Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ЛЕТОПИСЬ КАРТЛИ

По преставлении святого мученика Арчила остались у /249/ него сыновья Иован и Джуаншер. Отправился Иован в Эгриси и забрал с собой мать и двух сестер. А Джуаншер с двумя (другими) сестрами остался в стране Картлийской и Кахетской. Сестра же младшая его была прекрасна ликом, и слухи о красоте ее дошли до царя Хазарского Хакана; прислал он гонцов, дабы выпросить Шушан себе в жены, взамен обещав пособить в борьбе с сарацинами. И когда посол Хакана подступил (к Картли), Джуаншер поведал обо всем своему брату и матери. Однако они не поддались и ответствовали: «Уж коли станет нам невмоготу, то лучше удалиться в Грецию и обратиться к христианам, нежели позволить язычнику опохабить дитя наше». И Шушан гневно порицала Хазарского царя 1.

Спустя три года после этого снарядил Хакан спасалара своего Блучана 2; прошел он дорогу Лекетскую 3 и вступил в Кахети; осадил крепость, в которой пребывали Джуаншер и сестра его Шушан и дней через малость овладел (крепостью) и увел их в плен; сокрушил город Тбилиси, полонил Картли и всю эту страну /250/.

И когда они ступали по дороге Дариалана 4, Шушан молвила однажды брату своему: «Лучше мне помереть, дабы господь сопричастил меня святой матери, нежели быть посрамленной язычником». И тут же выщербила из перстня своего драгоценный камень, высосала скрытое под ним смертное зелье и тотчас пала мертвой.

Затем прибыл Блучан к Хакану и представил ему Джуаншера; поведал также о кончине сестры его Шушан. И разгневался (Хакан) за то, что не принесли тела усопшей, узреть которое он желал. Схватили Блучана, накинули ему на шею аркан, отдали двум всадникам на растерзание и оторвали ему голову немилосердно. По истечении семи лет Хакан отправил Джуаншера в собственную страну, одарив его обильно.

Но отныне стало убывать царство великих царей Хуасроанов 5. Прежде возросло господство сарацин и отныне страна эта подвергалась их постоянным набегом, и разорению. Затем возникло множество мтаваров на земле Картлийской, и разразились меж ними усобица и вражда. И если кто и выходил из детей Вахтанговых достойным, быть царем, тут [48] же обрекался сарацинами уничижению. Ибо захватили сарацины город Тбилиси и превратили его в столицу свою 6; получали с нашей страны дань, которую называют харадж. Ибо по промыслу вышнему в наказание за грехи наши паче возвысилось племя агарян /251/.

Оный Джуаншер женился на деве из рода Багратионов 7, дочери Адарнасе по имени Латаври. Но мать корила его за тот брак, ибо не ведала она достаточно, что исходят они из рода пророка Давида, который нарекался божьим отцом по плоти. Но как узрела супругу сына своего, возлюбила ее и благословила.

Спустя много лет после того пришел агарянин эмир по имени Хуасро 8, что правил в Армении, Картли и Эрети; он восстановил разоренный хазарами город Тбилиси.

Когда же ослабли греки, отложился от них эристав абхазский по имени Леон, племянник эристава Леона, которому дана была в наследство Абхазия. Сей второй Леон был сыном дочери хазарского царя, и с помощью его и отложился он (Леон) от греков, присвоил Абхазию с Эгриси до самого Лихи и нарекся царем абхазов, ибо мертв был Иован и состарился Джуаншер. (Вскоре) после этого помер и Джуаншер.

Но еще при жизни Джуаншера переместился Адарнасе Багратион в (свою) треть Кларджети, Шавшети, Ачары, Нигали, Асиспори, Артани и Нижний Тао и крепости, которыми владели потомки царя Вахтанга. И ушел Адарнасе в Кларджети и там скончался /252/.

И по смерти Адарнасе господь умножил царство Ашота куропалата, распростершего свою власть над Картли (во всех) ее пределах. Маслама находился в ту пору в Греции 9 и вернулся обессиленный и посрамленный. Тогда же греческий царь пожаловал Ашоту титул куропалата 10. Сарацины же были обессилены, а Ашот возвеличен. В Тбилиси не осталось никого из сарацин, кроме сына Али Шуаба. В Кахети мтаваром был Григол 11.

В то же время выступил в поход Ашот куропалат, ему вспомоществовал царь абхазов Феодосии, отпрыск второго Леона, что был зятем Ашота куропалата. Явился Григол из Кахети. Поддержали Григола горцы цанары 12 и тбилисский эмир. И сошлись на Ксани Ашот и Григол. Обратили в бегство Григола /253/, мтавара Кахети, и овладели землями, коих отторг от Картли. Стал владетелем Ашот от Кларджети до Ксани.

Вслед за этим пришел Халил арабиец 13, сын Изида, и завоевал Армению, Картли и Эрети. Убили Ашота куропалата 14 в самой церкви в Гардабани 15, и кровь, пролитая им тогда, и поныне видна, как свежая /254/. [49]

И вновь заняли сарацины Картли 16. Удаляясь, Халил оставил там эмиром Али 17, сына Шуаба. Тогда же гардабанцы сговорились и выдвинули хорепископом Дачи 18, сына Иована Квабулисдзе, а после него посадили хорепископом Самоэла Донаури. В другой раз вновь пришел тот же Халил араб. Схватились с ним гардабанцы в Гавазе и обратили в бегство Халила и перебили множество (арабов) /255/. Вновь сел эмиром в Тбилиси Сахак, сын Исмаила 19. Однако Халил явился в третий раз, но был убит в Джавахети. И явился в Картли сын его Мохаммед. К нему примкнул Баграт, сын Ашота куропалата, и отдал ему Картли.

Выступил с войском тбилисский эмир Саак и спал в Рехи 20, а Мохаммед и Баграт забрали (крепость) Уплис-цихе 21. Пришли «ахи гардабанские на помощь Сааку; сошлись в Рехи, и произошла меж ними битва, но ни одна из сторон не смогла преуспеть (и таким образом разошлись). Снялся Мохаммед и удалился в Бардав 22.

До сего времени прошло двести девятнадцать лет с тех пор, как явился Мохаммед, заложивший сарацинам основы веры /256/ 23.

Пришел тогда из Багдада турок Буга, холоп Амир-Мумна, приславшего его во главе большой армии. Сокрушил он всю Армению и увел в полон всех ее мтаваров и (затем) пришел сюда и осадил город Тбилиси, ибо не повиновался ему эмир Саак. Убил Саака, сокрушил Тбилиси, предал огню и разорил все окрестности его.

Но царь абхазов Феодосии 24 выступил супротив него и стал в Кверцхоби. Проведав об этом, Буга выставил против (Феодосия) спасалара своего Зирака и Баграта, — сына Ашота куропалата. Схватились и обратили абхазов вспять, погибло множество людей. Царь Феодосии бежал по Двалетской дороге 25.

Перед бежавшими вновь (нежданно) предстали гардабанцы в Джварис-Гверди 26 и премного навредили (отступавшему) воинству. Как только Буга узнал об этом, всем своим (станом) двинулся и прибыл в Чарталети, расположился здесь, взял у мтиулов заложников триста человек, пытался вторгнуться в Овсети и дошел до Цхавата. Но армянский эристав Абулабаз и Гуарам, сын Ашота, написали мтиулам не впускать (к себе Бугу). Они же принесли в жертву заложников своих. Бог шел им в помощь, ибо когда предстали перед врагами и сразились, начался снегопад. Одарил господь их мощью, и погибло бесчисленное множество воинов сарацинских; и кони их поедали шабину и был большой [50] падеж. Однако числу воинов (неприятеля) не видно было ущерба, ибо было их около ста двадцати тысяч.

Ушел отсюда (Буга) и перезимовал в Бардаве. Схватил сына некоего священника, который сделался здесь мтаваром, и сокрушил Гардабани. Отверз ворота Дарубанда и вывел триста домов хазар и насадил ими Шамкор 27. По Дариалану вывел /257/ сто домов овсов и насадил ими Дманиси 28, соблаговолил летом вторгнуться в Овсети. Когда же Амир-Мумн разведал о помыслах племени хазар (против него), он сообщил Буге отдать Картли Хумеду 29, сыну Халила. И ушел Буга, а эмиром остался Хумед, сын Халила. И отстранил эмир Хумеда и утвердил Исэ, сына Шихо, из рода того же Хумеда.

А хорепископом 30 был Габриел Донаури, брат Самоэла хорепископа. И ушел Исэ 31, а вместо него пришел другой эмир, Абрахам 32. И вновь вернулся (в качестве) эмира сын Халила Хумед и самовластно овладел он всеми этими странами: Арменией (Сомхити), Картли и Рани.

Удалился затем сын Халила (Хумед) и эмиром стал некто по имени Габулоц 33 — из подвластных Саака. Но Гуарам — сын Ашота куропалата — схватил Гобулоца и выслал его в Грецию, ибо подчинились ему гардабанцы и усилился (оттого) Габулоц. И Ашот боролся супротив племянника своего отца, брата Гуарама. Гуарам же сумел захватить Джавахети, Триалети, Ташири и Абоци и Артани. И воевал против сарацин: порою одолевал он их, порою — они его. Но Гуарам же поделил страну свою между братьями своими Адарнасе и Багратом; Абоци отдал шурину своему — царю Армении /258/.

В ту же пору пришел Георгий, царь абхазов, брат Феодосия и Деметрэ, сын Леона; силой овладел Картли и поставил эриставом в Чихе сына Деметрэ. Когда же преставился Георгий, царь абхазов, сын Деметрэ пребывал в малолетстве, звали его Баграт, и известен (он) как изгнанник. Супруга царя Георгия умертвила сына Деметрэ, эристава Чихского, соблазнила мтавара Иованэ Шавлиани и тело Баграта выбросили в море. Но господь спас его, и он достиг града Константинополя. И женил царь Иован сына своего-Адарнасе на внучке Ашота и дочери Гуарама. Помер Иован, царь абхазов, и царствовал вслед за ним сын его Адарнасе. И Липарит 34 овладел землями Триалетскими, воздвиг крепость Клде-карскую и доброхотно сделал своим патроном Давида, сына Баграта /259/.

А Насра, сын Гуарама, и Гурген были на стороне абхазов, Давид и Липарит пособляли армянам, и воевали армяне и абхазы из-за Картли. В ту пору постригся в монахи Гуарам.

И по смерти хорепископа кахов Габриеле Донаури, [51] хорепископом воссел Фадла аревманский, личность мудрая и (хорошо) сведущая в делах.

В ту пору сын Гуарама Насра заманил (к себе) Давида, сына (царя) Баграта, двоюродного брат своего (Дословно: "сын брата отца своего") и умертвил его /260/.

И супротив Насра стали враждовать армяне, Липарит и картлийцы, и Ашот — брат Давида, а заодно с ними сарацины. Сразились с Насра и вынудили его бежать 35. И отобрали у него крепости. Отбыл (Насра) в Грецию к царю греческому.

И помер Гуарам, сын Ашота, и погребли его в Опизе 36, повторно им отстроенном /261/.

Баграт же, сын абхазского царя Деметрэ, находился в Греции, в Константинополе. Царь Греции дал ему войско и отправил его морем, и тот на кораблях подступил к Абхазии. Убил он Адарнасе, сына Иована, и овладел Абхазией, женился на вдове его, дочери Гуарама. Привел Баграт, царь абхазов 37, своего шурина Насра и дал ему свое войско. Насра же овладел тремя, Гуарамом построенными, крепостями в Самцхэ: Одзрахэ, Джаварисцихе и Ломсиана 38.

Пришли Гурген и Адарнасе, сын Давида, вспомоществовали (им) армяне, вступили в бой на берегу Куры; одолели абхазов, убили Насра и мтавара овсов Бакатара и эристава абхазов /262/.

А хорепископ Фадла усилился и подчинил себе гардабанцев. После него хорепископом сел Квирике. (Страной) Картли владели азнауры.

В ту пору пришел Констант, царь абхазов, овладел Картли. Против него стал враждовать царь армян Сумбат Тиезе-ракал; двинулся с войском большим и подступил к Уплис-цихе, собрали вьючные седла, положили их друг на друга, поднялись по ним и (таким образом) хитростью овладели крепостью. Однако добром породнились Сумбат и Констант и вернул он ему Уплисцихе и всю Картли.

После этого пришел (в Картли) эмир агарянин по имени Абул-Касим, сын Абу-Саджа 39. Его направил сюда эмир — Мум 40 с бесчисленно великим войском, которого не вмещала (наша) страна. Сперва он вторгся в Армению, сокрушил всю Армению, Сюник, Ваедзор и Васпуракан. Армянский царь Сумбат, не устояв против этой грозы, спасся бегством и обратился к горам абхазским, где и пребывал /263/.

И пришел сын Абу-Саджа (Абул-Касим) в Тбилиси, в котором эмиром в ту пору был Джафар сын Али 41. Явился и подступил к Уджарме 42. В ней стояло триста человек, и воевали много дней. И когда они смекнули, что не в силах были [52] противостоять, (то) оставили (крепость) ночью и бежали: одни скрылись, прочих настигли люди (Абул-Касима) и истребили. Как только узнали защитники Бочормы о падении Уджармы, покинули крепость (свою) и бежали. Когда же пришли (неприятели) и увидели ее безлюдную, удивились: «Отчаянно сражались из-за загона 43, а (собственно) крепость-то (запросто) покинули». Взяли Бочорму, заняли крепость, а ограду Уджармы срыли.

Хорепископ же Квирике, видя, что иссякли силы его, вверился клятве, пришел и увидел (Абул-Касима); а он спросил: «По чьему совету ты пришел сюда?» Тот ответствовал: «По совету матери моей». И тот сказал: «Не причиню боли сердцу единородного чада матери». И возлюбил (хорепископа) за доблесть его и отпустил, но Бочорму оставил себе.

После этого он вторгся в Картли и опустошил ее. Но прежде чем (он успел) войти, (картлийцы) сами срыли ограды Уплис-цихе, дабы (арабы) не сумели им завладеть. Оттуда (Абул-Касим) отправился в Самцхе, разорил Самцхе и Джа-вахети, подступил к крепости Тмогви 44. Но как только испытал твердость ее и мощь, удалился отсюда в Квели, осадил ее и приступил к бою.

Был в ней юноша по имени Гоброн. Совместно со сверстниками своими он ежедневно устраивал отважные вылазки. Когда же супостаты взяли крепость, схватили (они) /264/ святого Гоброна и замучили. Мученичество его подробно описано святым отцом нашим епископом Стефаном Мтбевари 45.

Поднялся (Абул-Касим) оттуда и двинулся на город Двин 46. Явились и сообщили (ему), а именно: царь Сумбат вступил в крепость Капоети 47. Стремглав снялся с места и повелел воинам своим не пропускать живой души, не представив их ему. Пришел и подступил к крепости Капоети и всех (жителей), оказавшихся вне крепости, со всеми их домочадцами прибрал к рукам. Потому-то и сдали крепость и схватили Сумбата. Забрал (Абул-Касим) его в Двин и умертвил, вздернув на дереве.

По прошествии после этого нескольких лет и как только страна приустроилась, призвал хореписком Квирике абхазского царя Константа; вступили они в Эрети и осадили крепость Вежины 48. Царь абхазов подступил с вышних мест, а Квирике же — с нижней стороны. И когда осада подходила к концу и (должны были) взять крепость, явился патрикий Адарнасе и в Параскевис-джвари 49 предложили мир. Отдал царю абхазов Ариши 50, Гавази 51, а Квирике — Орчоби 52. И как только примирились — разошлись. Пришел царь абхазов Констант 53 и молился в Алаверди пред святым Георгием и украсил образ его золотом. А большую часть своего [53] войска отправил в путь обратный. Хорепископ Квирике оказал ему отменные почести и (Констант) удалился в собственную страну.

Спустя немного дней после этого преставился Констант, царь абхазов, и в стране абхазов на некоторое время наступила смута. Ибо было у Константа два сына /265/: старший и другой, младший, рожденный от второй жены. Старшего звали Георгий, младшего — Баграт. И была меж ними жестокая усобица, о чем подробно сказано в их Жизнеописании.

Баграт же этот был зятем эристава эриставов Гургена; вспомоществовал Гурген ему всеми силами своими. И до смерти Баграта не было мира. А со смертью его царство сполна принял царь абхазов Георгий 54. Был он преисполнен всякой добродетели, мужественный и многосильный, боголю-бив и более всего устроитель церквей, милосерден к убогим, щедр и кроток и исполнен всякого добра и благодеяний. Он устроил и управил все дела в отечестве и царстве своем возвел храм в Чкондиди 55, образовал епископат и украсил его мощами многих мучециков.

В ту пору преставился хорепископ Квирике и воссел хорепископом сын его Фадла; он воздвиг крепость Лоцобанскую 56. В эту же пору вторглись сарацины, коих именовали Саджами. Полонили Кахети, спалили Джвари во Мцхете 57 и удалились; ушли и захватили с собой крест пречистый и разрушили его. Но обуял их недуг живота и порешили они, что пострадали от (того) креста. Собрали его части и верну ли в Джвари, водрузили на место прежнее, уложив его собственное же гнездо /266/.

А в Эрети до царствования Ишханика первоначально все были в еретиках. А Ишханик был племянником (Дословно: "сыном сестры") эристава эриставов Гургена, и мать его царица Динар обратила в православие. А салары 58 овладели тогда Бардавом и Адарбадаганом.

А Георгий, царь абхазов, отдал Картли старшему сыну своему Константу /267/.

Как только миновало три года, стал (Констант) враждовать против отца своего и посягать на царство. И когда стали явными дела его, укрепился он в Уплисцихе, и здесь примкнули к нему тбетцы и много других азнауров.

Но как только царь Георгий убедился в отложении собственного сына, выступил в поход со всеми своими силами, привел тайоских царей, хорепископа Фадлу и подступили (совместно) к Уплисцихе. Произошло сражение многодневное, но так и не принесли ущерба крепости, ибо находилось [54] в ней множество (людей). В дни некоторые вступали в схватку конные, в дни некоторые — пешие.

Тогда царь Георгий стал сманивать (сына своего) с помощью азнауров из Сазвере 59 следующим образом: «Выходи, и мы отправим тебя в Абхазию, ты сделаешься там царем, а отец твой останется без (престола)». Он же поверил и доверился, но азнауры, что были при нем, советовали ему не поддаваться уговорам, однако он не внял им. Ночью один вышел он на плоте в Куру. И как только отчалил от берега Куры, стремглав кинулись на него, дабы схватить. Поняв их вероломство, он направил плот обратно, чтобы вновь войти в крепость. Не управились они с плотами и провалились на том же месте, где остановились их плоты. Поднялся шум, вышел царь и с ним все воины; окружили крепость снаружи. И с рассветом стали разыскивать. Он же, выбравшись из воды, вошел в расщелину скалы и скрывался там. Обнаружил его некто человек ничтожный, схватили и представили царю, а царь покарал его немилосердно: вначале выжгли глаза /268/, затем оскопили, и он умер. Азнауров же, что стояли в крепости, вывел на честном слове, тбетцев отпустил с миром и отправил их в Васпуракан 60.

Преставился хорепископ Фадла и хорепископом стал Квирике. Затем отложились азнауры гардабанские и начали сговариваться с царем Георгием. Выступил царь Георгий в поход, вошел в Кахети, сжег ее и сокрушил и вернулся в собственную же страну. Затем расположился вАтени 61. А сын его Леон был эриставом Картли и вновь настроил войско на подход в Кахети. Но Квирике, поняв, что невмочь ему противостоять, предстал перед ним. Однако вновь коварно замыслил бежать, но схватил его (Леон) и ушел в Кахети, чтобы забрать его домочадцев. Однако те бежали, ибо осведомили их о том азнауры Картлийские.

Брат хорепископа Квирике — Шурта примкнул к царю Георгию и поднес ему крепость свою Уджарму; завладели и другими крепостями кахетскими, за исключением трех: На-чевана, Бочормы и Лоцобани.

(Крепость) Лоцобанская принадлежала Иванэ Аршис-дзе. Он усилился и предал патрона (своего). Возвели Шурис-цихе и разместили в ней воинов. Крепость Марани находилась тогда (под властью) Хахуа, тоже Аршис-дзе, брата Иванэ; подобно своему брату он пытался держать крепость мощной дланью. Пришел царь и повелел устроить схватку войск. Овладели они искусно и схваченного Хахуа представили перед царем; царь отправил его и заточил в Джикети 62. Крепость Нахчеван принадлежала Фадле, сыну Квирике. Он также укрепился изнутри. Хорепископ Квирике, видя как ему недоставало сил, попросил гарантии /269/того, что отпустят [55] его живым и даровал царю Георгию Кахети. Но царевич Леон не помышлял отпускать Квирике, ибо и в первый раз не было на то его воли, но отец не послушался его. Квирике просил условия не брать в эту зиму крепость Бочорму и уйти после пасхи. Просьбу его уважили. Поэтому взяли крепость Нахчеван, а в качестве заложника — младшего его сына Давида, и отпустили в день Сретения.

Царь отправился в Абхазию, а Квирике вошел в Бочорму; готовился, помышляя уйти после пасхи. Тогда сговорились с ним азнауры картлийские и заодно кахетские: Годердзи Мгдеури, Мама Канчаели, Дачи Коринтели, Дачи и Иванэ Схвилосели, братья Сара и Григол Пхвенели и совместно с ними пятьдесят других азнауров и примкнули к Квирике. Начали они отвоевывать крепости и в течение немногих дней захватили все; разрушили крепости Шурисцихе и Лоцобанскую и вновь стал Квирике владеть своей вотчиной.

Пришли к царю Георгию и поведали о захвате Кахети. Тяжела была ему эта весть и стал винить всех тех, кто подвигнул его на отпущение хорепископа Квирике. И когда же прошла эта зима, вновь отправил свое войско под предводительством сына своего Леона. Вторгся он в Кахети и сжег ее. Во время этого похода сообщили ему весть: кончину великого и боголюбивого царя Георгия. Леон тут же призвал хорепископа Квирике, встретились они в Базалети 63, на берегу озера, сопутствуемые по одному всаднику и собеседовали целый день, прежде чем (Леон) сообщил о кончине своего отца .И высказал любовь и поведал о желании сделать сына его (хорепископа) зятем своим. Как только услышал о том Квирике /270/, спешился и с благодарностью поклонился ему,  возрадовался он миру и любви, но более всего — сватовству.

Вернулся Леон 64 и распростер власть на вотчину и царство свое, ибо тогда же вступил в Абхазию. Умножил господь царство его, подобно отцу его. И был он также боголюбив и преисполнен вяского добра. Он построил церковь в Мокви 65 и превратил его в храм епископства, благословил и сотворил всякий порядок. И как только он окончательно овладел царством своим, выполнил обещание, (данное) им хорепископу Квирике — выдал сыну его дочь свою в жены. Но спустя немного времени умерла дочь Леона. Вновь начал (Леон) враждовать против Квирике и посягать на Кахети. Двинулся в поход во главе огромного войска и расположился на берегу Арагви; изничтожил Мухнари 66, Херки 67 и Базалети. Во время этого похода он занемог, вернулся и помер.

Вслед за ним царем стал Деметрэ 68, брат Леона, и овладел (страной) Картли. Но на устройство царства его ушло некоторое время. Был у него в Греции брат Феодосий, и [56] люди некие страны нашей призвали его, дабы пошел он на брата своего. Ибо еще при жизни великого царя абхазов Георгия были посланы на воспитание в Грецию два сына его, Феодосий и Баграт, дабы после смерти его не было бы промеж них ссоры и борьбы.

Выступил Феодосии из Греции, пришел в Самцхе, стал у Маргис Мере 69, призвал месхских азнауров, собрал вокруг себя воинов, стремясь самолично овладеть вотчиной своей. Но царь Деметрэ двинул на него воинов своих, нагрянул врасплох и прогнали Феодосия. Ушел он в Картли и обратился к Адарнасе — мтавару Дзамскому; ввели его в крепость Дзама 70 и в окрестностях ее промышлял он дела свои /271/.

Тогда царь Деметрэ направил (против них) собственную рать. Подступила она к крепости Дзама, и длилась осада около трех месяцев. Весьма разорили окрестности крепости. Когда им стало невмоготу, просили клятны и заверений, что отпустят Феодосия и отправят его с миром. Они исполнили то и выпроводили (Феодосия) с миром. Пошел он к Давиду куропалату и провел у него год.

Вновь он двинулся из Тао на Кахети. Тогда прислал царь Деметрэ Феодосию и хорепискому Квирике посла его со словами: «Ввиду того, что брат мой явился из Греции, не прервется между нами усобица, доступная (описанию) слова человеческого. Теперь же ты ходатайством своим примири меня с братом моим и да будем оба равно владеть отчиною своей, как некогда были мы с Леоном; прими от меня заверения и посредников, а я с благодарностью восприму деяние твое». В ответ на эти слова царя Деметрэ, хорепископ призвал Феодосия и склонил его довериться (царю) и говорил: «(В случае чего) я буду мстить за кровь твою». И, (таким образом) доверив Феодосия брату, отправил его.

И повели его с клятвой и гарантией и поклялись перед Столпом животворящим католикос, архипастыри и вельможи все /272/. И предстал Феодосии пред братом своим и провел у него немного дней. Но Деметрэ забыл ходатайство божье и людское и дерзнул преступить клятву: схватил он Феодосия и выжег ему глаза. Когда же узрели это воочию пребывающие в отчине их, стали выставлять (в цари) брата его, коего именовали царем Чала. Но не в силах оказались осуществить это, ибо был Деметрэ сильным и отважным. Когда же преставился царь Деметрэ, все жители страны, видя, что не осталось (у царя) преемника в Абхазии и Картли, вывели Феодосия и утвердили его царем.

Тогда пришли кахи и подступили к Уплисцихе. Был в ту пору в Картли эриставом Иванэ Марушис-дзе, человек сильный и многолюдный. Он представил пред Давидом куропалатом [57] посла своего и предложил выступить с войском своим и взять Картли: или завладеть ею самому, или пожаловать ее Баграту, сыну Гургена, сына дочери Георгия — царя абхазов — и которому принадлежали со стороны матери Абхазия и Картли. Этот же Иванэ Марушис-дзе хотел (сделать) царем Баграта. Выслушав все эти слова Иванэ Маришис-дзе, выступил Давид куропалат и двинулся всеми силами своими и пришел в Картли. Узнав о приходе его, кахи удалились, словно беглецы, и оставили ему Картли.

Пришел Давид курапалат и прибыл в Квахврели 71, явился к нему Иванэ Марушис-дзе, принял от него Давид Уплисцихе и пожаловал его Баграту и отцу его Гургену, ибо не было сына у Давида куропалата, а Баграта, сына Гургена, он усыновил /273/.

Сей Давид куропалат возвеличился более всех царей таойских /274/. Ибо прежде всего был боголюбив и милостив к обездоленным, не горделив, миротворен и незлопамятлив, созидатель церквей, ласков и щедр, человеколюбив, покровитель монахов, паче добродетелен и преисполнен всякой благости. Он воздвиг монастырь и храм божий — святую церковь Хахульскую 72.

Когда же он двинулся в обратный путь, то оставил в Уплисцихе Гургена и сына его Баграта. В ту пору Баграт пребывал еще в несовершеннолетии, и поэтому (Давид куропалат) поставил ему в сопровители отца его Гургена. Созвал (Давид куропалат) картлийских азнауров и повелел: «Он есть преемник (царя) Тао, Картли и Абхазии, сын и воспитанник мой, я же его попечитель 73 и пособник; повинуйтесь ему все». Побыл он (здесь) еще немного дней и ушел в Тао. С истечением после этого некоторого времени, наступило новое злостное вероломство, как это заведено в обычаях картлийских азнауров: сговорились с азнаурами из Накурдеви и Саботари 74 и привели войска из Кахети; сдали Уплисцихе, схватили Гургена и сына его Баграта и царицу Гурандухт и увели в Кахети.

Тяжела была Давиду куропалату весть об этом. Со всеми силами своими вошел он в Триалети, дабы (затем) вторгнуться в Кахети. Когда же кахи узнали (об этом), послали ему гонцов и предложили условия перемирия: отпустили Гургена и Баграта /275/ и царицу Гурандухт, вернули Картли и Уплисцихе, а крепости Цирквали и Груи 75 оставили за собой. В ту пору Уплисцихе и Картли владела царица Гурандухт. Сия царица Гурандухт была дочерью Георгия, царя абхазов и матерью Баграта.

Прошло с тех пор три года, в Абхазии царствовал Феодосии Слепой. Разлагалась вся страна эта, сменились закон [58] и правление, установленные первыми царями 76. Взирая на все это, пребывали вельможи той страны совместно в великой печали.

Тот же Ивана Марушис-дзе изъявил волю привести Баграта царем в Абхазию. Вместе с ним все вельможные эриставы и азнауры Абхазии и Картли выпросили Баграта себе в цари у Давида куропалата. Он же нехотя и с большим трудом выполнил их желание, ибо, как я уже говорил о том, бездетным был Давид куропалат, Баграта же усыновил и воспитал для владения обеими частями Тао. Лишь когда остались страна Картлийская и Абхазия без преемника, отдал им, по уговору, а взамен забрал заложников.

Привели его в Абхазию, благословили на царство, и повиновались все воле его, ибо он уже был в возрасте совершенном. По прошествии после этого двух лет начал он править и радеть об исправлении дел, подобно деду своему, великому царю Георгию. И добавлю я, что во всех деяниях своих уподобился великому царю Давиду куропалату; а люди познали при нем свершение всякой добродетели. Отправил он царя Феодосия и дядю своего (Дословно: «брат матери») в Тао к Давиду куропалату, ибо увидел /276/ в этом лучший исход дела, дабы люди всякие — большие и малые — были бы в доброй надежде на него или в страхе пред ним за допущение беспорядков.

Вслед за этим пришел он в Картли с целью поправить дела расстроенные картлийские. Вступил в Тигву 77. Но в ту пору некоторые азнауры картлийские не желали прихода его, ибо розно правили делами картлийскими, хотя и пребывали в повиновении у Гурандухт.

Выставили они главарем Кавтара Тбели, отважились на борьбу и расположились у подступов к Могриси 78. Видя это, царь абхазов Баграт бросил клич своим воинам, и противники сошлись. Бежали картлийцы: одних перебили, других схватили живыми, прочие спаслись бегством и рассеялись. Вступил (Баграт) в Уплисцихе, отобрал крепость (Уплисци-хе) у матери своей, пробыл (здесь немного) дней, несколько поправил дела картлийские; забрал свою мать и ушел в страну Абхазскую. И словно кормчий многоопытный, управил он дела абхазские. Так что мало было людей, кто бы мог увидеть непокорных, вместо коих были возвышены верные и благонадежные ему.

После этого прошло несколько лет. Правил в ту пору в Клдекарской (крепости) эристав Рати, во власти которого были Атенская крепость и все земли Картли к югу от Куры, Триалети, Манглисское ущелье и Сквирети 79; не повиновался он подобру Баграту. [59]

Царь Баграт тайно собрал все свое воинство и вступил в Картли с целью захватить эристава Рати. Тогда же спешно поставили в известность Давида Kyponaлата, сказав следующим образом: «Отправляется он не куда-нибудь, /277/ но приготовился убить тебя». И Гурген, отец Баграта собрался в путь к сыну своему. Но Давид куропалит спешно двинулся, собрал рать свою и созвал всех царей Армении. В ту пору еще был жив дед Баграта, картвельский царь Баграт, который также явился к Давиду куропалату, опасаясь посягательства собственного сына Гургена на царство. И с войском огромным, коему не было числа, пришли и разместились в Дливе 80 и пустили рать на Гургена. Отправились навстречу Гургену и сошлись в Гардатхрили 81, у начала Шавшети; прогнали Гургена, удалился беглец и скрылся в крепости Цепти 82.

В ту пору Баграт вступил в Триалети и стал в Карушети. Отправил посланника, осмотрел войска и понял, что невмочь ему противостоять Давиду куропалату. Тогда он оставил войско на своем месте и сам единолично предстал пред ним; просил прощения и заявил: «Пришел я не за чем-нибудь, но лишь из-за неповиновения Рати». Он же отпустил «его, сказав: «Говорили мне, что пришел ты, чтобы умертвить меня, но ныне я узнал истину о твоей невиновности и даю тебе свободу против Рати: подчини себе его угодным тебе образом».

И вернулся он преисполненный радости и пошел вновь в Абхазию, дабы не дать Рати повода для подозрений и напасть на него внезапно и врасплох. С наступлением зимы явился он со всеми своими силами и подступил к Клде-Карской (крепости). Видя это, Рати со своим сыном Липаритом вышел вон (из крепости) /278/, взмолился царю абхазов Баграту и отдал Баграту собственную крепость, сам же сел в вотчине своей Аргвети.

Когда вновь прошло с тех пор некоторое время, как сказано мною вначале, (царь Баграт) привел в порядок и (наладил) правление всех дел абхазских: непокорных ему отстранил от дел вельможных, а их места насадил верными, беспрекословно исполнительными и покорными воле его. И преуспел он в правлении своем более прочих царей Абхазии и Картли. И умножилось войско его, как ни в одно из прежних времен.

Двинулся всем своим войском, вошел в Картли, отправил послов в Кахети и (стал) домогаться находившихся под властью (правителя Кахети) картлийских крепостей. Хорепископом в то время был Давид 83. Он не изъявил желания сдать крепости и ответил так: «Поелику ты посягаешь на [60] крепости, пусть убедят нас мышцы и битва. Я же предстану пред тобой на Ксани».

Разгневался Баграт, царь абхазов и картлийцев. Куропалат был в ту пору в Дливе, где правил он делами Тао и Картли. А Тао он самолично владел по кончине отца его царя царей Гургена. Послал он спешно (ему) представителя /279/, пригласил войска абхазские и картлийские, сам же двинулся с воинством из верхней части своих владений, прошел Триалети, прошел Мцхетский мост 84 и примкнули к нему абхазы и картлийцы. Расположился в Тианети и начал громить Кахети. И не мог ему противостоять Давид, ибо неисчислимы были силы (Баграта). Начал воевать против крепостей и тогда же обрел страну Эрети, поставил мтаваром Абулала 85 и вернулся восвояси.

В ту же самую пору, когда вернулся царь абхазов Баграт, вновь откололись люди Эрети и примкнули к Давиду 86; (и) занял Давид Эрети. Спустя некоторое время после этого он помер. Вновь вошел Баграт со своими войсками в Эрети и во второй раз занял ее. Самолично прибрал царицу Динар, стал посягать на Кахети и силами своими недосягаемыми захватил крепости кахетские. Запер Квирике в Бочорме, в течение года осаждал крепость войском, а затем взял Бочорму. Завоевал он полностью Эрети и Кахети, захватил Квирике и держал его при своем дворе.

В ту пору возвысился эмир гандзийский Фадлон 87 и начал непрерывно теснить эриставов эретских и кахетских, время от времени устраивать коварные разбои, опустошения и полон. Видя наглость его, великий царь Баграт разгневался и преисполнился мести. Привел в готовность всю свою рать, отправил гонца к шаханшаху Гагику — царю армянскому; призвал его на месть Фадлону. Тот же весьма возрадовался, спешно собрал все /280/ свое воинство и пришел и предстал перед царем абхазов Багратом. Сошлись оба в Дзоракерте. Двинулись против слишком обнаглевшего Фадлона, ненавистника христиан, всеми мерами помышлявшего о погибели служителей креста. Но как только он увидел силы их непобедимые, оробел, повернул вспять, отступил с намерением
скрыться в укреплениях.

Великий и облаченный мощью царь Баграт полонил земли Рана, подступил к городу Шамкору, выставил у стен его камнеметы и в течение немногих дней раздробил стены Шамкора. На следующий день он намеревался сокрушить и захватить этот город. Но в ту ночь Фадлон отправил к нему посланника с просьбой о пощаде; обещал служить ему в течение всей своей жизни, согласился на дань и письменно заверил самолично выступать против его супротивников. Тогда велел (Баграт) всем вельможам собраться пред собой и прежде [61] всего повелел им держать город тот своими силами. Рассмотрели, рассудили и доложили, что это никому не по силам, а паче потому, что из-за прочих военных дел не было у них досуга.

Вновь повелел он собраться и вынес решение заключить с Фадлоном мир. И все они, по разумению своему, признали это решение лучшим и предложили мир. Отправил он посланника и через него сообщил об истинном мире. Тогда Фадлон преисполнился великой радости и все обещанное на словах исполнил на деле: сделал подношения великие и неисчислимые, одарил всех вольмож дарами обильными, и вернулся (Баграт) к себе победителем /281/ 88.

Этот великий царь построил Ведийский храм 89 и основал в нем епископат, заменив им Гудаквский епископат, пожертвовал множество сел со всеми ущельями и местечками, создал для него уложение, рукоположил и посадил епископа. И если кто соблаговолит узреть и убедиться в величии Баграта, пусть прежде глянет на великолепие Бедийской церкви и воистину чрез нее познает, что не было равного ему царя в стране Картлийсиой и Абхазской.

Он благословил церковь в Кутаиси великим и беспримерным уложением, ибо собрал всех ближних царей и католикосов, священноучителей и настоятелей всех монастырей и всех вельмож из Верхних и Нижних 90 земель его вотчины и царства, а также находившихся во всех прочих государствах.

Сей Баграт, царь абхазов и картлийцев, превзошел всех царей совершенством правления. Угождавшие ему и к нему стремившиеся — все сполна стали государями, а разделявшие с ним власть стали рыцарями-вассалами ему подвластными и (нелицеприятно) верными. И покорил господь ему врагов и супротивников его; одарил страну его миром и покоем твердым /282/. И не в силах кому-либо обстоятельно живописать все деяния его, из коих я поведал лишь малость, дабы сохранить их в памяти беспредельных времен.

Скажу и то, что после великого царя Вахтанга Горгасала не являл нам никто подобного величия, мощи и всякой мудрости; был он созидателем церквей, милосерден к убогим и для всякого люда — вершителем правого суда /283/.

Царствовал тридцать шесть лет и увенчанный старостью чудесной преставился в кроникон двести тридцать четвертый (1014 г.), мая седьмого дня в пятницу. В день кончины своей пребывал он в Тао. И прах его забрал эристав эриставов Звиад и упокоил в Бедии. [62] Царем после него стал сын его Георгий. Он также был преисполнен всякой благости /284/.

Этот же царь Георгий распространил власть свою над всей вотчиной своей в пору отрочества и юности, ибо стал царем, когда ему было (всего) двенадцать лет.

На седьмом году его правления (Т. е. 1021. Георгий I правил в 1014—1027 гг.) двинулся на него царь Греции Василий со всей ратью греческой и бесчисленными иноплеменниками 91. Однако Георгий выступил супротив него с многочисленным воинством. И много дней оба стояли лагерем на земле Басианской, не вступая друг с другом в сражение. Уклонился царь Георгий (от схватки), вступил в город Олтиси и сжег его. Оттуда выступил в Колу, и царь Греции Василий стал преследовать его по пятам, оказавшись у него в тылу. Схватились ариергарды войска Георгия и авангарды войска Василия и произошла большая битва в деревне, именуемой Ширимни 92. Было перебито множество с обеих сторон, были убиты вельможные эриставы. (В изданном С. Г. Каухчишвили КЦ «Эриставы и дидебулы» («Эриставы и вельможи»). Однако в наиболее ранних списках свода читаем: «Эриставни дидебулни» — «вельможные эриставы) Рати 93, сын Липарита, и Хурси. Но поздно дошел слух до царя Георгия /285/ о том, что идет бой против замыкающих (его рать) воинов. Тут же по повелению его все войско спешно привело (оружие) в боевую готовность. Рванулся вперед сам царь Георгий во главе воинов своих, ибо был он отважен и совершенно бесстрашный, словно бестелесный, и вместе с ним множество воинства его. Подоспел и Василий со всем своим войском. Расположились друг против друга и произошла битва мощная. Сокрушили множество греков, захватили трофеи. И затянулась меж ними битва настолько, что царь Василий стал готовиться к бегству.

Но смалодушничали грузины, повернули и двинулись вспять. Настигли их греки и зарубили множество (грузин). Достигло войско (греков) Артани, захватили и разрушили ее. Когда же царь Георгий отбыл в Триалети, (Василий) пошел за ним следом, сокрушил страну Джавахети и прошел Триалети. Вновь сошлись они, ибо Георгий укрепился, призвал силы из Кахети и Эрети, но не дали ему (возможности) вторично вступить в бой.

Удалился царь Василий из Триалети, прошел через Джавахети и Артани. И вновь с большим, чем прежде, рвением и мстительностью разорил эти земли; ушел и стал на зимовку в стране Халдийской, неподалеку от города Трапезунта. И (стали) обмениваться они послами для утверждения мира и любви. [63]

В ту пору в Греции произошла великая смута. Объединились Спаспет 94 и /286/ Царвез, сын отступника Фоки, и прибрали земли восточные. Василий оробел весьма. Однако уважил бог ему: Ксифий умертвил Царвеза и союзники отложились от мятежников. Ксифия же постигло возмездие за лживость (в отношении) Царвеза, ибо заманили его в крепость Даласаносы и схватили его в отместку за кровь сына Фоки, доставили /287/ царю Василию, а тот сослал его на какой-то остров. И таковым же многим мечами отсекли голову, среди коих был и Перис, сын Джоджика 95, родом из Тао, прочие же были греки.

Вновь вернулся Василий, вступил в Басиани, стал домогаться земель и крепостей, обещая мира и согласия. Поняв (ситуацию), царь Георгий отправил эристава Звиада с его же воинами и велел, соблюдая мир, на некоторое время отвлечь (Василия), а сам же последовал за ним с большой ратью. И рассудил он так: «Коли пожелает царь Василий мира — да будет так, но уж если пожелает войны — будем готовы и к ней». Кто же не желал оставаться в мире, стал готовиться к войне. И подошли к Василию, готовому к бою и расположенному лагерем, который греки именуют свидоксом.

Началось сражение, и обратили в бегство часть войска его (Василия). Рассвирепел царь Василий, велел принести древо животворящее и распростер на земле плат пречистый и произнес: «Боже! Коли предашь меня во вражьи руки, не поклонюсь я тебе вовеки». Из-за затянувшегося сражения были обращены /288/ вспять воины грузинские, и множество бегущих было посечено, (вражьими) мечами, другие же схвачены в полон. Забрали (греки) добычу обильную и тут же имевшуюся царскую казну.

И стал преследать царь Василий (грузин). Но вновь по-прежнему приступили к мирным переговорам, ибо (Василий) больно опасался мятежа в Греции. И положили мир н договор 96. Отдал царь Георгий в заложники сына своего трехлетнего Баграта и крепости, что прежде выдали ему (Василию) азнауры, а также прочие крепости, прежде пожалованные (Василием Багратионам), и затем четырнадцать крепостей, а также земли, коими владел Давид куропалат в Тао, Басиани, Кола-Артани и Джавахети. Некоторые же церкви, деревни и местечки этих земель пожаловал царю Георгию 97. И удалился царь Василий и увел с собой заложником царевича Баграта, сына царя нашего Георгия /289/, дав клятвенный обет, а именно: «На третий год верну сына твоего». И был он в течение трех лет в царственном граде Константинополе. И на третий же год вернул, как и обещал 98. [64]

Когда он возвращался в вотчину и царство свое, то его сопровождал катепан востока до рубежей его вотчины. Но как только тот повернул обратно, его настиг мандатур и предъявил катепану письмо царя Константина, в котором было писано следующим образом, а именно: «Волей божией преставился желанный брат мой, царь Василий и вместо него царем всей Греции становлюсь я. И каких бы пределов моих владений ни достиг Баграт, сын государя абхазов Георгия, верните его с поспешностью великой, дабы предстал он пред нами».

Когда же он прочел повеление царя, то проявил готовность вернуть (Баграта) обратно, соответственно данному указу. Мгновенно вернулся, дабы настичь (царевича). Когда же он приблизился (к цели), то увидел, какое великое множество предстало пред ним: вельможные эриставы и азнауры таойские, месхи и картлийцы, числу коих не было предела. Тогда отошел он в сторону и сказал подоспевшему мандатуру: «Ежели ты в силах, увлеки его, мне же сделать это теперь невозможно» /290/.

О, великое чудо и милость божия! Как скоро ты спас невинность (Баграта) из рук тех, кто вероломно замыслили возвращения его. И ежели кто (изъявит) желание узреть подобное поспешение господа, зрите и испытайте неисчислимую милость господню, оказанную оному царю абхазскому Баграту, и которая не постигла ни одного из прочих царей, о чем постепенно поведает вам предлежащее слово.

Когда же он уже предстал пред отцом своим царем Георгием в доме его в Кутатиси, узрели и родители сына своего, подобного им, невиданного и неизреченного добродетелями, совершенного ликом, о доблестях которого не в силах глаголить устам человеческим. Узрев его, возрадовались несказанно и благодарствовали бога. Стоял в ту пору кроникон двести сорок пятый (1025 г.).

Спустя два года, в лета почти молодые, преставился царь Георгий, преисполненный всякой добродетели, подобного которому не было среди предков его: по силе, молодечеству, храбрости, статью и ликом, познаниями /291/, совершенный в управлении царством. (Умер он) в кроникон двести сорок восьмой (1027 г.), в августе шестнадцатого (дня), на Триалетской земле, в местечке, что именуется Мкинвари или Ицрони. И
оставил он по себе людям своей вотчины и царства скорбь и печаль. Скорбели все о добродетели, юности и доблести его. Понесли его и погребли в храме в Кутатиси.

Осталось у него четверо детей: сыновья Баграт и Деметрэ, [65] да дочери Гурандухт и Ката; пятое дитя его Марфа была (до того) усопшей. После смерти великого царя Георгия девятилетний Баграт тут же был возведен в государи всей вотчины и царства своего Верхнего и Нижнего.

В ту же пору удалились в Грецию таойские азнауры: Ваче Каричис-дзе, Банский епископ Иован и с ними заодно множество азнауров таойских 99. Царь же Константин 100, спустя, примерно, год, отправил бесчисленное войско во главе с паракиманосом 101 /292/. Оно явилось и вторглось и разорило те же земли, что (в свое время) были разорены царем Василием. Вступило (войско) в Триалети и подступило к крепости Клде-Карской, (которая) в ту пору принадлежала сыну Липарита — эриставу эриставов Липариту. Собрал (последний) и прочих азнауров, укрепились в Гандзах и под крепостью схватились (с византийцами). Когда же паракиманос увидел, что ничем не повредит (осажденным), повернул вспять. Тогда же ушел в Грецию Чанчахи Палели, сдал грекам крепость Гарклобскую и примкнул к ним. И Арджеван и Хололас-дзе также сдали грекам крепость Церептисскую 102.

Когда же узрел Саба — епископ Тбетский, — что в Шавшети не стало более сил, воздвиг крепость на вершине Тбети, прибрал к рукам земли Шавшетские, проявил твердую верность царю абхазскому Баграту. Уважил господь ему и не отторгли враги у него страну его. Ибо в ту пору отправили паракиманос и проедрос 103 хартулара 10* Иована Банели, (ко торый) повел с собой также Валанга с большим войском и присовокупил к нему Деметрэ Кларджа 105, сына Сумбата, с целью переманить население страны 106 и тем самым привлекли к себе многих из мелкого люда. Вступил в ту же крепость Эзра Анчели, и все азнауры, (что выразили) ему единодушие, примкнули (к нему) в той крепости и укрепились паче /293/.

Крепость же Артануджская принадлежала эриставу Иовану Абусеру. В те времена в стране этой происходили войны, распря и множество взаимных набегов. И потому как чрезмерно волновалась страна эта, вновь уважил господь Баграту, царю абхазов и картлийцев. Постиг недуг смертельный царя Константина. Написал он (письмо) паракиманосу проедросу, отозвал обратно. Тот же спешно пошел (на зов), но прежде чем достиг (Константинополя), преставился царь Константин. Перед кончиной посадил он другого царя, коего звали Романоз 107 и выдал ему в жены дочь свою Зою /294/.

На третий год после этого царица Мария, мать царя абхазов Баграта, отправилась в Грецию искать мира и согласия, а также выхлопотать сыну своему сан куропалата, как [66] заведено то в обычае и распорядке их дома, да привести сыну невесту.

Когда же предстала она пред царем Греции, тот с радостью исполнил все желания ее: дал клятву и гарантию союза и любви, и составил златопечатную булу, пожаловал: (Баграту) сан куропалата и выдал в замужество ему царевну Елену /295/.

Вернувшись в вотчину сына своего, в страну Тао, царица. Мария поднесла ему сан куропалата; справили свадьбу благословили ему (царский) венец в Бана.

Спустя немного времени скончалась царица Елена в Кутатиси, и женился царь Баграт на царевне Борене, сестре Дорголела, дочери овсского царя.

Кроме того, у царя Георгия остался в Анакопии и другой сын — от второй жены, — дочери овсского царя 108. Среди некоторых азнауров бродили различные толки, а отрок по имени Деметрэ был мал. Но не (смогли) воцарить его, хотя кое-кому и приходилось по душе, и не сумели его переманить к себе ни царь Баграт, ни мать его, ни главные вельможи их царства. Не мог он (Деметрэ) оставаться и ушел из царства своего и обратился к царю Греции и отдал ему Анакопию. С тех пор и поныне отошла Анакопия от царя абхазов /296/.

После этого Баграт усилился и овладел Верхней и Нижней частями своей вотчины.

Великий Фадлон дурно поступал и привередничал со всеми предводителями его (Баграта) царства. И покуда был отроком Баграт, собрали войско его царства, сговорились с Липаритом и Иванэ Абазас-дзе; пришел и великий Квирике, — царь ранов и кахов; Давид — царь армян; Джафар— эмир Тбилисский. По уговору Квирике все они собрались против Фадлона в Эклеце 109. Обратили в бегство Фадлона, перебили войско его, захватили добычу и большие сокровища. Отныне и до самой смерти злокозничал Фадлон.

В ту же пору малолетства царя Баграта Липарит — сын Липарита — и Иванэ Абазас-дзе, — эристав картлийский,— заманили тбилисского эмира Джафара в Мухатгверди 110, схватили его там и (затем) долго держали его в заключении да изъяли у него Биртвиси /297/. Сжалился нам ним царь абхазов и отправил его эмиром в Тбилиси. И отныне возникла вражда между Липаритом и эмиром.

Спустя немного времени Липарит призвал Баграта к захвату Тбилиси. Войска царя абхазов подступили к Тбилиси с этого берега Куры, с высот и низин; с другого берега реки, со стороны Исани, подступили войска кахов и эров. Тогда же неким рабом 111 овсом был убит великий царь кахов Квирике, ибо в бою царь Квирике убил овсского царя [67] Урдуре. И (таким образом), из кровной мести был убит рабом овсом царь Квирике во время охоты в горной местности Парадзи.

В то время в Кахети царем был Гагик, сын армянского царя Давида Самшвилдского и Дзоракетского и племянник (Дословно: «сын сестры») Квирике. И воевали они два года против Тбилиси 112. В ту пору эмиром состоял Джафар сын Али. Жители Тбилиси были столь стеснены, что за литру 113 ослиного мяса платили пятьдесят драхм 114 и не смогли они вынести голода и противостоять ожесточенной осаде. Жители Тбилиси порешили сдать город. В ту пору осады этого города войска царя абхазов захватили крепости Орбети и Парцхиси. Эмир снарядил свое воинство, построил плоты и челны, дабы ночью отправиться в Гандзу к сыну Фадлона Лашкарию 115. А некоторые из вельмож царя абхазов втайне от Липарита советовали царю не изгонять эмира и втайне же от Липарита навязали эмиру мир, объявили об этом и утвердили его эмиром /298/ в Тбилиси 116. Царь абхазов привлек кахов, Ашота — мтавара из Марили, зятя (Дословно: «муж сестры») царя Квирике и заодно Хахвилу Гурта Джварисцихского. Вторгся царь абхазов в город и стал враждовать с кахами. Отныне Липарит стал зловредничать в отношении своего патрона.

Двинулся царь абхазов в поход на Кахети, сошелся (с кахами) и вступил в схватку на горе (архангелов) Михаила и Гавриила. В бою им были схвачены: Стефаноз Варджанис-дзе, эристав Панкиси; Ваче сын Гургена Бери, эристав Хорнабуджский; Джеди сын сестры Годердзи, эристав Шторский и Мачельский. Перевалил Тианети и сжег дворец Бододжи, славное здание, возведенное великим царем Квирике. И все эти эриставы покорно сдавали ему свои твердыни; но не вступили (воины царя абхазов) в Кахети, вернулся, ибо Липарит стал проявлять заботу о предательских делах своих.

Спустя немного времени вывел Липарит из Греции брата Баграта Деметрэ с войском греческого царя 117. Примкнули к нему и некоторые прочие вельможные азнауры, обошли верхние области и вошли в Картли, подступили к Атени и местами сожгли Картли.

С Липаритом были кахи и греки, но не сумели они взять Атени, ибо владетелями крепости являлись люди, твердо преданные Баграту, кроме Парсмана Тмогвели и Бешкена Джакели — эристава Тухарисского. Ушли в Джавахети и начали возводить стены (вокруг) Ахалкалаки, ибо в ту пору город не был огражден стенами. Наступала зимняя пора; грекам вздумалось идти восвояси. Замирился Липарит [68] с царем абхазов: пожаловал царь (Липариту должность) эристава Картли. Удалились греки в Грецию и забрали с собой Деметрэ /299/.

Вновь усилился и возвысился царь Баграт в царстве своем. Настало время благодатное для Баграта; примкнул к нему вест 118 с девятью твердынями Анийскими, за исключением Амберда 119. Вручили анийцы Ани 120 матери Баграта, ибо армяне приходились ей сородичами: была она, царица Мария, мать Баграта, дочерью царя Армении Синекерима.

Стояла пора весенняя, Баграт был в Абхазии; подступил он к Анакопии и приблизил час ее взятия. Но пришли к нему старейшины Тбилиси, ибо незадолго до этого скончался тбилисский эмир Джафар. Сулили (Баграту) город и спешно звали его к себе. Ушел он, а осаду Анакопии и воинов Абхазии поручил Квабулелу Чачас-дзе Отаго 121. Вернулся и пришел в Кутатиси, присоединил к себе войска кутатисские из Самокалако, азнауров Гурии и ломсианов привел в Хупати, расположил камнеметы и сражались. Двинулся царь и явился в Картли и пришли к (нему) прочие глашатаи, старейшины Тбилиси.

Направился в Тбилиси и на Дигомском поле встречали его старейшины города, придворные служители, всадники и весь народ пеший, выстроенный в Умедеули и множество отцов и матерей было на площади и с обеих сторон гремели мощные звуки труб и литавры и от звуков тех сотрясалась земля, и была повсюду радость дивная. Привели и водили по городу, метали драхмы и драхканы, поднесли ключи городские и ввели во дворец эмира. Приступил царь Баграт к заботам. Прибрал башни над вратами (со всеми) людьми, занял крепость городскую Дариджели, обе башни Цкалкини И Табори и разместил в них своих воинов и эриставов. Лишь исанцы разрушили мост и не сдали /300/ Исани 122; приставили к ней стенобитные орудия и метали в Исани стрелы. На Исанийское поле явились царь кахов Гагик и эристав эриставов Годердзи и все вельможи кахские для переговоров с царем Багратом в поисках мира. Тогда вошел царь Баграт
на поле Исанийское, призвал кахов и признал их покорность, пожаловал им мир и отпустил. И были радость и мир и день изо дня росли заботы о преуспевании.

Но затем, как только прошла пора летняя, вновь стал Липарит одержим жестокостью. Переманил от царицы из Ани Абусера — эристава Артануджского, владетеля Хихата, Цихис-Джвари и крепости Ацкури; эристава Иванэ; Иванэ Дадиани и Гуарама, сына Годердзи — владетеля крепости Бетчи и схватил их у ворот Ани. И покинул царь Тбилиси и ушел в Джавахети. [69]

После этого Мацкверели на средства Баграта вывел ему на помощь месхов. А царь стоял в Гртила. Липарит же собрал кахов и подступил к (местности) Поке. Сбежал Мацкверели от царя и сговорился с Липаритом. Как только узнал об этом царь, он в жестокую зимнюю пургу прошел (через) Шавшети и вступил в Картли 123.

Липарит вновь вывел из Греции Деметрэ, брата царя Баграта. Были ему (отданы) в помощь войска и казна греческого царя. И внес раскол он в людей царства этого: одних привел (к послушанию) Деметрэ, другие же остались верны Баграту. Но в руках Баграта был в заложниках сын Липарита Иванэ и он выпросил его у Баграта, а взамен с миром освободил Абусера с его крепостью. И были заодно с Липаритом кахи (со всеми) их силами и Давид — царь армян /301/ — (со всеми) силами своими. И усилился он с их помощью в этой части Картли. А постоянные помыслы о кознях продолжались.

И пришли варанги 124 — три тысячи человек и расставил их в Ваше; взял с собой семьсот человек. И явился Баграт с войском из внутренней части своего царства; не дожидаясь месхов, пришли варанги и схватились у начала Сасиретской рощи; бежали войска внутренние; в этом же бою схватили Абусера и вместе с ним прочих дидебулов, не выдержали боя с варангами, отдал Липарит плату (варангам) за службу и встречали их (варангов) с хлебом и, таким образом, перешли (варанги) Лихи.

Перед этим опочил брат Баграта Деметрэ. После бегства Баграт был встревожен (возможностью) раскола в своем царстве и стал просить (мира) у Липарита и с небольшим (числом) всадников явился к Липариту в Ховле. Липарит же, узнав о приходе его (царя), уклонился, решил удалиться оттуда; царь также повернул (обратно) и ушел в Абхазию.

Спустя немного времени, эристав Сула Калмахский и Григол — эристав Артануджский договорились и, приобщив к себе прочих азнауров месхских, призвали царя Баграта. Он пришел (к ним) с войском и, преодолев Ркинис-Джварскую дорогу, соединились в Аркисцихе. Разведав об этом, Липарит собрал войско, привлек кахов и армян; к тому же были у него и греки. Врасплох напал на Аркисцихе, и завязалась схватка. Вновь победил Липарит. И обратили в бегство царя /302/, схватили эристава Сулу Калмахского (от которого) путем многих пыток и подвешеваний на дереве требовали Кал-махи, но тот не уступил. В том же бою был схвачен Григол, сын Абусера, и под угрозой смерти требовали Артануджи, и тот отдал. Усилился Липарит в вышних землях и прибрал крепости, привлек главарей и обходным путем с той же ратью [70] направился в Двин, воевал за царя Греции против Двина и вернулся в свою страну.

Затем с истечением года появились в землях Басиана турки султана Барахим-Илмиана 125. Выступило войско царя Греции и призвали (греки) Липарита. И пришел Липарит пособлять грекам со всем своим воинством верхней части (страны). Схватились под Ордро и Укумией и турки обратили в бегство все войско греков и Липарита 126. И произошло великое избиение, схватили Липарита и отправили его к султану в Хорасан. А вельможи его царства и сыновья Липарита — Иванэ и Нианиа — (стали) создавать себе безопасность и (потому) признали царя (Баграта) своим царем. И вновь усилился (Баграт) и прибрал сыновей Липарита; занял (крепость) Уплисцихе и отпустил Иванэ.

И находились турки на земле Гандзийской, и была Гандза близка к падению. Прислал царь Греции вместо себя лихтура 127 во главе большого войска, призвали Баграта со всем собственным войском и двинулся он с ними. Схватились с турками; достигли ворот Гандзы и спасли (греки и грузины) земли Гандзы и вернулись с миром. Затем вновь призвали тбилисцы (Баграта) и сдали Баграту. Тбилиси и ввели его туда. И были мир и радость великая /303/.

После этого вышел Липарит из турецкого плена и вступил в Ани. Покинул Баграт Тбилиси из-за Липарита, обогнул Картли и явился в Джавахети. Усилился Липарит, ибо пострадал за службу греческому царю 128; пошел в Грецию, встретился в царем греческим и привлек силы его. И не в силах был Баграт ему противостоять.

Еще до того рос у Баграта сын Георгий, оставил его в Кутатиси правителем царства Абхазского, (а сам) отправился в Грецию. В ту пору был царем греков Константин Мономах 129, а затем Михаэл. По воле Липарита не сразу вернулся Баграт в свою вотчину и остался он там (в Византии) три года, (находясь) в великом почете и уважении /304/.

Покуда же пребывал Баграт в Греции, Липарит предложил царице и вельможам его страны сделать сына Баграта Георгия царем. Привезли его в Руисский храм 130 и благословили на царство. Назначили ему наставником Липарита и покровительницей сестру Баграта царицу Гурандухт, человека совершенного ликом и незаменимого мудростью, щедростью, боголюбием и всякой добродетелью. Спустя немного времени, Гурандухт вытребовала Баграта у греческого царя, и отправил его царь Греции с великой славой, дарами и сокровищами безграничными. Все воинство Абхазии встретило его на берегу моря в Хупате. И были радость и благодарения богу великие, и по велению собственному сопроводили его в дом свой в Кутатиси. [71]

Непрестанно росли силы Липарита в Верхних землях и возлюбили его в Хорасане султан Доглубег, а в Греции — царь греческий. Растил он Георгия — младшего сына Баграта — именем царским. Баграт же владел землями, расположенными ниже Лихи.

Спустя немного времени вельможи сего царства стали тяготиться властью Липарита. Сула Калмахский и все месхи покинули Липарита. Они схватили в Дливе Липарита и сына его Иванэ, а Нианиа ушел и скрылся в Клде-карской крепости, но не впустили его защитники этой крепости — люди его отца — и удалился он в Ани к грекам. А пленных Липарита и Иванэ Сула увел в Калмахи. И Сула спешно отправил к царю глашатаев. Гурандухт же /305/ и Георгий, сын Баграта, стояли в Гртиле и, узнав о пленении Липарита, ввели его в Ахалкалаки и здесь ждали Баграта, чтобы вручить ему их (Липарита и его подручных) души. Пришел Баграт и пожаловал Суле за такую службу (в качестве) вотчины Цихис-джвари и Одзхре заодно с Бодо-Клде, премного прочего добра, (различное) церковное имущество и всего, чего пожелал.

Предстал Сула пред царем в Джавахети и доставил ему пленных Липарита и Иванэ и доложил; самолично отобрал у рода Липарита крепости Артануджи и Квели, Уплисцихе и Биртвиси. Но (крепостью) Клде-кари твердо владел гарнизон, ибо в крепости пребывал Анамор — мцигнобарт-ухуцес 131 Липарита. Привели (Липарита и Иванэ) в Триалети; жители крепости не подались сладкоречивым уговорам и не сдали Клде-карскую крепость. (Тогда) воздвигли древо и подвесили на них Липарита и Иванэ, обрекая их на смерть. Спустя несколько дней, жители крепости Липарита договорились с царем и вельможами его царства отпустить с миром Липарита и Иванэ. Сдали Клде-кари; извлек Липарит (из крепости) свое имущество, облачился в монашескую рясу и отдал сына своего Иванэ под покровительство царя. Осталась у Иванэ вотчина в Аргвети. Поклялся Липарит впредь не грешить, отпустили его (на свободу) и ушел он в царство (византийское).

Спустя немного времени Иванэ тайно бежал в Грецию и пробыл там несколько лет. Нианиа же помер в подданстве греческом в Ани; а за Иванэ отец ходатайствовал перед царем Багратом.

И сам Баграт привлек его и призвал в царство свое и пожаловал ему вотчины в Аргвети и Картли и служил (Иванэ), ему преданно. И был он главою царства сего и спаса-ларом добрым 132. А Липарит преставился /306/ в Греции в царственном граде Константинополе. И принесли его с великими почестями соратники и воспитанники его, доставили в Кацхи и погребли на фамильном кладбище. [72]

Возрос Баграт 133 и усилился паче всех (когда-либо живших) царей своей страны. Он овладел крепостями в Эрети и Кахети, кроме Кветари и Нахчевани. И после этого созидались великие дела и было великое пробуждение царей.

В пору царствования его явился с целью набега султан Арпасаран 134, царь Персии. Явился нежданно и сокрушил Кангари и Триалети и в один день набежники его достигли подступов (крепости) Квели, прошли Шавшети, Кларджети и Тао до Панаскерта. В этот же день достиг Тори и Гвивис-Хеви, а сам стал на три дня в Триалети.

А в ту пору царь находился по пути в Тао, и были при нем мать, сестра и сын его Георгий. Стояли они в Хекребули. И когда они только собирались (в путь), нагрянуло войско султана; пришли и стали на гребне хребта. Они же успели уйти в Картли. Пошли (турки) в Джавахети и подступили к Ахалкалаки, ибо азнауры месхские и Верхних (земель) отменно укрепились в Ахалкалаки и дрались три дня, потому как не был основательно обнесен Ахалкалаки стенами твердыми. Не выдержали мощного боя, вооружились жители города, отверзли ворота и схватились жестоко и перебили множество (горожан) остриями меча. Вступили в город турки и полонили бесчисленное количество христиан; захватили сокровища и добычи премного и окрасились кровью воды Ахалкалаки.

И отправил султан из Ахалкалаки посла к Баграту; навязал ему сватовство /307/ и требовал в жены себе его племянницу. Затем повернул султан в ани, сокрушил и забрал Ани, перебил и полонил бесчисленное можество душ и удалился в страну свою Персию. Ани, отобрав у греков, отдал Мануче, сыну Абуласвара 135.

Племянница же Баграта, которую требовал себе султан, была дочерью брата армянского царя Квирике. Просил (о том же) Баграт (у Квирике), но отказал царь армян. Отправил Баграт (к Квирике) в качестве посланника эристава почтенного Вараз-Бакура Гамрекели. Сманил (к себе) также людей армянского царя. И вошедшего в Самшвилде царя армян Квирике и брата его Сумбата схватил в Квешском лесу и оповестили (об этом) Баграта. Он спешно отправился из Квахврели, а схваченных представили ему под Клде-кари. Потребовал Самшилде, но не уступил (Квирике), ибо в Самшвилде пребывал один из братьев его Адарнасе. Тогда приволокли его в Самшвилде, воздвигли древо и подвесили на нем царя армян Квирике на три дня; просили мира и уступили Самшвилде. Явились еще два эристава армянского царя: эриставы Лукийский и Каквакарский. Уступил и отдал Сумбат, брат Квирите, три крепости: Опрети, Кошки и Варзакар. Но вызвали милосердие у царя Баграта: он [73] освободил и вернул им все крепости, за исключением Самшвилдской; и никого из прочих, владевших крепостями, людей вельможных, не впустил в Самшвилде, но сам радел о нем, как о собственном доме, и также покорились (Баграту) армяне 136.

И выдал царь Баграт дочь свою Марфу в замужество за царя греческого /308/.

А после того выдал племянницу свою в замужество персидскому царю-султану. Спустя три года явился султан, обошел Рани и нежданно вторгся в Эрети. Вельможи страны той были заодно с Багратом и преданы ему. В ту пору царем в Кахети был небогатый имуществом Ахсартан сын Гагика. Все (кахетины) побросали крепости свои и бежали на Кавказ. Баграт был в походе против Кахети, воинство его было отправлено вперед с эриставом Вежинским Цирквалели. Вернулись они с миром и поведали (Баграту) о нашествии султана и о падении крепостей. (Баграт) повернул и стремглав вернулся в страну свою Картли /309/.

Ахсартан же примкнул к султану. Сделал (ему) большие подношения, покинул веру, сотворил обрезание, согласился платить дань; а султан отдал ему все покинутые крепости и ему же вернул все те крепости, которые были оставлены людьми царя абхазов и те, которые оставили люди самого Ахсартана. Спустя три недели двинулся на царя абхазов. Примкнули к нему (султану) царь армян Квирике, эмир тбилисский и Ахсартан. Обступили Картли кольцом. Пустили набежников на рассвете, и к вечеру наполнилась ими вся Картли декабря десятого числа во вторник, короникон был двести восемьдесят восьмой (1068 г.).

И было в Картли хлеба и вина в изобилии. И стоял он (султан) шесть недель и опустошал и истреблял людей, и двинулись набежники его в Аргвети, достигли ее и опустошили до самой Сверской крепости 137. И было стерто и полонено неисчислимое количество душ христианских. И стала страна Картлийская омерзительна взгляду людскому: запустели церкви и от множества трупов не касался взгляд человеческий тверди земной; и в оправдание грехов наших небо ниспослало нам пытки и кровоточивые облака покрыли Картли с Востока; и настала ночь бесконечная вместо сияния дня. И был вид ее страшен и ужасающ и местами людям мерещелись кровавые дожди. Наступила жестокая зима; те, что снялись (со своих мест) и обратились в горы, вымерли по причине суровых холодов. А по всей Картли разместились войска, а сам главарь султан расположился в Карби, а затем спустился в Шертульскую (местность). Но повредили ему трудности зимы и сильные бураны. [74]

А царь Баграт для поисков мира 138 отправил к нему посланником Ивана, сына Липарита. Султан же вернул его к Баграту в Абхазию, требовал дани /310/ и обещал мира. Но из-за жестокостей зимы, не дождавшись (ответа), ушел из Картли. Уходя, прибрал Тбилиси и Рустави и отдал их Фадлону, владетелю Гандзы 139. И не только из вражды к царю нашему так вырезал он Тбилиси и Рустави, (города) этого царства и не потому натворил (зла), хотя эмиры те лицемерили при его дворе. Но в награду за добро и службу платили они (эмиры) злом всякому человеку, ибо были они вверены силе безбожия своего и были они по отношению к каждому коварны. Во (время) этого опустошения Картли было войско его (султана) численностью в пятьсот тысяч человек.

И ушел султан в страну свою. Когда же наступила пора весенняя, произошло великое обилие вод, и Кура не вмещалась в русле своем, затопила поля и забрала множество душ, оставшихся после султана.

Затем стал предаваться надменности и злодеяниям Фадлон и выводить из прилежащих к Тбилиси мест ремесленников. Когда же наступила весна, царь вышел из Картли и расположился в Дидгори, который является местом летних стоянок царей. Фадлон же не считался с пребыванием царя в Дидгори. Выступил с тридцатитрехтысячным войском, вступил в Тбилиси и разбил лагерь на Исанской равнине. Оставив здесь шатры свои, обошел он за ночь Мухнари и опустошил окраины Картли.

Узнав (пребывавший) вне Тбилиси царь абхазов о (постигшем) Картли разоре от нашествия Фадлона, отправил сына Нианиа, сына Куабулела узреть Иванэ — сына Липарита; Мурвана Джакели — эристава Квельского и вместе с ними малое число прочих азнауров с отборным войском. Но в Картли его не застали, а настигли бежавших /311/ под Мухнаром у Цилканской горы. Ввязались в схватку с арьергардом и при первом же прикосновении к мечам обратили в бегство Фадлона. И бежавшее войско Фадлона вступило в овраг Нареквави 140. Побивали и хватали врагов воины царя абхазов, и наполнился овраг тот (убитыми) лошадьми и людьми.

А войско, оставшееся над (оврагом), стало пробираться сквозь леса Шобо. И каждого из скрывавшихся вояк Фадлона воины Баграта вылавливали из лесов и кустарников, словно птенцов-чижат. Настигли у узкого (прохода местности) Гарта 141, и немногие (спаслись) бегством, и преследовало их войско Баграта до горы Херки. Сокрушили и полонили воинов Фадлона. Фадлон же, примерно с пятнадцатью всадниками прошел дорогу Цилканскую, подошел к берегам Арагви и по бездорожью пробрался в Эрцо и выдал себя [75] гонцом, а именно: «Я — гонец Фадлона и благовестником иду к Ахсартану; мы обратили в бегство армию абхазского царя». Однако (нашелся) человек некий сведущий, который знал Фадлона, и сказал: «Ты не гонец, но эмир эмиров Фадлон».

И сказал тому человеку Фадлон: «Прими от меня уйму золота и серебра и множество добра, но не выдавай; выведи меня на равнину и следуй за мной».

Ответил ему человек: «Не сотворю я дела такого, ибо я коренной житель земли сей. Теперь же выслушай меня и следуй за мной, я приведу тебя к Ахсартану и пусть он отправит тебя в твою страну».

Не хотел этого сам Фадлон, (но) не осталось у него сил идти в Эрцо. Предшествуемый тем человеком, был им представлен (Фадлон) в Жалети Исаку Толошелис-дзе азнауру /312/ месхийскому. Как узрел тот приход к нему Фадлона, ограбил его людей, сверг с коней, прибрал их к рукам и посадил Фадлона на мула. Запамятовал Исак подданство свое царю абхазов, то, что схватив бежавшего от царя абхазов Фадлона надлежало взять в Бочорму для Баграта. Но спешно увез и представил Ахсартану в Телави. А Ахсартан тут же увез его в Хорнабуджи, ибо побаивался преследований со стороны царя абхазов. Приперли к Хорнабуджи Фадлона и сдал он Хорнабуджи. Отправили затем в Арадети и отдал Арадети также Ахсартану.

Баграт же испугался упустить Фадлона, отдал Бочорму и Уджарму кахам и (взамен) взял с собой Фадлона. Подвесили его к столбу и возвратили в Тбилиси; с трудом захватили Тбилиси, ибо пребывавший в нем (некий) человек посягал на (должность) эмира. Но не придержал Баграт Тбилиси себе, а разыскал оставленного им в Дманиси Ситил-араба 142, ввел его в Тбилиси и отдал Тбилиси ему. Себе же (Баграт) прибрал крепости Рустави, Парцхиси, Агарани, Григол-Цминдани, Кавазини и сорок четыре тысячи драхканов и заложниками племянника его, сына Мануче, и трех главарей гандзийских.

И прислал султан воеводу Алхаза и по ходатайству его и уговору султана помирился Баграт с Фадлоном, отпустил его и отправил во владение свое в Гандзу. И ушел с ним воевода /313/.

Преподнесли (Баграту) ключи от Гаги, и взял царь абхазов Гаги. Вслед за этим Фадлон нарушил клятву и посредничество великого султана и своровал Кавазини. После этого царь пребывал в Абхазии. Явился Фадлон и подступил к Агарани; начальник крепости сдал ему Агарани. Но спешно явился царь, подступил к Агарани и захватил он Агарани. [76]

Призвал он царя овсов Дорголела с сорока тысячами овсов и под водительством сына своего Георгия куропалата 143 опустошил Гандзу, полонил и захватил добычи несметно и отправил (Дорголела) в царство свое. Затем возжелал великий царь овсов Дорголел явиться к зятю своему Баграту севасту и просил встречи с Багратом. Баграт же изъявил волю и царь овсов с радостью отправился со всеми своими овсскими главарями и, пройдя дорогу Абхазскую, пришел в Кутатиси. И узрел (царь овсов) сестру свою царицу — мать Георгия куропалата. Но прежде встретил его Георгий куропалат и привели его в Картли. Царь стоял в роще Тинисхидской, у Надарбазеви 144 и встретил (овсов) с великой радостью и почестями.

Собрались совместно в Казуне. И была радость и раздавались громогласные и высокие звуки литавр и труб. И пребывали совместно дней двенадцать в покое и радости всеобщей. Но по причине зимы заторопились (овсы), и одарил (Баграт) царя овсов и всех его вельмож дарами. Проводили их и те удалились радостные /314/.

После этого Султан (постоянно) отправлял послов и собирал дары царю Баграту и сладкоречиво требовал харадж. Но не положил царь Баграт на себя харадж и сам слал ему гонцов и ему также собирал дары. И была меж ними любовь словесная.

Спустя немного лет на Баграта, пребывавшего (тогда) у озера в Самшвилде, пал недуг живота и ушел он в Марабду. Но усугубился недуг. И понесли его на паланкине, а сопровождали Георгий куропалат и все вельможи его. А Георгия куропалата отправил (ранее) навстречу и привели царя в Картли и все вельможи его пришли с ним. И пришла мать его — царица Мария и жена его Борена и дочь его Мария 145. Дней через малость сделал сына своего Георгия куропалата правителем над вельможами этого царства, и все уповали на него. И сказал он матери своей: «О мать, мне жаль тебя, ибо преставишься ты, прежде похоронив всех рожденных тобой». После этого скончался он в месяце ноябре двадцать четвертого, в кроникон двести девяносто второй (1072 г.).

Тогда же в пору смерти Баграта был убит султан неким лицом, турком пожилым, в лагере его собственного войска. Прошел он (султан) Джеон с семьюстами тысячами людей, воевал против турецкого царя, какой-то крепости подле Самарканда и (тут) был убит турком, владетелем той крепости. Но не успел тот турок (скрыться) в замке, как нещадно изрубили его мечами. И не ведали Баграт и султан о смерти друг друга. [77]

После этого сел царем сын Баграта Георгий куропалат /315/.

И даже куры замерли в царстве его (в траурном) безмолвии. С великими почестями понесли (Баграта) и погребли в Чкондиди, Сей Баграт стал царем в девять лет и преставился в возрасте пятидесяти шести лет. Баграт спервоначала был куропалатом, затем стал новелисимосом, а потом севастом. Был он ликом совершеннейшим из людей, полон мудрости, философ речью, осчастливлен судьбой, богатейший из всех царей Абхазии, милостив к согрешившим, щедрый на пути своем. В пору его (царствования) в стране не было (суетной) праздности: о судьбах церквей и крестьян, азнауров и бедняков не сумятился никто.

А царь Георгий был милостив и правосуден с убогими, муж грозный и паче щедрый из всех царей Абхазии, хлебосол лучший среди всех людей, наездник и лучник отменный.

По (скончании) отца своего провел мирно зиму одну и половину лета. Но затем главари его царства Нианиа сын Квабула, Иванэ — сын Липарита, Вардан — эристав сванский, будто удрученные /316/ отрочеством царя Георгия, возмутили ему страну: Иванэ присоединил себе кахов и разбил лагерь на берегу Ксани; Нианиа присвоил казну кутатисскую и заперся в Кутатиси; Вардан отторгнул сванов, благожелателей зла, опустошили и сокрушили страну эгров.

Но царь Георгий одолел добром и мудростью и не стал злопамятствовать: даровал он Иванэ Самшвилде, а сыну Иванэ — Липариту — преподнес Лоцобани взамен Рустави, который был отдан кахам; Нианиа (получил) Тмогви и прочее отменное добро; Вардану, по совету Иванэ, даровал Аскалану, а Утагубо — (роду) Джакели. И всех, единодушных и двурушников, царь Георгий покрыл милостью и тем утихомирил он царство свое.

Вновь отложился Иванэ, сын Липарита, о чем и проведал царь Георгий. Двинулся он из Кутатиси и вступил в Самцхе, присоединил к себе месхов, выступил оттуда и подступил к вратам Самшвилде. Туда же и привел царя кахов Ахсартана. Не смог устоять Иванэ в крепости, уклонился к горам южным. В эту неспокойную пору Ахсартан забрал у Липарита Лоцобани. Вторгся в Самшвилде, перевалил через Джавахети и явил их царь-царей Георгий пред собой и поклялись в Экранте и утвердили Иванэ (правителем) над Клде-карской (крепостью) и Самшвилде.

Вновь отложился Иванэ, коварно выманил крепость Гаги у защитников, людей царя Георгия и продал ее Фадлону, владельцу Гандзы. И пришел султан Меликшах неприятелем всех христиан. Отправил Иванэ сына своего Липарита к нему, подчинил его султану. Тот провел (у султана) немного времени и удрал. Пришел султан и подступил /317/ к Самшвилде, [78] захватил Самшвилде и были пленены сам Ивана с супругой, внуками, со всеми азнаурами и их семьями и овладел султан (крепостью) Самшвилде. И в пору пребывания в ней опустошил он Картли, полонил множество (жителей, захватил) неисчислимую добычу и ушел вон. Взял Гандзу, оставил во главе Гандзы воеводу с сорока восемью тысячами воинов для борьбы со всей страной. Заперся в твердыне-крепости Фадлон, но не устоял, вывели и схватили его также.

Спустя немного времени, воевода при поддержке эмиров Двина и Дманиси собрал свою и гандзийскую рати и направился против царя Георгия. Собрался царь царей Георгий со всеми воинами своими из Верхних и Нижних (земель) и явил себе царя кахов Ахсартана и пособили друг другу. Усилил господь царя Георгия; предводительствуемый пречистым крестом, нагрянул на полководца Алхаза под Парцхиси и обратил в бегство лагерь его: изгнал и истребил. Было время позднее и ночь спасла остатки войска воеводы. Царь царей Георгий невредим вернулся мирно в царство свое.

Вслед за этим угодил господь Георгию крепостями, силой отобранными греками. Отобрал у греков Анакопию — главную крепость Абхазии, и — множество крепостей в Кларджети, Шавшети, Джавахети и Артани. И после того господь вновь угодил: взял (Георгий) город Кари — крепость и страну, и твердыни Ванадские и Карнифорские и вынудил бежать турок тех земель 146.

Комментарии

1. Как отмечают исследователи, в письменных источниках о хазарах (Ибн Фадлан, Йакут) часто говорится о браках хазарского кагана с дочерьми предводителей тех племен и народов, которые находились в политической зависимости от Хазарии или антагонистически к ней настроенных, (Б. Н. 3аходер. Каспийский свод сведений о Восточной Европе, т. I, М., 1962, с. 144). При этом предполагается, что в таких случаях дело было связано с «ритуальным браком» (А. В. Гадло. Этническая история Северного Кавказа IV-Х вв. Л., 1979, с. 62). В данном предположении нет ничего невероятного, и потому легендарная судьба картлийской царевны Шушан может быть тому дополнительным свидетельством.

2. Точная дата описанного здесь нашествия хазар в Картли не установлена. Однако принято считать, что это было одно из вторжений, направленных против арабов и имело место в 764 г. (Очерки истории СССР. III-IX вв. М., 1956, с. 705; Очерки истории Грузии, т. II, Тбилиси, 1973, с. 292-293, на груз. яз. Далее: Очерки, с указанием тома). Грузинский источник, очевидно, верно передает, по словам; В. Ф. Минорского, то ли имя, то ли звание хазарского полководца. Минорский также обращает внимание на, возможно, идентичное имя более позднего хазарского предводителя «сын Б. л. джана», в 901 г. вторгшегося в Дербенд (В. Ф. Минор ский. История Ширвана и Дербенда, М.,1963, с. 143: там же: примеч. 92).

3. Лекетская дорога в данном контексте «Летописи Картли» обычно отождествляется с упомянутым ниже Дарьяльским путем («дорога Дариалана»). (Лордкипанидзе. Матиане, с 63, примеч. 6). На наш взгляд, такое понимание комментируемого контекста неубедительно. Средневековые грузинские историки никогда не путали хорошо известный еще в древнем мире Дарьяльский проход, всегда связывавшийся ими с овсами-аланами, ни с каким из других путей, не говоря уж о том, что грузинские летописцы четко отделяли Овсети и его население (овсов) от Лекети и его населения (леков). И уж совсем неправомерно переименовывать «Лекетский путь» в «Дарубанскую дорогу» (см. Очерки, II, с. 292). Другое дело, что в нашем памятнике не объяснены причины использования хазарами иного пути воз вращения к себе на родину. Объяснение этого необходимо искать в политической ситуации, которую создавали и в которой жили многочисленные местные племена, находившиеся, как известно, в постоянном противоречии как с арабами, так и с хазарами. Лекетская дорога упоминается в грузинских письменных источниках в связи с важными событиями в Грузии. Она играла видную стратегическую роль в политических связях населения горной зоны древней Кавказской Албании с картлийцами и не только в условиях войн, но и в процессе культурного обмена между этими народами (см. А. В. Гадло. Указ. соч., с. 198).

4. См. примеч. 3.

5. Как уже отмечено нами, автор «Летописи Картли» за некоторым исключением строго следует принципу последовательности исторических событий. Поэтому в данном контексте должна идти речь не о Картлийском царстве Фарнавазианов-Хосроидов, а об иранских Хосроидах (См. Предисловие, с. I). Слова о постоянных набегах и разорениях «страны этой» должны относиться к Ирану, а не к Картли, о которой речь идет лишь в следующей фразе. Летописец представлял, что причиной падения Картлийского царства было его внутреннее разложение, которое арабское нашествие лишь довершило.

6. Речь идет об образовании Тбилисского эмирата, имевшего место после и в результате походов Мервана ибн Мухаммада (30-е гг. VII в.). Арабы еще до Мервана уверенно чувствовали себя в Тбилиси, во всяком случае, сохранились арабские монеты, битые здесь еще в начале VIII в. (Г. А. Пахомов. Монеты Грузии, Тбилиси, 1970, с. 38-39). Хотя именно с этого периода необходимо считать, если не образование Тбилисского эмирата, то, по крайней мере, его усиление (См. М. Д. Лордкипанидзе. Из истории Тбилисского эмирата.- «Мимомхилвели», Тбилиси, 1951, с. 186, на груз. яз.). Образование Тбилисского эмирата было результатом не только того, что халифат представлял собой рыхлый конгломерат отдельных «провинций», которые «сохранили широкую административную и финансовую автономию» (А. Массэ. Ислам. Очерк истории. М., 1961, с. 67). Для автономизации того или иного эмирата было недостаточно одного лишь неповиновения багдадскому халифу. Восточная Грузия с центром в Тбилиси задолго до ее завоевания арабами представляла собой экономически вполне сложившуюся единицу, что и облегчало местным эмирам сепаратистские выступления. Высшей степени усиления Тбилисский эмират достиг во 2-й половине VIII в. На рубеже VIII-IX вв. в период образования и развития новых грузинских политических единиц влияние эмирата начинает ослабевать, хотя полное упразднение его произошло лишь в 1-й четверти XII в. (С. Н. Джанашиа. Арабы в Грузии.-В кн.: С. Н. Джанашиа. Труды, т. II, Тбилиси, 1952).

7. В данном контексте отмечены два момента раннего периода истории объединительного движения в Грузии. Во-первых, гейеалогическая легенда рода Багратионов, которая, как мы уже говорили (см. Предисловие, с. 17- 18), вносит известную ясность в характер ставленничества правителей Тао-Кларджети; автор «Летописи Картли» уверяет, что в конце VIII в. грузинское общество пока еще не знало этой «истории». Во-вторых, показана борьба первых Багратионов в Грузии за наследство династии Фарнавазианов (Г. С. Мамулиа. Происхождение и политическая тенденция легенды о реформах «царя» Арчила (VIII в.), с. 121-122; Лордкипанидзе. Матиане, с. 63, примеч. 11).

8. Подразумевается Иезид ибн Усаид ас-Сулами, один из видных представителей арабской военной знати (М. Д. Лордкипанидзе. Из истории Тбилисского эмирата, с. 187). Восстановление им разоренного хазарами центра Восточной Грузии явилось прежде всего актом усиления Тбилисского эмирата (между 754-764 гг.).

9. Груз. Сабердзнети в средневековой грузинской литературе обозначало как классическую Грецию, так и Византийскую империю. В данном случае автор «Летописи Картли (а возможно, ее переписчики), впадает в анахронизм, перенося на начало IX в. события, связанные с грозной осадой Византии арабами под предводительством известного полководца Маслами в 717-718 гг. (См. М. В. Левченко. История Византии. Краткий очерк. М.-Л., 1940, с. 120).

10. Один из высших и редко встречавшихся титулов в иерархической структуре Византийской империи. Титулы в Византии основывались не на вассально-ленных связях, а на дарственном пожаловании (см. История Византии, т. 2, М., 1967, с. 159). Удостаивание титулом высокого ранга определялось ролью того или иного деятеля и этим выясняется то значение, которое придавалось Ашоту курспалату на восточных рубежах Византии.

11. Кахетское княжество возникло ранее прочих грузинских раннефеодальных княжеств, которые приступили к борьбе за гегемонию в объединительном движении в Грузии (Очерки, II, с. 387 и др.; И. И. Сургуладзе. О суверенах Кахети IX-X вв.-«Известия» («Мацне») АН Груз. ССР, 1978, № 2, с. 142-147, на груз, яз.; Д. Л. Мусхелишвили. Основные вопросы исторической географии Грузии, II, с. 130). Тон свидетельства из «Летописи Картли»-«В Кахети мтаваром был Григол» может указывать на то, что это не был первый глава данного политического образования.

12. В издании С. Г. Каухчкшвили своде читаем: «мтиулы и цанары» (КЦ, I, с. 252), т. е. мтиулы и цанары представлены как два самостоятельных этноса. В действительности термин мтиулы «горцы» в данном контексте необходимо понимать не в позднем его значении определенной этнографической группы грузин, а в прямом, так как речь идет просто о горцах и именно в таком случае получается более логично: «горцы цанары».

Цанары-племя на территории древнего Кахетского княжества. Ареал распространения цанаров охватывал северо-западную часть Внутренней (Шида) Кахети,-основное ядро Кахетинского княжества. Высказано мнение о вайнахском происхождении цанаров (В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда, с. 210-211). Впоследствии они приняли участие в формировании грузинской этнографической группы мохевцев. Осетины еще сравнительно недавно называли мохевцев цон (цан). Известная по источникам инициатива цанаров в борьбе против экспедиционных отрядов халифата в Восточной Грузии свидетельствует о значительной военной силе горцев Цанарети (Г. А. Меликишвили. Политическое объединение феодальной Грузии, с 54-56 и др.). Не исключена возможность, что первыми правителями (мтаварами) Кахетского княжества были выходцы из цанаров. Не случайно, что в представлении иноземных наблюдателей цанарами называлось все население Кахети. Арабские авторы говорят о цанарах, которых они считают главными противниками халифата на территории Грузии, обычно в собирательном значении, подразумевая под ними все население Кахетского княжества (Якуби, с. 9; Очерки, II, с. 380 и др.; М. Д. Лордкипанидзе. Политическое объединение феодальной Грузии; Тбилиси, 1963, с. 140, на груз. яз.).

13. Халил арабиец-известный по арабским источникам Халид бен Йезид, который правил в Армении в период халифатства ал-Мумина (813-823) (М. Д. Лордкипанидзе. Из истории Тбилисского эмирата, с. 190; Т. Г. Папуашвили. Вопросы истории Эрети, Тбилиси, 1970, с. 189, на груз. .яз.). Это был период, когда положение арабов в Закавказье заметно пошатнулось (В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда, с. 44). По армянским и грузинским источникам, Халид принял решительные меры против антихалифских сепаратистов. Правители ряда княжеств один за другим являлись к нему с повинной.

14. Дата смерти (убийства) Ашота куропалата точно не установлена. Современные исследователи относят ее к периоду между 826-836 гг. (Подробно см.: А. А. Богверадзе. К дате смерти Ашота I великого куропалата.-Сб. «Вопросы истории феодальной Грузии», т. I, Тбилиси, 1970, с. 131-139, на груз. яз.).

15. С начала IX в., в период полного вырождения социальных отношений дофеодального периода (Н. А. Бердзенишвили. Вопросы историй Грузии, т. IX, Тбилиси, 1980, с.-60, на груз, яз.), в Кахетском княжестве активную роль начинают играть гардабанцы, потомки одного из племен, населявших западную окраину древней Кавказской Албании. Уже в описываемых арабскими историками событиях в Закавказье первой половины IX в. санарийцы-цанары соответствуют гардабанцам древнегрузинских источников. Так, по словам Я'куби, полководец халифата Халид ибн-Иезид воюет (40-е гг. VIII в.) против санарийцев (Я'куби, с. 15; см. Очерки, II, с. 393). Выдвижение в начале IX в. на первый план в событиях в Восточной Грузин, гардабанцев было не только следствием ослабления цанаров в борьбе с арабами. Древнегрузинские источники свидетельствуют, что борьба между гардабанцами и цанарами имела место еще до преобразовательных здесь мероприятияй. Об этом, в частности, говорится в вышеприведенном нами жизнеописании Арчила: «Тогда же встал перед Асимом некий мтавар из Гардабана, обращенный в сарацины, дядю которого по отцу убили цанары, а убийц его с миром спас дед Арчила» и т. д. (см. выше с. 42). В «Летописи Картли» отмечены время и условия усиления гардабанцев. В 30-х гг. IX в. произошла последняя схватка правителя Кахетского княжества в союзе с тбилисским эмиром против Ашота куропалата и Феодосия Абхазского (см. Очерки, II, с. 393). «Обратили в бегство Григола, мтавара Кахети, и овладели его страной до самого Картли» (см. выше, с. 48). Вслед за описанием этого события в «Летописи Картли» говорится: «Тогда же гардабанцы составили заговор и выдвинули хорепископом Дачи» (см. выше с. 49). Отныне в Кахетском княжестве инициатива в политической борьбе в процессе объединения Грузии перешла к гардабанцам.

Область Гардабани в эпоху борьбы грузин против халифата представляла собой часть Кахетского княжества. В сообщениях автора «Летописи Картли» к гардабанцам применяется этноним кахи гардабанские, т. е. гардабанцы в данном случае могли представлять собой этнографическую группу внутри кахетского этноса. «Летопись Картли» свидетельствует о росте стратегического значения Гардабани с середины IX в. Так, когда в 853 г. Буга вторгся на территорию Тбилисского эмирата, то исход борьбы решили выступившие на стороне Тбилиси гардабанцы. Описывая эти же события, Я'куби пишет, что Буга двинулся «против санарийцев (читай: гардабанцев-Г. Ц.), сражался с ними, но они разбили его и обратили в бегство» (Я'куби, с. 21). Затем Буга вторгся в Чарталети и даже взял у местных горцев заложников и лишь после этого он «пытался вторгнуться в Овсети». Однако Буга сумел добиться успеха лишь благодаря тому, что «сокрушил Гардабани» и разорил семью местного мтавара (см. выше, с. 50). Об этом же событии позднее писал и Ибн ал-Асир, называя при этом уже не «санарийцав», а собственно гардабанцев. По словам названного автора, Буга послал одного из своих подручных «во главе отряда своих войск к крепости Джардаман (читай: Гардабан.-Г. Ц.), что между Барда'ой и Тифлисом и он занял ее и взял батрика в плен» (Ибн ал-Асир, с. 68). Арабские и древнегрузинские источники в данном случае удачно дополняют друг друга.

16. Эта фраза производит впечатление обобщения сравнительно более обстоятельного изложения в «Хронике» Сумбата Давитис-дзе эпизода, хотя непосредственная зависимость от этого источника «Летописи Картли» едва ли доказуема. В «Хронике» Сумбата говорится: «А по скончании Ашота внешние земли, коими-владели сыновья Ашота, ввиду их несовершеннолетия забрали сарацины. Но когда же они достигли полноты возраста, господь вновь им же вернул отчее их владение, потому как трое эти братья, сыновья Ашота куропалата, росли в крепости Артануджской и были (тогда) все ущелья Шавшт-Кларджет-Нигальские данниками сарацин» (КЦ, I, с. 254, примеч. 1; ср. Лордкипанидзе. Сумбат Давитис-дзе, с. 32). Как видим, Картли в данном случае названа «внешними землями», так как она не принадлежала владетелям Шавшет-Кларджети (И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, II, с. 96).

17. Али ибн Шуаб, Тбилисский эмир (начало 30-х гг. IX в.)-один из представителей местной эмирской династии Шуабидов, правившей с конца VIII в. до середины IX в. (М. Д. Лордкипанидзе, Из истории Тбилисского эмирата, с. 190, там же библиография).

18. Это часто встречающееся в грузинских источниках имя среди правящей аристократии древней Кавказской Албании.

19. Настоящее имя Исхак бен Исмаил, тбилисский эмир в 830-833-853 гг., один из наиболее активных арабских сепаратистов в закавказских владениях халифата. Последний и самый выдающийся представитель тбилисских эмиров Шуабидов. Деятельность Исхака бен Исмаила получила довольно обстоятельное освещение как в иноземных, так и в грузинских источниках, в том числе и в «Житии Григория Хандзтийского» Георгия Мерчуле (См. изд. Н. Я. Марра, с 137; М. Д. Лордкипанидзе. Из истории Тбилисского эмирата, с. 190-191 и др.). В своих сепаратистских акциях по отношению к халифату он не без успеха обращался к поддержке соседнего полумусульманского населения и даже был женат на дочери одного из правителей Дагестана, а также цанаров и кахетин (см.: В. Ф. Минорский, История Ширвана и Дербенда, с. 39, 82 и др.).

20. Эта стычка между тбилисским эмиром и посланным против него войском халифа имела место в 841 г. Рехи был расположен вблизи современного г. Гори (см. Н. С. Джанашиа. Груды, II, с. 406), неподалеку от которого ныне сохранилось село с названием Реха.

21. Одна из наиболее важных твердынь средневековой Грузии, была расположена на берегу Куры, неподалеку от г. Гори. Один из центров Картлийского царства и, судя по названию (досл. «Крепость владыки»), резиденция наиболее признанных правителей области. Неслучайно, что «борьба из-за Картли» главным образом сосредотачивалать вокруг Уплисцихе.

22. Бардав-столица древней Кавказской Албании (с 462 г. н. э.) был расположен в области Утик. В грузинской исторической традиции означал не только город, но и целую область (Н. А. Бердзенишвили. Вопросы истории Грузии, т. VIII, Тбилиси, с. 137-138, на груз. яз.). Подробно об описанных здесь событиях см.: М. Д. Лордкипанидзе. Из истории Тбилисского эмирата, с. 193 и сл.

23. Исследователями установлено, что имеющийся в данном сведении хронологический ориентир в действительности относится к дате смерти Мохаммеда. Лишь в таком случае время нашествия Буги по грузинской летописи совпадает с данными иных источников (Подробно см.: Лордкипанидзе. Матиане, с. 69-70, примеч. 44). Упомянутый Буга-арабский полководец, тюрок по происхождению, один из тех, кто выдвинулся в результате военных реформ халифа ал-Мутасима (833-842), приведших к тюркизации военного состава халифата (Очерки по истории Ближнего Востока. Феодальная эпоха. Под ред. В. Н. Габашвили, Тбилиси, 1957, с. 112-113, на груз. яз.). Описанный в «Летописи Картли» поход Буги, известный также и по иноземным источникам (см. В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда, с. 39 и др.), имел место в 851/852 г., когда после захвата Абба-сидами власти в халифате началось ослабление арабского господства на Кавказе. Упомянутый в этом же контексте Амир-Мумн (араб, амир ал-муминин-«повелитель правоверных) обычный титул халифов.

24. Названное выступление правителя Абхазского царства против Буги имело место во второй половине IX в. Разногласия у исследователей вызывают лишь имя правителя. И. А. Джавахишвили в данном случае с доверием относился к свидетельству «Летописи Картли». Однако, согласно «Дивану абхазских царей», составленному под наблюдением Баграта III, в период вторжения Буги правителем Абхазского царства должен был быть Деметрэ II (818-854). (Полемику по этому вопросу см.: З. В. Анчабадзе. Из истории средневековой Абхазии, с. 141 и сл.).

25. Двалетская дорога- известный по древнегрузинским источникам магистральный путь, связывавший Закавказье с Северным Кавказом, в частности с Овсети (Аланией).

26. Дословно: «рядом с Джвари»; возможно, ложный топоним, так как в сочинении Вахушти Багратиони упоминается в форме «Джварис-болос»-«в конце (на окраине) Джвари».

27. Шамкор, в тексте-Шанкор (ныне город в Азерб. ССР). Рассказ грузинского летописца подтверждается арабским историком Белазури, по словам которого, в 854 г. в Шамкуре появилась очередная группа «мирных» хазар. В исторической литературе это событие расценивается как один из эпизодов вторжения северных племен в Закавказье (В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда, с. 36-37).

28. Н. А. Бердзенишвили считал, что топонимическим суффиксом в географических названиях, структурно аналогичных Дманиси (Болниси, Манглиси, Тбилиси и т. п.), является-си (Н. А. Бердзенишвили. Вопросы истории Грузии, т. VIII, с. 224). По нашему мнению, подлинным суффиксом в данном случае является-ис-, общекартвельский по своей природе, соответствующий западно-грузинскому (мегрело-чанскому и сванскому-иш-). То же самое следует отметить и в отношении другого картвельского локативного суффикса-ит-, из которого в качестве топообразовательского форманта Н. А. Бердзенишвили выделяет-ти (Н. А. Бердзенишвили. Там же, с. 102 и др.). Подлинным топообразовательным формантом в данном случае является-ит-с вариантами-ат-,-ет-(Сомхити, Апхазети).

29. Хумед-подлинное имя Мухаммад ибн Халид, тбилисский эмир (853-870), первый в ряду тбилисских эмиров из рода Шаибанидов (М. Д. Лордкипанидзе. Из истории Тбилисского эмирата, с 194).

30. Хорепископ-в основе своей церковный титул, носители которого с активизацией роли Кахетского княжества в ходе образования единого Грузинского государства сосредоточили в своих руках и политические функции местного феодализирующего общества. Впоследствии, по данным этнографических источников, прерогативы хорепископов были монополией так называемых хевисберов («старейшин хеви»). Высказана мысль о том, что первоначально институт хорепископов сформировался в этнической среде цанаров (см. Ш. А. Бадридзе. К вопросу об институте правителей хорепископов.-«Вестник» Отделения общественных наук АН Груз. ССР, 1964, № 5, с. 87 и сл.). Следует обратить внимание и на такую деталь (в связи с языковой ситуацией цанаров), как первая часть указанного термина хор-, обозначающая «поселение», общая для картвельских языков и диалектов и неизвестная в других языках народов Кавказа.

31. Исэ-подлинное имя Иса ибн аш-Шейх аш-Шаибани, тбилисский эмир, преемник Мухаммада ибн Халида (Хумеда); дата завершения правления неизвестна.

32. Абрахам-тбилисский эмир, окончание правления которого относится к 878 г.

33. Габулоц-правитель Тбилисского эмирата, по предположению М. Д. Лордкипанидзе, между 878-882 гг., последний из представителей местной династии эмиров Шайбанидов (М. Д. Лордкипанидзе. Из истории Тбилисского эмирата, с. 195-196). В период правления указанного эмира, как о том свидетельствует автор «Летописи Картли», были произведены попытки укрепления пошатнувшегося положения арабского господства в Грузии.

34. Основатель рода Багваши, выходец из Западной Грузии, в 80-х гг. IX в. основал в Южной Грузии, в период ослабления здесь центральной власти, Клдекарское эриставство. Представители рода Багваши известны в средневековой Грузии как наиболее активные противники легитимных прав грузинских Багратионов. Наивысшего могущества достигли в XI в. Сведения о роде Багваши сохранились в различных средневековых источниках (персо-арабских, армянских и византийских). В истории древнегрузинской литературы сохранилось даже сведение о существовании особой «истории рода Багвашей» (см. выше: Предисловие, с. 26). Иноземные источники нередко именуют отдельных представителей этого рода «царями Грузии», каковыми они хотя и не были. Но грузинская историческая традиция, зафиксированная в «Летописи Картли», сохранила сообщение о существовании даже понятия «страна Липаритов» («Липаритети», представлявшая собой нечто вроде «государства о государстве» (ср. В. Д. Дондуа. О «Липаритете» и аналогичной форме фамильных названий в грузинских исторических источниках.-Исторические разыскания, т. I, Тбилиси, 1967, с. 111-140; Очерки, II, с. 464).

35. Речь идет об одной из ожесточенных схваток в период объединительного движения в Грузии (см. Очерки, II, с. 472-473; Лордкипанидзе. Матиане, с 73, примеч. 73). В "Хронике" Сумбата событие датировано "108 корониконом" (888 г.) и дана иная, очевидно, более верная концовка этого эпизода: «Одолели Насра, обратили в бегство, схватили и убили Насра в Самцхииской долине в селении Аспиндза... И не осталось детей у Насра и изгладилась память о нем (Лордкипанидзе. Сумбат Давитисдзе, с. 33-34).

36. Местность в Кларджети, один из культурных центров в Юго-Западной Грузии (Очерки, II, с. 460 и др.: см. также Ш. Я. Амиранашвили. Бека Опизари, Тбилиси, 1956).

37. Время правления Баграта относится к 80 гг. IX в. (см.: З. В. Анчабадзе. Из истории средневековой Абхазии, с. 123-124; Иоанн Драсханакертский. История Армении (изд. Е. Цагарейшкили), Тбилиси, 1965, с. 0116, на груз, яз.; Лордкипанидзе. Матиане, с. 73, примеч. 74). Считаю уместным заметить, что в переводе М. Д. Лордкипанидзе вызывает возражение перевод грузинского летописного апхази этнонимом «абхазцы», что является названием современного коренного населения Абх. АССР. (Лордкипанидзе. Матине, с. 31 и др.): это в конечном счете представляет собой смешение двух неравнозначных понятий (см. Г. В. Цулая. Обезы по русским источникам).

38. Речь идет об одном из эпизодов вмешательства Абхазского царства в дела Юго-Западной Грузии. Одзрхе-крепость в районе современного Абастумани; Ломсианта- древнегрузинское наименование г. Ахалцихе (Ш. А. Месхна. Города и городской строй феодальной Грузии, Тбилиси, 1954, с. 37; Очерки, II, 349, 430-431).

39. Грузинская летописная форма имени одного из крупнейших представителей династии Саджидов Юсуфа ибн Абу Саджа; был правителем (вали) Азербайджана в 901-928 гг. Речь идет о его нашествии в Армению и Грузию в 907-914 гг. Армянские и грузинские источники сохранили подробности событий этого времени (Стефанэ Мтбевари. Мученичество Гоброна.-«Хрестоматия древнегрузинской агиографической литературы», т. I, Тбилиси, 1946, на груз. яз.; Всеобщая история Степаноса Таронского, по прозванию Асохика. Перевод с армянского Н. Эмина, М., 1864; Лордкипанидзе. Матиане, с. 74, примеч. 82).

40. Имеется в виду халиф Муктадир (1-я четв. X в.).

41. Подлинное имя-Джафар ибн Али, тбилисский эмир в 909-914 гг.

42. Уджарма и тут же упомянутый город-крепость Бочорма-известные в средневековой Грузии твердыни, расположены на берегах р. Иори (Д. Л. Мусхелишвили. Город Уджарма. -«Сборник по исторической географии Грузии», т. I, Тбилиси, 1964, на груз. яз.). Обладание названными крепостями обеспечивало господство над окрестной территорией, чем и определялось особое их значение (Н. А. Бердзенишвили. Вопросы истории Грузии, т. VIII, с. 119). Абу Садж оставил Бочорму невредимой, что давало ему возможность усилить контроль над Кахети н укрепить тыл в ходе дальнейшей экспансии в Закавказье.

43. Так перевели мы слово ***- баки, которое в современном грузинском языке значит «загон». Прямая речь в оригинале передана с труднопереводимой иронией.

44. Тмогви, один из важных пунктов в Джавахети, город-крепость, расцвет (возможно, даже возникновение) которого падает на время интенсивного развития феодальных отношений в наиболее развитых областях Грузии в IX-X вв. (Ш. А. Месхиа. Города и городской строй в феодальной Грузии, с. 37 и др.; Очерки, II, с. 23, 349 и др.).

45. Известный грузинский писатель и церковный деятель, епископ области Тбети. Дошедшее до нас сочинение, посвященное подвигу Гоброна, написано им по поручению эристава эриставов Ашота в 10-х гг. X в. (К. С. Кекелидзе. История грузинской литературы, т. I).

46. Двин-один из городов исторической Армении; был расположен в нижнем течении р. Азат, основан в I-й пол. IV в. Впоследствии-столица Армении. В период арабского господства был центром Двинского эмирата. В X-XI вв. основной период, описанный в «Летописи Картли») Двин достиг наибольшего расцвета, в торгово-экономической жизни которого наряду с армянами важную роль играли арабы, персы, грузины и пр. (Т. X. Акопян. Историческая география Армении. (Очерки), Ереван, 1968, с. 153-154, на арм. яз.).

47. Местоположение крепости с таким наименованием не установлено. Однако напрашивается связь с названием горы Коп (на главной линии сообщения Эрзерум-Байбурт) (Н. Адонц. Армения в эпоху Юстиниана. СПб, 1908, с. 52). Обращает внимание и то, что по своей форме Капоэти ближе к названию местности, чем крепостного сооружения.

48. Вежини-крепость на восточной окраине Эрети (Т. Г. Папуашвили. Вопросы истории Эрети, с 239 и др.). Владетель крепости Вежини носил титул зристава. О ее важном стратегическом значении свидетельствует то обстоятельство, что когда в страхе перед султаном все бежали «на Кавказ» (имеются в виду пределы Главного Кавказского хребта), Вежини стал местом, откуда Баграт III намеревался идти на Кахети (Н. А. Бер дзенишвили. Вопросы истории Грузии, т. VIII, с. 130).

49. Вероятно, храм популярной в средневековой Грузии «святой Параскевы». Следы храма не сохранились, но, судя по данному контексту, он был расположен на рубеже с Эрети.

50. Ариши-один из важных центров в Эрети. Существовала даже особая политическая единица Аришиани, аналогичная западногрузинскому Дадиани. Один из важных в течение всего средневековья пунктов на пути, соединявшем Кахети с Дагестаном (Д. Л. Мусхелишвили. Основные вопросы исторической географии Грузии, II, с. 93 и сл., там же библиография). С укреплением объединенного Грузинского царства рос также и политический вес этой области и, судя по тому, как Давид Строитель сам способствовал укреплению ее владетелей, носивших родовое имя Аришиани (Н. А. Бердзенишвили. Вопросы истории Грузии, VIII, с. 627 и др.), ее политическая тенденция проходила в русле общегосударственных интересов объединенного Грузинского царства.

51. Гавази-в грузинских источниках впервые упоминается в "Летописи Картли". Была расположена в пределах современного Кварельского р-на. Транзитный путь, проходивший через Гавази, содинял ее с Арнши (Д. Л. Myсхелишвили. Указ. соч., с. 93-95). Археологические материалы свидетельствуют, что это было аграрное поселение с развитым сельским хозяйством, основным на орошаемом земледелении, в котором ведущей отраслью было виноградарство (Л. А. Чилашвили. Город Рустави; он же. Старая Гавази, Тбилиси, 1975, на груз. яз.). О существовании Газази еще задолго до его первого упоминания говорит определение «Старая». По описанию Вахушти Багратиони, р. Гавази, впадая в Алазани, получила выход в Дидоети (Дагестан) и на Северный Кавказ, т. е. она была одним из водных путей из Восточного Закавказья на Северный Кавказ (Вахушти Багратион н. История Грузии, КЦ, IV, с. 545).

52. Орчоби-одна из крепостей Эрети. Описываемые события имели, место примерно в 915-920 гг. Уже одно то обстоятельство, что при дележе между правителем Абхазского царства и хорепископом Кахети Орчоби досталась наиболее зависимому в описываемых событиях лицу-Квирике, может свидетельствовать о том, что Орчоби, точное месторасположение которой не установлено, имела несущественное значение. Вместе с тем Гавази и Ариши представляли собой важные пункты на транзитном пути из Барда'а в глубь Кавказской Албании (Очерки, II, с. 410).

53. Констант-правитель Абхазского царства Константин III (893-929). Описанные в связи с его именем события имели место на; рубеже IX-X вв. и были связаны с обострившимися отношениями между правителями Армении, Тао-Кларджети и Абхазского царства по вопросу об обладании Картли (см. З. В. Анчабадзе. Из истории средневековой Абхазии, с. 126-127).

54. Георгий II-преемник Константина III (Константа). Длительное правление Георгия II (929-957) было отмечено наибольшим могуществом Абхазского царства. Его имя было хорошо известно за пределами Кавказа. Так глава византийского духовенства Иоанн Мистик, обращаясь к нему, писал: «От разных лиц, которым известно о твоих подвигах, мы узнали, что ты приложил с божьей помощью большое старание в деле просвещения князя Алании и тем, которые вместе с ним удостоились святого крещения" (Ю. Кулаковский. Христианство у алан.-ВВ, т. V, 1899, с. 4; З. В. Анчабадзе. Указ соч., с. 128 и сл).

55. Чкондиди-один из культурных центров Абхазского царства, именовался также Мартвили, расположен недалеко от совр. районного центра Гегечкори. Существуют различные мнения о датировке возведения Чкондидского (Мартвильского) храма, наиболее убедительным из которых можно считать высказанное Ш. Я. Амиранашвили с ссылкой на сведения «Летописи Картли» (Ш. Я. Амиранашвили, История грузинского искусства, М., 1950, с. 145-146). Образование Чкондидского епископата было одним из проявлений освободительного движения против культурного приоритета византийцев в Абхазском царстве (Очерки, II, 425). В течение ряда последующих веков Чкондидели-мцигнобартухуцеси (Чкондидели-канцлер) являлся вторым после царя лицом в объединенной Грузии.

56. Лоцобанская крепость исследователями локализуется на правом берегу р. Ксани (Дж. Гвасалия. Вопросы исторической географии ущелья Ксаии.-«Сборник исторической географии Грузии», т. III, Тбилиси, 1967, с. 41-42, на груз, яз.; также: Лордкипанидзе. Матиане, с. 75, примеч. 103).

57. В изданном С. Г. Каухчишвили своде КЦ читаем: «Спалили Джварв и Мцхету». Однако Н. А. Бердзенишвили внес убедительную поправку, которой мы н предерживаемся (Н. А. Бердзенишвили. Вопросы истории Грузии, т. IV, Тбилиси, с. 260-261, на груз, яз.; ср. Лордкипанидзе. Матиане, с. 75, примеч. 104). Речь идет о нашествии саджоз в Кахети в 30-х гг. X в. (Очерки, II, с. 407; Н. А. Бердзенишвили. Вопросы истории Грузии, IV, с. 264-265).

58. Род арабских правителей Азербайджана (см. К. Э. Босворт. Мусульманские династии, с. 127-128, 131).

59. Сазуерели-топоним, образован из термина «са-зуере»-«место взимая пошлины (аналогичное древнерусскому «мыто»- «пошлина за ввоз»). Пункт с таким названием был расположен во Внутренней (Шида) Картли (Н. А. Бердзенишвили. Вопросы истории Грузии, т. I, Тбилиси, 1964, с. 187-193, на груз. яз.).

60. Средневековое Армянское царство династии Арцрунидов.

61. Атени-Атенское ущелье в качестве административной единицы известно еще в раннем средневековье, с. X в.-укрепленная местность, в XI в. в период правления Баграта IV воздвигнут город. В 1-й пол. VII в. здесь построен один из ранних памятников грузинского зодчества «Атенский Сион» (З. Алексидзе. Армянские надписи Атенского храма, Тбилиси, 1979; Д. Л. Мусхелишвили. Основные вопросы исторической географии Грузии, II, с. 219-222 и др.).

62. Джикети-территория расселения племен джинов, в собирательное название которых входили различные племена абхазо-адыгского происхождения, в том числе (возможно даже по преимуществу!) предки современных абазин (Северо-Западный Кавказ). Впервые упоминается в «Географии» Страбона (I в. до н. э.-I в. н. э. в форме зиги (XI, 2, 12-44); затем за фиксированы в «Землеописании» Птолемея, автора II в. н. э. (V, 8, 12).

В армянской «Географии» VII в. упомянуты в главе "Об Азиатской Сарматии" (С. Т. Еремян. Опыт реконструкции первоначального текста «Ашхарацуйца.-«Историко-филологический журнал», Ереван, 1973, № 2, с. 262, на арм. яз.). С. Т. Еремян считает, что в армянской «Географии» термин зикун заимствован из труда Птолемея (С. Т. Еремян. Армения по «Ашхарацуйцу», Ереван, 1963, с. 52, на арм. яз.); и действительно, это редкий случай, когда в этом труде кавказский материал использован «из вторых рук». Внешняя характеристика, которую дают джикам-зихам писатели различных эпох, свидетельствует о затянувшейся в среде этих племен стадии «военной демократии». В восточных и русских источниках джики-зихи известны под названием косоги (кашаги).

63. Базалети впервые упоминается в армянской «Географии» VII в. в главе «Об Иберии» (С. Т. Еремян. Опыт реконструкции.., с. 101). Была расположена в долине р. Арагви. В IX в. являлась частью более или менее единой феодальной единицы. Не случайно, что правитель Абхазского царства разорил их одновременно (Н. А. Бердзенишвили. Вопросы истории Грузии, VIII, с. 239). Н. А. Бердзенишвили (см. там же, с. 237) считает, что данное географическое название этнонимического происхождения. На основе сравнительного анализа источников (грузинских, арабских, армянских) Д. Л. Мусхелишвили приходит к логическому заключению, что Базалети явился «прототипом Арагвского эриставства» и включал в себя значи тельную часть Арагвского ущелья (Л. Д. Мусхелишвили, Указ, соч., с. 128).

Под таким названием имеются озеро и деревня в Душетском р-не Грузинской ССР.

64. Леон III-правитель Абхазского царства (957-967). Вел упорную борьбу за присоединение Кахетского княжества. (З. В. Анчабадзе. Из истории средневековой Абхазии, с. 132).

65. Мокви-современное село в Очамчирском р-не Абхазской АССР.

Указанная в «Летописи Картли» церковь-один из образцовых памятников средневекового грузинского зодчества-сохранилась до сих пор.

66. Мухнари-территория между pp. Арагви и Ксани.

67. Херки-пограничная с Мухнари территория.

68. Деметре III-брат и преемник (967-975) умершего бездетным Леона III.

69. Маргис Мере- географический пункт в Юго-Западной Грузии (название какого-то водоема-озера?).

70. Дзама-название крепости неподалеку от древнего города Мдзорети. Владетель крепости Дзама господствовал над всей Дзамскои долиной (ущельем), одним из важных узловых пунктов в Картли. Стратегическая важность придавала ей политический вес, чем и воспользовался Феодосии, нашедший в крепости Дзама не только приют, но и важную опору своим намерениям (Н. А. Бердзенишвили. Вопросы истории Грузии, VIII, с. 171-172).

71. Крепость в Картли к югу от Куры, точная локализация которой не ясна (И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, II, с. 38).

72. Хахули-выдающийся памятник средневековой грузинской архитектуры, построен в конце X в. и один из центров культурной жизни Грузии в X-XIII вв. (см. Ш. Я. Амиранашвили. История грузинского искусства, с. 159-160 и др.).

73. В оригинале моурави, здесь в значении «душеприказчика», «попечителя». В позднем средневековье должностной термин.

74. Судя по контексту, мелкие партикулярные владения, точное место расположение которых неясно.

75. Цирквали и Груи- находились на берегу р. Ксани, и, очевидно, являлись пограничными между Картли и Кахети. Поэтому понятно стремление правителя Абхазского царства Баграта овладеть ею, равно как и усилия хорепископа Давида отстоять их (Н. А. Бердзенишвили. Воп росы истории Грузии, VIII, с. 339-340). Груи упоминается в «Памятнике эриставов» в форме Груиси, в той части источника, где повествуется о раннем периоде истории ксанских эриставов (Памятник эриставов. Перевод, исследование и примечания С. С. Какабадзе, Тбилиси, 1979, с. 21, 40; П. Закарая. Крепости Ксанского ущелья.-В кн.: Вестник Грузинского гос. Музея, XVI в., 1950, с. 182 и др., на груз, яз.; Д. Л. Мусхелишвили. Указ, соч., с. 105-106).

76. Имеются в виду основатель Абхазского царства Леон II и его ближайшие преемники.

77. Тигва-пункт на пути из Западной Грузии во Внутреннюю (Шида) Картли (Лордкипанидзе. Матиане, с. 78, примеч. 136).

78. Местность с названием Могриси, по предположению И. А. Джавахишвили, находилась на левом берегу Куры, к западу от р. Большой Лиахви (И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, II, с. 39).

79. Перечислены главные опорные пункты в Южной Грузии. Существует параллельное название Сквирети: Дзелети, которое и отмечно в «Землеописании» Птолемея (V, 10, 2).

80. Длив-город и один из важных центров в Джавахети. Здесь обнаружен клад арабских монет, битых в 834 г. Н. А. Бердзенишвили (см. его Вопросы истории Грузии, I, с. 63-64) название этого города выводит из современного наименования местности Тилипи, расположенной в районе древнего Дливи (см. также: Л. Д. Мусхелишвили. Указ, соч., с. 210, 223).

81. Гардатхрилни-очевидно, псевдотопоним, буквальное значение слова «прорытые», «прорезанные». В действительности должно представлять собой описательное название какого-то пути, ведущего в Шавшети (Ср. Н. А. Бердзенишвили. Дороги в эпоху Руставели, с. 95; Лордкипанидзе. Матиане, с. 78, примеч. 139).

82. Название местности и одноименной крепости. Как предполагает Н. А. Бердзенишвили, была расположена в долине р. Шавшетисцкали, на пути из Самцхе в Артани (Н. А. Бердзенишвили. Дороги в эпоху Руставели, с. 91-92; Лордкипанидзе. Матиане, с. 78, примеч. 140).

83. Давид-Кахетский хорепископ (ок. 976-1010), современник и один из энергичных противников первого царя объединенной Грузии Баграта III.

84. Через р. Куру у Мцхеты был проложен мост, по которому осуществлялись военные и торговые связи Кахети с наиболее развитыми центральными областями Грузии.

85. Речь идет о той затяжной борьбе, которую первому царю объединенной Грузии пришлось вести против правителей Эрети и их тактических союзников хорепскопов Кахети в 908-910 гг. Автор «Летописи Картли» свидетельствует о том, что обе эти политические единицы не были способны бороться против организованных действий Баграта III, но пока еще находили в себе силы сопротивляться его ставленникам, как только последние оказывались оторванными от своего патрона (см. Т. Н. Папуашвили. Вопросы истории Эрети, с. 214).

86. См. примеч. 83.

87. Фадлон-Фадл I ибн Мухаммад, гандзийский эмир в 985-1031 гг. из династии Шаддадидов, выступавших как энергичные проводники ислама в Закавказье. Впоследствии наименование Фадлон стало собира тельным для династии Шеддадидов Гандзы (см. К. Э. Босворт. Мусульманские династии, с, 132-133; Лордкипанидзе. Матиане, с. 78-79, примеч. 149).

88. Датировка исследователями описанных в данном сведении событий имеет незначительные разногласия и в принципе укладывается между 1010-1014 гг. (См. Лордкипанидзе. Матиане, с. 79, примеч. 151).

89. Ведийский епископат-один из центров Западной Грузии. Развалины указанного храма сохранились в селении Бедна (Очамчирский р-н).

90. Термины "Верхняя" и "Нижняя" применительно к географическим названиям в грузинской литературе имели неустойчивое значение (аналогично «имери» и «амери», которые значили не только соответственно жителей Западной и Восточной Грузии, но и «тот (народ)» и «этот (народ)». Однако в данном случае, как верно заметил еще В. Д. Дондуа, имеется в виду раздельно Восточная и Западная Грузия. «Западногрузинское (Абхазское) царство по орографическим условиям являлось Нижним в отношении восточно-грузинского- Верхнего» (Дондуа, с. 343, примеч. 3).

91. Поход Василия II в Грузию имел место в 1021-1022 гг. (В. Р. Розен. Василий Болгаробойца, с. 26, 60; И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, П, с. 134; Очерки II, с. 481). Иноплеменники-в оригинале "(люди) чуждого семени". В грузинских источниках греков-византийцев так не называли никогда. Это был термин, применяемый древнегрузинскими летописцами к совершенно незнакомым им племенам и народами чаще всего «нехристям». В связи с этим представляет интерес сообщение Аристакеса Ластивертци (с. 62-65) при описании данного события «о жестокости западного войска, набранного из диких племен». Очевидно, что в этой кампании на стороне Василия II находились наемные, но не «ромейские» воины.

92. Ширивши-название географического пункта, расположенного, как предполагают», в пределах древнегрузинской исторической провинции Кола («где-то между Артаани и Кола».-Лордкипанидзе. Матиане, с. 79,. примеч. 163). Топоним представляет собой мн. ч. общего для древнегрузинского и древнеармянского слова Ширим-и-«склеп», «захоронение» (Гр. Ачарян. Этимологический коренной словарь армянского языка, т. III. Ереван, 1977, с. 521, с указанием наличия термина в различных картвельских языках и диалектах, на арм. яз.; И. В. Абуладзе. Словарь древнегрузинского языка. Материалы, Тбилиси, 1973, с. 505, на груз. яз.). Битва при Ширимни между грузинами и византийцами должна была иметь место в 1021 г. (Ш. А. Бадридзе. О локализации и датировке Ширимского сражения.-«Известия» («Мацне») АН Груз. ССР, Серия истории, археологии, этнографии и истории искусства, 1979, № 3, с. 67-82, на груз. яз.).

93. Аристакес Ластивертци (с. 61) пишет, что после гибели Рати, повергшей «Тайскую страну в великую скорбь... Гэорги со своими войсками засел в укрепленных местах Апхазии». Если сопоставить последнее сведение с тем, что говорится в комментируемом нами пассаже из «Летописи Картли», станет ясно, что армянский историк подразумевал под «Апхазией» об ласть, находившуюся далеко за пределами исторической Абхазии. (См. также: Лордкипанидзе. Матиане, с. 79. примеч. 164).

94. В данном месте, очевидно, по оплошности переписчика пропущено имя названного ниже Никифора Ксифия. Речь идет о восстании против Василия II в 1022 г. Никифора Ксифия и Царвеза (сына Варды Фоки) (см. История Византии, т. 2, с. 221; примечание К. Н. Юзбашян к «Повествованию» Аристакеса Ластивертци, с. 157). Неудачами Василия II на востоке, в том числе и в борьбе против грузин, воспользовались недовольные императором элементы. Именно в связи с описанными событиями этого времени, пишет Аристакес Листавертци (с. 63-64), недовольные, «нынешний момент они сочли для себя благоприятным... они единодушно решили отложиться и поставить императором, кого сами пожелают».

95. Об этом говорится также в «Хронике» Сумбата, хотя непосредственная связь обоих памятников вряд ли допустима: слишком существенны отдельные детали разночтений. В "Хронике" читаем: «А он (Василий) изгнал его на остров, а многих сторонников его обезглавил, среди которых был и Ферис, сын Джоджика» (Лордкипанидзе. Сумбат Давитис-дзе, с. 39, 21-23). Указание автора «Летописи Картли» на происхождение Фериса-«родом из Тао»-должно быть более точно, во всяком случае носит конкретный характер. В «Житии» Георгия Святогорца (Мтацминдели) говорится о том, как Ферису «по гневу царя Василия была отрублена голова, потому как был обвинен в отступничестве» (см. КЦ, I, с. 287, примеч. I; В. У. Копалиани. Грузино-византийские политические взаимоотношения в 970-1070 гг., Тбилиси, 1969, 1969, с. ИЗ, на груз. яз.).

96. По словам Яхьи Антихойского, между Георгием I и Василием II был заключен мир (В. Р. Розен. Василий Болгаробойца, с. 62-66). Но Георгий I попытался воспользоваться мятежом Ксифия против Василия II и примкнул к нему. Мятежники «вошли в союз с Апхазом и посулили выделить ему (территорию)», которой «в прошлом владел Давид куропалат» (Аристакес, с. 65-66). После этого нарушения Георгием I договора о мире «велел царь Василий надеть на острие копья послание их (грузин), на котором было начертано об единстве и союзе царя нашего Георгия (с византийцами). И так Василий поднял послание, ввысь и, обращаясь к богу, воскликнул: «Зри владыко, послание их и дела, что вершат они» (КЦ, I, с. 384).

97. Судя по словам Аристакеса Ластивертци (с. 67), Василий II действительно осторожно обращался с Георгием I. «Не думай, что, победив тебя,-передает армянский историк слова императора,-я потребую большего, чем прежде».

98. Об обстоятельствах выдачи Георгием I в заложники трехлетнего Баграта, «сына Апхаза», см.: Аристакес Ластивертци, с. 67-69, 107. Георгий I умер в 1027 г. в возрасте (согласно имеющимся двум раз личным датам его рождения) 25-ти или 29-ти лет (И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, II, с. 136).

99. Со смертью Георгия I, оставившего малолетних наследников, активизировались недовольные центральной властью крупные феодалы, центробежные тенденции которых ярко отразились не просто в их отложении, но в предательстве в пользу византийских правителей, однако и здесь (деятельность Стефана Мтбевари и Др.), как в случае с Иоанном Марушис-дзе нашлись внутренние силы, успешно противопоставившие интересы грузинского народа отступничеству феодалов.

100. Византийский император Константин VIII правил в 1025-1028 гг.,. и, таким образом, предложенную И. А. Джавахишвили (см. Указ, соч., с. 138) дату описанного в «Летописи Картли» похода- 1028 г.-надо перенести двумя годами раньше. Это же событие несколько обстоятельнее описано в «Хронике» Сумбата (см. Лордкипанидзе. Сумбат Давитис-дзе, с. 41-42), а также в сочинении Аристакеса Ластивертци (с. 70).

101. Паракиманос- «постельничий», византийский придворный чин.

102. Правильнее Цептиси (см. Лордкипанидзе, Матиане, с. 81, примеч. 178-179).

103. Проедрос-византийский придворный чин.

104. Хартулар-«писец», должность при дворе византийских императоров.

105. Может быть, описка, так как по Сумбату Давитис-дзе, Деметрэ Кларджийский был сыном Гургена Багратиона, брата и соправителя Сумбата Кларджийского во времена Баграта III. В 1012 г. Баграт III их репрессировал, при этом Деметрэ удалось бежать в Константинополь. На этот раз в Византии попытались использовать «обиженного» Деметрэ в своих целях (см. И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, II, с. 132; КЦ, I, с. 421; Лордкипанидзе. Сумбат Давитис-дзе, с. 38).

106. К Деметрэ примкнули представители трудовой части народа, что должно свидетельствовать о столь значительных масштабах социального движения в Юго-Западных провинциях Грузии, что оно попало в поле зрения летописца, обычно невнимательного и подобного рода явлениям (см. Н. А. Бердзенишвили. Проявление классовой и внутриклассовой борьбы во внешнеполитических взаимоотношениях Грузии. В кн.: Н. А. Бердзенишвили. Вопросы истории Грузии, II, с. 25, на груз. яз.; В. Н. Габашвили. Крестьянское восстание 1028 года в Южной Грузии. В кн.: Юбилейный сборник, посвященный 100-летию И. А. Джавахишвили, с. 233 и сл.).

107. Романоз-византийский император Роман III Аргир (1028-1034), был женат на племяннице Василия II Болгаробойца Зое.

108. Супруга Георгия I (1014-1027), в византийских источниках известна под именем Алда, родом из правителей Алании (Овсети), на что указывает само имя (ср. элдар, см. В. И. Абаев. Историко-этимологический словарь осетинского языка, т. I, M., 1958, с. 126-127). О характере этого брачного союза, направленного на сколачивание антивизантийской коалиции на Кавказе и в Закавказье см.: З. В. Папаскири. Грузия и Восточная Европа в XI-XII вв. Автореф. канд. дисс. М., 1978, с. 12-14; он же.

О некоторых вопросах внешней политики Грузинского царства в 1-й половине XI века.-В кн.: Сборник работ молодых ученых и специалистов Абхазии. Сухуми, 1980, с. 65, 67 и сл. Алда как супруга «царя абазгов», под которыми подразумевается население Западной Грузии в целом, упоминается и в сочинении Скилицы (изд. Бартикяна, с. 111, а также примеч. 422; см. также: 3. В. Анчабадзе. Из истории средневековой Абхазии, с. 179).

109. Эклеци-местность (?) в Ширване.

110. Мухатгверди и упоминаемый ниже Биртвиси-названия местностей, расположенных к югу от Тбилиси (И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, с. 36; Вахушти Багратиони. История Грузки. КЦ, IV, с. 339 и др.).

111. В оригинале мона «раб», о контексте имеет уничижительный; нюанс, близкий к русскому разговорному «холоп» (ср. Дондуа, с. 347, прим. 8). Ср.: «Буга, холоп Амирмумна».

112. Об этих событиях упоминает и Ибн ал-Асир (с. 115), согласно которому, осада Тбилиси "царем абхазов" началась в 1037/8 г. Таким об разом, город осаждался до 1039/40 г. (см. И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, II, с. 141).

113. Литра-мера емкости, а также единица веса, греко-римского происхождения; в грузинском является заимствованием из греко-византийского и впервые письменно документирована в IX в. В разные периоды имела различные величины (См. Г. И. Джапаридзе. Очерк по истории грузинской метрологии, Тбилиси, 1973, с. 48-51 и др., на груз. яз.). В «Словаре грузинского языка с русским переводом» Н. Чубинашвили (Тбилиси, 1961)-«фунт».

114. Драхма-серебряная монета; термин арабского происхождения (Г. И. Джапаридзе. Указ, соч., с. 51-53 и др.).

115. Лашкари-Али Лашкари I, правитель Гандзы. В нашей летописи сказано, что он был сыном Фадлона (Фадла I ибн Мухаммада), но это условное указание, не в смысле непосредственного дитя, а в более широком, как это и должно было быть, если учесть, что в грузинском источнике Фадлон-собирательное наименование гандзийских эмиров. В действительности, как это впервые установил Ш. А. Бадридзе, Али Лашкари был внуком указанного Фадла I. (См. Ш. А. Бадридзе. К разъяснению, одного места «Летописи Картли».-Журн. «Цискари», 1960, № 6, с. 146-147, на груз, яз.; также: К. Э. Босворт. Мусульманские династии, с. 132).

116. Грузинский историк считает, что виновниками неудачи осады Тбилиси были царские сановники, хотя подлинные причины заключались в другом. Ибн ал-Асир (с. 115) сообщает, что «когда вышла провизия и прекратилась доставка провианта, жители города послали в Азербайджан к мусульманам за помощью и за военной поддержкой. Но когда гузы дошли до Азербайджана и абхазы услышали об их приближении и о том, как они поступили с армянами, они, сильно испугавшись, отступили от «Тифлиса». Таким образом, отступление грузин от осажденного ими Тбилиси объясняется активацией сельджукской экспансии в Закавказье, на что впервые обратил внимание еще И. А. Джавахишвили (см. его: История грузинского народа, II, с. 142; см. также Н. Н. Шенгелиа. Сельджуки и Грузия в XI веке, Тбилиси, 1968, с. 171-174 и др.).

117. Византийцы, как правило, не упускали случая, чтобы оказать поддержку всем, кто бы ни выступил в Грузии против объединительного процесса. В данном случае видно стремление сделать Деметрэ послушным правителем в сепаратистской Кахети (И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, II, с. 143; М. Д. Лордкипанидзе. История Грузии XI-начала XIII веков, Тбилиси, 1974, с. 73).

118. Вест-имеется в виду один из видных деятелей Анийского царства Саркис Хайказн (см. К. Н. Юзбашян. Скилица о захвате Анийского царства в 1045 г.-ВВ, № 40, 1979, там же библиография). Данное сообщение автора «Летописи Картли» обстоятельно комментировано византинистом В. П. Степаненко. На основании лаконичного сведения грузинского летописца автор приходит к выводу о тенденциозности средневековых армянских авторов, представляющих Саркиса Хайказна как сторонника провизантийской ориентации в критический период истории Анийского царства в 10-40 гг. XI в. В действительности в политических акциях местных деятелей в этот период особенно проявились конъюнктурные соображения, возникшие на фоне феодальной раздробленности Анийского царства (В. П. Степане н-ко. К идентификации личности веста "Матиане Картлиса".-ВВ, № 41, 1980, с. 163 и сл.; см. также: Лордкипанидзе. Матиане, с. 84, примеч. 212).

119К. Н. Юзбашян неточно пересказывает это действительно сложное место нашего источника: «Вест (Саргис) вступил в союз с Багратом IV и уступил ему 9 крепостей, подвластных Ани, оставив себе лишь Анберд» (К. Н. Юзбашян. Указ. соч., с. 82). В «Летописи Картли» ничего не говорится о том, что «вест Саргис» оставил себе крепость (город) Анберд. Анализ первоисточников убеждает в принадлежности Анберда врагу веста Вихраму Пахлавуни «и именно поэтому не мог быть передан Грузии» (В. П. Степаненко. Указ, соч., с. 172).

120. Ани-столица средневекового Армянского царства, управляемого армянской ветвью Багратидов. В «Списке царицы Анны» свода КЦ (изд. С. Г. Каухчишвили. Тбилиси, 1942, с. 186) говорится, что город был передан непосредственно Баграту IV. Речь идет о событиях середины 40-х гг. XI в., когда анийская знать решила передать город правителям объединенной Грузии, с целью спасти его от вторжения византийских войск. Описываемые в «Летописи Картли» события нашли отражение также в сочинении Аристакеса Ластивертци (с. 84-85; К. Н. Юзбашян. Грузинские послы в Ани в 1045 г.-В кн.: Византиноведческие этюды. Тбилиси, 1978, с. 156 и сл.: см. также: Н. Я. Марр. Ани. Книжная история города и раскопки на месте городища, М.-Л., 1934, с. 24-25).

121. Отаго Чачас-дзе-первое упоминание, по всей вероятности, предка (родоначальника?), впоследствии ставшей влиятельной фамилии Чачба, в грузинских источниках известных преимуществено в форме Шарвашидзе (подробный разбор генеалогии этого рода см.: З. В. Анчабадзе. Из истории средневековой Абхазии, с. 190-195).

122. Осада Исани имела место весной н летом 1046 г. и была снята в связи с новым мятежом Липарита (см. И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, II, с. 145).

123 По подсчетам И. А. Джавахишвили (см. Указ. соч., с. 145) в конце 1046 или в начале 1047 г.

124. Варанги-грузинская форма этнонима варяги. Место варягов в описываемых событиях до сих пор вызывает у исследователей разногласия. Не поддается точному определению даже главный вопрос этого сообщения: на чьей стороне они действовали- Липарита Багваша или Баграта III? (Литературу вопроса см.: Лордкипанидзе. Матиане, с. 85). Новое прочтение связанного с варангами контекста и его интерпретацию предлагает З. В. Папаскири, по мнению которого варанги-варяги были союзниками Баграта III (3. В. Папаскири. Варанги грузинской «Летописи Картли» и не которые вопросы русско-грузинских контактов в XI веке.-Журн. «История СССР», № 3, 1981, с. 169 и др.).

125. Ибрахим бен Йинал- сельджукский полководец, «брат по матери султана Тогрула» (Садрад-дин Али ал-Хусайни. Сообщения о сельджукском государстве. Издание текста, перевод, введение, примечания и приложения З. М. Буниятова, М., 1980, с. 35). Один из грозных противников Византии, в борьбе против которого императоры охотно прибегали к услугам закавказских военачальников (Н. Н. Шентелиа. Сельджуки и Грузия в XI в., с. 51, 180-183 и др.).

126. Речь идет о нашествии сельджуков и битве, имевшим место в сентябре 1048 г. (или 1049 г.). Это же событие описано и в труде Скилицы (изд. Бартикяна, с. 160-162).

127. Лихтури-М. Д. Лордкиапнидзе (см. Матиане, с. 86, примеч. 235) считает, что в данном случае имеется в виду «главнокомандующий». Это предположение под вопросом высказано было и прежде С. Г. Каухчишвили (см. КЦ, I. Словарь, с. 442). В действительности речь должна идти о стратопедархе и ректоре Никифоре (Ш. А. Бадридзе. «Картлис цховреба» о грузино-византийских взаимоотношениях первой трети XI в., с. 17).

128. Ибн ал-Асир дважды сообщает, что после того, как византийский император Константин IX Мономах (1042-1055) добился заключения мира с Тогрул-беком, просил посредничества Неср ад-Давла перед Тогрулом в деле высвобождения из плена «абхазского малика» Липарита. Тогрул обещал удовлетворить ходатайство и даже без какого-либо выкупа. Для императора это было столь важно, что он не только отплатил Тогрулу многочисленными дарами, но н предоставил мусульманской части Константинопольского населения значительные льготы, а проезжим через столицу мусульманским купцам определенные преимущества; обновил мечеть в Константинополе, где, по словам Ибн ал-Асира, молились за Торгула (Г. Джапаридзе. Об одном свидетельстве Ибн ал-Асира.-В сб.: «Восточные материалы по истории Грузии», Тбилиси, 1976, с. 42-43, на груз. яз.; также: Аристакес Ластивертци, с. 94-95; Б. Г. Силагадзе. К уточнению одного места «Тарйх Ал-Камил» Ибн ал-Асира.-В кн.: Грузинское источниковедение, т. III, Тбилиси, 1970, с. 63-68, на груз, яз.; И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, II, с. 147; Н. Н. Шенгелиа. Сельджуки и Грузия в XI веке, с. 116, 194, 185-189).

129. В наиболее раннем из списков свода «Списке царицы Анны» (XVI в.) из-за оплошности переписчика говорится о «Михаиле Монамоти», а по неведению переписчика «Списка царицы Марии» (1634-1645 гг.) имеется даже грузинское осмысление: «монат меоти»-«беглый раб». Но еще С. Г. Каухчишвили в издании «Списка царицы Анны» реставрировал текст в согласии с исторической действительностью: «Константин Мономах» (Карт- лис цховреба. Список царицы Анны, Тбилиси, 1942, с. 189, с. 189, примеч. 10, 11). Обстоятельно об этом см.: М. М. Бердзнишвили. К уточнению одного места текста «Летописи Грузии» («Матиане Картлиса»).-В кн.: Грузинское источниковедение, т. V, Тбилиси, 1978, с. 39 и сл., на груз. яз.).

130. Руисский храм- архитектурный памятник средневековой Грузии (см. Г. Н. Чубинашвили. Вопросы истории искусства, т. I, Тбилиси, 1970, с. 190-193 и др.).

131. Мцигнобартухуцеси- придворная должность (у Липарита Багваша!), «канцлер».

132. Вышеописанные события имели место в 1059 г. (см. И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, II, с. 150).

133. Победа Баграта над домом Липаритов способствовала росту eго авторитета не только в собственном царстве, но и за его пределами: в 1060 г. византийский император пожаловал ему титул севастоса (см. И. А. Джавахишвили. К вопросу о времени построения грузинского храма Атени,-«Христианский Восток», кн. I, с. 291). Необходимо также отметить, что представители рода Липаритов-Багваши после падения их мощи продолжали активную гражданскую и идминистративную деятельность в Византийской империи. Выходцы из этого некогда могущественного рода встречаются в документах XII в. в рядах высокого чиновничества (см. А. П. Каждая. Византийские Липариты.-В кн.: Византиноведческие этюды, Тбилиси, 1978, с. 191-193).

134. Алп-Арслан, Великий Сельджукид. Речь идет о нашествии войск под его предводительством в Закавказье в 1064 г. (см. В. А. Гордлевский. Государство Сельджуков в Малой Азии.-В кн.: В. А. Гордлевский. Избранные сочинения, т. I, 1960, с. 50 и др.; Н. Н. Шенгелиа, Сельджуки и Грузия в XI веке, с. 220 и др.).

135. Правитель (эмир) Ани в период известных походов Алп-Арслана в Закавказье.

136. Далее следует эксцерпт в виде компиляций сведений из «Жития Георгия Святогорца (Мтацминдели)» относительно замужества дочери Баграта IV Марфы за византийским императором. Данная «вставка» рассекается следующей фразой основного текста свода («И выдал царь Баграт... за царя греческого»), за которой следует рассказ о намерении матери Баграта-царицы Марии- вернуться в Грузию, предварительно посетив «святые места» на Востоке и о совете Георгия Святогорца (Мтацминдели) не делать этого, в виду возросшей в то время опасности со стороны «сарацин» (КЦ, 1, с. 307 и сл.).

137. Речь идет о нашествии сельджуков в 1068 г. (Н. Н. Шенгелиа. Сельджуки и Грузия в XI в., с. 240 и др.: Очерки, II, с. 199-200).

138. Об этом же пишет Ибн ал-Асир: «Написал ему (Алп-Арслану-Г. Ц.) царь курджов (грузин-Г. Ц.) о перемирии, и он заключил с ним мир с условием, чтобы тот платил ежегодно джизью и тот согласился» (с. 121; ср. Н. Н. Шенгелиа. Указ, соч., с. 242).

139. Гандзийскому эмиру Алп-Арслан передал завоеванные части собственно Грузни (см. Н. Н. Шенгелиа. Указ, соч., с. 224. 243).

140. Вдоль ущелья р. Нареквави -западного притока р. Арагви (топографическое описание см.: Вахушти Багратиоки. История Грузии. КЦ, IV,. с. 351 и др.) пролегала важная трасса, соединявшая Северную Картли с внутренними ее областями (Н. А. Бердзенишвили. Вопросы историк Грузии, I, с. 398-399).

141. Гарта-местность неподалеку от Мнхеты, в бассейне р. Нареквави (Вахушти. Багратиони. Там же, с. 351). Вахушти называет «Ворота Гарта».

142. Ситил-араб-последний представитель тбилисских эмиров из династии Джафаридов, правивших эмиратом в течение 200 лет. Малочисленные и фрагментарные сведения об этом эмире особенно характерны для истории Тбилисского эмирата до периода его разложения. Ситил-араб-побочный представитель Джафаридов, он не «тбилисец», а был выведен Багратом IV из Дманиси (после 1068 г.). Из сообщения одного арабского источника известно, что в 515 г. хиджры (1121-1122, т. е. в году, когда Давид Строитель сделал Тбилиси столицей объединенной Грузии) прошло сорок лет, как в Тбилиси нет эмира (см. М. Д. Лордкипанидзе. Из истории Тбилисского эмирата, с. 198; см. также: Ш. А. Месхиа. Городская коммуна в средневековом Тбилиси, с. 60 и др.; Р. К. Кикнадзе. Из истории Тбилиси XI-XIII вв.-Труды Института истории АН Грузинской ССР, т. V, вып. I, 1960, на груз. яз.).

143. Впоследствии царь Георгий II (1072-1089) отец Давида IV Строителя (1089-1125).

144. Тинисхиди (досл. «Мост Тини»), название местности, расположенной к северу от р. Куры и западу от р. Лиахви (см. И. А. Джавахишвили. История грузинского народа, II, с. 39; ср. Лордкипанидзе. Матиане, с. 58).

Надарбазеви-дословно «Место бывшего дворца». Этот термин зафиксирован в самом раннем списке свода КЦ-«списке царицы Анны», но в виду самого характера данного названия оно вряд ли является аутентичным.

145. На полях списков XVIII в. (в том числе и в наиболее раннем из них-«списке Румянцевского Музея»-до 1703 г.), а в. Теймуразовском списке, (1-я четв. XVIII в.)-в самом тексте-в этом месте отмечено: «Царем же греческим был Михаил, племянник (досл.: «сын сестры») Георгия» (КЦ, I, с. 315, примеч. 1). Речь идет о византийском императоре Михаиле VI (1056-1057), мать которого Марфа была дочерью царя объединенной Грузии Баграта IV (см. примеч. 135) и в замужестве получила второе имя Мария и эпитет «Аланская». Последнее обстоятельство основано на общем представлении византийцев о племенах и народах Грузии и Северного Кавказа (ср. слова известного византийского писателя XII в. Иоанна Цеца: «Иберы, абазги и аланы представляют собой одно племя»), (См. И. М. Нодия. Грузинские материалы о византийской императрице Марфе-Марии.-В кн.: Византиноведческие этюды, Тбилиси, 1978,. с. 146-155; она же: Царица Мария в политической жизни Византии второй половины XI в.-Труды Тбилисского государственного ун-та, т. 183, 1978, с. 143-155, на груз. яз.).

146. Речь идет о событиях, имевших место в самом начале правления Георгия II (1072-1089). Византийские императоры, видя в объединенном Грузинском государстве важный фактор сопротивления сельджукской экспансии, временно отошли от политики поощрения его внутренней децентрализации. Исходя из собственных интересов, они «позволили» Георгию II отвоевать у сельджуков аннексированные самими византийцами в середине XI в. части исторической территории Грузии. На приводимом сведении прерывается текст «Летописи Картли». В общепринятом своде КЦ далее следует «Жизнеописание царя царей Давида». В нем также описывается данное событие, но уже в ином ракурсе. Их сравнительный анализ см.: М. Д. Лордкипанидзе. Из истории византийско-грузинских взаимоотношений (70-е годы XI в.).-ВВ, № 40, М., 1979, с. 92 и др.; также В. У. Копалиани. Из истории внешних политических взаимоотношений Грузии (II половина XI века).- Труды Тбилисского государственного ун-та, т. 127, 1968).

Текст воспроизведен по изданию: Летопись Картли. Тбилиси. Мецниереба. 1982

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.