. Если обратим внимание на слияние общего количества вод первых рек с последнею, то мы увидим, что результаты этого слияния ни сколько не согласуются с тем, что представляется с первого взгляда на самом деле и на чем основаны все мнения относящиеся до этого предмета.

В половине Мая я наблюдал эти реки; тогда относительная величина Инда и его Индийских данниц была следующая:

Инд или Синд. — Ширина 608 ярдов; максимум скорости течения 4.8 узлов. Глубина 3/4. 1. 1. 1. 1. 1. 1/4. 1 1/2. 1 1/2. 1 3/4. 2. 2. 2 1/4. 2 1/4. 2 1/2. 2 1/2. 2 1/2. 2 1/2. 2 1/4. 2. 2 1/2. 2. 1 1/4. 1. 3/4. 1/2. 1/2. фатомов. Количество стока 91.719 кубических футов в секунду.

Ченаб или Панджаб. — Ширина 1.766 ярдов; скорость течения 1.8 узлов; глубина 2 1/2. 2. 2. 1 3/4. 1 1/2. 1 3/4. 1 1/2. 2. 1 1/2. 2 1/2. 1. 1 1/2. 1 1/2. 1 3/4. 2. 2. 2 1/4. 2. 1 1/2. 2. 2. 1/4. 2. 2 1/4. 2 1/2. 1. 1/2. 1. 3/4. 1/2. 1/2. 1/2. 1/4. фатомов. Количество стока 68.955. куб. футов в секунду. [141]

Главная причина такой несоразмерной величины Инда заключалась в раннем начале разлития его воды. Его периодическое увеличение зависит преимущественно, если не совершенно, от венчанных снегами гор; по этому первое повышение его начинается со вступлением солнца на наше северное полушарие, с весенним равноденствием в Марте. Реки же Панджаба зависят совершенно от других, менее постоянных причин, именно: от дождливого времени года в Индостане, и потому разлитие их начинается гораздо позднее. Во время моих наблюдений в Мае, Сатледж, — самая восточная из пяти рек Панджаба, — был на низшей степени своего маловодия, между тем как Джедам, — самая западная река, берущая начало близ верховья Инда, — уже показывал признаки разлития. Это обстоятельство дает мне повод думать, что если бы наблюдения сделаны были в Июле, то они дали бы, если несовершенно различные, то по крайней мере менее [142] непропорциональные результаты в количестве воды, изливаемой Индом и реками Панджаба.

Превосходство Инда перед реками Панджаба является резко само собою: одним из косвенных доказательств этого служит то, что он имеет течение более прямое в сравнении с реками Панджаба. Это доказывается еще и тою боязнию, с которою смотрят на Инд Моханы, всегда охотнее готовые протащить свои суда коссов на двадцать вверх по Ченабу, нежели на половину этого расстояния по Синду.

Есть еще другое обстоятельство касающееся этих рек и заслуживающее замечания, это следующее: в Доабе, стране лежащей между Индом и Ченабом, все каналы проведены из Синда; в Июле месяца, т. е. в период полноводия этих рек избыточные воды Синда стекают по этим каналам в Ченаб и тем доказывают [143] что в уровне их находится значительная, разница, не взирая на то, что русла этих рек на протяжении шестидесяти миль отстоят не более как миль на десять одно от другого.

Капитан Борнс, по моему мнению, сделал ошибку, говоря, что падение рек Пенджаба ровнялось 12 дюймам на милю, а падение Инда — половине этого числа. В сухую пору последняя река течет решительно быстрее, чем которая либо из первых рек, и я, основываясь на собственных своих наблюдениях, могу сказать, что их течение даже и во время полноводия не так сильно как течение Инда. Июня 27 настоящего года, течение реки Рави в Лагоре не превосходило трех узлов в час, а течение Джелама и Ченаба равнялось не более четырем узлам. [144]

XIII. — Окончательные замечания.

Мне не раз случалось слышать сожаление о том, что Инд, будучи величественною рекою, не имеет порта, доступного для грузных судов.

Это сожаление не имеет основания. Если купец захочет употребить суда в 400, или 500 тонн, то конечно он не будет в состоянии ввести их в реку и ему придется выгружать свои товары в Карачи, — единственном порте в Синде, доступном для судов такого рода. Если же он непременно предпочитает перевозку товаров водою перевозке гужем, то почему не принять ему в образец судов, употребляемых туземцами? В благоприятное время года сотни таких судов посещают устья Инда: все они принадлежат к обыкновенным береговым судам Катча и ни одно из них с полным грузом не сидит в воде глубже [145] десяти футов. Среднее же число погружения таких судов равняется шести и семи футам. Я думаю, что главное устье, то именно, чрез которое изливается большее количество воды, менее других способно для судоходства, и что Индский порт, как бы ни переменялось его местонахождение между Карачи и Лахпатскою бухтою, всегда будет стоять на второстепенном рукаве Инда, т. е. на том, который изливает меньшее количество пресной воды, или, лучше сказать, ни сколько не изливает, но за то соединяется с главным руслом посредством узкого протока или судоходного рукава, открытого только для плоскодонных судов этой реки. Но если даже и допустить, что суда, погружающиеся в воду на семь футов, могли бы войти в главный рукав, то и тогда едва ли будет что нибудь выиграно чрез это, ибо никакие суда, кроме вышеупомянутых мелкоплавных пароходов, не могут соответствовать дальнейшему плаванию [146] по Инду. Следовательно только такие пароходы и будут в состоянии поддержать сношения между кораблями и судами на главном рукаве Инда. Все это показывает, что устройство порта, собственно для содействия свободному доступу в реку, не составляет необходимости, и что оно равным образом ненужно и для устранения затруднений в плавании по какой бы то ни было части ее течения. Правда, что в первом своем донесении я предпологал устроить порт, но тогда это предположение основано было только на рассказах, а теперь я говорю из своих собственных наблюдений. Плавание в Дельте действительно затруднительно, но эти затруднения не имеют в себе ничего непреодолимого и не представляют достаточных причин для устройства порта, тем более, что река выше Дельты не так улучшается, как мне в то время говорили об этом.

В одном отношении владетели стран, прилегающих к Инду могут оказать [147] величайшую услугу Индскому судоходству — это в следующем: единственная опасность, которую никакая предусмотрительность не в состоянии устранить, заключается в потонувших деревьях, а как все такие деревья приносятся не из гор, но из Шикаргахов или звероловных лесов, то Синдские Эмиры легко могут устранить это неудобство, без значительного ущерба своим лесам и без малейшего препятствия своим охотничьим удовольствиям, одним только позволением — сделать между Шикаргахами и рекою просеку ярдов в двенадцать шириною. Такое позволение в несколько недель доставило бы запас дрова., по крайней мере на год, а судоходство упрочило бы себе хорошую бичевую дорогу.

Так как эти леса не идут севернее Сехуана, то там и не встречается надобности в такой вырубке, потому что тамошние кустарные леса слишком малы и следовательно не могут причинять вреда в русле Инда. [148]

ТАБЛИЦА 1.

Сравнение Хронометров.

Год месяц число.

Хронометры.

Разница.

No 256.

No 257.

Первый.

Второй.

1836                    
Декабря 27 4 18 00 4 31 05   13 ''05 2.0
28 4 13 30 4 26 37   13 ''07 2.0
29 4 26 50 4 39 58.5   13 ''08.5 1.5
30 4 11 15 4 34 25.5   13 08.5 2.0
1837.                    
Января 1 4 12 35 4 25 49   13 14 1.7
2 4 36 05 4 49 21   13 16 2.0
10 4 45 35 4 58 06.5   13 31.5 1.9
11 4 42 35 4 56 08.5   13 33.3 2.0
12 4 48 20 5 01 55.5   13 35.5 2.0
Февраля 15 11 51 35 12 06 23.5   14 48.5 2.0
20 11 18 30 11 34 31.0   15 01.0 2.5
26 10 49 15 11 04 28.5   15 13.5 2.1
Марта 1 10 48 00 I 1 03 19   15 19 1.8
5 11 09 50 11 25 10   15 26.0 1.9
9 4 38 00 4 53 32.5   15 32.5 1.8
Апреля 9 4 18 30 4 34 59   16 29 0
14 4 02 21.5 4 19 00   16 38.5 1.9
17 4 24 14.5 4 41 00   16 45.5 2.3
18 4 00 12 4 17 00   16 48 2.5
19 3 49 10 4 06 00   16 50 2.0
20 3 54 37.5 4 11 30   16 52.5 2.5
27 3 34 49 3 52 00   17 11.0 2.6
29 4 00 14 4 17 30   17 16 2.5
Мая 19 3 35 56 3 54 00   18 04 2.4
20 2 51 53.5 3 10 00   18 06.5 2.5
1838.                    
Июня 16 9 59 00 5 47 07.5 4 11 52.5 3.5
17 8 03 00 3 51 05 4 11 55 2.5
18 9 56 58 5 45 00 4 11 58 3.0
10 9 43 00 5 30 59 4 12 01 3.0
20 7 43 00 3 30 56 4 12 04 3.0 [149]

ТАБЛИЦА 2.

От Миттана до Дера Гази Хана. Хронометры были поверены в Миттане, а потом в Дера Гази Хане. Следующая таблица показывает результат хода каждого. Для географической долготы выведено среднее число обоих.

Места.

Широта.

Разница в долготе.

Среднее число.

Долгота.

Миттанкота.

Дера Гази Хана.

No 1 28.58.25 С.        
2 29.04.38 03.57 04.21 04.9 70.30.34 В.
3 29.04.49 10.45 11.10 10.37 37.22
4 29.23.44 12.54 13.31 13.12 39.37
5 29.31.53 25.36 26.20 25.58 52.23
6 29.42.00 25.15 26.01 25.38 52.3
7 29.53.00 28.34 29.20 28.57 55.22
8 30.06.02 27.34 28.04 28.4 54.29

От Дера Гази до Дера Измаель Хана. Часы были поверены в обоих этих местах. Следующая таблица показывает долготу между-лежащих мест, выведенную из среднего числа старого и нового показания.

Места. Широта. Разница в долготе по ходу часов. Долгота.
Старая. Новая Средняя.
No 1 30.333.19 02.00 В. 01.51 В. 01.55 В. 70.56.24 В.
2 30.56.49 01.00 З. 01.18 З. 01.09 З. 70.53.20
3 31.09.09 01.10 В. 00.39 В 00.52 В. 70.55.24
4 31.24.55 04.42 04,24 04.33 70.59.09
5 31.37.16 09.57 09.21 09.39 71.04.08
6 31.42.30 05.03 04.24 04.43 70.59.12
7 31.47.54 06.30 05.50 06.10 71.00.39 [150]

ТАБЛИЦЫ,

в которых, показано географическое положение мест по линии Инда так, как они означены на изданных картах в сравнении с наблюдениями настоящей экспедиции.

3. От моря до Миттана.

Места.

Широта.

Долгота.

Карта.

Экспедиции.

Карта.

Экспедиции.

 

° ' ''

° ' ''

° ' ''

° ' ''

Бари-Горах 24.12.00 С. 24.13.20 С. 67.54.30 В. 67.36.00 В.
Исток Геджамри 24.08.42 24.16.42 67.57.00 67.47.03
Татта Бандер 24.44.00 24.44.30 68.19.00 68.01.06
Гайдерабад 25.22.00 23.22.04 68.41.00 68.23.03
Сехуан 26.22.00 26.22.35 08.09.00 67.55.17
Рори 27.43.29 27.41.59 08.56.00 68.55.39
Чатгар 28.53.29 28.52.07 70.31.00 70.27.57
Миттан 28.54.00 28.53.19 70.29.00 70 26.25

4. От Миттана до Аттака.

Места.

Широта.

Долгота.

Карта.

Экспедиция

Карта.

Экспедиция

 

° ' ''

° ' ''

° ' ''

° ' ''

Ноушера 29.11.00 С. 29.12.19 С. 70.38.00 В. 70.35.28 В.
Ранк 29.21.00 29.24.20 70.45.00 70.39.01
Шерру 29.42.00 29.42.00 70.58.00 70.50.03
Дера Гази Хан 29.58.00 30.03.26 71.00.00 71.51.23
Дера Дин Пемах * 30.40.00 30.33 19 71.06.00 71.00.24
Тоже ** 30.51.30 30.39.20 70.57.30 -
Лейа 31.08.00 30.58.01 71.05.00 70.59.23
Раджан 31.14.00 31.08.39 71.06.00 70.57.42
Хахри 31.30.00 31.24.25 71.01.00 70 54.02
Баккар 31.44.00 31.37.16 71.14.00 71.06.28
Дера Измаель Хан 31.57.00 31.48.39 71.07.00 70.59.30
Кялабах 33.07.00 32.57.36 71.49.00 71.35.23
Слияние у Сехуана 33.10.00 33.01.48 - -
Атток 33.55.40 33.53.53 72.27.00 72.16.27

* Восточный берег

** Западный берег.

Текст воспроизведен по изданию: Кабул: Путевые записки сэр Александра Борнса в 1836, 1837 и 1838 годах. Часть 2. М. 1847.

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2022  All Rights Reserved.