Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ГРИГОРИЙ КОТОШИХИН

О РОССИИ В ЦАРСТВОВАНИЕ АЛЕКСЕЯ МИХАЙЛОВИЧА  

Глава 1.      О царех, о царицах, о царевичах, о царевнах.

1.   О царе  Иване Васильевиче,  и  каким  обычаем  в  Московском  государстве почалося царствование, и о иных княжествах.  

2.   О царе Феодоре Ивановиче,  и о брате его царевиче Димитрии и о убиении его, и о боярине Борисе Годунове.  

3.   О царе Борисе Годунове и о лживом царе Димитрии.  

4.   О царе Василии Ивановиче.  

5.   О царе Михаиле Феодоровиче.  

6.   О нынешнем царе  Алексее  Михайловиче,  и  о  обирании  и  о      поставлении его на царство, и о невестах его.  

7.   О избирании чиновных людей, кому быти на свадбе его царской.  

8.   О чиновных свадебных людех.  

9.   О обручании царском с невестою.  

10.  О молебствовании царском пред свадбою.  

11.  О чину свадебном как устраивают, и о свадбе, и о венчании, и      о обедех.  

12.  Как царь с царицею начнет опочивать.  

13.  О дружке, как ходит царя спрашивать о здоровье.  

14.  О чиновных  свадебных  людех,  как  ходят  царя   и   царицу      поздравляти.  

15.  О  мылнях,  как  царь  и  царица  наутрее  ходят в мылни,  и      о дарех.  

16.  О другом и  третьем  свадебном  днях,  и  о  обедех,  и  как      свадебные люди царя и царицу благословляют образами и дарят.  

17.  О играх, какие при том веселии бывают.  

18.  В четвертой день,  как бывает у царя на властей стол,  и чем      они царя и царицу дарят.  

19.  О столех же, как бывают на иных чинов людей, и о дарех.  

20.  О попах и о чернцех, как их кормят и дают милостиню.  

21.  Как царь  с  царицею,  после  свадбы,  ходит  по  монастырем      молебствовать, и в богаделни для милостини.  

22.  О ворех, что их для свадбы выпущают.  

23.  О царицыных  сродственных  людех,  как  их царь после свадбы      жалует.  

24.  О царских и царицыных покоях.  

25.  О царевниных покоях, и о житии их.  

26.  О рождении царских детей царевичей.  

27.  О рождении царевен.  

28.  О воспитании детей царских, и о научении их, и о бережении.  

29.  О царевичах и царевнах, когда лучится им ходить к церкве или      ездить. 30.  О празничных   имянинных   днех   царских,  и  царицыных,  и      царевичевых, и царевниных.  

31.  О царевичах как будут два, или три.  

32.  О преставлении царей,  и цариц,  и царевичей, и царевен, и о      погребении их.     

 

Глава 2.      О царских чиновных и всяких служилых людех.  

1.   Самых первых болших родов о боярех.  

2.   О боярех же и околничих, которые ниже тех первые статьи бояр      честию.  

3.   О околничих и думных дворянех.  

4.   О думных диаках.  

5.   О спалниках, которые у царя спят в покоях и бывают за службы      пожалованые в чины.  

6.   О столниках.  

7.   О стряпчих.  

8.   О дворянех Московских.  

9.   О дьяках.  

10.  О жилцах.  

11.  О дворянех городовых и детех боярских.  

12.  О Сибирских, и Касимовском, и Грузинском царевичах.  

13.  О постелничем.  

14.  О боярском приезде к царю.  

15.  О приезде столников и иных чинов людей.  

16.  Как приезжают   всякого   чину   люди,  и  куды  кто  близок      приходити.  

17.  Как царь ходит в поход,  и кто с ним бывает, и кто на Москве      оставаетца.  

18.  О боярех и иных чинов людех,  которые похотят в деревни свои      ехать, для гулянья, и отпрашиваютца у царя.  

19.  О боярских имянинах.  

20.  О царицыных и о царевниных чиновных людех, и о бояронях, и о      приезде к царице  и  к царевнам боярских жен;  а в ней малых      15 статей.  

 

Глава 3.      О титлах, как царь к которому потентату пишется.  

1.   К Цесарскому величеству Римскому.  

2.   Х королевскому величеству Свейскому.  

3.   К Полскому королю.  

4.   К Аглинскому королю.  

5.   К Датцкому королю.  

6.   К курфистром, и х князем, и к графом, и к Галанским статом.  

7.   В Любок,  в Амбурк,  к бурмистром и  ратманом,  такъже  и  к      торговым  иноземцом,  которые  служат в его царском промыслу      факторами.  

8.   По которых мест пишутца  тех  вышеписанных  государей  титлы      золотом.  

9.   О Францужском,  о Гишпанском,  о Португалском королех, что к      ним грамот не бывало.  

10.  К Турскому салтану.  

11.  К Персидцкому шаху.  

12.  Х Крымскому хану.  

13.  К Болшому хану что за Сибирию.  

14.  О печатех, х которому государю грамоты печатают.  

15.  О титлах,  что описуют всякого государя по  их  достоинству,      как  они  сами  себя  описуют,  и таким же обычаем кто и его      царскую титлу описует.  

16.  Которые грамоты на которой бумаге посылают,  и каковы  травы      пишутца золотом.  

17.  Вопрос: для  чего  царь  Московской  пишетца  в християнские      государства полными титлами, а в бусурманские государства не      пишетца? и на то ответ.

 


Глава 1.  О царех, и царицах, и о царевичах, и о царевнах, и о женитбе царской каким обычаем бывает веселие.

     1. Великий  князь  Иван Васильевичь Московский,  Гордый,  со многими своими князи и з боляры,  ходил войною со многими  войски под  Казанское,  и Астараханское,  и Сибирское царствы;  и Божиим изволением,  пленил тех царств  царей,  сь  их  государствы  и  з землями,  и  поселил  в  тех  государствах и землях многих людей, християн,  для укрепления.  И с того времяни учинился он  великий князь над Московским государством,  и над теми взятыми царствы, и над прежними княжствы, царем и великим князем Иваном Васильевичем всеа   Русии;  и  таковым  обычаем  в  Росийской  земле  началося царствование.
      Княжествовавше же той  великий  князь,  и  потом  царствова, правивше  государство  свое в ярости и во злобе силне,  тиранским обычаем,  и имеяй со окрестными государствы  войну  и  розвратие. Когда ж ему не случися быти со окрестным государствы в розвратии, и тогда пленил подданных своих,  единоверных  християн,  и  многи мучителства  над  князи  и боляры своими и простыми людми показа; понеже и сына своего смири на оный свет, пробиша его осном своим, и  единаго митрополита повел задушити подушкою.  Царствова же той царь, преставися.

     2. По смерти же того царя,  на Московском  царстве  учинился царем  сын  его  царевичь  Феодор Ивановичь,  а другому сыну его, царевичю Димитрию,  с материю его,  дан был в удел город Углечь с уездом.  Бысть  же той царь и великий князь Феодор Ивановичь всея Русии на Московском государстве зело тих и  боголюбив,  не  таков яко  отец  его,  и  некоторого  велможу,  зовомаго Борис Годунов, перваго конюшего боярина, учинил над государством своим во всяких делах  правителем;  а сам предался смирению и на молитву.  Той же боярин,  правивше  государство  неединолетно,   обогатися   зело; проклятый  же  и лукавый сотана,  искони ненавидяй рода человеча, возмути его разум, всем бо имением, богатством и честию исполнен, но  еще  несовершенно  удоволен,  понеже  житиe  и  власть  имеяй царскую,  славою ж несть.  И дияволим научением мыслил той боярин учинитись  царем,  и  чрез какой бы обычай;  и сь единомышленными своими умыслил послати некоторых людей во град Углечь,  обещая им великую  честь  и  богатство,  чтоб  они  царского брата царевича Димитриа убили.  Те же посланные люди,  по повелению  его,  то  и сотворили,  пререзали  тому царевичю гортань;  и того ж времяни и самих их забойцов  гражане  побили.  И  как  ему  боярину  ведомо учинилось,  что  по  его  мысли  все совершилось,  велми радостен бысть; и скоро о смерти его царю объявил, что тот его брат, играя с  младенцами  своими,  убился сам.  Царь же уведав о том,  велми опечалился,  и очей своих ни на един час от  слез  не  осушил,  и умыслил  ехать  тело  брата  своего погребсти и проведать,  каким обычаем ему смерть учинилась; той же Борис Годунов послал во град Углечь  многих людей,  и по дорогам поставил заставы под смертною казнию,  чтоб никто о том убиении подлинные ведомости не  сказал, но чтоб сказывали все по его приказу,  как он об нем сказал царю, так же которые писма от матери его царской будут писаны  к  царю, приносили  б  к нему.  Царю ж на погребение брата своего с Москвы ехавшу,  и бывшу у Троицы,  в  первом  Московском  монастыре,  от Москвы 60 верст, и тот зломышленный болярин велел на Москве дворы зажигати и грабити, и людей побивати; и от того учинилося великое смятение,  и кроворазлитие, и пожар, по всей Москве. Он же боярин прииде к царю и поведа,  что на Москве учинилося великое смятение и  пожар,  чтоб он возвратился к Москве,  а брата своего приказал погребсти без себя; понеже, его приездом, оживления ему не будет. Царь же послушав его,  то и сотворил. И которые люди посланы были от него боярина по городом,  и на  заставы,  и  к  Москве  дворов зажигати,  дворы  их всех погорели;  той же боярин,  страшась тех людей, чтоб на него чего не объявили и ему чего не учинили, давал им  из  своей  и  из  царской казны множество имения и богатства. Царствова же той царь,  по смерти брата своего в  печали  немнога лета, преставися.

     3. По  смерти  же того царя,  на Московском царстве учинился царем той боярин Борис Годунов,  и царства его было немнога лета; и  после  того в Росийском царстве начало быть в людях смятение и 3 неприятелское нахождение свыше прежнего.  И в те смутные времена, из некоторого монастыря черной дьякон, покиня свое черное платье, был в Полше у Сердомирского за челядника,  и  назвался  царевичем Димитрием царя Ивана Васильевича сыном;  и в скором времяни, чрез многой свой умысл  и  через  допоможение  Полских  войск,  достал Московское  государство  под свое владенье,  и был царем;  а того Сендомирского дочь взял за себя.  И в то время  его  многие  люди узнали,  что он не прямой царевичь Димитрий, вор Гришка Отрепъев, которой  был  черньцем;  однако  не  смели  против  него   ничего говорить. А как начал царствовать, и в Росийском государстве учал было  заводить  вновь  веру   папижскую,   и   Греческия   церкви переделывать  в  костелы Лятцкие и многие пакости чинил,  - и ему того не потерпели,  бояре и всякого чину люди,  умышляли  чем  бы такого  воровского царя искоренить.  И по их замыслу,  скоро то и совершилось:  каковым обычаем достал он  себе  царство  вскоре  и царствовал  не  истинно,  и  такова  ему  скоро смерть учинилась. Поляков же и Литву, которые были при том лживом царе и в городех, начали  их  побивати,  и из Московского государства выбили в свое государство;  и от того с короною Полскою и с Литвою ноипаче была война.  А  по  том царе и иные такие ж воры пролыгався называлися царевичем Димитрием;  и таким людем но замыслам их и конец им был таков же.

     4. По  смерти  же  того  вора  лживого  царя,  на Московском царстве был некто из боляр, роду великого Шуйских, царь и великий князь  Василей  Ивановичь;  и при царстве его с Поляки и с Литвою потомуж бысть война. И царствова той царь, преставися.

     5. По смерти же того царя учинился царем,  племене  царского по роду Романовых, царь и великий князь Михайло Феодоровичь, всеа Русии самодержец.  Присвоение ж имея  к  царю  Ивану  Васильсвичю такое: понеже роду их Романовых за царем Иваном Васильевичем была Настасея Романовна,  а  у  ней  был  брат  родной  боярин  Никита Романовичь,  и от того ее брата родилися два сына, Федор да Иван, и от Федора родился Михайло Феодоровичь,  которой  был  царем.  С начала  ж  царствования  его  еще с Поляцы войне от кроворазлития престати не минуша. И бысть при царе Василии Ивановиче и при царе Михайле  Феодоровиче  война  с Поляки велия,  мало государству не опустети.  Царю  ж  и  великому  князю  Михаилу  Феодоровичю   от кроворазлития  християнского  успокоившуся,  правивше государство свое тихо и благополучно.  Отец же его Феодор,  во иноческом чину Филарет,   при   его   царстве  бысть  в  Московском  государстве патриархом.  Бысть же у того  царя  два  сына:  царевичь  Алексей Михайловичь,  и той бе зело тих был в возрасте своем, как и отец; вторый же Димитрий, с младенческих лет велми был жесток, уродился нравом  прадеда своего первого Московского царя.  Людие же,  роду великого  и  среднего,  которые  блиски  приходити  к  царю  и  к царевичам,  мысляше о нем, что еще в младых суще летех зла творит много,  понеже по смерти отца своего наипаче  болше  зла  творити начнет,  усмотривше  времяни  час упоиша его отравами;  и от того скончася, никто же о том домыслися, яко бы пришел ему час смерти. И царствова той царь во успокоении, преставися.

     6. По  смерти  же  его  осталися:  сын  его царевичь Алексий Михайловичь да три тщери царевны. И мало время минувше, патриарх, и митрополиты и архиепископы и епископы,  и архимариты и игумены, и весь духовный чин,  соборовали,  и бояре и околничие  и  думные люди,  и  дворяне  и  дети боярские,  и гости и торговые и всяких чинов люди, и чернь, после смерти прежнего царя на царство обрали сына его, нынешняго царя, и учинили коронование в соборной болшой первой церкве и молили Бога.  А когда царя коронуют, и в то время бывает  ему  помазание  елеом,  и потому имянуется Помазанник.  И после того власти,  и бояре и ближние и  всяких  чинов  люди,  на государстве  его  поздравляли.  И  по поздравлению,  патриарх,  и митрополиты и  архиепископы  и  епископы,  и  иныя  власти,  царя благословляли образами и подносили хлебы,  и бархаты,  и объяри и отласы и камки золотные и простые, и соболи, и серебряныя сусуды; а  бояре  и  ближние  люди,  и  столники,  и стряпчие,  и дворяне Московские,  и дьяки,  и жилцы,  и полковники,  и дворяне и  дети боярские городовые, и гости, и служилые люди, дарили против тогож что и власти;  а сотенные,  и торговые,  и из  городов  посадцкие люди, подносили хлебы с солью, и дарили против такого ж обычая, у кого что прилучилося;  а было тех дворян,  и  детей  боярских,  и посадцких людей,  для того обрания,  человека по два из города. И потом у царя на властей, и на бояр, и на всяких чинов людей, были пиры.  И  после  того  времяни царь с патриархом советовал,  и со властми и з бояры и з думными людми говорил,  чтоб ему сочетатися законным  браком;  и  патриарх,  и  власти на такое доброе дело к сочетанию законныя любви благословили,  а  бояре  и  думные  люди приговорили.  И сведав царь у некоторого своего ближнего человека дочь,  девицу добру, ростом и красотою и разумом исполнену, велел взяти  к  ceбе  на  двор,  и  отдати  в бережение к сестрам своим царевнам, и честь над нею велел держати яко и над сестрами своими царевнами,   доколе  сбудется  веселие  и  радость.  И  искони  в Росийской земле лукавый дьявол всеял плевелы  свои,  аще  человек хотя мало приидет в славу и честь и в богатство, возненавидети не могут.  У некоторых бояр и ближних людей дочери были,  а царю  об них к женидбе ни об единой мысль не пришла:  и тех девиц матери и сестры,  которые жили у царевен,  завидуя о том, умыслили учинить над тою обранною царевною чтоб извести,  для того,  надеялися что по ней возмет царь дочь за себя которого иного  великого  боярина или  ближнего  человека;  и  скоро  то  и  сотворили,  упоиша  ея отравами.  Царь же о том велми печален был, и многа дни лишен был яди;  и  потом не мыслил ни о каких высокородных девицах,  понеже познал о том,  что то учинилося по ненависти и зависти.  И  после того  времяни  случися ему быти в церкве,  где коронован,  и узре некоторого Московского дворянина Ильи Милославского две дочери  в церкве  стоят  на  молитве,  послал  по некоторых девиц к себе на двор,  велел им того дворянина едину мнейшую дочь взяти к себе  в Верх;  а  как  пение  совершилось и в то время царь пришед в свои хоромы,  тое девицы смотрил и возлюбил,  и нарек  царевною,  и  в соблюдение  предаде ея сестрам своим,  и возложиша на нее царское одеяние,  и  поставил  к  ней  для  оберегания   жен   верных   и богобоязливых, дондеже приспеет час женидбы.

     7. Царю  ж  отложивше  всякие государственные и земские дела правити и росправу  чинити,  почал  с  своими  князи  и  бояры  и околничими и думными людми мыслити о женидбе своей,  кого из бояр и из думных и из ближних людей,  и из  их  жен,  обрати  в  какой свадебной чин,  во отцово и в материно место, и в сидячие бояре и в боярыни,  и в поезжаня,  в тысецкие и в бояре и в дружки,  и  в свахи,  и  в  свещники  и  в  коровайники  и в конюшенной чин и в дворецкие,  так же и с царевнину сторону сидячих бояр и бояронь и дружек и свах.  И мысля о том многие дни, указал, для такия своея царския радости, думным дьяком росписати на роспись: кому в каком в том свадебном чину бояром и околничим и думным и ближним людем, и их женам,  в чинех же быти, по своему обранию, кого в какой чин излюбил,  не  по  родом и не по чином и не по местом,  где кому в каком чину указано быти,  и тому по тому и быти,  а  написав  тое роспись,  закрепити им же дьяком и поднести ceбе.  А свой царской указ бояром,  и  околничим,  и  думным  и  ближним  людем,  велел сказати,  при многих людех: чтоб они к тому дни, в которой день у него будет радость, в том чину кому где указано быть, были готовы без мест, не по роду и не по чином; а как у него будет радость, и в те дни будет кто из них бояр и околничих  и  думных  и  ближних людей  учинят  в  свадебном  деле,  породою своею или местами или чином,  какую смуту,  и в том свадебном деле учинится помешка,  и того  за  его  ослушание  и  смуту казнити смертию,  безо всякого милосердия,  а поместья его и вотчины взяти на  царя;  так  же  и после  свадбы никому никого никакими словами о свадебных чинех не поносити,  и в случаи не ставити,  кто кого в чину выше ни был, а кто кого учнет поносити,  а себя высити, и про то сыщется, и тому от царя быти в великой опале и в наказании.

     8. А  бывают  свадебные  чиновные  люди  таковы:  с  царскую сторону  первой  чин,  отец,  мать,  сидячие,  которые  бывают за царского отца и мать;  2-й  чин  поезжаня,  протопоп  с  крестом, тысецкой,  и тот тысецкой в поезду болшим чоловеком;  потом царь; восемь человек бояр,  и тех поезжан чин таков: бывают с царем и с царицею у венчания в церкве,  и за столами сидят выше всех людей; дружка,  поддружье,  чин их таков: на свадбу созывают гостей, и в свадбе  от  тысецкого  и  от  царя говорят речи,  и розсылаются з дарами;  свахи,  дружковы жены, чин их таков: царицу укручивают и оберегают,  и  платье  надевают  и снимают;  свечник:  как царицу укручивают перед  венчанием,  и  он  в  то  время  держит  свечю; коровайники, которые носят к церкве и от церкви хлеб на носилках, а бывают те носилки обиты бархатом  золотным  и  покрыты  пеленою шитою  да  соболми;  конюшей,  с своим чином;  третей чин сидячие бояре и боярыни,  по 12 человек мужского полу и женского, которые сидят гостми за столами,  с царским отцом и с матерью вместе, а в церковь с царем не ходят; четвертой чин дворецкой, с своим чином, у поставца у ествы и у питья. С царицыну сторону первой чин: отец и мать родные;  другой чин  сидячие  бояре  и  боярыни;  3-й  чин дружка, свахи, дружкины жены; свечник, коровайники, против токого ж обычая.
      Да на свадбе ж кому носити еству и  питье,  столником,  пред царя  и  царицу  и  во  все столы перед чиновных людей,  кому где ведено быти по росписи: и те б были потомуж без спору.

     9. А как приспеет день день женидбе царской,  и в навечерии  того дня  бывает у царя стол,  на бояр и на бояронь,  и на отца и мать невестиных;  и сидят царь с невестою своею за столом,  а бояре  и боярыни  за  розными  особыми  столами.  И  пред  ествою  царской духовник,  протопоп, царя и царевну благословляет крестом и велит им  меж  себя  учинить целование;  и потом бояре и боярыни царя и царевну поздравляют обручався. И евши и пив царь царевну отпустит к  сестрам  своим,  по прежнему;  а бояре и их жены розъедутся по домом.

     10. И наутрее того дни,  в которой быть женитбе, бывает царь в  первой  соборной  церкве  и  молебствует;  и  по молебствовани патриарх благословляет царя крестом и кропит водою святою, и царь прикладывается   к   образом   и   святых   к   мощем,   а  потом благословляетца у патриарха  о  женидбе  своей,  и  патриарх  его благословляет словом. И пойдет царь из церкви в другую соборную ж церковь,  где погребены прежние цари,  и в то время  отправит  по мертвых пение; и учиня у гробов прощение, пойдет к себе.себе.

     11. О  чину  как  устраивают  свадебной  чин.  Первое полату нарядят,  объют бархаты,  и постелют ковры  Турские  и  Персицкие болшие;  и  учинят поставят царское место,  где сидеть царю и его царевне, и перед ними стол, да столы ж, за которыми сидеть бояром и бояроням,  и на тех столех положат скатерти да хлеб с солью.  А царь в то время устраиваетца во все свое царское одеяние,  так же как  и при короновании;  а новую царевну прикажет нарядити во все царственное ж одеяние,  опричь короны,  а положат  на  нее  венец девичей;  и  в  то  ж  время  и  бояре,  и все свадебные чины,  и столники,  и  стряпчие,  и  дворяне  Московские,   и   дьяки,   и полковники, и головы, и гости, устроятся в золотое одеяние. А как то все устроится,  и о том известят царю,  и мало  время  минувше укажет  царь  царевнину отцу и матере,  и всему чину ея половины, итти с нею в тое  полату  и  ожидати  своего  пришествия;  и  как царевна, со отцем своим и с матерью и з свадебным чином, в полату войдут,  и в то время царевну посадят на ее  устроеное  место,  а сами  ожидают  царского пришествия у своих мест,  где устроено им сидеть.  И как о том царю ведомо объявится, что они со всем чином в  полату  пришли  и  устроилися,  и царь скажет духовнику своему протопопу,  что ему итти час, и духовник начнет говорить молитву, а  царь  и  чин свадебной молятся образам;  и по молитве духовник свадебной чин и царя благословляет крестом,  и дружки и свадебной чин  благословляются  у  отца  и  у  матери,  которые устроены за царского отца и мать,  ехать по новобрачную невесту; и потом царь благословляется  же,  и  отец  и  мать дают благословение словом: «благослови Бог!» и потом пойдут протопоп, и чин, и царь; а перед ними  идут коравайники,  несут хлеб.  А как приходят к той полате где устроено, и протопоп учнет свадебной чин и царя благословляти крестом,  и входит наперед в полату протопоп,  и чин,  и царь;  а царевна в то время и eе чин стоят.  А вшед  протопоп,  и  чин,  и царь,  молятся  образом,  и  потом  дружки и поддружья у отца и у матери невестины благословляются новобрачному и дщери их садитися на место;  и они их благословляют словом же. А как царь и царевна сядут на место на одной подушке,  и потом сядут и  бояре  и  весь свадебной чин по своим местом за столы,  и учнут пред царя и пред царевну,  и пред свадебной чин,  носити есть столники  и  ставити ествы по одному блюду на стол, а не все вдруг; и в том столе, где сидят бояре и боярыни,  ставитца одной ествы блюд по пяти, потому что иные сидят от первых людей один от другого вдали; а как еству испоставят,  и в то  время  встав  духовник  начнет  пред  ествою говорити  молитву:  «Отче  наш»,  а  соверша молитву,  садятся по местом; и потом дружки и поддружья учнут благословлятися у отца ж и  у  матери новобрачной косу чесати,  а протопоп и свадебной чин начнут ести и пити,  не для того чтоб досыта наестся, но для чину такого, а пред царя есть ставят и розрезывают и отдают с стола, а он не ест; и в то ж время как у новобрачной косу росчешут, дружки благословляются  у  отца  и  у  матери  новобрачную крутити и они потомуж  благословляют  словом;  а  как  начнут  косу  чесати   и укручивати, и в то время царя и царевну закроют покровом и держат покров свещники, а косу розчесывают свахи и укручивают; да в то ж время пред царем стоит на столе,  на болшом блюде, хлеб да сыр, и тот хлеб и сыр начнут резать и класть на торелки,  да сверх  того хлеба и сыра на те ж торелки кладут дары, ширинки от новобрачной, по росписи,  и подносят  наперед  священнику  да  отцу  и  матере невестиным да тысецкому,  потом царю и поезжаням и сидячим бояром и бояроням,  и дружки ж себе и свахам и конюшему и  дворецкому  и чином их,  по росписям же;  а укрутя новобрачную покроют покровом тем же,  которым были закрыты,  а на том покрове вышит  крест,  а венец  девичей  бывает  снят  и  отдан  в сохранение;  так же и к царскому отцу и матере,  и к  царевнам,  и  к  сидячим  бояром  и бояроням,  хлеб  и сыр и дары посылают с невестиным дружкою,  а к патриарху белого полотна сколко доведется; бывают те дары ширинки тафтяные  белые,  шиты  кругом  золотом  и серебром,  около кисти золото с серебром, а иные золото и серебро с шолком. И после того окручения,  из  за  третьие ествы протпоп встав из за стола учнет говорити по обеде молитву, и потом дружки у отца и у матери учнут благословлятися  царю  с царевною и с поездом итти к венчанью,  и они их благословляют;  и потом отец и  мать  царя  и  новобрачную благословляют образами окладными,  обложены золотом с каменьем, и с жемчюгом,  и потом отец и мать дочь свою взяв  за  руку  отдают царю в руки и прощаются;  а как пойдут в церковь,  и в то время в полате  протоцоп  благословляет  коровайников  и   свещников,   и свадебных людей, и царя и царевну, крестом, а пойдут к венчанию к той церкве где служить духовник,  и где мимо той церкви  ходят  в Верх к царю через сени всех государств послы,  и приходя к церкве також протопоп благословляет крестом  всех,  и  потом  входить  в церковь;  а  ис  полаты  царь к церкве идет с царевною вместе,  и ведет ее за правую руку;  и в то  время  учнут  во  все  колокола звонити, и во вcеx церквах Бога молити о здоровье его царском и о царевнине и о сочетании законного браку.  А вшед в церковь царь и царевна станут среди церкви, блиско олтаря, и постелют под них на чом стояти объяри золотной сколко доведется,  и  с  одну  сторону царя  держать  под  руку  дружка,  а  царевну  сваха;  и протопоп устрояся во одеяние церковное,  начнет их венчати по чину, и в то время  царевну  открывают;  и  возлагает  на  них  протопоп венцы церковные,  а по венчании подносит им из единаго сосуда пити вина Французского красного,  и снимет с них церковные венцы, и взложат на царя корону.  И потом протопоп поучает их, как им жити: жене у мужа быти в послушестве и друг на друга не гневатися, разве некия ради вины мужу поучии ея слехка жезлом, занеже муж жене яко глава на церкве,  и жили бы в чистоте и в богобоязни,  неделю и среду и пяток и все посты постили, и Господьския празники и в которые дни прилучится  празновати  Апостолом и Еуангелистом и иным нарочитым святым греха не  сотворили,  и  к  церкве  б  Божии  приходили  и подаяние давали, и со отцем духовным спрашивались почасту, той бо на вся блага научит.  А соверша протопоп поучение,  царицу возмет за руку и вдает ю мужеви,  и велит им меж себя учинити целование, и по целовании царицу покроют;  и потом протопоп и свадебной  чин царя  и  царицу поздравляют венчався.  А по поздравлении протопоп розвлачась,  идет из церкви вон,  и весь свадебной чин,  и царь и царица, и в сенях у дверей протопоп против прежняго ж начнет всех благословляти крестом, и идут в царския полаты; и тысецкой дружку посылает,  наперед  их  приходу,  к царскому и к царицыну отцем и матерем,  и к сидячим бояром  и  бояроням  сказати,  что  царь  с царицею  венчались  в  добром  здоровье  и  идут  к  ним  - и они отвещают,  что  они  пришествия  их  ожидают;  а  сказав   дружка воротится и скажет их речи тысецкому. А как царь идет ис церкви в хоромы, и в то время бывает звон во все колокола. Да в то ж время как  царь  с  царицею  венчаются,  царской  отец и мать и бояре и боярыни сойдутца все вместе,  в тое полату, где окручение было; а как  царь  и  свадебной чин входят в полату,  и у полаты протопоп благословляет крестом всех по прежнему ж, - и в то ж время отец и мать  царские  царя и царицу благословляют образами окладными,  и потом отцы и матери и бояре и боярыни царя и  царицу  поздравляют венчався;  и  садятца  за  столы  царь  с царицею,  а бояре и чин свадебной за своими столами,  и начнут носити есть, и едят и пьют до тех мест,  как принесут еству третьюю,  лебедя,  и поставят на стол;  - и в то время дружка у отца и у матери,  и  у  тысецкого, благословляются новобрачному с новобрачною итти опочивать,  и они их благословляют словом же;  и царь и царица,  и отец и  мать,  и иные  немногие  люди  и  жены провожают их до той полаты,  где им опочивать, и проводя пойдут все прочь по прежнему за стол, и едят и пьют до тех мест, как от царя ведомо будет.

     12. А  как  начнет  царь  с царицею опочивать,  и в то время конюшей ездит около той полаты  на  коне,  вымя  мечь  наголо,  и блиско  к  тому  месту никто не приходит;  и ездит конюшей во всю ночь до света.

     13. И испустя час боевой,  отец и мать, и тысецкой, посылают к  царю  и  царице  спрашивати  о здоровье.  И как дружка приходя спрашивает о здоровье,  и в то время царь отвещает что  в  добром здоровье,   будет   доброе   меж  ими  совершилось;  а  ежели  не совершилось,  и царь приказывает приходить в другой ряд,  или и в третьие;  и дружка потомуж приходит и спрашивает.  И будет доброе меж ими учинилось,  скажет царь, что в добром здоровье, и велит к себе быти всему свадебному чину и отцем и матерем,  а протопоп не бывает;  а когда доброго ничего не учинится,  тогда все  бояре  и свадебной чин розъедутца в печали, не быв у царя.царя.

     14. А как свадебной чин приходить к царю, и отцы и матери, и весь чин царя и царицу поздравляют сочетався законным  браком,  и царь  жалует подает им кубками и ковшами питья,  и потом и царица подает же; и потом царь велит принесть себе и царице есть лехкое, потому что тот день весь постили,  и едят с царицею вместе. А как откушают,  и в то время сказывает царь свадебному чину,  чтоб они ехали  к себе,  и наутрее были к обеду,  и сьезжaлись бы все преж обеда; а сам с царицею по прежнему начнет опочивать.

     15. И наутрее того дни, царю и царице готовят мылни, разные, и ходит царь в мылню,  а с ним дружка да постелничей;  а как царь выходит из мылни,  и в то время возлагают на него срачицу и порты и платье иное,  а прежнюю срачицу велит сохранити постелничему; а после того слушает царь заутрени, доколе царица в мылни; и как ее во одеяние нарядят,  и в то ж время и бояре сьезжаются к царю.  А как царица пойдет в мылню,  и с нею мать и иныя  ближния  жены  и сваха,  и  осматривают  ее  сорочки;  а осмотря сорочки,  покажут царской матере и иным сродственным женам немногим,  для того  что ее  девство  в  целости  совершилось,  и  те  сорочки,  царскую и царицыну,  и простыни,  собрав вместо,  сохранят в тайное  место, доколе веселие минется; и потом из мылни выходит в свои полаты. А как царю о том ведомо учинитца,  что уж из мылни вышла и по  чину изготовились,  и  в  то  время царь со всем своим поездом ходит к царице;  а царица в то время бывает во всем своем  одеянии,  и  в венце царском; и чиновные люди царя и царицу поздравляют; а потом царица подносит мылные дары царю,  и бояром,  и всему  свадебному чину,  сорочки  и  порты,  а бывают те сорочки и порты тяфтяные и полотняные,  шиты золотом и серебром.  И потом  царь  с  поезжаны ходит к патриарху,  и патриарх его благословляет и поздравляет; и от патриарха ходит царь по церквам  своим  и  молебствует,  а  по молебствовании прикладывается к образом.азом.

     16. А как приспеет обед,  и в то время царь и с царицею едят в той же полате,  где сперва  чин  начался,  а  словет  тот  стол княжей;  и садитца царь с царицею за своим столом на маестатех, а чиновные люди и боярыни в прежних своих местех; и по обеде ставят на  стол  овощи всякие,  сахары и ягоды и иные диковинки;  и в то время царь и царица и все чины стоят; и сперва царя и царицу отец и  мать  посаженые,  и  царевны,  и  сидячие  бояре и боярыни,  и тысецкой,  начнут благословляти образами окладными,  и потом царя дарят  бархатами  я  отласами  и  камками  и  объярми золотными и серебряными,  и собольи,  и серебряными кубками,  так же и царицу дарят  бархатами ж и отласами и камками и объярми,  и соболми,  и пернстми золотыми с каменьем,  и сосуды серебряными,  у кого  что прилучилось;  и  етчи и пив за здоровья их государские,  того дни бояре и все чины розъедутца по  домом.  Таким  же  обычаем  и  на третей день у царя потомуж бывает стол от новобрачной царицы,  на бояр же и на свадебной чин,  а называетца тот  стол  княгинин,  и обедают противо прежнего ж;  а после стола за овощами начнут царя и царицу  образами  благословлять,  царицын  отец  и  мать  и  ее сродичи,  и сидячие бояре и боярыни, и дарят против того ж, как и царские чиновные люди;  и етчи и пив потомуж все чины  розъедутца по домом.

     17. А  как  то  веселие бывает,  и на его царском дворе и по сеням играют в трубки и в суренки и бьют в литавры;  а на  дворех чрез все ночи для светлости зжгут дрова,  на устроеных местех;  а иных игр,  и музик,  и  танцов,  на  царском  веселии  не  бывает никогда.огда.

     18. В   четвертый   же   день  у  царя  бывают  патриарх,  и митрополиты и архиепископы и епископы,  и архимариты и игумены, и келари,  на  обеде;  и  по  обеде патриарх и власти царя и царицу благословляют образами, и потом дарят против того ж, как и бояре; и  те  образы и дары у патриарха и у болших властей царь и царица приимают сами,  а у иных властей велят принимать.  А потом царь и царица подносят им кубками и ковшами питья,  и власти,  пив за их государское здоровье,  розъедутца по домом; и потом к патриарху и ко  властем  бывают  от  царя и от царицы милостиня,  денгами,  и подарки полотняные, и подачи ества и питье.

     19. Таким же обычаем в-ыные дни бывают столы на столников на стряпчих на дворян Московских,  и на гостей,  и на сотенных людей старост,  и на городовых выборных посадцких людей; и те люди царю и царице дары подносят против того ж,  у кого что прилучилося;  и те дары царь принимает сам, а царицы в то время не бывает.

     20. Попов и дьяконов, и служебников соборных церквей и иных, кормят на царском дворе не по один день,  а иным есть и пить дают в домы;  да им же дают денги,  что они за их государское здоровье молили  Бога,  по  10  и  по 5 рублев и менши,  а меншое самое по полтине,  смотря по церквам,  как кому годовое царское  жалованье идет.  А  в  городы  посылают  царские  грамоты,  соборных и иных церквей попом и дьяконом  велят  давать  молебные  денги,  против Московскпх вполы, из городцких доходов. Да с Москвы ж в городы по монастырем посылаются столники,  стряпчие, жилцы с милостиною и с молебными денгами, и кормить черпцов - и дают денги по 5 рублев и по 4 и по 3 и по 2 и по рублю  и  по  полтине  и  менши  человеку чернцу,  смотря по человеку, да по полотенцу и по 2 платка; а они против  того  тех  людей  благословляют  образами  и  дарят,   из монастырской казны, чем прилучилось.

     21. А  по  веселии  его  царском,  пойдет  царь с царицею по Московским монастырем,  и молебствуют,  и кормят чернецов, и дают милостиню:  архимаритом, и игуменом, и келарем по 20 и по 15 и по 10 рублев человеку,  соборным и рядовым по 5 и по 4 и по 3 и по 2 и по рублю человеку, да по полотенцу, и по два платка; а как царь и царица с монастыря пойдут, и в то время власти с братьею царя и царицу  благословляют  образами  окладными,  и подносят хлебы.  И потом царь и царица ходят по  богаделням  и  по  тюрмам,  и  дают милостиню  ж;  так  же  и нищим и убогим людем дают по рублю и по полтине и  менши  человеку.  И  тех  денег  росходится  множество тысечь.

     22. Да в то ж время,  как царя коронуют и веселие бывает, на Москве и в городех всех воров свобождают  на  волю,  кроме  самых великих убийственных дел.

     23. А  по  всей  его царской радости,  жалует царь по царице своей отца ее,  а своего  тестя,  и  род  их:  с  ниские  степени возведет  на  высокую,  и  кто  чем  не достатен сподобляет своею царскою казною, а иных розсылает для покормления по воеводствам в городы,  и на Москве в Приказы,  и дает поместья и вотчины; и они теми поместьями и вотчинами, и воеводствами, и приказным сиденьем побогатеют.

     24. О покоех царских. У царя и у царицы покои свои особые; и видают царицу бояре и ближние люди времянем,  а простые люди мало когда видают.  И на празники господския,  и в воскресные дни, и в посты,  царь и царица опочивают в своих покоех порознь;  а  когда случитца  быти  опичивати им вместе,  и в то время царь по царицу посылает,  велит быть к себе спать, или сам к ней похочет быть. А которую нощь опочивают вместе,  и наутрее ходять в мылню порознь, или водою измыются;  а не быв в мылне,  или не измывся  водою,  в церковь и ко кресту не приходят, понеже поставлено то в нечистоту и в грех, и не токмо царю и царице, но и простым людем запрещено.

     25. Сестры ж царские,  или  и  тщери,  царевны,  имеяй  свои особые ж покои разные, и живуще яко пустынницы, мало зряху людей, и их люди;  но всегда в молитве и в посте пребываху и  лица  свои слезами омываху, понеже удоволство имеяй царственное, не имеяй бо себе удоволства такова,  как от Всемогущаго Бога вдано  человеком совокуплятися и плод творити. А государства своего за князей и за бояр замуж выдавати их не повелось,  потому что князи и бояре  их есть холопи и в челобитье своем пишутца холопми,  и то поставлено в вечной позор,  ежели за раба выдать госпожа;  а иных государств за  королевичей  и за князей давати не повелось,  для того что не одной веры,  и веры своей отменити не учинят, ставят своей вере в поругание,  да и для того что иных государств языка и политики не знают, и от того б им было в стыд.

     26. 26. О рождении царских детей.  Как приспеет  время  родитися царевичю,  и  тогда  царица бывает в мылне,  а с нею бабка и иные немногие жены;  а как родится, и в то время царю учинится ведомо, и посылают по духовника,  чтоб дал родилнице и младенцу и бабке и иным при том будучим женам молитву,  и нарек тому  новорожденному младенцу имя; и как духовник даст молитву, и потом в мылню входит царь смотрити новорожденнаго, а не дав молитвы, в мылню не входят и не выходят никто. А даетца новорожденному младенцу имя, от того времяни как  родитца,  счотчи  вперед  в  восмой  день,  которого святаго день и ему то ж имя и будет.  И пошлет царь к патриарху с ведомостью, что подаровал ему Бог царевича, и патриарх скоро идет в  церковь,  а  потом  и царь,  и молебствуют;  а по иным по всем церквам  и  в  монастыри  пошлют  молебствовать  же,  и   роздают милостиню  ж  нищим  и  убогим  людем;  а  потом  ходит  царь  по монастырем,  и кормит чернецов и дает милостиню ж,  так  же  и  в тюрмы  и  в  богаделни посылают милостиню болшую,  да из тюрем же виноватых свобождают, кроме самых великих дел. Да того ж дни, как родится царевичь,  бывает у царя на патриарха, и на властей, и на бояр родилной стол,  а потом на попов и на дьяконов; а стрелцов и иных чинов людей жалует царь,  велит поить на погребе питьем. А в городы,  к митрополитом и к  архиепископом  и  к  епископом  и  к воеводам, и по монастырем, посылают столников и стряпчих и жилцов с  царскими  грамотами,  чтоб  они  Бога  молили  за  государские здоровья  и  за новорожденнаго царевича;  а как те люди приехав в городы чин свой исполнят и грамоты отдадут,  и  после  моления  у властей  и  у  воевод  и в монастырех обедают,  а по обеде власти благословляют их  образами  и  дарят,  и  воеводы  дарят  же  чем прилучитца,  и  тех  даров от властей и от монастырей и от воевод бывает им немало;  а как приедут они к Москве,  и их  спрашивают, кто  чем дарил,  и будет кто подарил скудно,  а место или человек богатые,  и о том царь бывает гневен, понеже будто тот человек не рад рождению того царевича.  И после того бывают у царя крестины, в которой день ни прилучится,  смотря по младенцову  здоровью;  а крестит  того  младенца  патриарх;  а  воспреемник бывает первого Троицы Сергеева монастыря келарь старец,  а кума царевна  сестра, или  свойственная  царю  и  царице.  И  после  крещения бывает на патриарха, и на властей, и на бояр, и на иные чины, стол; а после обеда  благословляют  власти царевича образами,  и потом власти и бояре и иные чины подносят царевичю дары,  и царь у патриарха и у болших  властей  и  у бояр образы и дары принимает сам,  а у иных менших властей и  у  менших  чинов  людей  образы  и  дары  велит принимать ближним людем;  а царевича в то время не бывает;  и пив заздравные чаши розъедутца по домом;  так же и попом  и  дьяконом столы,  и  стрелцом и всяких чинов людем питье бывает против того ж,  как в рождении.  А дается стрелцом, и салдатом, и иным чином, питье не по мере: толко когда прилучатся такие дни, или празники, и им середи царского двора испоставят вина ведер по 100 и по  200 в кадях,  да пива и меду против того в шестеро и в семеро;  и кто хочет пить и окроме стрелцов,  и ему пить волно; а с двора к себе никому домовь носити не дадут.

     27. А как родится царевна,  и в рождении ея, и в крещении, и в молебстве, бывает против царевича ж; а в иных домовых статьях и в роздаче денег перед царевичем бывает с убавкою.вкою.

     28. А на воспитание царевича,  или царевны,  выбирают всяких чинов из жон,  - жену добрую,  и чистую,  и млеком  сладостну,  и здорову,  и  живет та жена у царицы в Верху на воспитание год;  а как год отойдет, и ежели та жена дворянска роду, мужа ее пожалует царь на воеводство в город,  или вотчину даст, а подьяческая, или иного служивого чину,  прибавят чести и дадут жалованья немало, а посадцкого   человека,  и  таким  потомуж  дано  будет  жалованье немалое,  а тягла и податей на царя с мужа ее  не  емлют,  по  их живот. Да у того ж царевича или у царевны, бывают приставлена для досмотру мамка,  боярыни честная,  вдова старая,  да нянка и иные послужницы.  А как царевич будет лет пяти, и к нему приставят для бережения и научения боярина,  честью великого, тиха и разумна, а к нему придадут товарыща околничего, или думного человека; так же из боярских детей выбирают в слуги и в столники таких же  младых, что и царевич.  А как приспеет время учити того царевича грамоте, и в учители выбирают учителных людей,  тихих и  не  бражников;  а писать  учить  выбирают  ис  Посолских  подьячих;  а иным языком, Латинскому,  Греческого,  Неметцкого,  и никоторых, кроме Руского научения, в Росийском государстве не бывает. И бывают царевичам и царевнам всякому свои хоромы и люди, кому их оберегати, особые. А до  15  лет  и болши царевича,  окроме тех людей,  которые к нему уставлены,  и окроме бояр и ближних людей, видети никто не может, таковый бо есть обычай,  а по 15 летех укажут его всем людем, как ходит со отцем своим в церковь и на потехи;  а как уведают  люди, что уж его объявили,  и изо многих городов люди на дивовище ездят смотрити его нарочно.

     29. Царевичи же во младых летех, и царевны, болшие и меншие, внегда случися им итти к церкви,  и тогда около их по все стороны несут суконные полы,  что люди зрети их не могут,  так же как и в церкве  стоят  люди видети их не могут же,  кроме церковников,  а бывают в церкве завышены тафтою;  и в то время  в  церкве,  кроме бояр и ближних людей, мало иные люди бывают. А как ездят молитися по монастырем,  и тогда каптаны  и  колымаги  их  бывают  закрыты тафтами ж.  А учинены бывают царице и царевнам,  для зимние езды, каптаны на санях избушками, обиты бархатом или сукном красным, по обе стороны двери з затворами слюдяными и з завесами тафтяными; а для летние езды колымаги  зделаны  на  рыдванную  стать,  покрыты сукном же,  входят в них по лесницам, а зделаны бывают на колесах просто как и простая телега,  а не так как бывают кореты  висячие на ремнях: и те колымаги и каптаны бывают о дву оглоблях, а дышел не  бывает,  и  лошадей  в  них  запрягают  по  одной,  а   потом прибавливают и иные лошади в припряжь.

     30. Как  бывает  празновати  поодиножды в году день рождения царского,  или царицына,  или царевичей и царевен,  и того дни  у царя на патриарха,  и на властей,  и на бояр,  и на думных людей, бывают столы;  и после стола  патриарх  моля  Бога  говорит  речь заздравную,  и  пьет  чашу  наперед  сам,  потом  подает  царю  и митрополитом и бояром;  и пив  за  царское  здоровье,  так  же  и царицыно и царевичей и царевен, розъедутся по домом.      А до стола как придет царь к себе,  от себя и от царицы и от царевичей и от царевен,  которого бывает день, властем и бояром и думным и ближним людем, так же и столником и дьяком и полковником и гостем,  роздает имянинные калачи;  а зделаны те калачи  бывают долгие, аршина в два и в три, толщиною в четверть аршина; а попом и дьяконом и стрелцом корм и питье,  и  в  тюрмы  и  в  богаделни милостиня бывает против того ж,  как о том выше помянуто. Да в те ж дни как празнуют их государские имянины,  в войне и  в  городех болшие  воеводы,  и  митрополиты,  и в монастырех власти,  делают столы на воинских и на иных людей,  и на попов и на чернцов; а по обеде потомуж пьют заздравные чаши.  Так же в те ж дни, на Москве и в городех,  всякого чину люди работы никакие не работают,  и  в рядех  не  сидят,  и  свадеб  не играют,  и мертвым погребения не бывает.

     31. О царевичах как будут два  или  три.  После  царя  Ивана Васильевича  осталися  два  сына,  и  един был царем,  а другой с материю отделен был,  как о том писано выше сего.  Ныне же у царя три сына,  един приходит в возраст,  а другие млады;  и при своем животе похочет ли которого женить,  или отделить,  так  же  ежели случится по смерти его быти всем живым, или еще вновь прибудут, а единого из них оберут царем,  а иным таким же ли отделением жити, как сперва началось,  или как об них вновь умыслят, и ежели он им было и отделение, а от них бы розмножились дети, а тем отделением прокормитися им было б скудно и мало:  и о том написати не мочно, потому что такого образца не бывало.  А даютца в удел  городы  не государственные;   а   царств   Казанского   и  Астараханского  и Сибирского,   и   государств   Владимерского,   Новгородцкого   и Псковского  давати,  опасаются,  понеже  чрез великую силу достал первый царь под свое владение и привел в совокупление;  а как  бы то  дано  было,  и  тогда  б  они  брату  своему царю ни в чем не послушны были,  а дети б их от них разлучились  и  стали  б  жить своим  государством,  а  не послушенством,  или б похотели быть у которого иного потентата в подданстве,  и от того б приходило  до великой смуты.

     32. О преставлении царей и цариц и царевичей и царевен,  и о погребении их.  Когда лучится царю от сего света  преселитися  во оный покой, и тогда пошлют ведомо учинити к патриарху и к бояром; и патриарх тогда пошлет у первыя своея  церкви  звонити  во  един колокол,  изредка,  чтоб все люди ведали; а потом патриарх идет в церковь, и отпевает по мертвом Великий Канон; а бояре, и думные и ближние люди, нарядятца в чорное платье, поедут на царской двор и у царского тела прощаются;  и того ж  дни  царя  измывают  теплою водою, и возложа на него срачицу и порты и все царское одеяние, и корону положат во гроб,  а бывает тот  гроб  деревяной  в  середи обито бархатом вишневым,  а сверху червчатым; и стоит его царское тело в его царской церкве,  которая устроена пред покоями его, до тех мест как будет погребение;  и до 6 недель у гроба его говорят церковные дьяки денно и ночно псалтырь с молитвами. А на Москве и в  городы,  по  всем монастырем и по церквам,  прикажут чинити по царе до шти недель поминание,  и поставляти  кутию  по  вся  дни, кроме  воскресения  и  болших  празников;  и посылают на Москве в монастыри и  по  церквам  на  поминание  денги,  а  в  городех  в монастыри  и  по  церквам  на  поминание  денги дают из городцких доходов,  против Московских вполы. Да в городы ж к митрополитом и к  архиепископом  и к епископом,  и в монастыри к архимаритом и к игуменом,  посылает патриарх грамоты,  велит  им  для  погребения царского  быти  всем.  А на Москве в третий день бывает у царицы, или у царевичей,  на патриарха,  и на властей,  и на бояр,  и  на попов, по царе поминалной стол, и отпевают панафиду над кутиею, а бывает кутия зделана вареное пшено с сытою  да  с  сахаром  и  сь ягоды, а в монастырех и по церквам бывает кутия пшеница вареная с сытою;  таким же обычаем бывает стол, на патриарха, и на властей, и на бояр, как минет три недели. А как из городов власти сьедутца все к Москве,  и тогда изобрав день,  в которой быть  погребению, патриарх и власти,  и попы и дьяконы, соберутца на царской двор и оденутся в церковныя одеяния,  а царица и царевичи или и царевны, и  бояре  и  ближние люди,  и боярыни и многие жены,  устроятся в черное платье,  и взяв царское тело пойдут с царского  двора,  по чину: напередь идут дьяконы, попы, певчие дьяки, и поют Каноны, а позади их несут царское тело попы,  а позади царского  тела  идут патриарх  и  власти и царевичи и бояре,  потом царица и царевны и боярыни,  и много множества народа,  мужеска полу и  женска,  все вместе,  без чину,  рыдающе и плачюще. А как придут к той церкве, где погребаются цари, блиско царского двора, именуетца та церковь Михаила Архангела, дьяконы и попы останутся у церкви, а власти, и царица и царевичи и царевны, и бояре, и иные чины идут в церковь; а  вшед  в  церковь  царское  тело поставят среди церкви,  блиско олтаря,  а в олтарь не вносят;  и  учнут  отпевати  погребателное пение,  а  отпев погребут царское тело в землю и покроют каменною цкою; и потом патриарх над кутиею учнет говорить молитву и кадить ладоном, а проговоря молитву, начнет патриарх ести кутию, ложкою, трижды,  потом подносят царице и царевичам и царевнам,  и  болшим властем,  и  бояром,  и всякого чину людем;  и сотворя погребение пойдут  кождый  восвояси;  a  предики  не  бывает.  Тогда  ж  как погребают царя,  всякого чину людем дают восковые свещи,  витые и простые, для провождения, - и тех свещ изойдется в то время болши 10  берковеск.  Да  в  то  ж  время  даетца ис царские казны,  за погребение,  властем, и попом и дьяконом, денги: патриарху по 100 рублев,  митрополитом по 80, архиепископом и епископом по 70 и по 60,  архимаритом и игуменом и самым болшим попом по 50 и по 40  и по  30 рублев,  а иным попом и дьяконом рублев по 20 и по 15 и по 10 и по 5 и менши,  смотря по человеку.  Да в то ж время во  всех Приказех, изготовя множество денег, завертывают в бумаги по рублю и по полтине и по полуполтине,  и  вывезши  на  площади  подьячие роздают  милостиню нищим и убогим и всякого чину людем,  поручно; такъже и по монастырем,  старцом  и  черницам,  и  в  богаделнях, роздают  всякому  человеку рублев по 5 и по 3 и по 2 и по одному, смотря по человеку;  да и во всех городех  чернцом,  и  попом,  и нищим,  дают  погребалные  денги и милостиню,  против Московского вполы и в третьюю долю.  Такъже,  на Москве и в  городех,  всяких воров,  для  царского преставления,  из тюрем свобождают всех без наказания.      Горе тогда людем,  будучим при том  погребении,  потому  что погребение  бывает  в  ночи,  а  народу  бывает многое множество, Московских и приезжих из городов и из уездов;  а Московских людей натура не богобоязливая, с мужеска полу и женска по улицам грабят платье и убивают до смерти;  и сыщетца того дни,  как бывает царю погребение,  мертвых людей убитых и зарезанных болши ста человек. А как минет по смерти царской 40  дней,  называются  сорочины,  и тогда  власти,  и  царица  и царевичи,  и бояре,  бывают в той же церкве у обедни и отпевают по царе панафиду;  и потом на властей, и на бояр, и на попов, в царском дому бывает стол, а в монастырех чернцов кормят ближние люди, и дают милостиню ж против погребения вполы.  И  изойдется  на царское погребение денег,  на Москве и в городех, блиско того, что на год придет з государства казны.      А когда царица преставится,  и ее погребение  и  чин  бывает против того ж,  что и царской; а власти съезжаются не все, потому что живут многие вдали;  и денгам росход против царского вполы. А когда   преставится  царевич,  и  ему  погребение  бывает  против царицына малым чем с убавкою.  А как преставитца царевна,  и им в погребении  бывает  против царского в четвертую долю.  А чин тому погребений бывает ровен всем. И погребаются цари и царевичи все у той  церкви  Михайла Архангела;  а царицы и царевны погребаются в Выше ж городе в Вознесенском девиче монастыре, где живут черницы. А  как  царевич  или  царевна  преставится,  и  тогда  царевны на погребении их не бывают.  А ходит  царь  по  царице  своей  и  по царевичах и по царевнах, и царица и царевичи и царевны по царе, и един по другому,  как царевичи по  царевнам,  так  и  царевны  по царевичах,  в  печалном  платье,  шесть  недель,  а болши того не бывает;  такъже и бояре и думные и ближние люди,  и  их  жены,  и всякого  чину служилые люди,  ходят в печали по государех своих и по своих сродственных против такого ж все, кроме мелких людей. Да по  царех  же  и по царицах,  и по царевичах,  и по царевнах,  на Москве и в городех,  по монастырем,  по церквам по вся  годы,  по суботним дням бывает поминание аже до веку.

     Глава 2,  а в ней 20 статей.  О царских  чиновных  людех:  о боярех и околничих и думных и ближних людех, о столниках, о стряпчих, о дворянех, о полковниках и  головах стрелецких,  о диаках,  о жилцех и о всяких служилых и дворовых людех.

     1. Прежние болшие роды,  князей и бояр,  многие без  остатку миновалися.  Ныне ж по тех родах роды, которые бывают в боярех, а в околничих не  бывают:  князей  Черкаских,  князей  Воротынских, князей Трубетцких, князей Голицыных, князей Хованских, Морозовых, Шереметевых,   князей   Одоевских,   князей   Пронских,   Шеиных, Салтыковых,   князей   Репниных,   князей   Прозоровских,  князей Буйносовых, князей Хилковых, князей Урусовых.

     2. Роды ж менши тех,  которые бывают в околничих и в боярех: князей   Куракиных,   князей   Долгоруковых,  Бутурлиных,  князей Ромодановских,  князей  Пожарских,  князей   Волконских,   князей Лобановых, Стрешневых, князей Борятинских, Милославских, Сукиных, Пушкиных, Измайловых, Плещеевых, Лвовых.

     3. Роды ж,  которые бывают в думных дворянех и в  околничих, ис честных родов и из середних,  и из дворян; и те роды болши тое чести не доходят. Есть потом и иные многие добрые и высокие роды, толко еще в честь не пришли, за причиною и за недослужением.

     4. Думные дьяки.  Три или четыре, а болши четырех не бывает; и в тех думных дьяках  бывают  из  дворян,  и  из  гостей,  и  ис подьячих;  и  ис  тех думных дьяков посолской дьяк,  хотя породою бывает менши,  но по Приказу и по делам выше  всех;  а  честию  и высочеством   те   думные   дьяки   будут  таковы,  как  в  Полше референдариусы.

     5. Спалники, - которые сидят у царя в комнате, посуточно, по переменам,  человека по четыре;  и многие из них женатые люди,  и бывают в том чину многие годы,  и  с  царя  одеяние  принимают  и розувают;  а бывают в тех спалниках изо всех боярских и околничих и думных людей дети,  которым царь укажет,  а иные  в  такой  чин добиваются и не могут до того притти;  и быв в спалниках,  бывают пожалованы болших бояр дети в бояре,  а иных менших родов дети  в околничие,  кого  чем  царь пожалует,  по своему разсмотрению,  и называют их комнатной боярин или  околничей,  а  в  посолственных писмах пишут ближними бояры и околничими,  потому что от близости пожалованы. А жалует царь в бояре и во околничие и в думные люди, хотя которого и на Москве не бывает,  в Новое лето,  сентября в 1 день,  на  Светлое  Христово  Воскресение,   на   день   рождения празнества  его,  из  околничих  боярином,  или из столников и из спалников боярином или околничим,  или думным  человеком.  И  как царю  лучится  сидети  с  теми  бояры  и  думными  людми в думе о иноземских и о своих государственных делех,  и в то время бояре и околничие и думные дворяне садятца по чином,  от царя поодаль, на лавках,  бояре под боярами,  кто кого породою ниже,  а не тем кто выше  и  преж  в чину,  околничие под боярами против того ж;  под околничими думные дворяне  потомуж  по  породе  своей,  а  не  по службе,  а  думные  дьяки  стоят,  а  иным времянем царь велит им сидеть;  и о чем лучитца мыслити,  мыслят с царем,  яко обычай  и инде в государствах.  А лучитца царю мысль свою о чем объявити, и он им объявя приказывает,  чтоб они бояре и думные люди помысля к тому делу дали способ:  и кто ис тех бояр поболши и разумнее, или кто и из менших,  и они мысль свою к способу объявливают;  а иные бояре,  брады  свои уставя,  ничего не отвещают,  потому что царь жалует многих в бояре не по разуму их,  но по великой  породе,  и многие из них грамоте не ученые и не студерованые, однако сыщется и окроме их кому быти на ответы разумному из болших и  из  менших статей бояр.  А на чом которое дело быти приговорят,  приказывает царь и бояре думным дьяком пометить,  и тот приговор записать.  А лучится  писати  о  чем  грамоты  во окрестные государства,  и те грамоты прикажут готовить посолскому думному дьяку, а думной дьяк приказывает   подьячему,   а  сам  не  готовит,  толко  чернит  и прибавливает что надобно и не надобно.
    А как  изготовят,  и  тех грамот  слушают  наперед  бояре,  и  потом  они  ж  бояре слушают въдругорядь с царем все  вметсте;  такъже  и  иные  дела  написав взнесут  слушать  всем  же  бояром,  и слушав бояре учнут слушать въдругорядь с царем же.  А на всяких делах закрепляют и  помечают думные  дьяки,  а  царь и бояре ни х каким делам,  кроме того что послы прикладывают руки  к  договорным  записям,  руки  своей  не прикладывают,  для того устроены они думные дьяки;  а к меншим ко всяким делам  прикладывают  руки  простые  дьяки,  и  приписывают подьячие свои имена.      А как царю лучится о чем мыслити тайно,  и в той думе бывают те бояре и околничие ближние,  которые пожалованы  из  спалников, или   которым   приказано  бывает  приходити;  а  иные  бояре,  и околничие,  и думные люди,  в тое полату в думу и  ни  для  каких нибуди дел не ходят, разве царь укажет.

     6. Столники,  -  боярские ж,  и околничих,  и думных людей и Московских дворян, и иных чинов людей дети. Служба их такова: как у  царя  бывают  иных  государств послы,  или власти и бояре,  на обедех,  и они в то время пред царя и пред властей,  и  послов  и бояр,  носят есть и пить; а ставят на столь еству по одному блюду всякой ествы,  пред царя крайчей,  а к  иным  столам  приставлены бывают ставить околничие, а с-ыными ествами блюда держат столники на руках,  а на стол всех еств  вдруг  не  ставят.  И  будет  тех столников  числом  блиско  пяти  сот  человек.  И  посылают  их в посолства  в  послех  самих  и  с  послами  в  товарыщах,  и   по воеводствам,  и для сыскных дел, и бояр спрашивать о здоровье как они бывают по службам; а иные на Москве сидят в Приказех у дел, и у послов в приставех.

     7. Стряпчие;  чин их таков: как царю бывает выход в церковь, или в поход на потехи,  или в полату в думу и для обедов,  и в то время несут перед ним скифетр,  а в церкве держат шапку и платок, а в походех возят панцырь, саблю, саадак. И посылают их во всякие ж посылки,  кроме воеводств и посолств,  чтоб сами были послы.  А будет тех стряпчих с восмь сот человек.  А на Москве они стряпчие и столники живут,  для цapских услуг,  по полугоду,  по полам;  а другая половина, кто хочет, отъезжают в деревни свои, до сроку.

     8. Дворяне Московские; и тех дворян посылают для всяких дел, и по воеводствам,  и по посолствам в послех, и для сыскных дел, и на Москве в Приказех у дел, и к служилым людем в началные люди, в полковники и в головы стрелецкие.

     9. Дьяки;  и  те  дьяки во дьяцы бывают пожалованы из дворян Московских и из городовых,  и из гостей,  и  ис  подьячих.  А  на Москве  и в городех в приказех,  з бояры и околничими и думными и ближними людми, и в посолствах с послами, бывают они в товарыщах; и сидят вместе,  и делают всякие дела,  и суды судят, и во всякие посылки посылаются.

     10. Жилцы; чин их таков: для походу и для всякого дела, спят на царском дворе,  человек по 40 и болши, и посылают их во всякие посылки;  а дети они дворянские ж,  и дьячьи, и подьяческие. И ис того чину бывают в стряпчих,  и в столниках, и в думных людех, да они ж бывают в началных людех у конницы и у пехоты, и в рейтарех, и  в  салдатех.  А  будет  их  числом  с 2000 человек.  Да и всем боярским, и околничих, и думных людей детем, первая служба бывает при царском дворе такова ж,  толко по породе своей одни з другими неровны.

     11. Дворяне городовые и дети боярские;  бывают  посыланы  во всякие ж посылки,  и по воеводствам, и в началные люди к рейтаром и к салдатом,  и  в  какие  чины  годятца,  и  за  службы  бывают пожалованы многою честию.  И тех детей боярских прозвание таково: как в прошлых давных летех у Московского государства бывала война со  окрестными  государствы,  и в то время ратные люди збираны со всего Московского государства изо всяких чинов людей,  и по покою роспущены  по  домом,  а  иные  многою  своею  службою  и полоном свободились от рабства и от крестьянства,  и у кого были поместья и вотчины и ныне по прежнему за ними;  а у которых людей поместей и вотчин не было,  и им за службы и за полонное терпение поместья и вотчины даваны,  жилые и пустые, малые, и служити им было с тех даных поместей и вотчин против прямых дворян не с чего;  такъже у которых  дворян  были  поместья  и вотчины,  а по смерти их те их поместья и вотчины розделены были детем их и от них дети  потомуж розмножились,  а  дать  им было из старых их отцовских поместей и вотчин и вновь не ис чего,  потомуж и царских служеб не служивали - и их написали в дети боярские что беспоместны и малопоместны.
      Есть по тех и иные чины, которые служат при царском дворе; а написаны они ниже сего в розных местех.

     12. Да в царском ж  чину  царевичи  Сибирские,  Касимовские, крещены в християнскую веру.  Честию они бояр выше; а в думе ни в какой не бывают и не сидят,  потому что государства их и они сами учинилися в подданстве после воинского времени, невдавне, да и не обычай тому есть; такъже и опасение имеют от них всякое. А служба их такова:  как на празники идет царь кь церкве,  и они его ведут под руки,  да на всякой день бывают пред царем на  поклонении.  И даны им поместья и вотчины немалые, такъже поженились на боярских дочерех, и имали их за себя с великими пожитками и с поместьями и с  вотчинами;  а за которым поместья мало,  и ему в прибавку идет царской корм денежной,  помесечно.  А как  Грузинской  царевич  с материю своею был на Москве, или и вперед будет, и ему честь была такова, что природному сыну царскому; такъже платье ему самому, и матере,  и  людем  их,  и всякие наряды и домовые заводы и корм и питье,  было все царское,  доволное:  и ежели вперед будет,  и за него  может  быть что царь выдаст дочь,  или сестру свою царевну, понеже он не полоненый есть,  но единые с ним веры,  а землею его царь  не владеет,  толко по его послушенству Грузинским пишется в титле к християнским потентатом,  а к бусурманским не пишетца.  И тех  царевичей,  такъже  и первой и другой статьи князей и бояр и околничих роды старые,  царевичи по царствам своим,  а  князи  по княжествам своим,  а бояре по боярству своему,  которые преж сего бывали в боярех у великих князей Росийских,  и по тех царевичах и князех, и дети их, и внучата, и правнучата, называютца царевичи ж и князи, без пременения. Так же и дворяне Московские и городовые, и дети боярские,  многие есть старые,  издавна тех родов, которые преж сего были  во  дворянех  же  при  великих  князех.  А  вновь Московский  царь  из бояр,  и из ближних,  и из иных чинов людей, князем учинити не может  никого,  кроме  боярств  и  иных  чинов, потому  что не обычай тому есть и не повелось;  такъже и графов и волных господ чином таковых никого не  бывает,  и  из  Московских чинов людей против тех дву чинов приверстати не мочно, потому как бы дано было кому волное господство,  и о том бы розмышляли,  что то было б самому царю в стыд,  будто бы тот человек тем имянем от него уволнился и неподданен.  А  кому  царь  похочет  вновь  дати боярство,  и околничество,  и думное дворянство из столников и из дворян, или дворянина из дворовых всяких чинов и из волных людей, и таким дает честь и службу,  по своему разсмотрению, кто в какой чин и честь годен.  А грамот и  гербов  на  дворянства  их  и  на боярства  никому  не  дает,  потому  что гербов никакому человеку изложити не могут, - да нетокмо кому боярину, или иному человеку, не даются гербы, но и сам царь гербом своим Московским печатаетца на грамотах в християнские государства не истинным своим  прямым, а  печатается  своим  истинным  гербом  к  Крымскому  хану  да  х Калмыкам;  такъже и у старых родов князей  и  бояр,  и  у  новых, истинных  своих печатей нет,  - да нетокмо у князей и бояр и иных чинов,  но и у всякого чину людей Московского государства  гербов не  бывает;  а  когда  лучитца кому к каким писмам,  или послом к посолским делам прикладывать печати,  и они прикладывают  у  кого какая  печать  прилучилась,  а  не  породная;  да  и потому мочно признать:  как бывают Московские послы в посолствах и на съездех, и к писмам и х крепостям печати свои прикладывают,  а лучитца тем же послом, или родственником их, быти въдругорядь в посолстве и к писмам  печати  свои прикладывать,  и у тех новых писем с старыми писмами многие печати  рознятца.  А  ис  посадцких  людей,  и  из поповых, и из крестьянских детей, и из боярских людей, дворянство не даетца никому;  а кто посатцкой человек,  или крестьянин,  или кто нибудь, отпустит сына своего на службу в салдаты и в рейтары, или в Приказе подьячим и иным царским человеком,  а те их дети от малые чести дослужатся повыше, и за службу достанут себе поместья и вотчины,  и от того пойдет дворянской род; а грамот и гербов им не даетца ж; а даютца высоким и меншим родом, и дворяном, грамоты на вотчины их и на поместья,  и в тех  грамотах  имянуют  их  кто каков чином и честью.

     13. Постелничей;  и того постелничего чин таков:  ведает его царскую постелю,  и спит с ним в  одном  покою  вместе,  когда  с царицею  не  опочивает;  такъже  у того постелничого для скорых и тайных его царских дел печать.  А честью тот постелничей  противо околничего.

     14. О  приезде  их боярском к царю.  Бояре,  и околничие,  и думные и ближние люди,  приезжают к царю  челом  ударить  с  утра рано,  на всякой день;  и приехав в церкве,  или в полате, увидев царя кланяются перед ним в землю;  а которого  дни  они  бояре  в приезде своем запоздают,  или по них посылает, а они будут к нему не вскоре,  или что малое учинят не по ево мысли,  и  он  на  них гневаетца словами,  или велит ис полаты выслать вон, или посылает в тюрму - и они за свои вины потомуж кланяютца в землю, многажды, доколе простит; а как они и на приезде кланяются, а он в то время стоит или сидит в шапке, и против их боярского поклонения шапки с себя  не  снимает  никогда.  А  когда лучитца ему сидети в покоях своих и слушает дел, или слова розговорные говорит, и бояре стоят перед  ним все - а пристанут стоя,  и они выходят отдыхать сидеть на двор; такъже и после обеда приезжают к нему, в вечерни, по вся дни.  А приезжаючи они бояре к царскому двору на лошадях верхами, или в коретах и в санях,  и с лошадей слазят,  или ис корет и  из саней выходят,  не доезжая двора,  и не блиско крылца; а к самому крылцу или на двор его царской,  не ездят никогда,  и лошадей  их боярских  через двор не пускают,  а обводят кругом двора (а ездят бояре в коретах старые,  которые на лошадях сидеть не  могут).  А которой  бы  боярин,  или  кто нибудь,  учинил через силу чтоб на царской двор ехал на лошади,  хотя без самого царя, а ему б о том ведомо учинилось,  и его б скоро за то велел послать в тюрму,  до указу своего,  и честь ево отнята б была;  а ежели б человек  его боярской,  без  ведома  его,  провел через двор лошадь,  и тому б человеку учинено было наказание кнутом. Да не токмо бояром ездить неволно  и  лошади  их водити заказано,  но и всякого чину людей, кроме стрелцов,  с ружьем и в япанчах, и торговых людей с товары, и  крестьян  и  простых людей,  через царской двор не пускают же, такъже и иноземцов разных вер на двор и через двор не пускают же; а  кому  до  кого будет какое дело до бояр и думных людей,  и они ожидают у царского двора;  такъже и в походех  его  царских  и  в селех через дворы потомуж не пущают.  А которой бы человек, кроме вахты,  на Москве и в селех, пошел через царской двор с ружьем, с саблею,  или  с  пистолми,  тайным  обычаем,  с простоты,  а не с умыслом злым,  и такова б человека увидев,  или  б  кто  на  него указал,  поимав  пытали  б,  для чего он через царской двор шел с ружьем,  не на царя ли, или на его дом, или на бояр и на думных и на  блнжних  людей,  и  не по научению ль чьему от кого от бояр и думных и ближних людей,  или от посадцких и от гулящих людей и от крестьян:  и  будет тот человек с пытки скажет,  что он шел через царской двор с ружьем умыслом своим, а ни по чьему научению, хотя его,  царя,  и  домовых  его  кого,  или из бояр и из думных и из ближних людей,  за какое нибуди дело  погубити,  и  такого  вора, пытав накрепко трижды,  въпрямь ли он шел своим умыслом,  а не по научению,  казнят смертию,  безо всякие пощады,  кто б ни был.  А будет скажет, что он шел умыслом по научению бояр и думных людей, или каких иных людей,  и по его скаске,  на кого он  скажет,  тех людей всех велят похватати и пытати, для чего они такого человека на царское здоровье научали,  не по научению  ль  которого  иного потентата,  чтоб  учинитись  у  него в подданстве,  или сами хотя государством завладети, или на бояр и думных людей, для того чтоб в государстве учинити смута для грабежу домов и животов;  и будет те люди по первым речам в тех делах винятся,  и их потомуж казнят всех  без  милосердия;  а  будет не повинятся,  и того кто на них сказывал учнут пытати въдругорядь,  и будет скажет с  пытки,  что впрямь  по их научению ходил,  и тех людей пытают въдругорядь,  и будет не повинятся,  и того человека учнут пытати  в  третьие;  и будет скажет прежние ж свои речи, и тех всех потомуж учнут пытать в третьие, и пытав трижды, хотя кто из них изо всех не повинится, и  их  всех посадят в тюрму,  доколе по них поруки будут,  что им вперед злого не мыслити и зa воровством не ходити;  а будет порук не будет, и они сидев в тюрме лет 15, или сколко доведетца, велят их уволнить и сослать в сылку в далные городы,  в Сибирь,  или на Терек,  на  вечное  житье.  А будет тот человек солжет,  с первые пытки скажет на них напрасно, по недружбе, а они все будут пытаны и  не винились,  а после того тот же человек з другие пытки или с третей,  скажет, что он тех людей поклепал напрасно, и такова еще учнут  пытати накрепко,  с первой пытки на них сказывал,  а после зговаривает не по научению ль чьему:  и  будет  скажет,  что  его научили те ж люди, на которых он говорил, и тех всех и кто научал сыскав потомуж пытают, и будет винятся казнят всех; а будет с тех пыток  учнет  говорить,  что  впрямь  на них солгал напрасно,  по недружбе,  и такова одного казнят  смертию,  а  по  тех  по  всех соберут поруки и высвободят;  а по ком порук не будет,  потомуж в тюрму посадят, до указу.

     15. Столники менших родов, и стряпчие, и дворяне, и дьяки, и жилцы,  и  иноземцы,  и  подьячие,  приезжают в город и с лошадей слазят далеко царского двора, на площади.

     16. А приезжаючи бояре,  и думные и ближние  люди,  ходят  к царю  в  Верх  в  переднюю  полату,  и ожидают царского выходу ис покою; а ближние бояре уждав время ходят в комнату; а столники, и стряпчие,  и  дворяне,  и  полковники и головы,  и дьяки,  и иные служилые чины,  к царю в Верх  не  ходят,  бывают  на  крылце  на середнем  перед полатами непокоевыми;  а иным чином и до тех мест ходити не велено, где бывают столники и иные нарочитые люди.

     17. А куда лучитца царю итти в поход,  и бояре, и околничие, и думные люди,  и спалники,  бывают с ним вместе,  кого похочет с собою взять; а иным велит остатца на Москве, для приказных дел. А пойдучи  в  поход на войну,  или по монастырем молитися,  или для гулянья в далние и в ближние места,  двор свой царской  и  Москву для  оберегания,  приказывает  одному  человеку боярину,  а с ним товарыщам околничим двум человеком,  да думным дворяном  двум  же человеком, и думным дьяком: и лучатся какие дела ис полков или из городов,  и они те дела кроме тайных,  смотря посылают к  царю  в поход,  а  по  иным делам указ чинят не писав к царю,  по которым мочно.  Да с  царем  же  бывают  в  походех  столники,  стряпчие, дворяне,  дьяки,  жилцы и иных чинов люди, которым велено бывает; да стремянной приказ 1000 человек стрелцов, на царских лошадях.

     18. Такъже как пойдет царь куды в поход,  на неделю и болши, или  будучи  и  на  Москве,  а  бояром и думным и ближним людем и полковником  и  дьяком  для  гулянья,  или   для   какова   дела, понадобится ехать в деревни свои,  дни на два, или на неделю и на месяц:  и они бьют челом царю о том, и царь их отпущает с сроком, а  без  отпуску  из  бояр,  и из думных и из ближних людей,  и ис полковников,  и из дьяков, с Москвы сьехать не смеет никто, ни на один день;  да как они бывают отпущены на срок,  и преж сроку для какого дела царю будут надобны, и по них посылают грамоты с людми их,  которые  останутца на Москве,  или нарочно [с] стряпчими и з жилцами и с подьячими, велят быть тотчас. Да не токмо для гулянья своего отпрошиваютца,  но когда прилучитца им которого дни друг у друга быти  в  гостях,  на  свадбе,  или  на  крестинах,  или  на имянинах, и они отпрашиваются по такому ж обычаю.

     19. А  как придет празновати день рождения которого боярина, или думного и ближнего человека,  или их детей,  и они в тот день ездат  к  царю  челом ударить,  и царь их спрашивает о здоровье и поздравляет,  а после того подносят царю имянинные калачи, и царь у  них  те  калачи  велит принимати;  и потом пойдут к царице,  и царица против того ж поздравляет,  и калачи  велит  принимать;  и потом ходят к царевичам и к царевнам,  и от них потомуж бывает им поздравление и калачи принимают;  а у царевен у самих не  бывают, кроме  свойственных бояр;  и потом меж себя тот день друг у друга пируют.  А царь, и царица, и царевичи, и царевны, у них на обедех и  в  домех  их не бывают,  ни у кого;  и не токмо на обедех и на веселиях их, и на погребениях не бывают же никогда.

     20. О царицыных чинов людех и о бояронях. В чину ее бывают и живут  в Верху боярские,  и околничих,  и всяких чинов людей жены вдовы и дочери вдовы ж,  и девицы,  и  мужни  жены. 

1.  Боярыни: казначея,  крайчая,  постелница,  судья. 

2.  Столники;  и  в  те столники берут боярских и околничих и ближних людей детей, лет по 10 ростом;  а как они будут лет пятинатцати,  или семинатцати,  и они в том чину не  бывают,  а  бывают  в  царской  чин  взяты,  в столники ж, или в спалники; а бывает их в столниках человек с 20.

3.  Мастерицы:  швеи,  мужни жены и вдовы  и  девицы,  честных  и середних  чинов  дворовых людей,  которые делают и шьют золотом и серебром и шолками,  с каменьем  и  з  жемчюгом. 

4.  Постелницы, которые постели постилают под царицу и под бояронь;  а жены в том чину дворовых же всяких чинов людей;  и те постелницы и мастерицы спят  у  царицы в Верху,  посуточно,  по переменам. 

5.  Мовницы, которые платье моют,  жены дворовых же людей;  а когда прилучится им мыть платье,  и то платье зимою и летом возят на реку в санях, в сундуке,  замкнув и запечатав,  покрыв красным сукном; а за тем платьем  идет боярыня,  для бережения. 

6.  Дети боярские;  и тех детей боярских служба такова: посылают боярыни во всякие посылки, и ездят с царицею в поход, и спят у царицы в Верху, для сторожи и оберегания в ниских местех,  посуточно,  по переменам.

7. А когда царице  лучитца куды ехать,  и в то время с нею в коретах,  или в колымагах и в каптанах,  и с царевичами меншими  и  с  царевнами, сидят  боярыни;  а  кореты,  или  каптаны,  бывают закрыты камкою Персицкою, как едут Москвою, или селами и деревнями; а мастерицы, и  постелницы,  и мовницы ездят верхами на иноходцах,  а сидят на лошадях не против того,  как в-ыных  государствах  ездят  женской пол, таким же обычаем, как и мужской пол: а будет тех мастериц, и постелниц,  и мовниц со  100  человек,  кроме  девиц  мастериц  и которые  живут  в Верху;  а всех будет их блиско 300 человек. 

8.Таким же обычаем у царевен болших и у менших, боярыни и иные чины против  того  ж,  что у царицы,  кроме столников,  а столничают у царевен девицы. 

9.  А когда лучитца царице кушать в  покоях  его царских,  с ним вместе,  а которому боярину,  или околничему, или думному человеку,  лучитца притти с каким делом на доклад,  и они сами  входити без указу не смеют,  разве велят,  или ожидают того как откушает; такъже как царь кушает у царицы, и в то время бояре и  ближние  люди бывают немногие,  человека два и в силах три;  а столничают в то время у царицы царицыны столники. 

10.  А лучитца дарю кого послати к царице и к царевичам спросить о здоровье, или для какого иного дела,  и они пришед обсылаютца через бояронь,  а сами  не  ходят без обсылки;  такъже как и царица посылает кого к царю из бояронь,  и они потомуж обсылаютца. 

11.  Да в царском же чину,  и  у  царицы,  и  у  болших царевичей,  учинены истопники, которые полаты и хоромы топят и метут,  и у дверей для  отворяния стоят,  человек  со сто,  люди честные и пожалованые поместьями и  вотчинами;  и живут на Москве по полугоду,  человек по 50. 

12. О боярских  женах. Бояр и околничих и думных и блнжних людей жены, вдовы и мужни жены,  и дочери вдовы ж и девицы,  когда лучитца по них  для чего нибудь послати царице,  или царевнам или они и сами для чего нибудь к царице и к царевнам ехати похотят,  и они ездят зимою  в каптанах,  а летом в колымагах.  А приезжаючи к царицыну двору,  ис колымаг и ис каптан выходят у  ворот,  а  на  двор  не всьезжают,  а  приходя  к  царицыным,  или  к  царевниным покоям, посылают бояронь сказати о своем приезде царице,  или царевнам: и будет  царице  и  царевнам время,  и они им велят быть к себе,  а будет не время,  и им отказывают;  и они боярские и ближних людей жены,  или  и  дочери,  не  быв у них поедут к себе.  А когда они бывают у царицы или у царевен,  и они пришед  царице  и  царевнам кланяются  в  землю,  и  царица,  или  царевны,  спрашивают  их о здоровье и о чем они приедут бить челом;  и подают челобитные,  и царица  и  царевны,  или  и  царевичи,  челобитья  их выслушают и челобитные принимают,  и по их челобитью бьют челом,  царица, или царевны,  или и царевичи,  царю - и царь те дела, о которых будет челобитье,  по их прошению,  делает;  хотя б  которой  князь  или боярин  или  иных  болших  и менших чинов человек в какой беде ни был,  или б о чем ни  бил  челом,  или  б  кто  и  к  смерти  был приговорен,  и,  по их прошению,  может царь все доброе учинити и чинит;  и таких дел множество бывает,  что царица,  и царевичи  и царевны,  многих  людей  от  напрасных  и  не  от напрасных бед и смертей свобождают,  а иных  в  честь  возвышают  и  в  богатство приводят. 

13.  А  которого  боярина,  или околничего и думного и ближнего человека, дочь девица или вдова, понадобитца царице, или царевнам,  для  житья  взяти к себе в дом,  и им то волно,  кроме самых болших бояр дочерей.  И иных девиц и вдов,  небогатых людей дочерей,  царица  и  царевны  от  себя  з двора выдают замуж,  за столников,  за стряпчих и за дворян и за дьяков и  жилцов,  своим государским  наделением,  такъже  и  вотчины дают многие,  или на вотчины  денгами  из  царские  казны,  да  их  же   отпущают   по воеводствам;  и те люди воеводствами побогатеют.

14. А приезжаючи бояр и ближних людей жены и дочери,  и лучитца им у царицы или  у царевен обедать,  и они обедают с-ыными бояронями вместе, которые у них живут,  за особым столом,  а не с царицею и не с  царевцами вместе;  а  бояре  и ближние люди у царицы и у царевен никогда не обедают,  и царица и царевны в дому их ни у кого не бывают  и  не обедают же. 15. Такъже как бывает день празновати рождения жен их боярских и дочерей,  и они,  боярыни и их  дети,  к  царице  и  к царевнам  ездят  потомуж  с калачами сами,  что и мужья их и отцы ездят к царю;  и те калачи подносят,  и царица и царевны велят  у них принимати, и потом царица или царевны их поздравляют, а быв у них, поедут к себе.

Глава 3,  а в ней 17 статей.  О титлах, как которому потентату Московский царь пишетца.

     1. К  цесарскому  величеству  Римскому:   «Милосердия   ради милости Бога нашего,  во еже посети нас восток свыше, и направити ноги наша на путь мирен,  сего убо Бога нашего в Троице славимаго милостию, мы великий государь царь». Потом имянование и титла его царская болшая,  а после титл его цесарское имянование и титлы; а по  титлах дело.  Пишутца грамоты на самой болшой Александрийской бумаге; травы золотом пишутца болшие.

     2. Х королевскому величеству Свейскому:  «Божиею милостию мы великий  государь  царь».  Потом  имянованье и титлы болшие ж,  а после титл царских королевского  величества  имянованье  и  титлы болшие;  а  по  титлах  дело.  Грамоты пишутца на меншой,  или на середней Александрийской же бумаге,  смотря грамоты по  величине; травы золотом пишутца середние ж.

     3. К  Полскому королю:  «Бога в Троице славимаго милостию мы великий государь царь»;  и имянование  и  титлы.  Потом  Полского короля  титла:  «Брату  нашему любителному,  наяснейшему великому государю»;  и имянованье и титлы.  Грамоты пишутца на болшой и на середней бумаге; травы золотом середние.

     4. К  Аглинскому  королю  пишетца сам;  и его описует против того ж, что и к Полскому королю.

     5. К Датцкому королю в своей титле пишетца  против  того  ж, как  к  Полскому  и  к  Аглинскому  королем;  а  его в титлах его описует:  «Брату нашему любителному и соседу» на середней же и на болшой бумаге, травы золотом середние ж.

     6. Х  курфирстром,  и  х князем,  и к графом,  и к Галанским статом пишетца:  «Божиею  милостию  от  великого  государя  царя» имянованье  и  титлы  болшие  ж;  а  потом:  «от  нашего царского величества имрк курфистру,  князю,  графу,  статом» и  их  титлы. Грамоты  пишутца на меншой Александрийской бумаге;  травы золотом на верху над писмом, а по сторонам не бывает.

     7. В Любок,  в Амбурк,  к бурмистром и ратманом,  такъже и к торговым людем,  которые служат в его царском промыслу факторами: «Божиею ж милостию» против того что и х курфистром и х князем; на меншой  Александрийской  бумаге,  трав  не  пишут никаких,  толко началное слово золотом.

     8. А пишут его царскую титлу  золотом  по  «Московского»;  а иные  титлы пишут золотом:  Цесарскую по «Августус»,  Свейскую по «Свейского»,  Полского по «Полского»,  Аглинскую по «Аглинского», Датцкого  по  «Датцкого»;  курфистров,  и  князей,  и  графов,  и Галанских статов,  против токого ж  обычая,  с  розверстанием;  а досталь титл пишетца чернилом.

     9. Ко Францужскому,  к Гишпанскому,  к Португалскому королем посолств и ссылок не бывало,  и грамот ни о чем не посылывали,  и написати  о  том  не  по  чему;  а  хотя преж сего со Францужским королем бывали ссылки, однако в Московское разорение и в пожарное время писма все погорели, и тех старых ссылок ведать не по чему.

     10. К Турскому салтану пишется болшою титлою не всею,  толко по «повелителя»,  а его титлу  пишет  против  того,  как  он  сам описуется, на болшой Александрийской бумаге. Травы пишутся сверху до половины листа,  и по краям болшие до низу, и внизу травы ж, а вверху середи трав в трех кругах царская и Турского салтана титлы пишутца золотом все;  а дело пишетца с половины листа. И таким же обычаем посылаются грамоты к Индийскому шаху.

     11. К Персицкому шаху пишется против того ж,  как к Датцкому королю «братством же и соседством» титлы по «повелителя», а потом шахова титла,  на болшом Александрийском листу, Татарским писмом, с золотом без трав.

     12. К Крымскому  хану  (царю)  и  к  его  царевичам  пишется короткими  титлами  «братством  же  и  соседством»,  а  царевичей братьями не именуют;  а пишетца  царская,  и  Крымского  хана,  и царевичей,  титлы  короткие  ж золотом все,  Татарским же писмом, потому у Крымского хана титл мало.

     13. К Болшому хану,  что за Сибирию,  такъже и х  Калмытцким тайшам и князьям,  пишетца короткими ж титлами, такъже и их имена и титлы золотом все,  на меншой Александрийской бумаге, Татарским же писмом, без трав.

     14. A  все  те  грамоты,  кроме  Крымских,  печатают  болшою государственною печатью.  А Крымские печатают  печатью,  вырезано царь  на  коне победил змия,  около подпись царская,  титла самая малая по «и иных».  То есть самая истинная  Московского  княжения печать;  она  ж  вырезана  и  на  самой  болшой  печати,  которою печатаетца во окрестные государства, въсереди самого орла. Да тою ж  печатью печатают грамоты на поместья и на вотчины всяких чинов людем, и на гостинство гостем.

     15. А пишет царь  в  грамотах  своих  ко  окрестным  великим потентатом титлы их по их достоинству, как они сами себя описуют, без  умаления;  а  что  преже  сего  титлы  писали   королевского величества  Свейского  не гораздо со исполнением,  не против того как  он  себя  сам  описывал,  и   то   чинилось   нерадением   и недосмотрением и нерозтолкованием переводчиков. Зри против того в Валиэсарском  и  в  Кардиском  договорех:  чтоб   обоих   великих государей титлы, с обе стороны, воздаваны были по их государскому достоинству,  как они сами себя описуют.  Таким же обычаем и  изо всех  окрестных  государств  потентаты пишут его царскую титлу по его  описанию,  кроме  Полского  короля,  и  Крымского  хана,   и Калмыков,  и  князей,  потому  что,  за нынешнею войною,  Полской король и царь Московской друг от друга грамот с  полными  титлами не принимали,  а писались короткими титлами. А Крымской хан пишет титлу царскую коротко,  таким обычаем:  «Брату нашему Московскому царю»  имянование  его  и  потом  поздравляет,  или  поклон  свой напишет.  А Калмыки и князи пишут и  того  короче:  «Белому  царю Алексею  Михайловичю  всеа  Русии  здравствовать»;  а  иные толко напишут:  «Белому ж царю»,  а имени его и титл не пишут.  А пишет Крымской хан и Калмыки в грамотах своих о всяких делех коротко, и не с прошением, или упоминанием, для того что у них бывает приказ словом с послами.

     16. А  которые  грамоты  посылываны  преж  сего во окрестные государства на какой бумаге,  и какие были писаны  золотом  травы издавна,  и  ныне пишут против того же,  а вновь не прибавливают, для того что  тою  будто  бумагаю  и  травами  золотыми  которому потентату  болши  чести воздают,  а иному менши,  разве для самой великой грамоты что ее не мочно будет написать на меншой  или  на середней  бумаге,  велят  писать  на  болшой.  А пишут те грамоты подьячие;  а  для  крепости,  вместо  царские  руки,  подписывают подпись думные дьяки сами, или товарыщи их простые дияки.

     17. Вопрос. Для чего царь Московской пишется в християнские государства полными болшими титлами, (от «повелителя») «государем Иверские  земли,  Карталинских  и Грузинских царей и Кабардинские земли,  Черкаских и Горских князей,  и иным многим государствам и землям,  восточным  и  западным  и северным,  отчичем и дедичем и наследником,  и  государем  и  облаадателем»  а  в   бусурманские государства теми титлами не пишется? Что есть тому за причина?
     Ответ. Иверское,  Карталинское, Грузинское государствы лежат под властию и наболшим  послушенством  под  Персидцким  шахом;  а в-ыные государства пишется он царь для славы своей, ни по чему, а ис тех государств обычай писатися  к  царю  себя  низити,  а  его высити,  и  называтися  холопми  его,  яко  и в-ыных государствах обычай  писати  господину  к  господину,  отдаючи   себя   слугою поволным,  и  они  по  тем их униженным писмам разумеют,  будто и правда тому есть,  что они вечные подданные;  а то несть  правда, потому что тех государств владетели живут таким обычаем, как межь границ  королевского  величества  и  короля   Полского   и   царя Московского  живет  Курлянской князь.  А восточною титлою пишетца Персидцкой же шах издавна, как еще Москвы початку не слыхивано; а на  западе  много есть иных государств,  которые старее и честняя Московского государства.  И окроме тех государств и  земель,  что пишетца  в  титле  к  християнским потентатом,  иных государств и земель на востоке и на западе у него нет.  А хотя на востоке и на западе  иные  государства и земли есть многие,  однако они ему не подданни,  но во время против него и войну держат,  и тем  многим землям  восточным  и западным,  разумеетца,  что не есть отчичь и дедичь и наследник и государь и облаадатель,  и  не  гораздо  тех двух сторон государства и земли поддаются ему во облаадателство и в подданство;  а то есть правда,  что на севере у него  земель  и государств  сыщетца.  Кабардинская  земля,  Черкаские  и  Горские князья под его подданством,  однако ему тех титл без других  титл писать  к  Персидцкому  шаху  некстати.  А как бы он писался теми титлами всеми,  что пишетца в християнские государства, и на него б  за  то  все  бусурманские государства подняли войну;  а тех бы государей,  которые из тех государств  пишутца  к  нему  холопми, ежели   б  проведал  подлинно  Персидцкой  шах,  велел  бы  их  и государства их разорити и погубити совсем. И от того теми титлами не пишется к ним бусурманским государем.

Страницы  проставлены по изданию:  "О России, в царствование Алексея Михайловича.  Современное сочинение Григория Котошихина". Издание археографической комиссии. СПб., 1859.

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.