Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Один или два договора Филиппа Орлика с Турцией в начале второго десятилетия восемнадцатого века?

1

В году 1916 в Киеве, в т. 2 Сборника, изданного Киевской комиссией для рассмотрения древних актов, был опубликован из сборника Василя Александренко латинский перевод договора гетмана Филиппа Орлика с Турцией султана Ахмета III (1703-1730). Это была современная копия, приложенная к письму Орлика, отправленного им 25 июля 1721 г. графу Якобу Гейнриху Флемингу (1667-1728), возглавлявшему саксонско-польскую политику; она хранится в Государственном архиве в городе Дрездене 1. Текст договора, названного в заголовке privilegium (привилей), в украинском переводе такой:


«Мы, божьей заботой, что всем руководит и управляет, Великий Господин Ахмет [III] Султан, сын Мехмета, сына Ибрагима Султана, Император 2 Турок, а также Мекки, Медины и Иерусалима.

В связи с тем, что выдающийся среди христианских владетелями, славный гетман 3 козаков как украинских, так и Запорожских 4, Филипп Орлик (пусть его последние дни славно завершатся) 5 – пришёл с козаками украинскими и запорожскими искать от московской угрозы убежища под крыло нашей непобедимой защиты, под власть нашу императорскую, и наияснейший и наивельможный хан Татар крымских и иных, Девлет Гирей, – дай Бог ему увеличения силы и счастья 6, доносил нам, что Украина по этот берег Днепра (Правобережная) 7, которую мы в прошлом году вырвали у царя Москалей нашей непобедимой армией на реке Пруте [летом 1711 г.], которая издавна была под властью Козаков и основой их поселения, где также ранее Петро Дорошенко, гетман запорожцев и Украинцев, пребывал и владел со всем свои народом. Посему, Мы и наияснейший и наивельможный Хан, извещаем этим же, что Украина по этот берег Днепра возвращается под управление нынешнего наияснейшего гетмана Филиппа Орлика, и также она восстанавливается во владении козаков, как их дедичная земля. Таким образом, Мы эту Украину по эту сторону Днепра, которая на основании военного права перешла к нашему непобедимому императорству от московского царя, предаём и милостиво уступаем в полное владение выше именованному гетману козаков украинских и запорожских, наияснейшему Филиппу Орлику и его преемникам, гетманам украинским и запорожским. Он как и его преемники должны иметь высшую власть над козаками украинскими и запорожскими, и владетельное право жизни и смерти над ними 8, без права отзыва со стороны подданных его или преемников его к нашей Высокой Порте 9.

Пусть козаки и весь народ украинский имеют всегда свободу – после нынешнего гетмана – избирать себе свободными голосами своего гетмана. Никто со стороны нашего высокого императорства не должен вмешиваться в их права и вольности, и ни под каким особым предлогом не должны собираться с них никакие общие налоги. Но оставаясь под нашим [308] непобедимым покровительством, они обязаны своим войском нашей армии в военных походах против будь-каких врагов нашего наияснейшего императорства и вспомоществовать в меру своих возможностей.

Пусть их нынешний гетман и его преемники держат свободно Украину по эту сторону Днепра на основании того закона и правила, что имел его предшественник Петро Дорошенко, когда находился под протекцией нашего наияснейшего императорства. Пусть он там свободно правит, руководит и поддерживает порядок согласно их давним законам, по эту сторону Днепра, за исключением Киева с прилегающими малыми местечками, который мы вместе с потусторонней Украиной 10 уступили Москалям и признали их за ними.

Уповаем от нашего имени и наших наичестнейших преемников, что если нынешний гетман и его преемники будут стойко и неизменно всегда оставаться верными в отношении нас и нашего императорства со всеми отрядами своих козаков и всего украинского народа, и держаться вечно нашей опеки, как здесь написано – ничего плохого и никакая несправедливость или насилие не постигнет их земли и их самих.

Поэтому мы дали наш благой и наимилостивейший привилей 11 нынешнему наияснейшему гетману Филиппу Орлику и его преемникам, доверяем его воодушевлению, что он сам устоит в твёрдой верности нам, и что всё, что в том нашем привилее написано, будет нерушимым и неумалимо выдержано нашими достойными преемниками и наивысшими визирями.

Пусть нынешний Гетман и его преемники со всеми своими козаками украинскими и запорожскими и весь народ, который живёт по эту сторону Днепра, остаются под нашим покровительством, милостью и благоволением. Пусть знают [это] и верят этому нашему знаку (тур. tughra).

Дан в нашем императорском городе [Константинополе] дня 5 марта лета Магомета 1124» 12.


2

Пять лет спустя после первой мировой войны Илько Борщак, который работал в Париже, обнаружил французский перевод текста договора Филиппа Орлика и опубликовал его в 1924 г. в Записках НТШ 13. Текст не совпадал с переводом с латинского, приведённым выше.

Ниже приводится перевод на украинский с одной из копий, которые хранятся в Архиве министерства иностранных дел в Париже 14.


«Грамота 15 Великого Господина Султана Ахмета [III], который гарантирует гетману Филиппу Орлику владение всей Украиной 16, переведённая с оригинала господином Де Лария, переводчиком короля, переданная кардиналу Флери 17.

Эта шляхетная грамота 18, скреплённая императорскими печатями 19, дана для извещения, что наиславный среди великих господ Иисусовой религии, Филипп Орлик, гетман козаков, которые живут на обоих берегах Днепра, а также запорожского народа 20 – пусть его последние дни славно завершатся 21 – прислал к нам в качестве послов очень высокопоставленных и уважаемых господ: Костянтин Костя – кошевой отаман Войска Запорожского, Дмитро Горленко – прилуцкий полковник, Клим Довгополый – генеральный судья, Иван Максимович – генеральный писарь, Григор Герцик – генеральный осаул и Кирилл – полковник 22.

Упомянутые господа, прибыв в нашу счастливую Порту, просили разрешения подать следующие их условия 23.

Посему, беря во внимание смирение, которое они (украинцы) засвидетельствовали нашему императорству:

1. Они будут вольны избирать 24 и низлагать 25 своих гетманов. [309]

2. Никто, кроме них самих, не должен интересоваться и управлять делами их народа 26.

3. Под предлогом того, что Козаки обоих сторон Днепра и Запорожцы будут подвластны Порте, нельзя будет требовать от них земельного налога и никаких прочих повинностей, и никаких иных требований.

4. При условии, что в будущем выше названный народ козацкий и запорожский будет твёрд и постоянен в своих клятвах, он не будет иметь никаких притеснений и неприятностей в отношении своих земельных владений.

[5]. Их товары, которые они будут отправлять в наши края, будут облагаться только пошлиной на товары и иное движимое имущество без каких бы то ни было оплат 27.

[6]. По просьбе упомянутых выше козацких и запорожских послов, и по желанию наияснейшего хана Татар Девлет Гирея – да пребудет его величие во веки 28 – мы дали своё императорское согласие на перечисленные здесь статьи, при условии, что если наши непобедимые и неисчислимые армии двинутся войной на днепровскую территорию, выше упомянутый народ отрядит к нашему войску столько, сколько будет возможно, и будет осуществлять военные действия совместно. Для гарантии всех этих обязательств, старший сын гетмана будет заложником в руках хана Татар 29.

На этих условиях мы постановили дать этот императорский диплом и согласились на условия и статьи, которые здесь приведены, так как мы желаем, чтобы они были точно исполнены. И поскольку выше упомянутые народы будут тверды и постоянны в своих клятвах, никогда ни с нашей стороны, ни со стороны наших славных преемников, ни от их визирей и министров, а также иных лиц не будет ничего неприятного сделано в отношении этих народов. Напротив, они и их дети все будут иметь особую приязнь в нашем славном доме, который принял их под сень своего покровительства.

Дана в городе Константинополе в середине декады месяца Зиль ка? де лета Хиджры 1123» 30


3

Борщак был прав, когда полагал, что турецкие архивы позволят разрешить расхождения между французским и латинским переводами, а особенно в деле – какая Украина была предметом договора, Обоебережная или только Правобережная.

В Турецком Государственном Архиве в Стамбуле обнаружен оригинал французского перевода 31; оригинал латинского текста пока не найден.

Ниже привожу текст турецкого оригинала в украинском переводе. К статье приложены факсимиле и транскрипция грамоты.


«Императорская грамота 32 следующая.

Получатели великой императорской грамоты Кагана 33, те, которые прибыли в высокий центр счастья, в мою Высокую Порту 34 небесной власти, те, которые были посланы как послы славы властителей христианской религии Филиппом Орликом, гетманом Украины 35 Обоих Берегов Днепра (Гетманщины) и Войска Запорожского 36 – да закончатся его (гетмана) дни славно 37 – те [послы] такие выдающиеся люди христианской религии:

Костянтин Гордиенко, кошевой отаман; Дмитро Горленко – прилуцкий полковник; Клим Долгополый – генеральный судья; Иван Максимович – генеральный писарь; Григор Герцик – генеральный осавул, и полковник Карп – командант трёх тысяч 38 – да закончатся их дни хорошо! 39 [310]

Козаки Украины 40 и Запорожья находятся в моём вечном правлении [на таких условиях]: 41

[1] Выборы и низложение гетмана остаются в их [козаков] руках;

[2] Решение их [козаков] дел отдаётся им самим.

[3] Они (украинцы) будут иметь статус подданных 42; их не будут обременять никакими налогами 43, ни требовать с них хараджа 44.

[4] Упомянутое население должно неукоснительно придерживаться своих договорных обязательств.

[5] До тех пор, пока они будут держать своё слово, они не будут подвергаться ни вмешательству [турецких властей], ни нападениям [турецких карательных армий], в отношении их земель и других дел.

[6] Если [украинские] купцы придут торговать в хорошо защищённые [Богом] [османские] края, с них будут собирать только пошлину с их товаров и [иного движимого] имущества, и они не будут иметь никаких оных оплат.

Помимо этого, они (украинские послы) нижайше просили, чтобы им было выдано подтверждение [выше упомянутых пунктов], их высочество – настоящий предводитель, который счастлив своими делами – Хан Крыма Девлет Гирей – да пребудет в славе своей 45 – также настаивал, чтобы отнеслись благосклонно к хлопотам и прошениям Козаков Украины и Запорожья, перечисленных выше.

Он (хан) также просил выставить условие, чтобы сын гетмана, который будет упомянутым народом (украинцами) избран среди себя, оставался как заложник у хана Крыма 46.

Милость моего императорского соизволения была дарована их (украинцев) прошению при условии, что:

[а] в случае, когда мои непобедимые (турецкие) войска будут воевать в краях, близких к ним, упомянутый народ (украинцы) должен послать со своей стороны воинов, сколько будет возможно;

[б] они (украинцы и турки) должны друг другу помогать и маневрировать вместе.

Как следствие, я издал и приказал [исполнить] эту счастливую грамоту. Выше упомянутые условия, как было выяснено, обсуждено выше и со всей определённостью установлено – в отношении упомянутого народа (украинцев) – должны оставаться в силе всегда, для того, чтоб они (украинцы) были непоколебимы и решительны [в исполнении] своих условий.

Никто из наших счастливых преемников, из Великих Визирей и из знаменитых министров, и из других [дигнитариев моего государства] не имеет права искажать [текст договора] или действиями нарушать прошение (украинское) и заявление (ханское).

Они сами и их дети должны быть охранены под тенью истинной благосклонности этой [османской] семьи (династии), [известной] своим великодушием и благодеянием.

Это вы должны знать. Вы должны верить этой благородной [султанской] монограмме 47.

[Дано в резиденции в Константинополе] в средней декаде [месяца] зиль-ка? де [лета от Хиджры] 1123». 48


4

Как выше упомянуто, Илько Борщак обратил внимание на то, что существует большая разница между латинским и французским текстами «договора» П. Орлика. «Он (латинский перевод) – пишет Борщак – более подобный и упоминает о Дорошенко, о чём французский документ молчит. Более того, и что важнее, наш экземпляр говорит обо всей Украине, а латинский – [311] только о Правобережье. Одно из двух: либо во французском посольстве по каким-то особенным, нам ныне неведомых причин, умышленно так перевели, либо возможно было два списка, один из которых более подробный. В отношении «Правобережья» и «всей Украины» нам непонятно. Только турецкие архивы могли бы пролить свет на этот вопрос.» 49.

Автор большой (и малой) монографии о Филиппе орлике, Борис Крупницкий (1938) 50, опираясь на латинскую копию письма Великого Визиря Юсуфа Паши к гетману П. Орлику от 18 апреля 1712 г. 51, признавал приоритет за латинским текстом. Но при этом он не объяснил происхождение французского текста.

Последний исследователь П. Орлика, Орест Субтельный, также принимает за истинный только латинский текст, который неправильно датирует «5 марта 1712 г.» (см. ниже). Относительно французской версии он полагает, что здесь мы имеем дело с мистификацией Орликов, отца и сына, которые переделали «Правобережную Украину» на «Украину обоих берегов Днепра» 52.

Как видим, прежние исследователи сформировали мнение, что тексты латинский и французский передают один и тот же турецкий оригинал. Почему то они не обратили внимание на то, что каждый из обоих текстов имеет различную юридическую базу: латинский текст – это возобновление вассалитета на условиях, которые принял Петро Дорошенко в 1672 г., тогда как французский текст исходит из новых оснований: переговоры украинской делегации с османским правительством и принятие последним статей, которые предложила украинская делегация 53.

Поэтому здесь необходимо принять во внимание в первую очередь данные османской дипломатии. Латинский перевод сделал с султанской грамоты типа name, характерной особенностью которой является то, что она начинается следующими тремя элементами: а) invocation (тур. temgid), то есть воззванием к Богу; в) султанским именем в форме монограммы (тур. tughra), и с) intitulation (тур. ‘unvan), то есть титулами султана 54. Это очень престижный и редкий тип документа, который султаны направляли другим владетелям, как исламским, так и неисламским, и он наиболее подходит к названию, которое сохранилось в латинском переводе как privilegium.

Все три названные дипломатические элементы присутствуют в тексте, который сохранился в латинском переводе, хотя они и приводятся в сокращённой форме:

a) Invocatio: divina, omnia gubernante et omnia moderante Providentia;

b) [расшифрованная] tunghra: Achmet Sultanus Filius Mechmet Sultani Filii Ibrahim Sultani;

c) Intitulatio: Nos… Magnus Dominus… Imperator Turcarum atque Mechae, Medina et Hierusalem.

Использованное здесь в латинском переводе Invocatio является формой типа huva ? l-ghaniy ? l-mu’in – «Он, Богатый, Помощник» 55.

Tughra воспроизведена точно, за исключением завершающей формулы: al-muzaffer, da’ima «всегда побеждающий» (semper victor), которая выпала.

Invocatio начинается всегда: ben ki sultan us-salatin… «Я, который султан над султанами…». В латинском тексте ему отвечает Nos, которое поставлено в самом начале грамоты.

Один из примеров Intitulatio (с некоторыми сокращениями) 56: ben ki sultan us-salatin, burhan ul-khavaqin, tag-bakhs khosrevan ruy-i zemin, zalla Allahu fi’l-ardein, Aq Denizung, ve Rum Elinung, ve Anadolunung ve… Halepung ve Misrung, Mekki-i muazzime ve Medine munevvertnung ve Quds-i Serifung… sultani ve padisahi. – Я, который султан над султанами, наивысший [312] среди каганов, тот кто делит земные короны, божья тень на земле, султан и властитель на Средиземном море и над Румелией и Анатолией… над Алеппо и Каиром, над почитаемой Меккой и просвещённой Мединой, и над Иерусалимом…»

В то время как name является личной грамотой султана к другому властителю, nisan является публичным документом, своего рода «универсалом» 57.

Типичным для nisan-а является то, что не начинается intitulatio-ей, а также не имеет inscription, торжественную формулу с именем и титулами адресата. Такого типа документ издавался тогда, когда султан давал кому-то особые групповые привилеи, как например Сулейман II Великий выдал Венеции так называемые «капитуляции» в форме nisan-а в 1540 г. 58

Договор от 1711 г. позиционирует себя собственно как nisan, и является «групповым» привелеем типа протекции (фр. перевод diplome).

С учётом дипломатического этикета возможно сделать следующее заключение: каждый из двух документов, данных Ахмедом III Орлику, относится к разному типу султанских грамот. Грамота от конца 1711 г. была нишан-ом (nisan – французский перевод diplome), тогда как грамота от 16 марта 1712 г. была намэ (name – латинский перевод privilegium). Так между прочим определяет её официальный историограф Ахмеда III, упомянутый уже Рашид: Orlik nam khatman tarajindan gelen ilcileri namesin taslim edip yine musa’adeyi mutazammin name-yi humayun ihsan olindi – «После того как послы, которые от гетмана по имени Орлик, вручили свою грамоту (name), милостиво даровали [им] императорскую грамоту (name-yi humzyun), которая вновь обеспечивает покровительство» 59.

* * *

Кроме того, оба текста, латинский и французский, имеют разные даты. Тут опять удивительно, что исследователи на это не обратили внимания. В латинском тексте стоит «die 5 Martii Anno Mahometis 1124», тогда как во французском тексте имеем «dans le milieu de la zilkade, l’an de l’Egire 1123».

Латинский текст, в котором название месяца является «христианским», датируется не по мусульманскому, а по экономичному календарю, так называемому maliya, который был солнечным: приведённая дата отвечает 16 марта 1712 г., а не как указывает Субтельный «5 марта 1712 г.» 60

Дата во французском (как и в турецком!) тексте приведена в системе лунного исламского календаря (по 30 и 29 дней) с арабским названием его одиннадцатого месяца и указанием дня на исламский манер, то есть в системе данной декады; она отвечает «дню между 21 и 30 декабря 1711 года» 61.

Как видно, между обоими датами разница достигает почти на четверть года. Между концом декабря 1711 г. и серединой марта 1712 г. прошло много важного времени, особенно в связи с войной, насыщенной многочисленными военными и политическими событиями.

Теперь, когда у нас в руках турецкий текст, мы видим, что он был оригиналом французского перевода, таким образом, этот факт освобождает Орликов от обвинений намеренной фальсификации текста договора с Турцией.

С другой стороны, разница дат, содержания и формы, доказывает, что султан выдал украинскому посольству не одну, а две грамоты, как видимо при различных обстоятельствах – первую (nisan, diplome) между 25 и 28 декабря 1711 г., а вторую (name, privilegium) 16 марта 1712 г. Первый текст (турецкая и французская версия), который охватывал всю Украину, является более ранним, он от конца [313] 1711 г. Второй текст, который до сих пор известен только в латинском переводе, более поздний. Он касался только Правобережья (без Киева) и отвечал изменившейся военно-политической ситуации середины марта 1712 г. Но действительно ли тогда ситуация так сильно изменилась?

Прутский договор (12 июля 1711 г.), который отдавал Турции всю Украину (к стати, основание для грамоты от 25-28 декабря 1711 г.), не принёс окончания военных действий. Обе стороны, московская и турецкая, не говоря уже о Карле XII, воспринимали его как своего рода передышку. Собственно теперь турки и вознамерились разрешить украинскую проблему и пригласили Филиппа Орлика на переговоры в Константинополь 62. Орлик отправился туда, но его возвратили с полдороги угрозы Карла XII, который не желал, чтобы Орлик самостоятельно договаривался с Турцией 63. Тем не менее, под нажимом Запорожцев 64 Орлик отправил в Османскую столицу во главе с Дмитром Горленко, прилуцким полковником, свою делегацию, которой вручил разработанную им инструкцию, датированную: город Баба (Babadag в дельте Дуная), 3/14 ноября 1711 г. Именно в это время произошла смена Великого Визиря, которым стал 13 ноября 1711 г. бывший комендант (agha) янычаров, грузинского происхождения Юсуф Паша (занимал должность один год до 12 ноября 1712 г.). Можно поражаться активности украинских дипломатов, которые за каких-то 40 дней сумели заключить с турками очень выгодный договор (nisan), уже 25-28 декабря этого же года, который как упоминалось выше, сохранился как в турецком оригинале, так и во французском переводе (diplome) того же времени.

Но для турок проблема Украины не являлась основной, особенно когда гетман Филипп Орлик не проявлял большого желания тесно сотрудничать непосредственно с ними, а действовал опосредовано через Карла XII, а это оскорбляло турок, для которых при этом более важными были Азов и таганрогские укрепления. На основании Прутского договора Азов должен был возвратиться Турции, а таганрогские укрепления Москали должны были разрушить. Однако, Москали постоянно откладывали исполнение договора, вследствие чего Турки постоянно угрожали им войной 65. Но в январе 1712 г. Москали застали Турок врасплох тем, что наконец исполнили свои Прутские обязательства. Понятно, что это произошло не в следствие их пробудившейся совести по исполнению договорных обязательств, а потому, что Москали узнали об украино-турецких переговорах, и боялись, что Украина полностью отпадёт от них 66. Поэтому они сделали Туркам уступки. Последние также, после длительных и затяжных переговоров, сдали свои позиции в отношении Украины.

Глава украинской делегации Горленко видел изменения в турецких настроениях и поэтому передавал гетману из Истамбула необходимость обратиться к Крымскому хану, чтобы тот помог по крайней мере удержать за Украиной Орлика Киев 67, но было уже слишком поздно 68.

Уже 16 марта (н. ст.) Турки подготовили новый текст договора для Украины. Опираясь на текст договора с П. Дорошенко, они «во имя прошлого» ограничили П. Орлика только Правобережьем, но без Киева; это и есть текст грамоты, которая сохранилась в латинском переводе (nameprivilegium). Это новое (старое!) решение украинской проблемы проложило Туркам дорогу к новому перемирию с Москалями на 25 лет, которое было заключено в течение месяца 3/16 апреля 1712 г. 69 Это перемирие было оформлено в соответствии с выгодной для Москвы интерпретации Прутского договора 70.

Только теперь, после подписания соглашения с Москвой, Великий Визирь Юсуф Паша отправил своего доверенного Ибрагима Агу к Филиппу Орлику, который тогда находился в Бендерах, с султанской грамотой (nameprivilegium) от 16 марта 1712 г., с письмом Визиря «своему верному другу» гетману Филиппу Орлику. Он был написан в [314] Константинополе и имеет дату (по системе maliya, разъяснённой выше) «18 апреля 1123 г.» – 29 апреля (н. ст.) 1712 г. В том письме Юсуф Паша извещает Орлика, что гетманское посольство уже завершило свои дела и поэтому он его отпускает. В месте с тем он, Визирь, передаёт Орлику грамоту султана (privilegium) на Украину «по эту сторону Днепра» (in Ukraina ab hac parte Borysthenis) 71.

10 мая 1712 г. в Королевской канцелярии Карла XII в Бендерах уже имели копию новой султанской грамоты (name) для Орлика от 16 марта 1712 г. Королевский переводчик Amira сделал с неё латинский перевод, которым мы начинали эту статью 72.

* * *

Таким образом, тот факт, что в архивах сохранились два текста грамот султана Ахмеда III, выданных гетману Филиппу Орлику, вызван не позднейшими махинациями Орликов (отца и сына), а тем, что в ходе переговоров делегации Орлика в Истамбуле зимой 1711/1712 гг. были изданы две султанские грамоты, первая в конце 1711 г. (nisan diplome, отражённая в турецком оригинале и французском переводе), и вторая от 16 марта 1712 г. (nameprivilegium, сохранившуюся в латинском переводе).

Каждый из этих договоров отражает свою уникальную международную ситуацию, а установление факта издания султаном в течении четверти года для одной и той же украинской договаривающейся стороны таких двух, в значительной степени противоречивых между собой грамот, – является интересным и важным посылом для понимания данного этапа нашей истории и дипломатии Северной войны.

* * *

Однако между обоими договорами, так различающимися в отношении границ украинской территории, много общего. Основные внутриполитические, торговые и военные отношения остались теми же. Потому как оба договора базировались на инструкции гетмана Филиппа Орлика.

Речь идёт о защите украинской территории (хотя и в разных размерах в каждом из договоров), о праве украинцев назначать (и низлагать, хотя против последнего был гетман Орлик) гетманов, и решать все вопросы своей внутренней политики согласно со своими правами и вольностями, без вмешательства в них чужаков (турок). Украинцы в Османской системе не подлежали никакому налоговому обременению, то есть сохраняли свою экономическую политику. Их купцы получали право торговать без каких-либо оплат, кроме обычной пошлины, во всех краях Османской империи.

В случае войны, при условии. что османская армия находится неподалёку от украинской территории, украинские вооружённые силы должны им помогать в меру своих возможностей.

В обоих договорах нет также никаких ограничений в отношении иностранной политики гетманов и их правительств.

* * *

Но у историка возникает много вопросов, ещё не решённых, и которые, возможно, останутся нерешёнными, пока не появится новый доказательный материал в источниках.

Первый вопрос: была ли грамота от конца 1711 г. (nisan) также отправлена Орлику? Если да, то почему у него, так тщательно оберегавшего свои архивы, не сохранилась копия этого документа? А если нет, то почему? [315]

Второй комплекс вопросов. Как ловкий французский посол Дезайер, который смог добыть текст nisan-а (от конца 1711 г.), не знал ничего о существовании name (от 16 марта 1712 г.) и отправил своему правительству практически в это же время – 11 мая 1712 г. – уже собственно недействительный документ (nisan)? Кроме того, почему до Парижа дошло письмо Дезайера (и оно сохранилось), а текст посланного им в этом же письме nisan-а где-то пропал, так что в 1731 г. пришлось снова заказывать у Де Лария в Истамбуле новый перевод? Почему также name от 1712 г. не был переведён одновременно?

Третья серия вопросов: почему в Турецком Государственном Архиве среди копий султанских грамот сохранилась именно «первоначальная, уже недействительная» грамота от конца 1711 г. (nisan), а не «окончательная, действительная» грамота (name) от 16 марта 1712 г., хотя официальный историограф султана Ахмеда III, Рашид, рассказывая о посольстве Филиппа Орлика в 1711/1712 гг., говорит только о name от 1712 г., и не упоминает о nisan-е от 1711 г.?

Комментарии

1. Заголовок копии: Translatio Privilegij Imreratoris Turcarum, quod datum est Duci Zaporoviensium Philippo Orlik in posstssionem ab hac parte Borysthenis Ucrainae. Habita Benderae in Cancellaria Regia 1712 annj 10 Maij. Копия издана Александренко: Сборник статей и материалов по истории Юго-Западной России, издаваемый Комиссией для разбора древних актов. – К., 1916. – Вып. 2. – С. 75-77. См. примеч. 12.

2. В латинском тексте: Imperator.

3. В латинском тексте: dux, что в то время являлось латинским аналогом титула гетьман.

4. В латинском тексте: Dux Cosacorum tum Ukrainiensium tum Zaporoviensium. Позднее мы увидим, что в турецком тексте термину Ukrainiensis отвечает barabas, и Zaporoviensis – турецкое potgali. Очевидно, термин Ukrainiensis/ barabas означает житель Гетманской Украины. Во французском переводе имеется два таких определения: Козаки, живущие по обоим сторонам Днепра (les Cossaques qui habitent l’un et l’autre rivage de Borysthene) и /козаки/ запорожской нации (de meme que la Nation Zaporovienne).

5. То есть, «пусть он перед смертью своей всё-таки примет ислам и будет спасён» – это обычная формула в переписке с добрососедскими христианскими государями.

6. Формулировка пожелания в отношении мусульманского государя.

7. В латинском переводе: Украина по эту сторону Днепра (Ucrainam ab hac parte Borysthenis).

8. В латинском тексте: et jus vitae et jus despoticum. Это очевидно формулировка согласно османской идее власти.

9. Высокая Порта – обозначение всех органов власти Османского государства, от арабо-персидского Bab-i-’Ali – «Высокие Врата».

10. Латинский текст: Ucraina Citerior.

11. Латинский текст: privilegium (тур. name; см. вступительную и заключительную части данной статьи.

12. Эта дата отвечает 16 марта 1712 г. О ней см. ниже. Этот латинский перевод султанской грамоты, сделанный в 1712 г. переводчиком Карла XII по имени Amira, сохранился в двух копиях: 1) Staatsarchiv, Dresden, Doc. 698 (опубл.: Сборник статей и материалов…); см. примеч. 1; 2) Archiwum Czartoryskich, no. 498, fol. 101. Третья копия, которая хранилась в Варшаве (Archiwum Glowne Akt Dawnych) погибла во время Второй мировой войны; ранее её опубликовал Иван Огиенко: Варшавська збірка про Орлика // Записки Чину Св. Василiя Великого. – Львiв, 1935. – Т. 6: 1-2. – С. 208-209. Английский перевод см. Orest Subtelny. The Mazepisis. – New-York. – 1981. – P. 220-221.

13. Iлля Борщак. Гетьман Пилип Орлик i Францiя // Записки НТШ. – Львiв, 1924. – Т. 134-135. – С. 133-134; см. также там же, с. 85-87.

14. Ministere des Affaires Entrangers. Archives Diplomatiques, Paris. Correspondance politique. Turquie, t. 107, fol. 136-137 (ок. 1740 г.). Кроме этой копии имеется ещё две другие в этом же архиве: Cor. pol. Turquie, t. 51, fol. 21-22; Cor. pol. Pologne, t. 180, fol. 397; четвёртая копия, сделанная Григором Орликом в 1731 г., с его замечаниями, хранится в архиве замка Dinteville (ныне в Париже, частное собрание маркиза De la Ville-Beuge); пятая хранится в Государственном Архиве в Стокгольме, как одно из приложений к письму Григора Орлика Илленборгу (Gyllenborg), датирована 27 августа 1741 г. (Cossacica 2, fol. 188a-189b).

15. Во французском переводе: diplome.

15. Во французском тексте: la possession de toute l’Ukraine. Курсив наш – О.П.

17. Andre Hercule de Fleury (1653-1743), был последним из великих французских кардиналов, министров «Старого режима». Он руководил политикой французского государства с 1726 по 1743 гг. Текст Григора Орлика добавляет ещё: в 1731 г. (En 1731); здесь речь идёт о дате французского перевода.

18. По-османски (см. ниже): nisan, собственно, знак, цесарская грамота (с иранского).

19. Здесь также речь о птицеподобной монограмме султанов, именуемой по-турецки tughra.

20. См. примеч. 4. Курсив наш. – О.П.

21. См. примеч. 5.

22. Отправляя своих послов на переговоры с турецким султаном, гетман Пилип Орлик вручил им свою Инструкцию, составленную 3/14 ноября 1711 г. в турецком городе Баба (Babadag в дельте Дуная). В ней названы те же представители, что и в султанской грамоте, но есть два отличия: на первом месте, как глава делегации, указан Дмитро Горленко, тогда как Кость Гордиенко стоит в инструкции в самом конце. Кроме того, не упомянут в Инструкции Кирилл полковник (в турецком тексте: Карп). Инструкция П. Орлика была опубликована Иосифом Бодянским (см.: Переписка и другие бумаги шведского короля Карла XII, польского Станислава Лещинского, татарского хана, турецкого султана, Генерального Писаря Ф. Орлика… // Чтения в Императорском обществе истории и древностей российских. – М., 1847. – Кн. 1. – С. 61-66. На английский язык её перевёл Орест Субтельный (см. The Mazepists. – С. 241-220). Копия Инструкции сохранилась в собрании П. Орлика в Шведском архиве (Cossacica, 2, fol. 98-102). Сокращённая французская версия Инструкции, сделанная Григором Орликом в 1740 г., хранится в Архиве Министерства Иностранных дел в Париже (Cor. pol. Turquie. – T. 107, fol. 133).

23. Основные идеи договоров в основном согласуются с девятой статьёй Инструкции Орлика (публикация И. Бодянского, с. 64-65). В Инструкции Украина фигурирует всё время как по обе стороны Днепра (Ukraina ab utraque parte Borysthenis; см. также примеч. 4). Кроме того, там идёт речь о Войске Запорожском и народе Малой России (Ukraina… cum Execitu Zaporoviensi Genteque Parvae Rossiae). Особое внимание уделяется украинской православной церкви под верховенством Константинопольского патриарха.

24. Инструкция: Ut libera Ducum electio penes Esercitum Zaporoviensen maneat, nec ullo modo procuretur a Praefulgida Porta deposition eorum (Чтобы свободные выборы гетманов сохранялись в Войске Запорожском, чтобы Высокая Порта ни при каких условиях не низлагала их). Здесь и далее цитирую по стокгольмской копии П. Орлика.

25. На этом базируется – тут приведённая – турецкая концепция, что Войско Запорожское должно иметь право низлагать гетманов, против чего, по свидетельству Григора Орлика, выступал илип орлик. В тексте Дентвильской копии Григор дописал: Мой отец протестовал против этого артикула (NB mon Pere a proteste contre cet article).

26. Инструкция: Ut integritatem limitum, immunitatem libertatum, legume, iurium ac privilegiorum inviolabiliter conservent, sed ut libere iuribus et libertatibus suis Ukraina perpetuo gaudeat absque derogatione consititutionum eius a Praefulgida Porta (Чтобы берегли нерушимо неизменность границ, неприкосновенность свобод, законов, прав и привелеев, так чтобы Украина навсегда свободно пользовалась своими свободными правами и вольностями без умаления своих законов со стороны Высокой Порты).

27. Инструкция: Mercatoribus Ukrainensibus in Imperio Turcico et addictis ei regionibus libera sint commercia. Nimiae ab iis ne estorqueantur in theloniis exactions, sed partier ut Turcae a mercibus suis solvant (Пусть вольно будет украинским купцам торговать в Турецком Цесарстве и в краях ему подчинённых. Чтобы не взимали с них больших пошлин, но чтобы они платили за свои товары также, как Турки).

28. См. примеч. 6.

29. В своей копии текста султанской грамоты Григор Орлик добавляет на полях также: Мой отец не принял эту статью (mon Pere n’a pas voulu accepter cet article). В тексте издания Борщака эта статья попала в ненадлежащее место.

30. Эта дата приведена в исламо-османской системе лунного года, в которой месяц имеет по 20 и 29 дней; вместо точной даты после дня в исламской хронологии приводится только приблизительная дата, в которой названа только одна из трёх декад: начальная (1-10 дни), средняя (11-20 дни) и последняя (21-30 дни). Дата грамоты Орлику – «средняя декада» (то есть, 11-20) месяца зиль-ка‘де, что отвечает «около 21-30 декабря 1711 года». См. также ниже.

31. Государственный Архив в Истамбуле: T.C. Basbakalik; отдел Bab-i-’Ali, Name-i-humayun, 6-227. Я признателен своему ученику др. Виктору Остарчуку за присланные мне снимки грамоты.

32. В турецком тексте здесь стоит иранское слово nisan, о котором см. прим. 18.

33. Древний цесарский титул, засвидетельствованный также в Киевской Руси – например, «Каган Владимир» в «Слове митрополита Иллариона» (ок. 1040 г.).

34. См. прим. 9.

35. В турецком тексте: Barabas (см. прим. 4), они размещены на обеих сторонах Днепра (Ozi): Ozi Suyung iki tarafinda.

36. В турецком тексте: Potqali (см. прим. 4).

37. См. прим. 5.

38. Здесь, вероятно, речь идёт о наёмниках. Б. Крупницкий называет его: «какой-то полковник Кирило» (Б. Крупницкий. Гетьман Пилип Орлик. – Варшава, 1938. – С. 22).

39. См. прим. 5.

40. Турецкое re‘aya – «подданные, которые платят подать от земли, безотносительно к их религии».

41. Здесь в турецком тексте следует шесть непронумерованных условий, которые и утверждает султан.

42. См. прим. 39.

43. Турецкое tekalif – «налоги, нередко незаконные».

44. Турецкое kharag – «земельный налог на неверных».

45. См. прим. 6.

46. См. прим. 29.

47. См. прим. 19.

48. То есть, между 21 и 30 декабря 1711 г. Данные турецкого историографа Мехмеда Рашида (работал в 1714-1721 гг., умер в 1735 г.) позволяют сузить «среднюю декаду» до «приблизительно 25-28 декабря 1711 г.» См. Ta’rikh-i Rasid, второе издание (Истанбул, без года издания). – Т. 3. – С. 373; см. также прим. 57.

49. Илько Борщак. Гетьман Пилип Орлик… // Записки НТШ. – Т. 134-135. – С. 85, прим. 4.

50. Борис Крупицкий. Гетьман Пилип Орлик. – С. 72-73. См. также краткую новую редакцию этого же автора: Гетьман Пилип Орлик. – Мюнхен, 1956. – С. 31-33.

51. Издано Альфредом Енсеном в его собрании документов из Стокгольмского Архива (А. Енсен. Орлик у Швецii // Записки НТШ. – Львов, 1909. – Т. 92. – С. 156).

52. O. Subtelny. The Mazepists. – С. 99-103; 236. прим. 25; 156, прим. 5.

53. «Отсылая султанскую грамоту [то есть, текст договора Орлика с Турцией от конца 1711 г. – О. П.], – пишет Илько Борщак, Дезайер комментировал её в таких выражениях: «…Это дело не имеющее прецедентов, – козаки имеют условия более выгодные, нежели даже господари [Молдавские и Валашские – О.П.]…» (Илько Борщак. Гетьман Пилип Орлик… // Записки НТШ. – Т. 134-135. – С. 86-87. Дезайер (Pierre Puchot Des Alleurs) был французским послом в Константинополе в 1711-1718 гг. Текст оправленного им договора от 1711 г. пропал в Париже при неизвестных обстоятельствах. Поэтому в 1731 г. переводчику посольства De Laria пришлось сделать новый перевод, который задним числом поместили среди документов 1712 г.

54. О типах султанских грамот есть специальная монография: Josef Matuz. Das Kanzleiwesen Sultan Suleymans dts Praechtigen. – Wiesbaden, 1974. О name см. С. 92-114.

55. Примеры invocatio (и цитированного здесь) приведены в издании: Friedrich Kraelitz. Osmanische Urkunden in tuerkischer Sprache. – Wien, 1921. – С. 24.

56. Этот пример османского intitalatio взят из издания: Lajos Fekete. Einfuehrung in die osmanisch-tuerkische Diplomatik. – Budapest, 1926. - С. 13-14.

57. О nisan см.: J. Matuz. Das Kanzleiwesen… – С. 115-118 (прим. 53).

58. См. Wikhelm Lehmann. Der Friedensvertrag zwishen Venedig und der Tuerkei vom 2. Oktober 1540. – Bonn, 1936.

59. Ta’rikh-i Rasid, т. 3. – С. 383. Интересно, что грамота Орлика к султану также была типа личного документа (name).

60. О системе календаря maliya см.: Joachim Mayr. Osmanishe Zeitrechnung // Franz Babinger. Die Ceschitsschreiber der Osmanen und ihre Werke. – Leipzig, 1927. – S. 417-430; Das tuerkische Finanz – (Malijje) Jahr // Bertold Spueler. Wuestenfeld-Mahler’sche Vergleichungstabellen. – Wiesbaden, 1961. S. 33-36.

61. Эту дату можно несколько уточнить, поскольку своё короткое сообщение об украинском посольстве в Истамбул и договоре (Ameden-i ilci ez taraf-i Barabas ve Potqali – «Прибытие послов Украины и Сечи»), Рашид (см. прим. 47) поместил между событиями, которые произошли 14 дня зиль-ка’де, 1129 (24 декабря 1711 г.) и 19 дня того же месяца (29 декабря 1711 г.). Таким образом, для прибытия украинского посольства и для заключения договора остаётся время между 25 и 28 декабря 1711 г. Действительно, очень малое время! Финдиклили Мехмед Ага (1658-1723) в рукописном продолжении своей истории (Nusret name) не приводит никаких сведений о грамотах Орлика (Библиотека университета в Стамбуле, TY 5983).

62. Письма Великого Визиря Юсуфа Паши и Хана Девлет Гирея к Пилипу Орлику от 18 октября 1711 г. опубликовал И. Бодянский. (Переписка… – С. 54-55; см. прим. 22). О своих планах заключить договор с Турцией Орлик информировал своего «антигетмана» Ивана Скоропадского в своём письме к нему уже 20 сентября (1 октября) 1711 г. Письмо также опубликовано И. Бодянским (Переписка… – С. 54-56).

63. О том, как Карл XII препятствовал ему в переговорах с Турцией, вспоминал Орлик в своём письме к шведской королеве Ульрике Элеоноре (1718-1720) от 12 декабря 1718 г. См.: А. Енсен. Орлик в Швеции. – С. 130-131; см. прим. 50). В этом письме Орлик упоминает, что Везирь и Хан признавали за ним как Citeriorem Ucrainam («Украину по той стороне», которую намеревались отобрать у Москвы), так и Anteriorem Ucrainam («Украину по этой стороне»), которая была в их руках. См. ещё там же шведский перевод письма (с. 140-142; укр. перевод: с. 143-144).

64. Это было, без сомнения, причиной того, почему турки привели в списке украинской делегации на первом месте Кошевого Костя Гордиенко, а не (назначенного Орликом главой делегации) полковника Дмитра Горленко.

65. О ситуации см.: С.Ф. Орешкова. Русско-турецкие отношения в начале XVII в. (М., 1971) и соответствующие разделы монографии Б. Крупницкого от 1938 г. (прим. 37).

66. См. подробнее в сочинении С.Ф. Орешковой (Русско-турецкие отношения… – С. 152-158).

67. Издано: Н. Костомаров. Мазепа и мазепинцы. – С.-Петербург, 1885. – 2-е изд. – С. 663-664, прим. Но письмо Горленко не дошло до гетмана. Оно попало в руки канцелярии гетмана Ивана Скоропадского.

68. Сам Орлик был обеспокоен вопросом Киева и писал о необходимости единства Украины с Киевом в своём письме к Великому Везирю от 10/21 марта 1712 г. Видимо, того он ещё не имел текст грамоты от 16 марта того же года. Запоздалое письмо Орлика опубликовал Иосиф Бодянский (Переписка. – С. 57-58; см. прим. 22, также см. ниже).

69. С. Орешкова. Русско-турецкие отношения… – С. 162-164. Пётр I ратифицировал договор уже 20/31 мая 1712 г. Как я убедился в ЦГАДА в Москве нет ни документов Орлика, ни копии nisan-а от 1711, ни name от 1712 г.

70. К сожалению, глава украинской делегации Горленко не оставил своих воспоминаний обо всех сложных перипетиях переговоров с Турками.

71. Государственный архив в Стокгольме, Cossacica, 2; документ опубликовал Альфред Енсен (А. Енсен. Орлик в Швеции… – С. 156); см. также свидетельство самого Орлика о миссии Ибрагима Аги к нему в письме Орлика к шведскому королю Фридриху I (1720-1751), которое было зачитано на заседании Королевского Совета 26 апреля 1720 г. (А. Енсен. Орлик в Швеции… – С. 155).

72. См. прим 1.

 

Текст воспроизведен по изданию: Один чи два договори Пилипа Орлика з Туреччиною на початку другого десятиліття вісімнадцятого століття? // Український археографiчний щорічник. Нова серия, Вип. 1; Український археографічний збірник, Том 4. Київ. Наукова думка. 2001

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.