Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

КОНСТАНТИНОПОЛЬСКОЕ ОПУСТОШЕНИЕ

DEVASTATIO CONSTANTINOPOLITANA

Введение

Devastatio Constantinopolitana (Константинопольское опустошение, далее DC) представляет собой короткий, большей частью из первых уст, рассказ о четвертом крестовом походе, охватывая период с проповеди Петра Капуанского во Франции в 1198 году, неверно датируемой в DC 1202 годом, до раздела константинопольской добычи весной 1204 года. Прямолинейный, сухой характер текста и обилие дат дают основание считать, что автор пользовался собственными заметками или личным дневником. В то же время структурная и тематическая стройность текста позволяет предположить, что перед нами не просто дневник, но работа исторического характера. Между тем, дата создания источника неясна. В открывающей текст сцене автор говорит, что прибытие кардинала Петра во Францию произошло "в те времена, когда Римскую Церковь возглавлял Иннокентий III". Это наводит на мысль, что текст писался после 16 июля 1216 года, т.е. смерти папы Иннокентия III, но этот факт позволяет не более чем определить дату, ранее которой текст не мог быть составлен.

Кроме того, автор нигде не оставил своего имени, либо оно было утрачено при переписывании. Автор ничего не рассказывает непосредственно о себе. То немногое, что мы знаем об авторе, может быть почерпнуто лишь при доскональном изучении текста. Как мы подробно доказывали в другом месте 1, из текста можно не без уверенности заключить, что 1) автор DC прибыл из рейнских земель Германии; 2) поскольку в источнике нет восхвалений в адрес Бонифация, Балдуина или какого другого нобиля, вряд ли автор входил в свиту какого-либо светского лидера; 3) его работа определенно неофициальная и не содержит ярко выраженного использования каких либо других источников, включая энциклики 1203 и 1204 гг.; 4) несмотря на неофициальность, рассказ строится на перечислении ряда договоров; 5) договорная схема, тем не менее, вовсе не ведет к заключению, что автор был простым счетоводом - купцом или нотарием; более вероятно, что он принадлежал к белому духовенству или, возможно, был церковным чиновником; 6) хотя автор, по всей видимости, был клириком, его взгляды типичны для pauper Christi (бедняка Христова), а его сочинение демонстрирует направленность против богатых и сильных, которые в глазах автора предали крестовый поход и христианскую бедность.

DC - короткое произведение, рукопись всего из пяти страниц, однако среди обилия фактов в нем содержатся упоминания о, как минимум, восьми значительных договорах и нескольких мелких соглашениях, и заключение каждого крупного договора служит поворотным пунктом повествования 2. Действительно, каждый в отдельности и все вместе они обрамляют действие и определяют развитие крестового похода. Сначала упоминается обет крестоносцев. Когда некоторые из принявших обет, как Фульк де Нейи и граф Шампани, умерли еще не покинув Европу, их договоры с Богом взяли с собой заместители. Далее следует соглашение, нацеленное против крестового похода: ломбардские города договариваются как можно быстрей выдворить пилигримов из Ломбардии. После ряда сложностей в Венеции крестоносцы возобновили движение, заключив два необходимых соглашения. Бароны дали клятву верности маркизу, а также согласились оставаться в зависимости от венецианцев в течение целого года. Далее упоминаются сделка с Алексеем в г. Зара (тж. Задар) и договор, подписанный армейским меньшинством, поклявшимся, что никогда не пойдет на Константинополь. По пути в Константинополь Алексей получал клятвы верности от византийцев. После захвата Константинополя для Алексея войско приняло от него обещания материальной помощи и гарантии этих обещаний. Затем, желая настигнуть прежнего императора, новый император достиг соглашения с некоторыми крестоносцами о сотрудничестве в этом предприятии. Его экспедиция была успешной, по крайней мере в том, что он получил оммаж от всей Византии. Лорд Анри д'Эно и Алексей поссорились, когда император нарушил клятву заплатить обещанное. Поэтому Анри и большинство крестоносцев возвратились в Константинополь раньше, чем собирались. Далее, разумеется, Алексей и крестоносцы поссорились окончательно, и разразилась война. Результатом явилось завоевание города, после чего византийцы пали ниц перед маркизом, отдавшись на его милость. Затем войско избрало Балдуина императором, тем самым заключая с ним новый договор. Узрев корону империи в руках франков, венецианцы стали искать способы поставить патриархат под свой контроль, однако их пыл угас, когда клирики-пилигримы отписали право назначать главу Святой Софии папе римскому.

Кроме того, DC наполняет, разнообразит и обогащает рассказ большим количеством численных данных. Насколько мы можем судить, приводимые факты, цифры и даты достаточно надежны, хотя и не всегда. Так, мы уже видели, что DC неверно датирует зарождение крестового похода во Франции. Другие небольшие фактические погрешности заставляют реально оценивать дистанцию, разделявшую автора и лидеров крестового похода. Автор ошибается, когда утверждает, что маркиз Бонифаций получил казну и снаряжение умершего графа Шампани, чтобы отправиться в крестовой поход вместо него 3, а описание дипломатической миссии Филиппа Швабского к войску у Зары свидетельствует, что автор не знал о более ранних контактах Алексея Младшего с некоторыми лидерами крестоносцев 4. Также, другие, более надежные источники свидетельствуют, что крестоносцы не обнаружили императора Исаака в тюрьме Влахернского дворца, когда они вошли в Константинополь в июле 1203 г 5. Кроме того, приводимое Балдуином число в 1000 воинов, устроивших засаду Анри, выглядит гораздо правдоподобнее 15000 воинов, упоминаемых в DC, и достаточно спорно утверждение DC о том, что состояние крестоносцев, ждавших в Венеции переправы, было таково, что "живые с трудом хоронили мертвых" 6. И если это можно считать художественным преувеличением, то в остальном можно смело утверждать, что если автор DC был очевидцем того, что описывал, то приводимые им цифры достаточно надежны. Чем более он полагается на слухи, ходившие по лагерю, тем менее достоверна его информация.

Этот человек, наиболее вероятно, принадлежал к белому духовенству или был церковным чиновником невысокого ранга. Очевидно, что использование им церковного календаря и ссылки на два антифона на интроит ("входную молитву") свидетельствуют о его принадлежности к клиру, и то, что в списках лидеров крестового похода он упоминает церковных деятелей первыми, говорит о его процерковной настроенности. Однако любой, кто считает его клириком, должен объяснить несколько смутных моментов. Автор пишет отстраненным тоном, когда ведет речь о споре клира пилигримов с венецианцами о будущем константинопольского патриархата. Кроме этого, чудеса не играют роли в его повествовании. Более того, автор никогда прямо не упоминает схизму между латинской и греческой церквями 7 и не говорит об обещании Алексея IV вернуть греков в подчинение Риму - любопытное, но не уникальное упущение со стороны клирика-крестоносца 8.

Эти моменты становятся менее смутными, если отметить, что автор придерживается слов Послания св. апостола Иакова, 2:5-7, вокруг которого строится его история. Как любой образованный клирик 13-го века он знал, что этот отрывок звучит:

"...не бедных ли мира избрал Бог быть богатыми верою и наследниками Царствия, которое Он обещал любящим Его? А вы презрели бедного. Не богатые ли притесняют вас, и не они ли влекут вас в суды? Не они ли бесславят доброе имя, которым вы называетесь?" 9

Если коротко, этого клирика можно рассматривать как представителя беднейших слоев крестоносцев - pauperes Christi, - и он повествует от их лица. Даже когда он подсчитывает материальные затраты и приобретения, больше всего его волнует прогресс крестоносного движения, предпринятого "бедными мира".

Автора часто обвиняют в антивенецианских настроениях 10. Если пристально взглянуть на DC, становится ясно, что его упреки направлены не только против венецианцев, но против всех, кто облечен властью и богатством: неважно, венецианцы это, французские нобили или алчные клирики.

На протяжении всего текста DC богатству и успехам крестоносных лидеров противопоставляется бедность и тяготы рядовых пилигримов. Когда умирает граф Шампани, маркиз получает средства на поход и клянется продолжить задуманное графом. После смерти Фулька из Нейи "бесчисленное богатство", которое Фульк собрал "в оплату святому воинству за его службу" переходит в собственность двух французских нобилей. Но на протяжении всего похода эти собранные средства никак не облегчают положения бедноты.

Их беды начинаются в Италии. Ломбардцы гонят их от города к городу, отказываясь продавать продовольствие и запрещая останавливаться больше, чем на одну ночь. Венецианцы тоже не спешат принимать пилигримов в своих домах и вынуждают их разбить походный лагерь на острове святого Николая. Там венецианцы без объяснений фактически держат пилигримов в плену четыре месяца, взыскивая с них непомерную плату за продовольствие. Такое обращение подталкивает большую часть армии покинуть Венецию и искать переправы через море из других портов. Среди решивших остаться в Венеции необычно растёт уровень смертности. Их страдания облегчаются, когда в Венецию прибывает кардинал Петр. Он поднимает их дух, проповедуя, и освобождает от обета паломничества самых бедных, женщин и тому подобных неспособных к походу людей. После этого он возвращается в Рим, и рядовые крестоносцы опять остаются во власти богатых лидеров. Прибывает маркиз, его утверждают во главе армии, и бароны клянутся ему в верности. Вместе с этими баронами он клянется поддерживать венецианцев в течение года, и тяготы рядовых крестоносцев начинаются снова.

Венецианцы и армия, наконец, отплывают, и по пути в Зару венецианцы принуждают всю Истрию, Далмацию и Склавонию признать их власть и платить дань. Наконец войско прибывает в Зару, где, по точному замечанию DC, "их клятвы обратились в ничто". В контексте тринадцатого веке фраза допускает только одно прочтение: даже крестоносный обет не смог помешать преступлению и был нарушен. Автор не говорит прямо, что побудило армию осадить и штурмовать город, но он явно подразумевает, что это было частью плана венецианцев по покорению северного и восточного побережья Адриатики.

В итоге жители передают город и все свое имущество дожу, который половину сохраняет за собой и своими людьми, а вторую половину отдает пилигримам. И те, и другие безжалостно разграбили город, после чего, как часто случается с ворами, рассорились. В результате убиты почти сто крестоносцев и венецианцев. Крестоносную бедноту при этом не принимают во внимание. Как говорится в DC, "Бароны захватили городское имущество себе, ничего не оставив бедноте. Бедным доставалась тяжелая работа в нищете и голоде". В результате на этом этапе более тысячи человек оставили армию. Снова жадность лидеров - на этот раз баронов - привела к существенному сокращению числа крестоносцев. В бухгалтерской книге хрониста-клирика их долги продолжают расти.

1 января 1203 года, когда в Зару прибывает гонец от Алексея-младшего, маркиз и бароны клянутся ему в верности. Узнав об этом новом соглашении, низшие слои крестоносцев клянутся, что не поплывут в Грецию, и затем от войска снова откалывается большой отряд и направляется в Венгрию.

Хотя войско и оказалось в очень сложном положении в Венеции и Заре, очевидно, многие остались и отправились в Константинополь. Хотя в итоге Алексей и греки нарушили свои обещания, для крестоносцев один успех следует за другим. Анри д'Эно, прекративший поддерживать Алексея, когда молодой император не выплатил обещанное, получил свою компенсацию после выдающейся победы над Мурзуфлом. Но кто вспомнил про рядовых крестоносцев?

Когда Константинополь наконец взят, греки передают свое имущество маркизу. Армия собирает всю добычу, заполняя серебром три огромные башни. Бароны-пилигримы оставляют императорскую корону за одним из своих: Балдуином Фландрским. "Тем временем, - говорит DC, - венецианцы захватили церковь Святой Мудрости, говоря: "Империя ваша; а мы будем владеть патриархатом"." Пока венецианцы и, вероятно, верхушка клириков-пилигримов спорят об этой богатой и святой добыче, рядовые крестоносцы тоже получают свою долю. Посмотрим, что говорит хронист:

"Тем временем начали делить общую добычу и раздавать, как бы в предоплату, двадцать марок каждому рыцарю, десять марок каждому клирику и вооруженному всаднику и пять марок каждому пехотинцу".

Этими словами обрывается "Devastatio". Сложно не увидеть во фразе "как бы в предоплату" (quasi quaendam preludia) намеренный сарказм, да и весь этот отрывок пропитан иронией и разочарованием. Счета закрыты, но не оплачены.

Если "Devastatio" кого-то обвиняет, то - богатых и облеченных властью, будь то бароны или венецианцы. В каждый поворотный момент похода - в Венеции, Заре и Константинополе - беднейших крестоносцев эксплуатируют лидеры: сначала венецианцы, затем бароны и, наконец, венецианцы и бароны вместе, когда при разделе добычи относятся к рядовым крестоносцам с презрением, обманывая и эксплуатируя их. И этим тоже нарушается крестоносный обет. Бедные могли бы унаследовать мир, но богатые отняли его у них. Что еще хуже, в основе крестового похода лежала жадность.

Таким образом, в DC мы видим источник, который не рисует взятие Константинополя в 1204 году как радостную победу и благословение. Во многом совпадая с рассказом Робера де Клари 11 , он отражает недовольство войска тем, как лидеры обращались с беднейшими крестоносцами. Что важнее, он выдает отчетливо негативное отношение к результатам крестового похода. И в этом отношении DC выражает сомнение и крах иллюзий по крайней мере одного значительного слоя участников четвертого крестового похода.


КОНСТАНТИНОПОЛЬСКОЕ ОПУСТОШЕНИЕ

В год воплощения Господня 1202, когда Римскую Церковь возглавлял владыка Иннокентий, а Филипп 12 и Отто 13 боролись за Римскую империю, кардинал, господин Петр 14, пересек Альпы, чтобы попасть в Бургундию, Шампань, Иль-де-Франс и Фландрию, и проповедовал принять крест. Кроме того, от его имени господин Фульк, человек, известный святостью, путешествовал с проповедями по окрестным областям. Многие верующие приняли крест, среди них наиболее важными были епископ Суассона, епископ Труа, аббат Во, аббат Лоосский 15, и пять других аббатов ордена цистерцианцев 16, граф Шампани 17, граф де Сен-Поль, граф Блуа 18, граф Фландрии с двумя братьями 19, немецкие епископы Базеля 20 и Хальберштадта, аббат Пэрисский 21, граф Бертольд 22 и бесчисленное множество клириков, мирян и монахов.

Как только граф Шампани закончил все необходимые приготовления к отъезду, он умер 23. Маркиз 24 получил все деньги графа и его снаряжение для путешествия и поклялся, что исполнит его обет 25. По этой причине маркиз был сразу выбран предводителем войска 26. Граф Першский умер, еще не отправившись в путь 27. Его брат, господин Стефан 28, принял крест за него. Также и господин Фульк умер, готовый к битве 29. Господин Одо де Шамплит 30 и кастелян де Куси 31 получили, решением короля Франции 32 и его мудрых советников, бесчисленное богатство Фулька, чтобы оплатить службу священного воинства 33.

Как только это войско, собранное из разных регионов мира, собралось в Ломбардии, ломбардцы, посовещавшись, провозгласили эдикт, что никто не должен предоставлять пилигримам ночлег более чем на одну ночь и продавать им провизию. И так ломбардцы гнали пилигримов из города в город. Кроме того, господин папа указал, что отплыть следует из Венеции 34. Когда они туда прибыли, то были изгнаны из городской черты и помещены на острове св. Николая 35. Здесь, раскинув свои шатры, они ожидали переправы с календ июня до календ октября 36. Систарий 37 зерна продавался за пятьдесят солидов38. Так часто, как им того хотелось, венецианцы объявляли, чтобы никто не смел вывозить никого из паломников с острова. Таким образом, они распоряжались пилигримами во всем, будто пленниками. Более того, огромный страх распространился среди простых людей. Поэтому многие вернулись по домам; прочие уходили в Апулию 39, в другие порты и отправлялись за море. В Венеции осталось меньшинство, среди которого необычайно выросла смертность. В итоге живые с трудом хоронили мертвых.

На праздник св. Марии Магдалены 40 господин кардинал Петр прибыл в Венецию и изумительным образом поднял моральный дух пилигримов своими горячими проповедями. Он отослал больных, нищих, женщин и всех слабых по домам с письмами от своего имени 41. Сделав это, он уехал и возвратился в Рим. На праздник Успения благословенной Марии 42 маркиз прибыл в войска и был утвержден предводителем армии. Все бароны поклялись ему в верности. Маркиз и все бароны поклялись венецианцам, что будут служить им в течение одного года. Пока это происходило, готовились и грузились суда. Там было 40 нефов, 62 галеры и 100 юисье. Флот отплыл в октябрьские календы 43. Как только он покинул гавань, мы потеряли корабль господина Стефана Першского, "Виолу". Венецианцы вместе с пилигримами пересекли море и прибыли в Истрию 44. Они вынудили Триест 45 и Муглу 46 подчиниться, они принудили Истрию, Далмацию 47 и Склавонию 48 платить дань. Они подплыли к Заре, где их клятвы превратились в ничто 49. На праздник св. Мартина 50 они вошли в гавань Зары. Они осадили Зару со всех сторон, с суши и моря. Они воздвигли более 150 осадных машин и мангонелей, а также лестницы, деревянные башни и многочисленные военные приспособления. Они также сделали подкоп под стену. Увидев это, горожане Зары сдали город на пятнадцатый день, в итоге сохранив только свои жизни, а все имущество передав дожу Венеции. Дож сохранил половину города лично для себя и своих людей; другую половину он отдал пилигримам 51. Они беспощадно разграбили город.

На третий день после того, как войска вошли в Зару, между венецианцами и пилигримами вспыхнула ссора, в которой было убито почти сто человек. Бароны захватили городское имущество себе, ничего не оставив бедноте. Бедным доставалась тяжелая работа в нищете и голоде. Поэтому, когда они горько пожаловались на это баронам, те смогли найти корабли, чтобы переправить их в Анкону 52, и тысяча бедняков отправилась с их позволения, а с ними более тысячи без позволения (ибо был приказ, что никого нельзя отпускать из войска). Из перевозивших их кораблей два пропали. Войско зимовало в Заре. Венецианцы настолько полно разрушили стены и дома в городе, что не оставили камня на камне. Пока флот стоял в гавани, три больших корабля были потеряны.

На праздник обрезания Господня 53 от короля Филиппа 54 прибыл гонец, привезя письмо с требованием, чтобы маркиз и бароны помогли его шурину, императору Алексею 55, в его делах. Маркиз, вместе со всеми баронами, дал ему клятву верности. Когда простые воины узнали об этом, а именно, что им предстоит отправиться в Грецию, они собрались и, договорившись, поклялись, что никогда туда не отправятся. И так аббат Во, господин Симон де Монфор, Ангерран де Бов с огромным множеством рыцарей и прочих покинули войско и, прибыв в Венгрию, были с честью приняты королем 56. В Вербное Воскресение 57 Рено де Монмирай 58 был послан в Сирию в качестве легата. На второе воскресение после Пасхи 59, корабли стали отплывать из Зары. В то же время император Алексей прибыл в Швабию. Все города и замки от Рагузы 60 до Корфу 61 приняли его с миром. В Корфу войска соединились. На Троицу 62 они покинули Корфу (где умер Балдуин, брат графа Фландрского) 63 и прибыли в Константинополь без всяких неприятностей, и все острова на их пути подчинились им.

В июльские календы 64 корабли прибыли в Константинополь и причалили с боем, ибо император вышел против них со всем войском. Император бежал в город со всеми своими силами; мы осадили город. В октаву праздника апостолов Петра и Павла 65 мы силой взяли укрепление, находившееся в гавани перед городом 66, и вряд ли кто-либо из находившихся в укреплении спасся. Пилигримы осадили город с суши. Много раз греки вступали в стычки с ними, и многие пали с обеих сторон. Тем временем венецианцы беспокоили город с моря своими машинами, мангонелями, арбалетами и луками. В этом противоборстве также пало множество - как греков, так и венецианцев. Затем венецианцы воздвигли на своих кораблях невиданные лестницы, по одной на корабль, и, подведя корабли к стенам, по этим лестницам вошли в город. Они обратили греков в бегство и запалили пожар, они сожгли и разрушили значительную часть города, и на это потратили целый день 67. С приходом ночи император собрал тех, кого только мог, и тайно бежал. На следующий день греки сдались сами и сдали город в руки пилигримов.

Как только ворота оказались распахнуты, пилигримы вошли в город, и как только они попали в королевский дворец, который называется Влахернским, они обнаружили господина Исаака, заключенного в темнице 68. Брат ослепил его и поместил туда. Они освободили господина Исаака и короновали его сына, мальчика Алексея 69. В ответ за великую услугу Алексей поклялся, что будет содержать войско – венецианцев и пилигримов – целый год. Он также поклялся, что если они останутся зимовать с ним в Константинополе, то следующим мартом, после принятия креста, он отправится вместе с ними, взяв все припасы, которые удастся собрать. Он дал гарантии всех этих обещаний. Так было достигнуто соглашение между греками и латинянами.

Однако в октаву Успения Благословенной Марии 70 между греками и латинянами произошла ссора. Обе стороны взялись за оружие. Толпы греков росли, и латиняне отступили; и поскольку латиняне не могли себя иначе защитить, то запалили пожар. Увидев пламя, многие из войска пришли на помощь латинянам, и они раздули пожар еще больше, разрушили и разграбили почти половину города71. Вмешались бароны и снова установили мир. В городе не осталось ни единого человека из Римской империи 72, даже тех, кто прежде каждый день своей жизни прожил там 73. И все были собраны в одно войско.

Тем временем, новый император Алексей решил преследовать своего дядю, которого вынудил бежать из города, и собрал большие силы греков. Также он предложил солидные вознаграждения и деньги рыцарям и пехоте нашего войска, чтобы они отправились с ним. И действительно, даже сам маркиз присоединился к нему, и господин Анри, брат графа Фландрского. И так они прибыли в Адрианополь 74. Однако поскольку император не стал платить обещанное господину Анри, то Анри тут же покинул его и вернулся в войско, уведя с собой великое множество рыцарей и пехотинцев. Маркиз с небольшим числом христиан остался при императоре. Таким образом, император со своими греками и теми латинянами, что остались с ним, проехал по Греции, и всюду его принимали и приветствовали греки, и все нобили Греции принесли ему оммаж. Наконец император возвратился в Константинополь со всей своей армией и был принят с большой пышностью, и он начал платить пилигримам и венецианцам обещанное – и едой, и золотом, и серебром.

Однако так случилось, что в понедельник после ”Ad te levavi75 в Константинополе греки снова были вовлечены в возмущение против латинян. Греки собирались в толпы. Они нападали на латинян, иногда вынуждая тех бежать, иногда сами обращаясь в бегство. Бароны войска латинян опечалились таким бедствием. Они запретили кому бы то ни было помогать тем, кто поспешил поднять оружие против греков. В результате толпа греков умножилась. Они теснили латинян. Тех, кого они захватывали в плен, тут же казнили без жалости, а тела сжигали. Они не щадили ни возраста, ни пола. Затем обезумевшие греки причинили новую обиду латинянам, напав на латинские корабли своими лодками и малыми судами. Пилигримы и венецианцы, уставшие от этого, вооружили свои галеры и корабли и напали на греков. Греки бежали. Латиняне преследовали греков до самой городской стены. Они многих порубили; они захватили в гавани множество греческих кораблей, которые были загружены всякого рода товарами и едой. На праздник святого Иоанна Евангелиста 76 пилигримы и венецианцы снова вооружили свои галеры и суда и на рассвете уже были в гавани Константинополя и снова захватили множество кораблей. После этого еще многие были убиты. К вечеру праздника обрезания Господня 77 греки собрали пятнадцать своих кораблей, загрузили их вязанками дров, смолой и маслом и подожгли. Они направили их, пылающие, прямо на венецианские корабли, чтобы их поджечь. Только один корабль загорелся. На следующий день после праздника Богоявления 78 греки выехали из города конные. Маркиз встретил их с небольшими силами. Множество греков было убито, и знатные богатые люди были взяты в плен. Со стороны маркиза пали два рыцаря и оруженосец. Во время этой битвы венецианцы вместе с пилигримами прошли вдоль обоих "брахиа"79 на галерах и судах и привезли богатую добычу. Они огнем разрушили множество зданий на обеих сторонах. Пилигримы ходили по окрестным областям на расстояние двухдневного пути. Они собрали значительную добычу; они пленили людей; они привели с собой стада и отары и собрали все, что только смогли найти, чем причинили существенный ущерб грекам.

Когда греки увидели это, а именно то, что их земля разорена, они схватили своего императора и бросили его обратно в тюрьму и поставили Мурзуфла 80, вдохновителя этого великого предательства, во главе себя и объявили его императором во Влахернском дворце 81. Тем временем простой народ и толпа, собравшаяся у Святой Софии, избрали себе другого императора – Николу, прозванного Марцелларием 82. Мурзуфл собрал всех своих сторонников, осадил его в церкви Святой Мудрости 83, в конце концов, пленил его и обезглавил и начал править единовластно.

Тем временем господин Анри, брат графа [Фландрии], в сопровождении большого числа рыцарей и пехотинцев, направился к некоему замку, называемому Филиа 84, захватил его, и возвратился с большим количеством пленных и добычи. Когда он возвращался, названный Мурзуфл устроил ему засаду из 15000 воинов 85. Сошедшись, они сразились с Мурзуфлом, и тот был побежден, и множество греков было убито. Сам Мурзуфл был ранен и едва спасся. Он спрятался в кустах шиповника и потерял свою лошадь и все имперские регалии, а именно корону и копье, и некую икону Пресвятой Девы, полностью состоявшую из золота и драгоценных камней. По традиции ее всегда носили перед василевсами в битвах. Со славным исходом битвы господин Анри возвратился к войску. Мурзуфл ночью вернулся в город и, взяв императора Алексея из тюрьмы, удавил его в петле 86.

Тем временем войско приготовилось к штурму города, и все вместе со своими пожитками погрузились на корабли, чтобы можно было ударить по городу флотом. В пятницу перед Страстным воскресеньем, которое было за четыре дня до апрельских ид 87, они подвели корабли к стенам и начали штурм. Многие пали, как с нашей стороны, так и со стороны греков.

Поскольку дул встречный ветер, который отгонял нас от стен, мы отступили, вошли в гавань, в которой находились ранее, и стали ждать северного ветра. Северный ветер начал дуть за день до апрельских ид 88, мы снова подвели корабли к стенам, сразились с греками и сбросили их со стен. Мы вошли в город, и последовала ужасная резня греков. А на тех, кто нападал и атаковал нас, мы пустили огонь и огнем заставили их отступить 89. С приходом ночи Мурзуфл бежал с небольшим отрядом сторонников.

На следующий день 90 все греки пали к ногам маркиза и отдали себя и свое имущество на его милость. Затем мы разграбили жилые дома, и греки бежали из города. Мы собрали всю свою добычу и богатства в одно место и наполнили серебром три больших башни. Затем началось обсуждение выборов императора. Шестеро были назначены нами и шестеро - венецианцами: те, кому было дано право избрать императора. Они заседали Пасхальную октаву 91, и в присутствии всего нашего отряда и отряда венецианцев они избрали и провозгласили Балдуина, графа Фландрского, императором. Войско его поддержало, и в следующее воскресенье, когда пелась "Iubilate” 92, он был коронован. Тем временем венецианцы захватили церковь Святой Мудрости, говоря: ”Империя ваша; а мы будем владеть патриархатом” 93. Между нашим клиром и венецианцами возник раздор 94. Наш клир стал возражать и отдал право назначать главу церкви Святой Мудрости 95 господину папе. Тем временем начали делить общую добычу и раздавать, как бы в предоплату, двадцать марок каждому рыцарю, десять марок каждому клирику и вооруженному всаднику и пять марок каждому пехотинцу.

Комментарии

1. – Andrea, "Special Pespective", 112-120

2. – Синтия Рут Артур первой отметила тот факт, что DC сфокусировано на договорах и соглашениях. В "Pespective", 114-117, указано, в чем мы расходимся с г-жой Артур в идентификации автора. См. Cynthia Ruth Arthur, "The Devastation of Constantinople. A Translation with Introduction and Commentary" (дипломная работа на степень M.A., университет Вермонта, 1981 г.), 3-13.

Томас Ф. Мэдден рассматривает роль клятв и договоров как движущих сил данного крестового похода: см. "Vows and Contracts in the Fourth Crusade: The Treaty of Zara and the Attack on Constantinople in 1204", International History Review 15 (1993): 441-468.

3. – заместителем графа Тибо был Рено до Дампьер: Andrea, "Adam of Perseigne", 30-33; см. также Альберик де Труа Фонтэн, "Хроника".

4. – это первое упоминание Алексея-младшего в DC, и подразумевается, что это событие стало неожиданностью. На деле царевич Алексей уже встречался с Бонифацием Монферратским при дворе Филиппа Швабского в Хагенау в конце 1201 года, а в августе 1202 года Алексей связался с несколькими крестоносцами в Вероне: Folda, "Reconsideration", 277-290. Главным источником по этим переговорам является "Завоевание Константинополя" Виллардуэна: см. Villehardouin, "Conquete", 1:70-74 отд. 70-72.

5. – Никита Хониат и Виллардуэн ясно говорят, что Исаак II уже вернул себе императорский трон, когда крестоносцы вошли в город. См. Nicetas Choniates, "Historia", 550-551 (Magoulias, "O City", 301) и Villehardouin, "Conquete", 1:180, отд. 182.

6. – это, разумеется, художественное преувеличение, но только на этом основании нельзя снимать это свидетельство со счетов; это означало бы упустить тот факт, что до двадцатого века больше всего солдат погибало от болезней.

7. – тем не менее, сообщив об отказе Анри д'Эно поддерживать Алексея IV в походе на север Греции, автор говорит: "Маркиз с небольшим числом христиан [то есть, крестоносцев-латинян] остался при императоре". Возможно, это необычное построение фразы отражает мнение, что греки, будучи схизматиками, не были полноценными христианами.

8. – например, Суассонский аноним, основанный на деяниях Нивелона де Шеризи, епископа Суассонского, не упоминает схизму, хотя этот текст и относится к жанру перенесения реликвий.

9. – приводится по русскому синодальному переводу.

10. – Donald E. Queller and Irene B. Katele, "Attitude towards the Venetians in the Fourth Crusade: The Western Sources", в The International History Review 4 (1982): 23-25.

11. – Клари в "Завоевании Константинополя" горько сетует, что лидеры похода взяли себе все золото, драгоценные камни, дорогую одежду и дома, а войску раздали только серебряную утварь. См. Clari, "Conquete", 79-80, 95-96, отд. LXXX, XCVIII.

12. – Филипп Швабский (1176-1208, имп. 1207-08) из дома Гогенштауфенов.

13. – Отто IV Вельф (имп. 1208-1214, ум. 1218) из дома Вельфов.

14. – Петр Капуанский

15. – Симон Лоосский (тж. Симон из Лоса), аббат цистерианского аббатства в диоцезе Турнэ: см. Longnon, "Compagnons", 165.

16. – всего шесть цистерцианских аббатов приняло участие в крестовом походе. Помимо Ги, Симона Лоосского и аббата Мартина Пэрисского (см. ниже), это Адам из аббатства Персень, Петр из Лучедио и аббат Каркассона: см. Andrea, "Capture", 21-22

17. – Тибо III (граф 1197-1201), сын Анри I и Марии Французской, сестры Филиппа II Августа, граф Шампани и Бри с 1198 г. См. Ellen E. Kittell, "Was Thibault of Champagne the Leader of the Fourth Crusade?" Byzantion 51 (1981): 557-565; Longnon, "Compagnons", 11-13

18. – Людовик, граф Блуа и Шартра (1171-1205), сын Тибо Доброго, брата Анри I Шампанского, и Алисы Французской, второй сестры Филиппа II Августа.

19. – только один брат графа Фландрии Балдуина принял крест – Анри: см. Villehardouin, "Conquete", 1:10-12, отд. 8. Возможно, автор путает с братом племянника Балдуина – Тьерри, сына Филиппа Эльзасского. Другого брата Балдуина звали Филипп де Намюр, что тоже могло внести путаницу. Наряду со многими другими признаками, эта ошибка явно указывает, что автор не был непосредственно вхож в круг вождей крестового похода.

О родственниках Балдуина, отправившихся в поход см. Longnon, "Compagnons", 140-145. Дональд Квеллер ошибается, утверждая, что вместе с Балдуином и Анри крест принял брат Балдуина "Юстас" (Eustace). См. Donald E. Queller and Thomas F. Madden, "The Fourth Crusade: The Conquest of Constantinople", 2nd ed. (Philadelphia, 1997).

20. – Лутольд Ротельнский (аббат 1190-1213).

21. – Мартин: см. Гунтер Пэрисский, "История завоевания Константинополя" (Historia Constantinopolitana), упоминается в разных частях текста.

22. – Бертольд, граф Каценеленбоген: см. Longnon, "Compagnons", 244-245

23. – 24 мая 1201 г

24. – Бонифаций Монферратский

25. – неверно. Граф Тибо выбрал своим заместителем Рено II Дампьерского. См. Альберик де Труа Фонтэн, "Хроника" и Andrea, "Adam", 29-31.

26. – Виллардуэн приводит более точное описание. См. Villehardouin, "Conquete", 1:36-46, отд. 35-45.

27. – Жоффруа III Першский умер предположительно 5 апреля 1202 г. См. Longnon, "Compagnons", 104.

28. – там же, 105.

29. – май 1202 г

30. – см. Longnon, "Compagnons", 209-210.

31. – Ги: там же, 118

32. – Филипп II Август.

33. – "Хроника" Эрнуля описывает эту ситуацию иначе: см. Ernoul et Bernard le Tresorier, "Chronique", Louis de Mas Latrie, ed. (Paris, 1871), 338. После смерти Фулька средства, собранные им для Святой земли и крестового похода, были переданы цистерианцам и перевезены на восток монахами из Сито. Там на эти средства починили стены Тира, Бейрута и Акры. Версия Эрнуля внушает больше доверия по нескольким причинам: незадолго до того в этой части Святой земли было сильное землетрясение; на том этапе крестового похода от крестоносцев ожидалось, что они сами будут оплачивать свои дорожные расходы; отклонение от первоначального маршрута в сторону Зары и Константинополя во многом объясняется недостатком денег у войска.

34. – лидеры крестового похода заключили договор с Венецией гораздо позже, в 1202 году. См.: Donald E. Queller and Thomas F. Madden, "The Fourth Crusade: The Conquest of Constantinople", 2nd ed. (Philadelphia, 1997)

35. – сейчас остров Лидо.

36. – c 1 июня по 1 октября

37. – примерно 3,3 литра

38. – примерно месячный доход венецианской семьи из среднего класса.

39. – на юге Италии.

40. – 22 июля 1202 г

41. – письма подтверждали, что эти люди освобождены от обета крестового похода. Без такого подтверждения они подлежали бы отлучению. Поражает контраст между этими людьми, которых официально освободили от их обета, и теми, из-за кого обеты крестоносцев были нарушены под Зарой.

42. – 15 августа 1202 г

43. – 1 октября 1202 г. Эту дату подтверждает "Gesta episcoporum Halberstadensium" Ed. Ludwig Weiland in "Monumenta Germaniae Historica, Scriptores, 32 vols., 23:73-123. Английский перевод Alfred J. Andrea, "The Anonymous Chronicler of Halberstadt's Account of the Fourth Crusade: Popular Religiosity in the Early Thirteenth Century". In "Historical Reflections", 27 (1996): 457-477.

Виллардуэн (Villehardouin, "Conquete" 1:76-78 отд. 76) утверждает, что они плыли в октаву праздника св. Реми, то есть 1-8 октября. Вероятно, войско отплывало по частям или, по меньшей мере, в две флотилии.

44. – полуостров на северо-востоке Адриатики.

45. – крупнейшие портовые города Истрии

46. – г. Муджа

47. – центр восточного побережья Адриатического моря.

48. – северо-восточное побережье Адриатического моря.

49. – указание на нарушение обета, если принимать нашу трактовку текста рукописи. MS читает: "Iaderam navigaverunt, in qua iumentum periit". Это переводится "Они приплыли в Зару, где потеряли "Рабочую лошадь" (iumentum)". "Рабочая лошадь" в таком случае, видимо, - название затонувшего корабля. В своей редакции латинского текста мы учли рекомендацию Чарльза Хопфа, который предположил, что iumentum - это описка, и в тексте должно быть iuramentum (клятва): см. Andrea, "Devastatio", 132. Ранее, когда автор DC упоминает потерю корабля "Виола", он пишет "Viola navis ... periit". В данном же отрывке уточняющего слова navis (корабль) нет. Отчасти по этой причине, но главным образом потому, что главной темой DC, видимо, являются договоры и их нарушения, мы приняли мнение Хопфа. Квеллер и Мэдден (Donald E. Queller and Thomas F. Madden, "The Fourth Crusade: The Conquest of Constantinople", 243, комментарий 97) с этим мнением не согласны, замечая, что "Текста рукописи допустимо исправлять только на основании убедительных доказательств, которых в данном случае, на наш взгляд, нет".

50. – 11 ноября 1202 г.

51. – Венеция объявила Зару своей непокорной территорией. Несмотря на это заявление, венецианцы выделили крестоносцам часть города внутри стен для их нужд (и, видимо, грабежа), а сами заняли гавань: см. Donald E. Queller and Thomas F. Madden, "The Fourth Crusade: The Conquest of Constantinople", 77.

52. – портовый город на Адриатическом побережье Италии.

53. – 1 января 1203 г

54. – от Филиппа Швабского

55. – в действительности, царевичу Алексею; Филипп был женат на Ирине, сестре Алексея, дочери свергнутого императора Исаака II.

56. – см. письмо Гуго де Сен-Поля к Р. де Балю, а также издание "Hugh of Saint Pol, "Anonymous Letter to the West" in Edmond Martene and Ursin Durand, Thesaurus novus anecdotorum, 5 vols. (Paris 1717), 1:784-788.

57. – 30 марта 1203 г.

58. – Рено, главе оппозиции, доверили возглавить посольство от армии в Святую землю. Хотя он и его спутники поклялись на Евангелии вернуться к основному войску, передав послание, Рено не вернулся к моменту взятия Константинополя. Возможно, его брат, граф Луи Блуасский, который помог ему возглавить посольство, увидел в этом возможность дать Рено возможность с честью выйти из войска, невзирая на клятву вернуться.

59. – 20 апреля 1203 г.

60. – сейчас хорватский город Дубровник.

61. – сейчас остров Керкира, находится недалеко от южного побережья Албании и северо-западного побережья Греции.

62. – 25 мая 1203 г.

63. – у графа Балдуина не было брата с таким именем, и ни один из его братьев не погиб в этом крестовом походе.

64. – 1 июля 1203 г.

65. – 29 июня – 6 июля.

66. – крепость Галата, расположенная на противоположном от Константинополя берегу бухты Золотой рог. См. письмо Гуго де Сен-Поля.

67. – 17 июля 1203 г

68. – неверно. Исаак II уже вернул себе трон. См. Donald E. Queller and Thomas F. Madden, "The Fourth Crusade: The Conquest of Constantinople", 130-132.

69. – Алексей IV был торжественно коронован как соправитель 1 августа 1203 г., в день святого Петра в оковах. Вряд ли дата была выбрана случайно. Квеллер и Мэдден предполагают, что коронация была, вероятно, ценой, назначенной крестоносцами за то, чтобы они ушли из города: см. Donald E. Queller and Thomas F. Madden, "The Fourth Crusade: The Conquest of Constantinople", 136.

70. – 15-22 августа

71. – этот поджог, второй из устроенных крестоносцами, случился 19-20 августа и считается одним из самых разрушительных эпизодов в истории Константинополя. Мэдден в работе "Fires", 74-84, определяет, что в пепел обратилось примерно 1,8 км2 самых цветущих и богатых районов города.

72. – т.е. западноевропеец. Довольно необычное определение западных христиан, особенно при учете того, что большинство крестоносцев были венецианцы или французы, и в обоих случаях не подчинялись западному императору. Это одна из деталей, наводящих на мысль, что автор происходит из Германии: "Devastatio", 118-119

73. – главным образом купцы с запада, в первую очередь - генуэзцы, венецианцы и пизанцы. У этих ведущих морских держав Италии были в припортовых районах Константинополя свои кварталы. Виллардуэн оценивает число местных, укрывшихся в лагере крестоносцев, в 15 000. См. Villehardouin, "Conquete", 1:210, отд. 204.

74. – сейчас г. Эдирне, Турция; Алексей III, будучи в оппозиции, разместил там свой двор.

75. – антифон на вход, который пелся на мессу 1 декабря 1203 г.

76. – 27 декабря 1203 г.

77. – 1 января 1204 г.

78. – 7 января 1204 г.

79. - "плечи"; два полуострова по сторонам бухты Золотой рог.

80. – Алексей Дука (тж. Морчофль, Мурцуфл).

81. – коронован как император Алексей V 5 февраля 1204 г.

82. – Никола Канав.

83. – Святая София.

84. – на черноморском побережье, близ Босфора.

85. – Мэдден и Квеллер предпочитают приведённое Клари число в 4000 десяти тысячам, приведённым Альбериком и пятнадцати, приведённым в DC. МакНил ошибочно переводит si fist monter bien dusques a .iiij.m. hommes a armes в тексте Клари ("Conquete", 65, отд. LXVI) как "он собрал добрую тысячу конных воинов".

86. – Алексей IV был убит в ночь с 8 на 9 февраля 1204 г.: см. Donald E. Queller and Thomas F. Madden, "The Fourth Crusade: The Conquest of Constantinople", 169.

87. – 9 апреля 1204 г

88. – 12 апреля 1204 г

89. – по оценке Мэддена этот пожар, третий из устроенных крестоносцами, уничтожил примерно 0,1 км2 города: Madden, "Fires", 74-84

90. – 13 апреля 1204 г

91. – 25 апреля – 2 мая 1204 г

92. – 16 мая 1204 г.

93. – см. Мартовский пакт, письмо папы 7:205

94. – раскол, о котором говорит DC, - это, вероятно, разногласия между нижними слоями клириков-крестоносцев, которые считали, что венецианцы отняли у них право на множество константинопольских церквей и на законную часть церковных сокровищ.

95. – см. письмо папы 7:203.

 

Источник: Devastatio Constantinopolitana // Andrea, Alfred J. Contemporary sources for the fourth crusade. Brill. Leiden-Boston-Koeln. 2000

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.