Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

БЕЛЛИНСГАУЗЕН Ф. Ф.

ДВУКРАТНЫЕ ИЗЫСКАНИЯ

В ЮЖНОМ

ЛЕДОВИТОМ ОКЕАНЕ И

ПЛАВАНИЕ ВОКРУГ СВЕТА

ГЛАВА ПЯТАЯ

Женщин отправляют на особенном судне, и они также состоят под особенным начальством доктора из военного флота; их телесно не наказывают, а обыкновенно за свойственную сему полу болтливость привязывают небольшой кляп ко рту, доколе виновная говорунья не успокоится. Отправляемые ссылочные не имеют недостатка в хорошей пище, свежей воде и свежем воздухе, ибо с позволения доктора их выпускают по нескольку на палубу; посредством огня весьма часто очищают воздух в палубе, и преступники благополучно достигают Порт-Жаксона в три или в четыре с половиною месяца.

Дабы доставить сведение о продовольствии поселенцев на пути из Англии до Порт-Жаксона, прилагаю таблицу о провизии, которую они ежедневно получают.

Дни недели Хлеба, фунт Муки, фунт Говядины, фунт Свинины, фунт Гороху Масла коровьего, фунт Сарачинского пшена, унции Сала или свиного жира, фунт Изюму, фунт Муки ячменной Сахару, унции
Воскресенье

4

4

8

1/2

1

Понедельник

4

3

1/2

4

2

2

Вторник

4

4

1/2

Среда

4

6

3

1/2

1

Четверток

4

4

2

Пятница

4

8

3

1/2

1/2

1

Суббота

4

3

4

2

2

В неделю

28

12

16

6

12

1 1/2

8

1 1/2

3

6

4

Сверх сего каждый ссылочный получает в месяц два талона вина, ежедневно по одной унции лимонного соку и столько же сахарного песку; женщинам дают чай.

Когда судно приходит в Порт-Жаксон и потребные меры для содержания ссылочных уже взяты, тогда их свозят на берег. Губернатор лично их разбирает, справляясь о их поведении во время пути и о проч., потом разделяют их по владельцам земель, [338] которые могут выбирать их себе в работники по своему желанию; но в сем случае должны давать подписку, что будут содержать их по предписанию губернатора, т.е. кормить и платить им по 10 фунтов стерлингов в год. Оставших после сего выбора отсылают на общественные работы; ремесленники работают для правительства при общественных зданиях и проч.; некоторые из мелких чиновников, как то: писаря, смотрители за ссылочными, смотрители за рогатым скотом и другие получают также одного, двух, трех и более ссылочных, которые должны для них работать, получая пищу и один таллер еженедельно. Такое вспомоществование, рабочими людьми оказываемое сим чиновникам, служит наградою за их службу, а правительство получает от того пользу в сбережении сумм, положенных на содержание ссылочных; однакож сие распределение имеет вредные последствия: ссылочные, пользуясь от новых господ своих некоторою свободою, впадают в новые пороки.

Ссылочные менее виновные получают тотчас вольные паспорты и могут свободно заниматься промыслами по желанию, но рационов от правительства уже не получают. Ссылочным, в службу поступившим, дают еженедельно по 10 фунтов муки и 7 фунтов говядины или вместо последней 4 фунта свинины. В случае недостатка муки и говядины, выдают им бобы, сарачинское пшено, сахар и проч.

До построения казармы в Сиднее, каждый из ссылочных жил, где мог. Многие не имели жилищ; а когда до 800 человек сего рода людей могли свободно бродить по ночам, тогда много случалось покраж; но зло сие при губернаторе Макварии, построением прекрасной казармы, совершенно истреблено. Нередко бывало, что многие продавали семидневные свои рационы и деньги в один день пропивали; ныне они обедают в казарме поартельно, и на работу их водят всех вместе под присмотром.

Во внутренних округах Нового Южного Валлиса зло сие и ныне продолжается; однако губернатор, любящий порядок и устройство, старается везде, где нужно, построить казармы. Во время пребывания нашего в Парамате, таковую же казарму приуготовляли для женщин. В сем же здании будет помещена фабрика для делания из овечьей шерсти грубого сукна на ссылочных. Овцы привезены из разных мест и весьма размножились. Для облегчения участи ссылочных и скорейшего обрабатывания земель и распространения разных ремесл, губернатор Макварии обнародовал постановление, что осужденные в ссылку на 7 лет, по свидетельству от приставов о усердии их к работе и порядочном поведении, могут через три года получать паспорты для свободных промыслов, а по прошествии пяти лет совершенную свободу; осужденные же на 14 лет могут получить паспорты через 4 года, а про прошествии 10 лет свободу; осужденные на [339] вечную ссылку получают на тех же основаниях паспорты после 5 лет, а свободу по прошествии 12 лет. Хотя о совершенном прощении сих последних в сем постановлении не упомянуто, однакож были примеры, что некоторые прощены.

Губернатор дарует также свободу за спасение жизни человека, за открытие разбоя или значительного воровства, за отыскание тех ссылочных, которые, скитаясь по лесам, живут грабежом.

Ссылочные, в работе общественной или при правительстве находящиеся, работают от восхождения до захождения солнца; на обед и завтрак положено 2 1/2 часа. Невзирая однакож, что они почти весь день проводят в работе, дело идет неуспешно; ибо приставленные за ними надзиратели такие же ссылочные, и, конечно, сквозь пальцы смотрят на труды их. Главные смотрители над ссылочными инженерные офицеры.

Одежда ссылочных, в работе находящихся, хотя груба и не весьма хороша на вид, но с бережливостью может служить долго; ссылочные стараются при первой возможности пропивать свое одеяние.

Многие вытребовали из Англии своих жен, иные женились в колонии, а другие живут с женщинами без браков; всем таковым позволено жить вне казармы, доколе поведение их тому не препятствует.

Каждое воскресенье по утру все рабочие ходят с своими смотрителями в церковь, а которые живут у господ и все получившие паспорты, должны для молитвы быть в церкви после обеда. За неисполнение сего приказания их отсылают в тюрьму или на работу в казарму.

В субботу люди сии, по обыкновению англичан, от работ свободно могут ходить куда пожелают, до самого вечера и повсюду бродят, стараясь что-либо приобрести в свою пользу разными способами.

Многие из ссылочных убегают на суда, а другие скрываются в лесах, где промышляют разбоем и грабежом. Однажды вдруг сбежало 73 человека; солдаты, полиция и природные жители их преследовали; многие сами сдались, другие были пойманы, а некоторые за излишнее упорство застрелены. В лесах часто собираются они шайками, грабят и разбойничают; питаются одичалым скотом, ушедшим из селения с паств; бывший же дикий рогатый скот почти весь истребили. Сказывают, что многие белые живут между природными жителями по ту сторону реки Непеана, имеют уже жен и детей. За шесть месяцев до нашего прибытия губернатор для примера прочим ссылочным приказал повесить девятерых разбойников, но сия казнь не произвела никакого действия; в нашу бытность несколько человек сбежали из селения. [340]

Три года назад губернатор должен был объявить предостерегательное известие, чтобы все путешествующие по селениям собирались в некотором числе и вооруженные и не ездили после захождения солнца.

Ссылочных женщин, по прибытии их, распределяют в служанки или отсылают в факторию, т.е. на суконную фабрику. Там каждый желающий иметь у себя служанку может выбирать из ссылочных, которую заблагорассудит, и нередко случается, что за неисправность отсылает и выбирает другую. До сего времени женщины чесали шерсть, пряли и делали сукно на фабрике и по тесноте сего строения к ночи все расходились по городу в разные места, где имеют жительство; скоро прекратится их свободная и приятная жизнь, ибо, как я выше упомянул, губернатор строит большое каменное здание, где они будут содержаться под надзором, так же как мущчины.

Преступниц никогда телесно не наказывают, но отсылают на фабрику, в тюрьму или в Нью-Кастль. Многие из них скрываются и потом отправляются на судах.

Дети всякого состояния свободны, но быв с ребячества свидетелями позорных деяний родителей своих, так сказать, всасывают с материнским молоком пороки. Вероятно, что мало где найдешь столько собранных вместе людей порочных, как в Новом Южном Валлисе.

По привычке природных жителей к кочующей жизни, не могли их довести до того, чтобы они оставались на одном месте; невзирая на все попечения губернатора Маквария, приверженных к колонии мало; старшины сих станиц отличены медными знаками с надписью названия их и места, где по большей части имеют пребывание; знаки сии носят на груди на медной цепочке. Старшины иногда полезны правительству в случае преследования и поисков бежавших ссылочных. Для переездов и для рыбной ловли им дают лодки от правительства.

Просвещение природных жителей то же, какое было при заведении колонии, и сожаления достойно, что от ссылочных они переняли бранные слова, проклинания и божбу английской черни. Когда между собою ссорятся, что ежедневно и почти ежечасно случается, тогда прибегают к сим словам брани, которых в памяти имеют полное собрание. При всяком возможном случае лгут и весьма склонны к воровству.

Они роста среднего, сложением тела сухощавы, руки и ноги имеют особенно тонкие, головы несоразмерно великие, цвет тела шоколадный и почти черный, носы загнуты и выгибом похожи на носы попугаев, ноздри разверстые, рты большие, губы толстые, грудь, руки и спину исчеркивают рыбьею чешуею. При празднествах, которые состоят по большей части в плясках, намарывают обыкновенно лицо и тело в разных местах красною [341] землею и проводят большие белые полосы. Женщины украшают волоса, привешивая к оным рыбьи зубы или зубы кангуры. Все живут обществами по двадцати пяти, пятидесяти до шестидесяти человек и более, каждое имеет свое название; в одном, называемом Бурра-Бурра, в прошедшем годе считали до ста двадцати человек. Правление их до прибытия англичан было патриархальное, каждое общество управлялось старейшим; но разные английские губернаторы заблагорассудили сами избирать между ними особенных начальников. Сие достоинство и отличие вышеупомянутым знаком, на шее носимым, дают тем, которые оказывают более приверженности к англичанам.

Таковые постановления сделаны для того, чтобы приучить природных жителей к повиновению и через них узнавать о беглых ссылочных, для чего они весьма полезны, ибо служат провожатыми военному отряду или полиции.

Они живут по большей части на пространных местах, но не имеют постоянных устроенных жилищ, невзирая, что уже с лишком 32 года видят примеры удобной и спокойной жизни англичан. В описании первого моего пребывания в Порт-Жаксоне я упоминал, что в дурную погоду скрываются в пещеры или закладывают хворостом в полкруга ту сторону, откуда погода их беспокоит. В сем полукруге в нескольких местах разведенный огонь согревает их достаточно по их желанию. Женатые спят вместе, а прочие в некоторой отдаленности от них, но также все вместе. Огонь почти всегда с ними неразлучен; они его носят с собой, и даже берут на лодки, когда едут на рыбный промысл. В лесах повсюду видно множество поваленных дерев, ими подожженных, и редкое дерево близ моря, где они более проводят время, осталось неподожженным.

Когда наступает время женщине разрешаться от бремени, тогда относят ее в хижину, сделанную из древесной коры, или в каменную пещеру. Женщины говорят, что они легко освобождаются от бремени, редко родят двойни и редко же имеют более двух или троих детей. Новорожденное дитя обмывают холодной водой и обтирают травою; мать прикладывает его к грудям и обыкновенно по прошествии суток с ним уже прогуливается. Едва ему минет месяц, мать сажает его к себе на плечи, спустив ножки на груди, а природа сама научает его держаться за волосы матери. Женщины, имеющие старые одеяла, завертывают в оные детей своих и носят их на спине, подобно как цыганки в Европе. Когда ребенку минет полгода, тогда часто ставят его на землю и он научается ходить. Игры детские состоят, как и везде, в подражании занятиям родителей их, как то: в борьбе, пении, пляске и других забавах. Они весьма жадны до марбелей или каменных орехов, и чтобы их получить, променивают птиц и рыбу детям англичан. [342]

Увеселение взрослых состоит в пении, плясках, метании копья, а иногда в примерных сражениях. Матери приучают дочерей плесть лесы для рыбной ловли и убивать рыбу острогою. Впрочем, вообще как мужчины, так и женщины редко помышляют о следующем дне, от чего часто терпят голод, наипаче, когда погода неблагоприятна для рыбной ловли.

Новоголландцы не различают времен года, но от беспрерывной жизни под открытым небом предузнают состояние и перемену погоды.

Язык их различен. Живущие около Сиднея разумеют друг друга; но те, которые занимают места около Нью-Кастля или Порта-Стефенса и по ту сторону реки Непеана, их вовсе не разумеют.

Каждый почитает свое общество лучшим. Когда случится им увидеть одноземца из другого общества и если кто-нибудь его похвалит, непременно начнут его бранить; говорят, что он людоед, разбойник или великий трус и проч.

Живущие около Сиднея по утрам приходят в сей город и стараются что-нибудь получить, но лишь только погода начинает переменяться, особливо ежели услышат гром и увидят молнию, с чрезвычайною поспешностью убегают в свои жилища. Лодки их весьма непрочны, обыкновенно из древесной коры. Природные жители снабжены железными инструментами и имеют всегда способ получать их сколько нужно, однакоже все еще предпочитают свои каменные топоры.

Хотя ходят нагие и любят женский пол, но не было примера, чтоб явно удовлетворяли свое любострастие.

Неприязненность их против англичан почти вовсе прекратилась, но европейцы сами часто подают причину к раздорам. Иногда природные жители врываются на поля и утаскивают пшено, плоды и все, что попадается. Англичане мстят им по возможности. Несколько лет тому назад один из них убил англичанина, его судили английскими законами, и он повешен; товарищи его, бывшие зрителями, пришли вне себя от ужаса. Когда белый обругает или прибьет черного, обиженный тотчас идет жаловаться к директору полиции или по крайней мере угрожает жалобою; ибо им сказано, что они состоят под покровительством правления. Случается, что прибегают с жалобами даже к самому губернатору.

Обряды похорон их уже многими описаны; однако я ныне заметил, что обычай сожжения мертвых тел почти истребился.

Им известны некоторые целебные травы; в болезнях их жуют и часто оттого выздоравливают, но природа им более всего помогает. Когда же кто, захворав, повесит голову, мало говорит и мало ест, то друзья его уверены в его смерти; посему я заключаю, что смерть многих ускоряется от воображения. Никак [343] невозможно уверить их, что не всякая болезнь опасна и что лекарства могут доставить облегчение; ничем не убедить, чтобы приняли лекарство, и оттого часто умирают по недоверию или упрямству.

Когда я вторично зашел в Порт-Жаксон, старые наши знакомые, Бонгари и состоящие под его начальством, тотчас нас посетили. Бонгари жаловался, что в продолжение зимы был нездоров сильным кашлем. На мой вопрос: чем он вылечился? Отвечал: единственно гроком, и много его выпил!

Хотя страна сия наполнена змеями, однако природные жители редко бывают ими ужаливаемы. Сие происходит от двух причин: 1 — оттого, что они беспрестанно вокруг себя содержат огонь; 2 — что весьма зорки, видят змею даже под травою лежащую и тотчас ее убивают; скитаясь по лесам, они беспрестанно в землю смотрят. Когда случится, что один из них уязвлен, другой тотчас высасывает яд и сим доставляет облегчение без всякого себе вреда. Замечено, что от ужаления змеею никто у них не умирает.

Относительно уязвления змеями мне рассказывали следующий невероятный случай, но меня так уверяли, что я неизлишним почитаю о сем сообщить. Один солдат роты ветеран в Ливерпуле уязвлен на поле черною змеею, опаснейшею из всех здесь находящихся, и едва имел столько сил, чтобы дотащиться до квартиры, где тотчас упал без чувств. Искусственное человеческое пособие казалось тщетно, ибо в полчаса он распух и ослеп. К счастью, находился недалеко старый природный житель, который узнав о сем случае, пришел к солдату, сделал веревку из древесной коры, которою перевязал ему ногу поверх раны так крепко, что страждущий вскричал — не отрезана ли нога его? Потом старик выдавил из раны гной и яд и отделил кончиком ножа, рана обнаружилась в величине двух малейших булавочных головок; тогда врачующий три раза обсасывал ужаленное место и перевязал оное холстиною. Спустя несколько минут развязал веревку, ободрял солдата быть покойным и утверждал, что он выздоровеет. С сего времени больному сделалось легче, он выздоровел и теперь еще жив. Дабы изъявить своему врачу благодарность, солдат отдал ему все свое имущество, которое состояло в пяти фунтах стерлингах.

Орудия их во многих путешествиях описаны; но я сообщу об оных подробнее. Для военных действий они употребляют обыкновенно пики из дерева, или лучше сказать, стебля смолистого дерева (Gummy plant); сие необыкновенное дерево, принадлежащее собственно Новой Голландии, изображено в помещенном в атласе виде Порт-Жаксона, отличается длинным прямым стеблем от семи до десяти футов, вырастает прямо из средины невысокого черного пня, который кажется совершенно обгоревшим; [344] листья узкие, плоские и длинные, от нечаянного прикосновения к оным, даже на проходе, можно легко обрезать руки. Когда дерево коротко для делания пик, наставляют другим таким же, и обыкновенно в замок, посредством связывания снурками, свитыми из коры дерева, называемого англичанами веревочное дерево (Stric wood), которого в лесах повсюду много, кору распластывают наподобие лыка. Для большей крепости, пики сии мажут смолою из разных дерев, более же употребляют смолу из мимозы (Mimosa); к острому концу иногда прикрепляют острую зазубренную кость, дабы наносила более вреда. Действуя сим оружием, употребляют еще особенную палку с сучком под острым углом и, держа оную в руке, наклонив назад, упирают малым сим сучком в задний конец пики, потом, махнув палкою, придают большую силу удару пики. Употребляют также плоский кусок дерева, длиною в три фута, шириною в два с половиной дюйма, загнутый наподобие серпа; сей кусок дерева искусно и метко бросают рикошетом, ударяя концом в землю 202; имеют и дубины длиною в три фута, а для обороны деревянные щиты, выкрашенные белою сухою краскою, на коей выведены красные полосы.

Острога или оружие, которым бьют рыбу, также сделана из вышеупомянутого смолистого дерева гумми-планта и разнствует от обыкновенной пики тем, что оканчивается тремя и четырьмя острыми концами из сего же дерева; концы сии также с острыми костяными зазубринами.

Природные жители Новой Голландии весьма вздорны между собою, они грозят и ругают друг друга по нескольку часов, как весьма часто слышать можно, однакож редко доходит у них до драки; в последнем случае ловко владеют своим оружием и щитами.

Сражение между ними происходит по большей части за похищение женщин, и тогда все и сами женщины выступают в поле. Когда с обеих сторон устроились в боевой порядок, тогда пред началом всеобщего сражения несколько женщин выходят вперед, осыпают себя пылью и грязью, и каждая сторона бранною песнию возбуждает противников своих к бою. Сражение оканчивается по большей части несколькими ранеными; обе стороны возвращаются в свои места с восклицаниями, криком и пением. Иногда вражда продолжается не один день, так что они по нескольку раз сходятся и после небольших сшибок опять расходятся. Иногда неприятелей своих убивают спящих, ибо чрезмерно мстительны и, кажется, только кровь их примиряет. Причиною раздоров и смертоубийств обыкновенно бывают женщины, которые, впрочем, весьма снисходительны.

Когда юноша вступает в мужской возраст, ему выбивают передние два зуба, для сего прежде сажают его на плечо к другому человеку или на пень дерева и потом выбьют зубы, и тогда [345] почитают его уже возмужалым и он может носить всякое оружие, сражаться и жениться. Выбирает себе жену обыкновенно в другой станице и чтоб ее похитить, пользуется отсутствием ближних и друзей. В сем случае никакое затруднение мужчин не удерживает; они несколько времени терпеливо выжидают удобного случая и наконец успевают в своем предприятии. Поймавши невесту, жених поспешно с нею убегает, неся на своих руках или иногда волоча за руку чрез камни и пни. Несчастная почти всегда бывает полумертва, когда достигнет места пребывания жениха; но для него все равно, в каком бы положении она ни была. Первый встретившийся после сего куст служит свидетелем их сочетания, новобрачная принадлежит уже к станице своего мужа и не предпринимает покушения от него бежать.

Вообще мужья поступают с женами своими как с рабами. Около Сиднея или где только море близко их местопребывания бедные жены должны весь день сидеть в лодках и ловить рыбу, между тем мужья их скитаются или спят. Ежели ловля была удачна, тогда жен ласково принимают, а в противном случае нередко бьют; другие работы также возложены на женщин; они собирают дрова, разводят огонь, сбирают цвет с дерев банксии и проч.

Природные жители, живущие около морского берега, питаются рыбою, которую, лишь только поймают, бросают на уголья и едят, не отделяя внутренности; точно так поступают и с прочими животными. Змеи составляют лакомое для них яство.

Курительный табак и крепкие напитки сделались им необходимы, и, невзирая на чрезвычайную леность, они за табак и вино принуждают себя к работе, рубят дрова и носят воду.

Содержатели трактиров по большей части нанимают природных жителей выполаскивать водочные бочки. Первую воду, которая имеет еще сильный водочный запах, они называют булл, принимают платою за труд их, наливают в сосуд и по окончании работы допьяна оною напиваются. Хотя сие запрещено, однако хозяева трактиров находят такую плату за разные работы весьма выгодною, и потому не смотрят на запрещение. Природные жители наперед делают договоры с хозяевами, и ежели прийдет другой на работу или просить милостыни, они его с сердцем прогоняют. Во многих домах употребляют их для разной работы, особливо для чищения стекол; большими своими перстами они сие исполняют весьма искусно, так что ни один европеец их в том не превосходит; невзирая, что работники совершенно наги, по привычке смотрят на них без отвращения.

Все, живущие в близости городов, особенно около Сиднея, умеют несколько объясняться по-английски, как то: дай мне [346] денег или, не дадите ли вы мне гинею (около 6 рублей серебром) или думп (около 40 копеек), и проч.

Дети, прижитые с европейцами, смуглы. В изображении группы новоголландцев под начальством Бонгари ясно отличить можно молодую приятного вида девочку, дочь Бонгари; сам Бонгари признавался мне, что она на него не похожа. Таковое сношение европейцев распространило болезни; а как природные жители не умеют лечиться, то больные их редко выздоравливают.

Завезенная европейцами оспа также производила пагубные следствия и уменьшила число жителей. Нам рассказывали, что в пещерах около Броккен-бая видны кости людей, без помощи умерших.

У жителей Новой Голландии вскоре после рождения младенцев отрезывают два состава мизинца левой руки; полагают, что при ловле рыбы без сих составов удобнее наматывать лесы на челнок. Мне кажется, что причина сия весьма маловажна для предпринятия такого болезненного действия над младенцами и не могла бы побудить жителей мест, отдаленных от приморского берега, лишать детей сих составов; вероятно, что истинная причина сему обыкновению забыта. У некоторых других народов Великого океана то же делают; поводом к сему бывает смерть самого ближнего родственника, как мы видели у жителей острова Оно. Вероятно, и на островах Фиджи, ближних к Оно, таковое же обыкновение существует.

До прибытия европейцев в Новый Южный Валлис природные жители не имели никакой одежды, кроме узенькой повязки, которая даже худо покрывала обыкновенно закрываемые части, и то только у мужчин. Уже 33-й год европейцы стараются обратить внимание жителей Новой Голландии на пользу и приличие одежды; но все тщетно. Многие, получа полное одеяние, отдавали оное за ром или табак. Но как им было объявлено, что они не получат никакого вспомоществования, ежели будут ходить вовсе без платья, то в город ходят в рубищах, а по возвращении домой тотчас оное снимают. Женщины в холодное время покрываются шерстяным одеялом чрез плечи. В сем состоит их одежда. Природные жители весьма хорошо помнят свою собственность. Некоторые объясняют права свои на известные места, говоря, что принадлежали их предкам. Легко себе представить можно, что они неравнодушно видели изгнание свое из собственных любимых ими мест. Невзирая на делаемые им вознаграждения, искра мщения тлеет в сердцах их.

Следующий случай покажет, что и сии полудикие имеют понятие о правосудии и отличают оное от несправедливости.

Один англичанин, прибывший в Порт-Жаксон, с сильными за него предстательствами получил около 10 000 акров земли [347] по близости Параматы, где завел фабрику, а природных жителей прогнали от реки, что их крайне озлобило. Двое из них срывали однажды кору древесную для защищения себя от дождя; новый владелец сказал им: ежели хотя один из вас впредь появится на моей земле, я велю его застрелить. Дикие с негодованием ему отвечали, что они не только его, но и всю его семью умертвят. Долгое время жизнь сего человека была в опасности, наконец он враждующих ему успокоил разными подарками.

Правительство старалось, чтоб природных жителей не вовсе отдалить, и для того назначило им поблизости некоторые места для их пребывания. Сия благодетельная мера принята в феврале месяце 1815 года, и шестнадцати семействам отведена земля в местечке, называемом Джоржес-лед (Georges-lead), и Бонгари назначен начальником сих семейств. Они получили земледельческие орудия и одежду, а ссылочные должны были наставлять их в земледелии.

Сначала ревностно принялись за работу, но вскоре, наскучив оною, продали земледельческие орудия и возвратились к прежнему образу жизни. Бонгари дан был сад, обработанный нарочно для него одним европейцем. Он и ныне сим садом владеет и собирает ежедневно некоторую сумму денег от персиковых деревьев, изобильно в оном растущих.

Бонгари достоин того, чтобы иметь о нем подробные сведения. Ему около пятидесяти пяти лет; он всегда отличался добрым сердцем, кротостью и другими хорошими качествами и был полезен колонии. Служил провожатым капитану Флиндерсу при описи берега Новой Голландии в 1801, 1802 и 1803 годах и лейтенанту Кингу в 1819 году. Часто для восстановления нарушаемого спокойствия в семействах, под его начальством состоящих, подвергал жизнь свою опасности. Несколько лет тому назад попался один убежавший ссылочный в руки другого семейства; беглого ограбили, отняли топор и хотели его умертвить. Бонгари явился туда, взял сего человека под свою защиту, исходатайствовал ему свободу, потом в три дни, на спине своей, принес его в Порт-Жаксон, переходя с ним реки и питая его кореньями; в награду ничего не просил, кроме прощения спасенному беглецу. Правительство колонии подарило Бонгари ялик. Сей великодушный человек вообще, любим за подобные примерные поступки.

Губернатор Макварий завел в 1814 году училище в Парамате для воспитания детей. Много труда стоило согласить родителей отдать детей в сие училище; вероятно, они думали, что их будут принуждать к тяжелым работам; наконец, некоторых уговорили.

Последствие доказало, что природные жители Новой Голландии к образованию способны, невзирая, что многие европейцы [348] в кабинетах своих вовсе лишили их всех способностей. Они успели в чтении, арифметике и рисовании. С обучающимися обходятся весьма благосклонно. В совершенных летах им позволяют жениться и снискивать пропитание разными рукоделиями.

По разным незначущим причинам между природными жителями происходили беспрерывные ссоры. Дабы искоренить сию междоусобную злобу, приучить их к согласию и лучше познакомить с колониею, губернатор Макварий объявил, что приглашает природных жителей один раз в год, именно 28 декабря, являться в Парамату. Сия благоразумно предпринятая мера имела хорошие последствия. Прошедшего года собрание по причине жаров было не так многочисленно, как в другие времена, однакоже состояло почти из 300 человек мужчин и женщин. Все они сидели на земле в одном кругу, начальники их впереди; господин Макварий с женою своею и множеством европейцев входил в сей круг и обращался дружественно, детей привели из училища. Привязанность и любовь родителей обнаруживаются одинаково у всех народов, начиная от самого просвещенного европейца до жителя на Огненной Земле. Они смотрели на своих детей с радостью, прижимая их к сердцу, с нежностью и слезами, так что многие из зрителей прослезились. Когда дети начали показывать свои тетради, рисунки и рукоделия, тогда весь круг пришел в неизъяснимый восторг; отцы и матери едва могли постигнуть, чтоб дети их имели такие понятия. Отец одной девушки несколько минут стоял в изумлении, потом в слезах долго обнимал дочь свою, бросился к ногам губернатора и разным образом доказывал свою радость. По окончании заседания всех накормили хорошим обедом, и сим празднество окончилось. Все неоднократно изъявляли благодарность губернатору.

Мне неизвестно мнение английского общества миссионеров, и потому, может быть, ошибаюсь в моем заключении, но удивляюсь, что сие общество, имея всюду миссионеров, по сие время ни одного не прислало в Новую Голландию; может быть, страшится больших издержек, не имея в виду никакого возмездия. Новая Зеландия, острова Общества и Сандвичевы щедро награждают сословие миссионеров. Товары их весьма выгодно промениваются, суда возвращаются нагруженные кокосовым маслом, арорутом, вероятно и жемчугом; напротив, жители Новой Голландии ничего не имеют, и потому в 33 года не только не сделали никаких успехов в образованности, но не имеют никаких понятий об истинной вере, когда другие народы сего океана, которых земли бог благословил превосходной почвой, а дно моря, их окружающего, драгоценностями, приметным образом просвещаются познанием веры христа спасителя нашего. [349]

О правлении колоний в Новом Южном Валлисе

Колония Ново-Южного Валлиса и все соединенные с оною острова находятся под управлением губернатора, назначаемого английским правительством; власть его почти неограниченна, многим более власти короля английского в Великобритании. Мне кажется, что благосостояние колонии, населяемой такими людьми, каковых привозят в Новый Южный Валлис, требует, чтобы главный начальник имел неограниченную власть. Нынешний губернатор Макварий не только оной во зло не употребляет, но еще доказывает, что человеколюбив, благоразумен.

Помощник его или вице-губернатор; старший военный чиновник занимает сие место, по которому получает большое жалованье ни за что, ибо не имеет никакого дела, выключая, когда губернатор болен или умрет, в сем случае временно исполняет его должность. Секретарь также из первых чиновников, ибо все доклады и дела переходят чрез его руки.

Непосредственно от короны получают жалованье: губернатор, вице-губернатор, секретарь, судьи и в судах, адвокаты, священники и доктора; все прочие служащие по колонии довольствуются жалованьем от колонии.

Законы те же, которые и в Англии, но исполнение оных иначе совершается. В Англии преступников судят двенадцать присяжных граждан, а здесь судебное место состоит из шести офицеров судей, и подобно военному суду. По хартии или постановлению, которое Англия дала колонии, учреждены четыре суда: уголовный, губернаторский, верхний и апелляционный.

Уголовный суд. В сем суде главный судья колонии председательствует; в звании судей, как выше упомянуто, шесть офицеров, и приговоры их исполняются; заседания бывают четыре раза в год: 15 марта, 1 июня, 15 сентября и 1 декабря, продолжаются до окончания всех дел о воровстве, разбое, мошенничестве и других подобных преступлениях. Не только вольные, но и ссылочные судимы сим судом; наказания оным полагаются следующий: сажают на несколько месяцев в тюрьму, отсылают на тяжелую работу в кандалах, в Нью-Кастль, на 2, 4, 7 и 14 лет, и даже на всю жизнь; убийц и разбойников без исключения вешают, часто губернатор их прощает; он имеет на сие право и вместо смертной казни преступников отсылает на всю жизнь в заключение в Нью-Кастль.

Губернаторский суд. В сем суде вышеупомянутый главный судья также присутствует. Заседания бывают: 1 апреля, 1 июля и 1 октября; все жалобы долговыя от 5 до 50 фунтов стерлингов рассматривают в сем суде. В каждое заседание губернатор избирает двух чиновников в помощники судье; дело может переходить в апелляционный суд. [350]

Верхний суд. Под председательством второго судьи разбирает жалобы по долгам свыше 50 фунтов стерлингов; членами два чиновника; на сей суд также подается апелляция.

Апелляционный суд. Губернатор два раза в год присутствует в сем суде, помощником ему все тот же главный судья. Всякое решение остается непременным, король всегда соглашается и все апелляции отсылает обратно для исполнения. Губернатор ежегодно в первый понедельник июня месяца принимает прошения о раздорах по землям, стадам и проч. В первый же понедельник декабря месяца ежегодно ссылочным объявляет прощение и раздает виды на свободную промышленность; каждый понедельник принимает донесения от военных и гражданских чиновников; о делах же, не терпящих отлагательства, можно относиться к нему во всякое время. В последнем декабре месяце 126 ссылочных получили так называемыя эманципации (Эманципациею называют дарование совершенной свободы, с исключением выезда из колонии), а 206 позволительные виды.

Магистратские чиновники. Избираемы губернатором. Обыкновенно в сие звание назначают из зажиточных и благомыслящих жителей; таковый чиновник получает за труд свой 1 1/4 рациона провизии из магазина для себя, и один рацион для каждого из ссылочных, которые назначаются ему для работы без платы. В нашу бытность было 20 магистратских чиновников. Губернатор может число сие увеличить по своему благоусмотрению; определение в прочия должности и места также от него зависит.

Стряпчие. Стряпчих весьма много, и они немало приобретают, ибо имеют весьма много дела, потому что жители склонны к тяжбе.

Директор полиции. Также магистратский чиновник; заседание его в Сиднее ежедневно, кроме воскресных дней. К нему приводят всех арестантов, и он решает дела по своему мнению. Полиция не в лучшем порядке. В Сиднее она состоит из упомянутого директора, одного члена, одного обер-констабля, 6 капралов и 60 нижних констаблей; сии последние обязаны также исполнять должность ночных патрулей, стражей, ординарцев при судьях и некоторыя другия должности; а как их мало, то избирают из ссылочных, которым уже вышел положенный срок наказания, иногда из таких, которым срок еще не кончился, и от того многие преступления совершаются или ими, или под их покровом.

Во внутренних странах, где старший магистратский чиновник сверх своей должности исполняет и обязанности директора полиции, действия ее еще слабее. [351]

Войско. Губернатор имеет гвардию или отборную стражу, состоящую: из 1 сержанта, 1 капрала и 10 рядовых легкой конницы. В нашу бытность посты здесь занимал 48-й полк и одна рота ветеран, привезенные из Европы; по прошествии каждых четырех лет привозят другие полки, а находящиеся в Новой Голландии отвозят в Ост-Индию, в Мадрас, Калькутту и Бомбей. При нас в Сиднее, Парамате, Ливерпуле и на Коровьей пастве было военных: 19 офицеров, 33 сержанта, 27 капралов, 10 барабанщиков и 370 человек рядовых; в Нью-Кастле 3 офицера, 4 сержанта, 3 капрала и 75 рядовых, остальные в Земле Вандимен. Легко себе вообразить можно, что сие малое число военных недостаточно для удержания в должном порядке отчаянных граждан Нового Южного Валлиса.

Касса полиции учреждена в 1810 году губернатором Макварием. В оной ныне состоит около 25 000 фунт, стерлингов. Доходы происходят от пошлин на привозимые товары, от платы с приходящих судов за освещение маяка, от денежных пеней и сборов за позволение содержать трактиры.

Осьмая часть сих доходов назначена на содержание сиротского училища, прочие же семь осьмых на постройку мостов, на заведения училищ, на содержание полиции и всех тех чиновников, которые не получают жалованья от английского правительства; впрочем, губернатор неограниченный хозяин сей кассы, однакож она недостаточна для всех необходимых издержек, ибо, как мне сказывали, с 1788 года и до сего времени, английскому правительству колония стоит 4 238 910 фунтов стерлингов.

Магазины. Правительство содержит магазины и наполняет оные посредством заключенных контрактов с владельцами земель; бушель пшеницы обходится от 8 до 10 шиллингов, а свежее мясо по 6 пенс фунт.

Из сих магазинов все служащие при колонии, начиная от самого губернатора, получают по 1 1/2 рациона, а ссылочные по одному рациону; жены и дети служащих также получают рационы.

Общественные заведения. Семь общественных училищ, в коих обучают детей обоего пола безденежно читать, писать и арифметике, сапожному, портному и разным другим ремеслам. В числе сих училищ в Сиднее находится сиротский дом, где воспитывают детей природных жителей мужеского пола; частных училищ только три, в которых изрядные учители. В Сиднее учреждено человеколюбивое общество для вспомоществования бедным.

Ломбард. Основан губернатором Макварием для желающих отдавать деньги на сохранение по причине множества воров. Положенные деньги во всякое время можно получать обратно, и ежели внесенная сумма более одного фунта стерлинга, выдаются известные проценты. [352]

Банк. Также основан в 1817 году губернатором Макварием, управляем президентом и директором; ныне капитал состоит из 50 000 фунтов стерлингов. Банк платит ассигнациями, которые выменивают на векселя на английское правительство, без посторонних издержек.

Дабы предупредить недостаток в серебряных деньгах, губернатор приказал привезти из Индии 40 000 испанских талеров; чтобы воспрепятствовать вывозу сей монеты, из средины каждого талера выбивают по кружку, и уменьшенный таким образом талер принимают в колонии в прежней цене, т.е. по 5 шиллингов, а выбитые кружки ходят по 15 пенс и названы думпами. Банк платит за цельные талеры, получаемые с судов, ассигнациями с некоторою выгодою, потом из талеров выбивает думпы, через что приобретает несколько процентов в свою пользу; между тем никто уже не покусится вывозить сии деньги из колонии, разве в числе редкостей для любопытства, и в сем случае колония выигрывает по 15 пенс от каждого талера.

Вера. Хотя в Новой Южной Валлийской колонии почти половина католиков, но невзирая на сие, господствующая вера протестантская. Католическим священникам не позволяют совершать богослужения, и потому ирландцы сами детей своих воспитывают в вере предков своих. Церквей протестантских семь и столько же священников, не считая находящихся в Земле Вандимен.

Торговля. Купцы получают товары из Англии, Индии и Китая на английских судах. Иностранным судам торг запрещен; были однакоже примеры, что во время недостатка губернатор позволял иностранным продавать свои товары; ответственность за сие брал на себя.

Колония, не имея еще потребного количества собственных ее произведений (кроме овечьей шерсти, и то не в большом количестве), должна платить за все привозимые товары наличными деньгами, от чего в некоторых нужных вещах недостаток. Сначала только суда в 300 тонн производили торг, но как купцы по большей части имеют малые капиталы, то вся торговля находилась в руках одного дома; ныне сие зло прекратилось.

Привозной водки расходится вообще в Новом Южном Валлисе по 2 талона в год на каждого человека, и так годовой привоз оной до 60 000 талонов.

С распространением хлебопашества, вероятно, будет позволено выкуривать крепкие напитки, и тогда 12 000 фунтов стерлингов, ежегодно за водку вывозимые, будут оставаться в колонии.

Пиво и портер довольно хороши; из морской воды вываривают соль; выделываемые кожи из кангуры и другие, к [353] употреблению весьма хороши и притом не дороги; начали также делать толстые сукна и шляпы посредственной доброты.

Съестные припасы не дороги, при нас цены были следующие:

шил.
Бушель пшеницы От 6 до 8
Бушель турецкого пшена 5
шил. пенс.
100 фунтов картофелю 7
Дюжина яиц 2 6
Курица 2
Фунт масла 3
» хлеба 5
Гусь 5
Утка 3
Фунт мяса всякого рода хорошего 9-10
Капусты дюжина кочней не крупных 2
Корешек хрену 8
Дюжина репы 6
» моркови 6
Корова хорошая 5-10 фунт
Бык 7
Баран 1
талер
Коньяку 8 анкерок
Джину 6
Рому 4
шил.
Бутылка вина Канарского 4
» английского пива 2
» пива порт-жаксонского 8
Фунт курительного табаку 4

Цена плодов с тех деревьев, которые привезены из разных мест и размножаются, зависит от времени года; яблоков дюжину продают по шести пенсов; груш дюжину от шести до пятнадцати пенсов, дюжину персиков обыкновенно по одному пенсу.

Лошадь, хорошая, ломовая, от 10 до 15 фунтов стерлингов, верховая или каретная от 20 до 30 фунт.

Качество земли и произведения. Около четырех и до шести миль от моря земля по большей части песчана, камениста, неплодородна и производит несколько кустарников и искривленные деревья или даже такие, у которых сердцевина внутри как будто выгнила; за сим, так сказать, пустырем следует лучшая земля, на коей растут прекраснейшие высокие смолистые деревья, которые известны под следующими названиями: Terpentine-tree, Cork-nood, Plumb-tree, Teu-tree, Red-gum, White-gum, Black-butted-gum, Pare-tree, Pepper-mint, Mahagony, Beef-wood, или Forest-oak, Iron-wood, Seedor и другие, лес част, трава дурная. Таким же точно образом продолжается почва еще на восемь миль далее от берега, и можно сказать, что земля на четырнадцать миль от моря к земледелию мало или совсем неудобна; но чем [354] далее идешь во внутренность, тем более представляется взорам обработанных полей. Лучше всего поспевает пшеница; а для овса и ячменя климат слишком жарок. Начиная с сей полосы, плодоносность умножается, лес и самые деревья необыкновенного рода, как то: синей смолы (Blue-gum, Strik barkmimosa) и проч.

Четыре мили далее в берег земля превосходная, открывается бесконечное разнообразие отлогих гор и долин, повсюду видны селения, при оных и стада. Замечания достойно, что в сих местах деревья уже не так высоки, не в таком изобилии, кустарников так мало, что жители свободно на лошадях преследуют кангуру.

Долины распространяются при соединении рек Нипена и Гавкесбури; берега последней еще плодороднее, нежели берега первой. Она может быть некоторым образом сравнена с Нилом, потому что иногда выступает из своих пределов и по стечении воды остается благотворный ил, который утучняет землю.

В Порт-Жаксоне меня уверяли, что один акр земли произвел в один год 50 бушелей пшеницы и 100 бушелей кукурузы. Господин Фрейсине в описании первого своего путешествия упоминает, что пшеницы приходилось на одно зерно до 95, ячменю 140, кукурузы до 200; в сем-то месте, говорит он, главная житница английской колонии.

Как сия часть Нового Южного Валлиса, сколько поныне известно, лучшая, то она более обрабатываема, и, невзирая на убытки, часто от разлития реки происходящие, полей никогда не оставляют невозделанными, ибо в один плодородный год на сих местах родится более, нежели на другом, постоянно плодоносном, в три года.

Главная причина разлития реки Гавкесбури — близость Синих гор. Реки Грос и Варагонбиа текут из сих гор, а Нипен около шестидесяти миль течет тем же направлением и принимает множество источников, которые низвергаются с гор. Все сии воды вдруг впадают в Гавкесбури, и, невзирая, что берега ее везде около тридцати футов возвышения, вода выходит из берегов. Подобные явления бывают в Крыму на реке Каче после проливных дождей, однако не в таком большом виде. Со времени заведения колонии в Новом Южном Валлисе река сия разливалась до десяти раз.

Как все горы, в отдаленности от глаз находящиеся, кажутся синими, вероятно, оттого и сии горы получили название Синих. Высота их многим менее европейских гор. Г-н землемер Гоклей, по особенному к нам дружелюбию, сообщил свои барометрические замечания на Синих горах, и г-н астроном Симонов по возвращении в Россию вычислил оные по таблицам г-на Биота, основанным на лапласовых формулах. Высоты Синих гор могут быть [355] для многих любопытства достойны, а потому оные здесь сообщаю:

Черная высокость, Blackhead ........ 3554 анг. фут.

Река Кокс, Cox's River ........... 2187 » »

Рыбная река, Fish River .......... 2694 » »

Река Кампбелля, Campbell's River ..... 2330 » »

Батурст, Bathurst ............. 2190 » »

Самая высокая часть гор, отделяющая восточные воды от западных .......... 4061 » »

Вершина Батурста, Bathurst lake ...... 2142 » »

Вершина Георга, Lake George ........ 2319 » »

Ныне проложена дорога чрез Синие горы к западу на пространстве пятидесяти восьми миль; начинается с восточной стороны и названа Еми-форд (Emi-ford), от Сиднея до сего места девяностно восемь миль.

Дороги в Новом Южном Валлисе весьма хороши, местами поправлены, а местами совершенно вновь проложены. В нашу бытность губернатор и комиссионер Бик предпринимали путешествие из Порт-Жаксона чрез Синие горы в карете для осмотрения найденных озер на SW, в двухстах милях от Сиднея; по донесениям начальству доставленным, одно с пресною водою и до девяти миль в окружности, а другое с соленою водою, около тридцати миль в длину, и в сем последнем множество рыбы и бесчисленные стада водяных птиц. Губернатор по обозрении озер нашел, что донесения были ложны и в озерах вода пресная 203. Г-н землемер Гоклей, бывший с ним, нам рассказал, что первое озеро длиною девять, шириною три мили, а другое длиною двенадцать, шириною четыре мили.

Губернатор имел намерение около одного озера поселить 1000 человек, а при другом основать селение из природных жителей, дать им обработанные земли, построить домы и скитающую несчастную их жизнь обратить в полезную и приятную. Я полагаю, что сие еще невозможно, ибо подобный опыт был с жителями в Брокенбае, но они скоро постоянною работою наскучили, и теперь ведут опять кочующую жизнь по другую сторону Сиднея. Им несравненно легче на уду или острогою поймать рыбу и в городе променять на крепкие напитки или табак, нежели обрабатывать землю и ждать по нескольку месяцев жатвы.

Они думают токмо о настоящем, не помышляя ни мало о будущем, и от того часто претерпевают голод.

За хребтами Синих гор заложен город Батурст (Bathurst) в честь лорда Батурста, статс-секретаря, начальствующего тем департаментом, коему принадлежит управление Новым Южным Валлисом. Город сей расположен при реке Маквари, которую описывали около семидесяти миль на шлюпках, нарочно для сего построенных. Ожидание, что река впадает в море, оказалось тщетно, ибо [356] окончание ее найдено весьма необыкновенное, т.е. она впадает в болотистое озеро, которое иногда высыхает. Главная дорога, называемая Большая западная дорога (the Great Western Road), проведена от Сиднея до города Батурста на 140 миль; прочие дороги также весьма хороши, но не так велики.

Гавань Порт-Жаксон образует длинный залив, который имеет с обеих сторон несколько небольших бухт. При одной из сих бухт выстроен город, а весь залив составляет безопаснейшую гавань, закрытую от всех ветров и легко может вместить весь английский флот. На берегах строения еще мало, но когда будет больше, тогда внутренний вид сего залива будет картинный. При входе на южной стороне поставлен на возвышенности вертящийся новый маяк, называемый Маквари-Товер (Macquaree Tower).

Берега сего залива усеяны цветами и деревьями разного рода. Я сохранил по нескольку каждого растения, которые естествоиспытателями господами Эйхенвальдом и Фишером разобраны.

Названия сих растений сообщаю для любителей естественной истории.

Banksia serrata Банксия пилообразная
Hakea gibbosa Гакеа горбоватая
Pimelea rosea Жирновка розовая
Crawea saligna Кравея ивоподобная
Epacris grandiflora Островерьховка большецветная
Tetratheca ericfolia Четырехгнездка вересколистая
Bassutha filoformis Бассута нитеобразная
Casuarina torulosa Казуарина горбиковатая
Trevillea buxifolia Тревилея буколиственная
Acacia verticillata Акация иглистая
Boronia serrulata Барония пилковидная
Grevillea sericea Гревилея шелковистая
Banera rubioides Банера мареновидная
Platylobium formosum Плосколопастник красивый
Kennedya monophilla Кеннедия однолистная.
Stenanthera pinifolia Стенантера соснолистная.
Tulpea speciosissima Тулпея прекрасная.
Lambertia formosa Ламберция красивая.
Lomatia silaifolia Ломация деревяннолистая.
Lomatia ulnaefolia rigida Ломация аршиннолистая твердая
Callytriche tetragona Красовлас четырехгранный
Dillvynia pungens Дильвиния колючая.
Boronia rubioides Борония мареновидная. [357]
Banksia oblongifolia Банксия продолговатолистая
Acacia discolor Акация разноцветная
Correa speciosa Корея красивая
Dillignia grandis Дилигния большая
Pyltenea Пултенея.
Dillopnea
Gibberdia linearis Гибердия линейчатая.
Diuris elongata Двоехвостка вытянутая.
Acacia suaveolens Акация благовонная.
Ricinicarpos linifolia Рицинокарп.
Pultenea speciosa Пултенея красивая.
Lycopodium Плаун.
Conospermum taxifolium Шишкосеменник тисолистый
Conospermum confertum Шишкосеменник плотный
Fabricia laevigata Фабриция гладкая
Smilax tatifolia Смилакс широколистый
Isopogon anemonifotius Изопогон ветреничнолистый
Leucopogon microphyllum Левкопогон мелколистый
Cupressus Кипарис
Conospermum erectum Шишкосеменник прямой
Burckardia umbellata Буркардия зонтичная
Epacris pulchella Островерьховка пригожая
Azorella linifolia Азорелля льнолистая
Uter
Graphalium ericaefotium Сушеница вересколистая
Pultenea villosa Пултенея косматая
Clematis aristata Ломонос колосистый
Gnaphalium diosmo folium Сушеница благовонноколистая
Mirbelia reticulata Мирбелия сетчатая
Comesperma conferta Влососеменник плотный
Acacia linifolia Акация льнолистая
Lysinema pungens Лизинема колючая
Styphelia tubiflora Шероховатка трубчатоцветная
Pultenea stepularis Пултенея застрешная
Styphelia longifolia Шероховатка длиннолистая
Pultenea pyriformis Пултенея грушевидная

Набранные в саду у губернатора:

Dodonea lotifolia Доденея широколистая
Budleya carpodetus
Matrosideros lanceotata Шеламанник копьевидный [358]
Leptospermum ambiguum Мелкосеменник двусторонний
Melaleuca ericifolia Чернобелка вересколистая
Viminaria denudata Виминария обнаженная
Aster tomentosus Астра пушистая
Eriokelia major Ериокелия большая
Leptospermum florescens Мелкосеменник цветущий
Gompholobium grandiflorum Гамфолобий большецветный
Billardiera longiflora Билардиера длинноцветная
Eucalyptus resinifera Ершеник смолистый
Hyperivum Зверобой
Gnaphalium repens Сушеница ползущая
Baronia Барония
Melaleuca capitala Чернобелка головчатая
Obtusifolia Островерьховка туполистая
Elichrysum

Сидней. Главный город и порт в семи милях от входа в Порт-Жаксон, занимает ту часть мыса, которою Сидней-ков отделен от Лане-ков (Lane-cove), исключая самый мыс, где находится батарея Давес.

Глубина в заливе такова, что всякого рода корабли могут приставать к берегу. На восточном берегу Сидней-кова сад губернатора и правительству принадлежащий Ботанический сад, в котором стараются разводить произрастания всех стран; я послал для сего сада привезенные мною отаитские яблоки, сахарный тростник и кокосы с отростками и для сада господина Пайпера дал несколько кореньев таро.

Город выстроен не по общему плану. До прибытия губернатора Маквария мало занимались правильностью в построении, но теперь дома и улицы лучше; несколько общественных и частных строений таковы, что не обезобразили бы хорошие города в Европе. Как город занимает большое пространство, то при первом взгляде путешествователь может заключить, что число жителей велико, однакоже не превосходит одиннадцати тысяч. Домы по большей части в одно жилье и при каждом сад; цена их и наем квартир весьма дороги.

В Сиднее местопребывание губернатора; общественные здания следующие: одна церковь, а другую ныне отстраивают; гражданский и военный госпиталь, казармы военные и для ссылочных; сиротский дом для мальчиков, банк, два народные училища, небольшое Адмиралтейство, рабочий двор для общественных и казенных зданий, магазины, конюшни и проч.

Парамата. У окончания залива Жаксонского, при впадающей в залив узенькой речке с пресною водою. Сведение о сем городе [359] сообщено в первой части, при первом моем пребывании в Порт-Жаксоне. Число жителей простирается до 4000.

Виндзор. В тридцати пяти милях от Сиднея, близ соединения рек Соут-крик (South-creek) и Гавкесбури (Hawkesbury), расположен на холме около 100 футов вышиною, строением одинаков с Параматою. В Виндзоре церковь, губернаторский дом, госпиталь и другие здания. Большая часть жителей состоит из поселян, в окружности живущих, нескольких мелочных купцов и ремесленников. Число всех их простирается до пяти тысяч. Река Гавкесбури в сем месте велика, и суда в сто тонн могут проходить четыре мили и далее селения; несколько выше соединяется с рекою Непеаном.

Ливерпуль. При берегах реки Георга, от Сиднея в восемнадцати милях, составляет средоточие между Сиднеем, Брингеллем (Bringelly), Кабраматою (Cabramatha) и семью островами (Seven Islands) и по таковому положению места со временем может быть большой важности. Река Георга почти в половину менее Гавкесбури, и суда о двадцати тоннах, чрез Ботанибей, доходят до сего места; иногда, но редко и не высоко, выступает из берегов.

Так называемые «паствы» заключаются между рекою Непеаном, Синими горами и кустарниками; границы их в виде продолговатого эллипса, пространство около 100 тысяч акров.

Сие место получило название от следующего случая: спустя несколько недель по прибытии губернатора Филиппса пропали три коровы и два вола, которые были привезены с мыса Доброй Надежды; полагали, что природные жители их убили. Спустя семь лет возвратился один беглый из ссылочных с известием, что нашел несколько сот рогатого скота; сие побудило бывшего в сие время губернатора Гунтера туда отправиться, и он увидел, что донесение не ложно. Правительство дало повеление сей рогатый скот не истреблять, дабы размножился и принес пользу колонии. К сожалению, как я уже выше заметил, сие служило пособием беглецам: проживая по близости, они не нуждались в пропитании. При всем том стада размножались так, что в 1814 и 1815 годах всего пасшегося скота насчитали от десяти до двенадцати тысяч. Потом по причине случившейся засухи все вымерли, а между тем как бедные окрестные поселяне, так и ссылочные, много употребили в пищу; полагают, что ныне осталось не более 400.

По английским законам вор, укравший скотину, должен быть повешен, но таковой приговор совершен только над тремя виновными. Ныне обличенных в сей краже отсылают на положенный срок в Нью-Кастль.

Пять островов (Five Islands). Воды, пересекающие в разных направлениях сию часть берега, при первом взгляде кажутся [360] образующими острова, что и было поводом к наименованию сей части твердой земли островами.

Округ сей начинается на сорок миль к югу от Сиднея и простирается до реки Мелководной гавани (Shoalls-Haven). Как по сей реке суда от семидесяти до восьмидесяти тонн могут ходить почти на двадцать миль, то округ пяти островов имеет против других большие выгоды, а притом и почва земли лучше. Единственный проход берегом так крут, что с опасностью на верховой лошади по оному проезжают; в сем округе торгующие скотом содержат свои запасы. Растения прекрасные и во множестве, между прочим деревья, называемые англичанами цедры, употребляемые по мягкости их преимущественно на мебели, обшивку мелких судов и другие изделия.

Нью-Кастль (Newcastle, или Coal River). Округ сей и река получили название от угольных слоев, в окрестности находящихся. Уголь добывают ссылочными, которых присылают в Нью-Кастль, ежели поведение их в Новом Валлисе сделалось хуже. Около 700 человек сих преступников разрабатывают и столько добывают угля, что правительство имеет оного в излишестве. В сем округе великое множество устриц, из их раковин выжигают великое количество извести.

В гавани Нью-Кастельской несколько песчаных мелей, однакоже глубины достаточно для судов в 300 тонн; в окрестностях много цедровых дерев; но вырублено столько, что хороших не иначе достать можно, как за сто миль вверх по реке. Начальник в Нью-Кастле, капитан, имеет неограниченную власть, исключая на смертную казнь.

Порт-Маквария. Сия гавань найдена в прошедшем годе в 170 милях от Нью-Кастля. Река, из внутренних стран текущая, впадает в гавань, а как в окрестностях открыто много каменного угля, кремня и железа, то наверное сказать можно, что правительство в скором времени заселит сие место.

Климат, особенно во внутренних странах Нового Южного Валлиса, весьма здоров, невзирая, что летом жар бывает несносный, во время жарких ветров. В самые знойные дни летних месяцев декабря, генваря и февраля в Сиднее ртуть в термометре поднимается до 80-ти, 85-ти и 90-та градусов по разделению Фаренгейта, но от благотворного северо-восточного ветра, с месяц продолжающегося, с девяти часов утра до шести часов вечера, жар некоторым образом сносен; ветр WSW или W следует за NW и дует во всю ночь. В самые знойные дни ветр отходит к северу и производит бурю, которая, однакож продолжается не более одних или двух суток.

Жаркие ветры дуют от NW и WNW, и сила их жара умножается от великого пространства нагретой ими земли; в сие время периодические ветры перестают, и обыкновенно следует [361] холодный южный бурный ветр и дожди; термометр опускается до 66° по Фаренгейтову размерению.

В продолжение трех летних месяцев бывают ужасные бури; молния, громы и проливные дожди освежают землю. Ежели детом в течение одного месяца нет дождей, тогда трава, ручейки и пруды высыхают, люди и скот терпят великий недостаток. В продолжение зимних месяцев ртуть в термометре опускается по утрам до 40 и 45°, а в полдень поднимается до 55 и 60°.

Болезни. В Новой Голландии — по большей части чахотка и кровавый понос. Врачи утверждают, что первая происходит от частой перемены температуры в воздухе, а вторая от многого питья воды и последовавшей потом простуды.

Ископаемые. В открытии минералов еще мало сделано успехов, ибо никто из переселившихся не принимается заторные промыслы. Накипи железа почти везде показываются, золото и медь также недавно открыты, и не подвержено сомнению, что в недрах сей обширной страны находятся благородные металлы и камни. Тяжеловесы 204 Новой Голландии превосходят американские и мало чем уступают бриллиантам.

Четвероногие животные. Хотя мало разных пород, но они почти все отличаются особенным видом от находящихся в других частях света, например:

Оппосум. Летяги разных пород; иные величиною с кошку. В Новую Голландию были привезены для разведения зайцы, но ныне их не видно; вероятно, природные жители перебили или ядовитые змеи истребили.

Кангуру. Во множестве во всех местах; они так смелы, что подходят к самым селениям, где их убивают в большом количестве. Прыгают весьма быстро на задних ногах; их стреляют из ружей и травят борзыми собаками. Кангуру весьма полезны. Кроме вкусного их мяса для пищи, хорошую шерсть и кожу выделывают и употребляют на обувь.

Кангуру-крыса многим менее первой, но во всем похожа на обыкновенную кангуру.

Дикие собаки — смесь между собакою и лисицею; не лают, людям никакого вреда не делают, а заедают овец и уносят кур.

Вомбат (Phascolomis Wombat) — весьма похож на маленького медвежонка, серого цвета, водится за Синими горами.

Утконосы (Omithrinous) достойны особенного примечания. Водятся, как поныне известно, только в Новом Южном Валлисе, длиною иногда до двух футов. На всех четырех ногах длинные, перепонкою соединенные пальцы с когтями, на задних ногах с боков шпоры, подобно как у петухов; сими шпорами защищаются. Слуга г-на Жемесона, поймав одного утконоса у берега озера, был уколот шпорою, вдруг открылись все те же признаки, как от уязвления змеи, однакож он выздоровел. По [362] рассмотрении сих шпор, оказалось, что в самой оконечности оных отверстие, из коего утконос испускает яд.

Сие животное имеет нос плоский, роговатый и похожий на утиный, шерсть довольно мягкую, подобную бобровой, под брюхом белесоватую. Секретарь, сопровождавший комиссионера Бига, сказывал, что они анатомили одного утконоса и нашли в нем яйца; сие доказывает, что утконосы не одним только клювом, но и воспровождением [способом размножения] походят на птиц.

Птиц разнообразных в Новой Голландии весьма много; отличаются видом и превосходными перьями, и именно: эму, или новоголландский казуар, черные лебеди, фазаны новоголландские, какаду белые и черные, несколько пород попугаев, как то: королевские розетки синегорские; много параклитов; различных пород зимородки, некоторые значительной величины; птица, называемая аббатом, величиною с голубя, дымчатого цвета, с голою шеею и головою, на носу небольшой горб; перепелки, голуби, вороны и многие другие. У некоторых птиц замечания достойна перемена цвета перьев по возрасту, особенно у попугаев, так что можно одну и ту же породу принять за две совершенно различные породы, например молодые королевские попугаи зеленые имеют только под брюхом едва слабые красные перья, но по прошествии трех лет вся голова и шея и подбрюшье принимают красный цвет. В сем я удостоверился, имея с собою в путешествии королевских попугаев, которые все по возвращении моем в Петербург, в августе 1822 года, линяли и после того на голове и шее выросли перья красные вместо зеленых.

В Новой Голландии множество змей и ящериц; первых мы не видали длиннее восьми футов, а последних от шести дюймов до двух футов. Природные жители их боятся, особенно змей; но убив, охотно едят их мясо. Нам рассказывали, что некоторые европейцы так же едят и что женщины пристрастились к сей пище.

ЗЕМЛЯ ВАНДИМЕНА 205

Берега сего обширного острова на взгляд лучше берегов Новой Голландии, внутренние части без исключения все удобны для земледелия. Весь остров горист, а на многих вершинах гор большие озера — источники рек: Дервента, Гуонатамора и других. Хорошие гавани следующие: Дервент, Порт-Дави, Порт-Маквари, Порт-Дальримпль и Аустер-Бай.

В Земле Вандимена нет тех деревьев, которые во множестве растут в Новом Южном Валлисе, но в черном дереве, сосне гуанской и дереве тас изобилие; последнее весьма крепко имеет [363] приятный запах; трава многим лучше, нежели в Новом Южном Валлисе, и оттого рогатый скот, особенно овцы, весьма размножились; пшеница также лучше, и можно сказать, что Земля Вандимен — запасный магазин английской колонии.

Капитаном Куком обретен остров к востоку от Новой Голландии и назван Норфольк. На сей остров при основании колонии в Новом Южном Валлисе привезены поселенцы и по причине чрезвычайной его плодоносности ожидали, что будет доставлять хлеб; но как при острове Норфольке нет безопасного якорного места и удобной пристани для гребных судов, то поселенцы свезены, невзирая на все чрезвычайные преимущества почвы земли, и в 1803 году избрали Землю Вандимена, где плодородие одинаково с островом Норфольком и, сверх того, при берегах находятся хорошие закрытые и безопасные гавани.

Земля Вандимена изобилует железом, медью, квасцами, каменным угольем, шифером, известковым камнем и базальтом, но золота и серебра до сего времени еще не сыскано. На Синих горах золотая руда открыта в 1820 году натуралистом Штейном, который был с г-ном капитан-лейтенантом Васильевым в путешествии вокруг света.

Природные жители Земли Вандимена в беспрерывной вражде с европейцами; часто истребляют стада их овец, не по нужде, а единственно, чтобы нанести чувствительный вред своим неприятелям. Ненавидят вообще всех европейцев, но так боятся огнестрельного оружия, что три человека, оным вооруженные, могут пройти безопасно весь остров.

Причина толь глубоко вкорененной ненависти природных жителей к европейцам произошла от непростительного поступка первых английских пришельцев к реке Дервент. Вандименцы изъявили сим гостям дружбу и приверженность, конечно и поныне продолжали бы поступать таковым же образом, ежели бы начальствующий офицер не приказал в них стрелять картечью, полагая, что сии добродушные люди, привлеченные любопытством, имеют неприязненные намерения. Неожидаемый выстрел произвел ужасное впечатление в диких; все дружелюбные сношения мгновенно прервались, и ненависть их к пришельцам дошла до такой степени, что о примирении и теперь еще помыслить невозможно.

Правление. Землею Вандимен управляет вице-губернатор, который назначается от английского правительства, и обыкновенно полковник, состоит под начальством губернатора в Новом Южном Валлисе.

Управление и постановления в обеих областях одинаковы, с тою разностию, что управляющий Землею Вандимен не может ссылочным даровать свободу и раздавать земли без согласия губернатора. [364]

Для производства суда одно присутственное место, под председательством вице-губернатора, разбирает также долги до 50 фунт, стерлингов, свыше сей суммы поступают на рассмотрение в верховный суд в Сиднее. Убийц, разбойников положено отправлять в уголовный суд в Сидней, но по причине великих издержек, сие редко исполняют.

В селении на Земле Вандимен весьма мало оборонительных средств. Все войска состоят из двух малочисленных рот солдат. По сей причине толпы ссылочных убегали и в продолжение — 6 и 7 лет без наказания попускались на всякие преступления, даже писали письма с угрозами вице-губернатору и другим чиновникам и жгли их владения. Напоследок приняты строгие меры, многие ссылочные добровольно покорились и их простили, другие пойманы товарищами и наказаны. В селении ныне покойнее.

В кассе полиции прошедшего года было более 6000 фунтов стерлингов. Суммы сии употребляют на те же расходы, как и в Новом Южном Валлисе.

Гобарт-Тоун (Hobart Town). Главный город и местопребывание вице-губернатора, от устья реки Дервент в девяти милях, основан не более шестнадцати лет, не так хорошо выстроен, как Парамата, расположен на двух холмах, посреди коих проток лучшей воды, выходящей из горы Стола 206; название сие дано горе по сходству ее с горою Стола на мысе Доброй Надежды. В течение девяти месяцев она покрыта снегом и ужасные ветры дуют вокруг.

Дервент. Гавань и вход в реку сего же названия, не уступает никакой гавани и лучше многих. Река имеет два входа, которые разделены островом Пита 207; один залив называют Дантре-Касто, а другой Бурный 208.

Река Дервент имеет довольную глубину, суда всякого рода могут входить на одиннадцать миль далее города Гобарта; пролив Дантре-Касто образует от порта Коллинс до города Гобарта хорошую безопасную гавань, в коей глубина от четырех до тридцати сажен.

Бурный залив открыт от юга и юго-востока, исключая некоторых мест, где суда по нужде могут укрываться. Лучшее убежище залив Адвентюр, хотя открыт с северо-восточной стороны, но несколько защищен островом Пингвинов, и суда, снабженные хорошими якорями и таковыми же канатами, могут стоять на якоре.

Бурный залив ведет к другой хорошей гавани, называемой Северным заливом 209; сия гавань имеет шестнадцать миль в длину и в некоторых местах ширины шесть с половиной миль; в большой части залива хороший грунт, глубина от двух до пятнадцати сажен. [365]

Залив Норфольк в Северном заливе образует гавань длиною в девять миль; лучше всех защищен от ветров и нигде не имеет глубины менее четырех сажен. Вообще заливы сии наполнены китами, которые обыкновенно в ноябре месяце оставляют неизмеримые глубины океана, дабы здесь воспроизводиться; для сего выбирают спокойные воды и пребывают в оных около трех месяцев.

Порт Дальримпль. Обретен капитаном Флиндерсом в 1798 году и так назван губернатором Гунтером, находится при устье реки Тамары, которая протекает северный берег Земли Вандимен и впадает в пролив Бака.

Лаунчестоун — при той же реке. По причине нездорового воздуха вокруг сего места четыре года тому назад заложен другой город, на три мили далее вверх реки и назван Георг-Тоун. Военный начальник имеет пребывание в сем городе. В нескольких милях от Лаунчестоуна груды железных штуфов, которые так богаты, что содержат на 70 процентов металла. Рудников еще не обрабатывают по причине малолюдства поселенцев в Новом Южном Валлисе.

Климат в Земле Вандимен для европейцев благоприятнее, нежели в Порт-Жаксоне, ибо не производит великих внезапных перемен в температуре воздуха: летом не слишком жарко, а зимою не слишком холодно. Зима, конечно, несколько холоднее, нежели в Новом Южном Валлисе, и вершины гор бывают покрыты снегом, но в долинах редко снег остается на несколько часов. Разность в температуре воздуха Порт-Жаксона и города Гобарта до 10° по Фаренгейтову термометру 210.


Комментарии

202. Бумеранг.

203. Озера Батурет и Джордж.

204. Топазы.

205. Остров Тасмания.

206. Гора Веллингтон.

207. Острова Бруни.

208. Сторм-бей

209. Норт-бей.

210. 5,6° по Цельсию.

Текст воспроизведен по изданию: Двукратные изыскания в южном Ледовитом океане и плавание вокруг света в продолжение 1819, 20 и 21 гг., совершенные на шлюпах "Восток" и "Мирный" под начальством капитана Беллинсгаузена, командира шлюпа "Востока", шлюпом "Мирный" командовал лейтенант Лазарев. М. Географгиз. 1960

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.