Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ФАЗЛЛАЛЛАХ РАШИД АД-ДИН

ОГУЗ-НАМЕ

[ПРЕДИСЛОВИЕ] (л. 590б)

ВО ИМЯ АЛЛАХА МИЛОСТИВОГО, МИЛОСЕРДНОГО !

Тюркские историки и велеречивые передатчики сообщают: когда пророк Ной (Нух) — да будет мир над ним — делил обитаемую часть земли между своими сыновьями то старшему сыну, которого звали Иафет (Иафес), он отдал восточные страны вместе с Туркестаном и тамошними краями. Иафет, согласно тюркскому выражению, получил лакаб Олджай-хана 1. Он был жителем степей (кочевником). Его летовка (яйлак) и зимовка (кишлак) находились в землях Туркестана; весенние месяцы он проводил в Уртаке и в Куртаке 2, находящиеся поблизости от Инанч-шахра 3, а зимовал он в тех же краях, в местности Барсук, что в Каракуме 4, [известном под названием Каракурум] (Все добавления в квадратных скобках сделаны Рашид ад-Дином.). В этой местности было два города: один — Талас, а другой Кары Сайрам 5, причем последний имел сорок больших и золотых ворот. [В настоящее время там живут тюрки — муслимы. Это находится поблизости от владений Кунчи 6 и в зависимости от Кайду] 7. Столица Олджай-хана находилась в этой местности.

У него родился сын, которого звали Диб Йавку-хан 8. Диб — означает престол, местоположение, а Йавку — предводитель народа. Он был великим и известным владыкой. У него было четыре уважаемых и прославленных сына: Кара-хан, Ор-хан, Кюр-хан и Кюз-хан 9. Кара-хан. будучи наследником престола, занял место отца и стал падишахом. У него родился весьма счастливый и с августейшими признаками сын. Три дня и три ночи он [26] не брал грудь матери 10. Мать потеряла надежду на его жизнь и была печальна и грустна. Однажды ночью она увидела во сне, как сын говорит ей: «Если ты желаешь чтобы я сосал твою грудь, то уверуй в единого творца, признай его и считай его власть над собой обязательной».

Женщина видела этот сон в течение трех ночей. Но так как это племя было неверным (кафир), то женщина не осмелилась рассказать им о случившемся и втайне от мужа уверовала во всевышнего господа. Воздев руки к небесам, она взмолилась и сказала: «Господи! Помоги мне, несчастной, сделай мое молоко для этого дитяти сладким!». И Огуз сразу же прижался к материнской груди и стал сосать.

Через год отец заметил в нем признаки зрелости а благородства. Он поразился его непорочности и красоте и сказал: «В нашем племени и в роду прекраснее его ребенка не рождалось!».

Через год ребенок, подобно пророку Исе (Иисусу) раскрыл уста и промолвил: «Я родился в царственном шатре (баргях), поэтому меня должны назвать Огузом!».

И в младенчестве, и когда он рос и мужал, и до самого совершеннолетия, Огуз постоянно чтил господа и благодарил его. При каждом случае — спал ли он или бодрствовал — он обязательно вспоминал создателя-творца. На него снизошла благодать господня. Он обрел всемирную известность в самых разнообразных знаниях и умении: в стрельбе из лука, метании копья, фехтовании саблей и учености.

Отец обручил Огуза с дочерью его дяди Кюз-хана. Огуз привел жену домой. Он призвал ее уверовать в господа. Девушка не приняла его условий, и тогда Огуз отказал ей в близости.

Когда отец заметил, что сын перестал оказывать ей внимание, он просватал за него дочь другого брата Кюр-хана. Огуз потребовал от нее то же самое. Девушка уклонилась от этого и сказала: «Если ты будешь заставлять меня сделать это, то я расскажу обо всем твоему отцу и он тебя убьет!». Огуз прервал отношения и с ней. [27]

Как только Кара-хан понял, что Огуз питает отвращение к обеим девушкам, он посватал за него дочь Ор-хана.

Однажды эта девушка со своими рабынями гуляла на берегу [реки?] и созерцала [окрестности]. Рабыни стирали в воде белье. Огуз же в это время возвращался с охоты, и, разговорившись он объявил ей о своем намерении: «Если ты согласишься с моими словами и примешь их, то я приму тебя в жены. Иначе я буду избегать тебя, отдалюсь от тебя и разлучусь с тобой так же, как и с другими невестами».

Девушка ответила так: «Я — твоя частица и что бы ты ни приказал мне — я подчиняюсь и буду повиноваться. Стих:

Где бы не находилась твоя серьга — там мое ухо,
где бы не был обруч для волос (чембер) — там моя голова»
.

Огуз привел эту девушку домой и сблизился с ней. Любил он ее беспредельно. Женщина, в свою очередь, тоже выказывала ему свою привязанность и любовь. В то же время Огуз продолжал отворачиваться от первых двух невест.

Однажды Огуз со всеми близкими и друзьями отправился на охоту. Его отец, неверный (кафир) Кара-хан, в это время устроил пир. Он поднял чашу в честь всех трех своих невесток — жен Огуза и во время пиршества спросил: «Хотя те первые невестки более хороши, более красивы и более совершенны, чем последняя, в чем, все-таки, причина, что Огуз любит больше ее?».

Обе первые невестки словно ждали такого случая, чтобы излить свои души, и сейчас для них был самый подходящий момент. С ненавистью и враждебностью они сказали: «Огуз призвал нас поверить в единого господа и поклоняться ему. Но мы сказали ему. что такого господа мы не знаем и он рассердился и отдалился от нас. А эта невестка послушалась его приказа, и поэтому он стал проявлять к ней нежность и любовь. И теперь эти муж и жена держатся новой религии, отрицая веру своих предков и отказываясь от нее».

Кара-хан спросил у той невестки, но девушка все отрицала. Кара-хан разгневался и переполнился злобой. [28] Тогда же он созвал своих братьев и родственников и сказал им: «Мой сын Огуз в детстве был счастливым (л. 591а), удачливым и достойным стать государем. Теперь же я услышал, что он отказался от своей веры и выбрал для себя другого господа. Как же мы можем примириться с тем, что какой-то ребенок изменил и нам, и нашему идолу (мабуд) и стал его презирать!».

Сговорившись (кенгеш етмек), они приняли решение убить Огуза. Они собрали воинов и силу, чтобы уничтожить его.

Когда об этом узнала младшая жена Огуза, которая была преисполнена любовью и милосердием к нему, она послала одну из соседок к Огузу. чтобы сообщить ему обо всем.

И Огуз подготовился к войне.

СРАЖЕНИЕ ОГУЗА С ОТЦОМ, ДЯДЬЯМИ, РОДСТВЕННИКАМИ И БЛИЗКИМИ И ПОБЕДА ОГУЗА НАД ЕГО ВРАГАМИ

Не успел возвращавшийся с охоты Огуз подойти к дому, как его отец и дяди вместе со своими близкими уже были готовы к сражению. Огуз с своими слугами сразился с ними и во время этого сражения были убиты его отец Кара-хан и дяди Кюр-хан и Кюз-хан 11. Огуз укрепился на своем месте и в течение 75 лет постоянно сражался с племенами своих дядей. В конце концов он одолел их и уничтожил. Он подчинил себе их вилайеты и улусы до самых дальних окраин Каракурума 12. В конце концов те, что уцелели (не погибли от меча), подчинились его власти. Они сказали: «Мы из твоего же рода и племени. Мы ветви от одного корня и его же плоды. Зачем ты прилагаешь столько сил для того, чтобы извести нас?».

Огуз сказал: «Если вы признаете господа и его единство, то тогда ваши души получат пощаду (аман) и я определю вас для проживания в Туркестане» 13.

Однако они этого не приняли, и Огуз преследовал их до Каракурума. И они были принуждены переселиться в степи и долины вдоль берегов реки Тугла 14 и жить там в нищете. Они превратили эти места в свои летовки (яйлак) и зимовки (кышлак). От бедности, нищеты, [29] бессилия и недомоганий они пребывали в постоянной печали и грусти. Огуз стал называть их мовал 15, что означало: «Будьте всегда опечаленными, стесненными и несчастными. Носите собачьи шкуры, ешьте только дичь 16 и никогда после этого в Туркестане не появляйтесь!».

[Поэтому, согласно вере туркменов, монголы происходили из рода Кюр-хара, Кюз-хана и Ор-хана и являются владыками восточных краев. Однако их действительное происхождение неизвестно. Также неизвестна судьба тех двух девиц — приняли ли они веру в единого господа и принял ли их к себе Огуз] 17.

Когда после этих сражений Огуз сошел с коня, он приказал возвести золотой шатер, в котором закатил пир (той) вместе со своими сподвижниками и друзьями.

Племени, которое примкнуло к нему, чтобы оказать ему помощь, он дал имя уйгур. На тюркском языке это [слово] означает «идущий вслед, присоединившийся» 18.

Другое же племя разбило врагов и удачливо захватило трофеи (олджай), но вьючные животные, которые должны были перевозить их, не подоспели и они соорудили повозки (канглы). До этого колес не было и [повозку] впервые изобрели они. Погрузив на них необходимый груз и захваченное, они повезли все это, по этой причине Огуз дал им имя Канглы, т. е. «обладатели повозок» 19.

Воины Таласа, Сайрама и тех краев проявили непокорность 20 в землях Огуза. Огуз выступил против них и одержал над ними победу. Он захватил земли, начиная от Таласа и Сайрама до Мавераннахра, Бухары и Хорезма и стал ими управлять. Он возобновил свой договор со своими близкими, живущими во всех концах страны, чтобы они не нападали на его жилище и на близких, и он мог бы с уверенностью приступить к завоеванию вселенной.

ПОХОД ОГУЗА ДЛЯ ЗАВОЕВАНИЯ ВСЕЛЕННОЙ И ОТПРАВЛЕНИЕ ИМ ПОСЛОВ В РАЗЛИЧНЫЕ СТРАНЫ

После того, как Огуз уладил споры, существовавшие между ними и его близкими, он отправил послов в Индию [30] (Хинд) и призвал тех к подчинению, чтобы они стали илем 21 и потребовали от них дань. Народ Индии и его вельможи (а'йан) дали резкий и грубый ответ. И послы возвратились.

Недовольство и дерзость народа Хиндустана продолжались. Огуз выступил походом на Индию и начал завоевывать эту страну с ее восточных окраин. Вначале он прибыл в вилайет Улутак 22 и оставался так некоторое время. Оттуда он направился в Икариййу 23. Это была гора, расположенная между большой рекой 24 и большими мощными крепостями. Реку эту на судах пересечь было невозможно. Огуз приказал изготовить плот на бурдюках, с его помощью они переправились через реку и захватили Икариййу.

На восточной стороне Индии находилась еще одна большая страна. Когда ее падишах Сынми [Тинеси] Огул Йагма-хан 25 узнал, что Огуз вторгся в Индийскую страну (страну Хинд) и захватил ее, он выразил желание стать илем, покориться и обязался платить дань. Однако не успел Огуз возвратиться из его страны, он выказал враждебность, противопоставил себя [Огузу] и восстал.

Возвратившись назад, Огуз схватил его, убил и страну его захватил. Выступив из этой страны, он по пути присоединил все местности, через которые проходил. Таким образом, он захватил весь Китай, Мачин, Нанкийас 26. Захватив там очень много добра и добычу, он возвратился на свою родину Туркестан и остановился в Ортаке и Алатаке. Находящиеся близ Алмалыка Туркунлутак и Турканлутак — очень высокие и головокружительные горы. Туркан и Туркун — две различные травы, которые растут на этих горах и горы именуются по названию этих трав 27.

После того, как Огуз прибыл сюда, он пробыл здесь 14 дней. Падишах этой страны Инал-хан 28 собрал войска, чтобы сразиться с Огузом. И оба войска встретились в битве. Сражение продлилось восемь дней, и с обеих сторон было перебито множество воинов. Наконец, на восьмой день [люди Огуза] привязали верблюдов и мулов одного к другому и, выстроив в одну линию, поставили их перед воинами. Из шатров, юрт и вещей соорудили баррикаду и из-за нее они забросали их стрелами. [31]

Так Огуз одержал победу, убил Инал-хана и захватил его страну. Отсюда он направился на свою родину (юрт) Уртак и Куртак. Он хотел откормить здесь своих лошадей, ибо решил завоевать северные страны. В пути он стал советоваться со своими беками и были приняты некоторые решения относительно судьбы индийских земель. Так, сначала было решено переправиться через. приток Аму [дарьи] реку Пяндж-аб.

Огуз отправил послов в Гур, Гарчистан и в тамошние края. чтобы (их владетели) стали илем, подчинились и платили дань. (л. 591б). И если они примут [эти условия],—то прекрасно, если же нет — то будет война.

В первую очередь армия двинулась в сторону Гарчистана и туда отправили послов. Владетель Гура принял послов весьма почтительно и с уважением. Он опоясался ремнем покорности и повиновения. Сам он обязался ежегодно приезжать к Огузу и привозить дань. Он сказал [Огузу]: «Поблизости от нашей страны (вилайет) и вокруг нас есть много врагов».

Прежде всего Огуз отправил в ту страну сотню отборных всадников вместе с владетелем Гура. Он сказал им: «Если они станут илем и покорятся, то — прекрасно, а если нет, то сразитесь с ними!».

Во исполнение повеления Огуза, [его люди] обратили в иль и захватили страну Гур и Гарчистан вплоть до пределов Газны, Забила и Кабила (Забула и Кабула). На них была наложена подать, которую они каждый год должны присылать в казну. [Войска] победоносно и с триумфом возвратились и присоединились к Огузу. После этого они все вместе переселились в области северных стран и направились в сторону К.р.л. и Башгурда 29. Сначала они добрались до высокой крепости под названием Улу Багур. Здешнего правителя звала Кара-шит Ягы 30. Огуз одержал верх над его войсками и подчинил тамошние края.

За то, что Огуз ко всякому проявлял милосердие и любовь, и взрослые, и старшие дали ему имя «Огуз ака 31»

Когда начинался поход против К.р.л. и Башгурдов, [32] то к Огузу собрались люди из девяносто тысяч юртов и поэтому их стали называть Он тогуз Огуз. В пути Огуз обнародовал приказ о том, что «всякий, кто отстанет в пути, должен быть наказан по закону (яса), чтобы не отставал». Но среди них была группа весьма престарелых лиц, которые из-за старости не были в состоянии исполнить подобные приказы Огуза. Их участие в сражениях тоже было невозможным. И, они дали знать Огузу о своей немощи и слабости. Тогда Огуз приказал: «В таком случае вы все оставайтесь здесь».

Эта местность, расположенная близ Алмалыка, называлась Ак-кая [Ак-кая, по-персидски означает «проход белой (сефид) горы»].

Среди этих стариков был один весьма дальновидный, умный, бывалый, постигший все житейские премудрости, которого звали Йуши Ходжа, [что на тюркском языке означает «пожилой человек», а на монгольском языке Калсан-ку. На тюркском языке пожилых называют ходжа, ибо слово ходжа в действительности тюркское, но не персидское или арабское].

У него (старика) был сын по имени Кара-Сюлюк 32. И сказал отец сыну: «Вы вступаете на неизвестный путь, а среди вас нет ни одного умудренного жизнью человека. Что же вы станете делать, если встретитесь с затруднениями? Не лучше ли будет, если вы возьмете меня с собой, и я когда-нибудь вам пригожусь?».

Сын ответил: «Послушай отец, как я могу противоречить повелению Огуза?». Однако, в конце концов, они прекрасно устроили его в сундуке, погрузили на верблюда и прихватили с собой.

Что касается жителей страны К.р-л. и Башгурд, то они были весьма необузданными и коварными. Из-за своей гордости и надменности они не склоняли свои головы ни перед одним владыкой. Огуз захватил их падишаха по имени Кара-шит. К.р.л. и Башгурды стали илем и обязались выплачивать дань.

После того, как они выступили оттуда, перед ними оказалась безводная пустыня, да такая, что за каплю розового масла никто не дал бы и капли воды.

Кара-Сюлюк рассказал отцу о том, что люди остались без воды, и Иуши Ходжа сказал: «Свяжите несколько [33] коров вместе и гоняйте их до тех пор, пока они не будут падать от жажды. Затем отпустите их и когда эти коровы своими копытами начнут ковырять в каком-то месте, то это знак тому, что здесь есть вода».

Кара-Сюлюк попробовал проделать это в одном месте, появилась вода и люди утолили жажду. А когда Огуз увидел такое дело, то он одарил Кара-Сюлюка множеством 33 подарков  и назначил его юртчи всего улуса (племени).

Отсюда они добрались до местности Ак Урук Кара Кул, расположенной на реке Атил (Итил). Здешние жители услышав о приходе Огуза, решили, что им пришел конец («мы погибли!») и бежали, бросив бесчисленное количество скота и имущества.

Когда воины [Огуза] подошли к берегу реки и стали смотреть в воду, то увидели на дне реки золотые и серебряные предметы, чаши, кувшины и 34 котлы Они решили нырнуть в воду и извлечь [все это], не окунувшись в воду, они ничего из виденного ими не обнаружили, и их охватили смятение и ужас.

Кара-Сюлюк рассказал об этом отцу, и тот спросил его: «Нет ли поблизости от воды какого-либо высокого места?». Кара-Сюлюк сказал: «Да, около воды растет одно старое дерево». Отец сказал: «В таком случае, все то, что виделось в воде, является отражением предметов, спрятанных на дереве».

Кара-Сюлюк отправился к берегу, внимательно осмотрел дерево и, найдя на нем спрятанные золотые и серебряные предметы, сложил их перед Огузом. По этому случаю Огуз еще раз наградил Кара-Сюлюка многочисленными подарками и оказал ему множество милостей.

Огуз думал: «Ради завоевания мира мы обойдем всю вселенную, а наш юрт — Талас и Сайрам остался позади. Если враги, воспользовавшись нашим отсутствием, захватят эти места, то для нас это будет позор, а для врагов — слава. Нельзя тратить капитал в надежде на хорошие проценты». И он возложил на племена уйгуров обязанность по защите этих мест. Эти племена вернулись в область Таласа и Алмалыка и расселились там для защиты этих юртов. [34]

СРАЖЕНИЕ ОГУЗА (С ПЛЕМЕНЕМ) КЫЛ БАРАКА

Кыл-Барак представляет собой страну в темной стороне света. Мужчины этого народа темнокожие, некрасивые и похожи на собак 35, но их женщины белолицы.

Когда Огуз приблизился к их краю, то отправил к ним посольство в количестве девяти всадников. Он велел передать им: «Многие города и страны стали с нами илем, покорились нам и согласились выплачивать дань. Если вы дадите слово стать илем и согласитесь выплачивать дань, — то прекрасно, иначе готовьтесь к битве и войне, ибо мы тотчас же прибудем».

Они дали посланцам такой ответ: «Если вы—девять воинов сразитесь с нашими двумя и победите их, то мы согласимся выплачивать дань. Если же вы будете побеждены, то прямо отсюда поверните назад».

Посланцы отвергли предложение биться на таких условиях и сказали: «Коль скоро вы хотите сражаться» то пусть бьются двое от нас и двое от вас».

В обычаях кыл-баракцев было следующее: «накануне сражения они заполняли два бассейна клеем: один — черным, а другой — белым. Перед сражением они голыми влезали в бассейн с белым клеем, который прилипал к их волосам. Выбравшись из этого бассейна, они валялись в белом песке, после чего влезали в бассейн с черным клеем, а затем валялись в черном песке. После того, как все это трижды высыхало на их телах, никакое оружие им вреда нанести не могло».

И вот двое из кыл-баракцев, выделенных для сражения, прошли через это и вступили в бой с двумя посланцами (Огуза). Удары, наносимые по их телам, никакого вреда им не причиняли, а оба посланца погибли (л. 592а). Остальные семь повернули отсюда назад и сообщили о случившемся Огузу. Огуз же, не придав этому никакого значения, вступил с кыл-баракцами в сражение. Враги одержали верх, множество воинов Огуза погибло, а оставшиеся разбежались.

Огуз понял, что он не получил никакой выгоды от сражений с ними. Он возвратился и подошел к берегу большой реки. Часть войска переправилась через нее на судах и плотах, а часть перебралась вплавь. Что касается [35] кыл-баракцев, то они будучи голыми, как собаки, и пешими, через эту реку переправиться не смогли.

Огуз добрался до местности «между двумя реками» 36 и остановился там, чтобы собрать свои рассеянные войска.

Один из воинов Огуза случайно остался среди кыл-баракцев и спрятался среди их женщин. Из-за того, что мужья этих женщин были страшными и грязными людьми, с противными лицами и похожими на собак, женщинам он очень понравился и все они собрались около него. Они выразили желание вступить с ним в связь и в виде подарка они привели его к жене Ит-барака, которая была старшей среди них. Ей очень понравился разговор и общение с этим мужчиной и отношение с ним, ибо она очень печались от того, что не имела сношений со своим мужем. Жена Ит-Барака из-за своей страсти и влюбленности выказала симпатию в отношении Огуза и тайно отправила к нему своего посланца, которому поручила сказать так: «Если вы хотите одолеть врага и овладеть его страной, то вы должны сделать следующее: изготовьте из железа гвозди с шипами и пусть каждый ваш воин привяжет часть этих железных шипов к своей спине, а во время сражения их надо разбросать среди врагов. Но для того, чтобы эти железные шипы не повредили ног ваших лошадей, вы должны сделать для них соответствующие подковы. Кроме того, носы и края лиц врагов не закрыты и клеем не обмазаны, поэтому вы должны целить стрелами в эти места».

Когда Огуз услышал об этом, он очень обрадовался и был доволен, и это «междуречье» сделалось для него местом для остановки. Были построены суда, и к этим женщинам стали отправляться посланцы из числа красивых мужчин. Эти посланцы, которым женщины помогали изо всех сил, постепенно собрали все то, что было необходимо для Огуза и полностью передали Огузу. Некоторые из женщин из-за сильной любви к этим мужчинам ушли вместе с ними. Эта страна была завоевана таким путем.

Огуз оставался и отдыхал здесь семнадцать лет. Он привел в порядок свои войска и обновил их оружие. За это время дети достигли совершеннолетия. У Огуза от одной жены (хатун) родилось четыре сына, которые тоже повзрослели. [36]

В армии Огуза находилась беременная женщина — жена одного из воинов, который погиб в сражении. Время женщине рожать подошло на месте этого сражения. Поблизости росло дерево с пустым дуплом, и эта женщина родила своего ребенка в дупле дерева.

Когда ребенка принесли к Огузу, то ему рассказали об этом, Огуз назвал его Кыпчаком, [потому что [имя] Кыпчак образовалось от слова кабук (кора). Так на тюркском языке называют дерево, сгнившее и выдолбленное изнутри. По мнению других тюрок, все кыпчакские племена произошли от этого Кыпчака].

После захвата Кыл-Барака Огуз пробыл там еще два года (йасамиши фармуд) и всех подчинил своему управлению. Но однажды он пошел на находившуюся поблизости Страну Мрака.

ПОХОД ОГУЗА НА СТРАНУ МРАКА 37 И ПОЛОЖЕНИЕ ЭТОГО КРАЯ

Когда Огуз достиг границ Кара-Хулуна, то есть. Страны Мрака, то из-за темноты туда пройти было. невозможно. Огуз стал советоваться с близкими и благоразумными [людьми], но это оказалось бесполезным.

Кара-Сюлюк отправился к своему отцу, который всегда решал их затруднения. Он рассказал отцу о тяжелой обстановке, в которой они оказались. Его отец Йуши Ходжа сказал: «Отберите четыре кобылицы с жеребятами и девять ослиц с ослятами и посадите на них людей. Предварительно привяжите жеребят и ослят у входа в Страну Мрака. Пусть они въедут в мрак и добираются до нужных им мест, а когда они начнут возвращаться, кобылицы и ослицы, движимые любовью к своим детенышам, по их запаху вывезут людей назад,. не заблудившись в пути» 38.

Кара-Сюлюк сообщил обо всем этом Огузу, тому этот план понравился, и он был принят.

По его (Йуши Ходжи) совету они вошли во мрак и шли в нем три дня и три ночи. Через некоторое время справа и слева стали раздаваться голоса: «Кто в этом мраке в пути найдет что-либо и возьмет себе, то выйдя наружу, он пожалеет об этом, но и тот, кто ничего не возьмет, тоже пожалеет!». [37]

Большинство из тех, кто пошел, ничего с собой не взяли, некоторые же какую-то малость прихватили. Когда они с помощью кобылиц выбрались из мрака, то увидели, что все прихваченные ими предметы оказались драгоценными камнями. Стали сожалеть как те, кто взял мало, так и те, кто ничего не взял39.

Оттуда он (Огуз) отправился в бескрайнюю пустынную страну 40, которая расположена между Кыл-Бараком и Атилем 41. Огуз сразился с ними и убил [в сражении] их владыку.

После того как эта страна была завоевана, они три года оставались там для наведения порядка, установления дани и назначения шихн 42. Отсюда они перекочевали в сторону хазарского Дербенда.

Когда они добрались до этих мест, Йуши Ходжа сказал своему сыну Кара-Сюлюку: «Однажды наша армия была разбита и рассеяна. Слух об этом дошел и до друзей, и до врагов. Поэтому мы должны отправить отсюда около ста всадников назад, в наши края. Они должны донести к нашим весть о том, что мы живы-здоровы и сообщить о наших завоеваниях и победах, чтобы наши соплеменники и воины возликовали и возрадовались, а враги наши были уничтожены и подвергнуты презрению. Они должны отвезти туда все припасы и сокровища, которые попали в наши руки, чтобы слава наша достигла небес».

Кара-Сюлюк изложил все это Огузу. Поразмыслив о пользе, какую они от этого получат в будущем, он одобрил сказанное, одарил Кара-Сюлюка и облачил его в свою одежду.

Возложив на сотню всадников канклы это важное дело, Огуз вручил им все свои сокровища и припасы и отправил их на повозках (канглы).

[Вместо существующих ныне ярлыков и пайцз] 43 во времена Огуза действовали стрелы с золотым наконечником 44 и луки (л. 592б). В качестве своего личного знака Огуз передал им две свои стрелы с золотыми наконечниками и лук. В каждом вилайете, куда прибывали канглы, население, увидев эти знаки, оказывало им услуги и уважение, снабжая их самих и их животных продовольствием, фуражом и питьем (алафа, улуфа) 45. [38]

Во главе этих канклы стоял Бармаклук Джосун Биллик 46. Огуз приказал им до его возвращения сохранять и охранять жилища, сокровища, имущество и гарем 47.

После их отправки Огуз оставался здесь еще семь дней, а затем откочевал в сторону Дербенда. Здешние жители были грабителями и разбойниками. Они перерезали дороги и создавали путникам затруднения. Они угнали лошадей у большинства воинов Огуза. Огуз вызвал Кара-Сюлюка и приказал ему: «Это — очень узкое и труднопроходимое место. Сюда нас привел ты, а здесь так много грабителей! Какие же меры против них мы должны предпринять? Ведь здесь с одной стороны море, сказал так: «Надо постараться полностью разграбить и а с другой — высокие горы!».

Кара-Сюлюк обратился за советом к отцу. И старик сказал так: «Надо постараться полностью разграбить к уничтожить все засеянные и возделанные поля вокруг Дербенда. Этот вилайет расположен в очень узком месте а так как здесь с одной стороны море, а с другой— горы, то все действия необходимо вести вокруг этого города до тех пор, пока население вилайета не будет принуждено покориться».

Кара-Сюлюк весь этот разговор передал Огузу. Огуз одобрил все сказанное им, и они разграбили и разрушили все местности этого вилайета. Они оставались здесь с лета до весны [следующего года] и осаждали город.

Видя такое положение, жители Дербенда оказались в безвыходном положении и впали в панику. Собравшись вместе, они стали советоваться: налицо было завоевание им (Огузом) ближайших городов. Они слышали также о том, что случилось с весьма сильным Кыл-Бараком.

После восьмимесячной осады они пришли к Огузу. чтобы заключить перемирие. Они привели с собой в качестве подарка девять пегих коней и стали илем (признали (власть Огуза).

Когда Огуз увидел пришедших, он сказал: «Спросите у них: Ведь прошло уже немало времени с тех пор, как мы пришли сюда! Зачем же вы не являлись к нам, а выбрали путь непокорности и мятежа?». В ответ они сказали: «Среди нас, кроме умных, есть и безумные. До сих пор мы слушались слов этих безумцев, потому и [39] не шли. И мы знаем, что поступали дурно. Теперь же наше внимание заняли умные люди, которые стали наставлять нас — мы поняли необходимость покорности и решили умолять вас об этом».

Огуз сказал: «Коль скоро вы так честно признаетесь в своей вине, я прощаю вам этот поступок. Но [ваши люди] угнали двух моих жеребцов. Одного из них звали Ирак-кул и он похож на лошадей Ирак-кула Арыклы. А другого звали Сют-ак, который по своей яркой белизне был похож на [лошадей] Сют-кула. Этот конь был иноходцем и очень красивым. И хотя я простил вам ваш проступок, но если описанных мною коней мне не возвратят, то ни одного из вас я живым не выпущу!».

Они нашли всех угнанных коней, но двух описанных коней нигде найти не смогли. Огуз был привязан к этим двум коням и поэтому он настоятельно требовал их возвращения. Они стали просить для этого отсрочку.

Огуз остался здесь еще один месяц. На поиски этих коней во все концы страны были отправлены люди. Наконец, их нашли и доставили к Огузу 48. Когда Огуз увидел своих коней, он очень обрадовался. Он обошелся с (дербентцами) ласково, чем расположил их к себе.

Огуз назначил к ним шихну, который защищал бы народ и собирал бы дань, а сам двинулся на Ширван и Шемаху.

Комментарии

1 Имя Олджай (Улджай) в «Сборнике летописей» (с. 80, 81, 153) фиксируется как Булджа (Абулджа), у Абу-л-Гази (с. 39) — Амулджа. Ср. совр. имя собственное Улджатай.

2 Уртак и Куртак. Оба пункта находятся северо-западнее оз. Балхаш между озерами Темиз и Кара-Сор, по линии Акмолинск— Каркаралинск, в междуречье Сары-су, Чапан-су и Манака. Упоминаются в связи с походом Тимура (Шами. Зафарнаме, I, с. 470). По Ч. Ч. Валиханову (Собр. соч., I, с. 647)—Уртаг (Ортак) и Кор-таг (Кертаг)—горы, расположенные к северу от пустыни Бетнак-Дала, в центральном Казахстане.

3 Инандж-шахр (Яфендж) находился или близ города Аягуз, или на его месте, на р. Аягуз, Семипалатинской обл. Казахстана. У Махмуда Кашгари (1, 59): «имя реки»; Йакута (III, 375); «Яфендж — город близ Или». У Джувейни (англ. изд., 1, 356) имя города читается Яфандж, что по-тюркски произносится как Янандж (Янанджи). Ср. тюркск. япынджа, чапан.

4 Местность (пески) Барсук (Большой и Малый) расположена к юго-востоку Мугоджарского горного массива и доходит до берегов Арала. По Ч. Ч. Валиханову (I, 648), пески Барсук расположены между железнодорожной станцией Челкар и Аралом.

5 Талас (ар. Тараз)—город и название долины одноименной реки в Киргизии. Кары Сайрам (совр. Сайрам) — село в 12 км от Чимкента на берегу одноименной реки. См.: Я. П. Иванов. Сайрам. Сб. Туркестанского восточного института.—Ташкент, 1923, с. 46—56..

6 Кунчи (Кунчжи, Кунджи, Коюнчи)—сын Орды, внук Джочи, правнук Чингиз-хана. Поддерживал Кайду в его борьбе с Кубилай-каганом. Был в дружественных отношениях с ильханами Аргуном и Газаном.

7 Кайду (монг. Хайду) — сын Каши, внук Огедея, правнук Чингиз-хана. Правил в восточной части Средней Азии в 1261—1301 гг.

8 Йавку (Явку, Явгу, Яфгу) — титул верховного правителя у западных тюрок (ДТС, 222, 223, 249). В главе об исмаилитах Рашид ад-Дин (Изд. Данешпажуха, Тегеран, с. 220) титул фиксируется в виде «Джафга, Джубба». У Абу-л-Гази титул пишется Бакуй (должно быть Якуй), у Махмуда Кашгари — Джафга (староста деревни и сюбаши). Общее значение этого унвана выглядит как «начальник, ра'ис», а иначе—все лица, начиная от падишаха и до деревенского старосты. У Рашид ад-Дина (I, 1, с. 81): «Человек, властвующий над всеми племенами». У Абу-л-Гази (39): старейшина иля (ил улугу).

9 Дядей Огуза по «Сборнику летописей» (т. I, кн. 1, с. 76, 77, 81) звали Ор-хан, Гур-хан и Кюз-хан; по Абу-л-Гази (с. 40, 41) — Ур-хан, Гур-хан и Кыр-хан.

10 Мать Огуза звалась Ай-Каган (см. Риза Hyp, с. 15; Щербак А. М., с. 22).

11 Об этом сражении см. также Абу-л-Гази (с. 42). Среди убитых нет Ор-хана—отца последней жены Огуза.

12 В «Сборнике летописей» (с. 83) «Огуз победил и захватил область от Таласа и Сайрама до Бухары». Город Каракурум был возведен Огедей-ханом близ древней столицы уйгуров Кара-балгосун. Само же название местности Каракурум (в верховьях правого притока р. Селенги, р. Орхон в районе хребта Хангай) существовало раньше. Курум означает «черная скала и крепость» (см. Дорфер, III, 460).

13 Здесь имеется в виду Западный Туркестан, часть нынешнего Казахстана.

14 Река Тугла — это Тола, берущая начало в горах Кентей и впадающая в Селенгу (в «Сокровенном сказании»—Туула).,

15 Название фиксируется как (мовал). У Абу-л-Гази (пер. А. Туманского, с. 10) имя деда Огуза передается в виде Могул; (пер., А. Н. Кононова, с. 40) — Могол (могол), хотя, как пишет А. Н. Кононов, (с. 82): «по фонетическим соображениям, пожалуй, лучше было бы «могул». Таким образом, у Абу-л-Гази речь идет о Могол-хане. Но у него же (с. 76): «в те времена узбеков называли моголами». Во втором случае «Мовал» по Рубруку (с. 92, 113 и ел.) моал, могал, могол — название племени (тюркская форма монгольского «монггхол». Ср. Плано Карпини (с. 37, 57): «Су-могол — водяные монголы». Детали см. Д. Банзаров. О происхождении имени «монгол». Соч., —М., 1955, с. 167—174.,

16 Охотничьи детали жизни восточно-сибирских племен. См. у A. П. Окладникова. Филология и история монгольских народов.— М., 1958.

17 В устных преданиях об Огузе этих подробностей нет.

18 В другом месте («Сборник летописей», I, 1, 83, 84) Рашид ад-Дин пишет, что слово уйгур на тюркском языке означает «соединиться и помогать» и «тем, которые примкнули к нему и стали его пособниками, Огуз положил имя уйгур. Слово это тюркское, и его значение на персидском языке будет: он присоединился к нам и оказал помощь и согласие». Рассуждения по этимологии слова см. в примечаниях А. А. Семенова к «Сборнику летописей» (I, 1, с. 84, пр. 1) и у Л. Н. Кононова (с. 84—85, пр. 35). Здесь же необходимая литература.

19 Канклы (от канг) и канглы (от кан) означает арабалы, т. е. имеющий арбу, повозку. См.: Таrата sozlugii (IV, 2234 — канлы (канклы)—арба; ДТС (с. 418, 419); канга, канглы — повозка, телега; В. А. Гордлевский (Государство Сельджукидов, с. 128) отмечает канлы (повозка) у современных анатолийских турок. У С. Е. Малова (Памятники, с. 411) канлы передано как «экипаж». См. также: В. В. Бартольд. О колесном и верховом движении в Средней Азии. Соч., IV, 406—408.

20 Здесь тамаджамиши микарданд — «бороться во имя чести, восставать».. По какой причине возникло неповиновение уйгуров и канглы (сторонников Огуза) Огузу—неизвестно. У Абу-л-Гази разговора о восстании нет, но говорится о сражениях Огуза со сторонниками Кара-хана.

21 Стать илем — признать над собой власть, стать частью государства, вассалом, союзником.

22 В тексте — Адудан с долготами обоих далей.

23 Весьма возможно, что Икарийей называлась область, ограниченная оз. Зор-куль и реками Вахан-Дарья и Аксу на Памире.

24 Речь, очевидно, идет о реке Пяндж.

25 Сынми (Тунджи) Огул Иагма-хан — это владетель Кашмира Тинеси оглу Иадигма в надписях Гек-тюрков. Вероятно, Тинеси происходит от китайского Ти'ен-изи — «господа сын». См.: К. Ян, с. 21. Видимо, ко времени похода Огуза в Кашмир здесь жило мощное племя йагма.

26 Китай в тексте проходит как «Чин» — собственно Китай., Мачин (Манзи) означает Южный Китай. В «Сборнике летописей» (I, 1, с. 160) говорится, что племянника Сюбедей-Бахадура «вместе с Баяном в звании эмира войска послали на завоевание страны Чин и Мачин, которую монголы называют Нангяс» (т. е. Нанкияс) и (I, 1, с. 188): «Они направились туда и в течение семи лет захватили всю область Нангяс».

27 Таркан — один из притоков Иртыша. Вероятно, эти горы являются отрогами Джунгарского Алатау.

28 Если страной Инал-хана именовались земли, расположенные между о. Балхаш—Джунгарский Алатау — о. Сассык-куль и Ала-куль, то, возможно, это и была страна енисейских киргизов.

29 Может быть здесь имеются в виду келары, которые в источниках проходят совместно с башкурдами. См.: Худуд, 318—319; Джувейни (англ., пер. I, с. 270); Рашид ад-Дин (1, I, с. 66, 73, 103).

30 Кара-Шит Йагы может быть Кара-Шит Йавгы (Йавгу). У Абу-л-Гази (с. 69): «У огузского иля был враг по имени Кара-шит». О шите см.: П. Голден, I, с. 173, 174.

31 Получается, что имя, полученное Огузом, содержит в себе понятие «Милосердный».

32 Кара-Сюлюк в уйгурской «Огуз-наме» (М. Щербак, с. 56) назван Улуг-Турук.

33 В тексте монгольское суйургамиши фармуд. Однако оно проходит и в уйгурских текстах. См.: ДТС, 513,

34 Подобный рассказ существует и у якутов. См.: А. П. Окладников. Якуты.—М., 1955, с. 354.

35 По «Сборнику летописей» (Березин И. Н., с. 18, 19; I, 1, с. 84) Огуз дважды, на протяжении 17 лет, воевал с племенем Ит-барак. Абу-л-Гази (с. 43, 45) говорит, что Огуз сражался с илем, государя которого звали Ит-барак-хан. По А. М. Щербаку (с. 58) Ит-барак— «собака с длинной шерстью, на которой шаманы поднимались на небо». Трудно сказать что-либо уверенное о локализации этой страны. Плано Kapnuнu. (с. 48, 72) пишет, что есть «некая земля над Океаном, где нашли неких чудовищ, которые, как нам говорили, имели во всем человеческий облик, голова у них была человеческая, а лицо как у собаки», что народ этот «имеет собачье лицо» и обитает он «за самоедами, на берегах Океана, в пустыне». Иоанн де Галонифонтибус (с. 15) фиксирует человекособак — полусобак и полулюдей, «которые бегают быстрее, чем олень» даже в зоне Кавказских гор. См. также заметку Абдул-Кадира Инана о легенде относительно улуса с собачьей головой (с. 194) и примечание А. Н. Кононова (с.. 84, прим. 44).

36 Здесь может иметься в виду дельта Волги. У Абу-л-Гази (с. 43): «По ту сторону от места, где произошла битва, протекали две большие реки. (Огуз-хан), пробыв несколько дней между этими двумя реками, собрал остатки своего разбежавшегося войска».

37 Страна Мрака (или Страна Тьмы) локализуется Марко Поло в районах Сибири (пространство между pp. Урал, Тура и Обь). Во всяком случае эта местность расположена к северо-востоку от Уральских гор. Ибн Баттута (с. 11, 398 и ел.) сообщает, что в Страну Мрака можно попасть через Страну Булгар, от которой до Страны Мрака 40 дней на собачьих упряжках.

38 Похожий сюжет зафиксирован у Марко Поло (с. 166); «Татары приходят сюда (т. е. в Страну Мрака.— Р. Ш.}, и вот как: приходят они сюда на жеребых кобылах, а жеребят оставляют на границе, чтобы кобылы возвращались к своим жеребятам, и знают они дорогу лучше людей. Так-то приходят сюда татары на кобылах, а жеребят оставляют позади, и грабят они тут все, что находят, а когда награбят, возвращаются; кобылы идут к своим жеребятам, и знают они хорошо свою дорогу».

39 Сюжет проходят в поэме Низами «Искендер-наме».

40 Название этой страны в тексте отсутствует. Весьма вероятно, что это земли, расположенные между нижним течением Волги ч предгорьями Кавказа (м.б. Калмыкия?).

41 Атил (Адил, Итил, Идил)—тюркское название Волги.

42 Шихна — должность, равнозначная коменданту города, стоявшему во главе гарнизона (шихна — арабск. «гарнизон»). Лицо, занимавшее эту должность, несло ответственность за безопасность и порядок в городе.

43 Ярлык (тюрк,-монг.— «повеление, приказ») — письменный документ, исходящий от ханов.. В основном ярлыки были иммунитетрыми льгогными грамотами. Пайцза — дощечка с определенной подписью, выдаваемая от имени владыки как мандат и служившая в пути пропуском, по которому ее владелец мог получать все необходимое. В зависимости от важности поручения пайцза могла быть золотой, серебряной, чугунной, бронзовой и деревянной.

44 О роли и юридическом значении стрел, заменяющих собою ярлык и пайцзу см.: Осман Туран. Стрелы, с. 305—318.

45 Алафа (ср.)—продовольствие воинов и фураж для коней. Улуфа — довольствие и жалование воинов.

46 В тексте имя пропущено. Восстановлено по Огуз-наме. Каждое из этих трех слов-имен непосредственно связано с определенной ситуацией, в которой проявляются незаурядные способности того или иного лица. Примечательным качеством Бармаклук Джосун Биллика является находчивость и смекалка при изыскании средств перевозки захваченной добычи. В целом сочетание «Бармаклук Джосун Биллик», по-видимому, означает: «на ходу знающий (проникающий в существо вещей)». См“: Л. М. Щербак. Огуз-наме. — М., 1959, с. 52, 96.

47 В тексте — угрук — кочевье, движимое имущество и семья владыки.

48 Пропажа коня Огуза фиксируется и в уйгурской Огуз-наме. А. М. Щербак (с. 47—48); Огуз Каган Дастаны (с. 9—10).

Текст воспроизведен по изданию: Фазлаллах Рашид ад-Дин. Баку. 1987

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.