Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

РАШИД-АД-ДИН

СБОРНИК ЛЕТОПИСЕЙ

|A 146а, S 348| ПОВЕСТВОВАНИЕ

о Тулуй-хане, сыне Чингиз-хана, а оно в трех частях

Часть первая. Изложение его родословной, памятка о его женах, сыновьях и внуках, имеющих отрасли до сего времени, его изображение и родословная таблица его детей и внуков, за исключением появившихся [103] на свет от сыновей, бывших государями, [так как] о каждом [государе] будет приведено отдельное повествование.

Часть вторая. Дата [восшествия его на престол] и рассказы о нем, за исключением того, что необходимо было рассказать о [его] отце и братьях, краткое изложение тех [рассказов]; изображение трона, жен, царевичей и эмиров во время восседания его на троне; помятка о войнах, которые он вел, и о взятых им областях и одержанных победах; продолжительность его благоденствия.

Часть третья. О его похвальном образе жизни и нраве, о различных деяниях и происшествиях, о притчах и биликах, кои он изрекал, о хороших приговорах, кои он издавал, из того, что не вошло в предыдущие две части и стало известно порознь из разных книг и от разных лиц.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

[ПОВЕСТВОВАНИЯ О ТУЛУЙ-ХАНЕ]; ИЗЛОЖЕНИЕ ЕГО РОДОСЛОВНОЙ, ПАМЯТКА О ЕГО ЖЕНАХ, СЫНОВЬЯХ И ВНУКАХ, ИМЕЮЩИХ ОТРАСЛИ ДО СЕГО ВРЕМЕНИ, ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ ТЕХ ИЗ НИХ, КОТОРЫЕ ПОЯВИЛИСЬ НА СВЕТ ОТ ГОСУДАРЕЙ, [ТАК КАК] О КАЖДОМ ИЗ НИХ БУДЕТ ПРИВЕДЕНО ОТДЕЛЬНОЕ ПОВЕСТВОВАНИЕ, ЕСЛИ БОГУ ВСЕВЫШНЕМУ БУДЕТ УГОДНО

Тулуй-хан – четвертый сын Чингиз-хана, 405 младший из четверых его влиятельных сыновей, которых называли четырьмя кулуками, 406 то есть [бывших] на положении четырех столпов. Его матерью была старшая хатун – супруга Чингиз-хана Бортэ-Фуджин, от которой были также и три [его] старших брата. Его прозвища были Екэ-нойон и Улуг-нойон, то есть великий эмир; он был общеизвестен под этими [именами], а Чингиз-хан называл его другом. 407 По храбрости и отваге, по распорядительности и умению высказать суждение он не имел равного. Его отец просватал за него, когда он был [еще] в детском возрасте, дочь Джакамбу, брата Он-хана, государя племени кераитов, по имени Соркуктани-беги. 408 Она была старшей и любимейшей из жен Тулуй-хана и матерью его четырех влиятельных сыновей, которые так же, как и четыре сына Чингиз-хана, были на положении четырех столпов государства. И кроме нее, он имел жен и наложниц. У него было десять сыновей 409 в таком порядке, как [здесь] подробно перечисляется: [104]

Первый – Менгу[-каан], Шестой – Ариг-Бука,
Второй – Джурика, Седьмой – Буджак,
Третий – Хутухту, Восьмой – Мука,
Четвертый – Кубилай, Девятый – Сатуктай,
Пятый – Хулагу, Десятый – Сабуктай.

Обстоятельства [жизни] потомков этих десятерых сыновей и подробное изложение того, о чем рассказывается в этом повествовании, [представляются] в таком виде, как [здесь] приводится, и Аллах – споспешествователь.

|A 146б, S 349| [A] Первый сын Тулуй-хана – Менгу-каан – появился на свет от Соркуктани-беги, так как он был государем и кааном, то о нем будет отдельное повествование и там будет сказано о его потомках, если богу всевышнему будет угодно.

[Б] Второй сын Тулуй-хана – Джурика – родился от Сарук 410-хатун, он умер в юных летах и детей не имел.

[B] Третий сын Тулуй-хана – Хутухту – родился от Лингкум 411-хатун, у него тоже не было сыновей, но он имел дочь по имени Беклемиш-ака. Ее отдали за Салджидай-гургэна, эмира, из племени кунгират. Этот эмир был у Токтая, государя улуса Джучи-хана, и скончался в 701 г.х. Келмыш-ака [в настоящее время] еще жива и там живет. Токтай и другие царевичи ее уважают и почитают. А так как она [сама] из рода Тулуй-хана, то всегда дружила и дружит с его потомками, постоянно посылает [к ним] послов и извещает и уведомляет [их] о происшествиях, которые случаются в том государстве. Ее стараниями были укреплены основы дружбы между Токтаем и другими [царевичами] рода Тулуй-хана, 412 она препятствовала смуте и вражде. Когда сына Кубилай-каана Нумугана 413 его двоюродные братья, замыслив злое дело и соединившись в злобе, захватили и отослали к Менгу-Тимуру, бывшему в то время государем Джучиева улуса, Келмыш-ака проявила старания, чтобы его в сопровождении некоторых царевичей и старших эмиров с полным почетом и честью отослали к его отцу, 414 как о том будет изложено в повествовании о Кубилай-каане. 415 А причиной тех ужасных раздоров, которые возникли [105] между Токтаем, государем Джучиева улуса, и Нокаем, сыном Татара, ведавшим правым крылом войска того [же] улуса, и того, что Токтай с его помощью стал государем, а [также] тех войн, которые они вели друг с другом, был ее муж Салджидай-гургэн, как [то уже] упоминалось в повествовании о Джучи-хане. Дошло до того, что Нокай был убит, а [дела] его сыновей совершенно пришли в упадок. Вот и все!

[Г] Четвертый сын Тулуй-хана – Кубилай-каан – появился на свет от его старшей жены Соркуктани-беги. Так как он был кааном, то о нем будет отдельное повествование, и там будут подробно упомянуты разветвления и отпрыски его сыновей, если Аллаху великому будет угодно.

[Д] Пятый сын Тулуй-хана – Хулагу-хан – появился на свет также от [выше]упомянутой старшей жены. Он был великим благоденствующим |A 147а, S 350| государем. Дела его прекрасны, подобны деяниям его деда Чингиз-хана. Из его рода были великие и влиятельные почитаемые государи в Иранской земле и в других государствах, и они существуют до сих пор. А самое основное, самое святое из дома [Чингиз-хана] и то, что составляет сливки его столпов, особенно его сыновей, да и вообще всех монгольских царевичей, запечатлелось в благословенном образе такого августейшего государя, каким является благочестивейший 416 государь, помощник веры Аллаха Газан-хан, да увековечит Аллах его царствование.

Стихи

Да сияет солнце его державы
И будет вечной его сень, да живет он во веки веков.

Памятка об отпрысках его сыновей будет изложена в повествовании о нем. Вот и все!

[Е] Шестой сын Тулуй-хана – Ариг-Бука – появился на свет тоже от [выше]упомянутой старшей жены. Так как он долгое время вел спор с Кубилай-кааном из-за престола и каанства и между ними неоднократно случались войны и они сражались [друг с другом], то летопись и рассказы о нем вошли в историю Кубилай-каана, но о его потомках рассказывается здесь. У него было пять 417 сыновей в таком порядке и перечислении:

[I] Первый сын – Юбукур. У него есть пять сыновей: [1] Хулагу, [2] Алтун-Бука, [3] Улчжай, [4] Улчжай-Тимур [и] [5] ... 418

[II] Второй сын – Мелик-Тимур, у него шесть сыновей: [1] ..., 419 [2] Ачиги, [3] Есун-Тува, [4] ..., 420 [5] Уирадай и Махмуд.

[III] Третий сын – Хутуха, сведений нет.

[IV] Четвертый сын – Тамачи, у него есть [1] сын по имени Баян. [106]

[V] Пятый сын – Найру-Бука, имеет пять сыновей, их имена: [1] Бачин, [2] ..., 421 [3] Баян-Ебуген, [4] Ура-Тимур и [5] Курбоха. 422

[Ж] Седьмой сын Тулуй-хана – Бучук – появился на свет от ... 423 хатун, он имел много жен и наложниц, и имел от них сыновей. 424 Одного из них, который был его заместителем, звали ..., потому что он имел сто сыновей; в настоящее время его сыновья находятся у Тимур-каана, имена их пока не известны, в данное время известны [лишь] эти [ниже] написанные:

[I] Саин-Бука, он имеет двух сыновей: [1] Данишменда и [2] ...

[II] Чауту, у него есть один [1] сын Тур-Тимур.

[III] ..., его сыновья не известны.

[IV] Тобишин, у него есть четыре сына: [1] Балтачар, [2] Саут, [3] ... и [4] Буралгай.

[З] Восьмой сын Тулуй-хана – Муке появился на свет от ... 425 хатун, у него было три сына 426 в таком порядке: [I] Первый – Чунгтум; [II] Второй – Ебуген; [III] Третий – Булат.

[И] Девятый сын Тулуй-хана – Суюктай – появился на свет от ...-хатун, 427 у него был один [I] сын, 428 имя его Тохта-Тимур. А этот Тохта-Тимур был большим удальцом и прекрасным стрелком из лука. В бой он выступал на коне светлой масти 429 и [при этом] говорил: «Люди выбирают |A 147б, S 351| коней темно-гнедых и других [подобных] мастей ради того, чтобы на них не заметно было крови, и дабы враги не злорадствовали, а я предпочитаю коней светлой масти, потому что, как красный цвет румян 430 является украшением женщин, так и кровь раны, залившая одежду всадника и тело коня и видимая издалека, украшает мужественных людей». Благодаря своей отваге он был склонен к распрям. Когда Кубилай-каан послал Нумугана с войском Дарсу вместе с другими царевичами против Кайду, этот Тохта-Тимур был вместе с ними, и это он подстрекнул других царевичей схватить Нумугана, как об этом будет рассказано в повествовании о Кубилай-каане, если великому богу будет угодно. 431 [107]

[К] Десятый сын Тулуй-хана – Субэдай.

Изображение Тулуй-хана и родословная таблица его потомков представляется в таком виде.

|S 353| ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ПОВЕСТВОВАНИЯ О ТУЛУЙ-ХАНЕ [СЫНЕ ЧИНГИЗ-ХАНА]; 432 ДАТА [ВОСШЕСТВИЯ ЕГО НА ПРЕСТОЛ] И РАССКАЗЫ О НЕМ, ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ ТОГО, ЧТО НЕОБХОДИМО БЫЛО РАССКАЗАТЬ В ПОВЕСТВОВАНИИ О [ЕГО] ОТЦЕ И БРАТЬЯХ; КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ТЕХ РАССКАЗОВ; ИЗОБРАЖЕНИЕ ТРОНА, ЖЕН, ЦАРЕВИЧЕЙ И ЭМИРОВ ВО ВРЕМЯ ВОССЕДАНИЯ ЕГО НА ТРОНЕ; ПАМЯТКА О ВОЙНАХ, КОТОРЫЕ ОН ВЕЛ, О ВЗЯТЫХ ИМ ОБЛАСТЯХ И ОБ ОДЕРЖАННЫХ ИМ ПОБЕДАХ; ПРОДОЛЖИТЕЛЬНОСТЬ ЕГО БЛАГОДЕНСТВИЯ

Рассказ о положении Тулуй-хана при жизни отца, о его служении [отцу], о ведении [им] войн и о завоевании городов

Тулуй-хан большей частью находился постоянно при отце. Чингиз-хан всегда с ним советовался обо всех делах: о важных и о незначительных. Он называл его нукером. 433 Юрт, ставки, [имущество], казна, [семья], 434 эмиры, нукеры, гвардия и личное войско Чингиз-хана были в его подчинении, так как издревле у монголов и тюрков был такой обычай, что еще при жизни выделяют своих старших сыновей и дают им [добро], [скот] и [стадо овец], а то, что остается, принадлежит младшему сыну, и его называют «одчигин», то есть сын, который имеет отношение к огню и домашнему очагу, указывая этим, что он является основой дома, семьи. Этот термин по происхождению тюркский – «от» [«од»] значит «огонь», а «тегин» – «эмир». Этим указывается, что [он является] «эмиром и владыкой огня». 435 А так как «тегин» на языке монголов правильно не выходит, то они говорят «одчигин», а некоторые [говорят] «одчи», но по происхождению и по прямому значению [это выражение] означает то, что было изложено. Чингиз-хан имел в мыслях передать ему также каанство и царский престол и сделать его наследником престола, но [потом] он сказал: «Эта должность, в которой ты будешь ведать моими юртом, ставкой, войском и казной, для тебя лучше, и ты будешь спокойнее душой, – так как у тебя 436 будет много войска, то твои сыновья будут [108] самостоятельнее и сильнее других царевичей». 437 Вероятно, так как он воочию видел у них действия и мечты о власти, то ему приходило на ум, что дело кончится тем, что каанство и царское достоинство утвердится за ними, как все увидели это [потом] своими глазами. Поскольку все войско, эмиры-темники и тысячники правого и левого крыла 438 подробно описаны в конце повествования о Чингиз-хане, то известно, что он дал другим сыновьям и братьям и каковы они по положению, а все то, что он не разделил, находится в подчинении Тулуй-хана. 439 И до сего времени те войска и эмиры по наследству на прежнем основании находятся в подчинении сыновей Тулуй-хана, как в том можно воочию убедиться, за исключением некоторых, попавших поневоле, вследствие смут, в разные концы государства к разным царевичам. Все остальные – одни находятся на службе каана, а другие у государя ислама Газан-хана, да увековечит Аллах его власть. Тулуй-хан был очень счастлив в войнах, ни одному царскому сыну не удалось покорить столько городов и государств, как ему.

[Здесь] вкратце рассказывается обо всем том, что было при жизни [его] отца, а после этого приводится немного также и из всего того, что случилось после него. Когда Чингиз-хан выступил в поход против области Хитая и когда он дошел до города Тай-Юань-фу, который очень велик, а там был многочисленный отряд, сильный и мощный, и никто не дерзал [к нему] приблизиться, [то] Чингиз-хан послал Тулуй-хана и эмира Джигу-гургэна, 440 сына Алчу-нойона из племени кунгират, вместе с войском, так что они пошли с боем на укрепления и город взяли. После того как он, осадив, взял город [Чжу-чжоу], он послал войска из правого и левого крыла со старшими сыновьями и с эмирами, а сам с Тулуй-ханом отправился со средней ратью, которую называют [кул], до города ..., и все города и области, которые лежали на их пути, [они] покорили и разрушили. |A 148а, S 354| Агар-тумар города ..., который является одним из больших городов Хитая и который монголы называют Чаган Балагасун, принадлежал Тулуй-хану, а агар-тумар областей, которые захватил Тулуй-хан и [которые] достались в наследство и на долю его роду в Хитае, в Кипчакской степи и в других областях, целиком определен. А агар-тумара Хитая каан приказал по-прежнему составить опись и хранить все то, что составляло долю Хулагу-хана [109] и его сыновей из драгоценностей и денег, до тех пор, пока не будет [туда] пути и оказии. После того как они вернулись из государства Хитая и Чингиз-хан соизволил выступить в области тазиков, когда достиг города Отрара, он оставил для осады и покорения его Джучи, Чагатая и Угедея, а Тулуй-хан пришел с ним в Бухару. Они [ее] взяли и оттуда пошли в Самарканд и покорили его со всеми [его] областями, а оттуда они пришли в Нахшеб и Термез. Из Тимур-кахалгэ, 441 который находится в пределах Бадахшана, [Чингиз-хан] послал Тулуй-хана покорить города Хорасана. Он отправился и [за] зиму завоевал Мерв, Меручак, Серахс, Нишапур и все области. В течение трех месяцев было покончено с теми областями, а весенней порой он по приказу Чингиз-хана ушел обратно из Нишапура, по дороге занял Кухистан и Херат и прибыл к Чингиз-хану в Талькан в то время, когда он, завоевав [эту] крепость, разрушил ее. И в то же лето вместе с братьями Чагатаем и Угедей-кааном они с отцом преследовали султана Джелал-ад-дина вплоть до берега реки Синд. Они разбили войско султана, и он, обратившись в бегство, переправился через реку. Оттуда они вернулись обратно и пришли в старинный юрт и [свои] станы. После этого, когда Чингиз-хан выступил в поход против области Тангут, он Чагатая с войском отпустил в тыл станов для [их] охранения, а Угедей и Тулуй – оба были при нем до того времени, когда с ним неожиданно приключилась болезнь, как о том было изложено в повествовании о нем. С обоими сыновьями он устроил наедине совещание и, сделав завещание, отправил их назад. Они пришли в [свои] станы и жилища, а он в том походе скончался. А Аллах лучше знает.

Рассказ о положении Тулуй-хана после смерти отца; о том, как он водворился и утвердился в коренном юрте и престольном городе отца, которые принадлежали ему по праву; о пребывании его в согласии с братьями; о войнах, [которые он вел] 442 и о победах, [которые он одержал], 443 и об исходе его дела

А теперь о том, как он водворился и утвердился в доме и престольном городе отца.

Вскоре после того, как Тулуй-хан, согласно указанию отца, возвратился из пределов Тангута вместе со своим братом Угедей-кааном, который был по завещанию Чингиз-хана наследником престола, и стал во главе дома и ставок, Чингиз-хан скончался.

После того как его гроб поставили в ставку и в точности исполнили обряды оплакивания, другие братья и царевичи [все] уехали каждый в свой юрт, а Тулуй-хан водворился в коренном юрте, который состоял из престольного города и великих станов Чингиз-хана, и воссел всевластный [на царский престол]. 444 Вот и все!

|A 148б, S 355| А теперь – об обстоятельствах соглашения его с братьями, о войнах и победах, удавшихся ему и одержанных им после [смерти] отца. [110]

После смерти отца Тулуй-хан проявлял такое внимание к своим братьям и родственникам и оказывал [им] такие услуги, что все были ему благодарны. Большей частью он состоял при Угедей-каане и проявлял старания в возведении его в каанское достоинство. Когда Угедей-каан выступил против Алтан-хана и направился к Намкингу, [одному из] городов области Хитая, который находится на берегу Кара-мурэн, он другой дорогой послал Тулуй-хана. Он вышел через Тибет и прошел по области Хитая, жителей которой называют Хулан Дэгэлтэн, 445 то есть краснокафтанниками. Так как дорога, [по которой шел] каан, была дальней, то Тулуй-хан терпел в пути [лишения] и двигался медленно до следующего года; у них не осталось провианта, и дошло до того, что они ели трупы умерших людей, павших животных и сено. Он двигался с боями по горам и степям, пока в местности, называемой ..., не встретился лицом к лицу с огромным войском Алтан-хана. Тулуй-хан, как о том было обстоятельно написано в повествовании о каане, проявил старание, так что благодаря |A 149а, S 356| хорошей распорядительности разбил войско вдвое сильнее их, и переправился через реку Кара-мурэн, через которую никогда не было переправы, и победителем соединился с братом. С его прибытием каан очень возвеселился и обрадовался и расточал брату много хвалы. И по случаю такой радости они много пировали и наслаждались. Вот и все!

А теперь об исходе его дела и о причине его 446 болезни и смерти.

Тулуй-хан после возвращения с упомянутой войны прибыл к своему брату Угедей-каану, и так как он долгое время был в походе, то каан для того, чтобы покончить с Алтан-ханом, оставил Тугулгу со всем войском, а [сам] вернулся обратно. Он [Тулуй-хан] все так же был вместе с братом. Внезапно у каана появилась какая-то болезнь. По их обычаю собрались шаманы и камлали, они заговаривали его болезнь и смывали ее [наговорной] водой. В это время вошел Тулуй-хан; со всей искренностью он обратился к нему и сказал: «Боже вечный! Если ты гневаешься за грехи, то у меня больше грехов, чем у него: и людей я больше убил в войнах, и жен и детей их увел в полон, и заставил отцов и матерей их проливать слезы, а если ты хочешь унести своего раба к своему пребыванию за красоту лица, изящество стана и за опытность и искусство, то я достойнее и более [этому] соответствую: вместо Угедей-каана, возьми меня, ему дай исцеление от этого недуга, а его недуг вложи в меня». Он высказал эти слова, с покорнейшей мольбой взял ту чашу с водой, в которой шаманы смывали заговорами болезнь каана, и выпил. 447 По всемогуществу господнему каан поправился, Тулуй-хан, испросив заблаговременно разрешение, отправился к своим обозам. В дороге он заболел и скончался в могай-ил, то есть в году змеи, соответствующем 630 г.х. [18 октября 1232 – 6 октября 1233 г. н.э.].

Лучшего из его потомков, государя ислама Газан-хана, да увековечит Аллах его власть, 448 который является сливками султанов мира, да соделает всевышний бог наследующим вечную жизнь и да даст ему [111] наcлаждаться во веки веков обширным царством и благами власти! [Клянусь] святостью посланного пророка и его пречистого прекрасного 449 потомства! Вот и все! 450

Рассказ о супруге Тулуй-хана Соркуктани-беги и о ее сыновьях; [о том, что случилось] после его смерти до достижения ими каанства и царского достоинства стараниями и усилиями [их матери], о ее способностях, рассудительности и распорядительности

После смерти Тулуй-хана его сыновья вместе со [своей] матерью находились по-прежнему при Угедей-каане. Он их крайне любил и почитал и немедленно удовлетворял [все] их просьбы. Однажды Соркуктани-беги потребовала [к себе] одного из торговцев каана, [каан] относительно этого проявил скаредность. Соркуктани-беги заплакала и сказала: «За кого стал жертвой мой желанный, мой любимый? Ради кого он умер?». Эти слова дошли до слуха каана, и он сказал: «Право за Соркуктани-беги, [она безупречна, как] невинная девушка, [как] 451 невеста». Он попросил извинения и удовлетворил ее просьбу. Соркуктани-беги была весьма умной и способной и возвышалась над женщинами [всего] света. Она обладала в полнейшей мере твердостью, скромностью, стыдливостью и целомудрием. Так как ее сыновья остались после отца [малыми] детьми, то она, благодаря [своим] способностям, приложила большие старания в деле их воспитания и обучила их добродетелям и учтивости; она никогда не допускала, чтобы между ними случился какой-нибудь спор даже о волоске, она расположила сердца их жен друг к другу и с распорядительностью и рассудительностью воспитала и оберегала детей, внуков, всех старших эмиров и |A 149б, S 357| войско, которое осталось после Чингиз-хана и Тулуй-хана и находилось в их подчинении. А так как они признавали за ней совершенный ум и предельные способности, то никогда ни на волос не преступали ее повелений. И точно так же, как Оэлун-Экэ, мать Чингиз-хана, [которая], когда он остался ребенком после [смерти] отца, воспитывала его и [содержала] все войско так, что неоднократно сама выступала с войском в поход, снаряжала и сохраняла его до тех пор, пока Чингиз-хан не стал самостоятельным и самовластным и не достиг степени миродержавца и благодаря прекрасным стараниям матери совершил великие деяния, – так и Соркуктани-беги действовала так же и придерживалась тех же путей в воспитании сыновей. Но говорят, что в одном случае она была более стойкой, чем мать Чингиз-хана, и выиграла в сравнении с ней в постоянстве. А дело это было так: по истечении некоторого времени Чингиз-хан понял из намеков матери, что у нее есть желание [выйти] замуж, и по этой причине выдал ее за Мунлика-Эчигэ. 452 А Соркуктани-беги вызвал Угедей-каан, чтобы выдать ее за своего сына Гуюк-хана, и с таким благим намерением послал ... 453 [112] послом. Когда тот доставил ярлык каана, [Соркуктани-беги] дала ответ: «Как можно изменить предписание ярлыка! Но у меня помыслы такие: воспитав этих детей, довести их до поры наступления возмужалости и самостоятельности, постараться, чтобы они были благовоспитанными, не разлучались друг с другом и не отвращались [один от другого], чтобы от их единодушия была какая-нибудь польза». Так как Гуюк-хан не проявлял настойчивости, то она такой любезной отговоркой отклонила это предложение. Не остается сомнения в том, что у нее не было желания выйти замуж. По этой причине ей отдают предпочтение перед Оэлун-Эке, матерью Чингиз-хана.

Во время [своего] царствования Угедей-каан после смерти Тулуй-хана по собственному желанию, без совета с родичами, отдал своему сыну Кудэну две тысячи [из племени] сулдус из всего того войска, которое принадлежало Тулуй-хану и его сыновьям. Когда [об этом] узнали эмиры-темники и тысячники, которые были причислены к Экэ-нойону, 454 как например ..., 455 то они в присутствии Соркуктани-беги, Менгу-каана и их родичей единодушно доложили: «Эти обе тысячи войска сулдусов согласно ярлыку Чингиз-хана принадлежат нам, а каан отдает [их] Кудэну, как [это] мы допустим и изменим повеление Чингиз-хана? Мы доложим [об этом] его величеству каану!». 456 Соркуктани-беги изволила ответить: «Речь ваша справедлива, но у нас нет нехватки в достоянии наследственном и благоприобретенном, ни в чем нет нужды; войско и мы также все каановы, он знает, что он изволит делать, приказ его, а мы послушны и покорны». Когда Соркуктани-беги так сказала, эмиры смолкли, и каждое [божье] создание, которое [это] слышало, – одобрило. Несомненно, что [только] благодаря уму и способностям, которые у нее были, она выдвинула своих сыновей перед их двоюродными братьями и довела их до каанского и царского достоинства. Значительным поводом к тому, что ее сыновья [достигли] каанства, послужило то [обстоятельство], что, когда Угедей-каан скончался, Туракина-хатун не допустила, чтобы Ширамун, который, по его [Угедея] завещанию, был наследником престола, стал кааном, а правила государством по своей воле. Когда она посадила своего старшего сына, Гуюк-хана, на царство, Бату, который был старшим из всех родичей, не явился и привел отговорку – болезнь ног, Гуюк-хан на это обиделся и в душе замышлял козни против Бату и под тем предлогом, что «прохладная-де погода на Итиле благотворна для моей болезни», принял решение направиться в ту сторону. Когда Соркуктани-беги узнала о его замыслах, она послала тайком извещение и предупредила Бату. А Гуюк-хан вскоре около этого [времени] скончался; сыновья и люди Гуюк-хана хотели |A 150а, S 358| посадить на каанство Ширамуна. Они сначала вызвали Бату. Он сказал: «У меня болят ноги, будет пристойно, если они ко мне приедут». [113] Туракина-хатун и семья Угедей-каана уклонились от этого, сочли это невозможным и сказали: «Престольный град Чингиз-хана здесь, зачем мы туда пойдем?». А Бату был стар и уважаем и был старше всех царевичей, ему наступил черед царствовать. Соркуктани-беги сказала своему старшему сыну Менгу-каану: «Так как другие [царевичи] не едут к Бату, а он старший из всех [родичей] и больной, то поспеши ты к нему под предлогом посещения больного». Согласно указанию матери, он отправился туда, и благодаря этому обязывающему поступку и другим заслугам Бату признал его [кааном] и возвел в каанское достоинство. А так как Соркуктани-беги по [своей] рассудительности не чинила Кудэну затруднений с войском из племени сулдус, как о том [уже] упоминалось, то Кудэн поддерживал с ними дружбу, и когда семья Угедей-каана оспаривала каанство у Менгу-каана и замышляла против него козни и вероломство, Кудэн был в союзе с Менгу-кааном и оказывал ему помощь. А когда Кудэн скончался, то те войска, которые были вместе с ним в области Тангут, Менгу-каан таким же образом утвердил за его сыновьями и оказывал им всегда почет и уважение. И в настоящее время это утверждено за ними на тех же основаниях, и они находятся в зависимости от Улджэйту-каана. Рассказы об этом будут подробно изложены в повествовании о Менгу-каане, если богу великому будет угодно. Хвала Аллаху, владыке миров, мир и благословение над главой нашим Мухаммедом и над всем его пречистым потомством. Вот и все!

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ПОВЕСТВОВАНИЯ О ТУЛУЙ-ХАНЕ; О ЕГО ПОХВАЛЬНОМ ОБРАЗЕ ЖИЗНИ И НРАВЕ. О РАЗЛИЧНЫХ СОБЫТИЯХ И ПРОИСШЕСТВИЯХ, О ПРИТЧАХ И БИЛИКАХ, КОИ ОН ИЗРЕКАЛ, О ХОРОШИХ ПРИГОВОРАХ И УКАЗАХ, КОТОРЫЕ ОН ИЗДАВАЛ, ИЗ ТОГО, ЧТО НЕ ВОШЛО В ПРЕДЫДУЩИЕ ДВЕ ЧАСТИ И СТАЛО ИЗВЕСТНО ПОРОЗНЬ ИЗ РАЗНЫХ КНИГ И ОТ РАЗНЫХ ЛИЦ 457

Комментарии

405. Биография Тулуя имеется в ЮШ, цз. 115, лл. 1а-3в.

406. «Четыре героя», прозвище четырех сыновей Чингиз-хана.

407. «Друг», «сотоварищ», см. об этом слове: Б. Владимирцов. Монгольское nökür. ДАН-В, 1929, стр. 287-288.

408. Сокр. Сказ., § 186 – «Сорхахтани-бэги».

409. По ЮШ, цз. 107, лл. 9а-10а, Тулуй имел 11 сыновей:

1) *** Мэн-гэ (*Мункэ);

2) *** Ху-ду-ду (*Хутукту);

3) имя не известно;

4) *** Ху-би-ле (*Хубилай);

5) имя не известно.

6) *** Сюй-ле-у (*Хубэу ~ Хулэгу);

7) *** А-ли бу-гэ (*Ариг-Бука);

8) *** Бо-чо (*Бочок);

9) *** Mo-гэ (*Могэ);

10) *** Суй-д-гэ (*Суйкэтэй);

11) *** Сюэ-бе-тай (*Субэтэй).

(Китайская транскрипция имен Менгу и Кубилая дана по ЮШ, цз. 3, л. 1а и цз. 4, л. 1а).

410. А – пропуск, доб. Вl.

411. А – пропуск; у Вl доб. по Березину – ***.

412. Bl – «другими [царевичами] рода Джучи-хана с родом Тулуй-хана».

413. Далее следует неразборчиво.

414. Вl – «к его отцу Кубилай-каану».

415. Вl – «о Джучи[-хане]».

416. Дословно «убежище веры».

417. С, L, P, I – «четыре»; ЮШ, цз. 107, л. 9в, перечисляет лишь трех сыновей Ариг-Буки:

1) *** Юй-му-ху-р (*Юмхур);

2) *** Най-ла-ху бу-хуа (*Найраху Буха), имевший четырех сыновей: *** Бо-янь те-му-р (*Баян Тэмур), *** Вань-чжэ те-му-р (*Улджэй Тэмур), *** Бо-ло (*Болот) и *** Яо-му-ху-р (*Йомхур);

3) *** Ла-гань-ши-гань, имевший одного сына: *** На-хай (*Нохай).

418. Вl – *** Ondékė (в примеч.).

419. Bl – *** Salankghan (в примеч.).

420. Bl – *** Baharitai (?) (в примеч.).

421. Bl – *** Samsakar ? (в примеч.).

422. ***, или Куртага.

423. В тексте пропуск.

424. ЮШ, цз. 107, л. 9в, приводит имя лишь одного сына: *** Се-би-л-цзе-р (*Сэбилгэр), у которого был сын *** Я-ху-ду (*Яхуд). Биография последнего помещена в ЮШ, цз. 117, лл. 3в-6в.

425. В тексте пропуск.

426. ЮШ, цз. 107, л. 10а, указывает только одного сына: *** Чан-тун (*Чантун).

427. В тексте пропуск.

428. В ЮШ, цз. 107, л. 10а, имя сына *** Су-бу-дай (*Субудэй), у которого был сын *** То-то-му-р (*Ток-Тэмур).

429. *** «светлой масти».

430. Румяна?

431. Весь отрывок – на полях рукописи А позднейшим «насхом». Перевод и текст даются по S.

432. Доб. Bl.

433. «Другом», см. стр. 103 – ***; Bl, cod. А – ошибочно «Эбугеном» – ***.

434. Örökö; Владимирцов, стр. 160.

435. См.: Владимирцов, стр. 49, 54, 55, 98, 111.

436. Дословно «твоим».

437. Доб. P и Bl.

438. «Еще при Чингис-хане все „войско монгольское", следовательно, и народ монгольский по стародавнему степному обычаю, делился на два крыла, левое (je`ün jegün gar) и правое (bara`un baragun gar), монг. gar – дословно „рука"» (Владимирцов, стр. 135); «Военное деление замыкалось общим подразделением на правое (в монгольском – барунгар, в турецком – унг кул) и левое крыло (джунгар и сул кул). В политическом делении Монголии левая сторона считается старшей» (Березин. Очерк, стр. 48).

439. Согласно Сокр. Сказ., § 242, Тулуй получил 5000 человек еще при раздаче Чингиз-ханом уделов матери, сыновьям и младшим братьям.

440. Во всех рукописях пробел; доб. Вl. *** по Березину («История Чингиз-хана», т. II, Труды ВОРАО, ч. XIII, 1868, стр. 30).

441. См. примеч. 209 на стр. 39.

442. Доб. Р, В, Bl.

443. Доб. Р, В, Bl.

444. Доб. Р, В, Bl.

445. Хулан Дэгэлтэн, т.е. «краснокафтанные».

446. Доб. В, Вl.

447. Эта же легенда в Сокр. Сказ., § 272, и в биографии Тулуя, ЮШ, цз. 115, л. 3в; в данном переводе она приводится вторично, см. стр. 24.

448. Доб. Р, В, Bl.

449. Доб. С, L, I, Р, В, Вl.

450. С, L – «да приветствует приветствиями и обильными и вечными».

451. Дословно «то есть».

452. Ecige «отец»; «Мунлика величали ecige, потому что он женился на вдове Йесугей-богатура, матери Чингис-хана» (Владимирцов, стр. 61).

453. Во всех рукописях пробел.

454. Т.е. «Великому нойону» – прозвище Тулуй-хана, см. стр. 103.

455. Во всех рукописях пробел.

456. Этот отрывок приводит Владимирцов (стр. 116) в таком переводе: «Когда Угэдэй-каан сделался ханом, по кончине Тули-хана, он, по собственному желанию, без совета с царевичами и беками, отдал сыну своему Кутэну войска, которые принадлежали детям Эке-нойона ... Старшие беки Чингис-хана ... и другие темные и тысячные беки, единогласно ... доложили, что „это войско Сулдэское и Сунитское, которое принадлежит нам, ныне Угэдэй-каан отдает сыну своему Кутэну, так как Чингис-хан роздал его ордам, каким образом мы прейдем и поступим вопреки его приказу? Это обстоятельство мы доложим в присутствии Угэдэй-каана, что он прикажет"».

457. Во всех рукописях часть третья повествования о Тулуй-хане отсутствует.

Текст воспроизведен по изданию: Рашид ад-Дин. Сборник летописей. Том 1. Книга 1. М.-Л. АН СССР. 1952

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.