Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ЦАРСКАЯ РОССИЯ И ГАВАЙСКИЕ ОСТРОВА

Попытка завладеть Гавайскими или Сандвичевыми островами, предпринятая от имени царской России в начале XIX в., не являлась анархическим поступком некоего проходимца, как это впоследствии представляли официальные источники, но была реализацией тщательно продуманного плана, разработанного Российско-Американской компанией и одобренного царским правительством. Лишь вследствие ряда неудачно сложившихся обстоятельств, Гавайские острова не стали в этот период, наряду с частью Калифорнии, «землей российского владения», а врач московской городской полиции Шеффер — «российским Коломбом».

Российско-Американская компания, возникшая в конце XVIII в., уже в первые годы XIX в. начала вести активную экспансию в Тихом океане. Эта экспансия особенно усилилась в 1809-1810 гг. Обострение англо-американских отношений, приведшее вскоре к вооруженному столкновению, восстание в Мексике, полностью парализовавшее какое бы то ни было сопротивление со стороны Испании, и, наконец, наполеоновские войны, не дававшие возможности большинству европейских держав сосредоточить свое внимание на событиях, развертывавшихся в восточном полушарии, открывали перед царской Россией возможности усиления сферы своего влияния на Тихом океане.

После частичного овладения прибрежной полосой Калифорнии и основания в 1812 г. колонии «Росс», компания сделала попытку осуществить план захвата Гавайских островов.

Гавайские острова были промежуточным пунктом, куда неизбежно заходили суда, следовавшие из Америки в Азию и, в частности, в Китай, таким образом владение островами отдавало в руки царской России контроль над Тихоокеанской торговлей. Кроме того Гавайские острова были богаты колониальными товарами и хлопком.

Кое-какие разведки по поводу Гавайских островов делались Российско-Американской компанией еще в 1806 г., когда корабль компании «Нева» под командою Лисянского пристал к острову Атуваю (Гауаи-Кауаи).

Король Атувая — Томари, собиравшийся в это время воевать с королем острова Овайги (Гавайи) Томи-Оми, пытался прибегнуть к помощи русских, в частности просил снабдить его порохом и оружием, но служившие у компании офицеры не рискнули вмешаться в борьбу гавайских царьков.

В 1809 г. тот же корабль «Нева» под командой лейтенанта Гагенмейстера пристал к острову Атуваю, и на этот раз король Томари обратился за помощью к России, прося оставить на острове русских поселенцев для защиты его от Томи-Оми.

В 1814 г. к Гавайским островам было отправлено компанейское судно «Беринг», но оно потерпело крушение у самых берегов Атувая.

Благоприятствовавшая вначале царской России политическая конъюнктура с каждым годом ухудшалась. Наполеон был разбит, а окончившаяся англо-американская война дала возможность и англичанам, и американцам обратить внимание на действия Российско-Американской компании.

В этот период три державы — Англия, Соединенные Штаты и Россия — зорко следи ли друг за другом, опасаясь, чтобы кто-нибудь из них раньше не захватил Гавайских островов. Они стремились временно сохранить независимость островов, [162] так как не имели возможности открыто захватить и сохранить острова за собой. Это обстоятельство очень усиливало туземных царьков, ибо каждая держава, пыталась подкупить их и с их помощью утвердить свое господство на островах.

Томи-Оми, именовавшийся впоследствии Камехамехи I, при помощи английских агентов расправился со всеми остальными царьками и стал фактически правителем всех Гавайских островов, за исключением Атувая и Нигау, где утвердился Томари.

Окруженный иностранцами (даже губернатором о. Овайги был беглый английский матрос Джон Юнг), Томи-Оми вел тонкую дипломатическую игру, склоняясь, в сторону той державы, которая в данный момент была представлена на островах наиболее сильно. Когда в 1794 г. к острову Овайги прибыл капитан Ванкувер, Томи-Оми объявил себя подданным Англии, что не помешало ему после ухода Ванкувера отдать исключительно американским торговцам монопольное право на. вывоз любых товаров.

Сент-Джемский кабинет лишь в 1812 г. ответил Томи-Оми, отказав ему в подданстве Англии из опасения, что ввиду обострения англо-американских отношений одно подозрение о принадлежности Гавайских островов Англии, даст Америке повод к их захвату.

В свою очередь Томари при помощи американцев вооружил свою армию, завел несколько орудий и мечтал о заведении флота для борьбы с Томи-Оми.

Такая ситуация была к 1815 г., когда Российско-Американская компания решила предпринять шаги к захвату Гавайских островов.

Непосредственную реализацию этого плана правитель русских колоний в Америке — Баранов — предполагал поручить лейтенанту Лазареву, находившемуся, с кораблем «Суворов» на о. Ситхе. Однако, недоразумения между Барановым и Лазаревым привели к тому, что Лазарев вместе с судном ушел из Ситхи в Кронштадт.

Тогда овладение Гавайскими островами Баранов поручил комиссионеру компании — доктору Шефферу, единственному из состава корабля «Суворов» оставшемуся в колониях.

Для большей конспиративности решено было отправить Шеффера на американском судне »Изабелла», которое в октябре 1815 г. доставило его к острову Овагу (Вагу), а в марте 1816 г. для «размена» с туземцами к Гавайским островам прибыли два хорошо вооруженных русских судна — «Кадьяк» и «Открытие».

Шеффер, официально приехавший на Гавайские острова для приема имущества погибшего русского судна «Беринг», решил действовать через Томи-Оми. Однако, как сообщается в путевом журнале «...прежде нежели мог Шеффер быть на берегу, некоторые капитаны или шкипера, бывшие прежде в наших колониях, а потом пришедшие туда со своими судами, а наиболее старый Эбез Гунт Адамс и старый Джон Юнг,, давно живущий на сем острове в качестве губернатора и имеющий великое влияние на короля, успели уже Томи-Оми и многих лучших островитян уверить, что прибытие его, Шеффера, и ожидаемые им вскоре из Ново-Архангельска компанейские суда суть неприязненные намерения русских, почему письмо с медалью, наперед присланное Томи-Оми, было не распечатано и возвращено» (ЛОЦИА, ф. департ. торговли и мануфактур, 1819 г., д. № 406, лл. 35-37).

Тем не менее Шефферу все же удалось высадиться на берег. Он сумел стать лейб-медиком короля Томи-Оми и, якобы в «благодарность» за оказанную медицинскую помощь получил плантации на острове Овагу, где уже находились американские плантации братьев Виншеп. На этих плантациях Шеффер выстроил несколько домов и начал разводить табак и разные растения, расширяя свою территорию за счет скупаемых у туземцев земель.

Активная деятельность Шеффера очень быстро восстановила против него американских торговцев, ибо Шеффер явно претендовал на монопольное [163] владение всем сандальным деревом. Поэтому американцы всячески пытались воздействовать на Томи-Оми «расстраивали короля Томи-Оми и даже довели его до согласия убить его, Шеффера».

Только прибытие компанейских судов спасло жизнь Шеффера, который с этого момента решительно изменил курс и начал ориентироваться на короля островов Нигау и Атувай — Томари, противника Томи-Оми.

Спасаясь от преследования, Шеффер покинул о. Овагу, оставив для охраны русской фактории нескольких служащих компании.

На компанейском судне «Открытие» Шеффер перебрался на остров Ниагу, а затем на Атувай, где находился Томари. Шеффер отмечает в своем журнале, что король Томари принял его «хотя и дружелюбным образом, однако же замечено было в нем некоторое замешательство, как после открылось, от таковых же неприязненных внушений североамериканских шкиперов, каковые были сделаны и у Томи-Оми». Но, очевидно, Томари учел, что помощь русских будет для пего весьма существенна в борьбе с Томи-Оми, поэтому он внезапно резко изменил свое отношение и просил исходатайствовать ему покровительство русского императора. 21 мая 1816 г. Томари принял русское подданство.

Одновременно, «король передал еще в дар компании на всегдашние времена целую область, содержащую около 400 семейств индейцев, которая служить может для построения плантажей, фабрик и т. п.» (ЛОЦИА, ф. департ. торговли и мануфактур, 1817 г., д. № 350, л. 8 об.).

От имени Российско-Американской компании Шеффер заключил с Томари четыре конвенции. Согласно первой конвенции Томари предоставлял компании исключительные права па вывоз сандального дерева с о. Атувая и разрешал ей повсеместно строить фактории и устраивать плантации «с помощью островитян». По второй конвенции Томари уступал «на вечность в пользу компании половинную часть острова Вагу (Овагу) с жителями и что есть в земле оного». Но так как о. Овагу пока еще принадлежал Томи-Оми, то компания должна была «сделать королю помощь под управлением того доктора Шеффера в звании шефа его войск из 500 человек для возвращения отторгнутых у него островов Вагу, Ранай Мауви, Маранай и прочих, кои король также покоряет высокому покровительству государя императора». Согласно третьей конвенции компания обязывалась купить на свой счет у бостонского капитана Витимора вооруженное судно для экспедиции против короля Томи-Оми, причем Томари обязывался выплатить за это судно сандальным деревом. Судно это действительно было куплено Шеффером за 200 тысяч рублей, а счет к оплате переслан к правителю колоний Баранову. И наконец, по четвертой конвенции Томари одарил» Баранову на о. Овагу три гавани «без взимания для себя податей» (Там же, лл. 19 об. 20).

Решительные действия Шеффера встретили громогласное одобрение правления компании и молчаливую поддержку Александра I. По получении сообщений о его деятельности, компания 20 августа 1817 г. посылает Шефферу инструкции: «о защите короля Томари от других островных владельцев, ежели токмо оные случатся не по влиянию какой-либо европейской нации или не от нее самой... в уважении сего короля столько, сколько требует образ дикой его жизни...»

25 августа о похождениях Шеффера и о том, что Томари, подлинная присяга которого будет прислана особо, ходатайствует о принятии его в русское подданство, было доложено Александру, и сообщение это не встретило с его стороны никаких возражений.

Шеффер активно продолжал свою политику, направленную к полному овладению Гавайскими островами при помощи короля Томари, и деятельно готовился к войне с Томи-Оми.

Обо всем этом совет компании 19 января 1818 г. сообщил управляющему министерством иностранных дел. Но ситуация в течение этого, хотя и [164] непродолжительного времени, изменилась. В международной политике большое место занял в этот период вопрос, об испанских колониях в Америке. Это заставлял» царское правительство воздержаться от санкции на захват Гавайских островов.

Российско-Американской компании предлагалось придерживаться в своих сношениях с Гавайскими островами общих правил, принятых для других государств.

Но, не имея возможности дать санкцию на захват Гавайских островов, царское правительство в то же время не имело намерения упускать их из виду. Задача состояла в том, чтобы выбрать наиболее удачный момент.

Уже 5 августа 1818 г. по представлению Российско-Американской компании Александр «соизволил признать за нужное, для поощрения оных сношений, пожаловать тамошнему владельцу по имени Томари золотую медаль на Анненской ленте для ношения на шее, с надписью «владетелю Сандвичевых островов Томари, в знак дружбы его к россиянам», да сверх того, в виде подарка, кортик с приличною оправою и кармазинный плащ с золотыми кистями и таким же позументом».

13 августа 1818 г. правление Российско-Американской компании передало министерству внутренних дел содержание письма Шеффера, полученное 20 сентября 1817 г. из Макао, в котором он сообщал, что «через политические обстоятельства принуждены были русские оставить остров Атувай», (ЛОЦИА, ф. департ. торговли и мануфактур, 1817 г., д. № 350, л. 38) а сам Шеффер направиться в Петербург.

Подобная неудача постигла Шеффера вследствие решительного вмешательства американских купцов в дела Гавайских островов.

Вначале американцы вели с русскими борьбу чисто экономического характера. Помимо факторий бр. Виншеп на о. Овагу во владениях короля Томи-Оми, американцы, учитывая, что Шеффер пытается воспользоваться междоусобицами между Томи-Оми и Томари, устроили свою факторию и со владениях последнего. Стараясь заинтересовать Томари торговлей, американцы покупали у него то, что он уже продал и за что получил соответствующую плату от представителя Русско-Американской компании.

Затем американские купцы переходят к более решительным действиям.

Когда шхуна Шеффера прибыла ко владениям Томи-Оми, то оказалось, что первая русская фактория на острове Овагу, где находилось несколько служащих компании, разгромлена туземцами, возглавлявшимися Джоном Юнгом, «министром» Томи-Оми, подкупленным американскими купцами. Служащие компании под угрозою убийства были посажены на шхуну и отправлены на Атувай.

Таким образом кончилась история фактории на Овагу, «подаренные и проданные семейством Томи-Оми земли обратились во власть прежних владельцев»,— меланхолически пишет Шеффер в своем журнале (Там же, 1819 г., д. № 406, лл. 35-37).

Но и на Атувае представители Российско-Американской компании оставались недолго. В мае 1817 г. с Овагу на Атувай были посланы американцами 5 ботов с туземцами, после чего, как пишет Шеффер, «началась революция против русских».

На одном из зашедших в Гонолулу иностранных судов Шеффер добрался до Кантона и оттуда прибыл в Петербург, где надеялся «сыскать подкрепление прав своих на здешние острова» (Там же, 1819 г., д. № 350, лл. 45).

После приезда Шеффера в Петербург компания принимает всяческие меры для популяризации в правительственных кругах своих соображений о необходимости вторичного захвата Гавайских островов. Помимо записок Шеффера, подаваемых им лично Александру, члены компании обивали пороги правительственных учреждений, рассылая «мнения правления», где пытались доказать, что Гавайские острова должны принадлежать именно царской России. В обоснование этого положения компания прибегает к доказательству от противного, [165] утверждая, что ни испанцы, ни англичане, ни американцы не имеют права на приобретение этих островов. Испанцы, несмотря на то, что они в начале XVIII в. первыми открыли эти острова, не могут, по мнению компании, и не будут препятствовать захвату островов, ибо они и раньше не претендовали на владение ими. Что касается англичан, то хотя Кук и Ванкувер раньше приставали к этим островам и названы они по имени лорда Сандвича — Сандвичевыми, тем не менее, англичане не могут претендовать на эти острова, ибо само английское правительство в 1812 г. отказало королю Томи-Оми в принятии его в английское подданство. И наконец американцы, для которых острова удобны, как транзитный путь в Китай, по мнению компании, не имеют прав на владение ими, поскольку до сих пор они официально не заявляли о своих притязаниях на эту территорию.

Отсюда компания считала, что единственно, кто имеет право на Гавайские острова — это царская Россия.

Российско-Американская компания продолжала посылать на Гавайские остров свои корабли; так например, в 1819 г. на Гавайские острова был направлен вновь купленный бриг «Брутус», капитан которого имел задачей встретить с Томари,— но никаких существенных результатов компания не добилась.

* * *

Два объемистых тома, хранящиеся в фонде департамента торговли и мануфактур, вмещают почти все сохранившиеся материалы, касающиеся попыток Шеффера утвердиться на Гавайских островах.

Однако, извлекая для публикации ряд документов, мы вынуждены ограничиться но преимуществу материалами, относящимися к периоду после изгнания Шеффера с Гавайских островов.

Предшествующие материалы отсутствуют потому, что архив Главного правления Российско-Американской компании не сохранился. Таким образом об отдельных моментах деятельности Шеффера на Гавайских островах мы узнаем лишь из сводной записки. Помимо записки Российско-Американской компании и лично Шеффера, мы даем те замечания, которые были сделаны на этот проект в департаменте торговли и мануфактур. При этом следует иметь в виду, что эти замечания писались опять-таки в тот период, когда удержать захваченные Российско-Американской компанией земли на Гавайских островах царское правительство не имело возможности.

С. Окунь.


Акт, подписанный королем двух Сандвичевых (Гавайских) островов Томари о принятии им русского подданства, 21 мая 1816 г.

(ЛОЦИА, фонд департ. торговли, 2 отд. 2 ст., 1817 г., д. № 350, л.5)

Его величество Томари Таеевич, король островов Сандвических, лежащих в Тихом Северном океане, Атувай и Нигау, урожденный принц, островов Овалу и Мауви, просит его величество государя императора Александра Павловича, самодержца всероссийского и пр. и пр. и пр. принять его помянутые острова под свое покровительство и хочет быть навсегда российскому скипетру с своими наследниками верен; в знак верности и преданности принял российский флаг от корабля «Открытие», Российской-Американской компании принадлежащего.

Знак короля X Томари

Переведена на сандвический язык и обнародована самим королем жителям островов Атувай и Нигау. [166]

Российский императорский коллежский ассесор, Российской компании комиссионер, медицины и хирургии доктор Егор де Шеффер.

Читана на корабле «Открытие» при собрании всего экипажа людей 38.

Корабельного экипажа флота лейтенант н кавалер Подушкин.

Мнение совета Российско-Американской компании о необходимых мерах по укреплению торговых связей компании с Сандвичевыми островами, 26 марта 1818 г.

(ЛОЦИА, фонд департ. Мануфактуры и внутренней торговли, 2 отд. 2 ст., 1817 г., д. № 350, лл. 17-24)

1818 г. марта 26 дня состоящий под высочайшим его императорского величества покровительством Российско-Американской компании совет, слушав отношение его высокопревосходительства, г. действительного тайного советника, сенатора, члена государственного совета, министра внутренних дел и кавалера Осипа Петровича Козодавлева, присланное на имя главного правления Российско-Американской компании от 13 числа текущего марта под № 65, коим предлагает, чтобы правление, компании представило все обстоятельства со всею подробности на рассмотрение сего совета к исполнению высочайшей его императорского величества воли, объявленной ему г. министру от 24 минувшего февраля в сообщении управляющего министерством иностранных дел, его сиятельства графа Карла Васильевича Нессельрода, касательно акта, полученного от Томари Таеевича, короля двух Сандвичевых островов Атувая и Нигау, коим сей король просит, чтобы его императорское величество удостоил принять его с народом и теми островами под высочайшее свое покровительство, обещаясь быть верным со всеми будущими своими наследниками; высочайшая же его императорского величества воля изображена графом Карлом Васильевичем в следующих словах: «что государь император изволит полагать, что приобретение сих островов и добровольное их поступление в его покровительство не только не может принесть России никакой существенной пользы, но напротив во многих отношениях сопряжено с весьма важными неудобствами и потому его величеству угодно, чтобы королю Томари, изъявя всю возможную приветливость и желание сохранить с ним приязненные сношения, от него помянутого акта не принимать, а только ограничиться постановлением с ним вышепомянутых благоприязненных сношений, в каковых он находится с другими независимыми государствами, и действовать к распространению с Сандвичевыми островами торговых оборотов Американской компании, поколику оные сообразны будут сему порядку дел. На сем единственно правиле компания должна в тех местах располагать своими предприятиями». Сверх сего его сиятельство присовокупил: «что хотя полученные донесения от доктора Шеффера доказывают необдуманные поступки его, подавшие уже повод к некоторым неблагоприятным заключениям, при всем том его величество, не приступая еще ни к какому положительному разрешению, соизволил признать нужным дождаться наперед дальнейших по сему предмету известий».

Вследствие сей высочайшей воли совет слушал так же и дело, по оному предмету начавшееся в главном компании правлении и нашел:

Когда получено было в оном правлении прямо с Сандвичевых островов, чрез Кантон и Данию предварительное сведение от комиссионера ее, доктора Шеффера, что помянутый король повергает себя в [167] высочайшее покровительство, при коем доставлена и копия с врученного ему королем акта, оригинал, которого Шеффер обещал доставить на российском корабле; тогда же и именно 15 августа минувшего года при всеподданнейшем его императорскому величеству от правления компании донесении чрез г. министра внутренних дел представлена та копия с письмом означенного доктора Шеффера, при коем оная приложена была. А в ожидании на событие сие высочайшей резолюции, и как уже доктор Шеффер, бывший при помянутых островах с двумя судами Российско-Американской компании получил в пользу ее от означенного короля для плантажей земли, заключил особые с ним конвенции, застроил факторию,— то правление компании, чтобы сии начатые с королем Томари дружеские и коммерческие связи не расстроить, а облегчить для будущего времени, ежели на то последует дозволение государя императора, нужным почло послать наставление с отправляющимся тогда же из Кронштадта кругом света казенным фрегатом «Камчаткою», полагая, что сей фрегат может пристать к означенным островам. Сие наставление адресовано тому лицу, которое начальствует отрядом русских, на помянутых островах находящихся, а в нем от 20 августа предписаны правила: а) О защите короля Томари от других островных владельцев, ежели токмо оные случатся не по влиянию какой-либо европейской нации, или не от нее самой; б) о уважении сего короля столько, сколько требует образ дикой его жизни; в) в спорах и делах, могущих случиться между русскими и индейцами, самим не управляться без отношения к королю и требования его правосудия; г) о неделании островитянам ни малейших обид в присвоении их собственности и женского пола; д) о неупотреблении островитян в работы без платы н принужденно и е) о производстве торговых связей на том порядке, как до того происходило, пока получатся оттоль обстоятельные сведения и даны будут по оным надлежащие предписания. Потом и сведения сии получены правлением компании чрез Охотск 15 октября, быв посланы туда на бостонском для компании фрактованном судне «Брутус» от управляющего компанейскими колониями г. Баранова, при коих приложен и оригинальной акт короля Томари о подданстве его. В них заключается следующее: 1) Четыре конвенции сего короля с доктором Шеффером от имени Российско-Американской компании: одна о возвращении ей пограбленного, года за три пред тем, груза, оставшегося с разбитого при острове Атувае корабля ее, о производстве исключительной торговли сандальным благовонным деревом, растущим на том острове, с одною только компаниею,— о дозволении ей строить во всех местах фактории и заводить, плантажи с помощию островитян. Другая,— о уступке на вечность в пользу компании половинной части острова Вагу с жителями, и что есть в земле оного, а в замену того компания должна сделать королю помощь под управлением того доктора Шеффера в звании шефа его войск из 500 человек, для возвращения отторгнутых у него островов Вагу, Ранай, Мауви, Маранай и прочих, кои король также покоряет высокому покровительству государя императора. Третие, чтобы американской компании купить на свой щет у бостонского капитана Витимора военное судно за какую бы то ни было сумму, которое употребить для помянутого возвращения островов, а взамен сей покупки король заплатит компании благовонным деревом; и четвертая, что король дарит г. Баранову на острове Вагу, при гавани Ганнарау королевскую деревню, без взимания себе податей. 2) Что доктор Шеффер, вследствие сих конвенций, купил уже у бостонца военное судно «Эван» на щет компании, а в пользу короля за 200 тыс. рублей и перевел платеж к г. Баранову, но сей той покупки не аппробовал и от платежа отказал, [168] потому что он его на все такие, дела не уполномочивал, а поручал токмо высвободить пограбленный груз, а буде можно, завести и торг сандальным деревом; следовательно, и принятие в подданство короля совершенно далеко за пределы его власти, и подарки его компании, и оседлости аппробуются ли верховным правительством или нет, также неизвестно, а до того времени запрещает г. Баранов Шефферу входить в каковые-либо дальнейшие спекуляции, требуя от него возвращения бывших с ним судов «Кадьяка» и «Ильмены», экипажей их и о представлении щета о всем вверенном ему капитале, коего у него числится около 200 тыс. рублей. Сии сведения г. Баранов получил на возвратившемся от помянутых островов корабле «Открытие». Суперкарг Торопогрицкий уверяет, что он видел построенную Шеффером на острове Атувае компанейскую факторию, состоящую в доме и магазинах, а сам Шеффер уведомляет г. Баранова, что он не может скоро возвратиться к нему для отчета потому, что данную компании королем землю засеял, засевает и насаживает всякою огородною зеленью, табаком, хлопчатою бумагою, сахарным тростником, кокосовыми деревьями, бананами, тарою, картофелем, арбузами, орехами, куркумою, виноградом, ананасами, померанцами и что он скоро будет принимать целую губернию, королем компании подаренную на острове Ваге. Из сего заключить должно, что он Шеффер отправится на сей остров с войском Томари на купленном для него судне, или на другом компанейском, не дождавши на то одобрения своего начальства. Сии события определением сего совета 19 генваря текущего года поручено правлению компании довести до сведения управляющего иностранным министерством, что им того же числа и исполнено, причем представлен и вышепоминаемый акт короля Томари о его покорении. А по получении нынешнего предложения от г. министра внутренних дел, с объявлением высочайшей воли, оно при исправлении обыкновенной своей годовой в нынешнем марте месяце переписки по всем своим делам с главноуправляющим нашими колониями г. Барановым, от 15 числа марта немедленно предварило уже оного г. Баранова о помянутом высочайшем соизволении, препроводив к нему с отношения г. министра внутренних дел скрепленный список. А до создания, какое по оному последует дальнейшее сего совета рассуждение, предписало ему г. Баранову, чтобы он доктора Шеффера, яко поступившего в действиях своих на Сандвичевых островах с величайшею легкомысленности и потому заслуживающего непременного оттоль вызова, дабы не допустить его наделать и еще каких не позволенных поступков, и тем удалить все могущие быть неприятности, а особливо в приведении в исполнение высочайшей воли, ныне объявленной, постарался принять все меры к вызову его к себе и не дозволил бы ему далее властвовать там ко вреду прочих полезных для компании видов, а потом бы выпроводил его и сюда чрез Охотск. Но как он иностранец и, разочтяся с компаниек», может быть, пожелает сам по себе опять обратиться на Сандвичевы острова, дабы обладать подаренною ему землею от другого короля Томи-Оми, в чем ему, без явного нарушения прав его свободы, воспрепятствовать неможно, особенно, когда узнает он, что король Томари не принят в покровительство России, то ежели бы случилось, что он подлинно предпринял обратиться паки на те острова на иностранных судах и, может быть, еще под благовидны каким предлогом, то бы постарался г. Баранов соделать его дружественным для компании, которой он в противном расположении может наделать много вреда, в чем бы советовался с г. Гагенмейстером, начальником отправленной компанией в 1816 г. кругом света экспедиции, и г. Головниным, начальником военного фрегата «Камчатка», который намеревался непременно быть на [169] Сандвичевых островах и в нашем Ново-Архангельско. Из всего сего совет, усматривая, что к точному исполнению высочайшей его императорского величества воли в отношении установления торговых связей с Сандвичевыми островами сделаны уже от правления Американской компании надлежащие распоряжения, в дополнение к оным полагает:

1) в рассуждении возвращения королю Томари акта его, когда оный будет возвращен в главное компании правление, поручить сему правлению отослать его к г. Баранову с тем, чтобы он, ежели застанет еще там начальника экспедиции г. Гагенмейстера, отправил с ним сей акт королю Томари, и в лице его, как штаб-офицера императорской службы и человека благоразумного, объявил владетелю Атувая, что государь император, как отец своего народа, никогда не оставит покровительствовать и защищать своих верноподданных, обращающихся по делам торговым и промышленным в отдаленных частях света, будучи уверен, что они во всяком случае окажут себя достойными подданными его императорского величества как в соблюдении спокойствия, не нарушающего ничьих народных прав, так и дружеских взаимных связей, с кем бы не имели дело; а в сем уверении и ожидая, с другой стороны, равного и справедливого возмездия и дружеских расположений к его верноподданным как от самого владетеля островов, так и подвластных ему обитателей оных, всемилостивейше оставляет его в полной независимой свободе, желая токмо, чтобы в такой же свободе искренней дружбы и для взаимной пользы были принимаемы им русские подданные, торгующие и промышляющие в составе Российско-Американской компании и под ее флагом». Ежели же на то время не случится г. Гагенмейстера, то поручить сие исполнить другому надежному офицеру, знающему английский язык, на котором и Томари несколько изъясняется, или в случае неимения такого, то умнейшему из прикащиков компании, и особенно Торопогрицкому, бывшему уже на оных островах, следовательно, знающему тамошние островские обыкновения. По исполнении же сего поручения было бы донесено главному компании правлению с подробностию о чувствах и расположении, с коими король Томари примет сей монаршей отзыв.

2) В рассуждении оказания всей возможной приветливости владетелю Томари, просить г. министра внутренних дел, дабы походатайствовал у государя императора всемилостивейшее соизволение на пожалование ему при изъявлении вышеизложенного отзыва, золотой медали с надписью «Королю или владетелю Сандвичевых островов Томари, в знак дружбы его к россиянам», которую и вручить ему именем его императорского величества с Анненскою лентою для ношения на шее, также ежели благоугодно будет его величеству, то можно присовокупить к сему знаку и подарок, состоящий в кортике и в кармазинном плаще с золотыми кистями и газом; в прочем совет всеподданнейше предоставляет все сие в монаршее его императорского величества соизволение.

3) Относительно торговых действий Российско-Американской компании с Сандвичевыми островами, чтобы оные производимы были согласно объявленной высочайшей воли, и чтобы нужные для безопасности торговли приобретения земли на сих островах могли быть поддерживаемы, ежели заключается в них существенная польза по ее видам, предоставить главному компании правлению ныне же, не упущая время к удобному достижению в Охотск и отправлению оттоль в Ново-Архангельск судов, послать к г. Баранову ордер, в коем, сверх предписанного уже ему предварительно от 15 числа сего марта, включить вышеизложенное совета заключение, а относительно вызова доктора Шеффера подтвердить ему г. Баранову, чтобы он непременно удалил [170] его с Сандвичевых островов, а на место его к спокойному управлению теми торговыми и хозяйственными производствами, какие уже там к взаимной пользе компании и островитян начаты и впредь без малейшего опасения или прекословия могут быть продолжаемы точно на основании вышеизображенной высочайшей воли, определил другого человека надежного, умного и скромного, и в подробности, каким образом ему поступать, дал бы ему инструкцию, сообразно тому наставлению, которое послано уже на лицо управляющего тамошнею факториею от главного компании правления.

И наконец 4) сие совета постановление в копии представить г. министру внутренних дел от имени главного компании правления.

Подлинный подписали: Иван Вейдемейер, Гаврила Сарычев, Яков Дружинин, Михайла Булдаков, Венедикт Крамер, Андрей Северин и правитель канцелярии Зеленский.

Извлечение из представленного Г. Шеффером журнала его пребывания на Сандвичевых островах

(ЛОЦИ.А, ф. департ. мануфактур и внутренней торговли, 2 отд., 2 ст., 1819 г., д. № 406, лл. 35-37)

Доктор Шеффер, приглашенный главным колоний наших правителем, отправился на Сандвичевы острова, имея главнейшее поручение выручить мирным образом ограбленной груз с разбившегося в начале 1815 года у острова Атувая компанейского брига «Беринга». Сей груз стоил около 100 тыс. рублей, и присвоен островитянами, вопреки желания короля Томари, нынешнего владельца двух токмо островов. В октябре того ж 1815 года приплыл он на американском судне «Изабелле» к самому большому из южных сей купы острову Овайги, на коем жительствует другой король Камегамеа или Томи-Оми (Сей король весьма стар. Он был владетелем небольшой северной части «его острова, но по суровому своему нраву и по алчности к обогащению и грабежу, при помощи поселившихся у него иностранцев, беглых из Новой Голландии, тирански умертвил короля южной половины и прочих королей и их родственников других островов, ныне ему подвластных, а в том числе и короля Дажио, управлявшего островами: Вагу, Мауви, Ранаем, Атуваем и Нигау, также умертвил. Сын его Томари спасся убегом на Атувай, где и остался управлять двумя островами, к северу и далеко от Овайги лежащими (Примечание в подлиннике)).

Главный правитель колоний, знав, что сей король Томи-Оми во всем сильнее короля Томари, имеет маленькую флотилию, пушки и войско, хотел чрез него принудить последняго к возвращению пограбленного, ежели бы добровольно не удовлетворил компанию, а потому при почтительном письме своем послал к нему медаль имянем его величества государя императора для ношения на шее на Владимирской ленте, но прежде, нежели мог Шеффер быть на берегу, некоторые американские капитаны или шкипора, бывшие прежде в наших колониях, а потом пришедшие туда со своими судами, а наиболее старой Эбец Гунт (О дурных поступках сего шкипора Гунта или Ханта, соделанных в нашем Новоархангельском порте, правление компании представили г. управляющему иностранным министерством его сиятельству графу Нессельроде от 26 апреля прошлого 1817 г. для доведения до сведения его императорского величества. (Примечание в подлиннике)) Адамс и старой Джон Юнг, давно живущий на сем острове, в качестве губернатор (Сей престарелой Юнг, беглой английской матрос с корабля, давно живет на острове Овайги. Злодейскою своею нравственностью приобрел у Томи-Оми великую доверенность. Он достоин был в отечестве своем виселицы за злодейское угождение королю в подношении ему мяса младенцев, им убиваемых нарочно тогда, когда жестокий король сей вздумает ловить удою рыбу, которая всего лучше любит наживку человеческого мяса. Ныне он тайным агентом у североамериканцев. Такой же изверг из английских матросов живет и на Атувае. Он бежал с корабля с прочими товарищами, убив капитана одного. (Примечание в подлиннике.)) и имеющий великое влияние на короля, успели уже [171]

Томи-Оми и многих лучших островитян уверить, что прибытие его, Шеффера, и ожидаемые им вскоре из Ново-Архангельска суда, суть неприязненные намерения русских, почему письмо с медалью, наперед посланное к Томи-Оми, было не распечатано и возвращено (Еще в 1809 г., когда корабль компании «Нева», под начальством лейтенанта Гагеимейотера приставал к Овайги. то северо-американские шкипора разносили тогда слух по всем островам, будто русские хотят притти и завладеть оными. Английской фрегат «Корнвалис» из Ост-Индии нарочно заходил к сим островам узнать, не поселились ли на оных русские. (Примечание в подлиннике)).

Когда Шеффер улучил время съехать на берег в урочище Кайруа, где Томи-Оми имел тогда жительство, и его уверить в противном о неприязненных внушениях американских капитанов, то сей владелец сделался благосклоннее. Он церемониально и стоя на коленях принял от Шеффера и возложил на себя присланную ему медаль, обещал давать ему провизию, построить для него несколько соломенных домиков для жительства, что и исполнил, а потом, когда Шеффер выпользовал от болезни королеву Кагуману и самого короля от простудной горячки, то и довольно много сблизил себя с ним, но более тем, что попустил ему самовольно брать у него из его гардероба и из компанейского имущества вещи, какие хотел. Его же семейство: королев, шурина и некоторых важных островитян, обещавших убедить короля Томари возвратить компанейский груз, о чем к нему именем Томи-Оми послали сказать, одарил он вещами, за что получил и от них подарки в землях для плантаций на другом острове Вагу и владетельные на них грамоты. В ожидании прибытия из Ново-Архангельска назначенных к Шефферу судов проходило около 6 месяцев, в которое время Шеффер подаренные ему земли на урочище Ваймея, преимущественно же на другом острове Вагу, куда король дозволил ему съездить и купить у королевы Кагуманы еще землю под плантаж, осмотрел и нашел их способнейшими к возделыванию для многих предметов, изобильными разными строевыми лесами и сандальным деревом, водою, рыбою, дикими быками и прочим. Он на подаренных землях сделал уже и насаждения, многих статей. Между тем северо-американцы с помощью злодея Старого Юнга расстраивали короля Томи-Оми и даже довели было до согласия убить его, Шеффера. Может быть, сие и совершилось бы, но ускорившее прибытие компанейского корабля «Открытие», а вскоре за сим и другого «Ильмены», зашедшего туда с берегов Нового Альбиона, не допустило сего сделать.

Оставив заведенные им на Вагу при одной гавани под 21°21’ северной широты и 157°53’ западной долготы от Гренвича плантации в смотрение промышленного Кичерева, сам отправился на «Открытии» к острову Атувай, где король Томари принял его хоть и дружелюбнейшим образом (Еще в 1806 г., когда компанейский корабль «Нева» под начальством Лисянского, приставал к сему острову, то Томари, умеющий довольно хорошо обгоняться на английском языке, просил офицеров наших снабдить его оружием и порохом для защиты против Тома-Оми, когда он нападает на него; однакож в том было ему отказано. Он крайне был прискорбен, когда корабль сей отплыл, ибо тогда слуха носились, что Томи-Оми собрал до 10 тыс. войска и готовило плыть на Атувай. Случившиеся в войске сем болезни я недостаток в продовольствии отвратили сие нападение. Корда сей же корабль вторично в 1839 г. был у сего острова под начальством Гагенмейстера Томари изъявил великое желание допуститься у него людьми, кои бы могли защищать его против мстительного Томи-Осми. (Примечание в подлиннике)), однакож замечено было в нем некоторое замешательство, [172] происходившее, как после открылось, от таковых же неприязненных, внушений северо-американских шкиперов, каковые сделаны и у Томи-Оми. Он обещал письменными актами заплатить за пограбленное у компании имущество сандальными и благовонными деревьями; вести торг с одними русскими, дать компании под плантаж на вечные времена земли целой губернии, дозволить на Атувае завести фактории, где понадобится, потом пожелал предать себя вечно покровительству его величества государя императора и сие последнее утвердил торжественным образом в виду своего народа, выпросив для сего нарочно с корабля «Открытие» российский флаг, который выставлял он всякий раз у своего дома, также выпросил и мундир морского офицера, который на себя и надел. Сие событие правление компании имело уже счастие довести до сведения вышнего начальства и получило высочайшее его императорского величества соизволение, чтобы компания ограничилась тем благоприятным с сим королем сношением, в каковом находится он с другими независимыми государствами, и действовать к распространению на тех островах торговыми оборотами, поколику оные сообразны будут сему порядку дел. Сверх того, его величество соизволил повелеть королю Томари, за ласковый прием русских, оказать приветливость присланными из кабинета подарками, состоящими в богатых епанче, кортике и золотой медали. Г. Шеффер уверяет, что тот король на приверженность свою к его величеству при торжественном объявлений пред своим народом даже присягал, положив правую руку на евангелие и крест.

При том благоприязненном расположении короля Томари доктор Шеффер в продолжении 14 месяцев выстроил на Атувае с помощи» данных от короля островитян в Вегмейской долине несколько домиков для фактории и завел сады, а для магазина король дал каменное строение; по его же приказанию старшины провинции, в которой гавань Ганнарей, торжественно сдали оную Шефферу с населяющими оную 30 семействами. Он осмотрел сию гавань, реку Вагмею, озера и все местоположение, заложил на трех возвышенностях крепости, назвав одну Александровскою, другую Елисаветинскою и третию именем Барклая, а долину Ганнарейскую по желанию короля наименовал но своему, имени ІІІефферовою, равно и прочие урочища, речки, озера и людей переименовал он русскими именами. К строению оных крепостей король давал своих людей. Сия провинция изобильна малыми речками, богатыми рыбами, поля, горы и вообще местоположение пленительное, почва же земли благонадежнейшая к насаждению винограда, хлопчатой бумаги, сахарного тростника, которых он несколько н рассадил, заводя сады и огороды для многих нежных плодов. Урожай оных удостоверил Шеффера о великой пользе, которую сие место и вообще все острова приносить могут России, и даже вычислил интерес из того урожая, который он видел от своего насаждения. А как сие сделал он более умозрительно, где и по какой цене можно сбывать, то самую вероятность можно полагать хотя четвертою долею менее исчисленных им выгод, то и тогда довольно значительная польза может быть, включая тут сандальные и благовонное дерево, для которого можно начать и особенное лесоводство.

Между тем как Шеффер упражнялся в Ганнарее, прибыла к Атуваю иностранная несколько военная шкуна, «Леди», которую Шеффер по желанию короля купил для него и отдал ему, но платеж за оную должен быть со стороны компании, которая за то должна получить [173] возмездие сандальным деревом, которое, по уверению короля, было почти уже готово. Сия шкуна, по желанию Шеффера, посылана была на остров Вагу осведомиться, в каком состоянии находится тамошняя фактория. По возвращении ее возвратились и все те компанейские люди, кои там были для насаждения, ибо индейцы, по наущению изверга Джона Юнга и других северо-американцев, требовали удаления и угрожали убийством. Таким образом кончилась наша фактория на Вагу, и подаренные и проданные семейством Томи-Оми земли обратились во власть прежних владельцев.

А как старой Юнг и северо-американцы не удовольствовались уничтожением сей фактории, но желали, чтоб уничтожить и русских выгнать из Атувая, конечно, из боязни, чтоб король Томари, приобретший себе военное судно, при помощи наших людей, не сделался сильным, то и в сем они успели. Они не один раз покушались сорвать выставленный у дома Томари русский флаг, до чего однако ж он не допускал, но наконец, по сильному убеждению сих злодеев, с 8 маня 1817 года открыл он неприязненное расположение, угрожающее Шефферу и всем нашим людям потерянием жизни. Выставленный на место российского другой флаг, на коем означались пушечные ядра, то ясно объяснял.

Наконец потребовано, чтоб все русские удалились на свое судно, с которого уже никого на берег не пускали и всякое сношение воспрещено, почему Шеффер решился удалиться. Сам на иностранном судне отплыл в Кантон, чтоб скорее достигнуть сюда и донести о всех событиях, а судно «Открытие» с людьми отправил в нашу Новоархангельскую колонию. Следовательно ни за прежде пограбленное и за то, что раздарено было вновь и по конвенциям торговым назначено получить сандальным деревом, всего на все около 200 т. руб. осталось присвоенным королем Томари. А как сверх судна «Открытия» прибыло из Ново-Архангельска на остров Вагу и другое судно «Кадьяк», но по сделавшейся в нем великой течи и гнилости исправить оного было не можно, то и сие судно осталось также брошенным на берегу и будет гнить или дикие разломают и разграбят.

Правитель канцелярии надворный советник Зеленский.

Записка, представленная г. Шеффером Александру I, о выгодах, приобретаемых Россией в случае ее укрепления на Сандвичевых островах, февраль 1819 г.

(ЛОЦИА, ф. департ. мануфактур и внутренней торговли, 2 отд., 2 ст., 1819 г., д. № 406, лл 1-6)

Сандвичевы острова, находящиеся на Тихом океане между 19 и 22 градусами северной широты и около 100 западной долготы, достойны обратить на себя внимание России. Жители сих островов, по преданию, рассказывают, что несколько тому веков назад пристали к острову Мауви иноземцы; по суеверию сочли их за богов, и народ признал их своими главами; потомки сих пришельцев и поныне пользуются верховною властью и отличными преимуществами не на одном Йауви, но и на прочих островах. Они различаются от коренных станом тела, видом лица, горбоватым носом и, кажется, означают тем гишпанское свое происхождение. По сказаниям, архипелаг сей состоит из 13 островов, а главнейшие из них называются: Овайги, Мауви, Ранаи, Маранай, Вагу и Атувай.

В отношении выгод физических

Самый большой и весьма плодоносный из них есть Овайги. Он изобилен сандальным лесом и горючею серою, на западной оного стороне [174] находится пристань, к которой с надежностию приставать могут суда, в 300 и 400 бочек. Мауви также плодоносен, но пристани не имеет. Вагу и Атувай суть самые из них плодоноснейшие и также имеют пристани спокойные и надежные для военных судов. На Мауви, Вагу и Атувае находятся в изобили жизненные потребности: соль и великое множество рыб, на них ловятся морские сайги, жемчуг и жемчужные раковины. По царству животных имеются лошади, быки, овцы, козы, дикие гуси, морские и лесные кулики и можно развести и пчел. По царству ископаемому: сера горючая, соль, мыльная глина и известковая земля. По царству растений: корень тары, ялиса, индейское пшено, пашаты, бобы, капуста, салат, лук, брюква, морковь, дыни, арбузы, тыквы, кокосовы орехи, перец, имбирь, земляника, малина ананасы, лимоны, апельсины, бананы, плоды дынного дерева, хлеб древесный, виноград, табак, сахарный тростник чрезвычайной толщины и пр.

Посредством сих естественных богатств европейская промышленность доставать может величайшие выгоды. Я обрабатывал рейнской меры десятину земли, на оной три раза в год снял индейское пшено и в год получил 540 пудов оного, а с посаженного виноградника после 9 месяцев получил виноград.

Не сомневаюсь, что таковой же имел бы успех и в насаждениях гвоздики, мускатных орехов, корицы, кашенили, ванили, индиго, хины, опиума, шелковичного дерева для разведения шелковых червей, кофею, какао и, словом, всяких пряных и лечебных растений, которые с удобностию прозябают между тропиками.

Опыт, учиненной мною с хлопчатою бумагою, весьма замечателен. На пространстве 10 квадратных сажен, я собрал в год 5 пудов чистой бумаги, то-есть, совершенно очищенной от, семян. 3 3/4 пуда составляют пино китайского веса, а пино бумаги доброты, каковая мною была, получена, продается во всякое время в Кантоне и не меньше как 18 до 20-ти гишпанских пиастров. Следственно десятина земли доставлять может в год более 1 000 фунтов, или 8 китайских пинов бумаги, стоящих по меньшей мере 160 пиастров. Ежели же употребить на разведение хлопчатой бумаги все те земли на сих островах, кои к сему удобны, то можно будет одною сею промышленностию приобретать от 4 до 5 миллионов пиастров в год.

В отношении выгод торговли

На сих островах 30 или 40 лет как заведен меновый торг и наиболее производим американцами, которые в обмен за съестные припасы и сандальное дерево дают островитянам пушки, купеческие суда, огнестрельное орудия, пули, ядры, порох, железные изделия и пр. Промен сей делают они, едучи к северозападному берегу и на возвратном пути. Сим торгом наиболее пользуется владетель острова Овайги. В 1817 прибыло с английским флагом судно, прозванное «Кагуману» и именовавшееся прежде «Форестер», для произведения торга на счет сего владетеля, которое и нагружено было сандалом и назначено в Кантон, но поелику англинским коммерческим советом, в Китае находящимся, запрещено было таковое употребление флага, и судовщик Адамс, не получив позволения подняться вверх реки, то весь сен груз был признан контрабандою и распродан. Таким образом предприятие сие имело неудачу и без сомнения имело бы щастливейший успех, естли б предпринято было под защитою другого правительства, которое своим старанием умело бы обогатить сии острова произведениями чужеземными и теплому климату свойственными. Известно, сколько можно [175] приобретать от хлопчатой бумаги. Жизненные потребности почти ничего не стоят. Климат для мануфактур удобен. Надлежит токмо вызвать из Бенгала несколько фабрикантов, и тогда значительная часть россиян могут быть одетыми бумажным изделием. Выгоды очевидные. Можно развести тутовые деревья и пригласить для поселения китайцов для выделки шелку и шелковых тканей, и в сем выгода явная; также от исправления овец мериносами выделываться может добротное сукно, и до сего исправления можно из тамошней шерсти, выделываемой толстыми сукнами, по окрашении их в синий или черный цвет, одевать жителей северозападного берега или служить им вместо одеял. Можно завести фабрики для выделки сахару, ибо начальный материал там имеется. Из корня Ти выгоняется горячее вино, а чтоб споспешествовать всем сим выгодам, потребно снабжать островитян токмо железом, которого столько в России. Для доставления же вящей им значительности надлежит завести у них фабрики, и тогда сии острова претворятся в драгоценное сокровище, которое доставлять будет российским заведениям, на Тихом океане и на американском берегу устроенным, безопасность, и благоденствие.

В отношении политическом

Доставление надлежащего покровительства российским заморским владениям зависит от приобретения надежного места в южном море. Усилие, для сего Россиею сделанное, от зависти не удалось. Тама-амага или просто Тама-гами или Тамиами, владетель острова Овайги, и иностранцы, боясь лишиться собственных выгод, опасались, чтоб на сих островах не завелся бы владетель российской на острове Атувае. Первый боялся, потому, что лишится плода, приобретенного им убийством законного своего государя, завладением верховной себе власти на Овайге с принадлежностями и надежды присвоить себе также и Атувай с принадлежащими к нему землями, а последние, то-есть иностранцы, не хотели лишиться торга, которым они одни без совместничества пользуются на сих островах. Тама-амага уступил в лице капитана Ванкувера 23февраля 1794 г. все права свои на остров Овайги великобританскому королю, но Сент-Джемский кабинет не искал сим воспользоваться, как то видно по письмам, отправленным из Лондона 1312 г. за подписанием лордов Ливерпуля и Батурста и чрез новую Голландию дошедшим на остров Овайги в декабре 1810.

Можно надеяться, что Россия в таковом же случае не так поступит и что приступит в самоскорейшем времени к деятельнейшим мерам, дабы воспользоваться данными ей правами на острова Атувай. Владетель сего острова просил о покровительстве, ему пожалован флаг российский, который он видел на крепости поставленной и которой он сам помогал россиянам построить на время более годового, он уступил за товары и за судно, от меня ему выданные Американско-Российской компании между прочими землями Ганнарею с ее пристанью и весь сандальный лес на Атувао растущий, но смущаемый Тама-амагой и его приверженцами Томари не сдержал ни одного из своих обязательств. Владетель подвластный осмелился учинить оскорбление российскому флагу, угрожать смертию поверенному Американской нашей компании и принудить его искать спасения на американском корабле, на котором прибыл в Макао в Китай.

Должна ли Россия стараться вступить вновь в то владение? Сего требует и честь и польза ее. Ей должно занять Атурай со всеми прочими островами. Она на сие имеет право. Томари ее подвластный, а Тама-амага—враг России. Занятием Сандвичевых островов Россия [176] обеспечивает себе возможность производить ей одной торг мехами на северо-западном берегу и воспрепятствует американцам оным пользоваться, но как сии острова, так и заведения России и торговля ее без оных будут для ней потеряны в сих странах света. Тама-амага и Томари повелевают на всех сих островах, жителей же на оных не более 100 000. Я уверен, что его императорское величество не пожелает для сего употребить недостаточных мер, но повелит с деятельности» все острова сии занять, разом, с такою воинскою силою, которая достаточна будет как для сбережения их за собою, так и для внушения уважения. Сим способом враги будут во страхе и приверженные в безопасности. Для произведения сего в действие потребно токмо два фрегата и несколько транспортных судов. Издержки за сие будут одним годом вознаграждены от произведений особенно же сандалом, растущим на Атувае, Ваге и Овайге, который скоро и верно распродается и Кантоне. В сие место на судах, в Атувае построенных, посылается сандал и на сем же острове имеется годный для судов лес. Тогда появится в Кантоне флаг российской.

Я на исполнение сего надеюсь, также полагается на сие и г. Льюнгстед, агент шведской компании, который меня уверил, что ежели до сего времени не было позволено приставать в Кантон с российским флагом, то сие делано было ухищрениями других наций.

Для поддержания своего политического веса в Англии России нужны Сандвичевы острова. В скором времени европейские государи спознают о необходимости потребной для восстановления равновесия в сей части света, где от 30 до 40 миллионов обывателей богатством своим угрожают Европе и споспешествуют распространению в Азии владычества чужеземного. Кто может остановить таковое честолюбие и кто бы не захотел пользоваться прибыльною торговлею?

Из Сандвичевых островов Россия возможет предла[га]ть свои союзы Китаю, Японии, Лиукейре и американским владениям, от гишпанского ига освобожденным, возможет вспомоществовать Филиппинским островам, Тимору, Яве, Гое и между тем произведения из Сандвичевых островов, равно как и российские, и их промышленность в сих странах распространяться.

Неудовольствия жителей на островах Овайги, Мауви, Ранае, Маранае и Ваге от нынешнего их правления достигли до вышней степени.

Народ находится в крайней скудости, угнетении и страхе от своего похитителя. Сей нещастный народ, будучи без защиты, с упалым духом оставил уже и надежду на получение лутчаго правления и сносит всевозможные бедствия до того даже, что из его выбираются жертвы, приносимые идолам, вместо диких зверей.

Единственная им надежда остается та, что когда-нибудь могут быть они освобождены от сего ужасного ига какою ни есть европейскою державою. Они меня часто просили, чтоб я исходатайствовал от его императорского величества им избавления от их тирана и чтоб взяты были они под его власть и что будут довольны и тем, когда им для пропитания оставлено будет позволение рассаживать в полях тару. Не взирая на короткое мое пребывание на острове Вагу, я успел приобресть совершенное сведение, в каком здесь все находится состоянии.

Пристань Ганнеруа на острове Вагу лежит под 21° 53" 40" северной широты и 157° 58' западной долготою от Гренвича. Справка по компасу в открытом море — 3/4 широты морской, а вышней пролив при полнолунии спустя 2 мин. 20 сек. — в 7 футов. Остров Вагу может сделаться счастливейшею страною под благоразумным человеколюбивым и кротким правлением, ибо плодоносная на них земля в изобилии приносит все, что для человеческой жизни потребно, даже и для роскоши. [177]

В сей стране произрастает хлеб на дереве и на земле всякого рода плоды в величайшем изобилии. В лесах множество дичи и реках рыбы. Поветренные или заразительные болезни (бичи для человечества) вовсе неизвестны, даже и самая оспа. Не находится там никаких ядовитых гад, ни хищных зверей, опасных для: человека. Но нещастные жители такой земли стонут в ужаснейшей неволе. Токмо под скипетром государя, подобного Александру, столь же великом, сколь и великодушном, могут произвести здесь мануфактуры, и бедные жители наслаждаться плодами трудов своих, а надлежащими и деятельными мерами можно достигнуть сей цели без пролития капли крови. Я обязанности почту произвести в действие сие предприятие и покорить вашему императорскому величеству все сии Сандвичевы острова, буде благоволите мне оное поверить, и, хотя я и не воинского звания, однако ж оружие мне довольно известно, и притом имею столько опытности и мужества, чтобы отважить мою жизнь для блага человечества и пользы России, которую я почитаю отечеством. Для удобнейшего сего завоевания я привез с собою двух человек, которым все места сих островов совершенно известны и которые знают индейской язык. Один из них глава острова Уналашки, России покоренного: его отец доставил уже России весьма знатные услуга и в разных случаях доказал свою к ней приверженность. Сын его, который теперь со мною, вызывается в случае надобности доставить несколько тысяч людей. Другой из них — солдат российской, служащий Российско-Американской компании, человек предприимчивой, беспримерной храбрости и который много времени жил на сих островах и потому знает все места, где можно приставать и делать нечаянные нападения.

Я бы мог обо всем представляемом сообщить дальнейшие подробности, но воздерживаюсь, дабы не увлекать драгоценного времени от вашего императорского величества, и я почту себя счастливым, ежели короткое сие описание удостоено будет вашего одобрения и послужит залогом моих желаний о благоденствии империи вашего величества и благе человечества.

Георг Шеффер.

Замечания департамента мануфактур и внутренней торговли на отдельные пункты записки г. Шеффера, февраль 1819 г.

(ДОЦИА, ф. департ. мануфактур и внутренней торговли, 2 отд., 2 ст.. 1819 г., д. № 4о6, лл. 16-20)

Содержание 1 пункта

Замечания

1. Сандвичевы острова лежат на Тихом океане между 19 и 22 град, северной широты и около 160 град, восточной долготы.

Географическое положение широты и долготы оных согласуется с новейшею географиею Мальт Брюна.

2. Островитяне рассказывают по преданиям, что иностранцы их посещают с давняго времяни, вера у них идолопоклонническая, иногда по обрядам своим приносят в жертву идолам людей.

Мальт-Брюнь рассказывает также согласно с г. Шеффером, что островитяне идолопоклонники и приносят иногда в жертву людей.

3. Архипелаг сей состоит из 13 островов, из коих главные называются Qwahi, Mauwi, Rany, Maronay, Vahon et Attovay

На карте помянутого географа острова сии названы Owhyhi, Mauwi, Ranno, Marotoy, Oniheow и Necker, но число их верно не означено. [178]

Физические сведения

Физические сведения

1. Остров Овайги есть самый больший из прочих островов, изобилует сандальным деревом и серною землею. Имеет купеческую гавань. Остров Мауви изобилен, но не имеет гавани. Вагу и Атувай самые плодоносные и сей последний имеет удобный и верный порт для военных кораблей.

1. Вообще известно, что Сандвичевы острова изобилуют только сандальным и красным деревом; что же касается до находящегося на острове Атувай порта, к коему бы могли приставать и военные корабли, то о сем еще нет достоверного сведения.

2. Острова Мауви, Вагу и Атувай изобилуют солью, рыбною ловлею и жемчужными промыслами.

2. Жемчужные ловли на сих островах также не были известны.

3. Из царства произрастений на островах сих находится корень таро, май или индейской хлеб, перец, инбирь, банановое и хлебное деревья, сахарный тростник, виноградные лозы и прочие огородные растения.

3. Весьма быть может, что все растения счастливого климата, могут родиться и на сих островах, лежащих под тропиками.

4. Хлопчатая бумага родится там в великом изобилии и по сделанному опыту на пространстве 10 сажен собрано было 3 1/2 пуда чистой бумаги, ежели же засеять оную по всем островам, то считать можно будет от того ежегодной продажи на 4 или 5 миллионов пиястров, отвозя товар сей в Китай и Японию. Разведение саго (индейской хлеб) и винограда было сделано так же с великим успехом.

4. Ежели и действительно справедливо, что там хлопчатая бумага родится изобильно, то остается вопрос, кем ее обрабатывать с выгодою и куда сбывать без непосредственной торговли с Япониею и Китаем.

5. Излагается счастливый успех в разведении на сих островах гвоздики, мускатных орехов, корицы, кашенили, ванели, индиго, опиуму, шелковичных деревьев, кофею и всех прочих пряностей.

5. Предположение о успешном разведении пряностей не есть также благонадежно, ибо растения оных требуют великих забот, трудов, времяни и издержек. Выкладка, сделанная на счет хлопчатой бумаги, и величайших от того доходов, не имеет также основательного ручательства.

Торговые сведения

Торговые сведения

1. Островитяне сии производят меновую торговлю с американцами, которые привозят на Сандвичевы острова пушки, огнестрельные оружия, ядра, пули и порох, а выменивают сандальное дерево и съестные припасы.

1. Видно, что меновая торговля сих островитян находится в руках американцев, которые как их соседи сильные на море, всякую другую державу, не имеющую в тех морях флоту, к сей связи неохотно допустят.

2. Владетель острова Овайги более прочих пользуется таковою торговлею. В 1817 году прибыл с его грузом (состоящим из сандала) корабль под англинским флагом для продажи в Кантон, но англинский коммерческий совет не только сему воспрепятствовал, но и запретил строго на таковые случаи употребление флага своей нации, груз продал яко контрабанду и тем совершенно уничтожено начало сей торговли.

2. Продажа в 1817 году корабельного груза, принадлежащего владельцу острова Овайги в [179] Кавтоне, яко контрабандного, по настоянию английского коммерческого совета, находящегося в Китае, некоторым образом показывает, можем ли и мы за будущую нашу хлопчатую бумагу выручать англинские и китайские деньги.

3. Климат Сандвичевых островов благоприятствует к заведению там мануфактур, а потому предполагается, принять только меры выписать из Бенгал фабрикантов, в надежде что будущая хлопчатая бумага доставит изделия для половины России, от чего и выгоды представлены не маловажными. При сем еще предполагается завести шелковичные деревья, вызвать из Китая работников, которые бы занялись воспитанием шелковичного червя и впоследствии учредить шелковые фабрики, наконец по разведении мериносов, Шеффер надеется выделывать хорошее сукно и даже со временем устроить сахарную фабрику.

3. Климат нужен не для заведения мануфактур, но для заведения плантации. Мудрено будет устроить правительству мануфактуры на островах, в другом полушарии находящихся, которые от ближайших русских владений то-есть, Алеутских островов находятся почти за 2 000 верст, сии последние от Санкт-Петербурга за 12 000 вер., следовательно, распоряжения по управлению сему будут насылаться за 14 000 вер.

Политические сведения

Политические сведения

1. Сандвичевы острова послужить могут пунктом усиления владения наших на тамошних морях.

1. Покушение о занятии острова Атувая, коего владелец и сам на то был согласен, судами Российско-Американской компании было весьма неуспешно и послужило только к раззорению там заведенной Российско-Американской фактории и потери некоторого компанейского имущества.

2. Тама-ама в 1794 году предлагал остров свой Овайги и свои права чрез капитана Ванкувера подданству Великобритании, но Сент-Джемский кабинет не принял оного, как видно из лондонских писем 1812 года подписанных лордами Ливерпулем и Батурстом.

2. Конечно, были достаточные политические причины и для английского кабинета не принять в свое владение обладателя острова Овайги.

3. Шеффер надеется, что российский двор примет решительные и скорые меры, чтобы завладеть островом Атуваем, где был уже русский флаг, по завладении коим, может взять и прочие острова, и основать там власть свою н чрез то иметь исключительную торговлю пушными товарами.

Число жителей на сяк островах простирается до 100 тысяч человек, для охранения коих надлежит иметь достаточные военные силы, впрочем Шеффер думает, что два военные фрегата и несколько транспортов могут завоевать их. Издержки сего предприятия оплатятся продуктами первого года и особенно сандальным деревом и русский флаг окажется с благонадежностию и в самом Кантоне.

Чтобы утвердить политическое равновесие в Азии, Россия имеет надобность в Сандвичевых островах, по завладении коими предложить может дружбу свою Китаю, Японии, американским колониям, освободившимся от ига испанцев, как равномерно и покровительство островам Филиппинским и прочим народам.

3. В феврале месяце прошлого 1818 года управляющий министерством иностранных дел, граф Карл Васильевич Нессельрод, [180] уведомил г. министра внутренних дел, что государь император изволит полагать, что приобретение двух Сандвичевых островов и добровольное поступление владельца оных Томари в его покровительство не только не может принесть России существенной пользы, но напротив, во многих отношениях сопряжено с весьма важными неудобствами, а потому его величеству угодно, чтобы с королем Томари ограничиться только постановлением благоприязненных сношений, в каковых он находится с другими независимыми государствами и действовать к распространению с Сандвичевыми островами торговых оборотов Российско-Американской компании, поколику они нужны будут, присовокупляя притом, что полученные донесения от доктора Шеффера доказывают необдуманные поступки его, подавшие уже повод к некоторым неблагоприятным заключениям.

4. Угнетение, в котором находятся жители островов Овайги, Мауви, Ранае, Ваге и пр., подает верную надежду к освобождению их из сего ужасного ига; Шефферу поручено испросить у его императорского величества о том, что бы взяты были острова сии во владение России.

4. Предположение о завоевании сих островов, опровергается вышеизясненною волею его императорского величества.

5. Под скипетром великодушного монарха островитяне сии могут наслаждаться благоденствием, основать мануфактуры и производить торговлю. Скорые и верные меры доведут до сей цели без пролития крови. Ежели его императорскому величеству угодно будет доверить Шефферу завоевание Сандвичевых островов, то он надеется, несмотря на то, что не находится в воинском звании, исполнить сие с успехом, а чтобы с большею достоверностию произвесть таковое завоевание, то он привез с собою двух человек, имеющих подробные [181] сведения о географическом положении и языке сих островов. Один из них тайон острова Уналашки, готовый доставить несколько тысяч человек к услугам России, а другой солдат Российско-Американской компании, отличной храбрости.

5. Сей пункт заключает нескромное о себе мнение доктора Шеффера и по неосновательной его надежде на двух его помощников, тайона острова Уналашки и компанейского солдата, не заслуживает опровержения.

Нач. От. Павел Острогорский.

 

Добавление, представленное Шеффером к записке, поданной им Александру I, 2 марта 1819 г.

(ЛОЦИА, ф. департ. мануфактур и внутренней торговли, 2 отд., 2 ст., 1819 г., д. № 406, лл. 24-25. Печатается по переводу с немецкого)

Если б потребно было знать, полезны ли для государства торговля Российско-Американской компании и самая, сия компания или нет, то запрос сей разрешился бы сам собою тем, что торговлею сей компании за меховой американский товар приобретаются большие прибытки и еще больших оная ожидать может впоследствии времени от благоприятных случаев, самим временем доставляемых. И обстоятельства нынешние, как я о том изъяснил в моей записке, не могут быть благоприятнее, чтоб торговле сей доставить самым деятельнейшим средством прочное, надежное и благоуспешное распространение в сей части света, как самой торговле, как и колониям ее, занятием Сандвичевых островов. Без сего средства мы лишимся колониальных наших владений на северозападном береге Америки, и в скорости завладеют оными американцы Соединенных Штатов. С другой стороны, англичане ежегодно продолжают распространять свои владения в Азии, и Россия вскоре найдется принужденною прибегнуть к насильственный мерам, чтоб удерживать [выгоды], доставляемые ей ныне торговлею с Китаем, Америкою и иными частями в Азии. Американцы Соединенных Штатов под разными предлогами давно уже тем только и занимаются, чтоб нам учинять всякие препятствия в наших предприятиях в сей части света, употребляют даже для сего ложные донесения и разглашения, как-то якобы мы с ними находимся в войне и по сему вынуждены будем оставить Сандвичевы острова. Гражданин Бульфинк в Бостоне обнародовал ложь, что большая часть занимаемых Российскою компаниею в Америке селений уже учинилась его с товарищами собственностию. Они хитрят против нас в Китае, и объявление 5 декабря сего 1818 их военным секретарем Колгуном публикованное, не оставляет ни малейшего сомнения в намерении их, чтоб уничтожить нашу торговлю между Азиею и Америкою. Зная сие их недоброжелательство, мы с г.-м. лейтенантом Подушкиным, руководствовались в торговых нартах сношених на Сандвичевых островах всякими благоразумными средствами, дружественно и условливаясь во всем непринужденно с островитянами. Англичане отказали в покровительстве, просимом владетелем Тама-амагою на острове Оваге — все же острова сии были открыты гишпанцами, которые никогда ими не занимались. Владетель же Томари на островах Атувае, Нигае и др. добровольно сам согласился быть зависящим от России и, конечно, не европейцы имеют право сими островами располагать, но сами островитяне. Стоит токмо взглянуть на карту, чтоб усмотреть все те [182] выгоды, каковых Россия ожидать может от обладания сими островами, но надлежит сие предприятие совершить в наискорейшем времени, ибо спустя с год в промедлении, уже будет поздно. При сем и то, что единственно от владения сими островами Россия сделается независимою по многим предметам, за которые платит иноземцам знатные суммы и каковые ей доставлять могут сии острова, как-то: сахар, кофе, пряности, лекарственные растения, красильные и прочие статьи, учинившиеся необходимыми для всех почти народов в свете. К тому же ни на Курильских островах, ни в Камчатке, ни в Охотске, ни на Алеутских островах и ни на наших берегах северозападной Америки не имеется ни соли, ни хлеба, а острова Сандвичевы изобилуют оными н по тому сими важными предметами споспешествовать могут ко благоденствию обывателей сих мест.

Георг Шеффер.

(Помета: «Перевод верен. Пальмов»)

Записка главного правления Российско-Американской компании по вопросу о присоединении к России Сандвичевых островов, представленная в департамент мануфактур и внутренней торговли 18 марта 1819 г.

(ЛОЦИА, ф. департ. мануфактур и внутренней торговли, 2 отд., 2 ст., д. № 406, лл. 29-34)

Нельзя отвергать той великой пользы не для одной Российско-американской компании, но вообще для России, каковую может приносить обладание тропическими Сандвичевскими островами, или хотя одним из них. Благорастворенный воздух, неимение эпидемических болезней II опасных хищных животных, изобилие кокосовых и хлебных деревьев, хлебного плода тары, сладкого корня та-ги, из коего делается ром, дикого табаку, инбирю, кассии, красильной вохры, орехов кукусе, употребляемых в медицине, жемчугу, сандального и душистого дерева, из коих последнее любят китайцы для своих идолов, разного строевого лесу, в том числе есть род бакаута, соли, диких быков, свиней, растения, из коего делают веревки, также первоначальный опыт доктора Шеффера, показавший на возделанных и посеянных им землях, кои подарены и куплены были на Вагу и Атувае, что хорошо родятся: маис, сахарный тростник, бананы, виноград, померанцы, лимоны, табак, хлопчатая бумага, пшеница, все огородные овощи, и даже деликатные плоды — дыни, арбузы, ананасы; довольство рек, речек и озер, изобильных рыбами, некоторых островов хорошие пристанища, из коих на Атувае гавань Ганнареа может допускать суда довольно хорошей величины, — словом, все сие, вместе взятое, токмо в первоначальном обозрении, а не в том смысле, что может еще добавить к тому полезного новые опыты учреждения, попечительность и труды, составляют вероятнейшее соображение, что все вышеимянованные статьи дадут, несомненно, великие выгоды для торговли и довольствия, как северозападных наших колоний, так и Камчатки и Охотска, где жизненные припасы и соль необходимо нужны и оными со временем можно снабдевать оба сии края с изобилием. Одно отдохновение при сих райских островах идущим кругом света кораблям, которого нигде инде с лучшею благонадежностию в здоровье людей, в занасении продовольствия и совершенном покое иметь не нужно, делает уже бесценным обладание оных. Обогнув мыс Горн и идя к экватору, можно отдыхать токмо при Перуанских берегах, но смутные тамошние обстоятельства, подверженные, может быть, на долго мятежам, да и вообще тамошнее испанское [183] правительство, неблагоприятствующее торговле иностранцев, весьма стеснительно для них, чего при Сандвичевых островах иметь уже неможно, даже и тогда, когда бы оные не были российскими.

Теперь предложат вопрос: по какому праву можно обладать сими островами. Ответ состоит в следующем:

а) Сии острова в первой раз открыты испанцами, ибо английский адмирал Ансон в начале минувшего столетия, когда полонил испанский галион, на пути из Акапулки в Маниллу, нашел между прочими бумагами карту, на которой в параллели 18° и 23° северной широты «означены были оные острова. Вероятность сего подтверждается и тем еще, что они высочайшую на острове Овайги гору назвали по своему (La meza), что значит стол, ибо вершина сей горы и от самих диких называется Моуна-Роа, т. е. столовая. Но гишпанцы ни прежде, ни тогда, ни после не имели на них ни малейшего влияния.

б) В том же минувшем столетии приставал к ним известный англинский капитан Кук, но ни он не объявил их принадлежностью своего отечества, ни англинское правительство не сделало своего на них притязания.

в) После Кука приставал к сим островам англинской же капитан Ванкувер, который оные описал. Он думал по уважению тому, что как отечество его всегда старается искусною манерою приобретать значительные места, положить начало обладания теми островами в пользу Великобритании и для того не только назвал купу оных, в честь мецената своего лорда Сандвича Сандвичевскими, но и внес в журнал свой, будто нынешний обладатель оных Томи-Оми объявил себя вассалом Англии, однако ж великобританское правительство также не сделало до ныне никакого шагу к присвоению себе оных. Хотя на них живет несколько человек беглых из Новой Голландии англинских матросов, в числе которых давно уже поселился на Овайги такой же беглец зверонравный английский матрос Джон Юнг, но все они не от правительства посланы, и занимаемые ими земли приобрели покупкою. Что сии острова Англия не почитает своею принадлежностью, видно из писем, присланных к королю Томи-Оми в 1812 году из Лондона от лордов Ливерпуля и Батурета, в коих уведомляли его именем принца-регента, что предписано всем командирам британского флота маленькое мореходное суденышко, принадлежащее сему королю, признавать за его собственность, так же и другое еще небольшое судно, желаемое им иметь, велено построить в Новой Голландии и к нему оное прислать. Сии письма в копии читал доктор Шеффер у английского консула Вилькокса, пребывающего в Кантоне, чрез которого оригиналы доставлены к Томи-Оми.

г) Северо-американских Штатов шкиперы, отправляющиеся к нашим северозападным берегам, на пути своем всегда пристают на оные острова для освежения и подкрепления своего провизиею, равно и назад идучи или в Кантон, с приобретенными в наших колониях тайною торговлею пушными мехами, также пристают к оным для отдохновения, или для покупки у помянутых королей сандального и душистого дерева, которое, как выше объяснено, очень любят китайцы. Но и сия нация никакого к обладанию сими островами предположения не сделала.

Следовательно остаются оные ни от кого независимыми. По сему поводу и уважая великую пользу, какую можно извлечь для России, особенно же для наших северозападных колоний, камчатского и охотского краев от изобилия тех островов и благоприятствующей почвы земли, доктор Шеффер, узнав желание королей Томи-Оми и Томари допустить русских людей к поселению и заведению факторий и плантажей, сделал к тому первый шаг; но зависть северо-американских [184] шкиперов и боязнь, что при водворении тамо русских они долженствуют весьма ограничить свои выгоды, особенно же облаготворенный ими престарелый, достойной презрения матрос Джон Юнг, имеющий большое влияние на короля Томи-Оми, человека бесхарактерного, дикого, злонравного, жадного к богатству и грабежу, деспота над своими одно- родцами, им притесненными до высочайшей степени, расстроили начатое тамо русских водворение.

Правлению компании известно, что северо-американские коммерсанты в Нью-Йорке и Бостоне, отправляющие корабли свои к нашим северо-западным в Америке колониям, и вообще в Южное и Тихое моря, всегда избирают в шкиперы люди, самых бесчестных; ибо от Местных не надеются иметь выгод. Сии снабжают себя экипажами из людей такого же сорта, как сами. Ежели сии убегут от них, они берут индейцов или сманивают с других судов. Для них нет ничего святого, кроме приобретения корысти, каким бы то не было образом. Вероятно, что и самое правительство их не знает ни про действия их, ни об них самих. В случае надобности употребляют они чужие флаги и готовы выдавать себя за принадлежащих тем нациям. От такого сорта людей чего можно ожидать? Кроме описанного случая на Сандвичевых островах, они и в самых колониях наших довольно оказали наглостей и злонамерений, о коих правление компании в разные времена доводило до сведения вышняго правительства, которое препоручило, находившимся в Филадельфии российским резидентам Дашкову и графу Палену внушить, тамошнему республиканскому правительству, но не получили ниже удовлетворительных ответов; они же объяснились довольно подробно на щет плавающих в Южном и Тихом морях шкиперах оной нации.

Принимая в уважение, что расстройка заведенных Российско-Американскою компаниею на островах Вагу, Атувае и Нигау факторий и возделанных насаждений, от которых в самом начале и при малых токмо опытах можно было ожидать изрядных польз, последовала токмо от самовольных неприязненных внушений и интриг вышеупомянутых северо-американских шкиперов, и особенно от старого Эбеца Гунта (о поступках которого в нашей Новоархангельской колонии правление компании доводило до сведения управляющего иностранным министерством от 26 апреля 1817 года), Адама и старого Джона Юнга, которые для корысти своей внушили обоим неблаговоспитанным и в первобытном состоянии человека живущим королям, презрение и к самим англичанам, которых они называют своими рабами; то легко надеяться можно, что при вторичном покушении завести с королем Томари торговые связи, основанные на ласке и благоприятстве, будут иметь успех: н на самое прочное водворение, для которого уже не для права сильного, как доктор Шеффер предполагает, можно назначить два судна в транспорт и одно для прикрытия и до ста человек русских промышленных, из коих половина была бы в гарнизоне, а другая трудилась над насаждениямі1 и разными заведениями, распространяющими безопасность, пользу к выгоду. Между тем, как все сие будет допущено, промышленные заведут родственные связи с-островитянами, и, может быть, удастся им внушить и святость христианской религии, укрощающей зверские нравы. Словом теми же кроткими правилами, коими компания достигла тишины и спокойствия на островах Уналашке и во многих других местах — и ныне оными руководствуется, — не безнадежно достигнуть до желаемой цели. Прикрытие вооруженного судна, а особливо, ежели предназначенным государем императором к отправлению кругом света в каждый год по одному казенным военным судам, повелено будет заходить туда же для необходимых релашей и [185] обозревать действия наши, то, кажется, можно быть уверенными в совершенном успехе и в прекращении интриг неприязненных шкиперов, которые действуют отнюдь не по воле своего правительства, и которым: можно дать то заметить. Повод же к сему есть самый благоприятнейший и именно доставление королю Томари всемилостивейше пожалованных в подарок вещей, получение которых и обязанность, врученная им самим доктору Шефферу на преданность его государю императору, должны убедить его в пользу русских. Между тем, может быть, престарелых короля Томи-Оми и Джон Юнга нет уже на свете, следовательно, и обстоятельства должны перемениться и сделать лучше для короля Томари, а тогда целить можно о заведении связей и на других островах — может быть, удастся и купить один которой-либо остров, которого и довольно будет для пользы и видов компании. Впрочем все сие предается на благосоизволение его величества государя императора, пекущегося о пользе своих подданных.

Что принадлежит до доктора. Шеффера, берущагося исполнять присвоение означенных островов вооруженною рукою, правление компании не имеет сведения о его в том способностях, но для исполнения заведения оно могло бы желать его тамо пребывания, ежели он согласен на то будет.

Первенствующий директор и кавалер Михайло Булдаков. Венедикт Крамер. Директор Андрей Северин.

Правитель канцелярии Зеленский.

Письмо управляющего министерством иностранных дел графа К. В. Нессельроде министру внутренних дел О. П. Козодавлеву, 24 июня 1819 г.

(ЛОЦИА, ф. департ. мануфактур и внутренней торговли, 2 отд., 2 ст., 1919 г., д. № 406, лл. 52-55)

Милостивый государь Осип Петрович.

Имев честь получить почтеннейшее отношение вашего высокопревосходительства под № 128 о приложением поступивших к вам бумаг от доктора медицины Шеффера и от главного правления Российско-Американской компании, о пользе и разных способах присоединить Сандвичевы острова к российскому скипетру, я докладывал о содержании сих бумаг государю императору.

Его императорское величество, к сожалению, изволил усмотреть из оных, что столь успешно начавшиеся дружественные и торговые связи компании с теми островами так скоро уже рушились и самым Неприятным при том образом.

Обратив особое внимание на мнение правления, его величество изволил видеть, что несмотря на то, компания надеется, во-первых, восстановить благоприязненные сношения с владельцем Томари и, во-вторых, приобрести потом и распространить на оных островах собственное водворение миролюбивыми средствами.

Рассматривая представление компании в сем двояком отношении, его императорское величество повелел мне сообщить вам, милостивы 11 государь, следующие замечания: главному правлению компании известно, что при самых благоприятнейших, как казалось, обстоятельствах, когда помянутый владелец, по собственному побуждению, сам просил о принятии его с подвластными ему островами в подданство Российской империи, то его императорское величество и в то время, устранив от себя сие добровольно предоставляемое ему право обладания, повелеть [186] изволил, чтобы компания, отклонив оное предложение, ограничила себя только постановлением таковых же благоприязненных и торговых с ним сношений, в каковых он находится с другими независимыми государствами. Сия высочайшая воля была основана на твердых уважениях, соображаясь с коими и ныне его императорское высочество тем менее признает за нужное переменять означенное правило, что самые последствия доказали, до какой степени оно основательно, и опыт подтверждает, сколь мало должно надеяться на прочность такового водворения.

Что ж касается до намерения компании стараться о восстановлении с теми островами дружественных сношений, то одобряя оное и желая полного успеха, его императорское величество уверен, что при благоразумных распоряжениях и осмотрительном выборе со стороны ее правления скромных и осторожных по делам исполнителей, компания приобретет сими средствами с большею благонадежностю те же выгоды и пользу, коих ожидает от непрочного сими островами обладания.

На сей конец его императорское величество соизволяет:

1) Чтобы компании было предоставлено употребить, по ее благоусмотрению, известные подарки, назначенные от высочайшего имяни владельцу Томари по прежним ее представлениям.

2) Чтобы в случае успеха, когда восстановятся ее сношения, она непременно руководствовалась теми только правилами, кои по высочайшей воле, объяснены в отношении моем к вашему высокопревосходительству от 28 февраля прошлого 1818 года.

3) Чтобы для успеха в своих предприятиях, и особенно в сем деле, она поступала с наивозможною осмотрительностию при выборе людей, ею употребляемых, снабжая их притом самыми точными и ясными предписаниями и отнюдь не позволяя действовать произвольным образом, подобно последнему комиссионеру ее Шефферу, который при всех своих сведениях и усердии, не имея, как кажется, нужной осторожноссти, и через то подвергнув себя и компанию столь многим неприятностям, не может в тех местах употреблен быть с пользою.

4) Чтобы она была обнадежена, что всем начальникам отправляемых отсюда кругом света военных судов будет предписано, объявлять везде в тех отдаленных местах, что компания пользуется особенным покровительством его императорского величества, но что тем же начальникам будет предписано собирать наиточнейшие сведения и доносить сюда о действиях ее там поверенных.

Его императорскому величеству угодно, чтобы ваше высокопревосходительство объявили о сем главному правлению компании для нужного исполнения.

Примите, и пр.

Гр. Нессельроде.

Текст воспроизведен по изданию: Царская Россия и Гавайские острова // Красный архив, № 5 (78). 1936

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.