Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

НОВОЕ ОБ ИСТОРИИ ОСВОЕНИЯ СЕВЕРНОЙ ЧАСТИ БАССЕЙНА ТИХОГО ОКЕАНА 1

(статья вторая) 2

Круг офицеров — участников будущих исследовательских плаваний к Америке, в Японию и Арктику, плаваний, которые предполагали совместно подготовить и осуществить Сэмуел Бентам и Григорий Шелихов, был намечен ими осенью 1789 г. Годом ранее находившийся на очаковском театре военных действий русско-турецкой войны «командующий судами бомбардирскими и брандерами» подполковник С. Бентам 18 июля был произведен в следующий чин 3, а через пятнадцать месяцев — 26 октября 1789 г. — он официально получил под свое начало «два полевых баталиона ис числа в Сибирском корпусе находящихся». Вслед за своим полковником в расположение этих батальонов отправляются: переведенный Г. А. Потемкиным из Ярославского пехотного полка секунд-майор фон Кербиц, из Ряжского пехотного — капитан Андрей Иванов и подпоручик Гаврила Сидоров, из Екатеринославского егерского корпуса — капитан Илья Звегинцев и поручик Кирилл Казачковский, «из флота Черноморского штюрманы» подпоручики Джеймс Шилдз и Ричард Апсал, боцманы-прапорщики Сэмуел Томас и Джон («Иван») Маккой 4.

Реально же в силу обстоятельств, описанных в нашей первой статье и тех, что еще требуют прояснения, лишь один из упомянутых здесь офицеров — Джеймс Шилдз смог внести свой (и весьма весомый!) вклад в исследование и освоение так называемой Русской Америки. Его письма и письма его русских сослуживцев (которые публикуем здесь) содержат сведения о попытке реализации совместных планов русского купца Шелихова и англичанина на русской службе полковника Бентама. [155]

* * *

Путь от Якутска к Охотскому побережью, занятия и быт жителей Охотска и близлежащих селений в какой-то степени описаны в записках путешественников XIX столетия, отмечавших здесь более чем суровые условия жизни и труда. Подобные описания находим и в дневниках участников Северо-Восточной экспедиции 80-90 гг. XVIII в. — Сарычева, Биллингса, Сойера 5. Думается, что в публикуемых нами письмах, содержащих сетования на жестокую судьбу, нет особых преувеличений. Непривычные условия, нехватка теплой одежды, неясность со статусом «експедиции», отсутствие в Охотске ее организаторов и непосредственных руководителей, в то время как здесь же, в Охотске, вооруженные всеми бумагами и предписаниями, действовали «конкуренты» — люди Биллингса и Сарычева, — в общем, всех неожиданно открывшихся проблем для солдат и офицеров Екатеринбургского полевого батальона, следовавших из Забайкалья к Охотскому побережью, было предостаточно 6.

Отправлявшаяся летом 1790 г. вниз по Лене команда должна была решить несколько первоочередных задач. Во-первых, в самые короткие сроки добраться к месту строительства кораблей. Во-вторых, организовать и как можно быстрее завершить их строительство. Наконец, подготовить все необходимое для экспедиции в Америку. Ничего необычного в этих задачах не было — подобным образом вот уже многие годы действовали и достигали успеха сибирские купеческие промысловые компании. В данном же случае участие в деле профессионалов-корабелов, обогащенных опытом чрезвычайно скорого строительства кораблей для Черноморского флота, наличие у них в подчинении послушных воинской дисциплине солдат должно было способствовать быстроте и порядку дела. Непредвиденные затруднения стали возникать, однако, еще по дороге в Охотск.

Возглавлявший вместе с поручиком Шилдзом команду прапорщик Черепанов, используя власть над солдатами, провел удачную для себя операцию по сдаче казенных вьючных лошадей в наем местным купцам. Проблема перевозки грузов решилась тем, что кладь была им частично распродана, а оставшийся груз солдатам пришлось [156] нести на себе через тайгу, болота и тундру, что не способствовало ни скорости передвижения, ни сохранности обмундирования. Бесцеремонность, с которой действовал Черепанов, объяснить можно существовавшей издавна в Сибири традицией административной безнаказанности, а также тем, что прапорщик, вероятно, не связывал свои жизненные планы с экспедицией в Америку и вообще с военной карьерой 7. Решение уйти в отставку, принятое им, как можно думать — заранее, обезопасило его от возможных взысканий по службе.

Вполне понятна просьба Дж. Шилдза заменить Черепанова прапорщиком Сидоровым (документ № 6 настоящей публикации). Но, судя по отсутствию имени последнего в материалах, касающихся истории Русской Америки, в Охотск Сидоров отправлен не был 8.

Не очень-то посвященный в планы инициаторов «восточного проекта» (о неосведомленности Шилдза красноречиво свидетельствует общий тон его писем С. Бентаму — № 7 и 8), находившийся в постоянном ожидании приезда своего командира или хотя бы офицеров-сослуживцев, постоянно жаловавшийся на злую судьбу, Дж. Шилдз, тем не менее, самостоятельно решает проблему устройства команды на зимовку 9, успешно организует работы по строительству, сумев даже привлечь в помощь кого-то из местных корабелов 10 (см. № 7). [157]

Можно допустить, что недюжинные организаторские способности и более чем ответственное отношение к делу помогли бы англичанину довести одновременное строительство трех кораблей до конца, если бы пребывание солдат вдали от места дислокации части было бы санкционировано (что разрешило бы и проблему снабжения их провиантом). В одиночку же Шилдзу удалось решить только часть проблем.

Лишь один корабль был тогда полностью построен и оснащен — по типу вооружения — бриг, или, как о нем сказано в документах, — «по конструкции аглинских галеотов», 2-х мачтовый, однопалубный, грузоподъемностью до 4 000 пудов, названный «Северо-Восточным Орлом» 11. Корпус второго (но без оснастки) в январе 1792 г. иркутский генерал-губернатор И. А. Пиль небезуспешно торговал у Шелихова за 5 000 руб. И. Пиль предполагал использовать это судно после соответствующего оснащения для государственной экспедиции в Японию. Однако будущий командир экспедиции — Адам Лаксман (сын известного естествоиспытателя Кирилла Лаксмана) признал судно, впоследствии получившее название «Доброе Предприятие Св. Александры», «за малостью и неудобностью каюты <...> неудобным к назначенному вояжу» 12.

Корпус был возвращен Шелихову и оснащался, скорее всего, уже без участия Дж. Шилдза. «Доброе Предприятие» — «конструкции аглинскаго галеота, по килю 56 фут, 2-х мачтовое, однопалубное», грузоподъемностью до 7 000 пудов 13, наряду с другими шелиховскими судами несколько раз использовалось для вывоза в Охотск добытой в Америке пушнины и в один из рейсов (не ранее 1802 г.) разбилось у берегов острова Уналашка 14.

Третье судно, по всей видимости, также достраивавшееся без участия Дж. Шилдза, — это «Св. Екатерина» — «по конструкции бригантин, длинна по палубе 65 фут, однопалубное, грузу поднимает до 7 000 пудов» 15.

Нежелательная отсрочка с завершением судостроительных работ стала реальностью летом 1791 г. Именно тогда определенной [158] остроты достигла проблема снабжения команды Шилдза продовольствием 16.

Но как раз к тому времени, когда из трех строившихся кораблей один все-таки был готов, с о-ва Уналашка было получено известие о крушении шелиховского галиота «Три Святителя», шедшего с подкреплением людьми и припасами на Кадьяк. Потерявший надежду на скорое прибытие С. Бентама в Сибирь, Шелихов принимает, наверное, единственно возможное решение — немедленно отправить в плавание тот корабль, что имелся в наличии, не дожидаясь, когда строительство будет полностью завершено. Итак, «Северо-Восточный Орел» должен был доставить на Кадьяк продовольствие, не попавшее на остров из-за гибели «Трех Святителей». Участие же в вояже профессионалов-судоводителей, которые и построили «Орла» — Шилдза и его соотечественников, должно было гарантировать благополучное завершение плавания. Риск же, вызванный тем, что отправка 4-х пушечного корабля в первый рейс осуществлялась под началом морехода-иноземца, чья лояльность и чьи мореходные способности еще требовали подтверждения опытом, был сведен к минимуму наличием на борту «морехода-дублера» — «Орел» в плавание был «отпущен под смотрением отставного прапорщика Родионова» 17.

Не имея возможности отправить солдат на отплывающем «Орле» и не имея возможности далее использовать их в Охотске для работ на оставшихся недостроенными кораблях 18, Шелихов попытался хотя бы отсрочить окончательное возвращение команды к месту постоянной дислокации. Солдаты были отправлены, но не «домой» — в Кударинскую крепость, находившуюся в 200 верстах от Иркутска, а в Якутск, где их содержание должно было обходиться гораздо дешевле, чем в Охотске или в Уракском устье, и откуда они могли бы с относительной легкостью возвращены на шелиховские верфи.

Последнего, впрочем, не произошло. Еще раз повторим — после смерти Г. А. Потемкина в октябре 1791 г. — официальный статус [159] «восточного проекта», пребывание солдат-пограничников вдали от своей части, равно как и возвращение С. Бентама в Россию, — все это становится весьма проблематичным.

В марте 1792 г. капитан Казачковский отправился в Якутск 19, откуда осенью привел команду назад, в расположение батальона (см. № 15).

Несмотря ни на что, подчиненные С. Бентама 20 продолжали питать надежды на продолжение в ближайшее время экспедиционных работ. В последних, однако, приняли участие лишь те, кто прибыл в Америку первым рейсом «Орла».

Снаряжая в вояж новопостроенный «брик», осенью 1792 г. Г. Шелихов должен был справедливо рассудить, что незаконченное строительство может быть завершено и без участия корабелов-англичан, которые тем временем на Кадьяке смогут повторить то, что было ими сделано на Уракском устье — построить корпус одного или нескольких кораблей. В дальнейшем, в случае прекращения сотрудничества с С. Бентамом, «полуфабрикаты» доводились бы до полной готовности силами рядовых промышленников.

В письме, отправленном тогда на «Орле» А. Баранову — легендарному «Главному Правителю» шелиховских поселений, а потом и всех русских владений в Новом Свете, Шелихов писал: «мы ныне же посылаем Вам железа, снастей и парусов на одно судно, которое при помощи Шильца (выделение наше. — Авт.) Вы можете соорудить и, пользуясь таким благоприятным случаем, еще двум или двум или трем судам разной пропорции положить основание, доведя их строение до того, чтобы оне уже не требовали мастера и Вы бы могли окончить их и отделать» 21. В общих чертах именно эта программа и была выполнена. [160]

Кораблестроение в шелиховских владениях Шилдзу пришлось начинать с нуля. Но еще до закладки стапеля, своими изыскательскими плаваниями он успешно продолжил дело, начатое судоводителями Г. Шелихова — Г. Измайловым и Д. Бочаровым. Еще в 1780-х гг. они на кораблях «Три Святителя» и «Семион и Анна» вели поиски новых лежбищ «морского зверя», делали промеры глубины, составляли карты новооткрытых берегов 22. Шилдз делал то же самое во время плавания «Северо-Восточного Орла», имея главное задание Г. Шелихова — «отыскание земли, замеченной прежде некоторыми мореплавателями» 23.

Работы по строительству верфи, а затем по закладке первого корабля, велись Шилдзом в промежутках между изыскательскими плаваниями. Под его руководством шелиховские промышленные люди основали верфь, причем это было сделано не на Кадьяке, где отсутствовала пригодная для кораблестроения древесина, а на материке — в Воскресенской гавани Чугацкого залива. Выполненные Дж. Шилдзом рисунки и планы поселка судостроителей 24 показывают основательность развернутого английским корабелом дела — кузница, «токарня», «слесарня», «чертежная», «казарма с погребами», угольный склад, наблюдательная вышка и другие строения, огороженные частоколом, окружали стапель, с которого в 1794 г. был спущен 18 пушечный фрегат «Российско-Американский Феникс».

Вслед за «Фениксом» здесь были построены небольшие суда «Дельфин» и «Ольга». Вероятно, в их постройке, как и в строительстве «Феникса», принял участие второй англичанин-корабел — Карл Шорт. Деятельность этих англичан в Русской Америке требует специального освещения. Ограничимся пока самым общим изложением фактов. [161]

* * *

В 1795 г., после спуска на воду «Дельфина», Шилдз отправился на нем «до островов королевы Шарлотты для обозрения и описания берегов и гаваней» 25. Среди остальных исследовательских вояжей Шилдза выделяется его попытка обнаружить «желаннаго всею Европою пролива, соединяющаго северныя между Гудзонова залива и нашего от Аляксы к Берингову проливу вливающиеся моря», а попутно разрешить «загадку о заселении древних Россиян... на реке Хевдверен (на Аляске — Авт.)» 26.

Своим знанием навигации и кораблестроения Дж. Шилдз делился с шелиховскими работниками, находившимися в Русской Америке. Так, служитель компании Г. Шелихова Ф. Кашеваров был у Шилдза «мореходным учеником» и ходил со своим наставником на «Дельфине» в 1795 г. 27 Другой промышленник — В. Медведников обучался у англичанина кораблестроению 28.

Занимаясь в плаваниях «описаниями и поисками», Дж. Шилдз несколько раз встречался с участниками английских экспедиций, в частности — экспедиции Ванкувера. И надо отметить, сомнений в его лояльности ни у его русских начальников, ни у его русских подчиненных не возникло 29.

Охарактеризованный Г. И. Шелиховым как «человек весьма скромный, трудолюбивый и <...> нужный в компании» 30, Дж. Шилдз с большим опозданием (относительно даты присвоения чина) в 1794 г. получает, наконец, ордер о производстве его в поручики. Впрочем, — что весьма странно — именно в этом году по спискам он и «при нем за денщика собственный служитель» были выключены из службы «за долговременное в отлучке нахождение и неприбытие на положенной срок к батальону» 31. Надо думать, что, несмотря на эту запись в формулярном списке, окончательная отставка Шилдза [162] произошла позже. Во всяком случае, осенью 1797 г. на Кадьяк приходит известие о том, что англичанина вновь было приказано вернуть в Екатеринбургский батальон 32. Ему был направлен ордер за подписью иркутского генерал-губернатора Л. Т. Нагеля, из которого следовало, что «господин Шильц <...> отзывается и по политическим видам отлучается ис компании к ево команде» 33. Но и теперь Шилдз не уехал ни в Кударинскую крепость, ни в Иркутск; приказчики объединенной под началом наследников Г. Шелихова промысловой Тихоокеанской компании (с июля 1799 г. — Российско-Американская компания) в мае 1799 г. заключают с ним новый контракт. Согласно этому контракту, Дж. Шилдз должен был вновь принять командование на «Фениксе» 34. К этому времени он уже окончательно исключен из батальонных списков, но в декабре того же 1799 г. он зачисляется на службу гражданскую — «находящийся в Российско-Американской компании в числе мореходов, отставной поручик Шильц пожалован в коллежские асессоры» 35. Однако к этому моменту его уже нет в живых — во время плавания из Охотска на Кадьяк «Феникс» потерпел крушение, вся команда и пассажиры погибли.

Перспективы довольно-таки успешно развивавшегося сотрудничества Дж. Шилдза и созданной в духе шелиховских планов масштабной промысловой компании были перечеркнуты гибелью фрегата в одном из осенних штормов. Деятельность другого англичанина — также упоминаемого в публикуемых документах — Карла Шорта была осложнена, если не оборвана иными обстоятельствами. О них можно судить по прошению, поданному К. Шортом в декабре 1798 г. на имя императора Павла I 36.

В своем прошении К. Шорт рассказывает о том, как в составе команды Екатеринбургского батальона он прибыл на Охотское побережье и принял здесь участие в строительстве кораблей. За работы по постройке «Северо-Восточного Орла» ему было положено «зоплотить трехсот рублей». На «Орле» в 1791 г. К. Шорт вместе с Дж. Шилдзом отправился на Кадьяк. Там, на Кадьяке, на тех же условиях — 300 рублей за работу — он участвует в постройке «Феникса», а в 1795 г. идет на нем как судоводитель в Охотск, где узнает о смерти Г. Шелихова. В Охотске шелиховские приказчики Евстрат Деларов и Иван Шелихов заключили с англичанином новый контракт — теперь он должен был отправиться в промысловое плавание уже на судне, которое Шорт в своем прошении называет «Св. Александр» (скорее всего, англичанин имел в виду [163] «Доброе Предприятие Св. Александры» — Авт.) с оплатой за этот вояж шести тысяч рублей. Шорт писал, что получил деньги и закупил на них «следующие к тому путю жизненные и прочие припасы». Затем он привел судно в порядок, загрузил его и принял на борт «работных людей». Но потом, когда судно стояло на рейде, дожидаясь благоприятного ветра, Шорт, «не дождавшись онаго, в ночное время приказчиком Шелиховым (Иваном Шелиховым — Авт.) и купцом Деларовым <...> другим мореходом был сменен». Правда, приказчики обещали англичанину, что в следующую навигацию он пойдет мореходом на другом судне. Этого, однако, не случилось.

По словам К. Шорта, его припасы, загруженные на борт корабля, И. Шелихов забрал к себе (на склад ?) с обещанием выдавать по мере надобности, но внезапно уехал в Иркутск и оставил англичанина без провизии на зиму, что ввело последнего в немалые расходы. На следующий год И. Шелихов вернулся, но привез с собой ордер иркутского генерал-губернатора о немедленной явке К. Шорта в Екатеринбургский полевой батальон. Шорт отправился туда, однако, по прибытии, выяснилось, что из батальона он уже «выключен» 37. Англичанин кинулся к вдове Г. И. Шелихова с требованием заплатить ему за работу по постройке судов и возместить убытки, понесенные им из-за нарушения контракта со стороны приказчиков, но никаких денег так и не получил. Ссылаясь на свое «крайнее с убытками раззорение», в своем прошении Шорт умолял императора об «удовлетворении его» за понесенный ущерб и о зачислении вновь на службу в российский военно-морской флот 38.

К сожалению, ни завершения истории Карла Шорта, ни судьбы остальных англичан — подчиненных Бентама, мы не знаем. [164] Правда, есть сведения о том, что после того как в 1792 г. Шилдз, Шорт, Скотт и Борсли впервые прибыли в Русскую Америку, с ними были заключены контракты 39. Учитывая тревожно-панический характер писем Шилдза Бентаму и Ричарду Апсалу, трудно представить, что на подписание контрактов англичане согласились с легкостью. Вероятно, могло подействовать уверение в том, что С. Бентам, уехавший в Англию, не забыл о «восточном проекте» и уже возвращается в Россию 40. Шилдза, который начал было уже добиваться своей отправки обратно в батальон, однажды удержали принуждением — «против воли был удержан при постройке корабля» 41.

Обстоятельство, более всего осложнившее сотрудничество русских и англичан, — отсутствие командира Екатеринбургского полевого батальона или, на худой конец его четких инструкций. Не могла не стать камнем преткновения между двумя сторонами неотрегу-лированность вопросов распределения среди участников «восточного проекта» добытой пушнины 42. Может быть, некоторое время англичане вообще могли полагать, что их сотрудничество с компанией Шелихова носит случайный, преходящий характер 43. Сомнения по поводу того, под каким флагом будет осуществлять свою деятельность в Тихоокеанском регионе С. Бентам, ярко отразились в письмах к нему Дж. Шилдза.

Так или иначе, но проблемы во взаимоотношениях русских и англичан постепенно теряли остроту. Если бы это было не так, то Дж. Шилдз и его соотечественники покинули бы Русскую Америку при первой же встрече с английскими мореплавателями. Но ничего подобного не произошло 44, хотя, по-видимому, взаимопонимание между шелиховской компанией и англичанами возникало не без [165] сложностей. Косвенное свидетельство тому — в письме члена духовной миссии (на острове Кадьяк) о. Иоасафа Г. Шелихову от 16 июня 1795 года: «...подозревали Шильца, что он сбирает артель промышленных, обязуются подписками и хотят завести свою компанию. Сие было и по бумашкам гласно и Александр Андреевич [Баранов] разобрал, а ныне опять то замолкло. У Якова Егоровича [Шилдза] с Барановым хотя бывали великия ссоры, а ныне очень союзно...» 45. Сам Баранов писал Шелихову, о том, что его размолвки с англичанами были несущественными 46.

Думается, что ситуация потеряла остроту после того, как Шилдз получил «уверительное письмо» о выделении ему двух паев 47, «ежели найдет остров» (с лежбищем «морского зверя». — Авт.) и, кроме того, ему было еще положено жалование 48. Вероятно, стороны пришли к обоюдному согласию — характерно, что в 1802 г., когда Шилдза уже не было в живых, в «Наставлении Главного Правления РАК» А. А. Баранову о Шилдзе писалось, что Правление «не сомневается в его [Шилдза] усердии и имеет уже опыты его верности», но А. Баранов должен еще «более привлекать его к России, чтоб <...> оной иностранец, чувствуя в полной мере блаженство судьбы своей, не имел уже и причин искать, и нужды, своего счастья, а чрез то самым сердцем сделался истинным россиянином» 49.

* * *

Причины, преимущественно субъективного характера, обусловили то, что программа мероприятий по реализации «восточного проекта» была проведена в жизнь весьма и весьма неполно. Вопросы установления торговых связей с Японией и Китаем, вопросы планомерного исследования северной части Тихоокеанского бассейна и Арктики будут вновь ставиться и вновь решаться в ходе русских кругосветных экспедиций, совершенных в первой половине XIX в. под флагом Российско-Американской компании. В это время понадобится предпринимать новые усилия, чтобы разрешить проблему дефицита в Русской Америке кораблестроителей и [166] судоводителей, остро ощущавшуюся Г. И. Шелиховым 50. Реализуя его планы, администрация РАК наряду с приглашением на службу русских военных моряков, судостроителей-русских и судостроителей-иностранцев будет практиковать подготовку специалистов в области морского дела из местных жителей и детей от смешанных браков, а посылаться на учебу они будут на верфи и в училища Петербурга 51.

Как бы то ни было, даже не доведенные до конца, носившие полуофициальный характер совместные предприятия сотрудников частной компании Г. И. Шелихова и находившихся на государственной службе подчиненных С. Бентама заслуживают пристального внимания. Уже предварительные данные о них позволяют по-новому рассматривать сложившуюся в последнее десятилетие XVIII в. ситуацию в Тихоокеанском регионе. В частности, оказывается возможным откорректировать вывод Р. В. Макаровой о том, что в 1770-1790-х гг. «отдаленная периферия Российской империи по-прежнему оставалась сферой деятельности лишь частных купеческих компаний» 52.

Мероприятия Шелихова-Бентама дали еще один импульс процессам культурного освоения севера Тихоокеанского региона. Материальная база развернутой здесь русскими промысловой деятельности была этими мероприятиями дополнительно укреплена. В них были вовлечены десятки людей, взаимообогащавшихся знаниями и разнообразным опытом — в первую очередь, опытом межнационального сотрудничества 53, столь важным в освоении пограничных областей и сегодня имеющим непреходящую ценность.

 
Комментарии

1. Российская часть архивных разысканий проведена при поддержке Фонда «Культурная Инициатива» («Фонд Сороса»).

2. Кристи И. Р., Ситников Л. А. Новое об истории освоения северной части бассейна Тихого океана (статья первая) // Источники по истории Сибири досоветского периода. Новосибирск: Наука, 1988.

3. РГВИА, ф. 2, оп. 10, д. 1179, л. 90.

4. Там же, д. 1194, л. 7-19. Имена сержантов и нижних чинов мы опускаем.

5. Марков А. Русские на Тихом океане // Московитянин. 1849. Кн. 2, № 8; Гончаров А. И. Фрегат «Паллада», т. 2. // Гончаров А. И. Собр.соч. М., 1959. Т. 3. См. также: Сарычев Г. А. Путешествие флота капитана Сарычева. СПб, 1802; Он же. Путешествие капитана Биллингса через Чукоцкую землю <...> и плавание капитана Галла. СПб., 1811; Sauer М. An Account Geographical and Astronomical Expedition. L., 1802.

6. О сложностях в найме лошадей для перевозок к Охотскому побережью, обусловленных повышенным спросом и обостренной конкуренцией, см., например, в письмах шелиховских приказчиков. — АВПРИ, ф. РАК, оп. 888, д. 52, л. 1; РГАДА, ф. 1605, on. 1, д. 328, л. 1.

7. И бесцеремонность действий Черепанова, и его возможная отставка могли быть связаны с тем, что в лице попавшего под судебное разбирательство иркутского наместника И. В. Якоби Черепанов (в документах его называют то Григорием, то Иваном) еще недавно имел высокого покровителя. Черепанов, числясь то в Селенгинском гарнизонном, то в Екатеринбургском полевом батальонах, четыре года находясь при Якоби, «употреблялся в разные курьерские посылки»; именно по личному представлению генерал-губернатора. Он был выходцем из «солдатских детей», до срока в мае 1788 г. получил чин прапорщика. — РГВИА, ф. 2, оп. 10, д. 1177, л. 333.

8. Г. Сидоров, тридцатилетний прапорщик, приехал с С. Бентамом в Сибирь и числился прикомандированным к Екатеринбургскому полевому батальону; ранее, в 1787-88 гг., вместе со своим командиром находился на верфях в Херсоне. — РГВИА, ф. 489, оп. 1, д. 768, л. 40-41, 76 об.; там же — ф. 2, оп. 10, д. 1164, л. 543; там же, д. 1216, л. 466.

9. Судя по описанию Шилдза, уракские владения Шелихова были совершенно заброшены (№ 6). Причины этого неясны. Двухэтажный дом Шелихова в Охотске, с лавкой на первом этаже, был вполне комфортабельным. — АВПРИ, ф. РАК, оп. 888, д. 77, л. 2.

10. Имя этого человека пока не установлено. Известно, что Шелихов подговаривал в работу на строительство и ремонт своих судов корабельных мастеров Охотска — «ластовых судов ученика Ивана Бубнова» (АВПРИ, ф. РАК, оп. 888, д. 143, л. 2); «старика Козмина» — («Охотской морской команды ластовых судов мастер Козмин» — Там же, д. 109, л. 27; д. 155, л. 18). Мог помогать Шилдзу и тиммерман (корабельный плотник) Федор Усков, незадолго до прибытия команды Шилдза в Охотск вместе с Бубновым строивший корабли для Северо-Восточной экспедиции. — РГАВМФ, ф. 214, oп. 1, д. 4, л. 53, 54. Заметим, что ранее, в 70-х годах, в строительстве судов для Шелихова принимали участие его приказчик, крестьянин Самеловский. — РГАДА, ф. 199, портф. 150, ч. 5, д. 2, л. 18 об.

11. Описания судов даются по списку, приложенному к донесению вдовы Г. И. Шелихова, составленному в 1797 г. в ответ на запрос тогдашнего иркутского губернатора Л. Т. Нагеля о состоянии принадлежавшего Г. И. Шелихову имущества. — РГИА, ф. 13, оп. 2, д. 52, л. 67 об. В некоторых документах «Орел» называется «бриком». — См., например: Новые материалы по истории Сибири досоветского периода. Новосибирск: Наука, 1986. С. 88.

12. Зап. РГО по отделению этнографии. СПб., 1871. Т. 4. С. 476; см. также: Архив кн. Воронцова. М.,1880. Кн. 24. С. 209.

13. РГИА, ф. 13, оп. 2, д. 52, л. 67 об.-68.

14. К истории Российско-Американской компании: Сб. документальных материалов. Красноярск, 1957. С. 21.

15. РГИА, ф. 13, оп. 2, д. 52, л. 68.

16. Соглашение между С. Бентамом и Г. Шелиховым, вероятно, не касалось снабжения солдат продовольствием; Шелихов обеспечивал команду лишь строительными материалами и частично одеждой: «...до провианту ж мене нет дела, <...> парки аленны, торбоса, сутуры отдайте прапорщику [Черепанову] для команды». — АВПРИ, ф. РАК, оп. 888, д. 77, л. 2 об.

17. РГАДА, ф. 24, oп. 1, д. 64, л. 74 (судя по донесению иркутского генерал-губернатора И. Пиля Екатерине II, «Орел» вышел в море 3 сентября).

18. В довершение всего солдаты, чье пребывание на Тихоокеанском побережье так и не было узаконено какими-либо указами, «не поставленные на довольствие» и фактически оставленные своими командирами, начали утрачивать дисциплину: «полевая команда очень худо поживает, много пьянства и делает воровства, уездного стряпчего чуть до смерти не убили». — РГАДА, ф. 1605, oп. 1, д. 302, л. 15.

19. РГВИА, ф. 489, oп. 1, д. 1383, л. 64, 96.

20. Перечень участников «восточного проекта» — подчиненных С. Бентама и сведения о них см. в нашей первой статье. В дополнение заметим, что К. Ф. Казачковский к концу жизни — генерал-лейтенант, один из героев Отечественной войны 1812 г.; его портрет находится в Военной галерее Зимнего дворца. Сведения к биографии К. Ф. Казачковского см: Ситников Л. Григорий Шелихов. Иркутск, 1990. С. 318-319, 376-377. С. Бентама и К. Казачковского, кроме исследовательских интересов, могла связывать и принадлежность к масонству. По свидетельству Штейнгейля, К. Казачковский явился основателем масонской ложи в Иркутске. — Штейнгейль В. И. Сочинения и письма. Иркутск, 1992. С. 207. Г. Лилингрен продолжал служить в Екатеринбургском полевом батальоне до самой смерти (1796 г.) — РГВИА, ф. 2, оп. 10, д. 1276, л. 81.

И. Звегинцев в 1796 г. сопровождал в поездке в Санкт-Петербург депутацию Средней Киргиз-Кайсацкой Орды к Екатерине II; в 1798 г. находился «при исправлении линейных и пограничных дел» в Селенгинском мушкетерском полку и потом, переведенный в «штатскую службу», с 1799 год в чине надворного советника был «в Омской крепости при исполнении пограничных дел». — ГАОО, ф. 1, oп. 1, д. 273, л. 218; АВПРИ, ф. 3, д. 20, л. 33. Через несколько лет ему еще раз доведется служить под началом С. Бентама, но уже в Санкт-Петербурге.

21. Тихменев П. А. Историческое обозрение образования Российско-Американской компании. СПб., 1861. Ч. 1. С. 39-40.

22. Описания плавания Измайлова и Бочарова на галиоте «Три Святителя» (1788-89 гг.) было издано уже в 1792 г. под названием «Российского купца Григорья Шелихова продолжение странствования...» (СПб., 1792). В настоящее время Л. Ситниковым готовится публикация выявленных в различных хранилищах вахтенных журналов судов шелиховских компаний.

23. Тихменев П. А. Указ.соч. Ч. 1. С. 40. Некоторые карты, составленные Дж. Шилдзом, с нанесенными на них маршрутами плаваний, хранятся в АВПРИ. См., например: ф. РАК, оп. 888, д. 945/25; ф. Главархив, II-3, 1783-1796, оп. 34, д. 1, л. 25, 26.

24. Эти изобразительные материалы выявлены в архивах Л. Ситниковым. — РГВИА, ф. ВУА, oп. 1, д. 18077; АВПРИ, ф. Главархив, II-3, 1783-1796, оп. 34, д. 1, л. 24. Рисунки Дж. Шилдза уже публиковались, но без каких-либо архивных ссылок или хотя бы приблизительных указаний на место их нахождения. — см., например: Алексеев А. И. Судьба Русской Америки. Магадан, 1975. С. 114.

25. Тихменев П. А. Указ. соч. Ч. 1. С. 50.

26. Тихменев П. А. Указ. соч. Ч. 2. С. 84.

27. См. об этом: Ситников Л. Материалы для истории Русской Америки («Ответы» Филиппа Кашеварова) // Новые материалы по истории Сибири досоветского периода... С. 88-92.

28. Тихменев П. А. Указ. соч. Ч. 2. С. 50.

29. Материалы для истории русских заселений по берегам Восточного океана. СПб., 1861. Вып. 4. (Приложение к «Морскому сборнику»). С. 31-40. Здесь же — упоминание о том, что от участников ванкуверовской экспедиции Дж. Шилдз получил «несколько книг, могущих быть ему полезными». О другой встрече с английскими мореплавателями см.: Хлебников К. Т. Первоначальное поселение русских в Америке. Радуга (Ревель), 1833. Ч. 2. С. 41-42.

30. Тихменев П. А. Указ. соч. Ч. 2. С. 76.

31. РГВИА, ф. 489, oп. 1, д. 1385, л. 57.

32. ОР РГБ, ф. 204, картон 32, д. 2, л. 7.

33. Об этом — в письме А. Баранова Наталье Шелиховой от 10 июня 1798 г. — АВПРИ, ф. РАК, оп. 888, д. 121, л. 2.

34. Там же, д. 143, л. 1.

35. Там же, ф. РАК, оп. 888, д. 143, л. 52.

36. РГА ВМФ, ф. 198, оп. 1, д. 73, л. 38-39.

37. Отметка о выключении его из службы в 1794 г. — в формулярных списках Екатеринбургского полевого батальона. — РГВИА, ф. 489, oп. 1, д. 1288, л. 39.

38. Прошение К. Шорта было передано на рассмотрение тогдашнему морскому министру графу Г. Г. Кушелеву. — РГА ВМФ, ф. 198, oп. 1, д. 73, л. 37. Тем временем Шорт, отчаявшись найти выход из своего положения, подал прошение на имя императора Павла I о принятии его в российское подданство. Прошение было рассмотрено летом 1799 г. — РГИА, ф. 1374, оп. 6, д. 474 , л. 2-2 об.

Император отнесся к желанию англичанина благосклонно (л. 6). Какое-то время Шорт продолжал служить наследникам Григория Шелихова — в «Журнале исходящих бумаг Охотской конторы РАК» 1800 г. есть упоминание о поездке его в Якутск по делам компании в марте месяце, а 29 августа сделана запись о том, что ему выдан «Контракт, данной уволенным от службы прапорщиком англичанином Карлом Шортом Главному Компании Правлению о бытии ему при делах Компании под распоряжением Охотской конторы с 24 числа 1799 года ис платы 600 рублей в каждый год, сколко он пробудет во оной, но не менее пяти лет». — АВПРИ, ф. РАК, оп. 888, д. 156, л. 6, 16 об. В этом же журнале 25 сентября записан «щет, данной штурманскому помощнику прапорщику Шорту о заборе в щот положеннаго ему жалования по 1 ч. сентября». — Там же, л. 21.

39. Контракты Шилдза, Шорта и «матрозов Скота и Борела» значатся в «Регистре посланным Баранову в Америку разным письмянным бумагам. 1792 года августа 28-го дня, Охотск». — АВПРИ, ф. РАК, оп. 888, д. 896, л. 1.

40. «...Якову Егоровичу объявите, что Самойла Иванович с Англии обещал быть в Питере в прошедшем июле» — письмо от 10 августа 1792 г. (Г. Шелихов — А. Баранову). — АВПРИ, ф. РАК, оп. 888, д. 96, л. 2.

41. Письмо А. Баранова от 20 мая 1795 г. с острова Кадьяк. — АВПРИ, ф. РАК, оп. 888, д. 747, л. 25.

42. Объем денежного жалования был в экстраординарном порядке определен еще до того момента, как англичане отправились в Русскую Америку (см. № 14).

43. Неопределенность ситуации, возникшей из-за отсутствия С. Бентама, приводила к тому, что Г. Шелихов то отдавал приказания — с первым же судном отправить Шилдза в Охотск, то приказывал ему продолжать строительство «Феникса» на верфи, которую можно назвать первой русской верфью в Америке. — См. письмо А. Баранова от 24 июля 1793 г. (Тихменев П. С. 38).

44. Отметим, что, по крайней мере, один из англичан обзавелся в Русской Америке семьей — рожденные «от американки» Иван Скот и Алексей Скот учились в начале XIX в. в Ситхинской школе «на иждивении Компании». — АВПРИ, ф. РАК, оп. 888, д. 251, л. 10 об.-11.

45. РГАДА, ф. 1605, оп. 1, ед. хр. 319, л. 6-6 об.

46. Тихменев П. А. Указ. соч. Ч. 1. С. 98.

47. О «паевой системе» распределения добытой пушнины среди компаньонов и рядовых промышленных, принятой в Русской Америке, см.: Макарова Р. В. Русские на Тихом океане во второй половине XVIII в. М.: Наука, 1968. С. 100-105. См. также данные Р. Г. Ляпуновой и С. Г. Федоровой в издании: Русская Америка в неопубликованных записках К. Т. Хлебникова. Л.: Наука, 1979. С. 252, 254.

48. Тихменев П. А. Указ. соч. Ч. 2. С. 98.

49. ГАРФ, КМФ-3/3А-13, oп. 1, п-1, л. 5.

50. См., например, рапорт иркутского генерал-губернатора Л. Нагеля в Сенат (от 18 апреля 1795 г.): «...Григорий Шелихов <...> желает иметь <...> четырех человек, знающих штурманское искусство <...>, а кроме сих, имеет шелиховская компания самую ж надобность в судостроительном мастере, искусном по лутчим манерам оконпровывать суда, [в] боцмане и якорном мастере, которые еще и могут искуствам своим обучить либо способных из молодых американцев, либо других...» — АВПРИ, ф. Внутренние коллежские дела, Р.8/16, 1785 г., оп. 2/1, д. 6, л. 5 об.

51. Тихменев П. А. Указ. соч. Ч. 2. С. 272.

52. Макарова Р. В. Указ. соч. С. 161.

53. Заметим, что англичане и в дальнейшем продолжали участвовать в деятельности по освоению Русской Америки. Так, на судне «Мария», в сентябре 1810 г. отправлявшемся на остров Амчитку, находился принятый в РАК «на плату 300 ру[блей] в год <...> англичанин Иосиф Файстин». — АВПРИ, ф. РАК, оп. 888, д. 152, л. 12.

Текст воспроизведен по изданию: Новое об истории освоения северной части Тихого океана (статья вторая) // Источники по русской истории и литературе: Средневековье и Новое время. (Археография и источниковедение Сибири; вып. 19). Новосибирск. РАН. 2000

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.