Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ЮХАН ВИДЕКИНД

ИСТОРИЯ ДЕСЯТИЛЕТНЕЙ ШВЕДСКО-МОСКОВИТСКОЙ ВОЙНЫ,

книга десятая

Когда секретарь услышал все это, он был очень обеспокоен и несколько раз переспрашивал, верно ли, что, если мир не будет заключен, его величество возобновит перемирие с Польшей, на что ему всякий раз давался утвердительный ответ. Затем он пообещал в точности все передать послу и просил наших представителей не сомневаться в его добрых намерениях, прилежании и желании счастливо разрешить вопрос, а также еще раз просил их всех подождать в Ладоге ответа от его начальника или его личного приезда. Это было ему обещано. Затем, попрощавшись, секретарь английского посла выехал 9 сентября из Ладоги.

Глава 7. Возвращение английского секретаря. Возвратился он 16 сентября с ответом английского посла на отправленное ему и русским 9 числа письмо наших. В этом письме посол снова выражал надежду на счастливый исход дела, окончательное же решение русских обещал сообщить, если наши представители встретятся с ним в местечке Столбово на реке Сяси. Казалось, однако, что он ожидает какого-то смягчения дедеринских условий, а, с другой стороны, по мнению наших послов, им не пристало ездить куда-то, чтобы выслушивать новые предложения, в то время как русские спокойно сидят на месте: Шведы просят посла приехать в Ладогу. поэтому они принесли свои извинения и потребовали, чтобы посол прежде приехал к ним в Ладогу.

Посол так и сделал и 3 октября был встречен на реке Сяси Лоренсом Вагнером на галере (piness), четырьмя лучшими ладьями и ротой добрых солдат и рейтаров, имевших с собой несколько свободных лошадей. Посол извиняется за задержку. На [410] следующий день посол прислал к шведским представителям своего секретаря, прося свидания с ними и принося извинение за задержку в оглашении решения великого князя: он будто бы не мог этого сделать из-за подозрительности русских, которые могли в этом случае лишить его своего доверия, так что он потерял бы всякое влияние на них и не мог бы довести дело переговоров до желанного конца. Кроме того, указывал посол, переговоры со шведами должны были происходить через переводчика, который, если выпьет лишнего, не может ни о чем молчать 613.

Наши представители заявили, что удовлетворены этим объяснением и согласны еще подождать из уважения к английскому королю и в надежде на счастливый исход.

Речь англичанина перед представителями. Когда посол первый раз присутствовал у них на обеде, он не сказал ничего, кроме множества лестных и красивых слов. Он заявил только, что узнал от одного своего служащего, побывавшего в Швеции, что его королевское величество обвиняет его в пристрастии. Против этого посол решительно протестовал и сказал, что исход переговоров покажет иное. Если же он во время хода переговоров приспособляется к характеру русских, то делает это лишь для пользы его величества. Ибо, если бы русские возымели хоть малейшее подозрение против него, то он при всем желании не мог бы ничего от них добиться. Поэтому ему часто приходится пересиливать себя и призывать на помощь все свое терпение, чтобы не потерять авторитет у русских, что необходимо в интересах дела 614.

Ответ представителей. Шведские представители отвечали, что все это они хорошо понимают, но не может быть, чтобы король считал посла пристрастным, так как очень просил его заехать к себе на пути домой, независимо от того, какой исход будут иметь переговоры. Если же король и говорил что-нибудь подобное, то, вероятно, лишь для того, чтобы русские еще более укрепились в своем доверии к посреднику.

Посол принял это, как некоторое удовлетворение за свою обиду, однако на этот раз никаких предложений делать не стал. На следующий день при беседе с представителями он повторил историю переговоров в Дедерине, где русские, не желая отдавать земли, предложили шведам в качестве удовлетворения всего 100000 рублей, что сам посол признал совершенно неприемлемым предложением. Посол оглашает предложение великого князя. По его словам, однако, он, благодаря авторитету своего короля и своему старанию, добился того, что склонил великого князя на передачу Швеции в вечное владение Ивангорода и Яма со всеми землями 615. Посол находит, что эти крепости по целому ряду причин, которые он и перечислил, весьма удобны для его королевского величества. [411]

На это ему было отвечено коротко и решительно, что нет необходимости сравнивать достоинства различных крепостей, так как шведский король не собирается делать между ними выбор, а хочет удержать их все, если только будет заключен мир.

Другие предложения англичанина. Тогда посол заявил, что не будет пока говорить дальше, и дает шведским представителям время на размышление до послеобеденного часа, но ему возразили, что он слышал окончательное решение: в этом решении, выражающем мнение и его королевского величества, и голландских послов, и шведских представителей, ничего не может быть изменено.

Тогда, после долгого спора с речами за и против, он предложил, наконец, Швеции, говоря как будто лично от себя, еще Копорье с областью. Когда же ему и на это было отвечено по-прежнему, он просил шведов подумать до утра, на что они и согласились.

Следующий день был воскресенье, а 7 октября посол вновь пришел к шведам и спросил, на каком решении они остановились по последним его предложениям. Ему ответили коротко, что решение его королевского величества окончательно и не будет изменено. Дальнейшие доводы посла. Посол заявил свой протест и указал, что великий князь ради короля Великобритании смягчил многое в своих окончательных требованиях, между тем король Швеции не хочет ничего изменить в дедеринских условиях, а если что и взял назад из числа первых своих требований, то сделал это только ради Голландских Штатов вследствие посредничества их послов. Таким образом, английский король и сам он, его посол, никакого отношения к этому не имеют.

Протест шведов. Отвечая, шведские представители напомнили ему, что еще до прибытия послов Генеральных Штатов его величество предоставил английскому послу посредничество в переговорах, причем был согласен, если русские тоже пойдут на уступки, отказаться от самого главного - от своих претензий ко всему Русскому государству и особенно к Новгородской земле, а также от крепостей и земель, занятых и захваченных им по праву войны, довольствуясь вместо этого или вполне приемлемой и сравнительно ничтожной суммой денег в 7 000 000 риксдалеров или несколькими крепостями и землями. Впоследствии, однако, его величество в угоду посредникам, и особенно английскому послу, значительно смягчил и эти условия, сбавив из семидесяти бочек золота целых тридцать, а также несколько крепостей из тех, какие прежде хотел удержать. Дело, таким образом, представляется достаточно ясным. Тем не менее послу пришлось употребить немало усилий, [412] чтобы склонить к уступчивости дикий народ, по отношению к которому самым убедительным доводом были бы свойственные этому народу приемы - принуждение и насилие. Его королевское величество уже сделал в этом деле все, что мог и пошел на крайние уступки ради короля Великобритании. Дальше идти он не может из соображений престижа и собственной безопасности. Они уверены, что король английский, добрый друг и брат его величества, и не потребует этого от него.

Последнее предложение великого князя. Тогда посол добавил к трем вышеназванным крепостям с их областями еще 10 000 рублей - последнее, на что русские представители имели право согласиться, и заявил, что великий князь, внося эти предложения, много делает для мира. Ответ шведов. Ему ответили, что если так, то пусть великий князь готовится к войне и посмотрит, больше ли он этим выиграет. После того еще долго спорили, а когда наконец посол увидел, что ничего не может добиться, он расстался с представителями и ушел, неудовлетворенный и разгневанный.

На следующий день рано утром он вновь послал своего секретаря к графу Якобу Делагарди, прося извинения, что так горячо спорил в защиту русских, и объяснил это уже упомянутыми причинами. Посол сообщал, что он должен послать своего переводчика, того, который, как выше сказано, отличался болтливостью (qui plenus rimaryum, ut prius dictum), к русским представителям рассказать о происшедшем и узнать, нет ли у них еще каких-нибудь указаний, кроме ранее ему сообщенных.

Просьба английского посла к графу Якобу. При этом посол просил шведов показать ему тот пункт в королевской инструкции, который предписывает им так неуклонно держаться дедеринских предложений.

Господин Горн посещает посла. Сейчас же к нему на его подворье пошли господин Генрих Горн, Арвид Теннессон и Монс Мортенсон. Прежде всего они повторили ему все предложения, какие он от имени великого князя сделал в прошедшие дни. О Нотебурге. Когда они дошли до его последнего предложения о 10 000 рублей, он перебил их и сказал, что эта сумма была предложена за Нотебург с областью и всей землей по ту сторону Невы вплоть до реки Сестры 616, а также за Сумерскую волость, и хотя шведские представители показали ему протокол, из которого было видно, что предложение делалось вовсе не так, он продолжал настаивать на своем, а когда делать это дальше уже стало невозможно, свалил вину на своего переводчика, будто бы неточно передавшего его мысль. Шведские представители возразили, что в конце концов не важно, за что была предложена эта сумма, так как они ее все равно решили не [413] принимать, если за первым не последует второго. Представители собираются уезжать. После этого они еще раз повторили, что намерены разъехаться по своим местам, предоставив дело воле Божьей. Это не понравилось послу, и он просил их подождать еще четыре-пять дней, пока он, не теряя надежды, напишет русским представителям и узнает, нет ли у них еще указаний от великого князя. Шведы отвечали, что сделают это, но если кто-нибудь воображает, что они согласятся заключить мир на каких-либо других условиях, то такие надежды совершенно напрасны.

Причины окончательного решения его величества. Они привели и причины, не позволяющие его величеству поступить иначе. Главным образом указывали на то, что русские или под действием принуждения, или по своему обычному легкомыслию могут свергнуть нынешнего великого князя и выбрать вместо него снова сына польского короля или какого-нибудь другого врага Швеции, почему его величеству никак и нельзя выпускать из своих рук ни одной пограничной крепости. Напротив того, говорили шведы, если великий князь будет в мире и дружбе с королем, он получит сильную поддержку против поляков и упрочит свое внутреннее положение, ведь не все подданные любят его и ему послушны, а если русские в скором времени не примут благоприятного решения, то его величеству придется возобновить перемирие с Польшей, что предлагалось самими поляками, как было видно из представленной шведами переписки Адама Шраффера и Ходкевича, и откладывалось только потому, что его величество хотел знать, как закончатся мирные переговоры с русскими.

Хотя английский посол и выслушал эти речи хладнокровно, но они казались самым надежным средством продвинуть дело.

Послу показывают инструкцию шведских представителей. Посол ничего не ответил, попросил только показать ему тот пункт в инструкции, который так строго запрещает отклонение от пресловутых трех условий. Желание его было исполнено в тот же день после обеда, причем ему показали и письмо его величества от 19 августа, так что он сам должен был признать, что шведские представители действовали согласно строгой инструкции. Гонец в Тихвин. На этом они расстались, а посол отправил гонца в Тихвин к русским представителям.

Тем временем шведские представители обратились к королю с просьбой прислать им другую грамоту - с полным титулом великого князя, чтобы по согласовании главных пунктов не произошло задержки из-за спора о титулах. К тому же, думали они, и для его величества выгоднее, ради чести своего имени и ради славы у [414] последующих поколений, вести переговоры с истинным великим князем, а не с человеком, даже недостойным так называться.

Тем временем главнокомандующий имел частную беседу с прибывшим к нему на подворье английском послом. По этой беседе он мог приблизительно заключить заранее, чем кончатся переговоры. Наиболее трудным был вопрос о Нотебурге, которого великий князь не мог уступить, даже если бы и хотел, так как этим навлек бы на себя презрение и гнев всех русских.

Английский посол сказал, что если его величество сомневается в прочности положения великого князя и всего Русского государства, то может вместо прекращения переговоров удержать за собою Нотебург на два или на три года, пока не убедится, что положение нынешнего правительства достаточно прочно. Его величеству нет также нужды опасаться и самих русских, если даже они и будут столь коварны: на месте, где теперь стоит укрепление, можно выстроить крепость, не менее сильную, чем Нотебург, и тем предотвратить всякую возможность нападения на территорию Швеции.

Гонец возвратился. 30 ноября 617 из Тихвина возвратился гонец британского посла, который был послан за решительным ответом русских по вопросу об условиях мира. По прибытии гонца посол вновь явился к нашим представителям и имел с ними продолжительную беседу, во время которой еще раз пытался склонить их к принятию последних предложений, сделанных им от имени русских. За Нотебург предложено Заневье. Наконец, он предложил за Нотебург Сумерскую волость и ту землю, что лежит в сторону Карелии от Невы и называется Заневье (Sanerwa). Но шведские представители твердо держались своей инструкции и заявили, что, если русские не признают за его величеством права вечного и наследственного владения крепостью Нотебург с прилежащими к ней землями, то о мире не может быть и речи.

Отказ. Посол ответил решительным отказом с тою же угрозой (реr inversionem). Посол требует встречи представителей. Когда же наши представители сказали, что теперь им остается отдать все дело на волю божью, он попросил от имени своего короля, чтобы они по крайней мере согласились встретиться с русскими представителями. Наши ответили, что охотно согласятся на такую встречу, если посол прежде даст им гарантию относительно Нотебурга. Узнав, однако, что русские не считают возможной такую уступку, они решили, что встреча представителей только подорвет престиж его королевского [415] величества, нисколько не содействуя соглашению спорящих сторон.

Последнее предложение великого князя. После продолжительных споров и высказываний за и против, как это видно из протокола, посол расстался с представителями и ушел огорченный и рассерженный.

На следующий день он пришел опять и спросил, что решили представители по последнему его предложению. Ему ответили так же, как и прежде. Тогда в качестве еще одной уступки он предложил ко всему перечисленному им выше добавить еще выплату русскими 100 000 рублей, но сказал, что это — последнее, на что может пойти великий князь, и отметил, что этим, собственно, целиком выполняется одно из дедеринских условий, ибо, хотя список уступаемых русскими крепостей и земель несколько изменен изъятием Нотебурга, но зато, взамен последнего, русские предлагают целый ряд других вещей, не менее ценных. Если шведы и на это не согласятся, то он должен будет признать, что авторитет его короля больше значит для великого князя, нежели для короля шведского. Доводы шведских представителей. Наши возразили, что не видят, что равноценного он предложил взамен Нотебурга и земель, которые хотят удержать русские. Затем напомнили, на какие уступки его величество уже пошел ради британского короля: эти уступки, сказали они, имеют особенное значение, ибо странно и почти неслыханно, чтобы победитель, который должен назначать, а не принимать условия (cuius est dare, et non accipere leges), ради кого-то другого уступал побежденному, отказываясь не только от своих очевидных и обоснованных претензий, но и отдавая значительную часть занятых им и находящихся в его руках земель. Однако, чтобы весь свет убедился в том, что шведский король всячески желает избежать напрасного кровопролития, и чтобы английский король видел, как много значило его посредничество, его величество согласен отказаться от Сумерской волости и третьей части 150 000 рублей, о которых говорится во втором дедеринском предложении. Таким образом, его величество готов ограничиться удержанием четырех неоднократно выше упомянутых крепостей и получением 100 000 рублей деньгами.

Дальнейшие переговоры представителей с послом. Это предложение тоже не удовлетворило посла, и он продолжал требовать отказа от Нотебурга, но шведские представители стояли на своем. Тогда посол потребовал отсрочки на несколько дней, чтобы он мог встретиться с русскими представителями и спросить, в состоянии ли они принять последнее предложение шведов. На этом они и расстались, оставаясь каждый при своем. [416]

Шведы едут сами к английскому послу. Чтобы подчеркнуть серьезность положения, шведские представители на следующий день утром посетили посла, напомнили ему все происшедшее во время их предыдущих бесед и обратили его внимание на то, что, если он никак не соглашается на принятие дедеринских предложений, то они ничего больше сделать не могут и принуждены разъехаться по своим местам. Шведские представители благодарят английского посла за усердие и приглашают ехать через Швецию. Посол отклоняет приглашение, ссылаясь на поручения от своего короля. При этом, хотя переговоры и не достигли своей цели, что должно быть приписано упрямству русских, они все же от имени королевского величества благодарят короля Англии за внимание к делу, а самого посла — за его труды и старание. Затем они передали желание короля, чтобы английский посол на пути домой проехал через Швецию и посетил величество. В ответ посол выразил сожаление, что такое большое дело, как мирные переговоры, должно, вопреки желанию его короля, несмотря на его собственные труды, закончиться ничем. Затем просил извинить, что он не может ехать домой через Швецию, так как имеет еще ряд поручений от своего короля, которые должен выполнить в России, и, наконец сказал, что еще надеется найти пути к достижению мира.

После этой речи посла шведские представители, внимательные хозяева, согласились из уважения остаться еще до тех пор (tanquam hospites activi quam honoris causa), пока не улучшится состояние дорог и не вернется его гонец с ответом из Тихвина, чтобы не дать им, даже если русские откажутся уступить Нотебург, повода совершенно сорвать мирные переговоры. Посол предложил также добиться, чтобы русские согласились уплатить большую сумму денег за погосты, расположенные под Нотебургом по ту сторону Невы до Копорской области и до моря. Это предложение он уже делал в частной беседе с графом Якобом. Если, говорил он теперь, это не удастся устроить и он выступит с предложением заключить перемирие, то тем легче будет шведским представителям диктовать pyccким условия перемирия (conditiones induciarum). На этом они и расстались.

Русские распускают ложные слухи. Тем временем русские распустили ложные слухи, будто Гонсевский с 6 тысячами поляков явился под Смоленск на выручку осажденным, а русские, стоявшие лагерем под городом, напали на него, многих перебили, захватили 1 700 человек пленных, много знамен, литавр, барабанов и большое количество провианта. Шведы упрекнули с английского посла, который принял эти слухи за правду, и сказали, что 6 тысяч поляков не дали бы русским так легко разбить себя в поле, скорее наоборот. [417]

Глава 8. Так подошел декабрь месяц. В течение всего этого времени английский посол продолжал уговаривать шведских представителей принять его предложение и согласиться на получение трех крепостей, Сумерской волости, Заневья и 100 000 рублей. Когда, однако, он увидел, что его уговоры не приводят ни к чему, а шведы сказали, чтобы он не надеялся на мир, если русские не уступят им и Нотебурга, то он объявил, что уезжает. При этом еще раз заверил в искренности своего стремления к миру и выразил сожаление, что все его труды в этом направлении не привели ни к чему. Англичанин предлагает заключить перемирие. Тут же он спросил шведских представителей, можно ли надеяться на заключение продолжительного перемирия. Они ответили, что, хотя его величество имеет все основания не заключать никакого перемирия, тем не менее, чтобы еще раз доказать, что он всегда стремится избежать напрасного кровопролития, король соглашается на заключение продолжительного перемирия с русскими, надеясь по окончании срока перемирия удовлетворить полностью свои справедливые требования к Русскому государству, равным образом, как и русские вероятно, рассчитывают, что после перемирия смогут отобрать у его величества захваченные им земли. Посол сказал, что будущее в руце Божьей, и спросил, какие условия перемирия предлагают шведы. Условия перемирия. Ему ответили, что единственным возможным условием является сохранение обеими сторонами тех земель, которыми они сейчас владеют, и утверждение великим князем сделанной Василием Ивановичем уступки шведам Кексгольма с областью. Об остальных условиях легко будет договориться впоследствии.

Посол нашел условия не только совершенно неприемлемыми для русских, которым в таком случае не будет возвращено ни одной крепости, но излишне затруднительным и для его величества, которому предстоит больше расходов, чем пользы при необходимости содержать все крепости, особенно такие, как Новгород, Старая Руса, Порхов, Гдов и Ладога.

В ответ его уверили, что было бы еще более неприемлемым требовать, чтобы его величество из-за перемирия в несколько лет отдал то, чего русские не могли завоевать многолетней войной, а взамен получил не дружбу, а, наоборот, опасность по окончании срока перемирия потерять все до конца, собственноручно упустив свое преимущество. Что же касается забот и расходов, то легче защитить то, что имеешь, чем пытаться возвратить потерянное.

Последние условия перемирия. Когда посол, наконец, спросил, каковы последние условия, на которых шведы согласны подписать перемирие, [418] представители ответили, что король готов, заключив перемирие лет на двадцать, возвратить русским Новгород и Старую Русу, но в обмен на ту сумму денег, какая предусматривалась за выдачу этих крепостей первым дедеринским предложением, то есть за 500 000 рублей. Наконец, его величество согласен возвратить русским кроме Новгорода и Старой Русы еще Порхов, но в этом случае русские должны уплатить на 100 000 рублей больше, то есть - или взять Новгород, Старую Русу и Порхов за 600 000 рублей, или Новгород и Старую Русу за 500 000.

Русские не согласны. Посол ответил, что русские никогда не смогут выплатить такие деньги и решили не подписывать перемирия, если им не возвратят также Гдов и Ладогу. Наши возразили, что это совершенно пустое требование и посол не должен подавать русским надежду на его выполнение. Тогда посол со вздохом заявил, что очень сожалеет, но больше ничего сделать не может. Однако, убедившись, что шведские представители ни на какие уступки больше не пойдут, сказал, что против собственных ожиданий и вопреки решению великого князя, полученному им при отъезде из Москвы, ему удалось, пользуясь влиянием английского короля, склонить великого князя своими письмами еще на одну новую и последнюю уступку.

Окончательное решение великого князя. Великий князь согласен уступить шведскому королю крепость Нотебург с Заневьем, но четыре погоста, лежащие к югу от Невы, удержит за собой без всякого денежного возмещения. Ответ шведов. Ему отвечали, что упомянутая крепость с прилегающими землями находится, как и другие, в руках короля Швеции, который будет защищать ее от русских, если те вздумают ее захватить. Поэтому подобные фальшивые речи совершенно излишни, и земли должны остаться за тем, кто владеет крепостями. На этом они расстались 12 ноября.

Английский посол вновь посещает шведских представителей. Посол предлагает два погоста. 15 числа английский посол вновь пришел к шведским представителям и после обычного вступления, в котором увещевал их принять его последнее условие, предложил им два погоста Ижорский (Isansloi) и Дудеровский ниже по течению Невы, по направлению к Копорской области и к морю. За великим князем должны были остаться два других — Лопский и Ярвосольский (Iarosolskoi), что лежат выше, по направлению к Ладоге.

Ответ шведов. На это шведские представители с полным основанием возразили, что будет чрезвычайно опасно, если граница пройдет так близко и один берег реки останется во владении русских, так как это, без сомнения, даст им потом повод добиваться господствующего положения и на самой реке, например, в рыболовстве и т.д. Такое положение [419] вещей могло бы иметь только одну цель - посеять семена раздора, которые, несомненно, вскоре приведут к кровавой войне. Если посол после своей долгой и трудной работы захочет насладиться истинным миром, то должен будет последовать советам искусных медиков, а те при лечении, разумеется, будут смотреть, чтобы больной не заболел вновь той же или еще более тяжелой болезнью.

Таким образом, они решительно отклонили его предложение. Однако посол продолжал повторять одно и то же, так как ему было поручено отказаться от уплаты требуемой суммы денег. Великий князь не хочет платить денег. Заметив, что шведы это поняли, он заявил, наконец, что великий князь ради его короля согласился уступить и два вышеупомянутых погоста, так что крепость со всей областью целиком будет принадлежать Швеции, но сверх того великий князь не собирается дать ни гроша. Посол уверял, что это последняя потеря, на которую согласен великий князь, и перечислил удобства, какие проистекают из владения всеми крепостями. В ответ шведские представители напомнили, что его величество сделал русским уже много уступок, тогда как непомерные расходы, понесенные им во время войны, и за сотню лет не окупятся доходами с присоединенных земель и крепостей. В заключение они заявили, что в силу всего сказанного более чем естественно требовать, чтобы великий князь добавил еще некоторую денежную сумму. Однако английский посол не хотел и слышать о таком требовании, ссылаясь на чрезвычайное разорение и бедность русских. Шведы требуют Сумерскую волость. Наши представители возразили, что его величество готов удовлетвориться вместо денежной суммы отдачей Сумерской волости, на что посол от имени великого князя готов был согласиться, если шведы откажутся от Нотебурга, но наши представители еще раз указали ему, какой это неравный обмен, и напомнили, что в Дедерине он сам вместе с голландскими послами включил оба пункта, то есть уступку Нотебургской области и уплату 100000 рублей, в одно предложение. Тем не менее посол не хотел ничего и слышать об этом. Шведы согласны на замену денег частью Гдовской области. Тогда представители сказали, что его величество стремится не столько получить деньги, сколько умножить свою славу, расширив границы государства. Поэтому пусть великий князь оставит деньги для себя, а вместо этого уступит часть Гдовской области, лежащую между Ивангородом и Пейпусом в нескольких милях от реки.

Это обидело посла, и он заявил, что шведский король уже выразил свое согласие с тремя дедеринскими предложениями, по одному из которых так трудно было добиться согласия великого князя, а поэтому просит шведских [420] представителей не выдвигать никаких новых требований. Те ответили, что не просят ничего нового или большего, чем то, что одобрено его величеством: напротив, даже значительно уменьшили назначенную сумму денег и хотят получить всего лишь 1W 000 рублей без Сумерской волости, хотя по дедеринскому предложению должно быть выдано и то и другое. Больше того, из уважения к королю Великобритании они согласны на замену денежной суммы маленьким отрезком земли, который по сравнению с ней не стоит и упоминания. Но все было напрасно: посол вновь вернулся к своим старым жалобам на то, что авторитет его короля ничего не значит в глазах его величества и т.п. На этом они и расстались.

Шведы уменьшают требуемую денежную сумму. Следующие дни - 16, 17, 18 и 19 октября ушли на споры о денежной сумме, которую шведские представители из-за упрямства посла понемногу снизили до 50 000, а затем и до 30 000 рублей. Когда посол все-таки не пожелал согласиться, они сказали, что если уж великий князь ни за что не хочет выдавать эту сумму из своей казны, то можно ее собрать в Новгороде - в городе и в Софийском соборе - колоколами и другими вещами. При этом шутя было замечено, что одна вышитая жемчугом шапка и риза митрополита по своей стоимости почти равны этой сумме: их бы, собственно говоря, следовало взять сверх счета в придачу, в качестве законной добычи, так как город был завоеван мечом его величества. Посол возразил, что, конечно, его величество может это сделать, только едва ли такой поступок будет способствовать установлению мира. Кроме того, представители обратили внимание посла на то, что солдаты новгородского гарнизона, большей частью иноземцы и наемники, могут потерять терпение и, не дождавшись присылки из Швеции жалованья, бросятся грабить город и тащить, что попадет под руку, а от этого город и городские жители потеряют гораздо больше, чем просит его величество.

Наконец, посол предложил 10 000 рублей, на что шведы не захотели пойти. 20 000 рублей и четыре крепости с землями. Тогда 20 ноября посол предложил 20 000 рублей, и на это шведские представители после продолжительных споров и пререканий наконец согласились. Ибо, хотя они, возможно, и сумели бы спорами в течение нескольких дней добиться еще чего-нибудь, но полагали, что для его величества более важен самый мир. Причины согласия шведов. Дело в том, что укрепление под Псковом было тогда осаждено русскими, которые, правда, впоследствии были отбиты, и можно было опасаться, что из-за недостатка продовольствия и отсутствия помощи укрепление с людьми попадет в руки неприятеля. Выручить его было трудно. Даже если [421] бы это и удалось, пришлось бы вывести гарнизон, вывезти пушки и покинуть позицию. Поэтому, чтобы с честью спасти людей и снаряжение, послам пришлось поступиться преимуществом нескольких дней, тем более, что и английский посол стал решительно настаивать на прекращении всяких мелких пререканий, раз по важнейшим и наиболее спорным пунктам стороны достигли соглашения. К тому же из Дерпта были получены достоверные сведения, что в Польше ведутся большие приготовления к назначенному на следующее лето походу молодого принца 619. Тем временем 6 тысяч казаков должны были двинуться берегом Двины вдоль польской границы, грабя и сжигая все по пути и направляясь через Ригу и Дерпт к шведскому укреплению под Псковом, так как срок перемирия истек. Казаки уже начали свое движение. Обо всем этом незадолго до того написал Патрику Родвину в Гдов шотландский гражданин Ханс Тевнет из Дерпта.

Кроме того, прибывшие из Германии через Пруссию люди сообщали, что польский король собрал большие силы для войны со Швецией и хлопочет о получении для этой же цели кораблей из Испании, а сословия обещали ему свою поддержку и помощь в течение трех лет. Некоторые предполагали, что король польский, угрожая таким образом Швеции с моря, а Москве с суши, может неожиданно ударить по Нарве и крепостям, захваченным его величеством в Новгородской области, так как знает, что эти крепости плохо защищены, последнее в то время так и было. А поскольку войска, особенно немецкие солдаты, были очень неспокойны и при первой же нехватке чего-либо проявляли полную готовность к бунту, то польскому королю достаточно было только прийти и расположиться лагерем в поле между крепостями, преградив все пути, и крепости сдались бы скорее, чем можно было ожидать, а неприятелю открылся бы путь в Финляндию.

О таких планах поляков фельдмаршал Карл Карлсон Юлленъельм часто слышал, когда сидел в польской тюрьме. Но даже если бы этого и не произошло, наши крепости там были так разорены, а земли вокруг так опустошены, что для содержания крепостей понадобился постоянный подвоз из Швеции, который осуществлялся крайне медленно и с большим трудом.

В силу указанных причин, как для Швеции, так и для России было крайне желательно, чтобы эта десятилетняя война Швеции в России пришла к концу.

Шведские представители вместе с англичанином пишут акт. Для большей верности шведские представители вместе с британским послом написали пространный акт с изложением содержания как предшествовавших, так и последних [422] переговоров. Мелочность. На это ушло целых четырнадцать дней и было затрачено не меньше труда, чем на выработку самого соглашения, поскольку посол постоянно находил, к чему придраться в шведском тексте. Делал ли он это по незнанию немецкого языка, ведь акт составлялся на этом языке, или виною тому были постоянные сомнения двух русских, которые по настоянию посла были допущены к составлению акта и с которыми он постоянно совещался, - неизвестно. Наконец акт был готов 620. Когда его форму утвердили, грамоты припечатали, обе стороны подписали, а затем обменялись ими. После этого шведские представители приняли у себя русских посланных - Солового Борисовича Протасьева (Solovi Bontzovitz Protusieff) и подьячего Василия Волкова в присутствии английского посла.

Об утверждении уступок. Относительно соглашения об уступках русских посланным было предложено сообщить своим представителям, что хотя окончательное решение этого вопроса по настоятельному требованию английского посла отложено до встречи представителей обеих сторон, но предварительное соглашение с посредником об этом уже есть. Затем наши потребовали, чтобы русские представители немедленно переслали условия достигнутого соглашения великому князю, если у них самих нет полномочий на решение этого вопроса. Посланные ответили, что, по их мнению, вопрос может быть решен при встрече представителей обеих сторон, английский же посол добавил, что русские представители почувствуют себя обиженными, если их обойдут при решении его.

Шведы хотят пока удержать Гдов. Затем шведские представители заявили послу, что его величество хочет удержать за собою Ладогу и Гдов, пока не будут закончены все формальности, пока договор не будет утвержден обоими монархами и не будут проведены новые границы. Это делается, сказали они, исключительно в целях предосторожности, чтобы не вышло так, как недавно, при царе Борисе Федоровиче: он до тех пор медлил с выполнением условий Тявзинского договора, пока не лишился престола и жизни 621.

Решение откладывается до встречи представителей. Однако шведы не могли добиться внесения этого пункта в утвержденную (forsakrings) грамоту. Поэтому они, как видно из протокола, заявили протест и англичанину и русским посланным. А так как можно было опасаться задержки со стороны русских представителей, то наши заблаговременно предложили, чтобы его величество как можно скорее отправил в Москву своих уполномоченных для совершения обряда целования креста и обмена утвержденными грамотами мирного договора, а также для осмотра и установления новых границ, с расчетом [423] закончить как первое, так и второе, прежде чем поляки в состоянии будут помешать этому своим походом.

По настоятельному требованию английского посла, главнокомандующий написал фельдмаршалу Карлу Карлсону в Нарву, чтобы тот выслал к укреплению под Псковом достаточное количество конницы и крестьянских подвод, вывел гарнизон из укрепления и вывез оттуда под охраной пушки, что тот и сделал с помощью 300 рейтаров. После этого финские солдаты из гарнизона укрепления были отпущены домой, а шведские - распределены по пограничным крепостям до установления навигации 622.

 

Глава 9. Прибытие делегатов в Столбово. 7 декабря шведские представители послов направили в Столбово для принесения присяги и принятия крестного целования от русских в подтверждение безопасности предстоящей встречи послов следующих делегатов: ротмистра Лоренса Вагнера, Арвида Горна, Юхана Банера и Андерса Мутриха.

Охранная грамота. После долгих споров о титулах 12 декабря было совершено целование креста в подтверждение следующего:

 

"Полномочные великие послы Божьей милостью великого государя Густава Адольфа, короля Швеции, и полномочные великие послы Божьей милостью великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси, встречаются для переговоров о мире и добрых делах. Мы, нижеперечисленные, уполномоченные великих послов шведского короля, гофъюнкер Его королевского величества Лоренс Вагнер, ротмистр; Арвид Горн, Юхан Банер и канцелярский писарь Андерс Мутрих объявляем настоящим, что по воле всемогущего Господа Бога, при посредничестве могущественного и благородного государя, короля Великобритании, защитника тронов Франции и Ирландии, дорогого брата, друга и кровного родственника нашего могущественного короля, возобновляются переговоры о мире между Его величеством королем Швеции и Его царским высочеством. Для этой цели великие полномочные послы обоих монархов встречаются на месте переговоров - у деревни Столбово, между Тихвином и Ладогой, в сопровождении свиты численностью у каждой стороны в 150 человек конных и 200 пеших, включая охрану и слуг. Мы же от имени великих полномочных послов Его величества короля Швеции обещаем и заверяем настоящим, что великие и полномочные послы Его царского высочества со всей своей свитой, которая, однако, не должна превышать вышеуказанного числа людей, могут свободно и беспрепятственно [424] прибыть к месту переговоров в Столбово, оставаться там на время переговоров и возвратиться по их окончании. Мы заверяем, что великим полномочным послам Его царского высочества во время их поездки к месту переговоров и при возвращении оттуда, а также в течение всего времени их пребывания там, на их подворье, не будет нанесено никакого ущерба, не будет учинено против них никаких враждебных действий, ни насилия, ни обмана или коварства солдатами Его величества короля Швеции, как отечественными, так и иноземными, входящими в состав конвоя великих послов Его величества, в состав гарнизонов крепостей, или в число полевых войск Его величества. Даже если, сохрани Боже, переговоры закончатся неудачно, великие полномочные послы обоих монархов вместе со своей свитой спокойно и беспрепятственно разъедутся по своим местам, а именно: великие послы Его величества короля Швеции - в Новгород, Ладогу, Нотебург и другие крепости Его королевского величества, а великие послы Его царского высочества - по своим крепостям. При этом ни одна сторона не будет чинить другой препятствий при отъезде и не допустит своих солдат, к какому бы народу они ни принадлежали, до грабежа и насилия, все это будет точно, твердо и нерушимо выполнено великими полномочными послами Его величества короля Швеции, в чем мы, вышепоименованные, присягаем на святом евангелии. Со своей стороны делегаты или уполномоченные великих полномочных послов Его царского высочества - дворяне Соловой Борисович Протасьев (Protaste), Владимир Шепелев (Zapuleuff), Неустрой Кушников (Kusnickoi) и подьячий (podiawa) Василий Волков от имени великих полномочных послов Его царского высочества обещали нам и заверили нас в том же самом, подтвердив это своею присягой и крестным целованием. Это наше письменное заверение для дальнейшего сохранения мы передаем благородному господину Томасу Смиту, уполномоченному благородного господина и кавалера Джона Мерика, великого посла Его величества короля Великобритании, защитника тронов Франции и Ирландии, в равной мере как и уполномоченные великих послов Его царского высочества передали ему свое письменное завершение, данное ими нам. Оба эти документа будут храниться у упомянутого великого посла Его величества короля Великобритании, пока не закончатся переговоры, после чего будут возвращены обратно обеим выдавшим их сторонам. Для большей достоверности мы собственноручно подписали эту охранную грамоту и приложили к ней наши печати. Дано в Столбове, 12 декабря 1616 г." 623 [425]

Все послы съезжаются в Столбово. 15 декабря с гонцом Эриком Педерсоном были присланы две верительные грамоты (authentica procuratoria). 19 декабря английский посол со всей своей свитой и охраной отправился из Ладоги на место переговоров, 22 декабря направились на свое подворье шведские послы в сопровождении надлежащего количества рейтаров и пехоты. Однако первая встреча с русскими послами не могла состояться раньше 31 декабря, так как английский посол очень сильно заболел плевритом. Обмен верительными грамотами. Тем временем шведы сделали через своих секретарей предложение обменяться верительными грамотами и просмотреть их, но так как у шведских представителей значился полный титул его королевского величества и только краткий титул великого князя, то русские заявили, что ни в коем случае не примут их верительных грамот. Грамота русских была составлена в виде глухой верительной (creditijff) с краткими титулами короля и великого князя, и наши представители согласились ее принять. Так как, однако, русские не хотели принимать верительные грамоты шведов, то оставался один выход: британский посол принял оба документа и объявил их утвержденными.

Итак, 31 декабря представители встретились на подворье английского посла в деревне Столбово, в 3 милях от подворья шведских послов, и положили доброе начало переговорам.

Вступление с кратким повторением. Вначале обеими сторонами было коротко повторено все происшедшее при переговорах в Дедерине, а также весь ход последних шведских переговоров с английским послом. В последующие дни шведы продолжали вести переговоры, или лично встречаясь с русскими, или действуя через британского посла. Переговоры ведутся устно. Он передавал свои предложения чаще всего через делегатов от представителей, причем большей частью устно, так как и он, и русские представители очень неохотно шли на ведение письменных переговоров.

О сроке возвращения крепостей. Наибольшие трудности возникли при переговорах о сроке возвращения крепостей. Русские настаивали, чтобы крепости были возвращены немедленно по заключении мирного договора и по уплате 20 000 рублей. С большим трудом шведы добились того, чтобы передача Новгорода, Старой Русы и Порхова была произведена через четырнадцать дней, как это было условлено в Ладоге. Затем русские потребовали, чтобы шведы уступили все крепости до утверждения договора и до проведения новых границ. Шведские представители наотрез отказались это сделать и требовали права удержать за собой Ладогу, Гдов и Сумерскую волость пока мирный договор и новые [426] границы не будут утверждены королем и великим князем. Русские ни за что не хотели согласиться на это.

Уступка Ладоги. После долгих и жарких споров шведы, наконец, должны были пойти на уступку русским Ладоги, без которой, по мнению русских, владение Новгородом было бы бесполезно, и Сумерской волости, подчиненной старорусскому управлению, сохранив за собою право удерживать Гдов с областью до тех пор, пока не будет окончательно утвержден мирный договор и новые границы.

О способе утверждения договора. Затем произошел большой спор о способе утверждения договора. Русские предлагали послам его королевского величества ехать к великому князю, чтобы быть свидетелями целования им креста в знак утверждения договора, но шведы находили, что способ, предложенный в предыдущем году их королем, значительно вернее, и настаивали на нем, так что русским в конце концов пришлось на него согласиться.

Особая грамота об уступке крепостей. Затем последовали упорные и продолжительные споры о формуле утверждения договора обоими монархами и о форме особой грамоты, подтверждающей уступку крепостей. Здесь наши представители не могли добиться ничего, так как русские решительно воспротивились всякой попытке выработать какую-нибудь формулировку, считая величайшим, достойным смертной казни преступлением предписывать что-либо великому князю. Они только заверили наших представителей, что формула утверждения будет, если не считать изменения лиц, дословно совпадать с текстом подписанного ими договора. Кроме того, великий князь в присутствии шведских послов принесет присягу и поцелует крест в подтверждение уступки крепостей, о чем им после будет вручен письменный акт, скрепленный государственной печатью великого князя. В особой же грамоте, подтверждающей уступку крепостей, по мнению русских представителей и посредника, нет нужды, так как об этом будет достаточно определенно сказано в самом договоре, который великий князь подтвердит своей подписью, печатью, присягой и крестным целованием. После многочисленных возражений шведские представители должны были с этим согласиться 624.

В течение всех переговоров от начала до конца велись длительные и упорные споры о титулах его величества и великого князя. Русские требовали, чтобы входящее в состав титула великого князя слово "обладатель" (Obladate), которое обычно переводилось "Неrrе" (господин) и "Regent" "правитель" было передано по-шведски словом "Ofwerwinnare" (победитель), что оно, собственно говоря, на самом деле и означает. Шведские [427] представители находили это требование чрезмерным и не могли припомнить, чтобы когда-либо шведские короли давали великим князьям такой титул.

Наконец, с помощью посредника был достигнут компромисс. Об ингерманландском титуле. Шведы согласились, по желанию русских, включить в титул великого князя слово "обладатель" при условии, если русские, во-первых, докажут письмом какого-нибудь шведского короля с печатью, что их великим князьям прежде когда-нибудь присваивался подобный титул, и, во-вторых, согласятся, на основании только что сделанной уступки земель и крепостей, признать за королем Швеции ингерманландский титул. Шведы были уверены, что русские не сумеют достать упомянутых письменных доказательств. Однако спустя некоторое время из Москвы были присланы пять писем короля Карла IX к царю Василию Ивановичу Шуйскому, собственноручно подписанных королем и скрепленных государственной печатью. Первое письмо было писано в Юлете 19 марта 1607 г., второе - в Эребро 1 марта 1608 г., третье - в Нючёпинге 18 апреля 1608 г., четвертое - в Нючёпинге 22 мая 1608 г. и пятое - там же, 29 мая 1608 г.

Тем не менее, как видно из протокола, шведские представители продолжали приводить разные примеры и аргументы, особенно ссылаясь на то, что в Выборгском мирном договоре, заключенном после написания упомянутых королевских писем, слово "обладатель" переведено просто "Неrrе" и "Regent". Однако ни русские, ни посредник этим не удовлетворились: они заявили, что, во-первых, королевская рука значит больше, чем то, что писано послами, и, во-вторых, что великие князья прежде были введены в заблуждение переводчиками, неверно толковавшими это слово. После того как русские представили все свои доказательства, шведы, наконец, уступили, тем более, что для короля было гораздо важнее получить реальный титул, закрепляющий его владение уступленными ему землями.

Итак, шведские представители согласились принять это слово "Ofwerwinnare" - победитель - при условии, если великий князь признает за его величеством ингерманландский титул. Однако до получения решения великого князя русские решительно отказались пойти на такую уступку, ссылаясь на то, что Ингерманландия простирается вплоть до Тесова, который принадлежит Новгородской области. На это шведские представители отвечали, что титул не может быть отделен от законного владения (legitimun dominium), и предложили сделать в тексте самого договора оговорку, что ингерманландский титул относится к [428] крепостям и землям, уступленным его величеству по настоящему договору, и не дает ни его величеству, ни его наследникам, будущим королям Швеции, права на ту часть Ингерманландии, как бы мала она ни была, которая входит в Новгородскую область и остается во владении великого князя. Это не помогло: русские все же стали ждать решения великого князя.

Заключение мира. Но так как по целому ряду причин представителям было затруднительно и неудобно оставаться долго на месте переговоров, да и откладывать заключение мира из-за таких незначительных разногласий они сочли неразумным, то 13 февраля и заключили во имя святой Троицы мир, употребив в договоре краткие титулы, как это было сделано при заключении Тявзинского мира. При этом, однако, условились, что, если русские получат от великого князя согласие на признание за королем ингерманландского титула прежде, чем будут написаны беловые, окончательные экземпляры договора, то в подлинник будут вставлены полные титулы его королевского величества и великого князя. О Водской пятине. Шведы пытались было потребовать признания за своим королем титула владетеля Водской пятины (Wotzski pethins), но русские доказали, что большая часть Водской пятины остается в их владении; что добрая половина Новгорода, лежащая по эту сторону Волхова (Wolga) находится в пределах Водской пятины, что, кроме того, Новгород с областью относится не к Водской, а к Шелонской (Solomitki) пятине, а Кексгольм, иначе называемый Корела (Karelen), расположен в Водской пятине 625.

Ингерманландия. Поэтому послы сочли, что за шведским королем гораздо целесообразнее будет признать ингерманландский титул, так как четыре крепости с их областями - Ивангород, Ям, Копорье и Нотебург, находятся в Ингерманландии, а крестьяне тех мест большей частью говорят на языке, который они называют ингрским (Ingrisk).

По другим пунктам разногласий нет. Что же касается других вопросов - отказа великого князя от притязаний на Ливонию и ливонский титул, вопросов торговли, уплаты долгов, предоставления права свободного проезда по территории другого государства, выдачи пленных и перебежчиков, утверждения Выборгского и Тявзинского договоров, срока и способа увольнения солдат и выплаты им жалованья и т.д., - то о них не велось больших споров, по всем этим статьям скоро было достигнуто соглашение, их занесли в текст договора, так что особого исторического описания они не заслуживают.

Об утверждении договора королем Великобритании. Разногласия возникли только по вопросу об утверждении мирного договора королем Великобритании. И то [429] вначале русские не возражали и лишь после, по получении письма от великого князя, заявили, что это противоречит всем обычаям, что предлагают им это не только и не столько для гарантии мира, сколько в знак благодарности и уважения к британскому королю, так много сделавшему для достижения мира, но и это не помогло. Русские не соглашались, так как это было противно их обычаям. Не поддержал тут шведских представителей и британский посол, хотя ему было указано, что утверждение договора его королем имеет целью скорее оказать честь королю, чем создать какую-то гарантию для его величества короля шведского: для последнего его собственная сила и способность сохранить и защитить то, что добыто с помощью Бога собственным мечом, являются лучшей гарантией, чем любая грамота, выданная русским или каким-либо другим монархом.

Хотя английский посол и охотно согласился бы на это, но не решался противоречить русским. Наши представители сказали, что не в силах понять, каким образом утверждение договора королем Великобритании может еще более связать русских и заставить их во что бы то ни стало выполнять поставленные условия: если уж они, вопреки всем своим клятвам, решились бы нарушить договор, то их не удержало бы от этого никакое уважение к королю Великобритании: затем, если бы русские и нарушили договор, то, зная миролюбивый характер британского короля, а также большие выгоды и преимущества, которыми его подданные пользуются в торговле с Россией, можно с уверенностью сказать, что король не будет мстить русским и даже не запретит своим подданным поставку в Россию военных материалов, и уж тем более не снарядит против них в угоду шведскому королю ни одного корабля.

Наконец, наши представители отступились, заявив протест и объявив, что не по их вине и не по вине его королевского величества королю Великобритании не оказывается ни малейшей чести и уважения за все его старания и заботы о благополучии обоих монархов.

О союзе против Польши. Русские неоднократно, как лично, так и через посредника, требовали, чтобы в договор был внесен пункт о том, что его величество король Швеции будет стоять заодно с великим князем против короля польского, его детей и преемников, против всего Польского королевства и Великого княжества Литовского. Шведские представители отложили решение этого вопроса до получения мнения его королевского величества. Однако русские продолжали упорно требовать какого-либо упоминания об этом в тексте договора, чтобы в ожидании близкого заключения [430] союза со Швецией они могли более уверенно продолжать войну с поляками.

О формулировке текста договора. Что касается формулировки самого текста договора, то послам не удалось добиться ее полного совпадения с текстом, предписанным его величеством. Причиной было то, что, во-первых, способы выражения в шведском и русском языках сильно различаются, а затем то, что шведы имели дело с варварски упрямой противной стороной и почти пристрастным посредником. В конце концов им пришлось приспосабливаться к стилю и пониманию русских, сохраняя, однако, существенные места и наиболее важные пункты в полном соответствии с формулировкой короля. Текст договора гласил следующее:

 

"Мы, державный государь Густав Адольф, Божьей милостью король шведский, готский и вендский, великий князь финляндский, герцог эстляндский и карельский, повелитель Ингерманландии и прочее, настоящим объявляем: в прошедшем году договорились Мы с великим Божьей милостью государем царем и великим князем Михаилом Федоровичем, самодержцем всея Руси, князем владимирским, московским, новгородским, царем казанским, царем астраханским, царем сибирским, государем псковским, великим князем смоленским, тверским, югорским, пермским, вятским, болгарским и прочее, государем и великим князем нижегородским, черниговским, рязанским, ростовским, ярославским, белозерским, удорским, обдорским, кондинским, повелителем всех северных земель, государем Иверской земли, царем карталинским и грузинским, князем кабардинским, черкесским и горским, а также государем и обладателем многих других владений Его царским величеством о том, что послы Нашего королевского величества и Его царского величества встретятся между Ладогой и Тихвином, чтобы договориться и уладить вопрос о спорах и войне, возникшей между нами и Его царским величеством.

Для этой цели Мы назначили в прошедшем году и уполномочили великих послов Нашего королевского величества, любезных Нам благородных и высокорожденных - господина Якоба Делагарди, графа Леке, барона Экхольмского, владетеля Колки, Рунсы и Коды, государственного советника Нашего королевского величества и Швеции, главнокомандующего нашими войсками, господина Генриха Горна, владетеля Канкаса, Вендена и Гэсле, государственного советника и маршала Нашего королевского величества и Швеции, лагмана Эландского, Арвида Теннессона из Чустербю, лагмана [431] и наместника Нашего королевского величества в Выборге и Карелии, и Монса Мортенсона, секретаря Нашего королевского величества.

Перечисленные послы Нашего королевского величества вместе с великими полномочными послами Его царского величества великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси -окольничим Его царского величества и суздальским наместником, князем Даниилом Ивановичем Мезецким, дворянином Его царского величества и шацким (Skatzskego) наместником Алексеем Ивановичем Зюзиным, дьяком его царского величества Николаем Никитиным сыном Новокщеновым и дьяком Его царского величества Добрыней Семеновым прибыли в находящуюся между Ладогой и Тихвином деревню Столбово, где с помощью всемилостивейшего Господа Бога, в присутствии и при посредничестве благородного господина Джона Мерика, тайного камергера и кавалера, великого посла державного и высокорожденного князя и владыки, государя Иакова, короля Великобритании, защитника тронов Франции и Ирландии, любимого брата, родственника и доброго друга Нашего королевского величества, положили конец бывшей между нами войне, восстановили и возобновили старую дружбу и договорились обо всех делах и вопросах 27 февраля сего года, как это видно из подписанного ими самими и скрепленного их печатями мирного договора, который приводится здесь дословно.

Мы 626, нижеподписавшиеся, великие полномочные послы Его королевского величества державного государя Густава Адольфа, короля Швеции и прочее, Якоб Делагарди, граф Леке, барон Экхольмский, владетель Колки, Рунсы и Киды, государственный советник Его королевского величества и Швеции главнокомандующий; Генрих Горн, владетель Канкаса, Вендена и Гэсле, государственный советник и маршал Его королевского величества и Швеции, лагман эландский; Арвид Теннессон из Честербю, лагман и наместник Его королевского величества в Выборге и Карелии, и Монс Мортенсон, секретарь Его королевского величества, объявляем настоящим, что по повелению Его королевского величества державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, мы встретились в находящейся между Тихвином и Ладогой деревне Столбово с великими полномочными послами Его царского величества великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси - окольничим Его царского величества и наместником суздальским, князем Даниилом Ивановичем [432] Мезецким, дворянином его царского величества и наместником шацким Алексеем Ивановичем Зюзиным; дьяком его царского величества Николаем Никитиным сыном Новокщеновым и дьяком Его царского величества Добрыней Семеновым, чтобы договориться и уладить вопрос о спорах и недоразумениях, которые возникли в течение нескольких предыдущих лет между блаженной памяти покойным державным государем Карлом IX, королем Швеции, а впоследствии державным государем Густавом Адольфом, королем Швеции, и всем Шведским королевством, с одной стороны, и несколькими великими государями царями и великими князьями Русского государства, особенно же великим государем царем и великим князем Михаилом Федоровичем, самодержцем всея Руси, и всем Русским государством, с другой стороны, а затем перешли в открытую вражду, войну и кровопролитие. Настоящие переговоры начались по почину любимого брата родственника и доброго друга Его величества короля шведского. Его королевского величества, державной высокорожденного князя и владыки, государя Иакова, Божьей милостью короля Великобритании, защитника тронов Франции и Ирландии, который в своих письмах, а также через уважаемого своего великого посла, благородного и достойного Джона Мерика, тайного камергера Его величества короля Великобритании и кавалера, дружески увещевал державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, по-христиански мирно разрешить все несогласия и закончить войну, возникшую между державным государем Густавом Адольфом, королем Швеции и великим государем царем и великим князем Михаилом Федоровичем, самодержцем всея Руси. Его королевское величество державный государь Густав Адольф, король Швеции, как по своему врожденному миролюбию и oтвращению к напрасным войнам и пролитию христианской крови, так и ради искренней дружбы обоих королей, последовал дружескому совету Его величества короля Великобритании и вспомнил о дружбе и добром согласии, бывших между предками Его королевского величеств, прежними державными государями королями Швеции и несколькими русскими великими государями царями и великими князьями, особенно между покойным королем Швеции Карлом IX и великим государем царем и великим князем Василием Ивановичем, самодержцем всея Руси, оставив без внимания последующие раздоры и несогласия. Поэтому державный государь Густав Адольф, король Швеции, выразил свое согласие на эту встречу в Столбове, где мы, вышеупомянутые послы Его [433] величества короля Швеции, вместе с великими послами Его царского величества, во имя святой Троицы, при разумном и усердном посредничестве великого посла Его величества короля Великобритании, договорились обо всех делах между обоими великими государями, их владениями и землями, и пришли к взаимному соглашению, вследствие сего, в силу соответствующих полномочий, данных нам Его королевским величеством, окончательно порешили следующее:

1 - Настоящим заканчивается, должно быть прекращено, уничтожено и забыто все происшедшее за последние годы, начиная с заключения Тявзинского мирного договора в 1595 г. между покойным государем Карлом IX, королем Швеции, почитаемым и любимым отцом Его королевского величества, а впоследствии Его королевским величеством державным государем Густавом Адольфом, королем Швеции, и всем Шведским королевством - с одной стороны, и предыдущими русскими государями царями и великими князьями, особенно великим государем царем и великим князем Михаилом Федоровичем, самодержцем всея Руси, и всем Русским государством - с другой стороны, и между всеми землями, городами и подданными обоих монархов — были ли то грабежи, пожары, убийства или какие-либо иные враждебные действия и кем бы они не совершались. Все предыдущие раздоры и несогласия отныне заканчиваются и ни одна из сторон никогда не должна вспоминать о них. В силу настоящего мирного договора между державным государем Густавом Адольфом, королем Швеции, и великим государем царем, и великим князем Михаилом Федоровичем, самодержцем всея Руси, а также между их владениями, землями и городами, как искони им принадлежавшими, так и уступленными по настоящему мирному договору, и между их подданными устанавливается и утверждается вечный, нерушимый мир и искренняя дружба. Отныне его королевское величество и Его царское величество будут желать друг другу только добра, поступать друг с другом по справедливости и печься о пользе и благе друг друга.

2 - В доказательство своего доброго расположения, для действительного поддержания мира и согласия, Его королевское величество державный государь Густав Адольф, король Швеции, от своего имени, от лица всех своих наследников, будущих королей Швеции и всего Шведского королевства, в силу условий настоящего мирного договора освобождает и возвращает великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу, [434] самодержцу всея Руси, и всем его наследникам, будущим русским великим государям, царям и великим князьям, и всему Русскому государству занятые в течение последних лет русские крепости и города, а именно: Великий Новгород, Старую Русу, Порхов, Ладогу и Гдов вместе с их областями, а также Сумерскую волость. Кроме того, возвращаются все государственные владения (khronones gotz), митрополита и монастырей, а в равной мере все жалованные имения (Forlohningz) и вотчины (Arfwegodz) со всеми погостами и деревнями, со всем, что к ним тянет (Lagenheeter) с их рентами и правом (Rattigheet), при сохранении их старых границ. Из этого, однако, исключаются крепости и города, уступленные Его царским величеством Его королевскому величеству по условиям настоящего договора, как об этом будет сказано ниже.

3 - В равной мере державный государь Густав Адольф, король Швеции, уступает великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу, самодержцу всея Руси, вместе с вышеперечисленными городами и крепостями все церковные украшения, находящиеся в храме св. Софии, по-русски - "мудрости Господней", а также во всех других церквах Новгорода и остальных городов и крепостей, так что из церквей не будет ничего вывезено. Будут также неприкосновенны митрополит и другие священнослужители и все им принадлежащее земли и имущество (agodelar), равно как и все русское население упомянутых городов и крепостей с их областями, к какому бы сословию это население не относилось, а также жены, дети и все принадлежащие им земли и имущество. Кроме того, будут возвращены все бумаги и книги из канцелярий и городских управлений, а также все русские пушки и колокола, бывшие в упомянутых городах и крепостях на 20 ноября прошедшего года, когда было достигнуто соглашение об этом с великим послом Его величества короля Великобритании, господином Джоном Мериком, за исключением колоколов, проданных самими новгородцами после указанной даты для выплаты жалованья войскам и вывезенных из Новгорода. Колокола же, не купленные, а просто взятые и увезенные солдатами и слугами Его королевского величества, будут после соответствующего расследования доставлены обратно в Новгород и возвращены. Колокола, которые были куплены людьми Его величества, но до сих пор находятся в Новгороде, могут быть в любое время выкуплены новгородцами обратно за ту же цену. Люди же Его королевского величества отныне совсем не будут покупать в Новгороде колокола. [435]

4 - Солдаты державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, покидая упомянутые крепости и города - Новгород, Старую Русу, Ладогу и Порхов с их областями, а также Сумерскую волость, не причинят никакого ущерба ни грабежом, ни пожаром, ни насилием людям великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси, никого не уведут с собой на шведскую сторону из русских жителей (folck) - мужчин, женщин или детей и не будут отнимать их имущества. Если кто-нибудь из шведов не в состоянии будет захватить с собой все принадлежащее ему имущество и оставит часть его на сохранение у населения упомянутых городов и крепостей, то имущество это должно быть сохранено в целости, пока оставивший не вернется за ним сам или не пришлет кого-нибудь другого, пришедший за имуществом должен быть беспрепятственно пропущен с ним обратно в нужном ему направлении.

5 - Через четырнадцать дней после того, как настоящий мирный договор будет подтвержден великими послами обеих сторон подписью и приложением печати, а также присягой на святом евангелии, с нашей стороны, и крестным целованием, со стороны русских послов, и войдет в силу, наместники и войсковые начальники Его королевского величества державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, должны встретиться с назначенными Его царским величеством великим государем царем и великим князем Михаилом Федоровичем, самодержцем всея Руси, в упомянутые крепости и города воеводами и военачальниками и произвести в присутствии господина Джона Мерика, великого посла Его величества короля Великобритании, или гофъюнкера Его величества, посланного упомянутым великим послом, передачу и прием вышеперечисленных городов и крепостей, а именно: Великого Новгорода, Старой Русы и Порхова с их областями и Сумерской волости.

6 - Затем, через три недели после заключения мира, наместником и военачальником Его королевского величества державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, в присутствии упомянутого гофъюнкера Его величества короля Великобритании, будет передана особо для этого выделенному воеводе и военачальнику Его царского величества великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси, крепость Ладога со всем ее русским населением и его имуществом и со всеми русскими пушками. При этом солдаты Его королевского величества не будут уводить с собой никого из жителей крепости, не будут причинять [436] населению никакого ущерба или насилия и сохранят русские пушки в неприкосновенности. Гдов же с областью и жителями останется на стороне Его королевского величества державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, до тех пор, пока настоящий мирный договор не будет утвержден обоими великими монархами их собственноручными подписями с приложением государственных печатей, а также присягой Его королевского величества и крестным целованием Его царского величества, пока не будут определены и утверждены новые границы, а послы, которых оба великих монарха пошлют друг к другу, не возвратятся назад на границу по выполнении всех своих обязанностей. Через четырнадцать дней после того, как все это будет сделано, наместники и военачальник Его королевского величества державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, передает присланному для того Его царским величеством великим государем царем и великим князем Михаилом Федоровичем, самодержцем всея Руси, из Пскова воеводе и военачальнику Гдов с его областью, со всеми русскими пушками и русским населением со всеми принадлежащими ему землями и имуществом. До тех же пор, пока Гдов с областью останется во владении Его королевского величества, население обязано платить Его величеству обычные налоги (uthlagor) на содержание остающихся в крепости войск, как это делалось и прежде. Однако люди Его королевского величества в течение указанного времени не будут чинить никакого насилия над населением Гдова и уводить на шведскую сторону никого из жителей крепости или области и не вывезут ни одной русской пушки.

7 - В равной мере и любимый брат державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, высокородный принц Карл Филипп, отказывается от всяких притязаний на Великий Новгород, Порхов, Старую Русу, Сумерскую волость, Гдов и Ладогу, не будет вести против них войну и забудет о присяге, которую принесло ему население этих городов и крепостей. Державный государь Густав Адольф, король Швеции, обещает за себя и своих наследников, будущих королей Швеции, не помогать своему любимому брату, его княжеский милости принцу Карлу Филиппу ни людьми, ни деньгами, если он поведет войну против перечисленных крепостей и городов.

8 - Взамен всех перечисленных уступок, сделанных Его королевским величеством державным государем Густавом Адольфом, королем Швеции, великий государь царь и великий князь Михаил Федорович, самодержец всея Руси, от своего имени и от имени всех своих [437] наследников, будущих русских великих государей царей и великих князей, и от имени всего Русского государства, а особенно Новгородской области (herrskapet), отказывается от своих прав на следующие крепости, города и земли, прежде входившие в состав Новгородской области: Ивангород, Ям, Копорье и Нотебург со всеми окрестными укреплениями, с землями, погостами и деревнями, со всем, что к ним принадлежит и у нас расположено с их правами и общинными полями, и живущим в деревнях, погостах и городах населением, а также со всеми угодьями, как берега, реки, озера и прочее, не исключая ничего. Все это уступается в вечное и наследственное владение державному государю Густаву Адольфу, королю Швеции, и всем его наследникам, будущим королям Шведского государства, и всему Шведскому королевству в целом, так что ни Его царское величество, ни наследники Его царского величества, будущие русские великие государи цари и великие князья, ни Русское государство в целом, а в особенности Новгород, не будут притязать на упомянутые города, крепости и земли, а шведские короли будут владеть и распоряжаться ими совершенно так же, как до того владели и распоряжались прежние русские великие государи цари и великие князья, особенно же покойный великий государь царь и великий князь Иван Васильевич, самодержец всея Руси и великий государь царь и великий князь Федор Иванович, самодержец всея Руси. Однако в течение четырнадцати дней со дня объявления настоящего мирного договора все, желающие перейти на сторону Его царского величества: монахи, со всем, что им принадлежит, дворяне, дети боярские (died bayorsker) и просто горожане упомянутых городов и укреплений с женами, детьми и домашней челядью и со всем принадлежащим им имуществом могут свободно покинуть упомянутые крепости и города и направиться в любую землю или крепость Его царского величества. А чтобы сделать это известным русскому населению уступаемых городов, мы решили, что тотчас по заключении этого мира и по утверждении договора великими послами обеих сторон, мы, великие послы Его королевского величества, отправим в упомянутые города и крепости уполномоченных, которые в присутствии уполномоченного от великого посла Его величества короля Великобритании объявят всему населению, что монахи, дворяне, дети боярские и горожане, желающие перейти в земли, принадлежащие Его царскому величеству, могут в течение четырнадцати дней свободно покинуть город или крепость, взяв с собою детей, жен, челядь (huusfolck) и все добро и имущество. Люди [438] Его величества ни в коем случае не будут принуждать население оставаться против воли. Наоборот, желающие перейти на русскую сторону получат охрану (prestawer), которая проводит их до границы, чтобы не допустить грабежа. Однако согласно решению великих послов обеих сторон строжайше запрещается покидать место жительства русским приходским священникам (sokneprester) и крестьянам городов и земель, уступленных Его царским величеством Его королевскому величеству. Приходские священники и крестьяне с женами, детьми и прислугой (tienstenfolck), а также те дворяне, дети боярские и горожане, которые не выедут в течение упомянутых четырнадцати дней, должны оставаться на месте и жить под властью Шведской Короны.

9 - Его королевское величество державный государь Густав Адольф, король Швеции, получит также от великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси, 20 000 рублей наличными деньгами, доброй ходовой, не фальшивой серебряной монетой. Означенная сумма должна быть передана нам, великим послам Его величества короля шведского сразу же по заключении настоящего договора великим послом Его величества короля Великобритании, господином Джоном Мериком.

10 - Пушки, военные припасы, колокола и прочее, захваченные державным государем Густавом Адольфом, королем Швеции, в занятых им русских крепостях и увезенные оттуда прежде, чем было достигнуто соглашение 20 ноября прошедшего года между великими послами Его величества короля Швеции и великим послом Его величества короля Великобритании господином Джоном Мериком, остаются без дальнейших споров во владении Его королевского величества и Шведской Короны. Но русские пушки, находящиеся в крепостях, возвращаемых Его царскому величеству великому государю царю и великому князю Михаилу Федоровичу, самодержцу всея Руси, останутся нетронутыми и будут возвращены вместе с крепостями.

11 - В свое время великий государь царь и великий князь Василий Иванович, самодержец всея Руси, особой грамотой пожаловал покойному ныне державному государю Карлу IX, королю Швеции, за оказанную им верную и добрую помощь русским против поляков Кексгольм с областью. Настоящим договором великий государь царь и великий князь Михаил Федорович, самодержец всея Руси, от своего имени, от имени всех своих наследников, будущих русских великих государей царей [439] и великих князей, и от всего Русского государства подтверждает дарение великого государя царя и великого князя Василия Ивановича, самодержца всея Руси. Отныне Кексгольм с его областью, землями, населением, угодьями, доходами и правами (rattighetter) на земли и воды, в прежних границах, не исключая ничего, так, как им владели до сих пор русские великие государи цари и великие князья, переходит во владение державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, всех наследников Его королевского величества, будущих королей Швеции, и Шведской Короны в целом на вечные времена без всяких притязаний или возражений со стороны русских.

12 - А чтобы избежать недоразумений и неурядиц по поводу границ, решено, что 1 июня сего 1617 г. будут посланы полномочные представители державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, и великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси, по три представителя с каждой стороны, с секретарями. Представители встретятся между Ладогой и Нотебургом, у устья реки Лавуи, то есть там, где эта река впадает в Ладожское озеро. Самая встреча произойдет посередине моста, который будет построен обеими сторонами через реку. После того как послы покажут друг другу свои верительные грамоты и найдут их достаточными, знаками будут отделены области Нотебургская, Копорская, Ямская и Ивангородская от областей Ладожской, Новгородской, Сумерской и Гдовской. В тот же день, 1 июня, у Ладожского озера, на границе Соломенского погоста (Salmis) Кексгольмской области и Олона (Agnisma) Новгородской области должны сойтись другие полномочные представители обоих монархов, тоже по 3 человека с каждой стороны, чтобы осмотреть старые пограничные знаки и утвердить их, а если старых знаков не будет найдено или они окажутся неисправными, то поставить новые. И до тех пор, пока все споры о границах не будут улажены, представители не должны разъезжаться. По окончании всех работ по проведению границ представители должны занести их итоги в особо составленные грамоты, писанные на пергамене, подписать и припечатать грамоты, подтвердить их присягой и крестным целованием, а затем обменяться ими. Установленные таким образом пограничными комиссарами границы между Нотебургом, Копорьем, Ямом и Ивангородом, с одной стороны, и Ладогой, Новгородом, Сумерской волостью и Гдовом, с другой стороны, а также между Кексгольмской и Новгородской областями, в силу настоящего договора о вечном мире должны строго и нерушимо [440] соблюдаться на вечные времена обоими великими государями — державным государем Густавом Адольфом, королем Швеции, и великим государем царем и великим князем Михаилом Федоровичем, самодержцем всея Руси, а также наследниками Его королевского величества и Его царского величества, будущими шведскими королями и русскими царями и великими князьями. Для вящей верности державный государь Густав Адольф и великий государь царь и великий князь Михаил Федорович, самодержец всея Руси, внесут вопрос о границах в свои утвердительные грамоты, которые дадут в подтверждение этого мирного договора, а кроме того, утвердят новые границы: Его королевское величество - присягой, а Его царское величество - крестным целованием.

13 - Блаженной памяти покойный великий государь царь и великий князь Федор Иванович, самодержец всея Руси, родич великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси, в заключенном в 1595 г. в Тявзине мирном договоре отказался от всех прав и притязаний на Ливонию. Этот отказ подтвердил и великий государь царь и великий князь Василий Иванович, самодержец всея Руси, в заключенном им в 1609 г. Выборгском мирном договоре. Настоящим подтверждается, что ни великий государь царь и великий князь Михаил Федорович, самодержец всея Руси, ни его наследники, будущие русские цари и великие князья, никогда не будут приписывать себе никаких прав на Ливонию. Ни великий государь царь и великий князь Михаил Федорович, самодержец всея Руси, ни его наследники, будущие русские цари и великие князья, не будут также в обращениях к державному государю Густаву Адольфу, королю Швеции, и его наследникам, будущим королям Швеции, а также и Шведской Короне в целом, ни в письме, ни в устной речи присваивать себе титул "ливонский" или какой-нибудь из крепостей, уступленных Его царским величеством навеки Его королевскому величеству. Будет запрещено также русским воеводам, военачальникам и слугам (tienare) употреблять упомянутые титулы в их грамотах и речах.

Напротив, великий государь царь и великий князь Михаил Федорович, самодержец всея Руси, и все наследники Его царского величества, будущие великие государи цари и великие князья русские, будут всегда в своих письмах и грамотах давать Его королевскому величеству и его наследникам, будущим королям Швеции, их обычные ливонский и карельский титулы. Мы, великие послы обеих сторон, не пришли к окончательному соглашению [441] о полных титулах обоих монархов, а именно об ингерманландском титуле в полном титуле Его королевского величества и об употреблении в титуле Его царского величества слов "а также многих других владений господин и обладатель" (Potentater). Мы, великие послы обеих сторон, решили предоставить решение этого вопроса самим монархам. Если кто-нибудь из них изъявит свое согласие, то упомянет полный титул другого монарха, то есть Его царское величество в обращении к Его королевскому величеству упомянет и ингерманландский титул, а Его королевское величество при обращении к Его царскому величеству включит в полный титул последнего и слово "обладатель".

При обмене же утвердительными грамотами оба монарха пошлют со своими послами по две грамоты, из коих одна будет включать полный, другая - краткий титул. И если в утвердительных грамотах обеих сторон в полные титулы будут включены спорные слова, то есть в полный титул Его королевского величества - ингерманландский титул, а в полный титул Его царского величества слово "обладатель", то послы обеих сторон покажут друг другу эти грамоты и с ними поедут к обоим монархам. Если же кто-либо из монархов не согласится на включение в титул спорного места, то послы покажут друг другу грамоты с краткими титулами и с этими грамотами поедут к обоим монархам.

14 - Решено также, что между обоими государствами, Шведским и Русским, и подданными обоих государств будет беспрепятственно производиться свободная торговля. Поэтому подданные державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, купцы из Швеции, Финляндии и Эстляндии, а также из Ивангорода, Яма, Копорья, Нотебурга и Кексгольма, какой бы национальности они ни были, русские наравне со всеми другими, при условии уплаты в таможне надлежащих таможенных пошлин (Tull), будут пользоваться правом свободной торговли в Москве, Новгороде, Пскове, Ладоге и других русских городах с подданными Его царского величества и правом свободного и беспрепятственного проезда по своим торговым делам в Русском государстве через все земли и владения великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси; купцы Русского государства из Новгородской и Псковской областей и из всех других городов, при условии уплаты в таможне надлежащих таможенных пошлин, будут пользоваться правом свободной торговли в Стокгольме, Выборге, Ревеле, Нарве и других городах Швеции, Финляндии и Ливонии с подданными [442] Его королевского величества и правом свободного и беспрепятственного проезда по своим торговым делам в Шведском государстве через земли и владения державного государя Густава Адольфа, короля Швеции.

15 — Так как подданные Его королевского величества державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, купцы с давних пор имели особое торговое помещение в Новгороде, то согласно Тявзинскому и Выборгскому договорам им будет отведено и очищено хорошее торговое помещение в Новгороде и будут даны такие торговые помещения в городах Его царского величества Москве и Пскове. Богослужение по обычаям своей религии они должны проводить в своих собственных домах и помещениях и не должны строить церквей своей религии.

В равной мере и подданным Его царского величества великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси, купцам, издавна имевшим в Ревеле собственное торговое помещение, согласно Тявзинскому и Выборгскому договорам, будет предоставлено хорошее помещение в Ревеле, а также в городах Его королевского величества в Швеции - Стокгольме и Выборге. Богослужения по обычаям своей религии они должны проводить в собственных домах и помещениях, в Ревеле же - в искони принадлежащей им церкви; больше, однако, они не должны строить церквей своей религии.

16 - Те из подданных державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, купцов, которые имеют долговые претензии или ко всему Русскому государству, особенно с того времени, когда при блаженной памяти покойного великого государя и великом князе Федоре Ивановиче, самодержце всея Руси, и при великом государе царе и великом князе Борисе Федоровиче, самодержце всея Руси, у шведских купцов брались взаймы казною деньги до сих пор еще не выплаченные, или к отдельным частным лицам в России, будут удовлетворены и получат требуемые деньги, если их претензии справедливы.

В равной мере и подданные великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси, купцы, которые имеют долговые претензии или ко всей Шведской Короне, в казну которой в правление блаженной памяти покойного державного государя Юхана III, короля Швеции, и державного государя Карла IX, короля Швеции, могли быть сделаны займы у русских купцов, до сих пор не оплаченные, или к отдельным частным лицам в Швеции, будут удовлетворены и получат требуемые деньги, если их претензии справедливы и будут [443] подтверждены соответствующими доказательствами. Сюда, однако, не входят поборы военного времени, собранные от имени Его величества с купцов и населения Новгорода и других мест во время последней войны, начиная с 1610г. 627

17 - Подданным державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, великим послам, послам или гонцам Его королевского величества будет гарантирована безопасность, а их имуществу неприкосновенность и право свободного и беспрепятственного проезда в прямом и обратном направлении через все владения и земли великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси, по пути в Персию, Турцию, Крым и другие страны Востока, не находящиеся в открытой вражде с его царским величеством, при условии, однако, что их не будут сопровождать купцы с товарами.

Равным образом великие послы, послы и гонцы Его царского величества великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси, могут свободно, беспрепятственно и безопасно проезжать в прямом и обратном направлении через земли и владения Его королевского величества державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, по пути в Римскую Империю, Великобританию, Францию, Испанию, Голландию, Нидерланды (Holland, Nederland) не враждующих открыто с Его королевским величеством, при условии, однако, что их не будут сопровождать купцы с товарами.

18 — Все военнопленные обеих сторон, какого бы сословия и национальности они ни были, немедленно по заключении настоящего мира будут отпущены на свободу без всякого выкупа. Те же из военнопленных, которые находятся в глубине территории Шведского и Русского государства и не могут так быстро прибыть на границу, будут без промедления и хитрости приведены 1 июня 1617 г. к границе между Нотебургом и Ладогой у реки Лавуи и там без всякого выкупа (ranzon) будут отпущены на свободу. Если же кто-либо из них добровольно пожелает остаться жить или служить на той или другой стороне, ему это будет разрешено.

19 - Люди Его царского величества не должны зазывать или переманивать русских и других жителей из городов, крепостей и земель, уступленных великим государем царем и великим князем Михаилом Федоровичем, самодержцем Всея Руси, в вечное и наследственное владение державному государю Густаву Адольфу, королю Швеции, а также из других городов и прежде принадлежавших Его королевскому величеству. В равной мере люди [444] Его величества короля Швеции не будут зазывать или переманивать русских или других жителей из городов и земель великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси.

20 - Изменники, убийцы, воры и другие преступники, перебежавшие с одной стороны на другую, русские или какой угодно другой национальности, должны быть безоговорочно по первому требованию той стороны, откуда они перебежали, выданы со всем украденным, награбленным и захваченным ими с собою имуществом.

21 - Как наместники и военачальники державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, так и воеводы и военачальники великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси, обязаны постоянно и строго преследовать, каждые в пределах юрисдикции и владений (Land) своего государя, всех разбойников (Rossboniker) и лесных бродяг, где бы они ни находились. Если же случится так, что взбунтовавшиеся подданные Его царского величества, собравшись толпою, причинят землям Его королевского величества какой-либо ущерб и убытки, то Его царское величество будет преследовать их силою и карать без всякой пощады, а подданным Его величества короля Швеции возместит все причиненные ими убытки и ущерб.

В равной мере, если подданные Его величества, короля Швеции, явившись из земель Его королевского величества, нанесут какой-либо ущерб или убытки подданным и землям Его царского величества, они будут строжайше и без всякой пощады наказаны в соответствии с их виной, а все причиненные ими убытки, по представлении соответствующих доказательств, будут возмещены и оплачены.

22 - Если между обеими сторонами возникнут какие-либо споры или недоразумения, то это не должно нарушать мира. Наместники или воеводы той стороны, которая считает себя обиженной или права свои умаленными, должны поставить об этом в известность наместника или воеводу ближайшей к месту происшествия пограничной крепости. Вслед за этим воевода и наместник должны сойтись на границе, чтобы прийти к соглашению и мирно разрешить спорный вопрос. Если же дело будет настолько важно, что они не в состоянии будут сами его решить, то оно должно быть отложено до встречи послов обоих монархов.

23 - В целом Тявзинский мирный договор, заключенный в 1595 г., сохраняет свою полную силу, возобновляется и подтверждается настоящим во всех статьях, за [445] исключением тех, содержание которых явно изменено и выражено иначе в постановлениях настоящего договора.

24 - В равной мере сохраняет полную силу и заключенный в 1609 г. в Выборге между покойным державным государем Карлом IX, королем Швеции, и великим государем царем и великим князем Василием Ивановичем, самодержцем всея Руси, договор о вечном мире в той его части, где говорится об уступке Ливонии и Кексгольма и о мире на вечные времена.

25 - Настоящий договор о вечном мире своими постановлениями касается всех владений, земель, городов и подданных державного государя Густава Адольфа, короля Швеции и великого князя Михаила Федоровича, самодержца всея Руси.

Никто из обоих великих монархов не будет стремиться к нападению на владения, земли, крепости, города или подданных другого великого государя и Шведского королевства или Русского государства. Ни Его королевское величество державный государь Густав Адольф, король Швеции, ни наследники его величества, будущие короли Швеции, ни сами, ни через кого другого никогда не замыслят ничего враждебного против Русского государства, особенно же против Новгорода - города и крепости, Старой Русы, Пскова - города и крепости, Порхова, Гдова, Ладоги, Тихвина, Соловецкого монастыря, укреплений (stackeet) Сумы и Колы с их областями, Холмогорской крепости и всей Двинской земли, лапландских погостов, входящих в состав Русского государства, Каргополя и всей Каргопольской земли, Белоозера, Вологды и других крепостей и земель, а также подданных Его царского величества. В равной мере ни великий государь царь и великий князь Михаил Федорович, самодержец всея Руси, ни наследники Его царского величества, будущие великие государи цари и великие князья русские, ни сами, ни через кого другого никогда не замыслят ничего враждебного против державного государя Густава Адольфа, короля Швеции, ни против Шведской Короны. В особенности же великий государь царь и великий князь Михаил Федорович, самодержец всея Руси, обязуется не стремиться к захвату Выборга, Ревеля, Нарвы, Виттенштейна, Ивангорода, Яма, Копорья, Нотебурга, Кексгольма, Тавастгуза, Нейшлота, Каянеборга, Улеаборга, лапландских погостов, входящих в состав Шведского королевства, и других городов и крепостей Его королевского величества, равно и к захвату окружающих их земель и к нападению на жителей. Оба великих [446] монарха обязуются не вести войны и не причинять друг другу никакого зла, сохраняя искреннюю дружбу и добрые отношения.


Комментарии

613. Г.В. Форстен, который работал с теми же документами Шведского государственного архива, что и В., несколько иначе передает этот эпизод (Форстен, 1889. С. 21; Форстен. С. 142-143). В.Г., Г.К.

614. ...в интересах дела - В переговорах Д. Мерик действовал преимущественно в пользу России - в первую очередь как представитель "Московской компании" (Willan T.S. The Early History of Russia Company 1553-1603. Manchester, 1956), рассчитывая на получение от правительства М. Романова преимущественного права на торговлю в России, и прежде всего доступ к иранскому и китайскому рынкам. Англия стремилась также воспользоваться богатыми природными ресурсами Русского Севера. Кроме того, отстаивая возвращение России хотя бы части русского балтийского побережья, Мерик мог иметь в виду налаживание англо-русской торговли кратчайшим путем - через Балтийское море и Неву (Шаскольский, 1964. С. 39-40; Флоря. 1978. С. 56). И.К., А.Х.

615. В сентябре 1616 г. правительство М.Ф. Романова решило вынести вопрос об условиях заключения мира со Швецией на Земский собор: уступить ли ряд крепостей с небольшой доплатой или сохранить крепости при условии выплаты крупной суммы. При этом необходимо было учесть как тяжелое экономическое положение страны, так и ее политический престиж. После долгих совещаний Земский собор принял решение об уступке крепостей (см.: Замятин Г.А. Два документа к истории земского собора 1616 г. //Труды Воронежского Гос. университета. 1925. T.I; Черепнин. С. 224-225). И.К.

616. Имеется в виду река Сестра, протекающая по Карельскому перешейку и впадающая в Финский залив. Г.К.

617. Следует читать "октября". В.Г.

618. Следует читать "ноября". В.Г.

619. ... походу молодого принца - см. комм. 612.

620. Этот акт от 3 декабря 1616 г. в русском переводе см.: Лыжин, Прил. 3. В.Г.

621. Очевидно, шведские представители имели в виду то обстоятельство, что Б.Годунов и его преемники не ратифицировали Тявзинский договор. Россия пошла на заключение этого договора, так как он обеспечивал ей шведский нейтралитет в неблагоприятной международной обстановке (Рябошапко Ю.Б. Указ. соч.). Г.К.

622. По русским источникам, это укрепление было взято псковичами после осады. В.Г.

623. Публикацию грамоты см.: Лыжин. Прил.4. Г.К., В.Г. 15 декабря 1616 г. Д.И. Мезецкой отправил в Москву извещение о новом этапе русско-шведских переговоров Д. Мерик также прислал в Москву своего "рыцаря". О ходе переговоров было торжественно объявлено на заседании Земского собора (Черепнин. С. 225-226). И.К.

624. Столбовский мирный договор был утвержден торжественной клятвой на тексте договора Густавом II Адольфом в Стокгольме и Михаилом Федоровичем в Москве. Описание этих церемоний см. ниже. В.Г.

625. Водская пятина - одна из областей Новгородской земли. Располагалась к северу от Новгорода, в том числе и между южными берегами Финского залива, р. Невы и Ладожского озера, западным берегом р. Волхова и правым берегом р. Луги. На ее территории находились города Ладога, Орешек, Корела, Ям, Копорье. Шелонская пятина занимала пространство между реками Нарвой, Лугой и Ловатью. На западе она граничила с Псковской землей. Ивангородский уезд и Сумерская волость входили в Шелонскую пятину. В.Г., Г.К.

626. Отсюда начинается подлинный текст договора. В.Г.

627. ...начиная с 1610 - Подробное исследование вопросов торговли, содержащихся в Столбовском договоре см.: Шаскольский, 1964. Г.К.

Текст воспроизведен по изданию: Юхан Видекинд. История шведско-московитской войны XVII века. М. Российская Академия Наук. 2000

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.