Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ДЖОВАННИ ВИЛЛАНИ

НОВАЯ ХРОНИКА

NUOVA CRONICA

КНИГА ДЕВЯТАЯ

161. ПОВЕСТВОВАНИЕ О ВЕЛИКОЙ ВОЙНЕ МЕЖДУ КОРОЛЕМ АНГЛИИ И ШОТЛАНДИИ

В июле 1322 года король Шотландии, услышав о распре между королем и баронами в Англии, вторгся в нее с войском и разорил пограничные области. Узнав о том, английский король в августе вышел со всеми сухопутными силами в поход на Шотландию и еще отправил по морю три сотни снаряженных для войны кораблей и коггов 35. При приближении этой армии шотландцы рассеялись по лесам и крепостям своей страны. Английское войско начало испытывать недостаток продовольствия, отчего множество народу умерло от голода и болезней; оставаться и продолжать войну не было возможности, и в сентябре король Англии и его войско с позором вернулись домой, ничего не приобретя и потеряв двадцать тысяч человек, унесенных голодом и мором. Тем временем враждовавшие с англичанами фламандцы стали захватывать и грабить в море их суда, так что те понесли в этом году большой урон и с одной, и с другой стороны.

171. КАК ПАПА ИОАНН НАЧАЛ ЧЕКАНИТЬ МОНЕТУ, ПОХОЖУЮ НА ЗОЛОТОЙ ФЛОРИН

В этом году 36 папа Иоанн приказал начать в Авиньоне чеканку новой золотой монеты, имевшей вес, лигатуру и рисунок флорентийского золотого флорина. Разница состояла лишь в том, что со стороны лилии была надпись - имя папы Иоанна. Этот поступок, подделка флорентийской монеты, подвергся всеобщему порицанию.

178. КАК МЕССЕР ВЕРДЖУ ДИ ЛАНДА ПОДНЯЛ ВОССТАНИЕ В ПЬЯЧЕНЦЕ ПРОТИВ МЕССЕРА ГАЛЕАЦЦО ВИСКОНТИ ИЗ МИЛАНА

В том же 1322 году Обиццо по прозвищу Верджу из рода Ланда в Пьяченце восстал против мессера Галеаццо Висконти из Милана, синьора Пьяченцы, и отправился к папскому кардиналу-легату 37. Несмотря на свое гибеллинство, он был изгнан мессером Галеаццо, который нанес оскорбление его жене, его самого велел избить и отнял у него замок Рипальта. Пока мессер Галеаццо был в Милане, этот Верджу внезапно пришел в Пьяченцу с четырьмястами всадниками из людей Церкви, проник в город через открытые его друзьями ворота и 9 октября захватил там власть, не встретив сопротивления. Он сделался наместником церкви и принял рыцарское звание, изгнал прежнего правителя, Аццо, сына мессера Галеаццо и возвратил всех высланных гвельфов. Эти события вызвали большие перемены в Ломбардии. В ноябре [278] в Пьяченцу приехал кардинал-легат, которого приняли с большими почестями. Вскоре пьячентинцы вернули себе все замки, отнятые мессером Галеаццо.

181. КАК МЕССЕР ГАЛЕАЦЦО ВИСКОНТИ БЫЛ ИЗГНАН ИЗ МИЛАНА

В ноябре того же 1322 года, после восстания жителей Пьяченцы против мессера Галеаццо Висконти, народ и знать Милана, видя, что правление мессера Маттео Висконти и его сыновей навлекло на них церковную кару и отлучение, избрали двенадцать именитых грандов и пополанов, чтобы они, как представители миланской коммуны, заключили соглашение с папским легатом. С ним они встретились несколько раз, получив на то разрешение и миланского капитана, пообещавшего отказаться от власти, лишь бы Милан примирился с церковью. Но поскольку мессер Галеаццо лишь для вида дал это обещание и не собирался его выполнять, горожане Милана по призыву этих двенадцати предводителей поднялись против него с требованием сложить власть, как они договорились с кардиналом. На их сторону благодаря посулам и деньгам миланцев перешли многие отряды немцев, потому что мессер Галеаццо давно не платил им; возбужденный народ и рыцари стали стекаться ко дворцу с криками: "Мир, мир!" и "Да здравствует церковь!". Мессер Галеаццо, надеясь, что ему достанет итальянских солдат и других остававшихся с ним людей, принял меры к сопротивлению. В трех местах завязались бои, но повсюду не в его пользу и с потерями для его сторонников; поняв, что удержаться невозможно, он удалился из Милана с небольшим отрядом и 8 ноября прибыл в Лоди. Хозяевами в Милане остались названные двенадцать выборных, а именно - мессер Луиджи Висконти, родственник мессера Галеаццо; мессер Джакомо да Постьерла, мессер Симоне Кревелли, мессер Франческо да Барбаньяно и прочие влиятельные ленники и вассалы, коих имена мы не знаем. Переворот в Милане 38 вызвал большую радость среди флорентийцев, устроивших праздник и турнирные игры по случаю закончившейся, как они полагали, войны в Ломбардии. Но если бы они знали о грядущих вскоре неблагоприятных переменах, а также о бедах, угрожавших Флоренции, то не веселились бы, а скорбели. Впрочем, не следует ни чрезмерно предаваться мирским радостям, ни особенно огорчаться из-за неприятностей: все они обманчивы и быстропреходящи.

189. КАК ИЗГНАННЫЙ КОРОЛЬ ТУНИСА СНОВА ПРИШЕЛ К ВЛАСТИ

В феврале 1322 года 39 король Туниса 40, который, как мы сообщали, в июне прошлого года лишился власти, снова прогнал другого короля и утвердился на троне. Отсюда следует, что власть у сарацин непрочная, ибо указанные два короля за два года произвели три переворота. [279]

214. КАК КАСТРУЧЧО ВЫСТУПИЛ В ПОХОД НА ПРАТО, КАК ТУДА ОТПРАВИЛАСЬ ФЛОРЕНТИЙСКАЯ КОННИЦА И О СВЯЗАННЫХ С ЭТИМ СОБЫТИЯХ ВО ФЛОРЕНЦИИ

В том же 1323 году синьор Лукки Каструччо, ободренный успехом своего недавнего набега на города Вальдарно и бездействием флорентийцев, 1 июля внезапно вторгся в контадо замка Прато, жители которого отказались платить ему такую же дань, которую заплатили пистойцы 41. Он разбил свой стан на вилле Айоло, на расстоянии версты с небольшим от Прато, а войско его состояло из шестисот пятидесяти конных и четырех тысяч пеших, хотя во Флоренции его силы преувеличили вдвое. Узнав о приходе Каструччо, флорентийцы позакрывали все лавки, побросали свои занятия и единодушно устремились в Прато — как народ, так и рыцари. Каждый из цехов отправил туда конные и пешие отряды, а некоторые семейства пополанов и грандов снарядили пехотинцев за свой счет. Приоры велели объявить, что те из изгнанных гвельфов, кто примет участие в походе, будут подлежать амнистии, но это необдуманное заявление привело потом к великим опасностям для Флоренции. На следующий день в Прато было полторы тысячи флорентийских рыцарей и добрых двадцать тысяч пехотинцев, четыре тысячи из которых - ссыльные, весьма отважные люди. Назавтра было решено дать Каструччо сражение, но тот, оставив за ними поле боя, утром третьего июля покинул лагерь, потому что сильно опасался флорентийцев, а также измены со стороны пистойцев. Он выехал из Айоло со своей добычей, награбленной в контадо Прато, переправился через Омброне и, не останавливаясь, галопом повел свое войско в Серравалле. И хотя из-за разногласий среди флорентийцев Каструччо удалось спастись, все же его поведение было безрассудным. Ведь если бы флорентийцы вклинились между Серравалле и войском Каструччо, что им легко было сделать, то неприятель был бы разбит и попал в плен, но кому Бог не желает добра, того он лишает разума. Флорентийцы оставались в Прато, в войске царил беспорядок, полководец был негодный, нобили не стремились к победе, благодаря которой народ возвысился бы, и от этого начались раздоры и ссоры: народ хотел преследовать Каструччо или хотя бы двинуться к Лукке, а почти все нобили были против и доказывали, что это опасно. Но истинной причиной их нежелания было недовольство Установлениями правосудия. Им не нравилось отвечать за чужие преступления, а народ не соглашался отменить этот закон, и так они несколько дней упорствовали в своих заблуждениях, а в конце концов отправили во Флоренцию послов, чтобы решить, наступать или возвращаться восвояси. В городе во дворце народа собрали совет, но и тут возникли разногласия между пополанами и нобилями и среди разноречивых мнений решения принять никак не удавалось. Собравшийся на улице простой народ, который в неимоверном количестве запрудил площадь, начиная от малолетних ребятишек, стал кричать: "В бой, в бой, смерть предателям!" - и бросать в [280] окна дворца камни. Уже ночью, перепуганные народным бунтом, приоры и весь совет постановили, дабы утихомирить простой люд, что войско должно наступать. Это было 7 июля. Послы вернулись в Прато, и 9 июля войско выступило оттуда, хотя нобили почти открыто изъявляли недовольство, и двинулось по пути из Карминьяно в Фучеккьо. Добравшись до Фучеккьо, оно не предприняло ничего достойного флорентийской коммуны, и если в Прато разгорелся спор между народом и нобилями относительно выступления, то в Фучеккьо разгорелись еще большие прения по поводу того, нарушать ли границу луккского контадо. Тем временем войско с каждым днем все увеличивалось, ибо коммуна Болоньи прислала двести рыцарей и сиенская коммуна еще двести. Кроме того все нобили Сиены наперебой старались выставить отборных рыцарей, которых набралось еще двести пятьдесят, и так же поступили Конти и другие города и союзники. Собрались такие силы, что, если бы среди них царило согласие, можно было приступить к осаде Лукки и спокойно идти дальше, ибо Каструччо от страха заперся в Лукке и только небольшие отряды послал стеречь проходы на Гвишиане. Но там, где нет единства, каким многочисленным ни было бы войско, оно всегда окажется слабейшим. К тому же из-за неспособности военачальника, графа Новелло, который не в состоянии был командовать таким войском, ничего предпринять было невозможно, и флорентийцам пришлось возвратиться домой, со стыдом и с позором для коммуны. Кроме того, так как беда не приходит одна, кое-кто из нобилей внушил изгнанникам, что коммуна не позволит им вернуться, и тогда они, развернув знамена, подошли к Флоренции вечером 14 июля, собираясь войти в город силой. При этой новости народ ударил в набат, вооружился и встал на охрану города и дворца народа. Всю ночь пополаны храбро стояли на страже, опасаясь предательства со стороны некоторых городских нобилей. Изгнанники распростились со своими надеждами и на следующее утро, 20 июля, когда во Флоренцию вернулись кавалерия и все войско, пустились в бегство. После этого город успокоился. Мы так последовательно описали это предприятие флорентийцев потому, что это наш родной город, и мы сами присутствовали при указанных событиях, столь необычных, противоречивых и чреватых важными последствиями. Мы хотели показать тем, кто придет после нас, что нужно действовать смелее, хранить единство и поступать более обдуманно, если стремиться к благу и славе для республики и для нас самих.

218. КАК СВЯТОЙ ФОМА АКВИНСКИЙ БЫЛ КАНОНИЗИРОВАН ПАПОЙ ИОАННОМ

В конце июля этого же 1323 года папа Иоанн и его кардиналы в Авиньоне канонизировали святого брата доминиканского ордена Фому Аквинского, магистра философии и богословия, весьма преуспевшего во всех науках и после святого Августина непревзойденного в толковании [281] Святого Писания; жил он во времена короля Сицилии Карла I. Фома умер по пути к папскому двору, на собор в Лионе 42; говорят, что королевский врач дал ему яду в лекарстве, думая угодить своему господину, ибо Фома принадлежал к мятежному роду владетелей Аквино и благодаря своему уму и добродетелям мог стать кардиналом 43. Его кончина была великой утратой для божьей церкви, а случилась она в аббатстве Фоссануова в Кампании. При соборовании, причащаясь телом Христовым, он произнес следующую святую и благочестивую молитву: "Ave, praetium meae redemptionis; ave, viaticum meae peregrinationis; ave, praemium futurae vitae, in cuius manus commendo animam et spiritum meum" 44 - и с тем отошел ко Господу.

219. О НОВОВВЕДЕНИЯХ, ВЫЗВАННЫХ ВО ФЛОРЕНЦИИ ДЕЙСТВИЯМИ ИЗГНАННИКОВ

В это же время флорентийские изгнанники, участвовавшие в походе на Прато и Фучеккьо, ожидали, что в исполнение данного им обещания и объявления, сделанного приорами, их впустят обратно, но по строгости законов это невозможно было сделать. Тогда восемь из их предводителей, в безопасности пребывавшие во Флоренции для хлопот об амнистии, убедившись, что надежда их не сбылась, устроили заговор с помощью некоторых нобилей из тех семейств, откуда происходили изгнанные. В ночь на Святого Лаврентия, 10 августа 1323 года, они подошли с разных сторон к городским воротам числом в шестьдесят конных и полторы тысячи пеших, вооруженные топорами, чтобы разбить ворота, ведущие на Фьезоле. Поздно вечером, когда по некоторым признакам стало известно о готовящемся нападении, город вооружился и пришел в смятение. Народ опасался не столько сил нападавших, несоизмеримых с его силами, сколько измены изнутри, готовившейся грандами. Поэтому город всю ночь бдительно охранялся, и никто из заговорщиков не осмелился выступить. Нападавшие, увидев огни на стене и охрану и убедившись, что изнутри никто не отзывается на их обращения, разъехались в разные стороны, и таким образом, по милости Божьей и мессера святого Лаврентия, город избежал великой опасности и переворота. Достоверно известно, что заговорщики собирались поднять мятеж и поджечь город с разных концов, грабить и убивать достойных людей, упразднить должности синьоров приоров и Установления справедливости, направленные против нобилей, и положить конец мирному существованию Флоренции. Зачинщиками зла были высланные, но почти все нобили встали на их сторону, чтобы расправиться с народом. Все это обнаружилось, но виновных было столько, что наказывать их представлялось делом слишком трудным, и с правосудием решили повременить, дабы не ухудшать положения. Правда, часть пополанов, которая не пользовалась властью, настаивала на осуждении виноватых, ибо стремилась к перевороту. Правящая [282] верхушка, не желавшая роста беспорядков и перемены власти, постаралась уладить дело как можно мягче. В конце концов большинство нобильских вождей, вторя распространившейся в народе молве, указали на мессера Америго Донати, мессера Тегьяйо Фрескобальди и мессера Лоттеринго Герардини как на имевших отношение к заговору, но никто не хотел выступить с обвинением. Тогда в совете народа и приоров было решено, чтобы каждый написал на бумажке, кого он подозревает, и у большинства оказались три вышеприведенных имени. Этот новый порядок был установлен специальным указом. Мессер Манно делла Бранка из Губбио, тогдашний подеста, призвал к себе этих троих, пообещав им безопасность. Они явились и признались в том, что знали о готовящемся заговоре, но не примкнули к нему. Однако, поскольку они не донесли об этом приорам, каждый из них был оштрафован на две тысячи лир и выслан за пределы города и контадо на сорок миль сроком на полгода. Многие одобряли такое решение, способствовавшее упрочению порядка во Флоренции, но другие осудили его за то, что указанные лица и многие нобили не понесли наказания за свое участие в заговоре. Вследствие этих событий, с целью укрепления народной власти, 27 августа 1323 года были розданы пятьдесят шесть штандартов с гербами компаний, по три-четыре на каждую, как для тех, кто был у власти, так и для остальных. Пополаны всех сестьер собрались и дали клятву единодушно защищать народовластие. Все это привело впоследствии к перевороту и изменению власти во Флоренции, как мы увидим ниже.

224. КАК ВЕНЕЦИАНСКИЕ КУПЦЫ РАЗБИЛИ НА МОРЕ АНГЛИЧАН

В сентябре 1323 года семь венецианских галер вышли из Фландрии с торговым грузом и на них напали тридцать четыре мелких военных корабля англичан, чтобы их ограбить. Венецианцы храбро защищались, разгромили неприятеля, перебили многих англичан и захватили десять их судов.

227. КАК ПАПА ОТЛУЧИЛ ОТ ЦЕРКВИ ЛЮДОВИКА БАВАРСКОГО, ИЗБРАННОГО ИМПЕРАТОРОМ

8 октября 1323 года в прованском Авиньоне папа Иоанн при стечении народа предал отлучению герцога Баварского Людовика, прозывавшегося римским королем 45, за то, что он послал своих людей на помощь Галеаццо Висконти и его братьям, вопреки воле церкви завладевшим Миланом и другими городами Ломбардии. Также папа обвинил его в том, что он присвоил себе звание императора, не дожидаясь утверждения и одобрения со стороны церкви, и дал Людовику три [283] месяца, чтобы он отрекся от своего избрания и самолично прибыл просить прощения в том, что он потворствовал еретикам, схизматикам и мятежникам против церкви. Всех духовных лиц, которые оказали бы содействие Людовику в том случае, если он не подчинится, папа заранее низложил. В ответ на это обвинение Людовик привел разумные доводы, оправдывающие его перед папой, или преемником папы, и вселенским собором, если он соберется в Риме, у престола святого Петра. Также он отправил большое посольство ко двору, состоявшее из прелатов и других сеньоров, с обещаниями не выступать больше против церкви. После этого он получил отсрочку еще на три месяца, с тем чтобы по истечении их папа поступил с ним в зависимости от его действий.

233. КАК КАСТРУЧЧО ЗАХВАТИЛ ФУЧЕККЬО, НО СРАЗУ БЫЛ ИЗГНАН ОТТУДА

19 декабря 1323 года правитель Лукки Каструччо внезапно выехал оттуда со своим войском и на следующую ночь появился в окрестностях Фучеккьо, намереваясь занять город. Некий простолюдин проделал в стене в уединенном месте, возле цитадели калитку, и в нее вошла часть людей Каструччо. Это были сам Каструччо, сто пятьдесят конных и пятьсот пеших воинов, которые все остались незамеченными из-за необыкновенно сильного ливня. Отряд захватил за ночь часть города, в том числе и недостроенную цитадель, начатую флорентийцами, за исключением башни. Каструччо полагал свое предприятие успешно завершенным и уже написал об этом в Лукку, но жители Фучеккьо с помощью сигнальных огней запросили помощи у соседних замков, где стояли флорентийские гарнизоны, и из Санта Кроче, Кастельфранко и Сан Миньято пришли отряды. На следующий день они отважно сразились с войском Каструччо, загородившего подступы к площади, разбили его и прогнали из города. Каструччо был ранен в лицо и едва спасся, убитыми и пленными он потерял сто пятьдесят человек пеших и конных: почти все лошади, находившиеся внутри, достались флорентийцам, потому что беглецы спасались пешком. Если бы за ними отрядили погоню, война Флоренции с Каструччо была бы кончена. Знамена Каструччо и его военачальников привезли в качестве трофеев и известие о победе было встречено во Флоренции с ликованием, ибо поначалу Фучеккьо посчитали уже потерянным.

241. КАК ТАТАРЫ ИЗ XA3АРИИ НАПАЛИ НА ГРЕЦИЮ

В феврале 1323 года 46 татары Хазарии и России с войском в триста тысяч всадников вторглись в Грецию и дошли до Константинополя, а потом на несколько дней пути дальше, разоряя и опустошая все, что [284] попадалось им навстречу. Они оставались там до апреля и нанесли грекам огромный урон, перебив и уведя в рабство больше ста пятидесяти тысяч человек. Наконец из-за недостатка пищи и корма для своего скота они были вынуждены отправиться восвояси. Эти события лишний раз подтверждают, что на тех, кто недружен с Богом, он ниспосылает наказание в лице того, кто еще хуже. Пусть читателя не удивляет такое количество конницы, ведь все татары передвигаются верхом, кони их маленькие и неподкованные, уздечки на них без удил, а кормят их вместо овса травой и соломой. Сами татары едят полусырое мясо и рыбу, немного хлеба и молока, получаемого от скота, который водят за войском. Они всегда в поле и не имеют городов, замков и деревень, где живут только ремесленники.

245. ОБ УКАЗАХ, ИЗДАННЫХ ВО ФЛОРЕНЦИИ ПРОТИВ ЖЕНСКИХ НАРЯДОВ, И О ВОЗВРАЩЕНИИ ОБЪЯВЛЕННЫХ ВНЕ ЗАКОНА

В том же 1324 году, в апреле месяце, во Флоренции была создана коллегия судей, издавшая ряд суровых распоряжений и декретов против неумеренности в украшениях флорентийских женщин. Также был издан указ о снятии опалы со всех ссыльных, при условии уплаты коммуне небольшой суммы. Он распространялся на всех изгнанников, кроме врагов коммуны, но исключил бунтовщиков и осужденных в августе за появление перед воротами города с требованием возвращения. Большинство граждан не одобряло этот указ, потому что город не был в такой нужде и крайности, чтобы прощать злоумышленников. Однако его издали во исполнение обещания данного под Прато, о чем мы говорили выше.

263. КАК НАЧАЛАСЬ ВОЙНА В ГАСКОНИ МЕЖДУ ФРАНЦУЗСКИМ И АНГЛИЙСКИМ КОРОЛЯМИ

В 1324 году французский король Карл начал войну в Гаскони против короля Англии из-за того, что, когда французы начали строить новое укрепление или новый город на рубежах Гаскони, среди владений английского короля, местные жители во главе с наместником короля Англии захватили это укрепление и разрушили его, а наместника французского короля и его солдат повесили там же. Разгневанный король Франции послал туда мессера Карла Валуа, своего дядю, с тремя тысячами французских рыцарей, которые должны были начать военные действия, а чтобы достать деньги, ухудшил свою полновесную серебряную монету на четырнадцать сотых долей. Он стал также выпускать медали и бланки 47 из серебра, как делал его отец Филипп, и приказал арестовать всех итальянцев, дававших деньги в рост в его королевстве; затем они уплатили выкуп и были выпущены под расписку. [285]

271. ОБ ИЗМЕНЕНИИ ПРАВЛЕНИЯ ВО ФЛОРЕНЦИИ

В сентябре 1324 года в правительстве, состоявшем из именитых грандов и пополанов, произошел раскол - похоже, что среди них кое-кто стремился к безраздельному господству, а именно Серральини, Бордони и их сторонники. Большинство из них, считавшиеся защитниками народа, сговорились с некоторыми из приоров, раньше не принимавшими участия в управлении и не принадлежавшими к их партии. Двенадцать советников, которые тайно сосредоточили в своих руках законную власть, добились для себя и для этих приоров полномочий на произвольное изменение и исправление результатов прошлогодних выборов приората. Но поскольку оказалось, что выборы были проведены правильно, их не стали опротестовывать, а только добавили шесть новых приоров под предлогом укрепления единства в городе и привлечения достойных людей, включив в их число кое-кого из противной партии, не имевшей власти. Вслед за тем в ноябре, при новом приорате, были назначены должностные лица на ближайшие сорок два месяца, и каждые полгода из них следовало избирать гонфалоньеров компаний, двенадцать тайных советников синьории, кондотьеров воинских отрядов. Имена этих людей, которых было почти поровну от каждой партии, занесли в избирательные списки. Подобным же образом устроили выборы цеховых старшин, чтобы не проводить их чаще, чем раз в год. Так, не прибегая к перевороту и беспорядкам, переменили состав правительства Флоренции, в которое вошли вожди партии, правившей со времени графа Баттифолле до тех пор, а также те, кто был прежде устранен от власти, хотя первые сохраняли за собой немало мест. Мы рассказали об этих преобразованиях для того, чтобы показать будущим поколениям, сколь тщетно надеяться на незыблемость власти и государственных порядков, особенно во Флоренции, ибо они подвержены постоянным переменам. Партия, образовавшаяся при графе Баттифолле, например, не просуществовала и восьми лет, хотя большинство ее мероприятий были успешными.

278. КАК ПАПА ОТЛУЧИЛ ОТ ЦЕРКВИ ПОДДЕЛЫВАТЕЛЕЙ ЗОЛОТЫХ ФЛОРИНОВ

В декабре 1324 года папа Иоанн сурово осудил и проклял фальшивомонетчиков, которые чеканили поддельные золотые флорины в виде флорентийских, а также их покровителей, ибо многие синьоры завели у себя такие станки, например маркиз Монферратский и Спиноли в Генуе. Однако папа исправлял своими отлучениями других, а сам не исправился и продолжал выпускать флорины такого же состава и чеканки, как во Флоренции. Единственное отличие заключалось в том, что со стороны образа святого Иоанна была надпись "Папа Иоанн", а рядом с ним, как герб, папская тиара, и со стороны лилии слова: "Sancto Petro et Paulo" 48. [286]

287. КАК ИЗ ЧИСЛА ГРАНДОВ ИСКЛЮЧИЛИ НЕКОТОРЫЕ ФЛОРЕНТИЙСКИЕ СЕМЕЙСТВА

В начале великого поста этого года 49 во Флоренции назначили арбитров для пересмотра и издания новых указов и постановлений. Наряду с прочим из числа грандов изъяли десять незнатных семейств города и двадцать пять нобильских родов контадо, присоединив их к народу. Некоторые хвалили эти меры, но многие осуждали, говоря, что кое-какие семьи влиятельных и надменных пополанов следовало причислить к грандам ради спокойствия народа.

290. КАК ВО ФЛОРЕНЦИИ НАЧАЛИ ЧЕКАНИТЬ НОВУЮ МЕЛКУЮ МОНЕТУ

С 1 апреля 1325 года во Флоренции стали чеканить новую монету пиччоло 50, по весу и лигатуре одинаковую с прежней, но с удлиненным изображением святого Иоанна и с половиной лилии на французский манер, без отростков, потому что старую часто подделывали. Но многие предвидели, что из-за удаления ответвлений внутри лилии, всегда чеканившихся раньше, с городом случится какое-то несчастье.

300. ПРИГОТОВЛЕНИЯ ФЛОРЕНТИЙСКОГО ВОЙСКА

8 июня 1325 года флорентийцы постановили идти в поход против Пистойи и правителя Лукки Каструччо 51. Войско собиралось под своими знаменами у Сан Пьеро, в Монтичелли. Каструччо, узнав об этом, не стал даром терять время и 11 июня выступил из Пистойи. Он подошел к замку Монтале и тщательно укрепил его. Тогда флорентийцы в среду утром 12 июня отправили своего капитана, мессера Рамондо ди Кардона, со всеми солдатами в Прато, и в четверг туда двинулось все конное ополчение флорентийцев, а также пехота, народ и рыцари, сопровождаемые колокольным звоном. Наряду с другими колоколами коммуны звонили в колокол, захваченный флорентийцами при взятии Монтале, и он раскололся, что многие посчитали дурным знаком. Теперь, поскольку в ходе борьбы между флорентийцами и Каструччо произошло много важных событий, мы прервем все прочие записи о происшествиях в других странах, чтобы проследить за делами флорентийцев. Прежде всего расскажем о войске, больше которого коммуна сама, без помощи союзников, не выставляла ни разу. Лучшие семейства города, пополаны и гранды, снарядили четыреста рыцарей, составивших вместе с их спутниками войско из более чем пятисот хорошо вооруженных всадников, а сотня из них располагала мощными боевыми конями. Наемных солдат было полторы тысячи, из них шестьсот французов, в том числе знатные синьоры и дворяне, и двести немцев, отборные и закаленные в [287] боях воины. Двести тридцать человек было у мессера Рамондо ди Кардона, командующего войском, и его маршала, по имени мессер Де Борн из Бургундии; сто бургундцев, а остальные - каталонцы. Кроме этих солдат, набиралось четыреста пятьдесят человек - французов, гасконцев, фламандцев, провансальцев и итальянцев, - служивших еще в прежних отрядах, понемногу на каждый. Пехотинцев из горожан и жителей контадо насчитывалось пятнадцать с лишним тысяч, все они были хорошо вооружены. В флорентийском войске было больше восьмисот шатров, павильонов и палаток из льняного полотна, на повозке везли колокол, звавший к выступлению и к оружию, и не было дня, чтобы на содержание войска флорентийцы затратили меньше трех тысяч золотых флоринов. Горожане и иноземцы в войске имели три сотни могучих аргамаков стоимостью выше ста пятидесяти золотых флоринов, в богатой сбруе, и кроме того, упряжных лошадей и вьючных ослов более шести тысяч, не считая тех, что потом привели союзники.

301. КАК ФЛОРЕНТИЙСКОЕ ВОЙСКО ПОДОШЛО К ПИСТОЙЕ И ЗАНЯЛО ПЕРЕПРАВУ ЧЕРЕЗ ГВИШИАНУ

17 июня 1325 года грозное и отлично снаряженное войско, к которому прибавились двести сиенских рыцарей, покинуло Прато и остановилось в Альяне, на пути в Пистойю, разоряя окрестности и разрушая близлежащие крепости. Захватив богатые трофеи, в шесть переходов флорентийцы достигли ворот Пистойи и в день Святого Иоанна устроили здесь бега на приз в виде бархатного палио. Каструччо находился в городе с семьюстами рыцарями и многочисленной пехотой, но не решился принять вызов и выйти из Пистойи, а ограничился ее защитой изнутри. 4 июля войско остановилось в Тиццано, где мессер Рамондо велел возвести осадные машины и начать в разных местах подкоп, как будто намеревался взять замок. Тем временем в ночь на 9 июля мессер Рамондо со своими капитанами отправил своего маршала с пятью сотнями отборных рыцарей в Фучеккьо, а чтобы Каструччо ничего не заподозрил, той же ночью послал другой конный отряд опустошать окрестности Пистойи. Около Фучеккьо флорентийцы соединились с выходцами из Лукки - их было сто пятьдесят конных и множество пеших — и с жителями других городов Вальдарно. Во главе их стояли мессер Оттавиано Брунеллески и мессер Бандино де'Росси из Флоренции. Они соорудили деревянный мост и ночью тайно перебросили его через Гвишиану у переправы Россайоло. Рыцари и пеший люд успели перейти через него прежде, чем жители Каппиано и Монтефальконе их заметили. В тот же день, 10 июля, мессер Рамондо внезапно покинул со своим войском Тиццано, перевалил через гору и в тот же вечер вместе с рыцарями, переправившимися через Гвишиану, разбил свой стан у [288] Каппиано. Это был замечательный и неожиданный военный успех, потому что силой флорентийцы никак не смогли бы захватить этот проход. Каструччо был ошеломлен и едва мог поверить случившемуся, он вышел с пистойским войском из Пистойи, оставив там свой гарнизон, добрался до Вальдиньеволе и расположился со своими силами на Вивинайе. Союзники по его просьбе прислали подкрепления: епископ Ареццо - триста рыцарей, из Марки и Романьи - двести, от Конти в Сантафьоре и других мелких баронов Мареммы, гибеллинов - около ста пятидесяти рыцарей. Таким образом у Каструччо набралось полторы тысячи рыцарей и множество пехотинцев из народа. Он укрепился на Вивинайе, в Монтекьяро и в местечке под названием Черрульо, усилил Поркари и велел прокопать ров от холма до болота, выстроить палисад и зорко охранять его днем и ночью. От пизанцев же не было ему помощи, потому что граф Ньери и правители города поссорились с ним из-за его враждебных действий.

302. КАК ФЛОРЕНТИЙЦЫ ОВЛАДЕЛИ МОСТОМ, КАППИАНО И МОНТЕФАЛЬКОНЕ

Пока флорентийцы стояли у Каппиано, 13 июля им сдались башни и сильно укрепленный мост, а 19 июля и сам Каппиано, защитники которого опасались подкопа и осадных машин, на условии выхода гарнизона. 21 июля обложили Монтефальконе, и 29 он сдался на таких же условиях. Прослышав о победах флорентийцев, все союзники прислали к ним еще людей. Сиенцы, кроме первых двухсот рыцарей, отправили еще двести и шестьсот стрелков, кроме того, сто рыцарей из числа горожан и сто солдат. Из Перуджи за оба раза прибыло двести шестьдесят рыцарей, из Болоньи - двести, из Камерино - пятьдесят, из Губбио - пятьдесят, из Гроссето - тридцать, из Монтепульчано - сорок, от графа Ассариано да Кьюзи - пятнадцать, из Колле - сорок, из Сан Джиминьяно - сорок, из Сан Миньято - сорок, из Вольтерры - тридцать, из Фаэнцы и Имолы - сто за два раза, из Лольяно - пятнадцать рыцарей и пехота, от графов Баттифолле прибыло двадцать рыцарей и пятьсот пехотинцев. Изгнанников из Лукки было сто с лишним рыцарей, а из Пистойи - примерно двадцать пять. Таким образом, флорентийское войско выросло на три тысячи рыцарей 52. 3 августа оно осадило замок Альтопашо, сильно укрепленный стенами, башнями, рвами и изгородями. Но тут в лагере разразился мор, из-за стоянки на болотистой Гвишиане, многие заразились и умерли, в том числе из самых уважаемых граждан Флоренции, и многие иноземцы, так что войско значительно уменьшилось. Пока войско стояло у Альтопашо, Каструччо пытался возобновить тайные переговоры в флорентийском стане с двумя французскими военачальниками, мессером Милем Оксеррским и мессером Гийомом де Нореном из Артуа, небогатыми рыцарями, но предательство вскрылось, когда мессер Миль заболел и был [289] при смерти. Мессер Гийом был арестован мессером Рамондо, который поостерегся казнить его из-за остальных французов и только выслал из лагеря. Тот сделал вид, что отправляется к королю в Неаполь, а сам из Монтепульчано в Маремме вернулся к Каструччо и впоследствии причинил флорентийцам немало вреда. Тем временем Каструччо 10 августа послал двести своих рыцарей и пехотинцев в набег на контадо Прато и Флоренции; они беспрепятственно прошлись по ним огнем и мечом, вплоть до Леколе, и захватили богатую добычу. 23 августа он устроил второй набег на Карминьяно, отрядив сто пятьдесят рыцарей и тысячу пехотинцев, намереваясь захватить город и заставить снять осаду с Альтопашо; его люди уже вошли в местечко, но тут подоспели флорентийцы вместе с жителями Кампи, Гангаланди и гвельфами из Карминьяно, а также болонскими рыцарями, находившимися во Флоренции. Они разгромили нападавших, которые потеряли четыре с половиной сотни убитыми и множество пленными. Эта неудача привела войско Каструччо в смятение.

303. КАК ЗАМОК АЛЬТОПАШО СДАЛСЯ ФЛОРЕНТИЙЦАМ

Узнав о поражении под Карминьяно, жители Альтопашо, среди которых распространилась зараза и начались беспорядки, 25 августа 1325 года сдались флорентийцам при условии сохранения жизни гарнизону. В городе было пятьсот солдат и на два года припасов. После взятия Альтопашо в войске и в самой Флоренции разгорелись споры о том, двигаться ли вперед или снова осадить Санта Мария а Монте, и из-за этих бесплодных споров флорентийцы пробыли в Альтопашо до 9 сентября, к великому убытку и расстройству в войске. Многие заболели, большинство было недовольно столь продолжительными военными действиями, а также тем, что мессер Рамондо приказал своему маршалу давать тем, кто покидал войско, сомнительные обещания вместо денег. Таким образом ряды флорентийцев заметно поредели, и у мессера Рамондо не осталось и половины его людей. Разумные граждане во Флоренции и часть командиров войска, учитывая это и понимая, что идти к Лукке невозможно вследствие приготовлений Каструччо, советовали закрепиться у Санта Мария а Монте, устроить там постоянный защищенный лагерь со сменным гарнизоном из горожан и иноземцев, и тогда замок долго не продержался бы, потому что в нем свирепствовал мор. Но гранды и пополаны, руководившие действиями мессера Рамондо и войска по своему произволу, как им подсказывали их надменность и тщеславие, остановились на том, чтобы двигаться к Лукке, не возвращаясь во Флоренцию, то есть избрали худшее решение. Итак, 9 сентября войско выступило из Альтопашо и в довершение всего расположилось у аббатства в Поццевере, на болоте Сесто, вместо того, чтобы обосноваться на берегу между Вивинайей и Поркари, разбить неприятеля и одержать над Каструччо решительную победу. [290] Но кому Бог желает дурного, того он лишает разума. К этому добавилось еще одно обстоятельство, - мессер Рамондо при поддержке флорентийской верхушки, составившей как бы его партию, уже считал себя правителем Флоренции. Он не желал осаждать Санта Мария а Монте или вести войско по сухому месту, потому что выставил перед флорентийцами требования по возвращении наделить его такой же властью, какой он пользовался в походе, и так он ринулся вместе с флорентийским войском навстречу великой опасности и позору, как мы сейчас увидим.

304. КАК ФЛОРЕНТИЙЦЫ ПОТЕРПЕЛИ ПОРАЖЕНИЕ ОТ КАСТРУЧЧО ПОД АЛЬТОПАШО

Хотя силы флорентийцев пришли в расстройство, Каструччо и его войско в свою очередь понесли большие потери, как из-за болезней, так и вследствие затяжной войны и истощения средств, которых едва хватало. Однако, как храбрый полководец, он изо всех сил подогревал в своей армии надежду на успех, удерживая за собой укрепленные возвышенности Вивинайя, Монтекьяро, Черрульо, Поркари и всю местность до болота Сесто, преграждавшие дорогу на Лукку. Но так как Каструччо опасался, что собственных сил на оборону ему не хватит и знал, что флорентийское войско оказалось в таком месте, где у него было бы преимущество, если бы численность людей позволила дать сражение, то он обратился к правителю Милана, мессеру Галеаццо, чтобы тот прислал к нему своего сына Аццо с отрядом, находившимся в местечке Сан Донино. К этому Каструччо прибавил десять тысяч золотых флоринов и пообещал еще. По указанию отца, Аццо собрался выступить с восемьюстами рыцарями, и по недосмотру легата и церковного войска, стороживших его у Сан Донино (а маршал легата был подкуплен), двинулся в Лукку. К нему присоединились двести рыцарей от мессера Пассерино, правителя Мантуи и Модены, так что Каструччо получил подкрепление в количестве тысячи немецких и прочих чужеземных рыцарей.

305. О ТОМ ЖЕ САМОМ

Когда войско находилось в Поццевере, мессер Рамондо вздумал исправить свою оплошность, которая помешала войску расположиться на берегу между Монтекьяро и Поркари, но вместе этого стал громоздить ошибку на ошибке. 11 сентября он отправил своего маршала и мессера Урленбаха, немца, с сотней рыцарей сопровождать саперов, которые должны были выровнять площадку в версте от лагеря. Стоявший на холме Каструччо отрядил по очереди несколько [291] частей своего войска, чтобы они напали на охрану саперов, а затем, построив свои боевые порядки, обрушился на них сверху. Схватка постепенно разгоралась, потому что из флорентийского лагеря по собственной воле, без всякого приказа, туда стянулись две с лишним сотни рыцарей; это были самые лучшие воины из французов, немцев и флорентийцев. Навстречу им вышли люди Каструччо, и между ними завязалась самая замечательная и продолжительная стычка, какую помнят в Тоскане, длившаяся много часов, в ходе которой обе стороны четырежды отступали, снова собирались с силами и вступали в бой, как бывает в турнирах. Флорентийский отряд, насчитывавший немногим более трехсот всадников, выдержал натиск людей Каструччо и отбросил их, хотя их было более шестисот, и победа осталась бы за ним, если бы мессер Рамондо прислал им подкрепление или двинулся на врага с главными силами, но он отошел на край равнины, где был ров и небольшая площадка, через которую построенные к бою шеренги не смогли бы пройти безопасно и не рассыпавшись. Каструччо, наблюдавший за ходом битвы с холма, навалился со своим войском на флорентийцев, но доблестные рыцари выдержали его атаку и отбросили противника на порядочное расстояние, причем сам Каструччо был сбит с коня и ранен, как и большинство его солдат. В конце концов из-за численного перевеса противника и наступления ночи, флорентийские воины отступили к своему стану, потеряв, однако, около сорока рыцарей убитыми и пленными, в том числе мессера Урленбаха, немецкого рыцаря, захваченного вместе с двенадцатью всадниками, сражавшимися под его знаменем, мессера Франческо Брунеллески, недавно произведенного в рыцари, Джованни ди мессер Россо делла Тоза и нескольких французов. Многие были ранены в лицо. Каструччо потерял немало убитых, но пленных из его людей не было, потому что поле боя осталось под конец за ним. Зато в лагерь флорентийцев сбежалось больше сотни неприятельских лошадей без всадников - их тянуло к ровному месту. Хотя к вечеру оба войска отступили, до ночи они простояли в боевой готовности, трубами вызывая друг друга на битву, чтобы не уронить своего достоинства, но ночью каждое отошло к своим палаткам. После первого дня у флорентийцев наступил упадок боевого духа, и они не стремились уже столь отважно в битву, потому что не верили в своего полководца и понесли значительные потери. Каструччо же, который не дремал, приободрился после одержанной победы и ожидал прибытия подмоги из Ломбардии. Имея в виду невыгодное расположение флорентийского лагеря, он принял мудрое решение: задержать мессера Рамондо, затеяв ложные переговоры между ним и его советниками, с одной стороны, и владельцами замков в Вальдиньеволе, с другой. Из-за переговоров и начавшихся дождей вопреки бесконечным настояниям из Флоренции и из лагеря, где многие понимали свое пагубное положение, флорентийцы не трогались с места, что было на руку Каструччо. [292]

306. О ТОМ ЖЕ САМОМ

Когда во флорентийском войске узнали, что Аццо Висконти со своими людьми пришел из Ломбардии на помощь Каструччо и привел восемьсот немецких рыцарей, то утром в воскресенье 22 сентября мессер Рамондо приказал сниматься с лагеря у аббатства Поццевере и в порядке перейти к Альтопашо с нашей стороны. Войско свободно могло пройти по эту сторону Гвишианы или хотя бы остановиться на Галлене, тогда от флорентийцев зависело бы, давать сражение или нет. Они задержались в Альтопашо, чтобы оставить там подкрепление. Увидев, что флорентийское войско из страха перед ним снялось, Каструччо, не теряя времени даром, отправился в Лукку, чтобы поторопить Аццо выступить с его людьми; просить об этом он заставил всех красавиц Лукки во главе со своей женой. Но Аццо не желал покидать города, пока войско не отдохнет и не получит обещанных денег. Деньгами и посулами (он обещал выплатить шесть тысяч золотых флоринов по векселям луккских купцов) Каструччо едва склонил Висконти дать обещание, что он выступит утром в понедельник. Оставив свою жену и других женщин уговаривать Аццо, в воскресенье ночью Каструччо возвратился в свой лагерь, опасаясь, что флорентийцы, убедившись в его преимуществе, уйдут без боя. В понедельник утром флорентийское войско, в котором оставалось не более двух тысяч рыцарей, так как многие заболели или покинули лагерь, и около восьми тысяч пеших, построилось и могло преспокойно удалиться к Галлене. Но самонадеянные флорентийцы стали сближаться с войском Каструччо, развернув знамена и трубами вызывая его на битву. Каструччо немедленно стал спускаться с холма со своим войском, готовым к бою; в нем насчитывалось тысяча четыреста рыцарей. Каструччо собирался сдерживать неприятеля стычками, пока не подойдет Аццо. Так оно и случилось, тот появился в третьем часу 53. Со всем своим войском он обрушился из Вивинайи на поле битвы. Теперь со стороны Каструччо в ней приняли участие все две тысячи триста его рыцарей, но пеший народ он оставил на холме, вниз спустились лишь немногие. Флорентийское войско в полном боевом порядке столкнулось с противником, и небольшой отряд, во главе авангарда, состоявший примерно из полутораста французов, флорентийцев и других рыцарей, отважно врезался в ряды Аццо и пробил их насквозь. Остальная часть авангарда, около семисот человек, во главе с мессером Де Борном, маршалом мессера Рамондо, когда начался бой, не сдержала натиска и немедленно обратилась вспять. Остальные воины, видя, что авангард повернул назад свои знамена, испугались и пришли в смятение, некоторые побежали. Если бы мессер Рамондо с основными силами поддержал первую атаку, сражение еще можно было выиграть, но он не двинулся с места, а люди, дрогнувшие из-за отхода маршала, были застигнуты ударом противника врасплох и, ошеломленные, казались парализованными. Пехотинцы, правда, стали храбро защищаться, но кавалерия [293] прекратила сопротивление, и вскоре флорентийцы были разбиты. Это произошло в понедельник, 23 сентября 1325 года в девятом часу. Об этом поражении говорили, что маршал Де Борн обратился в бегство еще до начала схватки из-за задуманной им измены, потому что он был посвящен в рыцари мессером Галеаццо Висконти, отцом Аццо, и долго служил у него, а теперь, по возвращении во Флоренцию, скрывался и тайно покинул ее. При первом натиске потери флорентийцев были невелики, так как они уклонились от боя, но во время бегства многие были убиты и взяты в плен, ибо Каструччо послал своих людей занять мост в Каппиано, оставленный без сопротивления защитниками башен. Таким образом спасавшиеся бегством флорентийцы и их союзники потеряли при отступлении больше убитых и пленных, чем в сражении. Всего погибло около (...) как конных (их пало немного) так и пеших, в том числе не больше двадцати пяти флорентийских всадников. Убитыми и пленными в целом было потеряно (...) и среди них капитан войска мессер Рамондо ди Кардона с сыном и большинство французских баронов, вынесшие тяжесть боя. Также в это число вошли около сорока лучших всадников Флоренции из пополанов и грандов, примерно пятьдесят именитых и достойных заальпийцев, в основном рыцарей, и десятка два знатных жителей из других городов Тосканы. Все остальные так или иначе спаслись, однако палатки, лагерная утварь и обоз достались врагу. Через несколько дней сдались замки Каппиано и Монтефальконе, а 6 октября - Альтопашо, который был сильно укреплен и снабжен припасами на длительное время. В Лукку увели более пятисот пленных. Так скоро обманчивое счастье изменило флорентийцам, сначала поманив их призраком успеха и победы. Без сомнения, Бог покарал их за прегрешения и неумеренную гордыню, так что собранные флорентийцами великолепная конница и отважная пехота были разбиты слабейшими. Поэтому не следует рассчитывать на человеческие силы вместо того, чтобы уповать на Божью волю и расположение. Прервем теперь повествование о последствиях и несчастьях, которые это поражение навлекло на флорентийцев, ибо необходимо обратиться к Другим событиям, случившимся за это время на свете, затем мы вернемся к нашему рассказу и проследим за делами флорентийцев, которым придется уделить немало места.

315. КАК МЕЖДУ ФРАНЦУЗСКИМ И АНГЛИЙСКИМ КОРОЛЯМИ БЫЛ ЗАКЛЮЧЕН МИР В ГАСКОНСКОЙ ВОЙНЕ

В сентябре 1325 года Эдуард, сын короля Англии, прибыл во Францию, и тогда с помощью своей матери, английской королевы и сестры французского короля, была закончена война в Гаскони и заключен мир Между королями Англии и Франции. Сын английского короля от имени своего отца принес королю Франции присягу и оставил за ним земли, [294] захваченные мессером Карлом Валуа в Гаскони. Сам он вместе с матерью остался во Франции: они не пожелали вернуться в Англию, ибо английский король правил дурно и вопреки их воле доверил все дела мессеру Хьюго Диспенсеру.

332. КАК ЛЮДИ КАСТРУЧЧО СДЕЛАЛИ НАБЕГ НА ФЛОРЕНЦИЮ ИЗ СИНЬИ

10 декабря 1325 года находившиеся в Синье отряды Каструччо всего около двухсот рыцарей, сделали набег до Сан Пьеро а Монтичелли и приблизились к воротам Флоренции. Навстречу им вышли фламандские наемники и вступили в бой. Если бы капитан со своими силами последовал за ними, можно было одержать победу, но из-за численного перевеса противник разбил и рассеял фламандцев. Во Флоренции ударили в набат, народ и рыцари по тревоге вооружились и высыпали наружу. В полном беспорядке они проследовали до Сеттимо, а неприятель, не понеся никакого ущерба, тем же путем вернулся в Синью. Флорентийцы, числом более восьмисот рыцарей и множество пехотинцев, поздно вечером возвратились домой. Эта стихийная вылазка была отважной, но неорганизованной и подверглась осуждению опытных в военном деле людей. Ведь если бы Каструччо ждал в засаде хотя бы с пятьюстами рыцарями, он разгромил бы флорентийцев и с боем взял город.

333. КАК ФЛОРЕНТИЙЦЫ ПОСТАНОВИЛИ ВРУЧИТЬ ВЛАСТЬ В ГОРОДЕ И В КОНТАДО ГЕРЦОГУ КАЛАБРИИ, СЫНУ КОРОЛЯ РОБЕРТА

Флорентийцы испытывали тиранические притеснения со стороны Каструччо, будучи к тому же раздираемы противоречиями из-за существовавших в среде граждан партий и лагерей. Они постоянно опасались измены и в особенности подозревали тех, чьи сыновья и братья находились в плену в Лукке, а эти люди принадлежали к самым влиятельным в коммуне. Неприятеля чуть не каждый день можно было видеть у городских ворот, ибо он имел форпосты в Монтемурло и Синье. Не видя другого выхода, правящие пополаны-гвельфы, посоветовавшись с большинством знатных и влиятельных граждан, 24 декабря этого года избрали и провозгласили правителем Флоренции и контадо сроком на десять лет Карла Калабрийского, первенца Роберта, короля Иерусалима и Сицилии. Ему препоручались власть и управление городом посредством наместников при условии соблюдения наших законов и установлений и его личного руководства военными действиями. Он обязан был содержать не менее тысячи заальпийских [295] рыцарей, ему причиталось двести тысяч золотых флоринов ежегодно, выплачивавшихся каждый месяц из налоговых поступлений, и один месяц был предоставлен ему на приезд, а второй - на обратный путь. По окончании войны победой или почетным миром он мог оставить вместо себя члена своего дома или другого крупного барона, с четырьмястами иноземными рыцарями, и при этом получать сто тысяч золотых флоринов в год. Все эти предложения, наряду с прочими подробными статьями, доставило в Неаполь торжественное посольство. 13 января, по совету своего отца, короля Роберта, своих дядей и остальных баронов, герцог принял эти полномочия. Во Флоренции это известие вызвало великую радость, ибо горожане надеялись с помощью герцога отомстить и освободиться от тирана Каструччо, и достигнуть благоденствия. 31 мая 1326 года герцог выехал из Неаполя во Флоренцию.

351. КАК ВО ФЛОРЕНЦИЮ ПРИБЫЛ НАМЕСТНИК ГЕРЦОГА КАЛАБРИИ, ГЕРЦОГ АФИНСКИЙ

17 мая 1326 года во Флоренцию приехал герцог Афинский, граф де Бриенн, в качестве наместника герцога Калабрии, с четырьмя сотнями рыцарей, и привел всех должностных лиц к присяге на верность герцогу Калабрии и ему самому. Всех прежних приоров он уволил и в середине июня самолично назначил новых приоров. Король Роберт прислал этого вельможу вперед, потому что великий герцог вынужден был задержаться из-за приготовлений армии к подходу на Сицилию. Вышеупомянутые рыцари содержались наполовину королем, наполовину за счет флорентийской коммуны. Все то время, что герцог Афинский находился у власти, то есть до прибытия королевского сына, герцога Калабрии, он правил мудро и проявил себя разумным правителем, соблюдая также и внешнее благообразие. С ним была жена, Дочь князя Таранто и племянница короля Роберта. Остановился он в Доме Моцци в Ольтрарно. 22 мая он велел обнародовать во Флоренции папские грамоты об избрании от имени церкви короля Роберта имперским викарием в Италии, на время вакансии императорского престола.

356. КАК ГЕРЦОГ КАЛАБРИИ ПРИБЫЛ В СИЕНУ И ПОЛУЧИЛ ВЛАСТЬ НА ПЯТЬ ЛЕТ

10 июля того же года герцог Калабрии со своими баронами и рыцарями вошел в Сиену, где был с почетом принят. В городе шла война между семьями Толомеи и Салимбени и жители разделились на Два лагеря. Флорентийцы опасались, что Сиена придет в упадок и [296] гвельфская партия понесет ущерб от этой распри, поэтому их послы просили герцога ради Бога не покидать город, пока он не усмирит ссору и не возьмет власть в свои руки. Герцог устроил перемирие между враждующими семействами на пять лет, посвятил много новых рыцарей и пробыл в Сиене до 28 июля. За это время лаской и строгостью он добился от враждующих партий предоставления ему власти в городе на пять лет на определенных условиях. В качестве компенсации за пребывание в Сиене герцог запросил от флорентийцев, кроме оговоренного, еще шестнадцать тысяч золотых флоринов, так что его миссия дорого им обошлась.

Комментарии

35 Когг (итал. "сосса") - одномачтовое грузовое судно с сильно выступающими носовой частью и кормой. Было распространено в средневековой Европе.

36 1322 год.

37 После смерти Генриха VII в Ломбардии продолжалась борьба между гибеллинами во главе с Висконти и гвельфами. Папский кардинал-легат (Бертран де Пуже) отлучил Галеаццо Висконти от церкви и объявил крестовый поход против него.

38 Уже 29 декабря Висконти снова вернулся в Милан.

39 1323 год.

40 Абу Бекр.

41 В апреле 1322 г. пистойцы заключили мир с Каструччо, обещав выплачивать ему еже годно по 3 тысячи золотых флоринов.

42 Второй Лионский собор был созван в 1274 г. папой Григорием X по вопросу объедине ния католической и православной церквей.

43 Данте приписывает отравление Карлу Анжуйскому более определенно, чем Виллани (См.: Данте. Чистилище, XX, 67-69). Мотив - служба родственников Фомы у врагов Карла Штауфенов.

44 "Привет тебе, цена моего искупления; привет тебе, напутствие в моем странствовании; привет тебе, награда будущей жизни, коей препоручаю свою мысль и душу" (лат.).

45 Герцог Баварский Людовик был избран королем в октябре 1314 г. одновременно с дру гим претендентом, Фридрихом Габсбургом.

46 1324 год.

47 Бланк - монета из низкопробного сплава серебра с медью, с обработкой поверхности под серебро.

48 "От святых Петра и Павла".

49 1325 год.

50 Пиччоло, или пикколо - здесь - серебряный флорин.

51 В мае 1325 г. Каструччо захватил Пистойю.

52 Судя по приводимым цифрам, на три тысячи солдат вообще, а не только конных рыцарей.

53 Около 9 утра.

Текст воспроизведен по изданиям: Джованни Виллани. Новая хроника или история Флоренции. М. Наука. 1997

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.