Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ПАВЕЛ ОРОЗИЙ

ИСТОРИЯ ПРОТИВ ЯЗЫЧНИКОВ

HISTORIAE ADVERSUM PAGANOS

КНИГА II

1. 1. Я полагаю, что из людей уже нет никого, кто бы мог сомневаться в том, что человека на этой земле сотворил Бог. По Его же воле, когда человек совершил грех, мир подвергся осуждению, и ради обуздания нашей невоздержанности земля эта, на котором мы живем, была наказана недостатком прочих животных и скудностью своих плодов.

2. Итак, если мы являемся творениями и, в той же степени, объектом попечения Бога, то кто же нас может более любить, если не Тот, Кто сотворил? Кто же правильнее может управлять, если не Тот, Кто и сотворил, и Кто любит? Кто же может руководить и управлять происходящим мудрее и с большим участием, если не Тот, Кто и свершения предвидит, и предвиденное готовит [к исполнению]? 3. Поэтому и те, кто не задумывались, предполагают, и те, кто задумывались, знают, что вся власть и весь порядок — от Бога.

А если всякая власть от Бога, то тем более от Бога царства, из которых берет начало любая другая власть;1 [210] 4. а если от Бога всякое царство, то в еще большей мере от него всякое великое царство, которому покоряется вся мощь остальных царств; таковым сначала было Вавилонское царство, затем Македонское, потом Африканское и, наконец, Римское, которое и ныне продолжает существовать, 5. и по этому невыразимому определению в четырех сторонах света возникли четыре великие царства, а именно — Вавилонское царство на востоке, на юге — Карфагенское, на севере — Македонское, на западе — Римское; 6. из них между первым и самым последним, то есть между Вавилонским и Римским, как бы между престарелым отцом и маленьким сыном, возникли, словно опекун и покровитель, Африканское и Македонское, кратковременные и срединные царства, допущенные властью времени, а не по праву наследования. То, что это было именно так, я постараюсь прояснить, насколько это возможно. 2

2. 1. Первым царем у ассирийцев, который смог превзойти остальных, был Нин. Когда Нин скончался, Семирамида, жена его, царица всей Азии, основала город [211] Вавилон и определила, чтобы он был столицей Ассирийского царства. 3 2. Царство ассирийцев долгое время оставалось незыблемым, однако, когда Арбат, которого иные зовут Арбаком, префект мидийцев, по происхождению также мидиец, убил близ Вавилона своего царя Сарданапала, передал имя царства и высшую власть мидийцам. 4 3. Таким образом, царство Нина и Вавилона перешло к мидийцам в тот год, когда у латинян начал править Прока, отец Амулия и Нумитора, а равно дед Реи Сильвии, которая была матерью Ромула. 4. Я ясно покажу, что все эти [события] были устроены с помощью невыразимых таинств и по глубокому суждению Бога, а не человеческими силами или по неопределенным случайностям, так, что все древние истории начинаются от Нина, а все римские истории берут начало от Проки; 5. затем от первого года правления Нина до того года, когда Семирамидой начал возводиться Вавилон, прошло шестьдесят четыре года, и от первого года Проки, когда он стал править, до основания Города, заложенного Ромулом, минуло также шестьдесят четыре года; таким образом, когда правил Прока, было брошено семя будущего Рима, хотя и не появилось еще всхода. В тот же год правления этого самого Проки погибло царство Вавилона, хотя Вавилон до сих пор еще существует. 5 [212]

6. Когда же Арбат удалился к мидийцам, халдеи, которые потребовали от мидийцев себе Вавилон, овладели частью царства: 7. таким образом, власть Вавилонии принадлежала мидийцам, а обладание [Вавилоном] — халдеям. Но халдеи из-за древнего положения царского города предпочли, чтобы не город получил их имя, но сами приняли его имя; 8. потому-то и случилось так, что Навуходоносор 6 и другие после него цари, вплоть до Кира, 7 несмотря на то, что они считаются могущественными благодаря силам халдеев и славными благодаря имени Вавилонии, все же не включаются в число и ранг знаменитых царей.

9. Итак, Вавилон был лишен славы префектом Арбатом в тот год, когда при царе Проке, о чем я сказал особо, было брошено семя Рима. Окончательно же Вавилон был разрушен царем Киром в то время, когда Рим освободился только от владычества царей Тарквиниев: 8 10. ведь по [213] одному и тому же согласию времен тот город погиб, а этот поднялся; тогда же, когда тот город, претерпевший господство [214] чужеземцев, а этот, отринувший высокомерие своих, именно тогда тот город оставил, словно умирающий, наследство, а этот, набирающийся сил, ощутил себя преемником: тогда закатилась власть Востока и взошла власть Запада.

11. И чтобы дальше не текла моя речь, хватают меня зубы безумствующих, но я, опираясь на истину, обретаю свободу [и продолжаю повествование].

3. 1. Нин правил пятьдесят два года; ему наследовала, как я сказал, его жена Семирамида, которая правила сорок два года и в середине своего правления основала Вавилон, столицу царства. 9

2. Так вот, Вавилон, спустя тысячу сто шестьдесят лет и приблизительно четыре года, как был основан, оказался разграблен индийцами и Арбатом, царем их и собственным [вавилонским] префектом, 10 и был лишен владычества и самого царя; сам же [город] после этого довольно долго оставался невредимым. 3. Подобным же образом и Рим по истечении такого же срока, то есть спустя тысячу сто шестьдесят лет и приблизительно четыре года [от основания], потревоженный готами и Аларихом, королем их и собственным [римским] комитом, 11 не лишенный владычества, до сих пор остается невредимым и царствует, 4. и несмотря на то, что порядок соответствия между тем и другим городом по скрытым определениям выполнялся до такой степени, что и там [в Вавилоне] префект [215] города Арбат захватил власть, и здесь [в Риме] префект города Аттал 12 попытался править, все же в последнем случае благодаря христианскому императору 13 святотатственная попытка была расстроена.

5. Итак, я счел, что это необходимо упомянуть главным образом ради того, чтобы после того, как отчасти открылась столь великая тайна невыразимых суждений Бога, те, кто постоянно безрассудно шепчутся о временах христианских, поняли, что один Бог расположил в начале вавилонские времена, в конце же — римские, и что мы живем благодаря кротости Его, несчастно же мы живем из-за разнузданности нашей.

6. Так вот, и у Вавилона, и у Рима было сходное возникновение, сходное влияние, сходное могущество, сходные времена, сходные блага, сходные несчастья, но все же не был одинаков их исход и упадок. Ибо тот [город] утратил власть, этот сохраняет; тот осиротел после убийства царя, этот, поскольку невредим император, безмятежен. 7. Почему же так? Потому что там в царе была наказана невоздержанность страстей, здесь в царе пребывало непрерывнейшее благочестие христианской религии; там без почтения религии безумный произвол порождал жажду сладострастия, здесь были христиане, которые смогли уберечь [город], христиане, благодаря которым можно было уберечься, христиане, благодаря эпохе которых и в эпоху которых может быть пощада. 8. Поэтому пусть прекратят [216] [эти язычники] поносить религию и искушать божье долготерпение, благодаря которому они не несут наказания, так же как и не будут наказаны впредь, если, наконец, прекратят [это делать]. 9. Пусть вспомнят еще раз вместе со мной времена своих предков, не знавшие покоя от войн, ужасные своими злодеяниями, мерзкие своими распрями, не имевшие перерыва в несчастьях, времена, от которых они с полным основанием могут прийти в ужас, поскольку те времена [действительно] были [таковыми], по поводу которых они поневоле должны просить, чтобы их больше не было: 10. просить, конечно, того одного Бога, который, как тогда скрытой справедливостью допустил, чтобы случились [те несчастья], так и теперь явным милосердием обеспечивает, чтобы их больше не было.

Эти факты несколько подробнее будут освещены мною от самого начала Города, когда я по порядку перескажу истории.

4. 1. В 414 год по разрушении Трои, в шестую олимпиаду 14 — они обычно проводятся в пятый год, 15 по истечении [217] четырех, с организацией публичных соревнований и игр близ греческого города Элиды 16 — в Италии близнецами-основателями Ромулом и Ремом был рожден город Рим. 2. Власть его Ромул тотчас же обагрил кровью брата, и с равной жестокостью “беззаконно захваченных сабинянок”, 17 связанных несправедливым браком, одарил приданым: кровью супругов и отцов. 18 3. Итак, Ромул, убив сначала деда Нумитора, 19 затем брата Рема, захватил [218] власть и возвел Город; освятил царство кровью деда, стены — кровью брата, храм — кровью тестя; он собрал шайку разбойников, пообещав им прощение [за преступления].

4. При этом первым полем для войны стал форум Города, ставший провозвестием смешанных воедино внешних и гражданских войн, в которых никогда не было недостатка. 5. Насколько бесчестно Ромул отнял у сабинян, которых заманил союзом и состязаниями, женщин, настолько же нечестиво защищал [добычу]. 6. Вождя их, Тита Тация, старика, поднявшегося [на войну] по причинам, достойным сострадания, прогоняемого долгое время [от стен города] с помощью оружия, он убил вскоре после того, как сам предложил ему совместное царствование. 20 7. С вейенами 21 была затеяна война по весьма незначительному поводу, но с [привлечением] значительных сил. “Ценинов и пашни, и город в разрухе”. 22 8. Взяв однажды оружие, [римляне] не ведали более покоя, ибо дома ждали бы их позорная нужда и злосчастный голод, если бы они когда-нибудь стали наслаждаться миром.

Я весьма кратко расскажу о войнах, уже с этих пор ставших беспрестанными, бывших всегда тем более тяжелыми, чем более крупные силы [в них были втянуты]: [219] 9. Тулл Гостилий, 23 наставник военного ремесла, полагаясь на хорошо обученную молодежь, начал войну против альбанов 24 и долгое время сражался с туманной надеждой и в то же время с очевидным несчастьем; наконец, наихудшие итоги и сомнительные успехи определились краткой стычкой трех братьев близнецов. 25 10. И вновь, когда пришла усталость от мира, Метт Фуфетий 26 после того, как подтолкнул фиденянина 27 к войне и совершил [220] измену, привязанный к колесницам, несущимся в разные стороны, за двойственную душу отплатил расчлененным телом. 11. Неоднократно поднимавшиеся [на войну] латины в конце концов были покорены Анком Марцием. 28 Тарквиний Древний 29 после бесчисленных сражений привел к повиновению всех соседей и двенадцать могущественных в то время народов Тусции. 30 Вейены были побеждены начавшим [против них] войну Сервием Туллием, 31 однако укрощены не были. 12. Царствование Тарквиния Гордого, 32 обретенное путем злодейского убийства тестя, 33 проведенное в творимой по отношению к гражданам жестокости, утраченное в результате насилия, лишившего целомудрия Лукрецию, 34 перемешало как внутренние [221] пороки, так и сияющие наружным блеском доблестные свершения, а именно: захват им в Лации 35 мощных укреплений — Ардеи, Окрикола и Свессы Помеции 36 — и, [наряду с этим], все то, что совершил он в Габиях 37 как собственным обманом, так и с помощью жестокости, учиненной сыном, и римскими силами.

13. То, насколько великие страдания претерпели римляне в течение двухсот сорока трех лет под беспрерывным владычеством царей, 38 продемонстрировало не только [222] изгнание одного царя, но и отречение от самого имени и поста царского. 14. Ведь если бы всему виной было высокомерие только одного [царя], то и следовало бы изгнать лишь его, в то время как царское звание сохранилось бы для лучших. 15. И вот, изгнав царей, римляне решили, что им лучше учредить консулов, нежели подчинять кому бы то ни было свою свободу; они избрали консулов, благодаря которым отроческий возраст 39 государства оказался наполнен еще более дерзкими свершениями.

5. 1. В 244 году от основания Города Брут, 40 первый консул у римлян, стремился не только сравняться с основателем [223] и первым царем Рима в убийстве кровников, но и превзойти его; ведь он приволок на собрание двух своих молодых сыновей и столько же братьев своей жены, юных Вителлиев, обвиненных в желании вернуть в Город царя, высек их розгами и обезглавил топором. 41 2. Сам он после этого, начав войну с вейенами и тарквинийцами, пал в стычке с Аррунтом, сыном [Тарквиния] Гордого, ставшей смертельной как для одного, так и для другого. 42 3. Порсенна, царь этрусков, самый страстный приверженец царского имени, бросившийся на помощь Тарквинию, на три года привел в ужас, запер и осадил взволнованный город; 43 и если бы не растрогали врага или Муций 44 своим неколебимым терпением, когда он жег руку, или девушка Клелия 45 своей удивительной отвагой, [224] когда она переплывала реку, римляне наверняка вынуждены были бы сносить либо завоевание, будучи покорены взявшим верх врагом, либо рабство, вновь обретя царя.

4. После этого сабиняне, собрав отовсюду войска и тщательно подготовившись к войне, устремляются к Риму. Пришедшие в ужас от этой опасности римляне избирают диктатора, 46 чья воля и власть превосходила бы [право] консула. Эта мера тогда, в той войне, оказалась весьма полезной. 47

5. Последовало удаление плебеев от патрициев, когда после проведения диктатором М. Валерием 48 воинского набора, побуждаемый различными несправедливостями народ засел, укрепившись, на Священной Горе: 49 что может быть омерзительнее того, когда [чрево], отделенное от головы, замышляет погибель того, через что оно дышит? Деяние же о римском имени стало бы внутренней [225] погибелью, если бы своевременное примирение не обнаружило себя прежде, чем дало бы о себе знать то удаление. 50

6. Помимо этих явных бедствий от войн выползает наружу и грозит печальным исходом потаенная беда: и действительно, в консульство Т. Гезония и П. Минуция 51 две, пожалуй, самые большие среди всех прочих беды, голод и чума, поражают изнуренный Город. Была небольшая передышка от сражений, но не было передышки от смертей.

7. Вейенские этруски, 52 опасные враги, присоединив к себе силы ближайших соседей, поднявшись на войну, встречаются с идущими им навстречу консулами М. Фабием и Гн. Манлием: 53 там после произнесения клятвы, по которой римляне обязывались, что возвратятся в лагерь только с победой, было настолько жестокое сражение, а у победителей и побежденных — одинаковый вид, что после того как была потеряна большая часть войска и когда пали в бою консул Манлий и консулярий Фабий, 54 консул Фабий отказался принять предложенный ему сенатом триумф, ибо после столь великих потерь республики [226] скорее уместен был скорбный плач. 8. О том, сколь великую потерю принесло своей гибелью для государства славнейшее числом и силой семейство Фабиев, по жребию принявшее на себя вейенскую войну, свидетельствуют постыдными наименованиями река, 55 которая погубила, и ворота, 56 которые выпустили. 9. Ведь когда триста шесть Фабиев, 57 истинно ярчайших светочей римского сословия, добились возможности возложить на себя ведение войны с вейенами, первыми успехами они укрепили надежду в беспечно предпринятом походе; затем, попавшие в ловушку и окруженные врагами, все они там и были убиты, при этом лишь один из них был сохранен для рассказа о бедствии, чтобы повествование о погибших оказалось для родины прискорбнее самой потери.

10. При этом такие [беды] творились не только у римлян, но каждая провинция пылала своими пожарищами, и то, что замечательный поэт написал в отношении одного города, я скажу в отношении всего мира: Всюду ужас, и скорбь, и смерть многоликая всюду. 58

6. 1. И вот, в то же самое время царь персов — я выше упоминал его, выстраивая истории: он с помощью оружия овладел Азией, Скифией и всем Востоком именно тогда, когда Тарквиний Гордый, будучи и царем, и врагом, попирал [227] Город рабством и войной — 2. Кир, 59 как я сказал, когда были покорены все, против кого он ходил, направился на ассирийцев и на Вавилон, против народа и самого в то время могущественного среди прочих города; но натиск его остановила река Гинд, 60 вторая по величине после Евфрата. 61 3. Ибо одного из царских коней, сияющего белизной и поражающего статностью, понукаемого к переходу, снося и увлекая за собой, потопили водовороты в том месте, где они, ударяясь о дно, вздымались посреди неудержимого потока. 4. Разгневанный царь решил отомстить реке, поклявшись, что за то, что она только что поглотила замечательного наездника, быть ей проходимой для женщин, едва смочивших колени. И это немедленно исполняется: с помощью всего войска он в течение года разбил реку Гинд на четыреста шестьдесят потоков, разделив ее и отведя от нее каналы. 5. После того как землекопы получили опыт в подобном деле, он отвел также Евфрат, гораздо больший по размерам, протекающий по центральной Вавилонии, 6. и таким образом на пригодном для перехода мелководье он сделал сушу и проложил путь по открывшимся от воды участкам [реки] и захватил город; для смертных казалось почти невероятным, что Вавилон мог быть сооружен человеческим старанием, так же как и то, что его можно разрушить с помощью человеческой доблести. 7. Ибо многие ведь сообщают, что Вавилон был заложен гигантом Небротом, 62 а отстроен Нином или Семирамидой. [228]

8. На открытой равнине он виден отовсюду, богатый природой долины, имеющий по расположению городских стен форму квадрата. Прочность и величина его городских стен, согласно рассказу, почти невероятны, а именно: в ширину [они составляют] пятьдесят локтей, 63 в высоту — вчетверо больше. 9. Кроме того, в окружности [они имеют] четыреста восемьдесят стадий; 64 стена выложена из обожженного кирпича, к тому же залита асфальтом, снаружи город омывает ров, по ширине подобный реке. С передней части стен — сто медных ворот. 10. По сторонам от ворот — помещения для стражников, выстроенные в форме башенок, в центральный проем впускаются быстрые квадриги. Дома внутри стен, выходящих на четыре стороны, восхитительны угрожающей высотой. 65

11. И все же тот великий Вавилон, тот первый основанный после восстановления человеческого рода [город], теперь побежден почти без всяких преград, захвачен и разрушен.

12. Во время этих событий Крез, 66 царь лидийцев, 67 знаменитый богатствами, когда он прибыл на помощь вавилонянам, будучи побежден, бежал, полный тревоги, в свое царство. Кир же, после того как напал на Вавилон как враг, разорил его как победитель и привел в порядок как царь, перенес войну в Лидию, где без всякого труда одолел измотанное еще предшествующей битвой войско. [229] Самого же Креза он захватил и пленному сохранил жизнь и [одарил его] вотчиной. 68

13. Нет надобности превозносить здесь непрочное состояние преходящих вещей: “что бы ни было создано трудом и усердием, от старости слабеет и изнашивается” 69 — это подтверждает захваченный Вавилон, власть которого как возникла первой и [являлась] могущественнейшей, так первой и исчезла, чтобы, словно бы по какому-то праву сменяющегося времени, наследство передалось следующим, в то время как и самими [наследующими царствами] будет соблюдаться это правило передачи. 14. Так с первыми же приступами наступавшего Кира пали великий Вавилон и могущественная Лидия, крупнейшие ветви Востока погибли вместе со своей вершиной в результате одной лишь войны: и наши современники со страхом, не знающим пределов, вопрошают с трепетом, не содрогается ли теперь столь крепкий в свое время колосс Римского государства, ослабев более от своей старости, нежели потрясаемый иноземцами.

7. 1. Так вот, в скором времени тот самый Кир пошел войной на скифов. 70 Царица Тамирис, 71 которая тогда правила [230] [этим] народом, хотя могла помешать ему в переходе через реку Араке, все же позволила переправиться, сначала из-за своей самоуверенности, затем, надеясь на то, что враг будет задержан речной преградой. 2. И вот Кир, вступив в Скифию и расположившись лагерем поодаль от реки, через которую он переправился, исполненный хитрости, оставил его, снабдив предварительно вином и яствами, словно бы он, испугавшись, бежал. Узнав об этом, царица посылает для преследования Кира третью часть войска и еще совсем молодого сына. 72 3. Варвары, словно бы приглашенные на пиршество, повергаются сначала вином, а вскоре все вместе с юношей лишаются жизни возвратившимся Киром.

4. Тамирис, потеряв войско и сына, стремится унять скорбь как матери, так и царицы скорее кровью врагов, нежели своими слезами. Она изображает неуверенность, якобы рожденную отчаяньем от испытанного несчастья, и, отступая, постепенно заманивает грозного врага в ловушку. 5. И вот, устроив в горах засаду, она уничтожила двеститысяч персов вместе с самим царем; 73 поражает в этом событии больше всего то, что не осталось даже вестника, который бы сообщил [персам] о столь великом несчастье. 6. Царица велит отсечь Киру голову и бросить в бурдюк, наполненный человеческой кровью, не по-женски крича: “Насыться же кровью, которую ты жаждал и [231] которой не мог напиться в течение беспрестанных тридцати лет”. 74

8. 1. В 245 году от основания Города, после того как в [землях] скифов погиб Кир, спустя достаточно много времени волею судьбы власть обрел Дарий. 75 2. Царствовал же [в перерыве] между ними сын Кира, Камбиз, 76 который, одержав победу над Египтом, 77 от ненависти ко всей религии Египта отменил ее священнодейства и разрушил храмы. 78 3. После же него маги, 79 которые при нем исчезли, осмелились коварно завладеть царской властью; но скоро они были схвачены и уничтожены. 80 4. И вот Дарий, [232] один из тех, кто покарал мечом дерзость магов, с общего согласия был избран царем.

Он, после того как вновь подчинил себе войной ассирийцев и Вавилон, отпавший от власти персов, 81 пошел войной на Антира, 82 царя скифов, по той, главным образом, причине, что не получил себе в жены его дочь; 83 5. великая, надо думать, нужда из-за страсти одного человека подвергать опасности смерти семьсот тысяч мужей! Ибо с неимоверным, в семьсот тысяч человек, войском напал он на Скифию; поскольку же враги не позволяли ему вступить в справедливую битву, и когда, вдобавок, их внезапные набеги расшатали фланги [персидского] войска, 6. он, испугавшись, как бы после разрушения моста через реку Истр путь к отступлению не оказался отрезанным, бросив восемьдесят тысяч воинов, бежал в полном смятении; хотя он не включал то множество брошенных [233] солдат в число потерь и не ощущал утраты тех, кого вряд ли бы кто осмелился обойти подсчетом. 7. После этого он, напав, покорил Азию и Македонию. Кроме того, в морском сражении он одержал верх над ионянами. 84

Затем он напал на афинян, за то, что они оказали ионянам помощь против него, и направил на них оружие. 8. В свою очередь афиняне, когда узнали, что приближается Дарий, хотя ждали помощь от лакедемонян, все же, получив известие о том, что персы отвлечены четырехдневным богослужением, 85 обретя надежду на внезапную атаку, несмотря на то, что вооружили они всего лишь сто тысяч граждан и тысячу пришедших на помощь жителей Платеи 86 против шестисот тысяч врагов, внезапно появились [234] на Марафонских полях. 87 9. Той войной руководил тогда Мильтиад; 88 он, полагаясь больше на стремительность, нежели на доблесть, в результате весьма яростной атаки вплотную приблизился к врагу прежде, чем пришлось бы уклоняться от разящих стрел. 10. Такая в той битве была несхожесть, что с одной стороны сражавшиеся казались мужами, готовыми к гибели, с другой — скотом, пригнанным на заклание. 89 11. Двести тысяч персов пало на Марафонских полях. 12. Эту потерю Дарий ощутил: ибо, будучи побежден и бежав, он на кораблях удалился в Персию.

13. Когда же Дарий возобновил войну и двинулся покарать победителей, он умер в самый момент подготовки, в семьдесят четвертую олимпиаду, то есть в 275 год от основания Города, в то время, когда в Риме была погребена живой дева Попилия, обвиненная в разврате. 90

9. 1. Ксеркс, наследовавший в правлении отцу Дарию, 91 в течение пяти лет готовил войну против Греции, [235] задуманную отцом, как то на табличках, сначала покрытых письмом, затем навощенных, передал своим лакедемонянин Демарат, 92 который тогда волею случая жил в изгнании у Ксеркса. 2. Ксеркс же имел, как сообщается, семьсот тысяч воинов из [своего] царства и триста тысяч от союзников, тысячу кораблей, оснащенных рострами, грузовых же судов три тысячи, так что вполне заслуженно рассказывали, что внезапно прибывшему войску и огромному флоту едва хватало воды для питья, земли для передвижения и моря для плаванья. 93 3. Этому столь невероятному для наших времен полчищу, численность которого теперь труднее представить, нежели тогда одолеть, в теснинах Фермопил 94 противостоял Леонид, царь спартанцев, 95 [236] с четырьмя тысячами человек. 4. Ксеркс же, презрев небольшую численность противника, приказывает начать битву, ввязаться в рукопашную схватку. В свою очередь те, чьи родственники и товарищи по оружию пали на Марафонских полях, дают начало сражению и, вместе с тем, бедствию. 5. Возникшая тогда страшная изатяжная сутолока, когда только из-за груды трупов атаковать было трудно, сражаться — неудобно, а бежать не было возможности, на протяжении трех дней являла собой не битву двух [противников], а избиение одного народа.

6. На четвертый же день, когда Леонид увидел, что враг обступает со всех сторон, он призывает сражавшихся с ним союзников, чтобы, оставив битву, они поднялись на вершину горы и сохранили себя для лучших времен; 96 ему же с его спартанцами надлежит претерпеть иную участь: долг перед родиной больше, нежели перед жизнью.

7. Когда были отпущены союзники, Леонид побуждает спартанцев больше всего думать о славе и нисколько не заботиться о жизни: не нужно ждать ни [нападения] врага, ни [наступления] дня, но надо ворваться внезапно ночью во [вражеский] лагерь, вступить в схватку, обескуражить противника; никогда победители не обретут более славы, как только погибнув в лагере врагов. 8. И вот, побужденные предать себя смерти, спартанцы вооружаются к отмщению за будущую гибель, будто бы они сами искали свою смерть и сами [заранее] мстили за нее. И подумать только: шестьсот мужей вторгается в лагерь шестисот тысяч! 97 9. Во всем лагере воцаряется смятение. [237] Персы даже помогают спартанцам, убивая друг друга. Спартанцы ищут царя, но, не находя его, бьют и рубят всех, полностью овладевают лагерем и, с трудом пробираясь через непролазные груды тел, преследуют отдельных вражеских воинов; без сомнения, они стали бы победителями, если бы не выбрали смерть. 10. Битва длилась от начала ночи в течениебольшей части дня; наконец, спартанцы, одолевая врага, вымотались; когда каждый из них, утратив некоторые члены, казался себе удовлетворенным местью за свою смерть, тогда он среди груды мертвых тел на поле, пульсирующем вязкой и полузастывшей кровью, изнуренный, падал и умирал.

10. 1. Ксеркс, дважды побежденный на суше, устраивает морское сражение. 98 Однако когда Фемистокл, полководец афинян, 99 узнал, что ионяне — оказывая которым в предыдущей войне помощь, 100 он обратил против себя [238] ярость персов — привели на помощь Ксерксу снаряженный флот, он решил переманить их на свою сторону и увести от врага. 2. А поскольку он был лишен возможности переговорить с ними, то приказал в тех местах, куда должны были приблизиться ионяне, установить знаки и прикрепить их к скалам, с укором обвиняя [в тех надписях] некогда союзников и товарищей в предприятиях, теперь же несправедливо сидящих в бездействии, и склоняя через религиозное ободрение к исполнению старых договоров, но самое главное — побуждая, чтобы с началом битвы они, подобно уступающим [место], сдерживали весла и выходили из сражения.

3. И вот царь, удерживая при себе часть кораблей, остается наблюдателем битвы на берегу. Напротив, Артемидора, 101 царица Галикарнасса, 102 которая пришла на помощь Ксерксу, страстно устремляется в битву среди первых полководцев, так что было все наоборот: в муже обнаруживалась женская осторожность, а в женщине — мужская отвага.

4. И вот пока битва не давала преимущества ни тем, ни другим, ионяне согласно указанию Фемистокла постепенно начали удаляться от сражения; 103 их исчезновение [239] побудило персов, уже подумывавших о бегстве, бежать открыто. 5. В той панике многие корабли были потоплены, иные — захвачены в плен, многие же, опасаясь бешеного нрава царя, подобного свирепости врага, разбежались по домам.

6. К встревоженному столь великими несчастьями царю подошел Мардоний, 104 убеждая, что царю надлежит возвратиться в царство прежде, чем слух о несчастье поднимет дома мятеж; 7. сам же он, если ему будут переданы уцелевшие войска, намерен и врагу отомстить, и смыть семейный позор, если же превратности войны не прекратиться, то он, хотя и покорит себя врагу, однако же без позора для царя. 8. Приняв совет, [Ксеркс] отдает войско в распоряжение Мардония.

Царь с немногими [сопровождавшими его] бросился в Абидос, 105 где он, как бы победитель моря, сохранил мост; однако, когда он застал мост разрушенным зимней непогодой, будучи в полном смятении, он переправился [в Азию] на рыбачьем суденышке. 9. Случилось, поистине, то, что должен испытывать и переносить с болью человеческий род, измеряя перемены в мире этой или большей превратностью: довольствуясь утлым суденышком, скрывается тот, под кем прежде скрывало свой нрав само море и кто нес иго своего завоевания, когда мост связывал берега! 10. Спасается при наискромнейшей поддержке [240] одного лишь раба тот, чьей власти подчинялся даже сам миропорядок, когда низвергались горы, наполнялись долины, осушались реки. 106

11. Пешие же войска, которые были вверены полководцам, настолько поредели от мук, голода и страха, и вспыхнула [в их рядах] настолько великая чума, когда усилилась болезнь, и такой смрад пошел от умирающих, что дороги были выстланы трупами, умирающее же войско преследовали зловещие птицы и хищные звери, возбужденные запахом мяса.

11. 1. Тем временем Мардоний, на которого Ксеркс возложил дальнейшее ведение войны, вдохновленный сначала кратким успехом, вскоре предстал перед смертью; 2. так он захватил Олинф, 107 крепость Греции. Когда он, среди попыток с помощью различных соблазнов добиться от афинян мира, увидел неодолимое их свободолюбие, предав огню часть города, переводит всю тяжесть войны в Беотию. 3. Туда же отправились преследовавшие его сто тысяч греков и, вступив без промедления в сражение, 108 принудили Мардония, когда войска его были уже разбиты, лишенного всего, словно после кораблекрушения, бежать вместе с немногими [воинами]; 109 [греки] [241] захватили лагерь, полный царских богатств, нанеся при этом немалый урон былому трудолюбию: ибо после раздела той добычи персидское золото стало первым, что расточило греческую доблесть.

4. И вот, худая погибель сопровождает мерзкие начинания: ибо по случайному стечению обстоятельств в тот же самый день, когда в Беотии были разбиты войска Мардония, часть персидского войска сражалась в Азии, у горы Микале. 110 5. Вдруг новое известие услышали там оба флота и народа: “войска Мардония повержены, греки — победители”. 111 Удивительный порядок божественного определения: битва была начата в Беотии с восходом солнца, и уже в полуденный час того же дня стала известна в Азии, отдаленной столь великими просторами моря и земли! 6. Это известие, прежде всего, обеспечило то, что персы, узнав о несчастье союзников, пораженные сначала болью, а затем охваченные отчаяньем, сделались неспособными ни к войне, ни к бегству; а вот враг, став еще более решительным после вести о счастливом исходе [битвы], поражает их, пришедших в ужас и обессилевших. [242]

7. Ксеркс, когда война в Греции безуспешно завершилась, став объектом презрения для своих, захваченный в царском дворце своим префектом Артабаном, был убит. 112

8. О времена, достойные сожаления и воспоминания! О те дни безмятежного покоя, на которые нам предлагают оглянуться, будто бы из тьмы! дни, в которые после краткого перерыва из чрева одного лишь царства три войны в правление трех следующих друг за другом царей вырвали девятнадцать сот тысяч мужей 113 — даже если я умолчу о несчастной в те времена Греции, число погибших в которой превзошло то количество, от которого мы и теперь цепенеем!

9. Леонид, этот наиславнейший из лакедемонян, в той войне против Ксеркса, которая стала последней чертой ему и врагам, обращаясь к шестистам своим, произнес следующие знаменитые слова: “Завтракайте, как если бы пришлось обедать у мертвых”, 114 союзникам же, которым [243] он повелел выйти из войны, он милосердно посоветовал, чтобы они сохранили себя для лучших времен. 10. И вот, в то время как тот предвещал лучшее будущее, эти [язычники] объявляют лучшим прошлое; что же иное можно заключить, когда и тот и эти проклинают современные им времена, если не то, что либо все времена хороши, но тягостны, либо же никогда хороших времен не было и не будет вообще?

12. 1. Тем временем в Риме, ибо я возвращаюсь к тому времени, с которого я отклонился [в сторону] — однако не приостановка [одних] несчастий заставляет меня перейти к другим, но, как некогда разлившиеся повсюду злодеяния переплелись в происходящем, так же перемешанными они восстанавливаются в памяти, ибо нами было задумано собрать воедино времена мира и не глумиться над происшедшим в какой-то одной из его частей — 2. так вот, в Риме в 290 году от основания Города, когда на время приостановилась война, тяжелая чума, которая постоянно либо прерывает заключаемые изредка перемирия, либо вынуждает их заключать, со всей жестокостью пронеслась по всему городу, так что в случившемся накануне чудесном знамении заслуженно виделось, будто бы полыхало небо, 115 ибо столь страшным огнем болезней пылала глава народов. 3. Ибо в том году чума унесла обоих консулов — Эбуция и Сервилия, 116 пожрала значительную часть войска, истребила [244] страшным поветрием многих благородных и особенно плебс, 4. хотя вспыхнувшая еще за четыре года до этого моровая язва уже обескровила тот же народ.

5. В следующем году изгнанные граждане и беглые рабы под предводительством Гербония, сабинянского мужа, 117 захватили и предали огню Капитолий. 6. Против них выступает во главе с храбрейшим консулом и полководцем Валерием молодежь; 118 однако решающая битва была столь жестока и тяжела, что даже сам консул Валерий был там убит и своей смертью осквернил и без того постыдную победу над рабами. 119

7. Наступил год, в который был осажден вместе с побежденным войском консул: ибо вступившего в битву консула Минуция 120 превзошли эквы 121 и вульски 122 и окружили [245] его, бежавшего, голодом и оружием в Альгиде; 123 и все это имело бы плачевный исход, если бы Квинций Цинциннат, тот выдающийся диктатор, одолев врага, не снял плотную осаду. 124 8. Он, обнаруженный в деревне, призванный от сохи к фасциям, приняв почетную должность и, построив войско, вскоре оказавшийся победителем, провел эквов под бычьим ярмом и, держа победу, словно рукоять плуга, первым прогнал впереди себя покоренных врагов.

13. 1. В год, который предшествовал трехсотому году от основания Города, пока ждали послов, отправленных к афинянам ради ознакомления с законами Солона, 125 голод и чума сковали римские войска. 126 [246]

2. В собственно же трехсотый год, то есть в девяносто пятую олимпиаду, 127 власть консулов, переданная ради установления аттических законов децемвирам, 128 принесла великую порчу государству. 3. Ибо первый из децемвиров, Аппий Клавдий, 129 отстранив остальных, сохранил [247] власть лишь у себя, 130 и тотчас последовал заговор других, 131 в результате чего, после того как было выказано пренебрежение обычаем, по которому знак власти находился в одних руках, а сама власть оставалась общей, все стали управлять всеми по собственной прихоти. 4. И вот в довершение всего того, что они все вместе, вопреки обычаю, присвоили себе, каждый из них вдруг явился с двенадцатью ликторами и прочими знаками власти; 5. после же того, как несправедливым образом был обновлен порядок, когда исчезло благоговение перед консулами и выросла толпа тиранов, когда к десяти прежним были добавлены еще две [новые] таблицы законов, 132 они исполняли большинство дел с надменностью, не имевшей границ; и в день, когда обычно магистрат слагал [власть], они явились с теми же самыми знаками. 133 [248]

6. Великое зло принесла также похоть Аппия Клавдия, который, чтобы совершить бесчестье над девушкой Виргинией, 134 выдумал предварительно основание ее рабства: по этой причине принужденный скорбью по свободе и позором от бесчестья отец, Виргинии, благочестивый дочереубийца, на глазах у народа пронзил [ножом] приговоренную к рабству дочь. 7. Народ, приведенный в возбуждение от жестокости случившегося и побуждаемый надеждой вернуть свободу, вооруженный, захватил гору Авентин 135 и до тех пор не прекращал с помощью оружия отстаивать свободу, пока союз заговорщиков 136 не сложил с себя те самые почетные полномочия.

8. В период со сто третьей до сто пятой олимпиады 137 (в течение приблизительно стольких лет) в Италии происходили настолько частые и настолько сильные землетрясения, что от постоянно приходящих известий о бесчисленных потрясениях и о разрушениях вилл и крепостей содрогался сам Рим; 9. затем наступила такая долгая и испепеляющая засуха, что не было надежды на то, что в текущем тогда и следующем [за ним] году земля родит урожай; 138 10. и в те самые времена, после того как фиденяне, [249] грозные враги, собрав мощь чрезвычайно сильных союзников, стали угрожать римским крепостям, Эмилий, третий диктатор, 139 захватив с большим трудом самих фиденян, сбросил бремя несчастья и исцелил [от него].

11. Столь великое [переплетение] злодеяний и смятение душ было в те времена, что как обрушившиеся извне войны затмили собой внутренние неурядицы, так и прокатившиеся по земле и небу различные катастрофы разрушили беспрерывными атаками наступившие после бедствий войн перемирия.

14. 1. Сицилия сначала — родина циклопов, 140 а позже — неизменная колыбель тиранов, 141 а также часто — пленница рабов, из которых первые [т. е. циклопы] кормились [250] телами людей, вторые [наслаждались человеческими] мучениями, последние — смертями, не говоря уже о том, что во внешних войнах она становилась либо добычей, либо наградой. 2. Она, как я довольно бегло покажу, никогда, за исключением нынешних времен, не знала отдыха от несчастий, более того (и в этом весьма ясно обнаруживаются различия времен), так же, как раньше она одна среди всех стойко переносила и внутренние, и внешние волнения, и теперь она одна из всех ничего не претерпевает. 3. Ведь даже — ибо я не говорю ни о продолжительности того бедствия, которое она вынесла, ни о [длительности] этого мира, которым она наслаждается — сама Этна, которая тогда взрывалась следующими один за другим извержениями, несущими разрушение городам и деревням, теперь лишь безобидно дымится в напоминание о прошлом. 142 [251]

4. Итак, — ибо я оставляю в стороне тиранов, из которых тот, кто был мстителем, вскоре становился преемником [тирании] — в то время, а именно в 335 год от основания Города, 143 когда жители Регия, 144 близ Сицилии, были охвачены раздором, и город вследствие распри оказался разделен на две части, одна часть призвала на помощь ветеранов из Гимеры, 145 города Сицилии; 5. те же [ветераны], изгнав из города сначала тех, против кого были приглашены, а вслед за этим убив и тех, к кому пришли на помощь, захватывают город вместе с супругами и детьми союзников: злодеяние, не сопоставимое с дерзостью ни одного тирана, — 6. ибо все, что ни происходило до этого с регийцами, было лучше, нежели [случившееся] после того, как по собственной воле пригласили они тех, кому сами, изгнанные, оставили в качестве добычи жен, детей и пенаты. 146

7. Жители же Катины, 147 когда оказались под угрозой воинственных и враждебных сиракузян, попросили помощи у афинян. Но афиняне, когда скорее по своей корысти, [252] нежели ради союзников, отправляли на Сицилию военный флот, 148 думали расширить себе власть, и, с другой стороны, они боялись, что недавно снаряженный сиракузский флот окажет помощь лакедемонянам. 8. И вот, когда те афиняне, которые были посланы, разбив врагов, успешно начали предприятие, [Афины] отправили на Сицилию еще более крупные силы и более сильное войско под руководством полководцев Лахета и Хариада. 149 9. Но катинцы, пресытившись войной, заключают договор с сиракузянами 150 и отвергают помощь афинян; 10. после чего, однако, когда сиракузяне, мечтая о владычестве, нарушили условия мира, катинцы вновь отправляют в Афины послов, чтобы те с грязными волосами и бородами, облаченные в скорбные одежды, вымолили милосердие и помощь как речью, так и обликом. 151 [253]

11. И вот, снаряжается большой флот под руководством Никия и Ламаха, 152 и Сицилия вновь подвергается нападению настолько значительных сил, что своего решения испугались даже те, кто вымаливали [помощь]. 12. Афиняне тотчас проводят две удачные битвы на суше; изнуренных и окруженных, после того как был подведен флот, врагов они запирают в городе. 153 13. Но сиракузяне, когда дела расстроились и пошли недолжным образом, просят помощь у лакедемонян, 154 от которых скоро отправляется один лишь Гилипп, 155 в котором, однако, проявилась величина всей поддержки. Он как только узнал по прибытии об уже расстроенном состоянии дел на войне, собрав вспомогательные войска отчасти в Греции, отчасти в Сицилии, занял удобные позиции для проведения битв. 14. После этого он, побежденный в двухсражениях, однако не павший духом, убил в третьей стычке Ламаха, 156 обратил врагов в бегство и снял с союзников осаду. [254]

15. После этого афиняне, проигравшие сражение на суше, задумывают попытать счастья на море и готовятся сойтись [с врагом] в морской битве; узнав об этом, Гилипп призывает от лакедемонян снаряженный флот; 16, а в это время афиняне на место павшего полководца отправляют Демосфена и Эвримедонта с военным подкреплением; пелопоннесцы в согласии и по решению многих городов также направляют сиракузянам огромную помощь. 17. И вот, под видом союзнической войны [афиняне и лакедемоняне] преследуют каждый свое; словно бы по прихоти спор из Греции 157 был перенесен на Сицилию и вот теперь и с той, и с другой стороны решается с помощью лучших сил.

18. И вот афиняне в первом сражении терпят поражение и оставляют брошенным лагерь со всем богатством, как общественным, так и частным, а также со всем имуществом, [предназначенным] для длительного предприятия; 158 19. после того как [афиняне] потеряли средства [255] и оказались в затруднительном положении, Демосфен предложил, пока еще дела не стали абсолютно безнадежны, хотя и кажутся расстроенными, возвратиться домой и уйти из Сицилии; 159 20. Никий же, не менее отчаявшийся от страшного позора в начале военных действий, выступая в ответ, настоятельно требовал остаться [под Сиракузами]. 160 21. [Афиняне] вновь проводят морское сражение, и скоро из-за незнания теснин сиракузского побережья, попавшие в ловушку врагов, они оказываются в кольце: первым погибает полководец Эврилох; 161 сгорает одиннадцать кораблей. 162 Демосфен и Никий бросают флот, думая, что безопаснее бежать сухим путем. 22. Гилипп же сначала захватывает сто тридцать оставленных ими кораблей, затем, бросившись преследовать самих беглецов, очень многих настигает и предает смерти. [256] Демосфен избегает позора неволи добровольной смертью, Никий же венчает постыдную и недостойную жизнь бесчестьем плена. 163

15. 1. И вот афиняне, претерпевавшие не без ущерба для лакедемонян невзгоды у Сицилии на протяжении двух лет, гнетутся дома другими злодеяниями. Ибо Алкивиад, назначенный некогда полководцем против Сиракуз, а вскоре привлеченный по какому-то обвинению к суду, 164 отправился в добровольное изгнание в Лакедемон 2. и толкнул спартанцев на то, чтобы они, пока афиняне пребывают в замешательстве, вновь начали войну и разбили их, не дав им времени опомниться. 165 3. К этому замыслу [257] присоединилась вся Греция так, будто бы решался [вопрос, где] собрать силы для тушения общего пожара ради общественного блага.

4. В это время Дарий, 166 царь персов, памятуя об отцовской и дедовской ненависти к этому городу, 167 через Тиссаферна, префекта Лидии, заключает договор с лакедемонянами и обещает им деньги на войну, а также войска. 5. Диву даешься, сколь велико в те времена было могущество афинян, ибо, когда против них, то есть против одного-единственного города, двинулись силы Греции, Азии и всего Востока, они, постоянно сражавшиеся и никогда не уступавшие, скорее казались изнуренными, нежели побежденными.

6. Ибо сначала Алкивиад потребовал, чтобы все союзники перешли от них [от афинян] к лакедемонянам, однако сам, преследуемый кознями из-за зависти, 168 бежал от них и удалился в Мидию 169 к Тиссаферну; 7. став для него, [258] благодаря своему таланту и красноречию, большим другом, побуждает его, чтобы не тратил он столько средств на поддержку лакедемонян: пусть лучше сам станет арбитром и наблюдателем той ссоры и сохранит нетронутыми силы Лидии против победителя. 8. Вот почему Тиссаферн приказывает отправить в Лакедемон часть флота с небольшим отрядом, чтобы [посланные им лидийцы] сражались, не слишком усердствуя, предоставив риск другим, и в то же время, находясь на поле брани, ничего не упускали из вида.

16. 1. У афинян же, поскольку уже в течение долгого времени разгорался внутренний раздор, высшая власть по воле народа передается сенату; 170 ибо раздоры кормятся праздностью, напротив, когда тяготит нужда, после того как отступают на второй план личные дела и неприязнь, она решается сообща. 2. Однако, когда все это вследствие присущего народности [genti] высокомерия и из-за тиранических устремлений завершилось пагубно, войском вновь призывается Алкивиад и ставится во главе флота.

3. Узнав об этом, первые из граждан сначала задумали сдать город спартанцам; затем, поскольку этот замысел не привел к успеху, они добровольно удалились в изгнание. И вот, когда родина была освобождена, 171 Алкивиад отправляет флот против врагов; 4. вступив в битву, [259] афиняне одерживают победу. В то же время большая часть спартанского войска перебита, почти все руководители убиты, а восемьдесят кораблей захвачены, не считая тех, которые, будучи сожжены и потоплены, погибли в ходе сражения.

5. Перенесенная вновь на сушу война протекала столь же безуспешно для спартанцев. 172 Надломленные в результате всего этого лакедемоняне домогаются мира, однако добиться его так и не смогли. 6. К тому же сиракузские войска, когда стало известно о несчастье карфагенской войны, были отозваны назад на Сицилию. 173 Вот почему Алкивиад с победоносным флотом обходит всю Азию, опустошает войной, пожарами и убийствами и все рушит; города, которые перед этим отпали от союза, он захватывает и многих из них оставляет за собой. 174 7. Так [260] Алкивиад, достигнув великой славы, при [всеобщем] восторге и радости вступает в Афины; 175 8. некоторое время спустя он приумножает силы и тотчас ведет флот и войско дальше и вновь нападает на Азию. 176

Лакедемоняне же назначают руководителем флота и командующим в войне Лисандра. 177 9. Кир же, брат Дария, 178 поставленный вместо Тиссаферна во главе Ионии и Лидии, укрепляет их огромными средствами и вспомогательными войсками. И вот, войско Алкивиада, предавшееся грабежу и вследствие этого рассеянное и дезорганизованное, Лисандр поражает внезапным набегом, побеждает безо всякого боя и, обращенное в бегство, предает смерти. 179 10. Это была великая резня афинян, они испытали [261] гораздо более тяжелое поражение, нежели сами недавно нанесли.

Узнав об этом, афиняне решили, что это Алкивиад вознамерился подобной изменой отомстить за старое унижение своего изгнания; 11. и потому вместо него назначают Конона, 180 которому поручают уцелевшую армию и главное командование. 12. Он, желая как можно быстрее восстановить истощенные силы, собрал стариков и детей и записал их в войско; однако подобная мера не принесла перелома в войне: ибо то, что обычно совершается силой, не [достигается] числом. 13. Поэтому неспособная к войне армия была и захвачена, и разбита, и такая груда погибших осталась на поле той битвы, 181 что казалось, будто истреблено не только господство афинян, но и имя. 14. Те же [афиняне], когда дела их стали безнадежны, решают отдать город чужеземцам 182 — ибо те, [262] кто незадолго до этого господствовали во всей Азии, теперь от той громады [власти] сохраняли лишь стены и свободу — и, хотя, по собственному же их мнению, для сохранения свободы не хватало сил даже под защитой стен, все же еще раз готовятся вступить в морское сражение. 183

15. Ярость, лишенная благоразумия, полагает страдание доблестью, а потому, насколько затевает гнев, настолько сулит отвага.

16. Вот почему, когда все были частью захвачены, частью убиты, из сохранившихся никого не осталось. 184 Один лишь полководец Конон, переживший войну и народ, боясь безжалостности сограждан, отправился к царю Киру. 185

17. Эвакор же, предводитель лакедемонян, 186 захватив все города, не оставил афинянам ничего, кроме пустого [263] города, да и это не надолго, ибо позже и сам город он подверг осаде; 187 осажденных преследовал голод, запустение и болезнь, 18. когда же после всех мерзостей невзгод, которые даже назвать — охватывает оцепенение, не осталось никакой надежды, только смерть, они испросили мира.

17. 1. Великое по этому поводу раздумье было между спартанцами и союзниками: когда очень многие предлагали сравнять с землей постоянно сулящий беспокойство город, а народ, не вселяющий ничего, кроме тревоги, истребить вместе с именем, 188 2. спартанцы не согласились с теми, кто добивался, чтобы был выколот один из двух очей Греции; и, сверх того, обещали [афинянам] мир, если те разрушат крепостные стены, идущие от Пирейского порта 189 к городу, к тому же добровольно передадут оставшиеся [264] корабли, кроме того, если правители [rectores] получат для себя тридцать мест. 190 3. Афинянам, уступившим и подчинившимся этому условию, лакедемоняне для составления законов, которые должны будут соблюдаться в городе, назначили Лисандра.

4. Это год был ознаменован и завоеванием Афин, и смертью Дария, царя персов, и изгнанием Дионисия, тирана Сицилии. 191

5. И вот, тридцать назначенных афинянам правителей 192 становятся тридцатью тиранами: сначала они окружают себя тремя тысячами телохранителей, а скоро располагают рядом с собой еще и семьсот воинов победившей армии. 6. Грядущая резня всех без разбора предвещалась убийством Алкивиада, который во время бегства в пути [265] был заперт в хижине и сожжен заживо. 193 7. Когда он был убит, будто бы после истребления мстителя обретшие покой [тираны] наполняют несчастные остатки города убийствами и грабежами. Даже Ферамена, 194 одного из своего числа, которому, как им казалось, происходящее было не по нраву, они убивают в назидание остальным и для их устрашения.

8. И вот, все подряд разбегаются из города, однако, в виду того, что, по решению лакедемонян, по всей Греции беглецам должно было отказываться в приюте, они отправились все в Аргос и Фивы, 195 где они настолько были согреты теплом гостеприимства, что не только уняли страдание по покинутой родине, но и стали надеяться на возвращение ее. 9. Был среди беглецов Фрасибул, 196 муж решительный и среди своих прославленный знатностью [266] рода: он и оказался вдохновителем дерзновенного шага к спасению родины. И вот, собравшись, беглецы захватывают Филу, 197 крепость аттических рубежей, и укрепляют себя благодаря поддержке многих городов: им даже Лисий, сиракузский оратор, 198 словно в поддержку того города, который являлся признанной родиной красноречия, отправил пятьсот воинов со своим обеспечением.

10. Это была ужасная битва, 199 но сама борьба стремлений и интересов вынесла приговор и тем, кто сражался за собственную свободу, и тем, кто [защищал] чужое владычество: ибо поверженные тираны бежали в город и всех, кого из афинян прежде набрали себе телохранителями, теперь, заподозрив их в измене, отстранили от защиты города. 11. Фрасибула же [тираны] попытались соблазнить подкупом; 200 когда чаянья на это оказались напрасны, они, призвав вспомогательные войска из Лакедемона, вновь бросаются в бой. Там гибнут два тирана, самые свирепые [267] из всех. 201 12. Когда же Фрасибул заметил, что остальные, кто терпят поражение и обращены в бегство, являются по преимуществу афинянами, он догоняет их криком, удерживает речью, привлекает мольбами, представ пред взором тех, кто намеревался бежать, и пред теми, от кого они хотели бежать: "По мне, война направлена против трехсот господ, а не против несчастных сограждан. Так не лучше ли, чтобы все, кто считает себя афинянином, изгнали бы мучителей свободы афинян?”

13. И вот, этот призыв получил такой отклик у них, что вскоре возвратившиеся в город [афиняне] заставили тиранов уйти из крепости и переселиться в Элевсин. 202

Афиняне, после того как приняли в общину города [in societatem urbis] своих сограждан, еще недавно изгнанников, ревностью побуждают тиранов к войне, для которых свобода других казалась чуть ли не собственным рабством. 14. Тогда, по объявлении войны, после того как все будто бы согласились на переговоры, [тираны], оказавшиеся в ловушке, предаются смерти, словно бы жертвы мира. 203 [268] Итак, собранные в одно целое, после бурных слез великой радости, афиняне устанавливают в качестве первых оснований вновь обретенной свободы главные положения права, закрепив торжественной клятвой, что прежние разногласия и споры будут преданы полному забвению и вечному безмолвию. 20415. Этот род договора, как бы новое устройство жизни и новое благополучие своего состояния, создатели назвали “амнистией”, то есть забвением преступлений.

Мудрейшее, особенно после таких свидетельств несчастий, начинание афинян! О, если бы благодаря этому соглашению дела человеческие, когда бы согласие людей сохранялось, настолько окрепли, что пришли бы в полный порядок! 16. Но это постановление до такой степени было испорчено даже в самих словах постановления, что по прошествии порядка двух лет у них лишил себя жизни светлейший из философов Сократ, 205 принужденный принять [269] яд; затем, после того как едва ли минуло сорок лет (я опускаю прочее), те же афиняне, утратив окончательно свободу, поработили себя под властью Филиппа, царя македонян. 206

17. И все же афиняне, мудрейшие из всех, будучи достаточно научены своими бедствиями тому, что “в согласии малые дела становятся значительными, а в раздоре — великие приходят в упадок”, 207 и что все, как добрые, так и злые дела, которые происходят за пределами родины, пускают корни в дела отечества и выступают вперед, [эти афиняне] уничтожили вражду дома и прекратили внешние войны; кроме того они оставили бы своим потомкам пример падения своего и решение об исправлении, если бы то, о чем было принято решение в период несчастья, все же сохранилось бы в благополучные времена вопреки жалкому непостоянству человеческого разума.

18. 1. Приблизительно в те же дни у персов вспыхнула гражданская война, даже более чем гражданская, [270] завершившаяся братоубийством: ибо, как только умер царь Дарий, его сыновья, Артаксеркс 208 и Кир, 209 заспорили по поводу власти и, в конце концов, вступили с крупными силами в войну, принесшую великие разорения для областей и народов как той, так и другой стороны. 2. В этой войне, когда обоих братьев, шедших с разных сторон навстречу друг другу, свел случай, сначала Артексеркс, раненный братом, бежал, избежав смерти благодаря быстроте коня; а вскоре Кир, поверженный царской когортой, положил конец спору. 210 В результате Артаксеркс, завладев братским обозом, утвердил братоубийством власть в царстве.

3. Таким вот образом вся Азия, а также Европа взаимно ввергались то в убийства, то в позорные деяния, порой ограничиваясь лишь своими пределами, порой [воюя] между собой.

4. Ну вот, в весьма кратком сочинении и в немногочисленных словах я настолько же расплел нить событий о столь многих областях, народах и городах, насколько большим сплел клубок несчастий: “в каких же словах сказать подобает о бедствие того” времени, и “кто может равнять с теми слезами наши скорби?” 211 [271]

5. Однако эти самые бедствия, поскольку за столь многие века они утратили вид [катастроф], стали для нас предметом писательских упражнений и объектом наслаждений как предания; и тем не менее, если бы кто-нибудь обострил бы свое внимание и если бы всеми способностями рассудка погрузил себя в сами причины [бедствий] и в суть войн и если бы он вновь пережил бы в своем сознании, словно взирая со скамьи зрительного зала, как прошедшие времена, так и времена настоящие, я сказалбы с полной уверенностью, что он пришел бы к выводу, что те времена не могли бы столь несчастливо прийти в расстройство и в замешательство, если бы не воля гневного и противящегося Бога, равно как и эти времена не могли бы обрести покой, если бы не воля благосклонного и испытывающего жалость Бога.

6. Кроме того, в те же времена Сицилия подверглась страшному землетрясению, вдобавок она была опустошена извержениями огня и горячего пепла горы Этна, сопровождаемыми величайшим разорением деревень и поместий. 212-

7. Тогда же город Аталанта, 213 расположенный неподалеку от земли локров, 214 внезапным наступлением моря был отторгнут [от суши] и превращен в остров. 215 Достойные [272] же сожаления остатки афинян поразила чума и убивала в течение долгого времени. 216

19. 1. К 355 году от основания Города осада вейенов за десять беспрерывных лет ослабила более осаждавших, нежели осажденных: 217 ибо римляне, изнуренные многократными внезапными вылазками врагов, к тому же поставленные в необходимость вести войну зимой, были вынуждены зимовать в палатках и, в довершение всего, терпеть на глазах у врагов голод и холод; 2. наконец, без какого-либо достойного свидетельства римской доблести они с помощью подкопов и коварства захватили город.

3. За этой более полезной, нежели славной, победой последовало сначала изгнание диктатора Камилла, 218 который вырвал ее у вейенов, затем вторжение галлов и пожар города. 4. Посмеет ли хоть кто-нибудь, если это возможно, сравнить с подобным бедствием любые волнения нашего времени, сколь бы несправедливость настоящего не умаляла рассказ о прошедшем несчастье! [273]

5. Так вот, галлы-сеноны, 219 когда под руководством Бренна они осадили с помощью весьма многочисленного и мощного войска город Клузина, который теперь называется Тусцией, 220 вдруг увидели, как римские послы, которые прибыли ради заключения мира между противниками, 221 на глазах у них хватаются за мечи: 222 галлы, [274] вознегодовавшие от этой несправедливости, сняв осаду с клузинской крепости, всеми силами устремляются на Рим.

6. И вот их, обрушившихся [на город], встретил консул Фабий 223 с войском, однако же не загородил им дорогу, напротив, вражеский натиск срезал [защитников], словно сухие хлеба, попрал их и последовал дальше. Об этом поражении Фабия хранит память река Алия 224 так же, как Кремера [о гибели] Фабиев.

Ибо даже если бы Рим, в добавление ко всему, не был бы сожжен, вряд ли кто-нибудь вспомнит подобный крах римской армии! 7. Галлы вступают в открытый город, убивают застывших, как статуи, стариков в их же собственных жилищах, и погребают их, сгоревших в пламени пожарища, под обрушившейся кровлей их домов. 8. Всю сохранившуюся молодежь, которой, как известно, было тогда тысяча человек, укрывшуюся в крепости Капитолийского холма, они берут в осаду, и там голодом, болезнью, отчаяньем и страхом они изнуряют несчастные остатки, покоряют их и продают: 9. ибо назначают плату за свой уход в тысячу фунтов золота, 225 не потому, что Рим у галлов не имел большой славы, а потому, что настолько уже они его ослабили, что не мог он тогда заплатить щедрее.

10. Когда галлы ушли, 226 на том месте, где когда-то был город, зловеще громоздились бесформенные развалины, [275] и со всех сторон, отражаясь, неслось эхо негодующего голоса тех, кто скитался по завалам и не узнавал, что он среди родных пенатов, и [эхо это] продолжало держать в напряжении встревоженный слух. 11. Души охватило оцепенение, само безмолвие наполняло их страхом, ведь основа страха — в запустении, царящем повсюду. Потому-то у римлян возникла и стала обсуждаться идея сменить местожительство, заселить другую крепость и даже назвать ее другим именем.

12. Вот времена, в сопоставлении с которыми оцениваются сегодняшние дни; вот времена, воспоминание о которых рождает тоску; вот времена, которые вызывают раскаянье в “лучшей” или, скорее, в равнодушной религии! 13. Да уж, равны и сопоставимы между собой эти два завоевания: то, бесновавшееся в течение шести месяцев, и это, пролетевшее за три дня; галлы, преследовавшие среди величайшего пепелища само имя Рима, уничтожившие предварительно народ и разрушившие Город, и готы, побудившие толпы несведущих к спасительным убежищам, то есть [к прибежищам] святых мест, отказавшись к тому же от замыслов грабежа; там едва ли можно было найти старика, который бы спасся, даже находясь вне Рима, здесь же едва ли можно отыскать [старика], который бы случайно погиб, ибо был укрыт. 14. В действительности, я бы лучше сопоставил число спасшихся там и количество погибших здесь людей.

Следует признать то, что раскрывается вполне ясно: в этом, современном, бедствии более бушевал Бог, менее люди, ибо Он, совершая Сам то, что те [люди] не смогли бы совершить, показал, почему Он испытывает к ним сострадание. 15. Конечно, поскольку воспламенять медные балки и разрушать громады величественных сооружений было выше человеческих сил, форум с бесплотными статуями, которые лживо изображают как бога, так и [276] человека, был поражен ударом молний; и то, что из всех тех мерзостей не уничтожило пламя, зажженное посредством врага, разрушил огонь, низвергнутый с неба.

16. Поскольку же предмет рассказа столь велик, что ни в коей мере не может быть ограничен этой книгой, то следует завершить эту часть, дабы о прочих [случаях] рассказать в следующих томах.

Комментарии

1 Орозий повторяет популярный в раннехристианской литературе тезис апостола Павла, высказанный в Послании к Римлянам: “...нет власти не от Бога, существующие же власти от Бога установлены” (Рим. 13:1). Эту же идею повторяет и разрабатывает Августин в своем сочинении О граде Божьем: “Бог... дает земные царства и добрым, и злым, — и это не случайно или неожиданно, ибо это Бог, а не фортуна, — но, следуя порядку вещей и времен, от нас сокрытому, Ему же известному... Для того же земные царства даются Им и добрым, и злым, чтобы почитатели Его, малые дети еще в совершенствовании духа, не жаждали от Него этих милостей как чего-то великого” (Aug. De civ. Dei IV.33).

2 Орозий во II книге впервые высказывает важнейший тезис своей теории четырех сменяющих друг друга великих царств, теории, уходящей корнями к раннехристианской литературной традиции: уже Ипполит Римский (II век) в Толковании на книгу пророка Даниила представляет историю смены царств как чередование веков от золотого (Вавилонское царство) через серебряное (Персидское царство), медное (империя Александра Македонского) к железному (Римская империя) (Hippolyt. Com. ad Dan. II.3.12).

3 Орозий уже сообщал о правлении Нина и Семирамиды в первой книге (Hist. I.4.1-8). См. прим. к указанным отрывкам.

4 См. Hist. I.12.2; 1.19.1. и прим. к этим отрывкам.

5 Датировка правления царя Проки приводится в Хронике Евсевия / Иеронима (1196 год от Авраама = 66 год до основания Рима). Согласно Хронике, Прока, четырнадцатый царь латинов, правил в течение 23 лет. Орозию в данном случае важно создать параллели между Нином и основанием Вавилона, с одной стороны, и Прокой и основанием Рима, с другой. Орозий максимально сближает между собой во времени два великих царства, датируя гибель Вавилона 64 годом до основания Рима (Hist. I.19.1), несмотря на то, что совершает при этом ошибку в собственных подсчетах (см. прим. к Hist. I.12.2; 1.19.1). С другой стороны, он приводит ложное утверждение о том, что вся римская история начинается с Проки. Ни один из главных римских источников Орозия не делает этого. Тит Ливии начинает римскую историю с прибытия Энея в Италию (Liv. Ab Urbe I.15), Флор и Евтропий — с Ромула (Flor. I.1; Eutr. I.11).

6 Навуходоносор II — царь Вавилонии в 605-562 гг. до н.э.

7 Имеется в виду персидский царь Кир II (см.: Hist. I.19.6-11), в октябре 539 г. до н.э. захвативший Вавилон.

8 Орозий, проводя идею преемственности великих держав, стремится как можно убедительнее показать, что упадок Вавилона хронологически совпадает с возрастанием могущества Рима. Подобная хронологическая параллель является исключительно изобретением Орозия. Настаивая на одновременности захвата Вавилона Киром II и изгнания из Рима Тарквиниев, Орозий выходит за пределы тех возможностей, которые предоставляли ему его источники, а также противоречит собственным датировкам. Хроника Евсевия / Иеронима не определяет четкой даты захвата Вавилона Киром, однако ее можно восстановить по другим хронологическим пометам: правление Кира, возвращение евреев из вавилонского плена, восстановление храма Господа в Иерусалиме, что для Орозия, кстати, происходит одновременно с падением Вавилона (Hist. VII.2.12). Хроника датирует правление Кира II 1457-1485 гг. от Авраама (= 194-222 гг. от основания Рима = 560-532 гг. до н. э.); возвращение евреев из Вавилонского пленения Хроника относит к 1457 г. (Евсевий в армянском варианте Хроники) или к 1456г. (Евсевий / Иероним) от Авраама, войну Кира II с Крезом, последовавшую за захватом Вавилона, — к 1469-1471 гг. от Авраама. Таким образом, захват Киром II Вавилона произошел, согласно Хронике, в период между 1457 г. от Авраама (возвращение евреев) и 1469 г. от Авраама (начало войны Кира II с Крезом), что соответствует 194-205 гг. от основания Рима. В то же время Хроника Евсевия / Иеронима датирует изгнание Тарквиниев 1504 г. от Авраама (= 241 г. от основания Рима = 513 г. до н.э.), в результате чего в Хронике два события: захват Киром Вавилона и изгнание Тарквиниев — отстоят друг от друга почти на три четверти века. Однако разногласия есть и в самом тексте Истории. Орозий относит консульство Брута, в которое происходят события, связанные с изгнанием Тарквиниев, к 244 г. от основания Рима (Hist. II.5.1). С другой стороны, Орозий называет год воцарения Дария I — 245 г. от основания Рима (Hist. II.8.1), оговариваясь при этом, что восшествие Дария I на престол и смерть Кира II разделяет довольно большой временной отрезок, на который приходится правление Камбиза и мятеж магов (Hist. II.8.2-3), из чего следует, что Кир, если ориентироваться на изложение событий у Орозия, захватил Вавилон задолго до того, как Тарквинии были изгнаны из Рима, а потому “важнейшая историческая параллель” является не только изобретением Орозия, противоречащим авторитетной для нашего автора Хронике Евсевия / Иеронима, но и фикцией для самой Истории против язычников.

9 См. Hist. I.4.1-8; II.2.1. и прим. к этим отрывкам.

10 См. Hist. I.19.1. и прим. к этому отрывку.

11 Орозий намекает на Алариха Балту (ок. 365-410), вестготского короля приблизительно с 395 г., который совершил два похода в Италию (401-403 и 408-410 гг.); собственным ставленником Приском Атталом он был назначен магистром обеих армий (magister utriusque militiae).

12 О попытке узурпации власти в Риме префектом города Приском Атталом Орозий особо будет рассказывать в последней книге, Hist. VII.42.7-10.

13 Имеется в виду император Гонорий, соправитель своего отца Феодосия Великого с 393 г. и полноправный император Запада с 395 г. по 423 г., во времена которого произошла “катастрофа 410г.”

14 В этой главе Орозий весьма кратко излагает события, связанные с основанием Рима и царским периодом его истории. По мнению М.-П. Арно-Линде, Орозий при написании этой главы пользовался каким-то сокращенным изложением римской истории, используемым в школах, разбавляя его данные своими моральными оценками, и не прибегал к прямой помощи Тита Ливия, хотя повторяет некоторые логические ошибки Ливия. Наиболее вероятным источником Орозия в данном конкретном случае М.-П. Арно-Линде называет Флора (Arnaud-Lindet M.-P. [Orose]. Т. 1. Р. 207). Предлагаемая Орозием в данном месте дата основания Рима вступает в явное противоречие с его собственной датировкой Троянской войны, которая началась, как следует из сообщения I книги, за 430 лет до основания Рима (Hist. I.17.1) и длилась десять лет, то есть до 420 года до основания Рима. Также Орозий не следует Хронике Евсевия / Иеронима (согласно Хронике, падение Трои произошло в 835 году от Авраама, что соотвествует 429 году до основания Рима) и не придерживается версии Евтропия (Евтропий датирует основание Рима 394 годом от падения Трои, Eutr. I.12).

15 Орозий забывает, что олимпийские игры уже несколько лет (с 393 г.) были запрещены и не проводились.

16 Элида — греческий город на северо-западе Пелопоннеса (область Элида), близ которого была расположена Олимпия, родина олимпийских игр.

17 Verg. Aen. VIII.635. Сабиняне — италийсское племя в гористой области к северо-востоку от Рима, соседи древних латинов; обитали на реках Тибр, Атернус и Анно. Их поселения были обнаружены также на римских холмах Квиринале и Эсквилине.

18 Орозий намекает на историю с похищением римлянами сабинянских женщин. Как повествует о том Тит Ливий, римляне, вынужденные искать для продолжения рода жен, пригласили соседей вместе с их женами и детьми на торжественные игры, устроенные в честь Нептуна Конного; во время игр римские юноши стали похищать женщин своих соседей, сабинян. (Liv. Ab Urbe I.9.1-12), которые стали им женами. Оскорбленные сабиняне, начав войну против Рима, были разбиты Ромулом (Ibid. 1.10.1-4). См. также: Eutr. I.2.2; Flor. I.1.10.

19 Орозий вслед за Титом Ливием путает двух братьев, сыновей Прока: Нумитора и Амулия. У Ливия Ромул и Рем убивают царя Нумитора, хотя речь должна была идти об убийстве Амулия — далее Ливий пишет о возвращении братьев после убийства царя к своему деду Нумитору (см. Liv. АЪ Urbe I.5.4-7 и 6.1-2).

20 Согласно Титу Ливию, Тит Таций, царь сабинян, был убит Ромулом в поединке во время войны сабинян против римлян, начавшейся из-за жен (Liv. Ab Urbe I.10.4).

21 Вейены — жители города Вейи, расположенного к северо-западу от Рима.

22 Цитата из Эпитом Флора, Flor. I.11.1. Ценины — жители города Ценина, расположенного к северо-востоку от Рима.

23 Тулл Гостилий — третий (после Ромула и Нумы Помпилия) римский царь, чье правление традиционно относится к 672-640 гг. до н.э.

24 Альбаны — жители города Альба, расположенного к юго-востоку от Рима.

25 Подробно война римлян с альбанами, разразившаяся при Тулле Гостилии, изложена Титом Ливием (Liv. Ab Urbe I.23.1-29.6). Орозий, исходя из того, что упоминаемая им история достаточно известна каждому читателю, воспитанному в римской культуре, не указывает, что братьями-близнецами были трое Горациев (по традиции — римляне) и трое Куриациев (традиционно считаются альбанами); их поединок, закончившийся победой римлян (последнего из троих Горациев), положил конец первой войне. См. также краткий рассказ об этом у Флора: Flor. I.3.3-4.

26 Метт Фуфетий — диктатор Альбы, виновный в разжигании войны между Римом и Фиденами, в которую на стороне противников Рима вступили также вейены. При этом Альба являлась союзницей Рима, и за поступком Меттия (как его называет Ливии; Метт — написание, восходящее к Флору) скрывалась неприязнь к городу Ромула. После битвы с фиденянами и вейенами, в ходе которой альбаны долгое время ожидали, кто станет победителем, чтобы под конец сражения перейти на сторону сильнейшего, Меттий Фуфетий был обвинен в нарушении верности и предан жестокой казни. Историю Меттия Фуфетия рассказывают Ливии (Liv. Ab Urbe 1.27-28) и Флор (Flor. I.3.6-8).

27 Фиденяне — жители города Фидены, расположенного в Лации на левом берегу Тибра, к северу от Рима.

28 Анк Марций — четвертый царь Рима, чье правление принято относить к 640-616 гг. до н.э. Анк Марций, согласно Ливию, присоединил к Риму Яникульский и Авентинский холмы.

29 Тарквиний Древний (Tarquinius Priscus) — пятый царь Рима, правивший в 616-578 гг. до н.э.

30 Тусция — историческая область в Средней Италии, на западном побережье между Тибром, Тирренским морем и Апеннинами, совр. Тоскана. О покорении двенадцати народов Тусции во времена Тарквиния Древнего сообщает Флор (Flor. I.5.5).

31 Сервий Туллий — шестой римский царь, правивший в 578-534 гг. до н.э.

32 Луций Тарквиний Гордый — седьмой и последний царь Рима, правивший в 534-510 гг. до н.э.

33 Тарквиний был женат на младшей из двух дочерей Сервия Туллия. Луций Тарквиний, подстрекаемый Туллией Младшей, поднял мятеж против Сервия Туллия, в ходе которого Сервий был убит (Liv. Ab Urbe I.47.8-48.7).

34 Согласно Ливию, Секст Тарквиний, сын Луция Тарквиния Гордого, обесчестил жену Тарквиния Коллатина, Лукрецию, которая, не выдержав позора, покончила с собой (Liv. Ab Urbe I.58.1-11). Сторонники Коллатина под предводительством Луция Юния Брута подняли мятеж против Тарквиниев, в результате которого Тарквиний были приговорены к изгнанию из Рима (Liv. Ab Urbe I.59.5-60.2).

35 Лаций — историческая область в Средней Италии между Тирренским морем, Тусцией и Кампанией.

36 Эти захваченные римлянами в царствование Тарквиния Гордого города перечисляет Флор (Flor. I.7.5). Ливии не упоминает в связи с Тарквинием Окрикола. Ардея — город рутулов недалеко от морского побережья Лация, в 26 км к югу от Рима. Окрикол (у Флора — Окрикул) — город в Южной Умбрии на берегу Тибра. Свесса Помеция — город вольсков в Лации.

37 Габии — город в Лации, примерно в 18 км к востоку от Рима. О взятии Габий подробно рассказывает Ливии: будучи не в силах взять город, Тарквиний, действуя через сына, Секста, притворившегося перебежчиком и ставшего вождем габийцев, овладел Габиями после того, как Секст обезглавил всех старейшин города (Liv. Ab Urbe I.53.4-54.9).

38 Орозий при определении продолжительности царского периода пользовался, видимо, данными Евтропия, который также сообщает о том, что царская власть в Риме продолжалась 243 года (Eutr. I.8.4). В то же время, другие источники называют иную продолжительность царской власти в Риме. Тит Ливий говорит о правлении царей в течение 244 лет (Liv. Ab Urbe I.60.3), с другой стороны, периоха первой книги пишет о 255 годах правления царей; для Флора царский период длился 250 лет (Flor. I. praef. 5); согласно Хронике Евсевия / Иерошш, 240 лет (Hieron. 1505с).

39 Фраза Орозия об отроческом возрасте Рима (adulta aetas) является безусловным влиянием на нашего христианского историка концепции Луция Аннея Флора, разделившего прошлое Рима на несколько периодов, соответствующих этапам человеческой жизни (возрастам). Флор (Flor. I. praef. 6) называл период, следующий за царским, отрочеством (adulescentia), соотнося его с временами от Брута и Коллатина (509 г. до н. э.) до консулов Аппия Клавдия и Квинта Фульвия (264 г. до н. э.). Из христианских авторов, предшественников Орозия, идею подобия истории человеческому веку использовал Лактанций в своих Божественных установлениях (Lact. Div. inst. VII. 15.17), называя в качестве своего источника Сенеку, хотя общим и для Лактанция, и для Орозия источником мог послужить Флор (о путанице между Сенекой и Флором у Лактанция см.: Немировский А. И. Исторический труд Л. Аннея Флора // Немировский А. И., Дашкова М. Ф. Луций Анней Флор — историк древнего Рима. Воронеж, 1977. С. 11-12).

40 Луций Юний Брут был избран консулом в 509 г. до н.э. вместе с Тарквинием Коллатином. В данной главе, содержащей информацию о начале республиканского периода римской истории, Орозий, как считается, непосредственно следовал за трудом Тита Ливия. В подтверждение этого говорит упоминание Орозием некоторых фактов, отсутствующих в других сочинениях (в частности, ни Флор, ни Евтропий не упоминают Виттелиев, братьев жены Брута).

41 Орозий имеет в виду историю, связанную с решением вопроса о царском имуществе и с попыткой вернуть в Рим изгнанных Тарквиниев, рассказанную Титом Ливием (Liv. Ab Urbe II.3.5-5.8). Среди заговорщиков, которые намеревались возвратить Тарквиниев, оказались Виттелии, братья жены консула Брута, и сыновья Брута, Тит и Тиберий. По приговору сената заговорщики были высечены розгами и казнены (Liv. Ab Urbe II.5.8).

42 О сражении, в котором пали Аррунт и Брут (509 г. до н.э.), см. Liv. Ab Urbe II.6.5-10; Flor. I.10.8.

43 Война Рима с Порсенной началась во второе консульство Публия Валерия и в первое Тита Лукреция (508 г. до н.э.).

44 Гай Муций, переплыв Тибр и пробравшись во вражеский лагерь, совершил покушение на Порсенну, но, по незнанию, убил вместо царя писца. Схваченный, он положил на огонь правую руку, не показывая боли, чем удивил Порсенну и за доблесть получил свободу. За потерю правой руки Муций был наречен Сцеволой (Liv. Ab Urbe II. 12.6-16).

45 Клелия, являвшаяся заложницей у этрусков, возглавив отряд девушек-заложниц, переплыла Тибр и достигла Рима, восхитив своей доблестью царя Порсенну (Liv. Ab Urbe II. 13.6-10). После череды подвигов отдельных римлян Порсенна, сняв осаду, отступил от Города.

46 Ливии с оговоркой на запутанность этой истории называет первым диктатором Тита Ларция (Liv. Ab Urbe II. 18.5), относя его избрание к консульству Постумия Коминия и самого Тита Ларция (501 г. до н.э.).

47 Ливии сообщает, что избрание диктатора в Риме охладило пыл сабинян к войне, и те стали просить мира (Liv. Ab Urbe II.18.9-11).

48 Маний Валерий Максим, был диктатором в 260 г. от основания Рима (= 494 г. до н.э.).

49 Рассказ о “добровольном изгнании” плебеев в 494 г. до н.э. восходит исключительно к Ливию (Liv. Ab Urbe II.32.1-12). От Ливия же идет приводимое ниже Орозием сопоставление государства с человеческим телом. Священная гора, как пишет Ливий, находилась в трех милях от Рима за рекой Аниен (Ibid. II.32.2).

50 Между плебеями и патрициями было достигнуто примирение: в Риме были введены народные (плебейские) трибуны, представлявшие интересы плебса (Liv. Ab Urbe II.33.1).

51 Тит Геганий (как у Ливия) и Публий Минуций были консулами в 262 г. от основания Рима (= 492 г. до н.э.).

52 Этруски — племена, населявшие северо-запад Апеннинского полуострова, область Тусций (совр. Тоскана).

53 Марк Фабий и Гней Манлий были консулами в 274 г. от основания Рима (= 480 г. до н.э.).

54 Консулярий — бывший консул; консулярий Квинт Фабий, бывший консулом за два года до описываемых событий, погиб в первых рядах римлян, сражавшихся против вейян (Liv. Ab Urbe II.46.4).

55 Орозий намекает на этимологию названия реки Кремеры (от лат. cremoare — сжигать); Кремера — правый приток Тибра, совр. Валея.

56 Речь идет о Карментальских воротах (Porta Carmentalis), прозванные злодейскими, Porta Scelerata (Flor. I.12.2. см. также: Liv. Ab Urbe II.49.8, Ливий пишет о Несчастливой улице).

57 Флор говорит о трехстах Фабиях, погибших под Кремерой (Flor. I.12.2), также как и Евтропий (Eutr. I.16.1).

58 Verg. Aen. 2.369. Пер. С.Ошерова.

59 Орозий уже рассказывал о начале правления Кира II и его победе над индийцами (Hist. I.19.6-11).

60 Гинд — река в Ираке, приток Тигра (совр. Диала).

61 Основным источником Орозия для изложения событий в §§ 2-10 данной главы послужили Истории Геродота (Herod. Hist. I.189-191).

62 Легенда о Неброте (другое написание — Нимрод) восходит к истории героя Книги Бытия, Нимвроду, сыну Хуша (Быт. 10:8-10), чье царство располагалось в Вавилоне.

63 Локоть (cubitus) — античная мера длины, равная 440-444 мм.

64 Стадий (stadium) — античная мера длины, равная 185 м.

65 Описание Вавилона, как считается, было заимствовано Орозием из Историй Геродота (Herod. Hist. I.178-191). См. об этом: Arnaud-Lindet M.-P. [Orose]. Т. 1. Р. XXVII. п. 64.

66 Крез — последний царь Лидии из династии Мермнадов, правивший в 560-546 гг. до н. э.

67 Лидия — страна на западе Малой Азии, потерявшая в VI в. до н. э. свою независимость в результате завоевания персов.

68 Орозий, сообщая о войнах Кира, в том числе против лидийцев, воспроизводит последовательность событий, предложенную Юстином, по которой Кир первоначально напал на вавилонян, на помощь которым пришел лидийский царь Крез, но был разбит; затем, после захвата Киром Вавилона, персы вторглись в Лидию, нанесли лидийцам поражение и захватили Креза в плен (Jus. Epit. I.7.3-5, 7). В действительности же, война Кира II против Креза и захват Сард (547/546 гг. до н. э.) предшествовали покорению Вавилона (539 г. до н. э.).

69 Cic. Marc. 4.11.

70 В этой главе Орозий, рассказывая о войне Кира против царицы Тамирис, следует Юстину (Jus. Epit. I.8.1-13).

71 Геродот считает Тамирис царицей не скифов, а массагетов (Herod. Hist. I.205).

72 Геродот, более подробно изложивший историю войны персов с Тамирис, называет сына царицы Спаргаписом (Herod. Hist. I.211). Согласно Геродоту, сын Тамирис не погиб в битве, как то считает Орозий, но, оказавшись в плену у персов, умертвил себя (Herod. Hist. I.213).

73 Кир II погиб летом 529 г. до н. э.

74 Слова царицы Тамирис взяты Орозием из Юстина (Jus. Epit. I.8.13); Орозий лишь отчасти меняет фразу своего источника, заключая в речь царицы слова римского историка, подводящие итог правлению Кира: “Кир правил тридцать лет...” (Jus. Epit. I.8.14).

75 Дарий I — сын Гистаспа, персидский царь, правивший в 521-486 гг. до н.э.

76 Камбиз II — сын Кира II, правивший в 529-522 гг. до н. э.

77 Египет был захвачен Камбизом в 525 г. до н. э. Он основал новую, XXVII династию.

78 В изложении событий этой главы Орозий целиком следует Юстину, который, в частности, сообщает о разрушении Камбизом храма Аписа и попытке разрушения храма Аммона (Jus. Epit. I.9.2-3).

79 Маги — первоначально одно из индийских племен (Herod. Hist. 1.101), превратившееся потом в жреческую касту у персов.

80 Историю, связанную с узурпацией магами царской власти, приводят Геродот (Herod. Hist. III.61-79) и Юстин (Jus. Epit. 1.9.9-22). После смерти Камбиза маг Гомет убил брата скончавшегося царя, Мергида, и выдал за брата умершего Камбиза своего собственного брата, Оропаста, внешне похожего на Мергида. Однако обман вскоре был раскрыт, и против магов сложился “заговор семи знатных персов”, которые и убили магов. Среди заговорщиков, сбросивших власть магов, был Дарий, который и получил царскую власть (Jus. Epit. I.9.7-23; I.10.6-9).

81 Дарию удалось взять Вавилон только с помощью хитрости: в Вавилон был отправлен один из семи персов, участников заговора против магов, Зопир, который, добившись доверия со стороны ассирийцев и став их полководцем, передал ассирийское войско Дарию (Herod. Hist. III. 155-158; Jus. Epit. I.10.15-22).

82 Юстин называет этого скифского царя Иантиром (Jus. Epit. II.5.8), что является, без сомнения, искаженным написанием имени Иданфириса, которое приводит Геродот (Herod. Hist. IV.76).

83 Орозий в данном случае использует в качестве источника исключительно Юстина, который называет именно такую причину войны между Дарием и скифами (Jus. Epit. II.5.9). Геродот приводит совершенно другую причину этого конфликта. Согласно Геродоту, Дарий решил наказать скифов за их вторжение в Мидию (Herod. Hist. IV. 1). Война Дария I со скифами относится к 514 г. до н. э.

84 Ионяне — греческий народ Малой Азии, проживавший в области Иония (западное побережье в междуречье Герма и Меандра). Рассказ о скифской неудаче Дария, сообщение о покорении им Азии и Македонии и о победе на море над ионянами заимствованы у Юстина (Jus. Epit. П.5.10-12). В последнем случае речь идет о морском сражении у острова Лады (494 г. до н. э.), поражение ионян в котором положило конец ионийскому восстанию против персов (499-494 гг. до н. э.). Описание битвы содержится у Геродота (Herod. Hist. VI.7-17).

85 Орозий, следуя в целом за Юстином, допускает ошибку в прочтении своего источника. Юстин говорит: “Афиняне... попросили помощи у лакедемонян, но увидели, что они задержаны четырехдневным богослужением...” (Athenienses... auxilium a Lacedaemoniis... petiverunt, quos ubi viderunt quadridui teneri religione.... Jus. Epit. II.9.8-9). Орозий же атрибутирует местоимение quos с персами, а не с лакедемонянами, как это следует прочитывать у Юстина. Лакедемоняне, дожидаясь наступления полнолуния, выступили на войну с персами с опозданием и явились на Марафонское поле к моменту захоронения павших.

86 Платеи — город в Беотии к югу от Фив, на границе с Аттикой.

87 Марафонское сражение произошло летом 490 г. до н. э.

88 Мильтиад (ок. 550-489 гг. до н. э.) — один из десяти афинских стратегов, избранных в год Марафонской битвы, выступал за встречу с врагом в открытом сражении. Командовал афинскими войсками в ходе Марафонского сражения (Herod. Hist. VI. 111-113).

89 Сравнение взято у Юстина (Jus. Epit. II.9.12).

90 Событийное совпадение, приводимое в данном случае Орозием, восходит к Иерониму, который сообщение о последнем годе Дария дополняет следующей фразой: “Римская дева Попилия, уличенная в разврате, была зарыта заживо” (Hieron. 1531i). Однако Иероним относит эти события к 1531 г. от Авраама = Оl. 73,3, что соответствует 268 г. от основания Рима, а не 275 г., как это указывает Орозий. Что касается семьдесят четвертой олимпиады, о которой говорит Орозий, не называя точного ее года, то она охватывала период с 270 по 273 гг. от основания Рима.

91 Ксеркс правил персами в 486-465 гг. до н. э.

92 Демарат — спартанский царь, сын Аристона, лишенный царской власти в 491 г. до н.э. на основании подозрения в том, что он не является родным сыном царя Аристона (Herod. Hist. VI.63—66), оскорбленный новым спартанским царем Ливтихидом, добровольно покинул Лакедемон (Herod. Hist. VI.67, 70); помог Ксерксу выиграть спор с Артобазаном за царский престол (Herod. Hist. VII.3). Рассказ о послании Демарата приводит Геродот: находившийся в Сузах Демарат, узнав о походе Ксеркса в Элладу, решил отправить послание лакедемонянам, используя тот хитрый способ, о котором напомнил здесь Орозий; секрет послания разгадала только Горго, супруга (у Юстина — сестра) спартанского царя Леонида (Herod. Hist. VII. 239). Орозий же в данном случае следует Юстину, значительно сокращая даже его небольшой рассказ (Jus. Epit. II.I0.13-16).

93 Численность войска Ксеркса Орозий приводит, опираясь на данные Юстина (Jus. Epit. II.10.18-20). Геродот называет еще более значительное количество персидских войск, насчитывая в целом 2 641 610 человек (Herod. Hist. VII.185).

94 Фермопилы — горный проход из Фессалии в Среднюю Грецию. Сражение в Фермопильском ущелье состоялось в августе 480 г. до н. э.

95 Леонид — спартанский царь, сменивший Клеомена на этом посту в 488 г. до н. э.

96 Слова о лучших грядущих временах, на чем чуть позже Орозий построит свою дискуссию с язычниками (Hist. II. 11.10), заимствованы у Юстина (Jus. Epit. II.115).

97 Численность сражавшихся в последнем бою взята у Юс-тина (Jus. Epit. II. 11.15).

98 В действительности никаких двух поражений Ксеркса на суше, о которых пишет Орозий, не было. Происхождение этой ошибки нашего автора точно не известно, однако есть предположение, что такая неточность является результатом неправильной интерпретации сообщения Юстина. Юстин пишет: “Ксеркс, получив две раны в сражении на суше, решил попытать счастья на море” (Xerxes duobus vulneribus terrestri proelio acceptis experiri maris fortunam statuit, Jus. Epit. II. 11.19). При этом Юстин мог намекать на “душевные” раны Ксеркса, потерявшего в Фермопильском проходе двух братьев (Herod. Hist. VII.225). См. эту версию: Arnaud-Lindet M.-P. [Orose]. Т. 1. Р. 209. Морское сражение, на которое намекает в данном случае Орозий, — знаменитая битва при о. Саламин, происходившая в сентябре 480 г. до н. э.

99 Фемистокл (ок. 525 - ок. 460 гг. до н. э.) — в 493/ 492 гг. до н. э. афинский архонт, неоднократно (в том числе и в 480 г. до н. э.) избирался стратегом.

100 Имеются в виду события, связанные с завершением ионийского восстания против персов (499-494 г. до н. э.). Афиняне пришли на помощь ионянам в сражении у острова Лада (Jus. Epit. II.5.12-13).

101 Артемидора — искаженное имя галикарнасской царицы Артемисии, которую вслед за Геродотом (Herod. Hist. VIII. 101 — 103) называет Юстин среди союзников Ксеркса (Jus. Epit. II.12.23).

102 Галикарнасс — город в Карий (юго-западная часть Малой Азии).

103 Поведение ионян в Саламинском сражении по-разному трактуется в античной литературе. Согласно Геродоту, лишь немногие ионяне покинули битву, остальные же продолжали отважно сражаться против лакедемонян (против афинян сражались, главным образом, финикийские корабли). См.: Herod. Hist. VIII.85. Диодор говорит, что первыми покинули битву корабли финикийцев и киприотов (Diod. Bibl. XI.9). Орозий в данном случае следует Юстину (Jus. Epit. II. 12.25).

104 Мардоний — персидский полководец, сын Гобрия, зять Ксеркса.

105 Абидос — греческий город на азиатском побережье Геллеспонта.

106 Историю с переправой Ксеркса через Геллеспонт на рыбачьей лодке Орозий заимствует у Юстина (Jus. Epit. II. 13.9). У Юстина же содержится рассуждение о человеческом жребии, которое в несколько измененном виде приводит на страницах своей Истории Орозий (Jus. Epit. II.13.10).

107 Олинф — город в Халкидике на побережье залива Паллены. Геродот приписывает захват Олинфа Артабазу, а не Мардонию (Herod. Hist. VIII.127-128). Орозий говорит о захвате Олинфа Мардонием, следуя Юстину (Jus. Epit. II.14.1).

108 Речь идет о битве при Платеях, состоявшейся в августе 479 г. до н.э.

109 Орозий, как Юстин (Jus. Epit. II.14.5), говорит о бегстве Мардония после поражения при Платеях. Однако Геродот рассказывает о том, что Мардоний стойко сражался в битве и погиб вместе с отборным отрядом своих телохранителей (Herod. Hist. IX.63. Ср.: Diod. Bibl. XI.31.2). Возможно, что Юстин и Орозий путают Мардония с Артабазом, который, изначально неуверенный в победном исходе битвы, совершил хитрый маневр, в ходе которого ему удалось избежать сражения, а — по получении известия о бегстве персов — уйти из-под Платей окончательно (Herod. Hist. IX.66).

110 Микале — гора и мыс в Малой Азии между Эфесом и Милетом.

111 Согласно Диодору, слух о победе греков распустил спартанский царь Леотихид, дабы поднять боевой дух сражавшихся при Микале эллинов (Diod. Bibl. XI.34.3-5). “Вымышленная” Леотихидом победа, как оказалось, была реальной.

112 Согласно Юстину, Артабан вместе с семью своими сыновьями проник во дворец Ксеркса и убил царя, после чего обманул сыновей Ксеркса. Младшему, Артаксерксу, он заявил, что Ксеркс убит собственным старшим сыном, Дарием, после чего Дарий был убит. Однако замысел Артабана был раскрыт Артаксерксу придворным — Багабаксом (согласно Ктесию, Мегабазом, Ctes. Pers. 30), что позволило расправиться наследнику Ксеркса с Артабаном и его сыновьями (Jus. Epit. III.11-9). Ксеркс был убит в 465 или в 464 г. до н. э.

113 Орозий говорит о 1 900 000 погибших персах — количество, которое обычно складывается из персов, принявших, по мнению Орозия, участие в трех войнах: в скифском походе Дария (семьсот тысяч воинов, Hist. II.8.5), в Марафонском сражении Дария (двести тысяч погибших, Hist. II.8.11), в походе Ксеркса (семьсот тысяч персов и триста тысяч союзников, Hist. II.9.2). См.: Lippold A. [Orosius] Bd. I. p. 404.

114 В Эпитоме Юстина, послужившей источником для Орозия по истории греко-персидских войн, этого высказывания Леонида нет; однако, как считает М.-П. Арно-Линде, эта реплика Леонида была достаточно знаменита, чтобы Орозий мог ее процитировать по памяти (Arnaud-Lindet M.-P. [Orose]. Т. 1. Р. 211).

115 О видении (portentum, у Орозия — prodigium) — множестве пылающих огней над Римом в консульство Авла Постумия Альба и Спурия Фурия Фуза (464 г. до н. э.) — сообщает Тит Ливий (Liv. Ab Urbe III.5.14).

116 Луций Эбуций и Публий Сервилий Приск были избраны консулами в 291 г. от основания Рима (= 463 г. до н. э.). О смерти этих консулов во время чумы сообщает Ливий (Liv. АЬ Urbe III.6.8).

117 Согласно Ливию (Liv. Ab Urbe III. 15.5), сабинянин Аппий Гердоний (Herdonius) с помощью двух с половиной тысяч изгнанников и рабов захватил Капитолий в консульство Гая Клавдия и Публия Валерия Публиколы, которое пришлось на 294 г. от основания Рима (= 460 г. до н. э.), а не на следующий после чумы год, как об этом говорит Орозий (proximo anno).

118 Публий Валерий Публикола, консул в 294 г. от основания Рима. Согласно Ливию, воинский набор молодежи был проведен не в Риме, а в Тускуле диктатором Луцием Мамилием (Liv. Ab Urbe III. 18.2-4). Консул Валерий возглавил как римлян, так и тускуланский легион.

119 Консул Валерий погиб в предверии Капитолийского храма. Его заменил Публий Волумний, который и довел битву до победы (Liv. Ab Urbe III. 18.8-9).

120 Луций Минуций и Гай Навний были избраны консулами в 296 г. от основания Рима (= 458 г. до н. э.).

121 Эквы (Aequi) — племя, жившее к востоку от Рима, от Тибра до Фуцинского озера.

122 Вульски (Vulsci, иначе Volsci) — италийское племя, родственное умбрам; в конце VI в. до н. э., придя с Апеннин, вульски осели на прибрежней равнине Лация по берегам реки Лирис до Тирренского моря и в Кампании, после покорения были полностью романизированы.

123 Альгид — небольшая крепость к юго-востоку от Тускул в одноименной горной цепи в Лации, к юго-востоку от Рима.

124 Ливии приписывает неудачу Минуция его нерешительности, в результате чего римский лагерь был окружен эквами. Поскольку помощи второго консула, Гая Навтия, было недостаточно, в Риме решено было назначить диктатора, которым стал Луций Квинций Цинциннат (Liv. Ab Urbe III.26.1-6). С назначением Квинция Цинцинната диктатором связана легенда, которую вкратце приводит Евтропий (Eutr. I.17) и ниже повторяет Орозий, о том, что будущий диктатор был найден послами за обработкой земли; призванный к руководству войском, Квинций, оставив свое занятие, отерев со лба пот и облачившись в тогу, выразил готовность спасти отечество (Liv. Ab Urbe III. 26.8-10).

125 Солон — афинский политический деятель нач. IV в. до н. э., архонт (594 г. до н. э.), по традиции, один из семи мудрецов, автор знаменитых законов. О поездке римских послов Спурия Постумия Альба, Авла Манлия и Публия Сульпиция Камерина в Афины с целью переписать законы Солона и познакомиться с греческими политическими традициями сообщает Ливий, послуживший в данном случае источником для Орозия (Liv. Ab Urbe III.318). Посольство отправилось в Афины, согласно Ливию, в консульство Спурия Тарпея и Авла Атерния (= 299 г. от основания Рима = 454 г. до н. э.). Тот же Ливий относит возвращение послов ко времени консульства Гая Менения и Публия Сестия (= 452 г. до н. э., Liv. Ab Urbe III.32.6).

126 Согласно Ливию, мор и голод начались на следующий год после отправки посольства в Афины, то есть в 453 г. до н. э. (или в 300 г. от основания Рима). В этот год умерли консул Квинкцилий и четыре трибуна (Liv. Ab Urbe III.32.2-4). Фраза Орозия arma Romano, fames pestilentiaque compescuit означает, что тот год прошел без войны (Ср.: Liv. Ab Urbe III.32.4).

127 Орозий относит к 300 г. от основания Рима переход власти от консулов к децемвирам, что Ливий датирует 302 годом от основания Рима (Liv. Ab Urbe III.33.1), что соответствует 451 г. до н. э. Связь предложенной Ливием датировки (от основания Города) с датировкой по олимпиадам является вымыслом самого Орозия. Девяносто пятая олимпиада соответствовала 354-357 гг. от основания Рима. Иероним, как и Ливии, относит появление децемвиров к 302 г. от основания Рима или к первому году восемьдесят второй олимпиады (Hieron. 1565r), а возвращение послов — к следующему году (Hieron. 1566s).

128 Децемвиры — коллегия из десяти патрициев, обладавшая судебными и законодательными функциями. Список децемвиров первого созыва приводит Ливий (Liv. Ab Urbe III. 33.3).

129 Аппий Клавдий был не просто одним из децемвиров, но получил эту должность, сложив с себя консульские полномочия (Liv. Ab Urbe III.33.4). Децемвиром стал и другой консул — Тит Генуций, а также проконсул Публий Сестий. Три места заняли участники посольства в Афины (Liv. Ab Urbe III.33.4-5).

130 Имеется в виду описанная Ливием история выборов нового состава коллегии децемвиров: в ходе выборов Аппию Клавдию удалось отстранить от власти всех своих главных конкурентов. Второй состав децемвиров приводится у Ливия (Liv. Ab Urbe III.35.11).

131 В данном случае следует понимать не заговор децемвиров первого созыва против Аппия Клавдия, чего не было, а появление нового союза (coniuratio) децемвиров; второй год децемвиров резко отличался от первого в худшую сторону, отсюда такие эпитеты по отношению к ним (Ср.: Hist. II.12.7).

132 Первые десять таблиц законов были выработаны и приняты децемвирами первого созыва (Liv. Ab Urbe III.34.4-6). Две новые таблицы законов появились на следующий год при децемвирах второго созыва (Liv. Ab Urbe III.37.4).

133 Это произошло 1 мая (в майские календы) 449 г. до н. э. Как пишет Ливий, децемвиры, согласно новым законам, должны были вновь уступить власть консулам, но, никем не замененные, они “с прежней твердостью держались за власть и по-прежнему выставляли напоказ знаки своего достоинства” (Liv. Ab Urbe III.37.4-38.1).

134 Историю, связанную с Виргинией, рассказывает Ливий (Liv. Ab Urbe III.44.1-48.5). Виргиния, отказавшая притязаниям Аппия Клавдия, на ложных основаниях была объявлена рабыней Марка Клавдия, клиента Аппия Клавдия. Будучи не в силах противостоять несправедливому решению, Виргинии, отец девушки, собственноручно убил свою дочь.

135 Авентин — один из семи холмов Рима, расположенный к юго-западу от Палатинского холма.

136 Имеются в виду децемвиры, которые сложили с себя полномочия в 449 г. до н. э. (Liv. Ab Urbe III.54.6).

137 Сто третья олимпиада соответствовала 386-389 гг. от основания Рима, сто пятая — 394-397 гг. от основания Рима.

138 Видимо, в данном случае идет речь о засухе, случившейся в первое консульство Авла Корнелия Косса и второе Тита Квинкция Пунийца (= 428 г. до н. э.). Об этой засухе, случившейся в год нападения фиденян, говорит Ливий (Liv. Ab Urbe IV.30.7-8).

139 He совсем понятно, о чем конкретно хотел сказать в данном случае Орозий. Мы приводим буквальный перевод его фразы: Aemulius tertius dictator. Подобное прочтение возможно, если учитывать, что Орозий называет лишь двух диктаторов до Эмилия: это М. Валерий (Hist. П.5.5) и Квинций Цинциннат (Hist. II.12.7). В то же время возможно несколько вольное, основанное на сообщениях Ливия, прочтение: “Эмилий, в третий раз объявленный диктатором”. Эмилий Мамерк был объявлен диктатором трижды: первый раз это произошло в 437 г. до н. э., второй — в 434 г. до н. э. В третий раз он стал диктатором в 426 г. до н. э. после того, как военные трибуны с консульской властью, Гай Фурий, Марк Постумий и Тит Квинкций Пуниец, потерпели поражение от вейян (Liv. Ab Urbe IV.31.1-5).

140 Информацию о ранней истории Сицилии Орозий заимствовал у Юстина (Jus. Epit. IV.2.2-4.12). Из греческих историков о циклопах, населявших некогда Сицилию, говорят Фукидид (Thuc. Hist. VI.2.1) и Диодор (Diod. Bibl. V.2).

141 Орозий в данном случае вкладывает в понятие тираны (tyranni) несколько иное значение, нежели Юстин, который говорит о тиранах, исходя из греческой традиции. Для Орозия, на которого оказала влияние позднеримская мысль вообще и раннехристианская в особенности, тираном был не обязательно правитель, насильственным образом захвативший власть, но непременно правитель жестокий. Отсюда последующая характеристика тиранов как мучителей. Так, Юстин приводит пример Анаксилая, чье правление принесло великие блага для государства (Jus. Epit. IV.2.4), — пример, которым пренебрегает Орозий.

142 С этой главы Орозий продолжает “греческую тему” своей Истории, обращаясь к событиям Пелопоннесской войны. При этом Орозий, стремясь представить относительно синхронные события Ойкумены, вынужден нарушать логику текстов, используемых в качестве источников. Так, опираясь в данном случае на труд Юстина, Орозий разрывает целостный рассказ своего языческого предшественника о Пелопоннесской войне (Jus. Epit. III.7 — V.10). Как и Юстин, Орозий в первой книге своей Истории, связывает события Третьей Мессенской войны с начальным периодом Пелопоннесской войны, в результате чего Орозий относит начало Пелопоннесской войны к временам, предшествовавшим греко-персидским войнам (Hist. I.21.13-16). Теперь Орозий, возвращаясь к Юстину, начинает рассказ о событиях противостояния Афин и Спарты после Никиевого мира 421 г. до н. э.

143 Источник Орозия, Эпитома Юстина, не содержит этой даты. Сообщение о раздоре в Регии Юстин начинает следующим образом: “В то время, когда жители Регия страдали от раздора...” (media tempore cum Regini discordia laborarent... Jus. Epit. IV.3.1). Происхождение датировки, предлагаемой Орозием, неизвестно.

144 Регий — город на юге Апеннинского полуострова, в Бруттии, расположенный напротив сицилийского города Мессаны (совр. Реджо-ди-Калабрия).

145 Гимера — город на северном побережье Сицилии, к востоку от Панорма.

146 Пенаты — римские божества, хранители домашнего очага.

147 Катина (Catina, вернее Catana — Катана) — город на восточном побережье Сицилии (совр. Катания).

148 Орозий, рассказывая об афинской экспедиции на Сицилию (427-424 гг. до н.э.), следует Юстину (Jus. Epit. IV.3.4-7). При этом вслед за Юстином Орозий расходится с данными греческих исторических сочинений. Согласно Фукидиду, сиракузяне стали угрожать жителям не Катаны, а Леонтины (Thuc. Hist. III.86.1-2). Ср.: Diod. Bibl. XII.53-54.

149 Орозий называет только этих афинских полководцев Сицилийской экспедиции. Юстин упоминает также руководителя первого афинского флота, отправленного на Сицилию, Лампона (Jus. Epit. IV.3.5). Согласно Фукидиду, первоначально на помощь леонтинцам было отправлено двадцать афинских кораблей под командой Лахета и Хареада. Впоследствии же на Сицилию были отправлены корабли под руководством Пифодора (Thuc. Hist. III. 115.5), а потом и Софокла и Эвримедонта (Thuc. Hist. III.115.5; IV.48.6; IV.65).

150 Мир был заключен в Геле в 424 г. до н. э.

151 Орозий в целом сохраняет версию Юстина (Jus. Epit. IV.4.1-2) и, следуя своему источнику, вступает в противоречие с греческими историками. Согласно Фукидиду, послов в Афины отправили не жители Катины, а жители Эгесты (Thuc. Hist. VI.6.2). Диодор кроме эгистян включает в посольство леонтинян (Diod. Bibl. XII.82-83). Это посольство состоялось в 416 г. до н. э.

152 Афинский флот под командованием Никия (ок. 469-413 гг. до н. э.) и Ламаха был отправлен на Сицилию в 415 г. до н. э. Юстин кроме Никия и Ламаха среди руководителей флота называет Алкивиада, который вскоре был отозван на родину, и войну вели два стратега, имена которых называет Орозий (см.: Jus. Epit. IV.4.3-4).

153 Осада Сиракуз началась весной 414 г. до н. э.

154 Сиракузяне стали искать помощи в Греции еще до окружения их города. Посольства были отправлены в Лакедемон и в Коринф (Thuc. Hist. VI.88.7).

155 Лакедемонянин Гилипп был отправлен во главе небольшой коринфской эскадры (Thuc. Hist. VI.93.2-3; Diod. Bibl. XIII.7).

156 О гибели Ламаха в войне с Гилиппом говорит Юстин (Jus. Epit. IV.4.9), чье сообщение повторил Орозий в данном случае. Из греческих авторов подобной версии придерживался только Диодор (Diod. Bibl. XIII.8). Фукидид (Thuc. Hist. VI. 101) и Плутарх (Plut. Nic. 18) считают, что Ламах погиб еще до прибытия Гилиппа на Сицилию.

157 Имеется в виду Пелопоннесская война (431-404 гг. до н. э.), частью которой был Сицилийский поход (415-413 гг. до н.э.).

158 Юстин, из Эпитомы которого Орозий взял упоминание об этой битве (Jus. Epit. IV.5.1), не называет места ее проведения. Судя по описанию битвы, речь идет о взятии Гилиппом укреплений на Племмирии (мыс на Сицилии близ Сиракуз), что, согласно Фукидиду, произошло еще до прибытия новых сил афинян под командованием Демосфена и Эвримедонта (Thuc. Hist. VII.23.1-3). Неудачное же для афинян сражение, после которого были высказаны суждения Демосфена (за отступление) и Никия (за продолжение осады Сиракуз), произошло у Эпипол в начале августа 413 г. до н. э. (Thuc. Hist. VII.43-45).

159 Одной из причин, побуждавших афинян к отступлению, были распространившиеся в их лагере заболевания. По мысли Демосфена, спасение эскадры позволило бы сохранить преобладание на море (Thuc. Hist. VII.47.3).

160 Согласно Фукидиду, Никий колебался между необходимостью отступления и возможностью одержать победу над Сиракузами, надеясь во многом на проафинскую партию в осажденном городе (Thuc. Hist. VII.48.1-49.4).

161 Орозий рассказывает о морском сражении в Сиракузской гавани, происшедшем в сентябре 413 г. до н. э. (Thuc. Hist. VII.52-53). При этом Орозий допускает ошибку при переписывании данных источника, называя погибшего полководца Эврилохом. Юстин, чья Эпитома послужила Орозию источником для описания Пелопоннесской войны, говорит о гибели Эвримедонта (Jus. Epit. IV.5.7).

162 Юстин говорит о тридцати сгоревших кораблях (Jus. Epit. IV.5.7). Фукидид не называет числа погибших афинских кораблей. Общая численность флота, сражавшегося в этой битве, согласно его Истории, восемьдесят шесть кораблей (Thuc. Hist. VII.52).

163 Согласно Фукидиду (Thuc. Hist. VII.82.1; 85.3; 86.2) и Диодору (Diod. Bibl. XIII. 19, 33), в плену оказался не только Никий, но и Демосфен; они оба были казнены сиракузянами. Это случилось осенью 313 г. до н. э.

164 Алкивиад, сын Клиния, организатор Сицилийской экспедиции, был обвинен по делу об осквернении герм. Накануне отплытия флотилии в Сицилию в Афинах были испорчены гермы, что было воспринято не только как святотатство, но и как заговор, направленный на срыв экспедиции (Thuc. Hist. VI. 27.1—3). Дело вскоре повернулось против Алкивиада, к обвинению в повреждении герм добавилось обвинение в оскорблении богинь Деметры и Коры; Алкивиад был заочно приговорен к смертной казни (Thuc. Hist. VI.61.7). См. также: Plut. Alс. 22; Nepos. Ale. 4; Jus. Epit. V.I 1-2.

165 Орозий вслед за Юстином (Jus. Epit. V. 11 -6) нарушает последовательность событий Пелопоннесской войны. Осуждение Алкивиада произошло не после неудач афинской армии в Сицилии, а в самый разгар экспедиции. Именно с этим обстоятельством была связана нерешительность в осуждении. В Лакедемоне Алкивиад встретил послов, отправленных из Сиракуз в Спарту и Коринф; после выступления Алкивиада в Спарте было принято решение отправить сиракузянам помощь во главе с Гилиппом (Thuc. Hist. VI.88.9-93.3).

166 Дарий II Ох — незаконнорожденный сын Артаксеркса, сатрап Гиркании, узурпировал власть в Персии и правил в 424-404 гг. до н. э.

167 Имеются в виду Афины; отец Дария II — Артаксеркс I, на которого выпали неудачи последних лет греко-персидских войн (460—449 гг. до н. э.); дед — Ксеркс, чья армия потерпела поражения при Саламине (480 г. до н. э.), Платеях и Микале (479 г. до н. э.).

168 Как пишет Юстин, отправившись на пяти кораблях в Азию, Алкивиад силой своего авторитета побудил малоазиатских афинских союзников отпасть от Афин; талант Алкивиада вызвал зависть у лакедемонян, что породило у них желание убить соперника (Jus. Epit. V.2.2-5).

169 О бегстве Алкивиада в Мидию Юстин не сообщает. Тиссаферн был сатрапом Сард, в его сатрапию входили Лидия, Кария, Ликия, Памфилия и Мисия. Чем вызвана такая ошибка Орозия, прекрасно знавшего о более восточном по отношению к Малой Азии расположение Мидии (Hist. I.2.17), неизвестно.

170 Речь идет о совете Четырехсот, созванном в Афинах в 411 г. до н. э.

171 Согласно Юстину, Алкивиад изначально стремился использовать в собственных интересах внутренние противоречия в Афинах, надеясь, что избранный демократический совет (сенат, senatus) призовет его в стратеги. Однако инициатива призвания Алкивиада на пост командующего афинским флотом исходила от войска, недовольного тиранией членов совета Четырехсот. Алкивиад выступил как защитник народовластия против совета Четырехсот, члены которого сначала попытались найти поддержку у лакедемонян, но потом удалились в изгнание (Jus. Epit. V.3.1 —9). Фукидид пишет, что Алкивиад отговорил на острове Самос афинское войско от немедленного выступления на Афины против совета Четырехсот, а инициатива свержения олигархов принадлежала Ферамену и Аристократу (Thuc. Hist. VIII.82.2; 89.2). Олигархи были лишены власти в сентябре 411 г. до н. э., демократическое правление было восстановлено весной следующего года.

172 Видимо, в данном случае Орозий намекает на две битвы. Первая из них состоялась в октябре 411 г. до н. э. при Абидосе и закончилась поражением лакедемонян. Вторая битва состоялась при Кизике в марте 410 г. до н. э. Она началась на море, когда афиняне атаковали пелопоннесские корабли, затем продолжилась на суше, итогом чего стал захват Кизика афинянами (Thuc. Hist. VIII.107.1-2; Хеn. Hellen. I.1.11-19).

173 В 410 г. до н. э. началась война Карфагена в союзе с Эгестой против Селинунта (Diod. Bibl. XIII.43-44). Сиракузы вступили в эту войну на стороне Селинунта в 409 г. до н. э.

174 Алкивиад во главе Самосской эскадры в течение 411-408 гг. до н. э. в ходе боев с лакедемонянами и персами в Пропонтиде и на Геллеспонте возвратил под власть Афин Абидос, Кизик, Халкедон, Перинф, Византий и Селимбирию.

175 Алкивиад прибыл в Пирей весной или в начале лета 407 г. до н. э. Орозий, сообщая о радостном приеме Алкивиада афинянами, следует Юстину (Jus. Epit. V.4.7); в свою очередь, Ксенофонт говорит, что афиняне были далеко не единодушны в отношении Алкивиада; он сошел на берег, лишь увидев там своего двоюродного брата Эвриптолема и других родственников (Xen. Hellen. I.4.13-19). Еще более четко эта мысль о боязни Алкивиада перед афинянами звучит у Плутарха (Plut. Alс. 32). См. также: Diod. Bibl. XII1.68-69.

176 Через несколько месяцев после своего возвращения в Афины Алкивиад был избран в 407 г. до н. э. архистратегом с неограниченными полномочиями (Xen. Hellen. I.4.20).

177 Лисандр был назначен навархом в 408-407 гг. до н. э.

178 Орозий допускает ошибку. Кир Младший, которого он называет братом Дария, был в действительности сыном Дария II, о чем сообщает даже источник Орозия, Эпитома Юстина (Jus. Epit. V.5.I).

179 Орозий вслед за Юстином (Jus. Epit. V.5.2-3) смешивает три битвы, проведенные афинянами в 407 г. до н. э., неудачи в которых привели к отставке Алкивиада: нападение Алкивиада на Андрос, которое не привело к захвату города, что дало первый повод для обвинений (Plut. Alс. 35), поражение в морской битве при Нотии (Xen. Hellen. I.5.13-14) и неудача при Киме (Diod. Bibl. XIII.73; Nepos. Alс. 7).

180 Конон был избран стратегом уже в 407 г. до н. э. Он ранее назначался на эту должность в 414-413 гг. до н. э.

181 Речь идет о сражении при Митилене июля 406 г. до н. э. Именно после этого поражения афиняне стали чеканить низкопробные монеты и создали новый флот из ста двадцати кораблей, составив экипаж из всех мужчин призывного возраста, как свободных, так и рабов (Xen. Hellen. I.6.24), что согласуется с нижеследующем сообщением Орозия.

182 Орозий, сокращая и искажая слова Юстина, вкладывает несколько иной смысл во фразу. У Юстина: “... [афиняне] оказываются доведенными до такой крайней нужды, что, потеряв мужей годного для войны возраста, чужеземцам предоставляют гражданство, рабам — свободу, преступникам — прощение” (...ad tantam inopiam rediguntur, ut consumpta militari aetate peregrinis civitatem, seruis libertatem, damnatis inpunitatem darent. Jus. Epit. V.6.5). У Орозия: "решают отдать город чужеземцам" (statuunt urbem peregrinis dare).

183 Судя по всему, Орозий имеет в виду морское сражение между афинским флотом и флотом лакедемонян у Аргинусских островов, состоявшееся после призыва в афинский флот иноземцев в августе 406 г. до н. э., которое закончилось для афинян победой (Xen. Hellen. 1,6.33).

184 Речь идет о битве при Эгоспотамах (август или сентябрь 405 г. до н. э.), в которой афинский флот под командованием Конона был разбит лакедемонянами, которыми руководил Лисандр.

185 Орозий допустил ошибку, переписывая источник. Юстин (Jus. Epit. V.6.10) говорит, что Конон, боясь расправы, бежал “к царю кипрскому” (ad regem Cyprium), а не к персидскому царю Киру Младшему.

186 Данная ошибка Орозия, согласно М.-П. Арно-Линде, является результатом использования испорченной рукописи Эпитомы Юстина, в которой слова, ставшие основой §§ 16, 17 настоящей главы, звучат следующим образом: ...ad regem Сурrium concedit. Evagoras autem dux Lacedaemoniorum... (“...к царю кипрскому прибыл. Эвагор же, предводитель лакедемонян...”, Jus. Epit. V.6.10—7.1). Современная редакция текста Эпитомы Юстина предлагает иное прочтение: ...ad regem Cyprium concedit Evagoram. [Lysander] autem... (“...прибыл к царю кипрскому Эвагору. [Лисандр] же...”). См.: Arnaud-Lindet M.-P. [Orose]. T. 1. Р. 214. Эвагор (Эвакор у Орозия) правил в городе Саламане на Кипре.

187 Лисандр запер Афины с моря, в это время цари Агиг и Павсаний осадили город с суши. Осада продолжалась с конца 405 по март 404 гг. до н. э. (Plut. L(/s.l4).

188 Согласно Ксенофонту, выступавшего с проспартанских позиций, против заключения мира с Афинами выступали коринфяне и фиванцы, которые требовали полного разрушения главного города Аттики (Xen. Hellen. II.2.19). По другой традиции, менее благосклонно относящейся к Спарте, это предложение исходило от Лисандра (Paus. III.8.6; Diod. Bibl. XV.63.1).

189 Пирей — порт и город в Аттике, в устье реки Кефисса, на расстоянии около 7 км к юго-западу от Афин. Крепостные стены от Афин до Пирея, так называемые Длинные стены, были построены при Перикле в 456-444 гг. до н. э.

190 Решение спартанских эфоров в отношении захваченных Афин приводит Плутарх. Согласно этим условиям, афиняне должны были разрушить укрепления Пирея и Длинные стены, отказаться от всех территорий, кроме самой Аттики, принять назад изгнанников, с кораблями поступить в соответствии с особым приказом (Plut. Lys. 14). По Ксенофонту, афиняне должны были передать победителям все корабли, кроме двенадцати (согласно Диодору, кроме десяти — Diod. Bibl. XIII. 107), и во внешней политике руководствоваться интересами Спарты (Xen. Hellen. II.2.20). Согласно Ксенофонту, тридцать правителей избирались для составления законов в духе старины (Xen. Hellen. II.3.2).

191 Синхронизацию этих событий устанавливает Юстин (Jus. Epit. V.8.7). Дарий II действительно погиб в 404 г. до н. э., в год, когда Афины были взяты Лисандром. Однако Дионисий Старший стал тираном Сиракуз в 405 г. до н. э. и оставался им до смерти (367 г. до н. э.).

192 Правление Тридцати началось в июле 404 г. до н. э. и продолжалось приблизительно восемь месяцев, то есть до марта 403 г. до н. э. (Xen. Hellen. II.4.21).

193 Гибель Алкивиада описана у Плутарха (Plut. Alс. 39), его рассказ повторяет Непот (Nepos. Ale. 10). См. также: Diod. Bibl. XIV.ll.

194 Ферамен принадлежал к числу умеренных олигархов, он сыграл важную роль в восстановлении демократии в 411 г. до н. э., в октябре 404 г. до н. э. был отравлен: его заставили выпить кубок цикуты. О деле Ферамена см.: Xen. Hellen. II. 3.15-56.

195 О спасении афинских беглецов в Фивах и Аргосе, кроме Юстина (Jus. Epit. V.9.6), основного поставщика информации Орозия, сообщает Диодор (Diod. Bibl. XIV.6). Согласно Ксенофонту, бежавшие из Афин граждане скрывались в Мегаре и Фивах (Xen. Hellen. II.4.1). Как пишет Плутарх, фиванец, отказавший афинянину в убежище, подвергался штрафу (Plut. Lys. 27). Убежище также предоставили Халкида (Lys. XXIV. 25) и Ороп (Lys. XXXI.9): города, находившиеся под беотийским влиянием.

196 Кроме Фрасибула восставших против тиранов возглавил также Анит (Lys. XIII.78).

197 Фила — небольшая крепость, расположенная к северу от Афин, на границе с Беотией. Захват Филы произошел в ноябре 404 г. до н. э.

198 Лисий — знаменитый оратор (ок. 435 — ок. 380 гг. до н. э.), родился в Афинах, но по происхождению был сиракузянином (из Сиракуз был его отец). Во время правления Тридцати Лисий, приговоренный к смерти, бежал из Афин в Мегару.

199 В действительности состоялись две битвы. Первая — нападение сторонников Тридцати на Филу. Вторая битва состоялась после определенной подготовки: тираны начали осаду, но из-за непогоды вынуждены были отступить из-под Филы (Xen. Hellen. II.4.2-3).

200 После неудачи под Филой тираны отправили послов к Фрасибулу, которые должны были переманить лидера изгнанников на сторону Тридцати. Ему предлагалось место среди правителей Афин и давалась возможность возвратить в Афины десять изгнанников по своему выбору. Фрасибул ответил отказом (Diod. Bibl. XIV.32.5).

201 Сражение состоялось у холма Мунихии, где укрепился Фрасибул после оставления Филы (местом сосредоточения демократов стал Пирей); городок Мунихия расположен на восточной стороне того мыса, на котором находится Пирей. Имена двух тиранов, погибших в этой битве, называет Юстин — это Критий и Гипполох (Jus. Epit. V.9.15). Ксенофонт вместо Гипполоха называет среди погибших Гиппомаха, также члена Тридцати (Xen. Hellen. II.4.19).

202 Элевсин — приморский город в северо-западной Аттике. После бегства тиранов в Элевсин власть в Афинах перешла в руки десяти стратегов (Jus. Epit. V.10.4; Xen. Hellen. II.4.24), которые продолжили политику своих предшественников и призвали из Лакедемона войско из сорока кораблей и тысячи солдат во главе с Лисандром (Diod. Bibl. XIV.33.5).

203 Конфликт между афинянами и тиранами, изгнанными в Элевсин, произошел на третий год по возвращении в Афины изгнанников, то есть в 401 г. до н. э. (Arist. Ath. pot. 40.3). Тираны, удалившиеся в Элевсин, набрали наемников, что заставило афинян собрать против них ополчение. Стратеги элевсинцев, вышедшие для переговоров, были убиты, а остальных удалось уговорить на заключение мира, условия которого предусматривали амнистию (Xen. Hellen. II.4.43).

204 Победе демократической партии способствовал спартанский царь Павсаний, соперник Лисандра. Павсаний подошел к Пирею и вступил в тайные переговоры с засевшими в Нижнем городе сторонниками Фрасибула. Условия, на которых Павсаний предлагал враждующим сторонам добиться примирения, называет Ксенофонт (Xen. Hellen. II.4.38). Ср.: Nepos. Thrasyb. 3.

205 Главный источник сведений по греческой истории для Орозия, Эпитома Юстина, нигде не содержит упоминания о Сократе. Дату смерти Сократа приводит Хроника Евсевия / Иеронима: Сократ был отравлен в 1618 году от Авраама: Socrates venenum bibit (1618i). Годом раньше, согласно Хронике, произошло падение тирании в Афинах: Tyranni Athenis oppressi (Hieron. 1617f). Хронологическую связь Орозий устанавливает, вероятнее всего, исходя из этих данных Иеронима. Сократ, обвиненный в критике религии и пагубном влиянии на молодежь, по приговору суда принял яд в 399 г. до н. э.

206 Филипп II Македонский (ок. 382-336 гг. до н. э.) — царь Македонии, отец Александра Великого. К 338 г. до н. э. установил гегемонию над Грецией. Орозий подробно будет рассказывать о деятельности Филиппа в следующей книге (Hist. III.12-14). Предлагаемый Орозием временной отрезок в сорок лет, якобы отделяющий установление мира в Афинах после победы над тиранами и покорение Афин Филиппом, не соответствует действительной протяженности. Приблизительно через сорок лет после подписания мира в Афинах (401 г. до н. э.) в 359 г. до н. э. Филипп был лишь провозглашен царем.

207 Высказывание, которое можно обнаружить у Саллюстия (Sall. Jug. 10.6) и у Сенеки (Senec. Ad Luc. 94.46).

208 Артаксеркс II Мнемон — старший сын Дария II, правил в Персии в 404-358 гг. до н. э.

209 Кир Младший — младший сын Дария II, управлял Лидией и Ионией. Историю борьбы двух братьев, Артаксеркса II и Кира Младшего, излагает Юстин, который упоминает также о роли лакедемонян в этой войне (так называемый “поход десяти тысяч”, Jus. Epit. V.11.2-11).

210 Речь идет о сражении при Кунаксе близ Вавилона (3 сентября 401 г. до н. э.).

211 Искаженная цитата из Энеиды Вергилия (Verg. Aen. II.360-361): “Кто о кровавой резне той ночи страшной расскажет? / Хватит ли смертному слез, чтобы наши страданья оплакать?” (Пер. С. Ошерова).

212 Источник сведений Орозия о землетрясении и извержении Этны точно не известен. Возможно, что источником является Хроника Евсевия / Иеронима, в которой под 1591 годом от Авраама (= О1. 88,3 = 328 г. от основания Рима) помещено сообщение об извержении Этны: Ex Aetna monte ignis erupit (Hieron. 1591).

213 Аталанта — остров и город близ Эвбеи.

214 Локры — жители Локриды, области в Средней Греции к северу от Беотии и северо-западу от Фокиды, омывается водами Эвбейского залива.

215 Орозий расширяет сообщение Хроники Евсевия / Иеронима, относящееся к 1592 г. от Авраама (= Оl. 88,4 = 329 г. от основания Рима): Terrae motu apud Locros scissa Athlante facta est insula (Hieron. 1592).

216 Сообщение о чуме в Афинах Иеронима относится к 1587 г. от Авраама (= 324 г. от основания Рима): Athenienses pestilentia laborat (“чума истязала афинян”, Hieron. 1587с). Также возможно, что речь идет о великой чуме, унесшей жизнь Перикла, которую Иероним помещает в четвертый год восемьдесят седьмой Олимпиады (= 325 г. от основания Рима = 429 г. до н. э.).

217 Согласно Ливию, осада вейенов продолжалась с 348 по 358 гг. от основания Рима (= 406-396 гг. до н. э.). Подробное изложение войны Римас Вейямисм.: Liv. Ab Urbe IV.58.6-V.21.17.

218 Марк Фурий Камилл — римский диктатор в 396 г. до н. э. Камилл сумел организовать поход на Вейи, принесший Риму окончательную победу и богатую добычу от разграбления Вейи. Камилл был осужден из-за вейенской добычи в 391 г. до н. э. и удалился из города (Liv. Ab Urbe V.32.7-9).

219 Галлы-сеноны — одно из кельтских племен, которое Ливии к периоду описываемых им и излагаемых теперь Орозием событий помещает в Северной Италии на побережье рек Утенты (вероятно, совр. Узо) и Эсис (совр. Эзина), откуда племена сенонов двинулись на юг, к Клузию (Liv. Ab Urbe V.35.3).

220 Речь должна идти об осаде города Клузия (Clusium), одного из крупнейших городов Этрурии (Тусции, совр. Кьюзи в Тоскане). Однако Орозий использует необычную форму названия этого города: urbs Clusini (...Galli Senones... cum urbem Clusini... obsiderent), что заставляет предложить именно такой перевод. Возможно, под Клузином Орозий понимает не просто конкретный город, а область, которой он принадлежал, но далее Орозий говорит о переименовании именно города: quae [urbs] nunc Tuscia dicitur. Тусция — область к северо-западу от Лация, совр. Тоскана. Источник, из которого Орозий узнал о переименовании Клузия (или Клузина), не известен.

221 Под противниками Орозий имеет в виду сенонов и клузийцев; на стороне последних выступил Рим. Как говорит Ливий, поскольку союзнических отношений между Римом и Клузием не было, то римский сенат отказал в помощи против сенонов, однако к галлам из Рима было отправлено посольство (Liv. Ab Urbe V.35.4-5).

222 Упоминание о нарушении законов, совершенном римскими послами, содержится у Тита Ливия (Liv. Ab Urbe V.36.6) и у Флора (1.7.6). В состав римского посольства входили три Фабия, сыновья Марка Фабия Амбуста; римские послы не только взялись за оружие, но один из Фабиев, Квинт Фабий, в битве, сражаясь на стороне клузийцев, убил галльского вождя (Liv. Ab Urbe V.36.5-7).

223 Квинт Фабий Амбуст — был не консулом, а военным трибуном с консульской властью в 390 г. до н. э. (Liv. Ab Urbe V.36.12).

224 Алия (Halia, чаще Allia) — река в Лации, левый приток Тибра к северу от Рима. Битва при Аллии произошла 18 июля 390 г. до н. э. Описание битвы см.: Liv. Ab Urbe V.37.7-38.10.

225 См.: Liv. Ab Urbe V.48.8; Flor. VII. 17.

226 Орозий упускает рассказ о появлении диктатора Камилла и победах римлян над галлами (Liv. Ab Urbe V.49.1-5).

Текст воспроизведен по изданию: Павел Орозий. История против язычников. Книги I-III. СПб. Алетейя. 2001

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.
Rambler's Top100