Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

СУЛЬПИЦИЙ СЕВЕР

ДИАЛОГИ

ДИАЛОГ II (III)

I. 1. “Уже светает 64, Галл, надо вставать. Видишь, Постумиан [уже] встал и тот пресвитер, который вчера [своим появлением] распустил наших слушателей, ждет, когда ты продолжишь рассказ о Мартине: должник должен выполнить свое обязательство. 2. И хотя каждый из них знает многое и помнит всякое, но сладко и приятно узнавание [через] еще раз перечитанную букву, поскольку природой устроено так, что лучше сорадуется тот, кто уже имеет представление, которое, как он знает, подтверждается несомненными свидетельствами многих. 3. Ибо [если] кто, с ранней юности следуя за Мартином, и знает все, то [все равно] охотно уже известное вспоминает. Признаюсь тебе честно, Галл, часто от меня ты слышал о добродетелях Мартина, ибо довольно много об этом я изложил письменами, но через восхищение его деяниями мне всегда открывалось что-то новое, хотя об этом я уже слышал неоднократно. Потому, мы тем сильнее радуемся умножению нашей аудитории благодаря Рефригерию, чем скорее Постумиан, который торопится отправится на Восток, получит от тебя как бы при свидетелях подтвержденную истину”. 4. И пока я говорил все [это, а] Галл готовился рассказывать, ввалилась толпа монахов, пресвитер Евагрий, Апр, Саббатий, Агрикола, немного позже вошел пресвитер Эферий с дьяконом Калюпионом и субдьяконом Аматором, последним прибежал, [168] запыхавшись от долго проделанного пути, милейший мне пресвитер Аврелий. 5. “Что это, - сказал я, - так внезапно и неожиданно вы из разных мест прибежали прямо с утра?”. “Мы, - ответили они, - вчера узнали, что Галл весь день рассказывал о добродетелях Мартина и, поскольку наступила ночь, оставшееся перенес на следующий день. Потому мы дружно поспешили присоединиться к той публике, [которой] собираются рассказывать о таком предмете”. 6. Между тем сообщили о многих мирянах, собравшихся у дверей, но не смеющих войти и просящих, чтобы их впустили. На это Апр сказал: “Никак не следует нам смешиваться с ними, поскольку они пришли послушать скорее из [праздного] любопытства, чем из благочестия”. 7. Я, переживая за тех, которых, как предлагал Апр, не надо впускать, в итоге с трудом добился, чтобы допустили бывшего викария 65 Евхерия и консуляра 66 Цельса, остальных же удалили. 8. После этого мы поместили Галла посредине на седалище. Он сначала по известной робости своей хранил молчание, а затем начал так:

II. 1. “[Сегодня] вы, - сказал он, - мужи святые и красноречивые, собрались послушать меня, но я уповаю больше на ваше религиозное, чем ученое, внимание, дабы вы послушали свидетельство моей веры, а не ораторские ухищрения. Однако то, о чем было сказано вчера, я повторять не буду; кто этого не слышал, узнает из записей. 2. Постумиан ожидает новостей, намереваясь сообщить Востоку, дабы он в сравнении с Мартином не заносился перед Западом. И сначала хочу я рассказать о том, что Рефригерий подсказывает на [мне] ухо: дело было в городе карнутов.

3. Некий глава семейства решил показать Мартину свою двенадцатилетнюю дочь, немую от рождения, желая, чтобы святой и блаженный муж своей благодатью освободил ее связанный язык. 4. Мартин, уступив епископам Валентину и Виктрицию, которые тогда энергично просили его за этого отца, [все же] сказал, что не по силам ему такое бремя, и уверял, что для таких святых, [как они] почти нет ничего невозможного. 5. Но те, присоединив свои благочестивые просьбы к умоляющему голосу отца, попросили Мартина, дабы он принял уповающую. И не медля больше - [тем самым] Мартин одновременно явил и замечательное смирение, и не отверг благочестие - повелел он толпе окружающего народа удалиться. Только [в сообществе] епископов и отца девушки простерся он, по обыкновению своему, в молитве. 6. Затем блаженный муж благословил с изгоняющим [169] беса присловием немного масла и, удерживая пальцами ее язык, влил в уста девушки освященную жидкость. 7. И результат не обманул добродетели святого. Спросил он имя отца ее: она вскоре ответила. Закричал отец, с радостью и слезами повалившись в ноги Мартину, и поведал всем онемевшим от изумления, что впервые услышал голос [родной] дочери. 8. Но чтобы никому не показалось это совершенно невероятным, присутствующий здесь Евагрий пусть приведет нам подтверждение истинности [сказанного], ибо событие это имело место в его присутствии.

III. 1. Конечно, то, о чем я недавно узнал из рассказа пресвитера Арпагия, мелочь, но, наверное, [ее] не следует упускать. 2. Жена комита Авициана послала Мартину масло - оно [было] нужно ей на случай разного рода болезней, - чтобы он, как это обычно имело место, благословил его. Стеклянная посудина была такова, что шарик внутри перекрывал выходное отверстие, потому из-за него внутренность [сосуда доверху] не заполнялась. Так обычно сосудец наполнялся, что высшая часть с выступающими краями оставалась свободной. 3. Пресвитер свидетельствовал, что масло при благословении умножилось настолько, что, пока его несли к матроне, то оно, переполняясь все той же добродетелью Мартина, переливалось через край, 4. и, находясь в руках мальчика, изливалось столь часто, что большое количество пролитой жидкости залило всю его одежду. Матрона получила настолько полный до краев сосуд, что пресвитер, покрывая его полотном, - этим они хотели более тщательно сберечь обретенное, - сразу увидел, что в той посудине не было [свободного] места. 5. [И] это чудо, насколько я припоминаю (тут он посмотрел на меня) имеет отношение к одному здесь присутствующему. Стеклянный сосуд с маслом, которое благословил Мартин, стоял на окне, на небольшом возвышении. И вот мальчик-слуга, не зная, что там находится, неосторожно потянул [к себе] наброшенную [на сосуд] ткань. Посудина упала на выложенный мрамором пол. Когда все испугались, что благословение Божье погибло, то выяснилось, что сосуд по-прежнему цел, как если бы упало легчайшее перышко. 6. Это событие дo лжно приписать скорее не случаю, а добродетели Мартина, благословение которого не может погибнуть.

[Хочу сказать и о другом]. Чтo это, кем это было сделано, имя его, поскольку он присутствует здесь и запрещает себя обнаружить, мы опустим, но в то время [также] был среди нас [и] присутствующий здесь Сатурнин. [170] 7. [Одним словом] на нас дерзко набросилась с лаем собака. “Во имя Мартина, - сказал тот, - приказываю тебе замолчать”. Собака, захлебнувшись лаем, словно ей отсекли язык, умолкла. 8. Столь мало успел свершить своими добродетелями сам Мартин, но, поверьте мне, другие именем его свершили многое.

IV. 1. Когда-то вам, наверное, был знаком комит Авициан, [известный] весьма варварской и, сверх того, жестокой свирепостью. [Однажды] он, яростный духом, вступив в город туронов 67, когда привели к нему вереницу скованных цепью [людей] жалкого облика, приказал несчастным приуготовиться к разного рода наказаниям и повелел устрашенному городу на следующий день собраться на это печальное зрелище. 2. Когда об этом стало известно Мартину, то он, в одиночку, незадолго до полуночи направился к преторию 68 этого чудовища. Но когда в тишине глубокой ночи никто из спящих не открыл пришедшему запертых ворот, то простерся [Мартин] перед порогами кровожадного. Между тем Авициан, объятый тяжелым сном, [внезапно] был разбужен неожиданно появившимся ангелом: “Слуга Божий, - сказал тот, - лежит у твоего порога, а ты спишь?” 3. Авициан, перепуганный этим голосом, был исторгнут со своего ложа и, созвав слуг, содрогаясь, закричал, что там, у ворот - Мартин и что пусть немедленно бегут туда и отпирают засовы, дабы слуга Божий не терпел [более] несправедливости. 4. Но они, что характерно для природы всех слуг, едва выйдя за первый порог и [при этом] посмеиваясь над своим господином, что ему что-то там привиделось во сне, стали отрицать, что кто-то есть за воротами, по своему разумению полагая, что никто ночью не может бодрствовать. Впрочем не только они [в это] верят. Но той ужасной ночью перед другими порогами лежал священник, Авициан же удовольствовался [сказанным]. Опять он погрузился в сон, но вскоре, перепуганный еще больше, закричал, что Мартин стоит у ворот и потому не дано ему никакого покоя души и тела. 5. Удержав слуг, [на этот раз] он сам прошел вплоть до внешнего порога и там, как и предчувствовал, обнаружил Мартина. 6. Несчастный, потрясенный таким проявлением добродетели, воскликнул: “Что же ты со мной делаешь, господин? Ничего не надо тебе говорить, я знаю, чего ты хочешь, вижу, чего требуешь. Уходи быстрее, дабы меня из-за твоей обиды не постиг гнев небес. Достаточно и раньше я претерпел наказаний. Поверь [сказанному], ибо нелегко от меня добиться того, [171] чтобы я сам [к кому-нибудь] вышел”. 7. И после ухода святого созвал он своих чиновников и повелел всю стражу убрать, а вскоре и сам уехал. Так с бегством Авициана возрадовался освобожденный город.

V. 1. Все это стало известно многим благодаря рассказу Авициана, ибо Рефригерий, ныне пресвитер, которого вы здесь видите, услышал его от некоего Дагрида, верного человека из трибунов, поклявшегося, что ему об этом поведал сам Авициан. 2. Впрочем, я не хочу, чтобы вы удивлялись тому, что сегодня я делаю то, чего не сделал вчера, дабы к каждым отдельным добродетелям были присовокуплены имена свидетелей и [конкретные] личности, к которым, если кто-то не верит, он может обратиться, пока мы все еще вместе. 3. Это избавит от неверия многих, которые в чем-либо, как вчера было упомянуто, сомневаются. Потому пусть послушают непосредственных и еще ныне здравствующих свидетелей, которым, раз сомневаются в нашей вере, поверят больше. Но, если и в самом деле есть [еще] не верящие, [то] я прямо скажу, что они и не собираются уверовать. 4. Но я удивляюсь тем, кто, даже имея тонкое чувство веры, настолько желает согрешить, что считает, что кто-то о Мартине может солгать. 5. Один такой, который [только] Богом живет, высказал вдруг подозрение: а не лишен ли Мартин того, о чем заявляют лжецы. Но, рассуждая о вере, на тебя, Христос, уповаем, потому не говорим и не собираемся говорить ничего иного, кроме того, что либо сами видели, либо же через разыскания верных людей или, чаще всего, из их рассказа, мы узнали. 6. Впрочем, хотя мы и избрали форму диалога, дабы разнообразить чтение и развеять скуку, но со всей определенностью заявляем, что мы следуем исторической истине. Только неверие некоторых вынуждает меня, не без обиды, присовокупить и других. 7. Но пусть вернется слово к нашему собранию, которое, как я вижу, слушает меня столь внимательно, что должен признаться: Апр поступил правильно, изгнав неверующих, [ибо] слушать, рассуждая [о вере], должны только те, кто [уже] уверовал.

VI. 1. Если поверите, я просто выхожу из себя и сам не свой: от гнева: [почему же] не верят христиане тем добродетелям Мартина, которые признают [даже] демоны? 2. Монастырь 69 блаженного мужа находился в двух милях от города. И сколько раз, переступая порог своей кельи и направляясь в церковь, он находил вопящих на весь храм одержимых бесами и, словно с приходом судьи, толпа [172] проклятых начинала трепетать, как бы рычание демонов не открыло клирикам, не знавшим, что Мартин собирается прийти, появление епископа. Я видел некоего одержимого, [который ] с приближением Мартина, простершего руки, был поднят вверх таким образом, что даже не касался ногами земли. 3. Причем, если Мартин и брался за изгнание бесов, то никого руками не касался, никого словами не бранил, в отличие от многих клириков, которые громоздят [друг на друга] дикие словеса 70, но, приблизившись к одержимому, остальным приказывал удалиться и, закрыв двери, молился, простершись, в одиночестве посреди церкви, покрывшись власяницей и посыпав [голову] прахом. 4. Тогда же можно было увидеть несчастных усмиренных иным способом: их он развесил вверх ногами на [огромной] высоте, чуть ли не под облаками, однако одежда не падала [им] на лицо, дабы не порождала стыд нагая часть их тел, а в другой части [церкви] можно было увидеть уже раскаявшихся и признавших свои преступления. [Их демоны] имена свои называли без всяких расспросов: тот себя Юпитером, а этот Меркурием объявлял. 5. В итоге можно было увидеть всех прислужников дьявола, мучимых чудотворцем, и тогда мы признали, что уже в Мартине исполнилось то, что написано: “Ибо святые будут судить ангелов” 71.

VII. 1. Некую деревню сенонов 72 несколько лет подряд побивал град. Понуждаемые крайностью такого бедствия, [местные] жители попросили помощи у Мартина: было направлено достаточно надежное посольство в лице бывшего префекта Ауспиция, поля которого особенно сильно, по сравнению с остальными, опустошила буря. 2. Но с произнесением там молитвы, Мартин настолько освободил весь край от нежданной напасти, что и через двадцать лет, что прошли после этого, о граде в этих местах никто не сообщал. 3. Считалось, что все это было не случайно и не иначе, как по заступничеству Мартина, [ибо] в тот год, когда он умер 73, вскоре вновь обрушилось прежнее несчастье: настолько весь мир почувствовал уход праведного мужа, что жизнь его по заслугам восславлял, смерть же - оплакивал. 4. Впрочем, если для подтверждения того, о чем мы говорим, недоверчивый слушатель все еще требует свидетелей, то не только одного себя укажу я, но многие тысячи и всю округу сенонов призову в свидетели удостоверенной добродетели. 5. Однако и ты, пресвитер Рефригерий, я верю, помнишь, что недавно у нас об этом был разговор с Ромулом, сыном того Ауспиция, мужем религиозным и уважаемым: он поведал нам об этом, полагая, что мы не знаем, [173] и когда с содроганием он думал о частых убытках при грядущих урожаях, с великой скорбью, как ты сам видел, сокрушался, что на этот раз Мартин не убережет.

VIII. 1. Но я вернусь к Авициану. Он во всех местах и городах оставлял ужасную память о своей жестокости и только Тур оставался нетронутым. И это чудовище, которое кормилось человеческой кровью и смертью несчастных, в присутствии блаженного мужа изображало себя кротким и воздержанным. 2. Я помню, как однажды он пришел к Мартину, и вот, когда Авициан вошел в его секретарий, блаженный муж увидел необыкновенной величины демона, восседавшего у него на спине. Издали начал Мартин его, - если воспользоваться латинским словом, что будет точнее, но [которое] мы мало употребляем, - прогонять 74, Авициан же, думая, что это его изгоняют, сказал: “Почему, святой, ты так меня встречаешь?”. На это Мартин ответил: “Не тебя, но того ужасного, кто шею твою оседлал”. 3. Подчинился дьявол и покинул давно насиженную скамью: и точно известно, что после этого дня Авициан стал более кроток. Или он понял, что часто сам допускал восседающего на себе дьявола или что нечистая сила, бежавшая от этого сидения, через Мартина была освобождена большей властью, хотя слуга почитал хозяина, а хозяин не утеснял слугу.

4. В деревне амбианов 75, в старой крепости, что ныне обильно заселена монахами 76, находилось, как вы знаете, сооруженное с большим размахом, капище. Башнеподобная громада из хорошо обработанных камней вверху венчалась конусом и своим великолепием служила делу укрепления суеверия [этого] места. 5. Блаженный муж неоднократно поручал пресвитеру Марцеллу, как раз жившему там, разрушить ее. Спустя некоторое время, проходя мимо, он упрекнул пресвитера в том, почему до сих пор еще стоит идольское строение. 6. Тот, оправдываясь [сказал, что] едва ли смог бы низвергнуть эту громаду, вооружившись инструментом и при помощи большой толпы, тем более он не надеется, что легко сможет это сделать с помощью слабых клириков или немощных монахов. 7. Тогда Мартин, прибегнув к известному средству помощи, всю ночь провел в молитве: с наступлением утра идольское сооружение разрушилось до основания. Именно так эти [события] были описаны очевидцем Марцеллом.

IX. 1. Другую, несходную в сходном деле добродетель его предложу я свидетельству Рефригерия. Решил как-то [174] Мартин низвергнуть колонну огромных размеров, наверху которой находился идол, однако не было никакого способа привести этот замысел в исполнение. Тогда, по обычаю своему, обратился он к молитве. 2. И, честное слово, было видно, как почти такая же колонна низверглась с неба и, ударив идола, всю эту неприступную громаду обратила в пыль: надо полагать, что [было] недостаточно, если бы Мартин воспользовался [только] незримыми силами неба, иначе не было бы видно человеческим глазам, что сами добродетели явственно послужили ему.

3. Равным же образом, - Рефригерий мне свидетель, - женщина больная истечением крови, когда коснулась одежды Мартина по примеру той евангельской женщины 77, тут же исцелилась.

4. Змея, переплывая реку, приближалась к берегу, на котором мы расположились. Тут Мартин сказал: “Во имя Господа, повелеваю тебе плыть обратно”. И скоро злая тварь по слову святого повернула вспять и у нас на глазах перебралась на другой берег. И когда мы все увидели в этом чудо, Мартин сказал, печально вздохнув: “Змеи меня слушают, а люди - нет”.

X. 1. Как-то в пасхальные дни, незадолго, как обычно, до часа отдохновения попросил он поесть рыбы, если она имеется под рукой. 2. Тогда дьякон Катон, которому было поручено руководство монастырским хозяйством, [кроме того и] сам обученный рыболовству, сказал, что за весь день у него не было никакого улова, да и другие рыбаки, которые имеют обыкновение торговать, вряд ли чем-нибудь смогут помочь. “Иди, - сказал Мартин, - забрось свой невод, улов будет”. 3. У реки, как это уже описал Сульпиций 78, у нас была хижина. Мы пришли все, дабы посмотреть на рыбачащего, - ибо это были праздничные дни - с великой надеждой, что не напрасно грядущее испытание, которым будет обретена рыба по слову Мартина и его же усилиями. 4. При первом же забрасывании, своей небольшой сетью дьякон вытащил огромную щуку и на радостях поспешил в монастырь: как сказал поэт, точно не помню какой, - воспользуемся ученым стихом, ибо ученым мы это рассказываем - “И добычу свою он принес изумленным жителям Арги” 79. 5. Воистину Мартин [был] учеником Христа и добродетельных деяний Спасителя, которые Он в качестве примера оставил своим святым, а также подражателем, продолжавшим дело Христа, Который, повсюду прославляя своего святого, дары разных милостей [cвоих] [175] собрал в одном человеке. 6. Пусть будет свидетелем Арборий, стоявший впереди всех, что сам видел руку Мартина, свершающую жертвоприношение, словно усыпанную драгоценнейшими жемчугами, испускавшую пурпурный свет, и при движении десницы его, Арборий слышал шум сталкивающихся между собой перлов.

XI. 1. Перейду [теперь] к тому, что вследствие характера нашего времени все еще скрыто, но что не смогло утаиться от нас: и чудо в данном случае заключается в том, что с Мартином лицом к лицу беседовал ангел. 2. Император Максим 80, весьма добрый к другим, соблазнившись советами священников после казни Присциллиана, удерживал своей царской властью епископа Ифация, порицателя Присциллиана и его сообщников, - называть которых по имени нет никакой необходимости, - дабы кто-нибудь не причинил ему насилия, [хотя] положение его при всех обстоятельствах [было таковым, что] по делам своим он должен был быть осужден 81. 3. Между тем Мартин, сильно [утесненный] тяжелыми приступами болезни, поспешил прибыть ко двору, надеясь своим приходом упредить всеобщую смуту. Съехавшиеся епископы были собраны в Треверах. Они, каждый день общаясь с Ифацием, давали повод [считать] его за своего. Когда им, не ждавшим, было доложено, что вскоре прибудет Мартин, то начали они, потрясенные до глубины души, трепетать и ворчать. 4. И уже днем раньше император по их решению вынес приговор, [уже] были посланы в Испанию трибуны, облеченные высшей властью, дабы разыскать там еретиков, схватить их, а имущество конфисковать. 5. И не было сомнения в том, что даже святых затронет нашествие этой огромной шайки, ведь малым различаются между собой люди, а тогда судили лишь по своему усмотрению таким образом, что скорее по бледности [лица] или одежде, чем по вере, отличали еретика. 6. Епископы чувствовали, что это никак не может понравиться Мартину, и потому у сообщников была одна, но весьма обременительная, забота, чтобы, прибыв, Мартин не отказался от общения с ними, ибо не было бы недостатка в тех, кто по известному незыблемому авторитету такого мужа не последовал бы [его примеру]. 7. Стали держать совет с императором, дабы, послав навстречу официалов 82 правителя того города, запретить Мартину приближаться [к нему], если он не объявит [заранее], что идет к собравшимся с миром. Мартин же, хитростью введенный в заблуждение, сказал, что намеревается прийти с миром во Христе. 8. В [176] итоге, вступив [в город] ночной порой, Мартин проследовал к церкви исключительно для молитвы. На следующий день он направился во дворец. Кроме [него] многие принципалы 83, перечислять которых слишком долго, находились там с такой просьбой: комит Нарсес и презид 84 Левкадий, оба бывшие сторонниками Грациана, за упорную приверженность [к нему], которую [сейчас] нет времени описывать, заслужили гнев победителя. 9. Главная же просьба [была] такова, чтобы не посылали в Испанию трибунов с правом смертного приговора. И воистину благочестива была забота Мартина, чтобы отстоять не только христиан, которые по этой причине должны были пострадать, но даже и собственно еретиков. 10. Но все же в начале следующего дня лукавый император повесил человека, для того ли чтобы серьезность дела показать, или потому, что потакал неумолимым епископам, а может быть, как большинство тогда полагало, потому что взыграла жадность, ибо позарился он на добро еретиков. 11. Ибо, говорят, муж этот, богатый многим имуществом и землями, против жадности мало шел, пусть и по государственной необходимости, поскольку, исчерпав казну предыдущих принцепсов 85, почти всегда пребывал он в ожидании и полной готовности к гражданским войнам, легко оправдываясь тем, что государство должно быть защищено любыми средствами.

XII. 1. Между тем епископы, к сообществу которых Мартин все еще не присоединился, трепеща, бросились к царю, стеная, что они уже заранее осуждены, что плохо их дело, если упрямство Феогнита, который один открыто их осудил, предопределит решение Мартина. Потому не следует принимать его во дворце: это уже [даже] не защитник еретиков, а мститель. Если же Мартин [хочет] обрушить свой гнев на императора, то после смерти Присциллиана все равно уже ничего не поделаешь. 2. В итоге, простершись со слезами и плачем, они умоляли царское величество, дабы он использовал против одного человека всю свою власть. И едва не вынудили императора смешать Мартина с еретиками. Но тот, хотя и был покo рен епископам в безмерном [своем] расположении, все же знал, что верой, святостью и добродетелью Мартин выделяется среди всех смертных, потому другим путем он решил одолеть святого. 3. И сначала тайно направил он ласковое приглашение: справедливо осужденных еретиков лучше, как и принято, [отдать] государственным судьям, чем [подвергать] нападкам священников; у церковного сообщества нет оснований считать Ифация [177] и прочих из его партии достойными осуждения. Причина возбуждения раздора кроется скорее в ненависти Феогнита, однако именно он является единственным, кто все же был отлучен от общения: об остальных ничего возобновлять и не [надо], ибо буквально несколькими днями ранее заседавший синод решил, что Ифация грех не затронул. 4. И поскольку [все] это Мартина мало убедило, то император, распалившись гневом, прогнал его со своих глаз. Вскоре после этого были направлены притеснители к тем, за кого просил Мартин.

XIII. 1. Когда об этом стало известно Мартину, дворец уже окутала ночь. Он торжественно пообещал, что если уцелеет, то непременно встретится [с императором] для того, чтобы трибуны, уже посланные в Испанию для разорения церквей, были возвращены обратно. Ибо Максим разрешил [им] действовать беспрепятственно. 2. На следующий день готовилось назначение епископом Фелиция, подлинно святейшего мужа и воистину достойного, который был поставлен священником [еще] в лучшие времена. В этот-то день и прибыл Мартин на собрание [епископов], полагая, что лучше прийти к тому часу, когда они и не подозревали, что над их головами уже занесен меч. 3. Однако как он ни старался, чтобы собрание это утвердило обвинительное решение [против Ифация], он не смог заставить упрямых епископов [подписать документ]. Потому отправившись на следующий день в обратный путь и печально воздыхая [о том], что и сам несомненно был причастен к прегрешению собрания, недалеко от деревни, имя которой было Андефанна, там, где в совершенно безлюдных лесах есть глухие уголки, немного обогнав спутников, он сел, возжаждав еще раз взвесить все “за” и “против” содеянного и обдумать причину своей печали. 4. Внезапно перед ним предстал ангел и сказал: “Заслуженно ты, Мартин, каешься, но иначе ты и не мог поступить. Вновь обрети добродетель, вновь укрепи твердость, дабы уже не к превратностям славы, но к спасению ты устремился”. 5. И вот с того времени он [стал] весьма остерегаться быть смешанным с тем сообществом партии Ифация. Кроме того, когда медленнее, чем обычно, и меньшей благодатью исцелил он нескольких одержимых бесами, то сразу же после этого поведал нам со слезами на глазах, что [случилось это] по причине зла того общения, которому только на мгновение, по необходимости, [и то даже] не духом, он поддался, и [сразу же] почувствовал убыль добродетели. 6. После этого он прожил шестнадцать [178] лет: никаких синодов не посещал, от всех собраний епископов уклонялся.

XIV. 1. Но эту весьма ослабленную в один момент благодать, как мы сами [в этом] убедились, он вновь обрел многократно умноженной. Я [сам] видел после этого, как к потайной двери его монастыря был приведен одержимый бесами и, прежде чем он переступил порог, был исцелен.

Недавно услышал я свидетельство некоего [человека], что, когда он плыл по Тирренскому морю тем путем, который ведет в Рим, внезапно обрушился шквальный ветер и возникла смертельная опасность для жизней всех [плывших на корабле]. 2. И когда некий египетский торговец, еще не христианин 86, громким голосом воскликнул: “Бог Мартина, спаси нас”, тут же буря была усмирена, и они продолжили свой путь при полном спокойствии утихшей воды.

3. Ликонтий, верный муж из викариев, когда его семью поразила смертельная болезнь и зримым проявлением неслыханного бедствия по всему дому лежали больные тела, то посредством письма воззвал к Мартину о помощи. 4. Тем временем блаженный муж предсказал, что этого будет трудно добиться 87: ибо чувствовал духом, что дом этот наказан по Божьей воле. И, действительно, ни много, ни мало семь полных дней и ночей провел он в молитве и посте, прежде чем это моление достигло цели. 5. Вскоре к нему поспешил Ликонтий, удостоившийся Божественного благодеяния, извещая, и одновременно неся благодарность за то, что дом его теперь свободен от всякой опасности. 6. Он даже предложил сто фунтов серебра, которые блаженный муж не отверг и не принял, но прежде чем эта сумма пересекла порог монастыря, Мартин немедленно передал ее на выкуп пленных. И когда монахи посоветовали ему кое-что из этой суммы оставить на нужды монастыря, - ибо всем [приходилось] жить в скудости, многим не хватало одежды, то он ответил: “Нас Церковь и накормит, и оденет, а потому мы полагаем, что незачем просить [что-либо] для наших нужд”.

7. В том монастыре происходили великие чудеса этого мужа, которым мы можем скорее удивляться, чем описывать. Наверное вы не согласитесь с тем, что я скажу, но много с ним бывало такого, о чем и не стоит рассказывать. Да и таков этот случай, что едва ли смогу я описать это именно так, как оно имело место в действительности. 8. Некий монах - имя [его] вам известно, но личность должна быть сокрыта, дабы мы не причинили смущения святому мужу - итак, некий монах, когда принес для [179] печурки Мартина немного угля и, пододвинув к себе стульчик, уселся, широко расставив ноги над огнем, при этом обнажил свой срам. Тотчас Мартин почувствовал свершенное прегрешение по отношению к святому жилищу и, громким голосом вопрошая, сказал: 9. “Кто обнаженным срамом оскверняет наше жилище?”. Когда монах услышал такое и понял, что этим попрекают [именно] его, тут же, полуживой, прибежал к нам, познав не без добродетели Мартина стыд.

XV 88. 1. И таким же образом, однажды, когда он сидел на том своем деревянном стульчике, который вы все знаете, на небольшой площадке, что огибала его хижину, то увидел, как два демона, забравшись на высокую, выше монастыря, скалу, оттуда, радостные и довольные, словно одобряют его словами: “Ну же, Брикций, давай!” Я думаю, что они издалека заметили приближение нечестивца, зная, какой дух ярости возбудили [в нем]. 2. И тут же ворвался [на площадку] взбешенный Брикций. Там он, исполненный безумия, изверг на Мартина тысячу поношений. Ибо днем раньше Брикций порицался Мартином: почему тот, кто ничего до [принятия] сана [не имел], ибо в монастыре он от самого Мартина получал пропитание, [ныне] выращивает лошадей и приобретает собственность. Ибо одновременно Брикций был уличен многими в том, что покупает не только мальчиков из варваров, но даже миловидных девушек. 3. Из-за этих-то дел несчастнейший, впав в безумную ненависть и, как я понимаю, особенно подвигнутый теми демонами, так набросился на Мартина, что тот едва удерживал [его] руками, и со своей стороны спокойным обликом, кротким нравом [пытался] смирить безумие несчастного ласковыми словами. 4. Но настолько в нем негодный дух засел, что не себе самому, но гордыне был подчинен его разум: трясущимися губами, с искаженным лицом, побледневший от гнева, сыпал он слова греха, приписывая себе великую святость, ибо он с детских лет взрастал в монастыре среди сообщества святых учеников церкви под водительством самого Мартина, однако блаженного мужа с самого начала, чего Брикций и сам не мог отрицать, поливал грязью за его военную службу 89 и [утверждал, что] ныне [, мол, Мартин] через пустые суеверия и смехотворные лицезрения призраков уже точно среди бредней старится. 5. И много он извергал такого рода [поношений], а также других, более дерзких, о которых лучше умолчать; в итоге же, излив весь гнев, словно полностью себя опорожнив, быстрыми шагами побежал он обратно в ту сторону, откуда [180] пришел. Но, я, между тем, полагаю, что по молитвам Мартина из сердца его бежали демоны и он был возвращен к покаянию. Вскоре Брикций вернулся и бросился Мартину в ноги: просил прощения, признавал заблуждение и сознался, что тут не обошлось без демона, но сейчас он чувствует себя лучше. 6. И никогда не было для Мартина великой трудности в том, чтобы простить умоляющего. Тогда и [ему] самому и нам всем святой объяснил, как он увидел Брикция, понуждаемого демонами, как [остался] неколебимым перед поношениями, которые в большей степени повредили тому, от кого исходили. 7. После этого, когда все тот же Брикций часто обвинялся перед Мартином во многих и великих прегрешениях, не мог блаженный муж собраться [с духом], чтобы лишить его пресвитерства, наверное, дабы не допустить своей личной несправедливости, [ибо] часто он говаривал: “Христос терпел Иуду, почему бы и мне не потерпеть Брикция?”

XVI. 1. На это Постумиан сказал: “Пусть послушает этот пример один из присутствующих здесь. Он, когда рассудителен, не заботится о настоящем, не печется о будущем. [Но] если бывает гневен, то [тут же] теряет рассудок, не имея власти над собой: свирепствует среди клириков, нападает на мирян и весь мир утесняет своей местью. Таким образом война эта идет три года подряд, и ни время, ни [доводы] разума его не угомонили. 2. Печально и несчастно состояние [этого] человека, даже если он, неизлечимый, угнетен только этой злой болезнью. Однако эти примеры терпения и спокойствия ты, Галл, должен приводить ему почаще, дабы забыл он, как гневаться, и знал, как прощать. 3. Он, если в этом моем, на короткое время вмешавшемся, слове, случайно узнает себя, пусть уразумеет, что сказано [оно] не столько клеветой врага, сколько душой друга, ибо, если сможет он последовать тому, [о чем было сказано,] то я желал бы, чтобы о нем говорили скорее так, как о епископе Мартине, чем как о тиране Фалариде 90. 4. Но оставим того, воспоминание о котором нам мало приятно, и вернемся, Галл, к нашему Мартину”.

XVII. 1. Тогда я, видя, что с заходом солнца уже наступает вечер, сказал: “День прошел, Постумиан, пора вставать: вместе со столь внимательными слушателями нам предстоит обед. Не жди, что наступит какой-то предел рассказу о Мартине: все равно он будет простираться далее того слова, которым ты пожелаешь закончить. 2. Но все же, расскажи Востоку об этом муже, в то время, когда ты [181] будешь возвращаться и проплывать мимо разных границ, мест, портов, островов и городов, поведай имя Мартина и славу его народам. Прежде всего помни, дабы не пропустить Кампанию 91: 3. даже если путь твой будет проходить совершенно в стороне, однако не будет тебе великого ущерба и большой задержки, ибо там ты повстречаешь выдающегося мужа, славного по всему миру Паулина 92. Ему, прежде всего, прошу тебя, разверни свиток нашего слова, которое и вчера звучало и сегодня продолжилось. 4. Ему все расскажи, ему все прочти, чтобы через него святые подвиги [нашего] мужа побыстрее узнал Рим, ибо первая наша книга благодаря ему распространилась не только по Италии, но даже по всему Иллирику. 5. Он не завистник Мартину и славы святых, он - благочестивейший почитатель добродетелей во Христе, и потому не отказывается принять нашего наставника наряду со своим Феликсом 93. Затем, когда ты переправишься в Африку, расскажи об услышанном Карфагену, хотя он, как ты сам говорил, уже знает блаженного мужа, однако ныне пусть узнает побольше, главным образом, о том, что не только их мученик Киприан 94, сколь бы не была священна его святая кровь, достоин восхищения. 6. И уж если ты оставишь по левую руку Ахайю 95 и войдешь в бухту, то пусть узнает Коринф, пусть узнают Афины, что не умнее [Мартина] в Академии [был] Платон, и не тверже [его] в темнице Сократ. Конечно, благословенна Греция, ибо удостоилась услышать проповедь апостола 96, но никогда не оставлял Христос Галлию, которую удостоил иметь Мартина. 7. Когда же ты доберешься до Египта, то, хотя он [и обилен] числом своих святых и горд [их] добродетелями, однако пусть не пренебрежет послушать, как ему и всей Азии в одном только Мартине Европа [ни в чем] не уступила.

XVIII. 1. Потом, когда снова решишь подставить паруса ветрам из Иерусалима, присовокуплю тебе поручение нашей скорби, дабы, если когда-нибудь достигнешь ты знаменитого побережья Птолемаиды 97, внимательно расспроси, где находится могила нашего Помпония, и не пренебреги посещением костей пилигрима. 2. И пролей там столько слез, как если бы все они из наших душ исторглись, и хотя бы скромным даром - красным цветком и благоухающей травой, ту землю с тщанием укрась. И скажи ему, но не сурово, не строго, словом сострадания, речью без укоризны, 3. что, если бы он слушался тебя хотя бы иногда, а меня - всегда, и подражал бы более Мартину, а не тому, о ком я [182] не хочу упоминать, то никогда не был бы от меня столь жестоко отдален и покрыт неведомыми песками Сирта 98, по воле случая претерпев смерть потерпевшего кораблекрушение разбойника и в итоге обретя себе могилу на далеком берегу. 4. Видят они деяние свое, и все желают отомстить мне за него. Видят самонадеянность свою и может быть хотя бы сейчас прекратят нападать на меня обвинители”. 5. Так, с великим восхищением говорили мы, бурно рыдая, о Мартине и через наш плач повергли в слезы всех [остальных], но не уменьшилась из-за этого наша скорбь 99.

Комментарии

64 Почти дословно эту фразу (lucescit hoc jam) можно встретить у античных комедиографов (см.: Плавт. Амфитрион. 546; Теренций. Самоистязатель. 410).

65 Викарий - в эпоху поздней Римской империи - глава администрации диоцеза (т.е. нескольких провинций).

66 Консуляр - бывший консул. В эпоху поздней Империи обычно наместник провинции.

67 См. прим. 50.

68 Преторий - в данном случае имеется в виду резиденция наместника провинции.

69 Имеется в виду Мармутье. Подробнее см.: “Житие Мартина”, X. 3-8.

70 Этот оборот, похоже, позаимствован у Цицерона. См.: Об ораторе. III. 13. 50.

71 1 Кор. 6:2-3.

72 Сеноны - кельтское племя в Лугдунской Галлии, проживавшее по обоим берегам верхнего течения Секваны. Главный город - Агединк (ныне г. Санс).

73 Он упоминается в "Житии" (XXIII).

74 В тексте exsufflans, т.е., буквально, “сдувая”. Чаще же всего для обозначения понятия “изгнание беса” употреблялась калька с греческого exorcizo (от e x o r k i z w = e x o r k w ), что в новозаветных текстах имеет значение “заклинать” (Мф. 26:63; Деян. 19:13). Поэтому, учитывая описанную Галлом ситуацию, латинское слово здесь действительно уместнее.

75 Амбианы - племя в Северной Галлии, проживавшее на реке Самара (ныне Сомма). Главный город - Самарабрива (ныне Амьен).

76 В Веронском кодексе эта часть предложения, между скобками, отсутствует.

77 Мф. 9:20-22; Мк. 5:25-29; Лк. 8:43-48.

78 См.: “Житие Мартина”. X. 4-5.

79 Стаций. Фиваида. VIII. 751.

80 Максим - См. прим. 45.

81 См.: “Хроника”. II. XLI-LI.

82 Официалы - мелкие административные чиновники.

83 Принципалы - старшие должностные лица в провинциальном городе.

84 Презид - в эпоху поздней Римской империи - глава провинциальной администрации.

85 Принцепс - в данном случае, это синоним к слову “император”.

86 Возможно, речь идет об оглашенном. См. прим. 42.

87 Эта часть предложения, между запятыми, испорчена, а потому в разных кодексах мы встречаем разные варианты: в Веронском: “обещая долгой молитвой вернуть [все] обратно”, в Брешианском: “трудно [это] дело поправить молитвой”, в Августанском: “молился, чтобы это трудное дело было исправлено”, мы же за основу берем тот вариант, который содержится во Фризингенском кодексе.

88 Эта и следующие главы отсутствуют в Веронском кодексе, во Фризингенском они перенесены в конец диалога.

89 См.: Житие Мартина. II. 5-6 и далее.

90 Фаларис - тиран г. Акрагант (VI в. до н.э.). Согласно преданию он приказал отлить огромного пустотелого бронзового быка и там имел обыкновение заживо сжигать своих врагов.

91 Кампания - область в средней Италии на западном побережье.

92 См. прим. 30.

93 Феликс из Нолы - исповедник во времена гонения Деция. Его жизнь была воспета Паулином в большой поэме из шестнадцати песен.

94 См. прим. 6.

95 В данном случае имеется в виду римская провинция, включавшая в себя весь Пелопоннес и часть средней Греции.

96 Деян. 17:16-34.

97 Здесь имеется в виду город на побережье Киренаики.

98 См. прим. 8.

99 Далее в разных кодексах следуют следующие приписки: в Веронском: “Закончен диалог Сульпиция Севера, массилийского монаха, о жизни блаженного епископа и исповедника Мартина “, во Фризингенском: “Закончен второй диалог о жизни святого Мартина”.


Текст воспроизведен по изданию: Сульпиций Север. Сочинения. М. РОССПЭН. 1999

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.