Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

АБД-АР-РАЗЗАК САМАРКАНДИ

Кемаль-ад-дин Абд-ар-раззак ибн Исхак Самарканди (из Самарканда происходил, его отец) родился в Герате в 816 (= 1413) г., находился при двора Шахруха (807—850 = 1404—1447) и Султан-Абу-Са'ида (855—873 —-1452—1469), в 867 г. был назначен шейхом ханаки, устроенной Шахрухом в Герате, и умер в 887 (= 1482) г. Его историческое сочинение, обнимающее период от 704 (—1304/1305 — конец сочинения Рашид-ад-дина) до 875 (= 1470) г., было начато в 872 (= 1467) г. и закончено между 875 (= 1470/71) и 880 (= 1475/76) гг. Оно делится на две части, охватывающие 704—807 (= 1304—1404) и 807—875 (= 1404—1470) гг. Вся первая часть и начало второй до 830 (= 1426/27) и 831 (1427/28) г., на котором остановился Хафиз-и-Абру, представляет собой сокращение труда последнего (см. выше, стр. 104), а через него труда Низам-ад-дина Шами; там, где Абд-ар-раззак отходит от Хафиз-и-Абру, он следует целиком Шереф-ад-дину. Конец сочинения Абд-ар-раазака, где он пишет как очевидец и участник событий, является первоисточником большого значения и был использован всеми последующими компиляторами. См. литературу, указанную для Низам-ад-дина и Хафиз-и-Абру (стр. 105), а также: Storey, II, 2, pp. 293—298.

Настоящие извлечения сделаны по рукописям Государственной Публичной библиотеки им. М. Е. Салтыкова-Щедрина Dorn 299 (в примечаниях к тексту А), Института востоковедения С443 (ранее 574а, в примечаниях к тексту В), Ленинградского Государственного университета № 157 (ниже — С) и Института востоковедения С442 (ранее 574, в примечаниях к тексту D). Главы о первом походе Тимура на Дешт-и-Кипчак переведены и изданы Шармуа: Expedition de Timour-i-lenk ou Tamerlan contre Togtamiche... par М. Charmoy. Memoires de l'Akademie Imp. des Sciences de St.-Petersburg, 6-e serie, t. III, St.-Petersburg, 1836. Все сочинение подробно описано Qatremere. Notice de l'ouvrage persan qui a pour titre: Matia assaadein. Notices et Extraits des manuscrits de la Bibliotheque du Roi, t. XIV, Paris, 1843.

Из первой части нами взяты только места, где изложение Абд-ар-раззака сильно расходится с изложением Низам-ад-дина и Шереф-ад-дина, и где он, очевидно, повторяет данные, заимствованные Хафиз-и-Абру из неизвестного источника, которым пользовался также „Аноним Искендера". В тех случаях, когда изложение Абд-ар-раззака отличалось от изложения Шереф-ад-дина только деталями, мы поместили соответствующие отрывки в примечаниях к переводу текста последнего. Чтения собственных имен и географических названии у Абд-ар-раззака в части его труда, зависящей от труда Хафиз-и-Абру, весьма неисправны, невидимому вследствие неисправности рукописи Хафиз-и-Абру, которой он пользовался. Текст см. на стр. 251—261.


МЕСТА ВОСХОДА ДВУХ СЧАСТЛИВЫХ ЗВЕЗД И МЕСТА СЛИЯНИЯ ДВУХ МОРЕЙ

События 780 г. (= 30 IV 1378-18 IV 1379)... В это время из Сыгнака пришло известие, что Бек-Пулад сразился с Токтамыш-ханом и что Токтамыш, ища убежища у его величества (Тимура), находится вблизи. Тимур выслал ему навстречу нойона Тимура с подарками и приношениями, а сам прибыл в Самарканд.

Рассказ об отправлении Тимуром Токтамыш-хана на войну против Тимур-Мелик-оглана. Услышав о беспечности Тимур-Мелик-оглана, Тимур снова удостоил Тогтамыша разных благ и милостей и отправил эмира Гияс-ад-дин-тархана, эмира Туман-Тимура, Яхья-ходжу, Узбек-Тимура и Ники с огромным войском с тем, чтобы они в области Сыгнака под счастливой звездой возвели на султанский престол Токтамыш-оглана. Тимур-Мелик-оглан был на зимовье в Каратале. Токтамыш пошел на него, и между ними произошло много сражений, в которых Тимур-Мелик был побежден, а Токтамыш — вышел победителем. Для доставления радостного известия об этом он отправил к Тимуру Урус-ходжу. Его величество очень обрадовался, несколько дней веселился и, подарив посланному почетную одежду, отослал назад. Токтамыш-хан, прозимовав в Сыгнаке, весною покорил область Камака, власть его стала усиливаться, и он поднял знамя возвышения. Тимур-Мелик пришел к своей первоначальной тысяче, которую он отдал Мухаммед-оглану, и стал совещаться об изгнании Тогтамыша, Но Мухаммед-оглан не нашел (это) возможным. Тимур-Мелик, приписав его слова корыстной цели, без вины убил его и двинулся со своей тысячей для изгнания Тогтамыша. В окрестностях Каратала они сошлись и вступили в сражение. При первой же атаке Тимур-Мелик был взят в плен и казнен. Балынчак, один из его приближенных, был взят в плен, и о нем сообщили, что это удалец (бахадур) верный (своему государю). Тогтамыш оставил его (в живых), и он был включен в число эмиров. Он сейчас же упал на колени и доложил: «При жизни Тимур-Мелика я провел лучшую часть своей жизни в командовании и управлении, и я хочу, чтобы выколот был (мне) тот  глаз, который увидит тебя на его престоле. Если ты хочешь оказать мне милость, то прикажи сейчас же отрубить мне голову и положить голову Тимур-Мелика поверх моей головы и бросить его тело на мое тело, дабы почтенное и нежное существо его не прикоснулось к праху унижения!». Тогтамыш отправил этого верного героя в жилище вечности.

События 793 (= 9 XII 1390-28 XI 1391) г. Поход Тимура в Дешт-и-Кипчак. Собираясь в поход в Дешт-и-Кипчак, Тимур отправил тавачиев собирать войска, взяв с них (с тавачиев) обязательство (мучилка) не обращать внимания ни на кого и по-прежнему и новому числу (сан) выставить войско: из вилайетов и племен (ахшам), конных и пеших, тюрков и таджиков, с провизией и запасами на один год. Было постановлено, чтобы у каждого человека было наготове четыре рода вооружения: лук, 30 стрел, колчан с чехлом для лука и щит, чтобы у каждых 2 человек было по свободной заводной лошади, а у каждых 10 человек по 1 палатке, по 2 заступа, по 1 мотыге, по 1 серпу, по 1 пиле, по 1 топору-секире, по 1 шилу, по 100 иголок, по полмана бичевок амбарного весу, по крепкой шкуре 1 и по здоровому котлу и чтобы они могли предъявить (это) везде, где потребуют на смотр. Кроме того, последовало высочайшее повеление, чтобы, когда выступят из Ташкента, всякий съедал в месяц 1 ман амбарного веса муки и чтобы никто не пек ни хлеба, ни лепешек, ни лапши, а довольствовались бы похлебкой. Когда дело было устроено таким образом, Тимур расположился на зимовье в Ташкенте, а в половине сафара (= 8 1-- 5 II 1391), выступив из зимнего юрта, отпустил жен и царевен в Самарканд и взял с собою (только) Чулпан-Мелик-агу.

События 812 г. (= 16 V 1409 — 5 V 1419)... Рассказ о прибытии посланников и властителей разных стран с поздравлением (по случаю) завоевания Мавераннахра. В это время, когда царские знамена (Шахруха) возвратились из страны Мавераннахра ... прибыли в качестве послов нукеры Пулад-хана, эмира Идигу-бахадура и эмира Айсе, 2 которые были обладателями власти в Дешт-и-Кипчаке и странах узбекских. Они поднесли царственные подарки, кречетов и (других) охотничьих птиц. Содержание послания было такое: “Краса благородных внутренних свойств и прелесть проявлений высоких чувств его величества во всех странах мира, в особенности же в областях Дешт-и-Кипчака, приобрели себе полнейшую известность. В эти дни, когда пышный город Самарканд, этот источник счастья и начало благоденствия, обрел новое украшение благодаря блеску благословенного прибытия и снова те области зависят от исполнителей повелений того дивана, оказалось нужным выполнить обычаи поздравления. Мы просим, чтобы отныне достигнуты были улучшение взаимных отношений и обоюдное согласие". (Шахрух) почтил посланников милостями, пожаловал им царственные шапки и пояса и назначил для Пулад-хана, эмира Идигу и эмира Айсе царские подарки, а эмира Хасанка, отличавшегося прекрасным характером и превосходным даром слова, назначил, чтобы он отправился к Пулад-хану, просил для счастливого царевича мирзы Мухаммеда-Джуки-бахадура царевну из рода ханского и дома Чингизханова и обручил его с дочерью эмира Идигу, принадлежащего к племени мангкут. Эмир Хаеанка отправился.

События 813 г. (= 6 V 1410—24 IV 1411). Рассказ о прибытии посланников с разных сторон во время пребывания его величества в столице. Когда столица Герат, благодаря счастью прибытия его величества обрела блеск и прелесть ... владыки мира обратили лицо надежды к высочайшему двору (его)... Прибыли эмир Идигу-бахадур из страны узбеков и Дешт-и-Кипчака, эмир Шейх-Ибрахим из области Дербенда и Ширванских земель (Ширванат), эмир сейид Изз-ад-дин из Хазар-джериба и т. д. Несколько дней сряду приходили из этих стран посланники, подносили соответственные дары и через посредство старших эмиров доводили до сведения (его величества) слова этих правителей... Счастливый хакан (Шахрух) удостоил посланников милостей, почестей и наград и отпустил их, оказав всем крайнее благоволение...

Рассказ об отъезде его величества (Шахруха) на летовку в Бадгис и о прибытии посланников из государств. Его величество в начале весны пожелал отправиться на летовье и в конце зу-л-ка'да (25 II—26 III 1410) двинулся в Бадгис... Возвратился тавачи Абан, ездивший в область узбекскую к эмиру Идигу, и доложил, что Идигу в оказании почета и проявлении должного уважения не оставил без внимания ни одной тонкости и вследствие получения письма вознес голову спеси до небес. От слов, которые эмир Абан красноречиво передавал, и от рассказов, которые он сообщал с приятным выражением голоса, запах благоуханий привязанности и дружбы доходил до обоняния истины; они заключались в том, что “Я раб и слуга его величества, готовый исполнить все, что он изволит приказать. Надежда моя на милости его величества заключается в том, чтобы он держался того же пути для снятия покрывала недоразумений и раскрытия врат дружбы, соизволил открыть и проложить путь взаимных сношений и переписки, при котором (лишь) может существовать образ действия искренне преданных людей, и не обращал внимания на слова людей, преследующих корыстные цели".

События 815 г. (= 13 IV 1412—2 IV 1413)... Рассказ о делах Хорезмской области, которая в этой 815 г. вошла в состав высочайшего дивана. Так как дела хорезмские (еще) не были занесены в эту тетрадь 3, то перо (наше) изложит (их) вкратце, из года в год от счастливого восшествия (Шахруха) и расскажет события той области. Вот суть дела. Во время смерти Тимура правителем Хорезма был эмир Мусака. Племя кара-татар, которое Тимур в 806 г. (= 21 VII 1403—9 VII 1404), как подробно было рассказано в первом томе, вывел из областей Румских, в царствование мирзы Халиль-Султана бежало из Мавераннахра и ушло в Хорезм. Между ними и эмиром Мусака вспыхнуло пламя войны. Искры злодеяний кара-татар спалили земли Хорезма, и они (кара-татары) направились в Рум. Главный эмир (эмир-ал-умара) Шади-хана, эмир Идигу, выступил из Дешта, желая завладеть Хорезмом. Эмир Мусака ушел в Мавераннахр, а эмир Идигу в реджебе 808 г. (= 23 ХII 1405— 21 I 1406) взял Хорезм и, оставив правителем его эмира Анка, ушел в Дешт. В день праздника рамазана несколько иракцев, отпав от мирзы Халиль-Султана, из Самарканда отправились в Хорезм и, прибыв туда, провозгласили царем Пир-падишаха, сына Локман-падшаха, сына Тог-Тимур-хана, который, бежав после-битвы с Шахрухом в Мазандеране, нашел себе убежище в Хорезме. Они в виде нисара раскидали множество золота, которое мирза Халиль-Султан надавал им без числа, и отправились в Мазандеран. Прибытие их туда рассказано выше. Эмир Анка попрежнему был правителем Хорезма до 811 г. (= 27 V 1408—15 V 1409), когда умер Шади-хан и воцарился Пулад-хан. Эмир Идигу, по установившемуся порядку (юсун), был полновластным обладателем (всей власти), он отозвал Анку и назначил правителем Хорезма Б.г.дж.ле. 4 В 813 г. (= 6 V 1410—24 V 1411) умер Пулад-хан и царем сделался Тимур-хан, сын Тимур-Кутлуг-хана, который выступил против Идигу. Последний бежал в Хорезм и, сделав необходимые приготовления, отправился к улусу. В местности Сам, которая находится на расстоянии 10 дней пути от Хорезма, его настигли со стороны Тимур-хана Аджак-бехадур и Газан и вступили с ним в бой. Б.г.дж.ле, который перед тем был правителем Хорезма, был убит, а эмир Идигу, разбитый, пришел в Хорезм. Это произошло в начале 814 г. (= 25 IV 1411—12 IV 1412). Декне и Газан вслед (за ним) также прибыли в Хорезм и б месяцев осаждали эмира Идигу. В это время пришло известие, что Джелаль-ад-дин-султан, сын Тогтамыш-хана, разбив Тимур-хана, разграбил орду его и что Тимур-хан .подходит (к Хорезму). Гонец Джелаль-ад-дин-султана привез (следующее) извещение: “До этого Тимур был ханом и вы за него рубили саблей; теперь я стал ханом, постарайтесь и схватите Идигу, который является нашим врагом". Снова Джелаль-ад-дин-султан послал человека (с таким извещением): “Если Идигу пришлет своего сына Султан-Махмуда и сестру Джелаль-ад-дина, которая имела этого сына, 5 и если он станет чеканить монету и (читать) хутбу на наше имя, то вы не воюйте с ним, а отправляйтесь (домой). Эмир Газан, за которым была замужем сестра Джелаль-ад-дина, склонялся к миру. Декне же, женатый на сестре Тимур-хана, оставил это известие без внимания. В это время несчастный Тимур-хан прибыл в окрестности Хорезма. Газан, заняв Декне пьянством, отправил своего нукера Джан-ходжу убить несчастного Тимур-хана. Услышав это, Джелаль-ад-дину-султан был признателен эмиру Газану и послал ему (такую) грамоту: “Газан—наш хан (?); приказания его признавайте за наши повеления". Эмир Декне справил поминки (аза) по Тимур-хану. Хотя из эмироз, осаждавших (Хорезм), Хызр-оглан из-за рода 6 был самый старший и за ним (следовал) Декне, а за ними (уже) Газан, но в этом случае (последний) стал выше всех и заключил мир с эмиром Идигу, по выходе которого (из города) они один другому дали пир. Эмиры, оставив осаду, отправились к Джелаль-ад-дин-султану,. В местности Белукия их встретил Каджулай-бахадур, который с упреком сказал им: “Почему вы вернулись, не взяв Хорезма?" Эмиры ответили. “Мы целых 7 месяцев воевали и осаждали и с 10 000 человек не смогли. взять его; у тебя же не более 3—4 тысяч человек, лучше вернуться, так как мы заключили мир, и он посылает к хану своего сына". Каджулай сказал: “Против Идигу достаточно меня одного" и в таком самомнении отправился в Хорезм. Получив (об этом) известие, эмир Идигу выступил навстречу и, так как у него войска было меньше, прибегнул к хитрости и уловке, ночью делал переходы, а днем скрывался. Когда они сошлись близко, то эмир Идигу разделил свое войско на две части. Одному отряду он приказал, подойдя к неприятелю, вступить в бой к, обратившись в бегство, рассыпаться (во все стороны), причем сказано было, чтобы они связали в виде тючков старые войлоки, конские попоны и торбы и во время бегства разбросали их во все стороны. Когда эмир Каджулай прибыл, то люди эмира Идигу, вступив в бой, обратились в бегство. Войско Каджулая, в том предположении, что враг весь (налицо), стремясь к добыче, погналось за бегущими. (Тогда) с другой стороны появился эмир Идигу-бахадур со сверкающими мечами я блистающими копьями. Каджулай, несмотря на то, что войско преследовало врага, не видел другого средства, кроме боя. Сделав геройские усилия и храбрые нападения, он, наконец, был убит. Эмир Идигу, отправив его голову в Хорезм, приказал поднять его знамя (тук) и барабанщикам его (велел) бить в литавры. Неприятели, погнавшиеся за добычей, видя свое знамя, приходили отряд за отрядом, попадали в силки несчастья и подставляли шею под ярмо унижения, а руки в оковы плена. Таким способом тысяча человек была взята в плен. Забрав добычу, войско эмира Идигу вернулось в Хорезм и, наложив на пленных тяжелые оковы, поручило их жителям, причем постановлено было, что за всякого пленного, который убежит, убьют сторожившего и разграбят его квартал. Жители города очутились в тяжелом положении. В этом, т. е. 815 г., счастливый хакан (Шахрух) назначил в Хорезм войско, и из эмиров Хорасана отправились туда эмир Алика и эмир Ильяс-ходжа с большим войском, а из Мавераннахра двинулся в ту область Мусака с 5000 всадников. Близ Хорезма они соединились. В то время правителем (там) был Мубарекшах, сын эмира Идигу, эмиром дивана Бикичек, а казием Садр. Когда весть о войске (Шахруха) подтвердилась, то сановники государства собрались и стали совещаться. Большая часть находила лучшим мириться, некоторые (говорили) об уходе в изгнание, а остальные предпочли бой и сражение. В это время эмир Алика; отправив посла, сделал шаги к примирению. Те, которые желали мира, выслали ему подарки, и большая часть (жителей) Хорезма склонилась к миру. Нукеры эмира Сейид-Али-тархана и эмира Ильяс-ходжи, отправившиеся в какую-то сторону, убили и взяли в плен несколько человек. Это возбудило подозрение хорезмцев. Те из них, которые были расположены к войне, осмелели, большая толпа знати и простонародья вышла (из города) и завязался бой. Так как был мир, и воины обеих сторон разошлись в разные стороны, то хорезмцы в этот день ожесточенно соа-жались до самой ночи; ночью же распустили слух, что пришли эми.о Идигу и Чингиз-оглан, и радостно стали бить в литавры. Эмиры (Шахруха), видевшие днем их храбрость, услышав ночью весть об Идигу, в ту же ночь повернули назад. Хорезмские удальцы пустились в погоню и забрали (их) обоз и поклажу. Счастливый хакан, смущенный этим известием, приказал эмиру Сейид-Али-тархаку и эмиру Шах-мелику отправиться на войну в Хорезм, а войску Мавераннахра явиться к ним. Его величество бранил и укорял тех, про которых он знал, что они в этот раз притесняли жителей, и сказал, что если на этот раз, с божьей помощью, Хорезм будет взят, то отомстить только той группе, которая тогда выказала наглость, остальных же подданных не обижать. Приблизившись к Хорезму, эмиры услышали, что сын эмира Идигу причинил много беспокойства жителям Хорезма и взял с них несметные поборы под тем предлогом, что “вы держали сторону врагов и выслали подарки", что некоторых он убил, а некоторых заковал в оковы, что хорезмцы ненавидят его и, узнав, что человеку, бесчинствовавшему против жителей Хорезма, Шахрух отрезал уши и нос, вследствие того естественно склоняются в эту (Шахруха) сторону, и что сын Идигу, возымев подозрение, бежал к отцу. Удостоверившись в справедливости этих известий, эмиры расположились в окрестностях города. Секиды, ученые и сановники города вышли (к ним) с подарками и подношениями и сдали город. (Затем) эмиры победоносно ушли назад в Хорасан и Маверан-нахр. Эмир Шахмелик несколько дней занимался устройством дел; упорядочением народных нужд и установлением основ государства и законов справедливости и согласно твердому взгляду и дальновидному разуму решил все дела знати и простого народа. Оставив хороших нукеров охранять те места, он отправился К подножию высочайшего трона, в начале 816 г. (3 IV 1413—22 Ш 1414) прибыл в столицу Герат и удостоился многих милостей. Через некоторое время правление Хорезма было поручено ему, и до конца дней жизни Хорезм был в его власти.

События 819 г. (=1 III 1416—17 II 1417). Рассказ о делах владений Мавераннахра. Мугис-ад-дин мирза Улугбек 17 мухаррама (=17 III 1416) раскинул высочайшую ставку на берегу Ходжендской реки, напротив Шахрухии. Из Хорезма пришло известие, что Джаббар-берди, обратив в бегство Чингиз-оглана, овладел улусом Узбекским. Мирза Улугбек, намереваясь возвратиться, устроил мост на Сейхуне и в конце сафара (=31 III—28 IV 1416) пришел в Самарканд... В то время, когда счастливый хакан (Шахрух) из области Фарса возвратился в Хорасан... из Узбекских владений бежали сыновья Ходжи-Лака 7 и донесли, что область Узбекская пришла в расстройство.

События 822 г. (= 28 I 1419—16 I 1420). Рассказ о делах мавераннахрских в этом году... В конце реби I (=28 III—26 IV) Борак-оглан, бежавший из улуса Узбекского, пришел искать убежища при дворе мирзы Улугбек-гургана и, удостоившись чести целования руки, почтен был милостью и включен в число царевичей и джучинов. 8 Несколько времени он был в Самарканде, мирза Улугбех приказал сделать все нужное (ярак) для Борака по-царски, и он получил позволение уйти обратно... Выступив из Ташкента, мирза Улугбек остановился близ Бурлака. Туда с узбекской стороны бежал человек, по имени Бальху, и привез известие о расстройстве узбеков. Купец, прибывший также оттуда, рассказал согласное предыдущему известию.

События 824 г. (= 61—25 XII 1421)... Рассказ о событиях, происшедших после прибытия (Шахруха) в столицу Герат... Султан-Кушчи, который также уходил из Карабаха в Дешт-и-Кипчак и которому Мухаммед-хан выказал внимание и изъявил свое доброжелательство (к Шахруху), в месяце зу-л-ка'да (= 28 Х—26 XI) опять вернулся и доложил об искренности (этого) хана.

Остальные события 825 г. (= 26 XII 1421—14 XII 1422)... Из Дешт-и-Кипчака, от Мухаммед-хана, царя Узбекской страны, прибыли Алим-Шейх-оглан и Пулад, которые через посредство старших эмиров поднесли (Шахруху) охотничьих птиц, лошадей и прочие редкости; изъявление чувств благожелательства было принято (благосклонно). Шахрух пожаловал им коней, золото, шапки и пояса, а для Мухаммед-хана отправил царственные подарки. Посланники, получив позволение, возвратились.

События 826 г. (=15 ХII 1422—4 ХII 423)... Счастливый хакан (Шахрух) несколько дней провел на летовке Бадгиса. В это время из Хорезма прибыл нукер эмира Шахмелика и доложил следующее: Борак-оглан захватил орду Мухаммед-хана, и большая часть улуса Узбекского подчинилась и покорилась ему.

События 830 г. (=2 ХI 1426—21 Х 1427)... Рассказ о делах мавераннахрских, поход мирзы Улукбека к Сыгнаку из-за объявления войны Борак-огланом и прибытие мирзы Джуки из Хорасана. В 828 г. (=23 ХI 1424—12ХI 1425) Борак-оглан захватил орду Мухаммед-хана, царя узбекского, и, овладев улусом, в 829 г. (=13 ХI 1425—1 ХI 1426) пришел в область Сыгнакскую и к пределам владений мирзы Улукбека. Во времена Тимура дед его (Борака) Урус-хан изгнал из царства Тогтамыш-хана, который нашел себе убежище у Тимура, как это подробно рассказано в первом томе. Урус-хан некоторое время был в Сыгнаке и воздвиг постройку.9 Борак-оглан в 823 г. (=17 I 1420 — 5 I 1421) пришел искать убежища к мирзе Улугбеку, который обошелся с ним ласково и отпустил его. Он отправился в страну Узбекскую и управление улусом попало в его руки. Теперь же он прибыл к пределам Сыгнака, отправил посла к мирзе Улугбеку и заявил: “Благодаря вашей ласке я устроил свой улус и, придя в соседство ваше, уповаю на милость". Мирза Улугбек не дал ему удовлетворительного ответа, так как он (Борак) пришел до (получения) позволения и говорил: “Пастбище Сыгнака по закону и обычному праву принадлежит мне, так как дед мой Урус-хан в Сыгнаке воздвиг постройку". Эмир Арслан-ходжа-тархан, который был правителем того края, стал жаловаться на Борак-оглана и заявил, что нукеры его (Борака) опустошают эту сторону, считают себя неограниченными правителями и нагло притязают на верховную власть. Мирза Улугбек решил отправиться туда, снарядил большое войско и послал к подножию высочайшего престола 10 донесение, в котором изложил все случившееся. Шахрух запретил (начинать) войну и вражду, которые являются причиной расстройства мира, но назначил войско, чтобы оно под сенью знамени мирзы Мухаммеда Джуки отправилось в Мавераннахр, и 17 реби II (=15 II 1427) (войско) двинулось к Самарканду.

Рассказ о войне мирзы Улугбек-гургана с Борак-огланом. В то время, когда мирза Улугбек двинулся к Сыгнаку на войну с Борак-огланом, мирза Мухаммед Джуки с хорасанским войском пришел в Самарканд и, узнав о походе (своего) великого брата, тотчас направился в Сыгнакскую область. Войска, хорасанское и самаркандское, соединились и никому на ум не приходило, что царевич Борак в состоянии биться и вздумает воевать и сражаться. Мирза Улугбек беззаботно двинулся на него, но он, не дрогнув, стоял твердо на месте и приготовил (к битве) войско, которое имел. Случайно место битвы было холмистое и войско неприятельское не все было видно. Когда оба войска выстроили свои ряды друг против друга, а армия мирзы Улугбека была больше войска неприятельского, то Борак-оглан, сообразив, что (человек), бьющий прямо, не есть человек битвы, прибегнул к хитрости и уловке, собрал своих людей и разом сделал нападение. Юноши обеих сторон и новички обеих партий остриями пронзающих сердце стрел и ударами сжигающих мир мечей расщепляли друг другу головы и груди и бросали головы, как мячи на майдане; от прибоя волн моря битвы и от колебания поля сражения явилась картина великого ужаса и страшного суда. Бесчисленное множество народу и несметное количество (людей) было убито. Войско мирзы Улугбека обманывалось своей многочисленностью и, согласно изречению “в день Хонейна, когда вас прельстила многочисленность ваша", 11 не обращало никакого внимания на неприятельскую армию, которая была крайне малочисленна, и упустило из виду, что “как часто малой ратью побеждалась рать многочисленная". 12 Враги самоотверженно разом кинулись в бой и занесли руку силы и мощи. Правое и левое крыло мирзы Улугбека смешались, и неприятели стали напирать на центр, который также расстроился. Наконец, на войске мавераннахрском стали видны знаки бегства и признаки поражения. Мирзою Улугбеком овладели растерянность и беспокойство, в душу его запал огонь ретивости и было опасение, что он, выпустив из рук бразды самообладания, ступит на это поле погибели и что, не дай бог, случится такое, что исправить его не будет возможности (даже) в зеркале воображения. Эмиры Мавераннахра, увидев, что дело ушло из пределов силы и длани свободного усмотрения, схватили поводья быстроногого (коня) мирзы Улугбека и увели (его) с поля битвы. Пехлеван Махмуд Дендани, из племени курлае, выдающийся пеклеван (богатырь), состоявший при счастливом хакане (Шахрухе), без позволения последнего отправился в Мавераннахр из расположения к мирзе Мухаммеду Джуки, прибыл в день битвы на место сражения и выказал чудеса храбрости и отваги. Видя, что враг победил, он с большим трудом увел мирзу Мухаммеда Джуки с этого кровавого поля сражения, и с крайней поспешностью отправился в Самарканд. Войско, чьим лозунгом и превосходным качеством были постоянно победа и одоление, бежало и было ограблено. Узбеки, которым образ победы (даже) в зеркале воображения казался невозможным, своими глазами увидели ее, и в руки им досталась огромная добыча. Все государство Мавераннахра до такой степени расстроилось, что некоторые близорукие люди хотели затворить ворота Самарканда и делать приготовления к сидению в осаде. Старейшины Самарканда, распоряжавшиеся теми областями по своему усмотрению, воспротивились этому*** Войско Борак-оглана в разных краях владений Мавераннахра и Туркестана занялось грабежом страны и мучением людей и не делало ни малейшего упущения по части опустошения и разорения. Это прискорбное известие и неприятное сообщение дошло до сведения счастливого хакана (Шахруха) в Хорасане.

Поход счастливого хакана в страну Мавераннахр... Огонь смуты Борак-оглана, который сжег ту область, совершенно стих. У Борака поневоле зуб хотенья обломился о нёбо намерения и, повернув повода бегства на путь скитанья, он с тысячами горестей ушел из того государства. Шахрух же, как следует, устроил и привел в порядок владения Мавераннахра и 14 зу-л-хиджа (= 6 Х 1427) возвратился в страну Хораcан.

События 832 г. (=11 Х 1428—29 IХ 1429)... Рассказ о благодарности, возданной господу, оказании ласки именитым царевичам ж эмирам и известиях о прочих областях и странах... В то время, когда орда его величества расположилась в окрестностях Сальмаса, из Мавераннахра и Туркестана прибыли донесение и гонец от мирзы Улугбека, который доложил (Шахруху), что между Султан-Махмудом 13 и Борак-огланом в Могулистане произошло большое сражение и что Султан-Махмуд убил Борака.

События 834 г. (=19 IХ 1430—8 IХ 1431)... Вдруг из Хорезмской области прибыл гонец и доложил, что войско узбекское прахом вероломства посыпало темя судьбы своей и подняло пыль смуты, что многочисленная рать сразу вторглась в Хорезм, что эмир Ибрахим, сын эмира Шахмелика, не имея силы устоять, ушел в Кят и Хиву, что везир ходжа Асиль-ад-дин приготовил средства для сидения в осаде и поднял знамя отпора и сражения, но в конце концов изнемог и был убит, что войско узбекское, взяв Хорезм, произвело большое опустошение и, произведя крайнее разорение и опустошение, опять ушло в Дешт. Выслушивание этих известий оказалось тяжелым и трудным для солидного ума (Шахруха). Он назначил в тот край несколько эмиров, и (эти) именитые эмиры, выказав признаки храбрости и смелости, напали на народ и улус узбекский, уничтожили и рассеяли всех этих наглецов...

События 839 г. (=27 VII 1435—15 VIII 1436). Рассказ о зимовке победоносного хакана (Шахруха) в Карабаге Арранском... В это время из страны Хорезмской прибыл посол и доложил, что Абульхайр-оглан внезапно прибыл из Дешта в окрестности Хорезма, что мирза Султан-Ибрахим, сын эмира Шахмелика, не имея возможности бороться, обратился в бегство, что подданные, изнемогши, сдали город, и что эти безжалостные наглецы, поставив вверх дном всю область и город. Хорезм, опять ушли по неезженным путям и степным дорогам.

События 844 г. (= 2 VI 1440—21 V 1441)... В этом году из Астрабада с быстротою ветра прибыл гонец и доложил, что из Дешта пришло в то государство узбекское войско и что эмир Хаджи-Юсуф-Джалиль 14 убит. Объяснение этих слов таково: временами некоторые из войска узбекского, сделавшись казаками, приходили в Мазандеран и, устроив везде грабеж, опять уходили (назад). Счастливый хакан (Шахрух) приказал, чтобы ежегодно несколько эмиров-темников отправлялись в Мазандеран, следили за теми-пределами и зимовали в той области. Несколько раз мирза Байсунгар, а после него мирза Ала-ад-доуле зимовали там. 3 этом году эмир Хаджи-Юсуф-Джалиль и брат его эмир Шейх-Хаджи и несколько других эмиров-темников были назначены для управления теми окраинами, и эмиры, приведя туда каждый свой туман войска, и день и ночь проводили в полной осторожности. Вдруг войско узбекское нагрянуло на эмиров таким образом, что расстроило все (их) войско; эмир Хаджи-Юсуф-Джалиль твердо стоял на месте, протянул руку храбрости из рукава отваги, сделал геройские нападения и совершил смелые подвиги, но так как людей у него было очень мало, все его усилия ни к чему не привели. Во время борьбы стрела из колчана лука судьбы пришла, чтобы убить его, и он получил счастье мученичества. Брат его, эмир Мубариз-ад-дин Шейх-Хаджи, на быстром, как ветер, коне, долго гнался за неприятелем, но не мог настичь его.

События 851 г. (= 19 III 1447—6 III 1448 г.)... Счастливым хаканом (Шахрухом) было дано высочайшее повеление, чтобы ежегодно несколько эмиров-темников зимовали в Джурджанской области и наблюдали за действиями войска дешт-и-кипчакского и казаков узбекских...

События 855 г. (=3 II 1451—22 I 1452 г.)... В это время один приближенный из слуг придворных сообщил, что царь узбекский Абульхайр-хан уже некоторое время идет исключительно по пути чистосердечия, считает себя включенным в ряд друзей и ожидает, что как только зго величество (Султан-Абу-Са'ид) соизволит, то хан, сопровождаемый счастьем и благоденствием, о двуконь отправится рядом с победоносным стременем (Абу-Са'ида). Слова эти понравились государю, он отправил одного из приближенных в орду хана и выразил ему согласие на его просьбу. Абульхайр-хан воспользовался вниманием его величества, с величайшей поспешностью отправился в путь и присоединился к высочайшей орде. Мирза Султан-Абу-Са'ид соблюл условия почтения и обычаи чествования, занялся устройством дел и приведением в порядок нужд народных и вместе с Абульхайр-ханом сделал приготовления к завоеванию Самарканда *** Из пределов города Ясы они пришли в область Ташкента и Ходженда. Узнав об этом, мирза Султан-Абдаллах с огромным войском двинулся на войну (с ними).

Рассказ о битве мирзы Султан-Абу-Са'да с мирзою Султан-Абдаллахом и одержании победы его величеством... Так как степь Дизакская (Джизакская) лежала на пути, и победоносное войско приходило в расстройство от зноя той степи, хан приказал нескольким людям узбекским привести в действие камень “йеде". Узбеки поступили согласно приказанию, привели его в действие и заставили проявить его особенность, которая является одним из чудных дел творца: (способность) изменять погоду, (вызывать) тучи, снег, дождь и стужу, В два-три дня погода так изменилась, что покрывало тучи задержало сияние солнца, гром начал греметь и молния стала прыгать, и от стужи, снега и дождя образовался в мире потоп... Ливень и холод так усилились, что некоторые жители Хорасана, которые не знали о действии камня “йеде", некоторое время удивлялись этому. Наконец, высочайший стан, под счастливой звездой и благоприятным гороскопом, приблизился к селению Шираз, лежащему в 4 фарсахах к северу от Самарканда. С того времени, как подтвердился слух о походе его величества на Самарканд, ко двору его величества приходил отряд за отрядом из армии мирзы Султан-Абдаллаха. Люди, убившие мирзу Абд-ал-лятифа и встретившие разные милости от мирзы Султан-Абдаллаха, также отложились. Мирза Султан-Абдаллах с устроенным войском переправился через реку Кухак и пошел навстречу. Оба войска, стремящиеся к битве, сошлись и занялись выравниванием рядов и размещением воинов.. С той стороны победоносное войско, отряд отважный и подобный львам, и полк, злобный, как тигр, ищущий боя, который стрелою пробивал глаз Меркурия и извергающим огонь копьем сжигал мозг Сатурна. С другой стороны была огромная армия и бесчисленное войско, мощное и столь многочисленное, что мысль смущалась от исчисления его и счетчик воображения путался от счета его *** С обеих сторон устроены были боевые ряды и принадлежности битвы и борьбы, и образ сражения стал виден взору. От пыли битвы небо стало не видно и от крови убитых земля приняла цвет зари. Отряды обеих армий накинулись один на другой, как волны зеленого моря и наподобие равнины страшного суда. Мирза Султан-Абдаллах, насколько можно было, удерживал позицию до тех пор, пока не были разбиты правое и левое крыло и центр, как его счастье, не был опрокинут, войско самаркандское разом обратилось в бегство; на лик судьбы мирзы Султан-Абдаллаха во время битвы легла пыль несчастья, и, попавшись в сеть беды, он был убит. Высокая пальма падишахства, достигшая полнейшей соразмерности, была сломана вихрем гибели, и месяц лика шаханшахства, который состязался с солнцем, подвергся затмению. Это событие произошло в субботу 22 джумади I (=22 VI 1451 г.), когда солнце находилось в конце (созвездия) близнецов. Мирза Султан-Абу-Са'ид принес благодарность за милость Аллаха*** Победоносное войско взяло большую добычу, а грабеж и опустошение превратили всякого бедняка в богача, а всякого богача в бедняка *** Когда весть о победе пришла в Самарканд, то величайший шейх-ал-ислам, султан ученых мира, Бурхан-ад-дин-ходжа — да спасет и увековечит его аллах, — выказавший мирзе Султан-Абдаллаху полнейшую искреннюю преданность и доходивший (в этом) до крайности, отправился в Хорасан. Мирза Султан-Абу-Са'ид поднял стяг султанства и знамя победы и могущества, весть об этой высочайшей победе разнес по куполу небосвода и по странам обитаемого мира. Когда он укрепился на престоле султанском и в столице халифата, и (когда) свет солнца милости его просиял на ланитах мирских существ, то жители мира узрели на высочайшем его лике качества божественного могущества и доказательства миродержаветва и своими глазами увидели основы мирообладания и ясные доводы господства. Великие тех стран совершили церемонии приношения даров и нисара и украсили хутбу и чекан украшением имени и прозвищ высочайших. Его величество раскрыл людям врата правосудия и в тени, которую образует солнце могущества и счастья». дал жителям мира убежище от погибели. Области ближние и дальние укрепились в руке власти; заселенные и безлюдные владения утвердились в ряду благоустройства. Первым важным делом, на которое он обратил царское внимание и которое встретило полное одобрение у людей благоразумных, заключалось в приказании отомстить убийцам мирзы Абд-ал-лятифа. Схватив их, он приказал убить и сжечь их в том месте, где они убили царевича*** Абульхайр-хану, который, подобно победе и торжеству, сопутствовал победоносному стремени и в день битвы выказал крайнее усердие и рвение, его величество пожаловал царственные подарки и милости, одарил его драгоценными камнями, жирными конями, отличными одеждами и множеством движимого имущества и, сделав его благодарным, дал ему позволение вернуться (домой). (Затем) на престоле самаркандском он (Абу-Са'ид) воздвиг себе приемный шатер, (возвышавшийся) до луны и солнца.

События 864 г. (=28 Х 1459—16 Х 1460)... В начале месяца реби I (=26 ХII 1459—29 I 1460) прибыли великие послы из земли Калмыцкой и Дешт-и-Кипчака, при посредстве великих эмиров удостоились чести целования ноги его величества (Абу-Са'ида) и поручение свое доложили (ему). Раздав им подарки и подношения и оказав им царские милости, он всех их обласкал... (Абу-Са'ид), выказав полнейшее внимание к послам калмыцким и посланникам царей Дешт-и-Кипчака и Мухаммед-Халиля и написав любезные письма, всем дозволил вернуться...

События 869 г. (=31 Х 1464 -- 23 VIII 1465)... В середине джумади II (=29 I—26 II 1465 г.) из высочайшей орды прибыл царский указ о том, чтобы Сейид-Йеке-султана, брата Абулхайр-хана узбекского, который был взят в плен эмирами в окрестностях Хорезма и несколько времени находился в заключении в Герате, прислать в высочайшую орду. Это был юноша прекрасного характера и чистой веры, постоянно занятый чтением Корана, и в то время, когда был освобожден из заключения, он находился некоторое время при людях божьих и просил помощи у расточающего милости внутреннего их мира. Эмиры и чиновники дивана отправили его, снабдив всеми царскими принадлежностями. Когда он прибыл в высочайшую орду, то мирза Султан-Абу-Са'ид почтил его разными милостями, пожаловал ему коня, золото, шапку и пояс и отправил его, благодарного и довольного, в область Узбекскую.

События 872 г. (=2 VIII 1467—21 VII 1468)... Страна Мавераннахр ежегодно страдала от нашествий узбекских, но в этом году на эту область не было нападения этих наглых людей. Но со стороны области Хорезм прибыл гонец эмира Нур-Са'ида с донесением, содержавшим известие, что мирза Султан-Хусейн, который некоторое время был казаком в Дешт-и-Кипчаке, теперь направился к Хорезму, что эмиры и главные начальники того края не смогли сопротивляться ему даже для одной атаки, разом обратились в бегство, что окраины области Хорезма от грабежей и нападений войска его совершенно разорены и что за исключением самого города Хорезма никому невозможно оставаться в окрестностях его. Его величество приказал нескольким эмирам отправиться в область Хорезм и расследовать военные действия и упущения, происшедшие со стороны тамошних эмиров, наказать как следует каждого, допустившего оплошность, и некоторых из них умертвить, а остальных заключить в оковы. Между прочим, эмир Hyp-Са'ид также был заподозрен в том, что он в день сражения сделал оплошность. Эмиры согласно высочайшему указу отправились. Когда они прибыли в Хорезм и начали расспрашивать как было дело, то стало известно, что войско хорезмское, несмотря на свою многочисленность, от ударов атак войска мирзы Султан-Хусейна сразу обратилось в бегство.

Комментарии

1 Очевидно в качестве бурдюка.

2 Чтение сомнительно, вар.: Абси.

3 Т. е. второй том сочинения Абд-ар-раззака.

4 Вар.: Н.г.дж.ле; как читать это имя — неизвестно.

5 Т. е. была его матерью.

6 Баджихат-и-ypyг, т. е. как член рода Чингиз-хана.

7 Этот Ходжа-Лак упоминается у Абд. и АИ при описании 4-го похода Тимура на Хорезм (в 1379 или 1380 г.) в качестве одного из членов правившей в Хорезме династии Суфи, перешедшего на сторону Тимура. См.: Материалы по истории туркмен и Туркмении, т. I, стр. 519, прим. 3.

8 Смысл этого слова неясен; по мнению Тауэра: “вновь прибывший гость" (Archiv Orientaini, VI, 463). Тизенгаузен предлагает читать: нойонов.

9 Смысл этого выражения неясен, возможно, что здесь и далее речь идет об устройстве земледелия, т. е. устройстве или восстановлении оросительной системы.

10 Т. е. к Шахруху.

11 Коран, IX, 25.

12 Коран. II, 250.

13 Рук. С доб.: огланом.

14 Вар.: Халиль.

Текст воспроизведен по изданию: Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. М. 1941

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.