Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

АРТУР ПЭТ И ЧАРЛЬЗ ДЖЭКМЭН

1. Поручение, данное сэром Роландом Хэйуордом, рыцарем, и Джорджем Барном, эльдерменами и правителями компании английских купцов для открытия новых рынков Артуру Нугу и Чарльзу Джэкмэну по случаю подготовляемого ими путешествия для открытия Китая (Cathay) в 1580 г. в следующей форме.

Во имя бога, всемогущего и вечного, аминь. Настоящая трехсторонняя запись составлена мая 20-го дня, лета господня 1580, в 22-й год царствования повелительницы нашей, государыни Елизаветы, божией милостию королевы Англии, Франции и Ирландии, защитницы веры и пр. и пр. Соглашение заключено рыцарем сэром Роландом Хэйуордом и Джорджем Барном, эльдерменами города Лондона и правителями компании английских купцов для открытия новых рынков по полномочию означенной компании и от ее имени, с одной стороны; с Артуром Пэтом (Pet) из Рэтклиффа в графстве Миддльсекс, капитаном, шкипером и хозяином доброго судна, называемого “Джордж” из Лондона, вместимостью в 40 тонн или около того, как второй стороной, и с Чарльзом Джэкмэном (Jackman) из Поплера в том же графстве Миддльсекс, капитаном, шкипером и управителем доброго судна, называемого “Уилльям” из Лондона, вместимостью в 30 тонн или около того (каковые оба судна стоят на якоре на реке Темзе против Лаймхоуза), как третьей стороной. Соглашением засвидетельствовано, что сказанные выше правители и компания наняли названного Артура Пэта на службу с вышесказанным судном под названием “Джордж” и с экипажем из 9 человек и юнги, а равным образом и названного Чарльза Джэкмэна с вышеупомянутым судном под названием “Уилльям” с экипажем из 5 человек и юнги, для путешествия, которое они божией милостью должны совершить для исследования и открытия морского прохода через пролив Бэрроу (“Пролив Бэрроу” — Карские ворота, названные так в честь открывшего их, по мнению англичан, Стифена Бэрроу.), за остров Вайгач в восточном направлении к странам [130] и владениям могущественного государя, императора китайского, а в пределах последних — к городам Камбалу и Квинсэй.

Предполагается (на основании авторитетных указаний писателей и по веским доводам разума), что проход этот существует к востоку от Вайгача, согласно описания на карте со спиральными линиями, составленной г. Уилльямом Бэрроу, каковую оба вышеупомянутые лица, Артур Пэт и Чарльз Джэкмэн, получат на руки; равно они оба получат и другую морскую карту и по бланку для карты. Если, однако, на самом деле не все сойдется с данным описанием, то все же мы надеемся, что азиатский материк или твердая земля не простирается так далеко к северу и что, может быть, найдется море, по которому возможно проехать между 70 и 80°. В силу этих обстоятельств мы и поручаем вам и вашим двум кораблям испытать и проверить это. Мы желаем, чтобы вы были соединены между собою теснейшей дружбой во всех ваших начинаниях и во всех целях, которые вы будете себе ставить, как самые дорогие друзья и братья для успеха и планомерного выполнения вашего путешествия. Равным образом мы приказываем вашим экипажам, чтобы люди с одного судна так любовно и заботливо относились бы к людям другого и так помогали бы им, как это сделали бы самые близкие друзья и братья, дабы могло казаться, что хотя и существуют два судна и два экипажа (а это сделано для вашего большего удобства и уверенности), вы всегда во всем согласны между собой и будете стараться изо всех ваших сил исполнить дело, которое вам вверяется. Если вы в добром порядке будете нести вашу повседневную службу и молиться богу, то тем больше будет ваш успех.

Мы хотели бы, чтобы вы почаще встречались для разговоров, совещаний, советов и для выработки согласного мнения о том, как и какими средствами могли бы вы наилучшим образом и соответственно нашим интересам выполнить намеченное путешествие. Во время ваших встреч, мы считали бы необходимым, чтобы вы приглашали в свою среду ваших помощников, а также и Николая Ченслора (Сын Ричарда Ченслора.), назначаемого нами купцом для учета товаров, которые вы будете покупать, продавать или выменивать, с тою целью, чтобы какую бы судьбу ни послал бог каждому из вас — все они имели бы сведения и инструкция, как поступить на вашем месте.

Мы хотели бы, чтобы о ваших совместных собраниях и совещаниях и о содержании принятых вами в каждом отдельном случае решений вы делали записи в переплетенных тетрадях, которые мы вам и даем для этой цели по одной на каждое судно. Мы назначаем Артура Пэта адмиралом на “Джордже” с правом поднимать флаг на грот-мачте, а Чарльза Джэкмэна — вице-адмиралом. Приказания, нужные вам, чтобы держаться [131] вместе, согласно нашему желанию, должны состоять в том, чтобы вы никогда не теряли друг друга из виду, разве только по взаимному соглашению для того, чтобы исследовать какой-нибудь остров или подняться по какой-нибудь реке. Такие случаи мы предоставляем на ваше усмотрение. Для того чтобы ваше путешествие пошло хорошо, мы хотели бы, чтобы с ближайшим попутным ветром и хорошей погодой, какую бог пошлет в удобное и подходящее время после 22-го числа текущего мая месяца, вы вышли из реки Темзы к берегу Финмаркена и далее — к Нордкапу или к Вардехусу с тем, чтобы оттуда направить курс так, чтобы увидеть землю Уиллоуби и идти вдоль нее к Новой Земле, не теряя их берегов из вида с бакборта вашего корабля (если только это будет возможно), дабы удостовериться, составляет ли земля Уиллоуби один материк или одну твердую землю с Новой Землей, или же нет. Тем не менее вы не должны запутываться в каком-нибудь заливе или в иных местах, чтобы это не помешало вам быстро следовать к острову Вайгачу.

Когда вы придете к Вайгачу, то желательно, чтобы, увидав самоедский материк, лежащий против южной оконечности этого острова, вы, с божией помощью, пошли вдоль этого берега в восточном направлении и все время оставались в виду этого берега (если только это будет возможно), пока не достигнете устья реки Оби. Когда же вы дойдете туда, переходите, минуя устье, к берегу, расположенному к востоку от него, и не задерживайтесь для обследований вверх по реке. Увидав же восточный берег Оби, следуйте во имя божие вдоль него к востоку, ни под каким видом не выпуская этого берега из виду с вашего штирборта (если только можете), и держитесь его направления независимо от того, отклоняется ли он на юг или на север временами (может быть и то и другое), пока не придете в Китай или во владения тамошнего могущественного императора.

И если бог пошлет Счастье вашему путешествию и даст ему такой успех, что вы достигнете Китая, старайтесь всеми средствами, какими можете, доехать до городов Камбалу и Квинсэя или до одного из них. Если же случится так, что вам не удастся до них доехать, или же если вы будете принуждены остаться на зиму в какой-нибудь другой гавани или другом городе, то старайтесь всеми возможными средствами снискать благоволение и любовь в народе дарами и добрым отношением к людям. Не позволяйте себе насилий и не делайте вреда какому бы то ни было народу, но будьте чисты, как голуби, и мудры, как змеи, чтобы избегнуть зла и вреда. А когда, благодаря скромному своему поведению, вы вступите в дружбу с народом, старайтесь выведать от них все, что можете, о их государе и покажите им грамоты королевского величества, которые она посылает с вами (с каждым из вас — по грамоте одинакового вида и содержания, данной каждому из вас в отдельности), писанные на [132] латинском языке, каковые ее величество подписала и приказала запечатать своей личной печатью. Содержание же этих грамот, изложенное по-английски, имеется у вас для вашего собственного сведения.

Означенные грамоты ее величества вы постараетесь вручить тому самому могущественному государю или правителю, поднеся ему подарок, какой вы найдете удобным и подходящим; при этом вы будете себя вести во всем согласно вышеуказанных грамот и соответственным образом получите грамоты от этого государя.

Если же бог пошлет такой успех вашему путешествию, что этим же летом вы пройдете проливы и объедете вокруг самой северной части Азии в страну Китай и во владения тамошнего могущественного государя и, перезимовав там, окажетесь в состоянии получить грамоты с привилегиями к началу весны будущего года, вы можете, после вашего первого достижения, ехать для исследований и открытий несколько далее, чем вы проехали в предыдущем году, насколько вы найдете удобным, имея в виду и все время помня, что вы должны вернуться сюда домой, дать нам отчет о ваших действиях еще тем же летом или, во всяком случае, прежде, чем вас захватят зимние холода.

Если же случится, что нынешним летом вам будет невозможно достигнуть пределов Китая, но вы найдете, что земля за Обью простирается к востоку и море у ее берегов доступно для плавания, следуйте (как сказано выше) вдоль материка, продвигаясь этим летом насколько возможно и во время пути прилагая заботы, чтобы найти какую-нибудь подходящую гавань или место, где вы могли бы перезимовать и, найдя таковую, станьте на зимовку. Если вам случится найти там людей, завяжите с ними сношения в том порядке, какой мы выше указали вам относительно китайского народа. Если вы узнаете, что у них есть государь или верховный правитель, постарайтесь вручить ему одну из грамот ее королевского величества, как это указано выше, и ищите получить взамен его соответствующие грамоты. Если случится так, что вы перезимуете и получите грамоты с привилегиями и найдете, что народ и страна имеют такие товары, что торговые сношения с этим народом и получение тамошних товаров представляется для нас выгодным (мы надеемся, что вы сумеете это выяснить), это будет соответствовать нашим желаниям. Тем не менее мы хотели бы, чтобы вы, как только с божьей помощью выйдете будущим летом из гавани, где зимовали, пошли бы дальше вдоль берега в Китай, если только вы увидите возможность пройти туда, так как мы более всего желаем открыть именно эту страну. Мы видим, что вы снабжены провиантом больше чем на два года и что его хватит вам на два с половиной года, хотя бы вы и не нашли никакого другого подкрепления; вы можете поэтому быть смелее и большее дерзать в вашем путешествии. Если вы будете поступать так, то мы не сомневаемся, что вы достигнете Китая и [133] вручите тамошнему государю одну из грамот ее величества и привезете ответные грамоты этого государя. Итак, в лето господне 1581-е возвращайтесь на родину с добрыми новостями и радостными известиями не только для нас, дерзнувших на это путешествие, но и для всей страны и народа. Помогай вам бог это выполнить. Аминь.

Однако, если окажется, что азиатская земля за Обью простирается к северу до 80° или еще ближе к полюсу, и вы увидите, что это обстоятельство ведет вас к такой крайности, что нет никакой надежды или остается очень малая проехать этим путем в Китай, то тем не менее следуйте вдоль берега насколько вы успеете за это лето, заботясь о том, чтобы найти по дороге подходящее для вас место для зимовки. Если вы за лето откроете, что азия простирается до 80° широты и дальше, может быть, до 85°, то мы хотели бы, чтобы местом вашей зимовки была река Обь или ближайшие к ней места. Найдя на этой зимовке людей — будь то самоеды, югра или малгомзеи (Molgomzes), — обходитесь с ними мягко, как это указано выше, и если узнаете, что у них есть государь или верховный правитель, то вручите ему одну из грамот ее величества и получите от него соответственный ответ. Постарайтесь также устроить с этим народом обмен товаров, которые вы повезете с собой, на такие, которые можно было бы там приобрести.

Если вам придется перезимовать именно так, то нам хотелось бы, чтобы будущим летом вы сделали открытия по реке Оби насколько возможно дальше. Если вы найдете, что эта река, которая, говорят, очень широка, действительно судоходна и годна для далекого плавания вглубь страны, то, может быть, вы доедете до города Сибири или до другого какого-нибудь города с населением на берегу Оби или близ нее, и тогда у вас явится желание перезимовать вторично; в этом случае поступайте по своему усмотрению.

Но если вы найдете, что река Обь мелка или неудобна для плавания на ваших судах, возвращайтесь следующим летом через пролив Бэрроу. И начиная от той части Новой Земли, которая примыкает к означенным проливам, идите вдоль ее берегов на запад, держась ее по штирборту и не теряя ее из виду, если только будет возможно, пока не доедете до земли Уиллоуби, если вам не удалось бы еще на пути из Англии открыть и выяснить, соединяется ли сказанная земля Уиллоуби с Новой Землей, или нет. Если вы убедитесь, что это — один и тот же материк, то от Новой Земли вы можете направиться к земле Уиллоуби наилучшим, наиболее подходящим путем и от земли Уиллоуби вы пойдете вдоль ее берегов на запад (хотя берег этот и отклоняется к северу) насколько вам это удастся, но с таким расчетом, однако, чтобы в надлежащее время вы могли вернуться домой в Лондон на зимовку. [134]

Для обеспечения правильного хода путешествия и правильности наблюдений в пути, мы отсылаем вас к инструкциям г. Уилльяма Бэрроу; один экземпляр этих инструкции составляет прибавление к первой части настоящего договора, предназначенного для вас, Артур Пэт, и снабжен нашей печатью, а другой — ко второй его части, предназначенной для вас, Чарльз Джэкмэн, и также за нашей печатью, третий же присоединен к третьей части договора, остающейся у компании и запечатанной и подписанной вами, названным Артуром Пэтом и Чарльзом Джэкмэном.

На совершение всего, что содержится в этом договоре и каждой части его в отдельности, насколько позволит мне бог, я, упомянутый Артур Пэт, настоящим даю свое согласие. И я, названный Чарльз Джэкмэн, со своей стороны настоящим также изъявляю свое согласие исполнять означенный договор и каждую часть его, насколько позволит мне бог.

В подтверждение вышеизложенного экземпляры настоящего договора были снабжены печатями и вручены соответствующим сторонам в вышеописанный день и год. Пошли вам всемогущий бог счастливого успеха и благополучного возвращения. Аминь.

2. Инструкции и замечания, весьма полезные и необходимые, подлежащие соблюдению Артуром Пэтом и Чарльзом Джэкмэном в путешествии, намеченном для открытия Китая. Даны г. Уилльямом Бэрроу в 1580 г.

Когда вы подойдете к Орфорднессу, если ветер даст вам возможность обойти пески с моря, отходите в открытое море именно здесь и точно заметьте время, когда будете находиться против этого мыса; установите склянки, которыми вы будете измерять четырехчасовые вахты и курс, который сочтете наиболее выгодным, соответственно ветру. С этого времени, будет ли ваш корабль идти свободно под парусами, без парусов или лежать на дрейфе, вы должны по прошествии каждых четырех склянок опускать свинцовый глубинный лот и внимательно отмечать найденную глубину и свойства дна. Но если, вследствие быстроты корабельного хода или других причин, нельзя будет достать дна, отмечайте все-таки достоверную глубину, которую вы получили, не достав дна. Это правило следует соблюдать в течение всего путешествия — как туда, так и обратно. Но когда вы приблизитесь к какому-нибудь берегу или наедете на какую-нибудь отмель среди моря, следует чаще пользоваться лотом, опуская его по вашему усмотрению и тщательно отмечая изменения глубины, ее увеличение или уменьшение. Подобным же образом следует измерять глубину в гаванях, реках и т. п.

Делая исчисление по лагу, настоятельно необходимо отмечать в конце каждых четырех склянок, какой путь прошел корабль, тщательно это проверяя, и каков был этот путь в зависимости от воды, особенно отмечая [135] движение ее, вызываемое ветром, если вы замечаете, что оно усиливается. Отмечайте также глубину, что случилось замечательного за это время, ветер, дующий в данный момент, и какой он силы и крепости, и под какими парусами вы идете.

Но если вы не будете отмечать всего этого через каждые четыре склянки, я не хотел бы, чтобы вы пропускали слишком много времени; тогда внимательно отмечайте эти данные в конце каждой вахты и самое большее — через восемь склянок.

Тщательно измеряйте широту возможно чаще и в возможно большем количестве мест, а равно отклонение стрелки компаса, особенно когда будете на берегу какой-нибудь земли. Делайте эти наблюдения правильно и отмечайте место и время, когда вы их производите.

Когда вы увидите какой-нибудь берег или землю, тотчас же установите при помощи морского компаса, в каком расстоянии он находится от вас, записывая ваши суждения по этому поводу. Набрасывайте очертания берега в книге, как он вам представляется, тщательно замечайте, насколько далеко от вас находятся его наиболее возвышенные и чем-нибудь примечательные части, а также крайние ее точки с обеих сторон, помечая их буквами А, В, С и т. д. Затем, пройдя 1, 2, 3 и самое большее 4 склянки и внимательно заметив, какое расстояние прошло судно и в каком направлении по компасу, снова зарисуйте первый наблюдаемый вами вид берега или его частей, если вы можете видеть и различать их; точно так же нанесите прочие пункты и знаки на земле, которые вы видите в данное время, но не могли видеть в первый раз. Отмечайте их буквами и набрасывайте общий вид этой земли, как она вам представляется; также поступайте в третий раз, и т. д.

Равным образом, идя вдоль какого-нибудь берега, набрасывайте, как врезается каждая бухта, каждый вход в гавань и каждое устье реки и как выдаются мысы, которые вы можете называть какими вам угодно названиями. Делайте пометки, набрасывая формы и очертания берегов: где есть высокие скалы, где простирается низкий берег, где песок, холмы, леса, и не пропускайте ничего, что вы замечаете и видите и что может послужить для благой цели. Если вы будете внимательно и тщательно делать заметки в вашей книге, как это описано выше, и затем переносить их на карту, вы увидите, в каком расстоянии от вас была земля, когда вы ее впервые увидали, и отдельные части ее, которые вы наблюдали, и сделаете остальные выводы: как далека одна часть земли от другой и в каком направлении они лежат одна относительно другой.

Когда вы будете у какого-нибудь побережья, где бывают приливы и отливы, внимательно замечайте, когда в каждом месте бывает самая высокая и самая низкая вода, когда бывает спокойная или тихая вода во время больших подъемов воды и в низкую воду, в каком направлении течет [136] вода при приливе, когда происходит смена приливов и отливов, насколько повышается вода, насколько движение воды, связанное с приливом и отливом, может унести судно в течение часа или в течение всего прилива или отлива, насколько вы можете об этом судить, и сколько времени приходится на прилив и отлив. Если вы найдете, что у берега течение идет всегда в одном и том же направлении, отметьте и это должным образом, куда оно направляется и на какое расстояние оно может унести дрейфом корабль в течение часа.

Равным образом всякий раз, как вам представится случай съехать на землю, наблюдайте широту и отклонение стрелки компаса и т. д. Если возможно, измеряйте своим инструментом расстояния, делайте наблюдения над строением поверхности в данном месте, над всеми явлениями, достойными внимания, насколько вы сможете это делать, хотя бы от времени до времени. Если вы будете со вниманием исполнять эти указания, вы будете в состоянии наилучшим образом нанести все свое путешествие на карты, которые я вам дал, и описать его, а этого будут особенно ожидать от вас. Но пуще всего не забывайте отмечать все, что вы сможете узнать иди заметить о почве, о плодоносности каждой страны, в которую вы попадете, об облике, внешнем виде, убранстве и нравах людей, о товарах, какие у них имеются, и что им больше всего приглянется и чего они будут более всего желать из товаров, какие вы с собою везете. Вам надлежит дарить разные безделушки людям, которых вы будете видеть, и обращаться с ними как можно любезнее и дружелюбнее для того, чтобы завоевать их любовь и расположение и не делать им никакого вреда наш зла. И даже если вы сами понесете ущерб от их рук, не мстите им легкомысленно, но всячески старайтесь расположить их к себе и в то же время ведите себя мудро и осторожно, уберегая себя от опасности, которую они могут для ваг представлять.

Молю всемогущего бога благословить вас и послать вашему путешествию добрый и счастливый успех, а вам благополучное возвращение на родину к великой радости и веселию вместе с вами всех искателей, всех ваших друзей и всей нашей страны.

3. Несколько кратких советов, данных господином Ди (Dee) Артуру Пэту и Чарльзу Джэкмэну для выполнения их во время путешествия их на северо-восток.

Если признать расстояние от Вардехуса до острова Колгуева в 400 миль при разнице почти в 20° только по одной долготе с запада на восток, или очень близко от того, и при широте 70 2/3°; от Колгуева до Вайгача — в 200 миль при разнице только в 10° долготы на широте также в 70°, и от Вайгача до мыса Табин — в 60° долготы (все время по направлению с запада на восток) также на широте 70°, что составляет [137] 1 200 миль, то таким образом общее расстояние от Вардехуса до Табина составит 600 лиг или 1800 английских миль. Поэтому, если предположить, что в путешествии для открытия новых стран корабль будет проходить в среднем только 50 английских миль в день, то ясно, что путь от Вардехуса до Табина может быть легко пройден за 36 дней, но, с божией помощью, его можно сделать в гораздо более короткий срок, благодаря попутным ветрам и постоянному свету в течение всего потребного для того времени.

Когда вы минуете мыс Табин и достигнете 142 ° долготы, как показывает ваша карта, или еще 2, 3, 4 или 5° далее к востоку, то весьма вероятно окажется, что земля по правую вашу руку сильно отклоняется к юго-востоку.

Держась этого курса, вы, вероятно, попадете в устье известной реки Эхардес (Oechardes) или какой-либо иной, которая, по моим предположениям, протекает мимо славного города Камбалу. Ее устье должно находиться на широте 50 или 52° и в 300 или 400 милях от самого Камбалу, находящегося на широте 45°, к югу от указанного устья реки. Или же вам придется обогнуть самую северо-восточную точку всей Азии, пройти мимо области Ании и затем дойти до широты 46°, все время держась берега с правой стороны (насколько это будет безопасно); тогда вы можете войти в гавань Квинсэя — главного города Северного Китая (China), который я так называю в отличие от другого, менее известного.

В одном из этих теплых городов или в обоих вы можете, по вашем приезде в эти страны, сделать много полезного. Так например, вы можете, то разъезжая по морю, то по большим пресноводным рекам, то делая тайные наблюдения, собирать сведения о городах, находящихся в пределах этой страны, или же вы постараетесь достать какие-нибудь карты страны, составленные и напечатанные в Китае или Хине (Cathay or China), или какие-нибудь книги для изучения языка. Быть может, вам представится случай проплыть на остров Японию, где вы найдете христиан-иезуитов, уроженцев многих стран, а может быть, и каких-нибудь англичан. От них вы можете получить хорошие наставления и советы, касающиеся ваших дел (Все географические сведения о Китае, Японии и других странах Дальнего Востока, находимые в записках Хаклюйта, повторяются и дополняются в печатаемом ниже письме Г. Меркатора и представляют собою общую сумму географических известий о дальневосточных странах ученых европейцев в половине XVI столетия. Эти известия были частью заимствованы из сочинений географов классической древности — Страбона, Птолемея — и пополнены редкими известиями, которые привозили немногочисленные западноевропейские путешественники, побывавшие в средние века в центральной Азии и в Китае, например Плано-Карпини, Марко Поло и др. Более отчетливые представления о географии восточной Азии устанавливались очень медленно в течение XVI, XVII, XVIII и даже XIX вв.). [138]

4. Письменные замечания, кроме других, переданных устно, сообщенные в 1580 г. г. Ричардом Хаклюйтом из Итона в графстве Хирфорд, эсквайром, г-ну Артуру Пэту и г-ну Чарльзу Джэкмэну, отправленным купцами Московской компании для открытия северо-восточного пролива, и пригодные также и для других будущих предприятий по открытию новых стран.

Какие нам нужны острова и почему

Подобно тому, как португальцы на пути к своим индийским владениям имеют укрепленные гавани, служащие им как пристанища и для других важных целей, точно так же должны и вы обследовать, какие острова и гавани нужно вам иметь на вашем пути на северо-восток. Поэтому я хотел бы, чтобы вы занялись изучением этого вопроса, отмечали бы все острова и наносили их на карту с двоякой целью, именно, чтобы мы могли принять решение, как ими воспользоваться, а также каким образом, располагая ими, дикари или же цивилизованные государи могут препятствовать нам вести намеченную по этому пути торговлю.

Так как люди, к которым предполагается ехать в это путешествие, — не христиане, хорошо было бы, чтобы основная масса наших товаров всегда находилась в нашем распоряжении, а не зависела от воли других. Было бы поэтому очень хорошо, если бы вы отыскали какой-нибудь небольшой островок на Скифском море, где мы могли бы в безопасности основаться — строить укрепления и склады и оттуда в надлежащее время питать эти языческие народы нашими товарами, не закармливая их до отвала и не рискуя, чтобы весь наш товарный фонд был поглощен в кишках этой страны.

Если будет в этом надобность или если мы сочтем это выгодным, мы можем привлечь к этому острову торговый флот северо-востока, флот Камбалу, который будет посещать нас там и привозить свои товары, когда мы там обоснуемся и построим склады.

Если бы можно было найти остров, расположенный так, чтобы сокращать наш путь, и так, чтобы корабли из Камбалу и других стран могли бы приходить туда, не стесняясь расстоянием, то это было бы очень хорошо. Ибо при этих условиях, не считая уменьшения опасностей и увеличения безопасности, наши суда могли бы там разгружаться и снова нагружаться и возвращаться в то же лето в гавани Англии и Норвегии.

А если к такому острову, пригодному для устройства на нем наших складов, люди из Камбалу не стали бы ездить, мы все же могли бы, держа там суда, пользоваться ими для плавания между Камбалу и этим складочным местом. [139]

О гаванях и убежищах

Если нельзя будет найти подобного острова в Скифском море у азиатского материка, то отыскивайте гавани вокруг Новой Земли, вдоль всего ее притяжения с тою целью, чтобы иметь возможность, если вас задержат противные ветры, перезимовать там в первый год, и для того также, чтобы можно было в короткое время доехать до Камбалу, выгрузить там товары и пуститься в обратный путь. Не подвергаясь риску оставаться в Камбалу, вы можете на обратном пути добраться до гавани где-нибудь около Новой Земли; на следующее лето вы тем скорее сможете прибыть в Англию для скорейшего сбыта ваших восточных товаров и для скорейшего освобождения моряков. Все это, конечно, при том условии, если вы окажетесь не в состоянии съездить туда и обратно в одно лето.

Что касается протяжения Новой Земли к востоку за пределы полярного круга в более умеренный пояс, то вот на что вы должны обратить внимание.

Если вы найдете страну, населенную людьми, то весьма вероятно, что со временем там будет найден широкий сбыт наших теплых шерстяных материй. Если же там вовсе нет людей, то особенно внимательно замечайте, какое количество там китов и всякой другой рыбы для того, чтобы нам оказалось возможным, поддерживая и помогая нашим новым торговым сношениям на северо-востоке у берегов Азии, перенести туда наши рыбные ловли у Нью-Фаундлэнда и Исландии и наш китобойный промысел.

О рыбах и некоторых других вещах

Если на протяжении Новой Земли можно найти умеренный климат, землю, производящую лес, пресную воду, посевы и траву и море, в котором водятся рыбы, то мы можем селить на этом материке излишки нашего народа, как это делают португальцы в Бразилии; эти переселенцы при нашей рыбной ловле и при наших путешествиях в Китай будут снабжать нас своими произведениями, питать и давать пристанище.

Возможно, что внутренние области этой страны смогут давать нам мачты, деготь, смолу, пеньку и другие предметы для флота, как в полной мере делает это Эстляндия.

Заметки об островах должны содержать сведения об их произведениях и об их недостатках

Относительно островов следует отмечать, высокие ли они или состоят из низких земель, гористые или низменные, какова их почва — песчаная, глинистая, известковая или какая иная; растет ли на них лес, есть ли [140] реки и источники или нет, какие там водятся дикие звери; нет ли на островах признаков пригодных строительных материалов, как например, плитняка и дикого камня, а также камня для выделки извести; есть ли лес или уголь для топлива.

Отмечайте положительные и отрицательные свойства гаваней и стоянок на островах.

Если будет открыт пролив, то что надо делать и какое важное значение это может иметь

Если существует пролив для прохода в Скифское море, то описывать его следует с большим вниманием, в особенности, если он узок и должен быть охраняем. Я говорю, что именно это обстоятельство следует отметить, как обстоятельство, имеющее важное значение. Ведь, если какой-нибудь государь будет господствовать над таким проливом и владеть им, как датский король владеет датскими проливами, вся торговля в северо-восточных частях света будет вестись только в его пользу и к его частной выгоде, или же к выгоде его подданных, или же он будет извлекать баснословные барыши от таможенных сборов, как датский король извлекает их из своих проливов, допуская купцов других государей проходить через них. Если подобный пролив будет открыт, то следует нанести на карту высоту солнца, высоки ли или низменны его берега, какие поблизости существуют гавани, длину проливов и всякие иные обстоятельства и это — для многих целей. Все моряки должны присягнуть в том, что они о подобных вещах будут молчать, чтобы другие государи не могли бы предупредить нас в этом деле, вследствие болтливости моряков, после возвращения из плавания, если таковая будет иметь место.

Каким образом можно устроить, чтобы дикари приобретали наши материи и другие потребные им предметы

Если вы откроете какой-нибудь населенный остров или материк и увидите, что туземцы нуждаются в материях, то вы должны сообразить, какие имеются у них товары, на которые они могли бы их приобретать.

Если они бедны, то вы должны подумать о их почве — не может ли она каким-нибудь образом способствовать их обогащению настолько, чтобы они могли потом получить с нее нечто, чтобы приобретать материи.

Если вы проникнете вглубь материка по судоходной реке и найдете большие леса, заметьте, какие растут в них деревья, чтобы мы могли знать, пригодны ли они для гонки смолы и дегтя, для выделки мачт, для мелких поделок, для деревообделочных работ, для бочарного дела, для кораблестроения или для стройки домов, ибо в таком случае если местные люди не пользуются лесами, то мы, может быть, могли бы начать их разрабатывать. [141]

Не рискуйте потерей ни одного человека

Раз вы едете в таком малом числе, всячески берегите своих людей и ни в каком случае не рискуйте жизнью ни одного человека.

Кроме товаров следует привезти отдельные предметы

Привезите с собой, если вам удастся, из Камбалу или другого цивилизованного города какого-нибудь молодого человека, хотя бы оставив одного из ваших людей заложником вместо него.

Также привезите фруктов этой страны; если они не выдерживают перевозки, то сохраните их, высушив их.

Привезите семена груш и яблок, а также — косточки плодов, какие вы там найдете.

Привезите также семена всех неизвестных трав и цветов; такие семена плодов и трав из другой части света, столь отдаленной, доставят наслаждение воображению многих лиц как своим необычайным видом, так и потому, что они могут расти и доставлять наслаждение долгое время.

Если вы доедете до Камбалу или Квинсэя, привезите оттуда карту той страны, ибо таким образом у вас будет ее полное описание, что имеет большое значение.

Следует привезти оттуда какую-нибудь старую печатную книгу, чтобы узнать, правда ли, как некоторые пишут, что там умели печатать раньше, чем это изобретено в Европе.

Следует собрать сведения о их морских и сухопутных силах

Если вы доедете до Камбалу или Квинсэя, обратите особенное внимание на тамошний флот, отмечайте силу и величину их судов и способ их постройки, паруса, снасти, якоря и все их устройство, артиллерию, вооружение и военные припасы.

Точно так же замечайте силу стен и укреплений тамошних городов, их устройство и расположение, есть ли у них пушки, какой порох они употребляют и далеко ли стреляют.

Отмечайте их вооружение.

Какие у них мечи?

Какие копья, алебарды и секиры?

Какая у них тяжелая и легкая кавалерия?

Итак, полностью соберите сведения обо всех морских и сухопутных силах страны. [142]

 

Предметы, которые нужно отмечать для дальнейших соображений

Особенное внимание обращайте на их постройки и на внутреннее убранство домов.

Особо обратите внимание на их одежду и обстановку и материал, из которого последняя сделана; из этого купец может сделать вывод и о местных товарах и о том, в чем жители нуждаются.

Наблюдайте их лавки и товарные склады, какими они наполнены товарами и цены на последние.

Осматривайте их рынки и все, что туда привозят, и вы скоро увидите товары и обычаи обитателей внутренних областей, а это даст понятие о многом.

Наблюдайте их посевы, их плодовые деревья и заметьте, обильны они или нет; также заметьте, богаты ли они рыбой или нет.

Предметы, которые вал следует везти с собой; из них некоторую

часть надо взять для устройства выставки наших товаров

Каразеи всех восточных цветов, особенно — красного, тонкое сукно также восточных цветов.

Фризады, пестрые материи, грубые фризовые, испанские покрывала, гарус всех цветов, особенно красного, крученую пряжу, пеньковую материю, саржу, молескин, фланель, сатин и т. п.

Войлоки различных цветов.

Шляпы из тафты.

Глубоко сидящие матросские шапки, окрашенные в красное; если можно будет обеспечить широкий сбыт их, то это будет большим подспорьем для простого бедного люда, который будет вязать их.

Стеганые ночные колпаки из левантийской тафты разных цветов.

Шелковые вязаные чулки восточных цветов.

Вязаные чулки из джерсэйской шерсти; если сбыт ее будет широк, то этой работой можно занять множество бедного люда.

Чулки из каразеи разных цветов для мужчин и женщин.

Шелковые подвязки разных сортов и цветов.

Пояса из буйволовой и иной кожи с позолоченными и незолоченными пряжками, особенно же — мягкие пояса, и в частности — мягкие пояса из бархата.

Перчатки всех сортов, вязаные и кожаные.

Перчатки надушенные.

Шнурки из всех сортов шелка, шнурки ниточные и кожаные всех цветов. [143]

Обувь испанской кожи разных цветов и длины с разрезами и без разрезов.

Обувь из других сортов кожи.

Бархатные башмаки и туфли.

Обувь и туфли в настоящее время следует послать скорее для образца, чем для иных целей.

Кошельки вязаные и кожаные.

Ночные колпаки вязаные и прочие.

Набор оловянной посуды для образца и продажи этого английского товара: бутылки, фляжки, ложки и другие предметы из этого металла.

Стекло английского изделия.

Венецианское стекло.

Зеркала для женщин, большие и красивые.

Маленькие часы, в небольшом количестве — на пробу, хотя там от не могут иметь того значения, какое имеют здесь.

Очки обыкновенные.

Очки хрустального стекла, в серебряной и иной оправе.

Часы песочные.

Гребни из слоновой кости, буксуса и роговые.

Белье разных сортов.

Платки карманные, шитые шелком, разных цветов.

Очки с простыми стеклами от пыли для езды.

Ножи в ножнах, простые и двойные, с хорошими лезвиями.

Иголки большие и малые, разных сортов.

Пуговицы крупного и мелкого размера с кожаными, но не с деревянными формами, обшитые для прочности крученым шелком разных цветов.

Ларцы-шкатулки с весами для взвешивания золота и золотые монеты всякого рода, плохие и хорошие, чтобы показать, что здесь у нас употребляют вес и меры, что указывает на знания и на определенный порядок в правлении, существующий у нас.

Вы должны взять с собой все английские серебряные монеты и показать правителям Камбалу; это — такие предметы, которые без слов скажут умным людям больше, чем вы думаете.

Замки, ключи, пружины, болты, засовы и т. д., большие и малые — образцы отличного мастерства. Если можно обеспечить их сбыт, то мы засадим наших подданных за работу. На это вы должны обратить большое внимание, ибо найти широкий сбыт для всего, что вырабатывается в нашем государстве, имеет более цены для нашего народа — оставляя в стороне купеческие прибыли, — чем Кристчерч, Брайдуэлл, Савой и все богадельни Англии. [144]

Для угощения влиятельных людей на корабле

Если вы приедете в Камбалу или Квинсэй, а не к дикарям, то следует прежде всего зажечь под люками самые нежные ароматы, дабы сделать место угощения приятным к приезду гостей.

Мармелад, конфекты, прессованные винные ягоды, изюм.

Разные фрукты, вареные в сахаре; это дело следует поручить опытному лицу, чтобы они не разварились.

Дамасские сливы, сушеные груши, орехи разных сортов и миндаль.

Оливки, дабы вкуснее показалось вино.

Яблоки “Джон”, сохраняющиеся два года, чтобы показать качество наших фруктов.

Стручки, крепкое вино.

Флаконы и бутылочки с хорошими духами должны быть приготовлены для того, чтобы опрыскать гостей, когда они войдут на борт.

Сахар для подачи к вину, буде гости того пожелают.

Нежное оливковое масло с острова Занте, отличный французский уксус и бисквиты хорошего сорта, смоченные в этом масле и уксусе, составляют прекрасное угощение, которое, если положить в него немного сахара, прохлаждает, подкрепляет и освежает душу человека.

Коричная вода и императорская вода, их следует иметь, чтобы предлагать их отведать, а также для подкрепления больных в путешествии

Имея все перечисленные продукты и другие подобные, вы можете угощать самых высоких и знатных лиц, куда бы вы ни приехали.

Вы можете делать подарки, оделяя людей мармеладом в маленьких коробках и маленькими флаконами нежных духов. Вы можете пускать их в ход и в качестве товара.

Карта Англии и план Лондона

Возьмите с собой карту Англии, раскрашенную в яркие цвета, и, я советую, самого большого размера, чтобы показать страну, откуда вы приехали.

Возьмите также большой план Лондона, чтобы показать и свой город.

Пусть на реке будет нарисовано множество всякого вида судов, чтобы еще больше выставить напоказ большие размеры вашей торговли товарами.

Атлас Ортелиуса

Будет не лишним, если вы возьмете Ортелиусов атлас, где можно увидеть все страны. А если окажется нужным, то поднесите его великому хану, ибо он произведет необычайное впечатление на этого государя. [145]

Книга с нарядами всех народов

 

Я убежден, что подобная книга, взятая с собой и поднесенная в дар, была бы очень высоко оценена.

Книги

Если кто-нибудь даст вам новый гербарий и такие книги, в которых изображены травы, растения, деревья, рыбы, птицы и звери здешних стран, то это может привести в восхищение великого хана, знать и тамошних купцов, когда они все это увидят. Все здешнее так сильно отличается от того, что имеется там; а так как они не могут из-за дальности расстояния приехать сюда, то для них будет наслаждением увидеть все, хотя бы в отражении.

Книга цен

Возьмите с собой книгу цен для того, чтобы было возможно отметить цены всех внесенных в эту книгу товаров, какие вы будете иметь случай найти в Камбалу, в Квинсэе или в других восточных странах, где вам придется побывать.

Пергамент

Возьмите свитки пергамента; мы можем предать немалое его количество без ущерба нашему государству, и он не занимает много места.

Клей

Захватите клея; у нас его много, и мы нуждаемся в сбыте.

Красная охра для живописцев

Надо искать сбыта, потому что у нас большие ее запасы и малый сбыт.

Мыло обоих сортов

Надо испробовать, как оно может пойти там, так как мы производим мыло обоих сортов и могли бы производить его больше.

Шафран

Надо выяснить, какой сбыт может иметь шафран, потому что наше государство производит лучший в мире шафран, работами же по его производству можно занять много бедного люда, чем облегчится его положение.

Водка

Новые усовершенствования позволяют производить ее здесь в громадном количестве; поэтому надо искать сбыта. [146]

Черные кроличьи шкуры

Следует испробовать сбыт их в Камбалу, который лежит в северных областях; у нас же товару этого очень много, и часть его мы можем уделить,

Нитки

Сбыт ниток может дать работу нашим соотечественникам.

Медные шпоры и колокольчики для соколов

Выяснить вопрос о сбыте, так как это может дать людям работу у нас.

Указание и предупреждение купцам

Прежде чем предлагать свои товары, следует выяснить, какие товары имеются в той стране, ибо если вы привезете туда бархат, тафту, пряности или такой товар, который вы сами желаете привезти на родину, то не продавайте своих товаров по дорогой цене, иначе вам потом придется покупать тамошние товары не так дешево, как вы бы хотели.

Семена для продажи

Для этой цели возьмите с собой семена всех сортов садовых растений, сладких трав, цветов, горшечных растений и всех сортов корне плодов.

Свинец первой плавки

Свинец второй плавки из шлаков

 

Следует попытаться создать сбыт свинца всех сортов.

Английское железо, железная и медная проволока

Попытаться устроить продажу этих товаров.

Сера

Попробовать, не будет ли сбыта ее, потому что у нас изобилие серы, добытой в нашем государстве.

Минерал сурьма

Следует узнать, достаточно ли широко пользуются там сурьмой. Мы можем нагрузить ею целые флоты, а сами совершенно не употребляем ее, за исключением незначительного количества при литье колоколов и некоторого количества, употребляемого алхимиками. В аптеках можно достать два сорта сурьмы. [147]

Зажигательные коробочки со сталью, кремнем, фитилями и трутом, фитили можжевеловые во избежание вреда от серы

Следует испробовать и увеличить продажу серы, показывая, как ее употреблять.

Восковые свечи для освещения.

Расписные раздувательные меха

Потому что там, быть может, не знают их употребления.

Чугун

Потому что это основной товар нашего государства.

Все виды острых орудий

Следует продавать и там и менее цивилизованным народам в местах, куда вы будете заходить во время плавания.

О чем я должен просить вас помнить

Обратите особенное внимание на прекрасное состояние красильного производства в тамошней стране. Замечайте их одежды и расписные украшения домов; осмотрите их красильни, ознакомьтесь с материалами и снадобьями, которые они при этом употребляют; привезите образцы красок и материалов, так как это может оказать великую услугу нашему государству, выделывающему различные ткани.

Для вашего собственного употребления возьмите все снаряды для ловли рыб и птиц.

Берите с собой товары только безукоризненного качества. Хорошее качество товаров, привезенных в первую поездку, вселит к ним доверие и на будущее время. Фальшивый и обманный товар навлечет пренебрежение и вселит дурное мнение не только о вас, но и о ваших товарах.

5. Письмо Герарда Меркатора к г. Ричарду Хаклюйту в Оксфорде о предположенном путешествия для открытия северо-восточного прохода, 1580 г. (Переведено с латинского оригинала.).

Письмо твое, просвещеннейший муж, получил я только 19 июня. Глядя на него, я очень жалел не столько о том, что упущено время, сколько о том, что упущена возможность своевременно дать инструкции. Я очень хотел бы, чтобы Артур Пэт еще до своего отъезда был осведомлен о некоторых немаловажных обстоятельствах. Конечно, плавание в Китай (in Cathaium) по восточному пути — очень короткое и легкое, и [148] я часто удивлялся, что, счастливо начинаемое, оно оставалось незаконченным, и этот путь был заменен западным, когда более половины вашего пути было уже известно. Ибо за островом Вайгачом и Новой Землей сейчас же простирается громадный залив, замыкаемый с Востока мощным Табинским мысом. В середину залива впадают реки, которые, протекая через всю страну Серику и будучи, как я думаю, доступны для больших судов до самой середины материка, позволяют легчайшим образом перевозить любые товары из Китая, Мангии, Миэн и других окрестных государств в Англию. Впрочем, не без основания думая, что плавание по этому пути прервано, я полагаю, что император России и Московии чинит этому какие-то препятствия. Если же при благосклонном его отношении плавание может в будущем возобновиться, то я бы, конечно, советовал не искать в первую очередь мыс Табин и не исследовать его, но обследовать вышеупомянутые реки и залив и отыскать и избрать в них какую-нибудь удобнейшую гавань в качестве стоянки для английских купцов. А уже из нее можно будет с большими удобствами и минимальными опасностями исследовать мыс Табин и морской путь вокруг всего Китая. Что существует громадный выдающийся к северу мыс Табин, я твердо знаю не только из Плиния, но и из других писателей и некоторых карт, правда, грубовато начертанных. Я выяснил из достоверных магнитных наблюдений, что магнитный полюс находится не очень далеко за Табином. Вокруг этого полюса и вокруг Табина много скал, и плавание там очень трудно и опасно. Но я думаю, что доступ к Китаю еще труднее по тому пути, по которому теперь пытаются ездить в западном направлении, ибо последний ближе подходит к северному полюсу, нежели восточный, подходить же к нему близко я считаю небезопасным. Магнит имеет другой полюс, нежели мир, и весь мир имеет к нему отношение: чем ближе подходят к нему, тем более стрелка компаса, проникнутая иглой магнита, отклоняется от севера на запад или на восток соответственно тому, находится ли восточнее или западнее меридиана, который проходит и через магнитный полюс и через полюс мира. Это отклонение достойно удивления и может ввести в заблуждение многих мореплавателей, если только они не знают этого непостоянства магнита и не измеряют возможно чаще высоты полюса своими инструментами. Я опасаюсь, что если господин Артур недостаточно об этом осведомлен, или недостаточно ловок, чтобы, поняв свою ошибку, своевременно ее исправить, то он, блуждая, собьется с пути, потеряет время и на половине пути будет захвачен морозом; говорят, что залив каждый год крепко замерзает.

Если это случится, то вот что казалось бы мне наилучшим: для него будет ближайшим исходом, если он будет искать гавань или в заливе или в тех реках, о которых я уже говорил, и через какого-нибудь посла именем светлейшей королевы известит о себе великого хана и заключит [149] с ним дружбу; королева же будет благодарна и сугубо благодарна величайшему императору мира за возможность завязать торговые отношения на таком далеком расстоянии. Я полагаю, что от устьев величайших рек, Баутиза и Эхарда, до Камбалу, столицы великого хана, расстояние составляет более 300 германских миль, а путь ведет туда через Эзину, город Тангутского царства, который повинуется хану и, невидимому, от устьев рек отстоит не более как на 100 германских миль.

Я очень хотел бы знать, насколько высоко поднимается море во время прилива в той гавани Московии, которая служит вашей стоянкой, и в других местах далее к востоку до Табина, а также течет ли море в этих местах всегда в одном направлении, т. е. на восток или на запад, или же приливает и отливает, как обычно, в середине канала, т. е. течет ли оно шесть часов к западу и шесть часов к востоку, или же всегда в одну сторону; от этого зависят соображения весьма полезные. Я бы хотел, чтобы господин Фробишер сделал такие же наблюдения на западе. Все данные, касающиеся залива Меросро, Канады и Новой Франции, в моих таблицах взяты из одной морской карты, которая составлена некиим духовным лицом по описаниям тех мест, сделанным Науклером, опытнейшим галлом, и поднесена принцу Георгу Австрийскому, епископу Льежскому (Карты, о которой говорит Меркатор, при составлении этих примечаний найти не удалось.). Я не сомневаюсь, что относительно расположения берегов и измерений широты эти данные близки к истине, потому что на этой карте, кроме шкалы широтных градусов, проведенной посредине ее, была еще другая, особая, составлявшая добавление к очертанию берегов Новой Франции в содержавшая исправление ошибок в определении широт, происходивших от отклонения магнитной стрелки. Когда-то один мой друг из Антверпена давал мне путешествие Якова Кнойена из Гертогенбоша по всей Азии, Африке и северным странам, получив его от другого лица; я его использовал и отдал обратно; много лет спустя я снова попросил его у моего друга, но тот не мог вспомнить, у кого он его брал. Я не видел сочинений Вильгельма Триполитанского и Иоанна де Плано Карпини и встречал только некоторые извлечения из них в других рукописных книгах. Я очень рад, что Эпитоме Абульфеди переведено, и весьма желал бы иметь его поскорее.

Вот что я полагал нужным ответить тебе, господин мой. Если ты хочешь получить от меня еще какие-нибудь сведения, я охотно сообщу тебе их, с любовью прося тебя, в свою очередь, сообщить мне все то, что ты будешь в состоянии узнать о наблюдениях, сделанных во время обоих морских путешествий (Т. е. путешествия Пэта и предположенного путешествия Фробишера.). Все это останется у меня в твоем распоряжении; все выводы, какие я сделаю из этого материала, я в точности сообщу тебе [150] в письменной форме, если только они могут послужить на пользу и пополнение сведений касательно этого прекраснейшего и полезнейшего для христианского мира предприятия в области мореплавания. Будь здоров, ученейший друг.

Дюисбург в герцогстве Клевском

28 июня 1580 г.

Когда Артур возвратится, прошу тебя, узнай у него то, что я просил, а также не нашел ли он где-нибудь на своем пути пресноводного или мало соленого моря: я подозреваю, что море между Новой Землей и Табином — пресноводно.

Твоей просвещенности готовый служить

Герардус Меркатор.

 

6. Путешествие и открытия, сделанные шкипером Артуром Пэтом и шкипером Чарльзом Джэкмэном в северо-восточных странах за островом Вайгач на двух судах — “Джордж” и “Уилльям” в 1580 г. Записано Хью Смитсом.

В понедельник, 30 мая пополудни мы вышли из Гаруича (Harwich) при юго-восточном ветре. Так как отлив почти уже кончался, мы не могли выйти в море и принуждены были поэтому снова войти в гавань и оставаться там до следующего утра 31 мая. В этот день мы подняли якоря около 3 часов утра при з.-ю.-з. ветре. В тот же день еще в утренние часы мы миновали Орфорднесс, вечером прошли Стемфорд, поздно вечером — Ярмут и дошли до Уинтертона, где и простояли всю ночь на якоре; было тихо и наступал прилив.

На следующий день, 1 июня, мы поднята паруса в 3 часа утра и взяли курс на север, ветер дул с ю.-з. и ю.-ю.-з.

10 июня около 10 часов пополудни мы подошли к берегам Норвегии у места, где один из мысов в проливе называется Бутылкой (Bottle), a другой — Мулом (Moil). Есть там также и остров, называемый Кин. Широта была определена в 62°; море течет к югу и поднимается на 7—8 футов, но не выше,

11-го утром ветер перешел на ю. и ю.-в. В тот же день в 6 часов пополудни мы поставили паруса и пошли вдоль берега. Погода была плохая — с ветром и туманом.

22 июня при западном ветре мы шли вдоль берега к в.-с.-в. и к в.; в тот же день в 6 часов утра мы обогнули Нордкап, а около 3 часов дня мыс Скайтсберг, дальше шли мы вдоль берега на в. и в.-ю.-в.; в том же направлении шли и всю ночь. [151]

23-го около 3 часов утра пришли мы в Вардехус при с.-з. ветре. Причиной нашего захода туда были поиски “Уилльяма”, которого мы потеряли из виду 6 июня, и желание отправить письма в Англию. Около часу пополудни “Уилльям” также вполне благополучно пришел в Вардехус, причем весь экипаж его был в добром здоровье.

24-го ветер стал в.-с.-в. В этот день “Уилльям” был вытащен на берег, потому что в нем оказалась небольшая течь и понадобилось исправить действие руля. Около полуночи его снова спустили на воду.

25-го ветер продолжал дуть с в.-с.-в.

26-го из Вардехуса в Лондон ушло судно “Тоби” из Гаруича со шкипером Томасом Грином, которому мы поручили письма.

27-го и 28-го ветер был ю.-ю.-в.

29-го около 6 часов пополудни ветер в течение одного часа подул с з.-с.-з., но тотчас же опять перешел в восточный и оставался переменным всю ночь.

30 июня около 5 часов утра подул в.-ю -в. ветер и дул весь этот день.

1 июля около 5 часов пополудни ветер стал с.-с.-в., и около 7 часов мы вышли из Вардехуса на ю.-в.

2-го, часов с 5 утра, ветер стал восточным с уклоном к югу, и мы стояли у побережья. Около 10 часов утра он стал ю.-в.; мы стали подвигаться на восток, слегка меняя направление от ю.-в. до в. с северным ук юном. Часов около 5 пополудни подошли мы к “Уилльяму”, который намеревался идти в Кигор. Мы полагали, что он из дрейфа вышел, но он шел плохо. И мы полагали, что в Кигоре он исправит руль. Тут шкипер Пэт, не желая заходить в гавань, сказал шкиперу Джэкмэну, что если он не считает себя способным держаться в открытом море, то пускай делает как знает, он же, Пэт, пойдет тем временем к земле Уиллоуби, что составляет часть их задания, и встретится с Джэкмэном у острова Верова или Вайгача. После этого мы направили курс на в.-с.-в. при ю.-в. ветре.

3 июля дул ю.-в. ветер; широта оказалась 70° 46'; в полночь мы опустили лот на 120 сажен, но дна не достали. В это время мы находились в 50 лигах от берега к в.-с.-в. от Кигора.

Все утро 4-го было тихо. Широта — 71° 38'. В 9 часов вечера — с.-в. ветер с добрым штормом; мы шли вперед в в.-ю.-в. направлении.

5-го при с.-з. ветре мы шли на восток с уклоном к югу. Видели землю, но обследовать ее не могли; ветер был северного направления, так что подойти к ней мы не могли.

6-го около двух часов пополудни при с.-з. ветре мы шли к в.-ю.-в. при сильном шторме. В этот день мы повстречали лед. К 6 часам пополудни море утихло. С парусами и на веслах мы пошли к с.-в., надеясь освободиться от льда, так как нам казалось, что мы видим ему конец. [152]

К 12 часам ночи мы вышли изо льдов. Мы полагали, что лед этот шел из бухты св. Николая, но, как мы потом убедились, это было не так.

7-го числа нам повстречалось еще большее количество льда — к в. от первого льда. Мы пошли по ветру вдоль его, отыскивая, нельзя ли найти конец ему в с.-в. направлении. В этот день к с от нас показалась еще большая полоса настоящей твердой земли, но между ней и нами был лед, так что подойти к ней ближе мы не могли

В то же утро в 6 часов мы вошли во льды, пытаясь пройти через них, и продолжали идти так весь день и всю следующую ночь, дул с.-с.-з. ветер. Мы принуждены были часто менять курс по компасу, но в общем держали курс на в.

8-го числа ветер был с.-с.-з. Мы продолжали держаться того же курса; утром опускали зонд, показавший 90 сажен при красном иле. В тот же день в 4 часа пополудни мы снова измеряли глубину и получили 84 сажени при таком же иле. К 6 часам вечера, освободившись от льда, пошли вперед к ю.-ю.-в.; в 10 часов вновь опустили зонд, давший 43 сажени и ил с песком.

9-го в 2 часа утра снова опустили лот; он показал 45 сажен.

Тут показались туманные очертания земли к в.-с.-в.; мы шля по направлению к ней два часа, но затем, убедившись, что это был лишь туман, пошли на ю -в.

9-го числа в 2 часа пополудни лот показал 50 сажен при черном иле. Широта была 70° 3'. В 10 часов вечера снова опустили лот и получили опять 50 сажен и черный ил.

10-го дул с.-с.-в. ветер; мы шли к в., уклоняясь к с. Курс этот взяли мы потому, что в 10 часов утра увидели землю; зонд показал 35 сажен при черном иле. Весь день стоял густой туман, так что мы не отважились подойти к берегу и обследовать его, но держались от него поодаль. В 6 часов вечера мы вновь увидели землю и пошли к ней; ветер в это время утих; зонд дал 120 сажен при черном иле. Тогда мы послали на берег бот, чтобы сделать промеры глубины и осмотреть землю. Тою же ночью корабль наш подошел к острову, у которого мы простояли до утра, войдя в бухту, чтобы стать поближе к земле и запастись дровами и водой.

11-го числа ветер перешел в в.-ю.-в. В этот день на расстоянии около лиги к в. от себя мы увидели прекрасный пролив или реку; углубление далеко уходило внутрь страны и разветвлялось надвое или натрое, с островом посредине.

12-го дул в.-ю.-в. ветер. В 11 часов утра к берегу спустился большой белый медведь и полез в воду; мы погнались за ним на своем боте, но, несмотря на все наши старания, он вылез на берег и ушел от нас; мы назвали поэтому эту бухту Медвежьей. В 7 часов вечера мы подняли [153] паруса, потому что очень надеялись, что ветер перейдет в западный, и на парусах и веслах вышли в море. Всю ночь было тихо и стоял туман.

19-го утром ветер был переменный и стоял туман; когда же он рассеялся, мы увидали большое скопление льда, которое сначала показалось нам землей. Лед этот причинил нам много хлопот, в особенности вследствие тумана, который держался до 12 часов 14 июня.

14-го с утра мы так были окружены в бухте льдом, что нам пришлось выходить тем же путем, каким мы в нее вошли; это было нашим счастьем или скорее милостью божией, ибо иначе выйти было бы невозможно. К 12 часам мы освободились от льда; ветер дул с ю.-ю.-з. В этот день мы установили широту 70° 26 . Мы шли вдоль берега к с.-в., полагая, что это — остров, но, увидев, что конца берегу нет, мы предположили, что это — материк Новой Земли. В 2 часа пополудни мы направились к ю., чтобы обогнуть лед, но, идя этим курсом, сделать этого нам не удалось; мы снова переменили курс и пошли на з. вдоль кромки льда. К 7 часам мы оставили позади себя большую его часть. Около 11 часов лед оказался в ю.-в. направлении от нас, и мы таким образом от него отдалились.

15-го числа около 3 часов утра ветер подул с ю.-ю.-з., мы переменили курс и пошли на в.; ветер стал переходить к з-5 так что мы пошли к ю.-ю-.з. с надутыми парусами и шли так целый день; часов около 8 вечера лот показал 23 сажени и мелкий серый песок; в 12 часов мы снова опустили лот, показавший 29 сажен при таком же песке.

16 июля к 3 часам утра мы шли в в.-ю.-в. направлении; глубина была 18 сажен при красном песке; потом повернули на с.-в. Измеряя глубину лотом, мы нашли много мелей.

В 10 часов мы опять повстречали лед; его было так много, что нельзя было сказать, куда нужно идти, чтобы от него освободиться. Ветер стал ю.-ю.-в., и мы пошли к с. Мы полагали, что, идя в этом направлении, выйдем изо льда, на самом же деле его становилось все больше и больше. В 6 часов пополудни подул восточный ветер. Тогда мы пошли к ю.; лот дал глубину в 30 сажен и черный ил. Определение широты в этот день показало 69° 40', а ночью в 12 часов лот показал 41 сажень и красный песок.

17 июля в 3 часа утра глубина была 12 сажен, а в 9 часов — 8 и 7 сажен; весь день мы шли на ю. и на ю. с уклоном к з.; глубина была все та же; дно — красный песок, воды — меньше. Часов в 8 пополудни поднялся ю.-ю.-з. ветер с грозой и ливнем, и мы повернули на в.-с.-в.; к 12 часам ветер изменился и стал ю.-в. Все это было в Печорском Заливе.

18-го в 7 часов утра подошли мы к мысу, замыкающему залив, и здесь увидали два острова. Тут много мелей, создаваемых отливами. Мы проходили между материком и островом вблизи мыса, где было только [154] 2 1/2 сажени глубины. Широта была установлена в 69° 13'. В этот день мы увидали Вайгач. Печорский материк уклоняется к ю.-в., мы же шли на в.-ю.-в. весь день до 4 часов пополудни, имея глубину в 10 сажен при илистом дне. В это время ветер стих, и мы простояли всю ночь на якоре при глубине в 10 сажен.

19-го в 2 часа мы подняли паруса и шли на ю. и ю.-в. в течение всего дня при 8, 7 и 6 саженях глубины. Это было против южной части Вайгача, берег которого тянется с с. на ю. К 4 часам пополудни попали мы в мелководье: стало то 4, то 3, то 2 1/2, то 1 1/2 сажени. Тут мы стали на якорь и выслали бот для исследования: в наветренную сторону от нас было 4, 3 и 2 фута глубины, а между Вайгачом и другим берегом не хватало воды даже и для бота. Не находя нигде более глубокой воды, мы вынуждены были идти обратно при сильном с.-з. ветре. В 12 часов ночи мы подняли паруса.

20 июля мы плыли к с. и снова нашли глубокую воду — 6 и 7 сажен.

21-го ветер дул с с.-з. Мы шли вдоль берега к с. и с.-з. при глубине в 8, 9 и 10 сажен.

22-го ветер стал ю.-з-; мы шли вдоль берега Вайгача; мы нашли, что он тянется к с. и с.-з. Дул очень сильный ветер и наносил густой туман. У нас не хватало ни дров, ни воды. Мы подошли к одному острову, где нашли большие запасы того и другого; там были также три или четыре хорошие стоянки. У подножья двух мысов стоял крест, а у подножия креста — могила. Шкипер Пэт написал свое имя и год на кресте, равно как и на камне у подножья креста; то же самое сделал и я с тою целью, чтобы, если “Уилльям” случайно зайдет сюда, люди на нем могли узнать, что мы здесь побывали. В 8 часов вечера ветер подул с с.-с.-з., мы подняли паруса и вышли из бухты. Ночью ветер сменился западным, и мы пошли в северном направлении вдоль берега.

23-го в 5 часов утра ветер стал с.-з.; со стороны моря мы увидели несколько красивых островов, числом до шести; перед этими островами с моря было много мелей, водоворотов и сильных течений. Мы шли на с.-в. и в.-с.-в., куда тянулся берег. В 8 часов утра с ю. поднялся сильный ветер с дождем и туманом, а со стороны моря показались громадные льдины: мы повернули на ю.-в., стремясь достигнуть одного из островов и найти близ них пристанище на случай, если будет продолжаться такая сильная непогода; мы решили поднять бот, полагая, что так будет лучше, нежели вести его на буксире.

Около 12 часов стало вдруг тихо: ветер перешел в з.-с.-з.; мы подняли свой бот, и как раз когда это было сделано, поднялся такой сильный ветер, что мы не могли идти против него с нижними и малыми парусами на обеих мачтах; мы шли вдоль берега к ю., потому что берег тянулся именно в этом направлении. Весь этот день мы шли около большой [155] полосы льда, между ней и берегом, так как не могли пробиться через нее. Около 12 часов ночи мы увидели, что лед так близко подходит к берету, что мы никак не могли выйти к чистой воде в восточном направлении; поэтому мы направили корабль к земле и нашли, что вода свободна только у самого берега; нашли мы также хороший остров с прекрасной гаванью в 12 сажен глубины.

Этот остров находится в 4 или 5 лигах к в. от Вайгача. Берега его тянутся главным образом к ю.-в. с уклоном к в. Берег прекрасный, ровный и плоский, без гор и скал, только вода мелка: даже в расстоянии лиги от берега глубина не превышает 6 или 7 сажен; все утро шли мы к ю.-в. Широта в этот день была 69° 14'; около 12 часов нам пришлось войти во льды, чтобы пройти через них на с., в надежде, что найдем свободный путь в этом направлении, но и с той стороны не было видно ничего, кроме льда. Около 9 часов вечера мы увидели “Уилльяма”, но в это время между ним и нами простиралось большое ледяное поле, так что подойти друг к другу мы не могли. Несколько приблизившись к “Уилльяму”, мы протрубили в трубу и дали два мушкетных выстрела, а “Уилльям” поднял флаг на фок-мачте в знак того, что и он нас увидел. Мы все время убавляли паруса, идя на форзейле и гротзейле и ища пути к “Уилльяму” через льдины: “Уилльям” же старался, как мог, следовать за нами. Мы подняли флаг, чтобы ответить ему тем же приветствием; так шли мы все послеполуденное время почти до 12 часов ночи, когда мы, ошвартовались у льдины и стали поджидать “Уилльяма”.

25 июля часов около 5 утра “Уилльям” подошел к нам; и он и мы обрадовались встрече. У “Уилльяма” был сломан ахтерштевень, и руль просто висел за кормой, так что “Уилльям” совсем не мог управляться. Он всячески старался облегчить корму и удиферентовать корабль; когда мы протолкнули его вперед, насколько было возможно, мы подвели канат л од его корму и при помощи нашего кабестана привели ее в порядок, насколько позволяло нам место; в конце концов, “Уилльям” снова получил способность управляться. Мы признали, что наша встреча была величайшим благодеянием господа и послужила к нашей взаимной поддержке, и возблагодарили величие божие. Всю ночь после этого мы отдыхали, ошвартовавшись у льдины. Ветер дул с з.-с.-з., но мы были так затерты льдом, что не могли отдать себе отчета, куда нам идти. Ветры были благоприятны, но лед и туман действовали против нас; видно, так было угодно господу богу.

26 июля ветер был з.-с.-з.; мы попробовали идти к с., чтобы поискать, не найдем ли свободного ото льда пути, чтобы плыть дальше на в., но чем дальше мы шли, тем больше было льда и тем толще он становился, так что около 4 часов дня мы принуждены были снова ошвартоваться у льдины. Я думаю, что в этот день мы прошли не больше одной лиги. [156] Глубины было 15 сажен при иле; такое же илистое дно и во всем проливе. Весь остальной день, с 4 часов и всю ночь, мы простояли там, потеряв всякую надежду или, лучше сказать, впавши в совершенно безнадежное состояние. В этот день шкипер Джэкмэн видел землю в в.-с.-в. направлении от нас; так, по крайней мере, ему показалось, но я не могу утверждать, была ли это действительно земля, или нет; это было очень похоже на землю, однако туманы уже много раз обманывали нас.

27-го ветер дул с с.-з. В 9 часов утра мы подняли паруса и старались найти какой-нибудь берег. Дальше во льды мы не могли идти, и в 7 часов вечера мы вместе с “Уилльямом” снова ошвартовались у льдины: глубина была 14 сажен при илистом дне. В 3 часа пополудни (sic!) мы носились от одной льдины к другой; в 9 часов мы снова пришвартовались ко льдине и простояли до следующего дня. Всю ночь шел снег при сильном с.-з. ветре.

28-го числа ветер перешел на ю.-з. и ю.-ю.-з.; погода в этот день была прекрасная. В час дня шкипер Пэт и шкипер Джэкмэн совещались между собой о том, что лучше всего предпринять, принимая во внимание, что ветры для нас благоприятны, мы же не можем пробиться через лед; они решили снова искать берегов Вайгача и там опять посовещаться. В 3 часа дня мы стали толкаться от льдины ко льдине, ища, как бы из них выбраться; вокруг нас были такие глыбы льда, что и с верхушки мачты ничего не было видно за ними. Так толкались мы до 9 часов вечера, после чего ошвартовали оба наши корабля у большой высокой льдины до следующего утра.

29-го дул ю.-з. ветер; в 5 часов утра мы подняли паруса я поплыли, направляясь, по возможности, к берегу. Долго кружили мы среди льдов без всякого результата, потому что ветер усиливает течение в море. В 2 часа дня льдина, к несчастью, ударилась о переднюю часть нашего судна, но несмотря на это все окончилось для нас благополучно. “Уилльям”, теснимый льдами и видя, что дела его принимают плохой оборот, убрал все паруса и прикрепился ко льдине, но около 4 часов пополудни поплыл вслед за нами. Мы опасались, не получил ли он повреждения, однако все было благополучно. В 7 часов утра (Явная ошибка; вероятно, следует читать: “в 7 часов вечера”.) мы убрали паруса и стали дожидаться “Уилльяма”, пришвартовавшись ко льдине. Но “Уилльям”, не дойдя до нас, убрал паруса и пришвартовался к другой льдине; так простояли мы до следующего утра.

30-го при ю.-в. ветре с уклоном к ю. мы в 9 часов утра подняли паруса. Мы бы сделали это и раньше, если бы “Уилльям” был около нас, но мы поджидали его, чтобы узнать, все ли на нем благополучно. Однако, как только мы подняли паруса, “Уилльям” сделал то же самое. Весь день [157] прилагали мы старания, чтобы найти дорогу во льдах и освободиться от них; шли мы то на ю., то на з., то на в.; так продолжалось до 8 часов вечера; когда стало тихо, мы прикрепились ко льдине и пошли ужинать. И как раз в это время налетел шквал с в. и ю.-в. ветрами, сопровождаемый ливнем, продолжавшимся целый час, после чего все стихло, но мы уже не могли предпринять ничего путного и отдыхали до следующего дня.

31-го при ю.-з. ветре мы подняли паруса в 3 часа дня и попытались идти против ветра. Но этим мы ничего не достигли, потому что нам мешало течение. Ведь, каков ветер, таково же и течение. Мы прилагали всяческие усилия вплоть до 10 часов утра, а затем, видя, что из стараний наших ничего не выходит и будучи окружены льдом, мы прикрепились ко льдине. “Уилльям” же весь тот день простоял на одном месте, достигнув совершенно таких же результатов, каких достигли и мы, проработав все утро. Так пришлось нам отдыхать и весь тот день. К вечеру мы снова подняли паруса; ветер дул с ю.-в. Мы пошли как и куда могли — то на з., то на ю.-з. Так тянулось до 9 часов вечера, когда оказалось, что лед не дает нам идти дальше вместе с “Уилльямом”, и мы вынуждены были прикрепиться ко льдине на всю ночь. Мы находились на широте 69° 20' при глубине в 17 сажен с илом.

1 августа утром было очень тихо: ветер дул с з.-с.-з. Около полудня ветер перешел в з. и продолжался весь день, сопровождаемый густым туманом.

2-го дул ю.-з. ветер с дождем и туманом. Весь день мы были окружены льдами и вынуждены были стоять на месте. Глубина была 20 сажен с илом. С 6 часов пополудни начался западный ветер при сильной непогоде, продолжавшейся всю ночь.

3-го ветер дул с з. и з.-с.-з. В этот день мы продолжали стоять, окруженные льдом; погода была пасмурная и туманная. Отдав себя на божие произволение, мы терпеливо ожидали. Опущенный лот показал глубину в 21 сажень.

4 августа мы продолжали стоять, окруженные льдом. Ветер был з.-с.-з. Лед вокруг нас с каждым днем становился толще, но возложив упование на бога, мы надеялись, что в положенное время он нас избавит.

5-го все утро шел дождь с сильным ю.-ю.-в. ветром. Часов около 3 дня мы подняли паруса; в это время стало тихо и затишье тянулось около часа. Затем ветер перешел в с.-с.-в.; глубина была 33 сажени; и так пробирались мы среди льдов в течение 3 часов, направляясь на ю.-з. и ю.-ю.-з. и силясь найти дорогу. Тут повстречали мы сплошное ледяное поле, так что дальше идти было уже нельзя. Мы ошвартовались и стали выжидать, пока лед вскроется. Лот показал 45 сажен с илом. Ночь была очень темная и туманная. [158]

6-го лед не вскрывался, и мы простояли на месте. Ветер был западный с уклоном к югу. Глубина была 63 сажени с илом. Всю ночь дул з.-с.-з. ветер.

Весь день 7-го ветер был западным с уклоном к северу. Мы продолжали стоять во льду, не будучи в состоянии двигаться и только стараясь защищаться от напиравшего на нас льда. Глубина — 68 сажен с илом.

8-го погода стояла хорошая и тихая, но туманная. К ночи подул легкий ю.-ю.-в. ветер. Лед начал понемногу ломаться. Глубина — 70 сажен с илом. Всю ночь стоял туман.

9-го дул с.-з. ветер с уклоном к з. Все послеполуденное время мы стояли на месте из-за льда, который все еще окружал нас. Широта была 70° 4'; глубина — 63 сажени с илом. Ночь была очень ясная, но под утро подморозило, что ввергло нас утром в большую заботу; мы думали, что если такой же мороз будет в следующую ночь, то едва ли мы выйдем из своего тяжелого положения. В эту ночь мы увидали первую Звезду.

10-го ветер был в.-с.-в. с маленьким волнением. Под парусами и на веслах пробирались мы среди льдин. Мы вышли в путь в 5 часов утра в шли то на ю.-з., то на ю., то на з. и, где только могли, прокладывали себе путь. Около 3 часов пополудни ветер стал крепчать; к 6 часам он стал с.-в. и поднялся туман. Глубина была 88 сажен. Мы не спускали парусов всю ночь; шел сильный снег.

11-го лед причинял нам много забот: с большим трудом пробивались мы среди льдин, часто думая, что дальнейшее движение становится невозможным. Но крайность заставляет человека работать, а в слабости человеческой проявляется сила божия. В этот день глубина была 95 сажен. В 3 часа пополудни ветер стал ю.-ю.-з.; мы принуждены были пришвартовать наш корабль ко льду, потому что мы были окружены им и ожидали божьего изволения. Ночью глубина была 97 сажен.

12-го дул несильный ю.-в. ветер, было почти спокойно; к 11 часам он сменился з.-ю.-з. Весь день было пасмурно: шел снег и стоял туман. В 6 часов пополудни при с.-с.-в. ветре мы подняли паруса; всю ночь мы шли к ю.-з. и ю.-ю.-з., пробиваясь, как могли, среди льдин. Положение льда становилось несколько благоприятнее для нас и лучше, чем было раньше, отчего у нас появилась надежда, что мы из льдов выберемся.

13 августа в 7 часов утра ветер дул с с.-в.; в течение всего дня он причинял нам много беспокойства: ударом о льдину мы сломали ствол нашего якоря, и много еще раз мы сильно ударялись о льдины, так что приходилось удивляться, как только наш корабль мог выдерживать. Борт вашего бота получил пробоину от нашего же корабля, который дал [159] задний ход, когда бот был между ним и большой льдиной. В свою очередь ботом сломало верх нашего руля. День этот был очень труден для нас: ночью же повстречали мы много мелкого льда; дул очень сильный ветер, так что мы дрейфовали вместе со льдом, а так как всю ночь дул северный ветер, то нас несло к югу. Выпало много снега.

14-го утром мы пришвартовали корабль ко льдине и пустили его дрейфовать с ней. Сами же тем временем починили бот и рулевое управление. Весь день продолжал дуть северный ветер. Глубина была 63 сажени. Всю ночь пролежали мы на дрейфе.

15-го мы подняли паруса в 6 часов утра при с.-в. ветре. В 9 часов мы вышли в свободное от льда море. Мы, не без оснований, очень этому обрадовались и воздали хвалу богу. Все утро шли мы на ю.-з. на 14-саженной глубине; потом повернули на з., пока глубина не уменьшилась до 10 сажен. Тогда мы пошли на с.-в., ибо берег уклонялся в этом направлении. В полдень увидели мы землю; это могло случиться и раньше, но весь день было сумрачно и туманно; когда земля стала видна, до нее было меньше 3 лиг. Широта в этот день была 69° 49'. Весь день мы шли вдоль берегов на 19 саженях при сером песке. Берег был очень красив, ясно были видны удобные заливы без мелей и скал.

16-го ветер был восточным. В этот день льды снова причиняли нам хлопоты, но мы ловко от них увернулись, ибо нам удалось проскочить между льдом и берегом.

В 12 часов мы находились против ю.-в. части Вайгача. Здесь везде были большие скопления льда, и нас взяло раздумье, сможем ли мы через нею пробиться; однако же после больших усилий мы прошли между льдами и берегом. Около 6 часов на одной из льдин обнаружен был белый медведь; все время после полудня стоял мрак и туман. Всю ночь шли мы на с.-з., иногда уклоняясь к с.-в., в зависимости от того, куда тянулся берег.

17-го утром пошли мы на з-5 потому что таково было направление берегов. Ветер дул с ю.-в., было очень пасмурно и туманно; плывя вдоль берега, мы сели на мель, но, слава богу, без повреждений и тут же сошли с нее; “Уилльям” стал было на якорь, чтобы помочь нам, и послал нам на помощь несколько человек, но еще прежде, чем они доехали, мы уже были под парусами. Когда мы сами подошли к “Уилльяму”, мы подняли боты и, распустив паруса, пошли к ю.-з. между групп островов. Около 2 часов пополудни мы направились на ю.-з. с уклоном к ю. и шли так до полуночи, когда ветер стал с.-с.-в.: тогда мы пошли на з.

18-го в 6 часов утра глубина была 16 сажен, дно — красный песок; потом было 13 сажен; в 10 часов утра — 14 сажен; мы пошли на з.-с.-з. [160] В полдень ветер перешел в в. с уклоном к ю. Весь тот день и всю ночь мы шли на з. с уклоном к с. В 6 часов вечера глубина была 17 сажен, дно — красный песок.

19-го дул с.-в. и с.-с.-в. ветер; в 6 часов утра глубина была 19 сажен, дно — красный песок. В полдень ветер подул с с. с уклоном к в.; глубина была 17 сажен, а в 3 часа пополудни — 15 сажен.

20-го был с.-в. и с.-с.-в. ветер; в 7 часов утра воды было 30 сажен; дно — черный ил. В полдень мы внезапно очутились в мелководье среди больших песчаных отмелей и не могли из них выбраться. Делая промеры и отыскивая выход, мы сели на мель; то же самое случилось и с “Уилльямом”. Повреждений, однако, не было, потому что ветер дул к берегам, а ночью стало и совсем тихо. Всю ночь проработали мы, применяя всевозможные старания, но сдвинуть судно с мели не могли. Мели эти расположены близ Колгуева и простираются на большое пространство; воды здесь не больше 2—3 футов; течение — с с.-в. на ю.-з.

21-го ветер подул с ю.-з.; воспользовавшись прекрасной погодой, мы облегчили наши суда, насколько позволяло нам место. В тот же прилив, с божией помощью, снялись с мели и мы и “Уилльям” — ю.-з. ветер нагнал воды и тем помог нам.

Широта в этот день была 68° 40'. После полудня оба наши судна подняли паруса и стали искать пути, как бы выбраться из песков. Впереди нас шел наш бот, измеряя глубину; последняя была 6, 7, 8 сажен, но мы все еще находились среди окружавших нас песков. Мы шли к ю., “Уилльям” же отклонялся более к в.; когда уже приближалась ночь, ветер стал ю.-в., вследствие чего мы, переменив курс, пошли на ю.-з. Глубина была 19, 12 и 14 сажен; как вдруг она сократилась до 6 сажен; это было за головной частью песков, в которых мы накануне сидели на мели. Мы взяли курс в в. направлении, ища глубокой воды, и вскоре вышли на глубину в 10, 15, 20 и до 23 сажен.

22-го в 8 часов утра мы переменили курс и пошли в ю. направлении; тогда же увидали мы “Уилльяма” на далеком расстоянии с подветренной стороны. С тех пор мы больше его уже не видали. Так шли мы, пока не достигли глубины 30 сажен при черном илистом дне; это было в полдень, в 3 часа пополудни глубина была 23 сажени. Затем мы пошли в з. и с.-з. направлении и держались такого курса всю следующую ночь.

23-го в 6 часов утра глубина была 27 сажен, в 8 часов — 28 сажен. К 9 часам утра при в.-ю.-в. ветре мы пошли на з.-с.-з. В этот день мы видели Югорский берег. В полдень глубина была 32 сажени с песком. В этот день мы шли на з. с уклоном к с. и очутились на глубине в 5 сажен при выходе из Моржовецкой бухты. Мы повернули к с. и оказались от нее в с.-с.-в. направлении Позднее ветер перешел в с. с уклоном к в.; мы шли на в. с уклоном к с., потом снова пошли на з., пока не достигли [161] глубины 40 сажен; потом шли на с.-з., достигнув сначала 14, потом 10 сажен. Тут мы взяли курс в в. направлении и всю ночь прошли на в. с уклоном к с.

24-го в 8 часов утра глубина была 32 сажени. Мы шли к с.-з.; дойдя до глубины 11 сажен, мы повернули на с. и прошли так до полуночи, когда глубина оказалась 40 сажен; с переходом ветра в с.-в. и мы пошли в с.-в. направлении.

25-го в 9 часов утра глубина была 37 сажен; мы шли на з. при очень сильном с.-с.-в. ветре.

26-го мы шли под тем же ветром; широта была 70° 40'.

27-го в 7 часов утра видели землю; полагаем, что это был Кигор; потом пошли на с.-з. и с. с уклоном к з., чтобы обогнуть Нордкап.

28-го в 3 часа утра мы шли на с.-з. и так продолжали идти весь день. К ночи же ветер подул с ю.-з.; всю ночь мы шли по-прежнему на с.-з.

29-го вошли мы в залив, называемый Тэн (Речь идет о Танафьорде, лежащем к востоку от Нордкина.), городок же там назывался Хэнгон; в 5 часов пополудни мы бросили якорь при глубине в 25 сажен; дно состояло из очень чистого песка. Залив — очень большой и удобный; той же ночью мы погрузили запас воды.

30-го утром при слабом с.-в. ветре мы подняли паруса и, имея бот впереди себя, вышли в море около полудня; ветер с сильным штормом перешел в ю.-ю.-в.; весь день и всю ночь шли мы на з. и с.-з.

31-го в полдень мы обогнули Нордкап. Ветер был в.-ю.-в., весь день мы шли на з-, а к ночи повернули на з--к>.-з-

1 сентября ветер был з.-ю.-з. при густом тумане; весь день мы шли на Э--Ю.-3- В 2 часа пополудни ветер стал северным.

2 сентября в 3 часа утра мы обогнули Фоульнэсс (Fowlnesse); ветер в этот день менялся много раз и дул со всех стран света. В послеполуденное время мы продвинулись вперед очень мало. К 9 же часам вечера подул такой сильный з.-ю.-з. ветер, что нам пришлось лечь на дрейф; в течение 2 часов нас несло к с., затем мы взяли курс в южном направлении и на рассвете снова увидали высокие берега, называемые местными жителями Фоульнесса (Fowlenesse). Весь берег усеян мелкими островами, далее — множество скал, далеко простирающихся в море. Глубина между скал — 20 сажен при чистом песке.

3-го утром мы вошли в залив. Воды в нем мелкие — 4, 5, 3 сажен — с песчаным дном. Берега — очень высоки, стоящая здесь церковь называется “святою церковью” (Helica Kirke). Во время прилива вода подымается не больше чем на 8—9 футов. [162]

12 сентября в 3 часа пополудни вошли мы в залив у Лофотенских островов; течение тут ю.-з.; в прилив вода повышается футов на 7—8.

13-го — сильный з. ветер; с наветренной от нас стороны был ряд подводных скал, но, благодаря ветрам южных и западных румбов, путь был достаточно хорош; материк лежал с наветренной стороны; погода в этот день стояла бурная и дождливая.

23-го в 4 часа пополудни мы прибыли в Норвегию и вошли в залив, называемый Ромзель (Romsele) (Возможно, Рамсефьорд, между Христиансундом в Трондъемом, или же Ромдальские острова, к северу от г. Олесунда.), где в прилив бывает ю.-ю.-в. течение и вода подымается на 8 футов. Вся эта местность полна низменных островов и изобилует хорошими стоянками; высоких гор на берегу нет. Здесь много леса — елового, березового, дубового, а также орешника. Весь день дул очень сильный южный ветер с дождем и туманом.

28-го утром мы подняли паруса в 8 часов утра при в.-с.-в. ветре и, выйдя из залива, пошли на ю.-з. и з.-ю.-з.; до часу дня был добрый шторм, потом задул такой же силы ю.-в. ветер с дождем и туманом. В 6 часов вошли мы в очень хороший рейд, где и провели всю следующую ночь в полной безопасности.

29-го мы снова вошли в очень хороший залив при ю.-з- ветре; в 3 часа пополудни налетел очень сильный южный шквал, дувший всю ночь страшными порывами и сопровождаемый дождем.

30-го весь день дул з.-ю.-з. ветер; широта залива — 63° 10'.

1 октября — сильный южный ветер, дувший порывами.

7-го мы подняли паруса, так как с 1-го и по 7-е число этого месяца стояла очень дурная погода, в особенности же — 4-го, когда был настолько сильный ветер, что судно наше бурей сорвало с якорей; вообще я не представляю, чтобы ветер мог дуть сильнее, чем он дул тогда, ибо, когда мы сорвались, нас протащило около целой лиги, пока якоря не запенились за дно. Однако, благодарение богу, буря стала стихать, иначе мы оказались бы в отчаянном положении.

7-го к ночи мы стали на якорь и простояли так до следующего дня — 8-го, когда ветер с дождем стал так крепчать, что, подняв паруса, мы вернулись в залив. Как только мы стали опускать якоря, внезапно налетел такой порыв ветра, что, хотя наш лучший якорь и был уже спущен, ужаснейшая буря отнесла нас на скалы и так ударила о них наш корабль, что нам пришлось облегчить его, чтобы спасти от крушения. Благодаря этому, мы с божией помощию сохранили корабль, заделали течи и ошвартовали его в безопасном месте. Из-за противных ветров, тумана и дождя [163] мы простояли на месте до 24 октября. В этот день ветер подул с с.-в., и в 8 часов утра мы подняли паруса. Залив этот назывался Мур-саунд (Moore Sound); вода в нем во время прилива поднимается на 5 футов, течение идет с ю.-ю.-в.

На следующий день, 25-го, мы вошли в залив, называемый Элтар-саунд (Ultar sound); в 2 лигах к ю. от нас, в другом заливе стоял корабль датского короля, пришедший из Исландии. Дул противный нам ю.-ю.-з. ветер.

12 ноября при в.-ю.-в. ветре мы подняли паруса и прошли мимо залива, где стоял корабль датского короля; он называется Слоур-саунд (Sloure sound). Однако, выходя в море, мы увидали, что ветер дует с ю.-з.; нам не оставалось ничего иного, как поставить корабль между двумя островами, где мы и простояли до 18 числа. В этот день погода была ясная и тихая; мы подняли паруса и вышли в море в надежде на попутный ветер. Но в море мы встретили ю.-з. и ю.-ю.-з. ветер, я нам пришлось вернуться в тот же залив.

На следующий день, 19-го, королевский корабль, увидев нашу попытку выйти в море, вышел так же, как и мы, и остановился там, где стояли и мы в последние дни. Когда же мы вернулись, мы стали в одном из следующих заливов, называемом Скорп-саунд (Scorpe Sound): на королевском корабле вышли все съестные припасы, и мы не слишком желали его близкого соседства, хотя он очень искал нашего. Широта залива 62° 47'. Так простояли мы, поджидая попутного ветра, до 1 декабря. В этот же день мы подняли паруса в 6 часов утра, а в 4 часа пополудни вышли в открытое море (Все эти местности относятся уже к южной части Норвегии.).

9-го мы увидели берег Шотландии у Бьюкуэмнесса (Buquhamnesse).

10-го мы были в открытом море против Фризса (Frith).

11-го в 4 часа утра мы были против Баруика (Barwike), а в 6 часов — против Бэмбро (Bemburch); в тот же день к 10 часам вечера мы дошли до Холлифута. Тут ветер перешел в ю. и ю.-в., так что нам пришлось простоять до следующего утра и потом уже войти в устье Тайна. Вечером пришлось нам вытащить судно на берег, чтобы остановить течь, обнаруженную нами в переднем замке. Ю.-в. и ю.-ю.-в. ветер продолжался до 20 декабря, когда к полуночи мы подняли паруса и пошли вдоль берега.

22-го ю.-з. ветер заставил было нас зайти в устье Эмбера, но вскоре он сменился з., и мы пошли к ю.-в. В 3 часа дня мы подошли к пескам со стороны моря и шли по мелководью между Лаймери и Оури (Lymery and Owry), при 4 саженях глубины. На следующий день мы приложили все усилия, чтобы дойти до Орфорднесса. [164]

24-го мы миновали Нэз часов около 8 утра.

25-го, в день рождества христова, мы стали на якорь между Ольдхэвеном и Тильбери Хоп и в тот же день поднялись до Поршета (В этот день корабль Пэта вошел в Темзу.).

26-го мы поднялись до Рзтклиффа и воздали хвалу богу за благополучное возвращение. На этом я кончаю. 1580 г.

“Уилльям” под командой Чарльза Джэкмэна пришел в одну из норвежских гаваней между Трондъемом (Tronden) и Ростоком (Rostock) (Гавани Ростока в Норвегии нет, поэтому трудно выяснить, какая гавань или город имеется здесь в виду.) в октябре 1580 г. и там перезимовал, а в следующем феврале вышел оттуда вместе с одним кораблем датского короля, направляясь в Исландию. С тех пор о нем больше ничего не слыхали.

(пер. Ю. В. Готье)
Текст воспроизведен по изданию: Английские путешественники в Московском государстве в XVI веке. М. Соцэкгиз. 1937

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.