Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ИОАНН ЛУКЬЯНОВ

ХОЖЕНИЕ В СВЯТУЮ ЗЕМЛЮ

АРХЕОГРАФИЧЕСКИЙ ОБЗОР СПИСКОВ И РЕДАКЦИЙ "ХОЖДЕНИЯ В СВЯТУЮ ЗЕМЛЮ"

Первые известия об Иоанне Лукьянове и его "Хождении в Святую землю" относятся к 1862 г., когда Леонид (Кавелин) опубликовал по списку библиотеки Оптиной пустыни небольшой отрывок из этого произведения 1. Список, видимо, был дефектный, ибо Леонид не знал имени путешественника, упоминаемого в начале полных списков, и не принадлежал ко второй редакции произведения, где имя автора указано как во вступительной, так и в заключительной частях. В том же году А.М. Лазаревский напечатал в "Черниговском листке" фрагменты из путевых записок некоего старца Леонтия, посвященные Украине 2. Первое полное издание "Хождения" по третьей редакции произведения, где авторство текста приписано московскому священнику Иоанну Лукьянову, осуществил в "Русском архиве" П.И. Бартенев 3. В основу публикации был положен список, принадлежавший известному собирателю российских древностей С.А. Соболевскому. Эту рукопись он приобрел для собственной библиотеки в 1853 г. на распродаже имущества какого-то старообрядца в Орле.

Издание текста путевых записок Иоанна Лукьянова вызвало огромный резонанс в ученом мире, откликом на нее послужила серия статей и заметок в научных и популярных журналах, авторы которых пытались обнаружить в архивах и сообщить новые сведения о создателе "Хождения". Однако даже такой крупный специалист в области русской словесности, как П.И. [483] Бартенев был вынужден признать, что о писателе-паломнике и его книге практически ничего неизвестно: "С тех пор как владелец рукописи, так и ее издатель обращались в разное время с запросами об этом путешествии к следующим лицам: А.Ф. Бычкову, А.Х. Востокову, барону М.А. Корфу, А.Н. Муравьеву, новейшему путешественнику в Святую землю статс-секретарю Мансурову, A.C. Норову, М.П. Погодину, В.М. Ундольскому, A.C. Хомякову и другим знатокам отечественной старины, все попытки не только найти другой список путешествия, но хотя бы какое-нибудь известие о нем были напрасны. Из названных лиц одни словесно, другие письменно заявили, что путешествие Лукьянова им совсем неизвестно" 4.

В 60-70-е годы XIX в. в ряде изданий появились перепечатки отрывков из "Хождения" Иоанна Лукьянова. В 1865 г. в журнале "Духовная беседа" было опубликовано "Описание великия церкви Воскресения Христова священника И. Лукьянова" 5, причем издатели скрыли тот факт, что автор произведения был активным деятелем русской старообрядческой церкви петровского времени. В 1868 г. Н. Закревский напечатал отрывки из путевых записок Иоанна Лукьянова, посвященные достопримечательностям Киева 6. Несколько лет спустя Комиссия для разбора древних актов выпустила в свет том материалов, касающихся исторической топографии Киева; среди прочих документов здесь были опубликованы очерки из "Хождения в Святую землю" Иоанна Лукьянова с описанием Киева и его окрестностей 7.

Н.И. Субботин, высоко оценивший художественное своеобразие памятника, назвавший его "любопытным и во многих отношениях замечательным сказанием" 8, впервые поставил в один ряд публикации произведения старца Леонтия и священника Иоанна Лукьянова. Сравнив издания текста путевых записок в "Русском архиве" и "Калужских епархиальных ведомостях", исследователь пришел к выводу, что это разные списки одного произведения. Он привел описание города Калуги, которого не было в рукописи С.А. Соболевского, и ряд разночтений, обнаруженных в опубликованных списках. Год спустя П.И. Бартенев сообщил, что А.М. Лазаревский при публикации "Хождения" пользовался рукописями из библиотеки A.C. Уварова 9. [484]

Необычность судьбы Иоанна Лукьянова, своеобразие стиля его путевых записок не остались без внимания со стороны ученых-славистов. В периодической печати середины 60-х годов XIX столетия появились статьи, посвященные этому писателю. Г. Милорадович обосновал необходимость научного исследования "Хождения в Святую землю" 10. И. Нильский в рецензии-обзоре новых работ по истории старообрядчества опубликовал несколько отрывков из путевых записок, где речь шла об особенностях богослужения в греческой церкви, и дал им критическую оценку 11. Известный украинский историк и общественный деятель М. Максимович сумел прояснить вопрос о времени путешествия Лукьянова на христианский Восток, отнеся его к 1701-1703 гг. 12

В 1895 г. авторитетный ученый в области старообрядческого движения М.И. Лилеев, опираясь на ранее опубликованные документы о расколе в русской церкви 13, сделал весьма убедительную попытку отождествления автора "Хождения" Иоанна Лукьянова с ветковским старообрядческим священником старцем Леонтием. Работа исследователя содержит первый и до сих пор наиболее полный свод сведений о И. Лукьянове 14. Статья М.И. Лилеева вызвала полемику среди ученых. В "Византийском временнике", в разделе, посвященном новым публикациям и научным сообщениям, появилась аннотация работы М.И. Лилеева 15. С обстоятельным критическим анализом этого исследования выступил С.Т. Голубев, оспоривший мнение, что Иоанн Лукьянов и старец Леонтий — одно историческое лицо 16.

Оригинальный памятник старообрядческой паломнической литературы начала XVIII в. заинтересовал писателя и историка П.И. [485] Мельникова-Печерского. В "Очерках поповщины" он обосновал причины отправления на православный Восток старообрядческой делегации: "Поповские общины решили послать... к грекам хорошего человека, искусного в церковных уставах, чтобы он изведал, какова в самом деле у греков вера и можно ли от них принять епископа. Выбор пал на старца Леонтия..." 17.

Появившаяся в 1908 г. заметка B.C. Иконникова о Лукьянове обобщила сделанное исследователями XIX в. по изучению "Хождения в Святую землю" 18. Она носила компилятивный характер и не содержала новых данных о писателе и его произведении. Следующий этап в научном освоении "Хождения" связан с работами Б.М. Данцига, где произведение И. Лукьянова рассматривалось как важный источник сведений по истории, этнографии и географии начала XVIII столетия 19. Исследователь привел новые аргументы в пользу датировки путешествия 1701-1703, а не 1710-1711 годами, как это делал П.И. Бартенев. Паломническое хождение русского старообрядца попало в поле зрения зарубежных медиевистов. В 1976 г. профессор Зееманн опубликовал монографию о древнерусской путевой литературе, в которой несколько страниц посвятил произведению Лукьянова 20. Начиная с конца 70-х годов XX в., в отечественной науке также растет внимание исследователей к "Хождению" И. Лукьянова; в 1980-1990-е годы появляется цикл статей С.Н. Травникова об исторической основе и художественном своеобразии этого этого памятника 21. Книги исследователя, посвященные русской литературе петровского времени 22, включают произведение московского священника в контекст путевых записок конца XVII — первой трети XVIII столетия, рассматривая его в одном ряду с современными Иоанну Лукьянову паломническими "хождениями" (Макария и Сильвестра, Андрея Игнатьева, Ипполита Вишенского, Варлаама Леницкого и др.) и светскими "путешествиями" (П. Толстого, Б. Шереметева, А. Матвеева, Б. Куракина и др.). [486]

В настоящее время интерес ученых к "Хождению" Иоанна Лукьянова сосредоточен прежде всего на текстологической работе по выявлению и анализу списков и редакций произведения, без чего невозможны научная публикация памятника и его изучение специалистами разных областей знаний: историками и этнографами, литературоведами и лингвистами, философами и теологами, географами и культурологами. Возросло внимание исследователей и к собственно художественной стороне произведения, к его самобытному стилю. Об этом свидетельствует этапная в истории изучения памятника работа Н.В. Понырко, где "Хождение" Лукьянова рассматривается на фоне старообрядческой литературы, развивающей традиции школы протопопа Аввакума. В статье исследователя указаны 13 списков произведения и приведены краткие палеографические данные о них 23:

1. ГПБ (РНБ). F. IV. 319. XVIII в. (последняя четверть), 1°, 76 л., полуустав (список из собрания С.А. Соболевского);

2. ГПБ (РНБ). Q. IV. 410, XVIII в. (третья четверть), 4°, 272 л., полуустав;

3. ГПБ (РНБ), собр. Погодина, No 1543. XVIII в. (третья четверть), 4°, 255 л., скоропись;

4. ГПБ (РНБ), собр. Погодина, No1542. XVIII в. (вторая половина), 4°, 220 л., скоропись;

5. ИРЛИ, Древлехранилище, колл. Перетца, No 532. 1806 г., 4°, 93 л., скоропись;

6. ИРЛИ, Древлехранилище, колл. Смирнова, No 6. 1801-1806 гг., 4°, л. 121-130 об., полуустав;

7. ГИМ, собр. Уварова, No 1757. 1734 г., 4°, 150 л., скоропись;

8. ГИМ, собр. Уварова, No 1758. XIX в. (начало), 4°, 175 л., скоропись;

9. ГИМ, собр. Уварова, No 1759. XIX в., 4°, 165 л., скоропись;

10. Рукопись Черниговской духовной семинарии No 150. XVIII в. (конец), 4°, л. 226-342 24;

11. ГАКО (ГАТО), No 216 (1468). XVIII в. (вторая половина), 4°, 277 л., полуустав 25;

12. ГАКО (ГАТО), No 217 (448). 1762 г., 4°, 121 л., скоропись;

13. ГИМ, собр. Щукина, No 245. XVIII в. (конец), 4°, 166 л., скоропись.

По мнению Н.В. Понырко, все списки "Хождения" условно можно разделить на три варианта, отличающихся только началом при наличии мелких разночтений в основной части произведения. Первый вариант, согласно [487] классификации исследователя, представлен списком из рукописного собрания С.А. Соболевского. В нем произведение не имеет заглавия, начинается с проезжей грамоты, выданной московскому священнику Иоанну Лукьянову; за традиционным авторским вступлением следует повествование о паломничестве, начиная с Калуги. Второй вариант, самый распространенный (11 списков), имеет заглавие, где автором "Хождения" назван старец Леонтий, в нем нет вступления и проезжей грамоты, начальный пункт паломничества — Москва. Третий вариант известен по одному списку — рукопись ГПБ (РНБ). Q. IV. 410. В отличие от второго варианта, перед заглавием содержится авторское вступление с заменой имени Иоанн на Леонтий.

В результате усилий нескольких поколений ученых "Хождение в Святую землю" Иоанна Лукьянова было не только введено в научный оборот 26, но и стало предметом изучения в высшей школе 27, однако современное литературоведение не располагает ни научным изданием памятника, ни его комплексным монографическим исследованием.

Выявленные к настоящему времени списки "Хождения" Иоанна Лукьянова можно разделить на три редакционных вида, исходя из содержательных и структурных компонентов текста произведения. В описании редакций и списков выдержан хронологический принцип; рукописи, которые ранее не были учтены исследователями, выделены "звездочкой".

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ "ХОЖДЕНИЯ"

Первая редакция, созданная не ранее 1703 г., когда паломник возвратился в Россию, и не позднее 1734 г., которым датируется ранний из известных списков памятника, представлена следующими рукописями:

1. ГИМ. Собр. A.C. Уварова No 261 (1757). Рукопись 1734 г. (см. писцовую запись на л. 147 об.; водяной знак Красносельской фабрики в Санкт-Петербургской губернии — "Мельница Красносельская" — типа Тромонин, No 740 — 1733 г.; Клепиков, I, No 353 — 1727-1728 и 1732-1737 гг.); 4° (20, 5 х 15, 2); 151 л. (150 + I непронумерованный лист в конце рукописи; л. 148 утрачен, обрезан у корешка); небрежная скоропись с вкраплениями [488] других почерков. В рукописи пронумеровано 150 л., текст занимает л. 1-147 об. Нумерация (полистовая, арабскими цифрами) сделана чернилами в верхнем правом углу листа. Поля очерчены чернилами с обеих сторон, тонкие вертикальные линии идут от верхнего до нижнего края листа. Заголовки выделяются в отдельные строки, писаны теми же чернилами, что и весь текст (см. л. 1, 59-59 об.). Переплет (поздний) — плотный картон зеленого цвета; корешок с тиснением, в тиснении позолота.

На л. 147 об., ниже последних строк текста "Хождения", расположена писцовая запись: "Писал сию тетрад новгородецъ, купецкой человекъ Дмитрей Тимофеѣвъ сынъ Никитин"; тем же почерком на л. 150 об. записано: "В сей тетрати листовъ 150. А писана сего 1734 году сентября 29 числа". В нижней части л. 147 об. сохранилась читательская запись: "Сию историю приятно читал Мина Алексѣев сынъ Фуфаев 1763 году". На последнем листе рукописи, где нет нумерации, сделана поздняя запись: "148 листовъ". На корешке переплета вытиснено золотом: "261", "Путешествие старца Леонтия", вензель графа A.C. Уварова "АУ". На внутренней стороне верхней обложки — экслибрис библиотеки A.C. Уварова с вписанным от руки черными чернилами шифром рукописи — "261".

Сведения о списке "Хождения" содержатся в книге Леонида (Кавелина) "Систематическое описание славяно-российских рукописей собрания графа А.С.Уварова", где указано, что "настоящий список есть старейший из всех до ныне известных" 28.

*2. РГБ. Собр. Рогожского кладбища (Ф. 247) No 460. Рукопись середины XVIII в. (водяной знак русской фабрики Маслова — Клепиков, I, No 517 — [175.]; типа Клепиков, II, No 681 — 1744 г., No 682 — 1752 г.; типа Тромонин, No 724 — 1754 г.); 4° (20,5 х 16,0); 159 л. (I + 158), л. 158 об. — чистый; скоропись двух почерков (I — л. 1-18, 35-42 об., 47-158; II — л. 18-35, 42 об.-47). Текст занимает л. 1-158; на л. 1-3 заключен в рамку, выполненную чернилами, а с л. 4 и до конца рукописи с обеих сторон очерчен тонкими вертикальными линиями, идущими от верхнего до нижнего края листа. Нумерация (полистовая, арабскими цифрами) дана в верхнем правом углу до л. 131 чернилами, с л. 132 карандашом. Чернилами ошибочно обозначены номера л. 140, 150, 157, карандашом исправлены на 141, 151, 158. Киноварные заголовки и инициалы отсутствуют. Заглавия выделены в отдельные строки тем же почерком (только более крупным) и теми же чернилами, которыми написан весь текст (см. л. 1, 34 об., 49 об., 60 об.-61, 67, 73, 108, 121, 130 об.). Переплет — склеенная бумага, обтянутая тисненой кожей; сохранились следы двух застежек, ныне утерянных.

По листам 17 об.-85 идет владельческая запись: "Сия книга сантъпетербурскаго купца Козмы Кузмина Каняева. 1795 года июна 9 числа". На [489] обороте верхней крышки карандашная запись: "Изъ книгъ Дмитрея Болотова" 29 (той же рукой карандашом сделана запись на л. I: "старца Леонтия"), сохранились прежние номера рукописи "49", "42" и цена (?) — "3"; на л. 1 — "No 44"; на обороте нижней крышки карандашная запись "42" и ряд цифр в форме каких-то вычислений, выполненных чернилами. На корешке переплета в верхней части находится бумажная наклейка с шифром рукописи "460", в нижней части — бумажная наклейка "247 Рогожское кладб.". На л. I расположена библиографическая справка о "Хождении" — запись мелким почерком по середине листа, выполненная чернилами: "въ каталог(е?) печат-номъ (слово вписано над строкой) рукописей Сахарова библиотеки на странице 24 No 119 (значит ?) путешествие старца Леонтия ко святым местамъ 1700 года въ 4 долю листа новымъ пис(ь)момъ".

Сведения о рукописи содержатся в машинописной описи собрания Рогожского кладбища 30. Кроме этого, существует черновое рукописное описание — "Каталог библиотеки Рогожской старообрядческой общины, составленный по поручению Государственного Румянцевского музея библиотекарем Е.И. Усовым". Созданный в начале 20-х годов XX в. "Каталог" не был опубликован (см. РГБ, дело ф. No 247). Е.И. Усов привел следующие сведения о рукописи с текстом "Хождения": "Путешествие старца Леонтия во Иеросалим. Скоропись XVIII в., в 4 долю, 157 листов". Описание завершает условное обозначение — "Р". Так Е.И. Усов отмечал, откуда рукопись поступила. В указателе "Рукописные собрания Государственной библиотеки СССР им. В.И. Ленина" сообщается, что "рукописи, как правило, поступали на кладбище в виде пожертвований старообрядцев", причем "довольно большая группа рукописных книг связывается с купеческой фамилией Рахмановых. В Рогожскую библиотеку в начале XX в. поступило около 240 рукописей из рахмановской коллекции, древнейшие из которых датировались кон. XIV — нач. XV в., а самые поздние — XIX в." 31.

Хотя в сноске 9 на с. 41 указано, что рукописи рахмановского собрания Усовым помечались "Рахм", в "Каталоге" не обнаружены подобные условные сокращения, а только "Р" и "Рог". Таким образом, можно предположить, что данная рукопись входила в состав рахмановской коллекции, поступившей на Рогожское кладбище в начале XX в. [490]

В пользу этой гипотезы свидетельствует тот факт, что данной рукописи в собрании Рогожского кладбища до 1890-1891 гг. не было, ибо о ней нет сведений в книге И.В. Власова "Описание славяно-русских рукописей и книг церковной печати с прибавлением каталога греческих книг собрания старообрядческого Рогожского кладбища" (M., 1890) 32. Рукопись с текстом "Хождения в Святую землю" не указана и в "Прибавлении" к "Описанию", выполненному И.В. Власовым в 1891 г.

Известно, что Е.И. Усов заведовал библиотекой Рогожского кладбища с 1913 г., тогда же он начал составлять "Каталог", работу над которым продолжал и в 1920 г., когда после национализации библиотеки был назначен заведующим Рогожским библиотечным филиалом Румянцевского музея. "Каталог" был завершен в начале 1920-х годов; 7-9 мая 1924 г. собрание поступило в ГБЛ, кроме рукописей, которые к моменту национализации библиотеки Рогожского кладбища находились в храмах и в Старообрядческом институте и которые в "Каталоге" Усова не значатся. Следовательно, интересующая нас рукопись попала в библиотеку Рогожского кладбища после 1891 г., но не позднее 1924 г. Скорее всего, она поступила в Рогожское собрание в начале XX в. из коллекции купца Рахманова.

3. ГАТО, ф. 1409 (коллекция рукописных книг) No 1468. Рукопись середины XVIII в. (водяной знак: "Pro Patria" с литерами " [Г]УБР" и "ФСМП" — типа Клепиков, II, NoNo 219-220 — 1752 г.); 4° (20,0 х 16,0); 285 л. (VII + 275 л. + III; л. 25 и 95 об. — чистые); полуустав. Начальные листы рукописи утрачены. Нач.: виши, спаси ево Господь, то бы нам пути не найти ко граду, нужно сильно... На л. 105, 117, 127 об., 222 заглавия писаны киноварью. Переплет — доски в коже с серебряным тиснением и остатками застежек, корешок лопнул.

Сохранилась владельческая запись: "Сия книжица города Торжка мещанина Степана Мичурова с сыном" (л. 275 об.) и номера рукописи: "1468" (на верхней крышке переплета синими чернилами, на л. I красным карандашом); "1235" (на обороте верхней крышки синим карандашом); "1353" (на форзаце синим карандашом, исправлен красным карандашом на "1468").

4. РНБ. Собр. М.П. Погодина (Ф. 588) No 1543. Рукопись середины XVIII в. (см. пометы 1748-1758 гг.; водяные знаки: гербовый щит под короной с вензелем и литерами "masalova", малая контрамарка "я" — типа Клепиков, I, No 517-175... г.; типа Участкина No 625 — 1768 г., No 626 — 1775 г.); 4° (18,5 х 16,5); 255 л.; скоропись. Текст очерчен с обеих сторон полями (вертикальные линии идут от верхнего до нижнего края листа на расстоянии около 3 см от внешнего края, от внутреннего — около 2 см). Рукопись имеет [491] нумерацию трех видов, выполненную разными почерками. На верхних полях сохранилась ранняя нумерация, частичная и неточная; судя по ней, в рукописи недостает первого листа. По нижнему полю (в правом углу) идет цифровая нумерация через 10 листов, выполненная чернилами; также через 10 листов проходит карандашная нумерация, соответствующая нижнему цифровому ряду. Заглавия выделены более крупной скорописью. Переплет — толстый картон, обтянутый кожей, с внутренней стороны обклеен бумагой, ныне сильно загрязненной. На верхней обложке кожа повреждена.

В рукописи имеются записи, в том числе 40-50-х годов XVIII в.: "сия" (л. 1), "книга" (л. 2), "1755 году" (л. 218), "Сея книга, глаголемая ... путник ... купца Ивана Логинова (?)" (на внутренней стороне верхней обложки), "1756 год", "1753 году августа 1 дня", "1758 год", "Дмитрей Филатов (?)", "1748 годъ" (на внутренней стороне нижней обложки). Сохранились карандашные записи со старыми номерами рукописи: "инв. 1548" (л. 1); "896" (на внутренней стороне верхней обложки) — и запись библиотекаря И. Бычкова о том, что в рукописи 255 листов (л. 255 об.). В верхней части корешка книги имеется наклейка из красного сафьяна с вытесненной золотом надписью: "Изъ древлехранилища Погодина", ниже помещена наклейка из белой бумаги с шифром рукописи "1543".

Сведения об этой рукописной книге приводятся А. Бычковым в "Отчете Императорской Публичной библиотеки за 1852 г." Сообщается, что рукопись поступила в составе Погодинского собрания в 1852 г. под названием "Путешествие въ Палестину старца Леонтия" и что произведение "из начала XVIII в." никогда не публиковалось 33.

5. ГАТО, ф. 1409 (коллекция рукописных книг) No 448. Рукопись 1762 г. (см. запись на л. 1: "Сия книга тверскаго купца W. В. С. S. Списана с подлинной книги у ржевскаго купца Ивана Васильева Меньшего Чупятова 1762 года. Списана разными руками в Санктпетербурге"); 4° (22,5 х 18,0); 121 л., недостает л. 5 и конца рукописи; скоропись нескольких почерков (ср.: I — л. 1-5 об., II — л. 6-24 об., III — л. 24 об.-27, IV — л. 27-28, 28 об.; V — л. 28). В рукописи поверх текста и на полях есть правка другими чернилами. Переплет — картон в коже с тиснением.

На л. 1 сохранились другие владельческие записи, кроме той, что сделал тверской купец Василий Сафонов (W. В. С. S.): "Сию книгу получил тверской купец Семен Арефьев в Твери от дяди своего тферскаго ж купца Василия Сафонова 172[?], в презент любя пожаловал. Верно"; "Тверскаго купца". На обороте нижней крышки читается запись: "Генерал-аншеф, сенатор и ея Императорского величества действительной камергер, генерал-адьютант и лейб-гвардии Преображенскова полку подполковник и обоих российских [492] орденов кавалер Александр Борисович Бутурлин" (ум. 1767). На обложке рукописи — наклейки с номерами шифров: "448", "Тв. м. No 4554" (и на л. 1), "Спер. 29"; на обороте верхней крышки — "1764".

*6. ГИМ. Музейское собр. No 437. Хождение в Иерусалим старца Леонтия (Ивана Лукьянова), с дополнениями. Рукопись третьей четверти XVIII в. (водяные знаки: "Pro Patria" без льва с литерами "АГ", "AG" вензель — типа Клепиков, I, No 20 — 1762-1763 гг.; Клепиков, И, No 19 — 1761 г., No 20 — 1766 г.); 4° (20,0 х 16,5); 118 л. (II + 116), л. 111-111 об., 113-113 об. — чистые; скоропись. Утрачен лист между л. 110 и 111; список "Хождения" дефектный, нет конца, текст обрывается словами: "...и тако мы молитвами их, преподобных отецъ, дошли до града Киева и достигли святую обитель преподобных отецъ Антония и Феодосия, и тако поклонившеся, изыдохом". Листы рукописи с обеих сторон имеют поля: тонкие вертикальные линии, выполненные чернилами, идут от верхнего до нижнего края. Два листа в начале рукописи пронумерованы римскими цифрами, далее 116 л. — арабскими цифрами; нумерация (полистная) сделана чернилами в верхнем правом углу. Заголовки выделяются в отдельные строки тем же почерком и теми же чернилами, которыми написан весь текст (см. л. 1, 112, 114). Переплет XVIII в. — картон в коже.

В рукописи сохранились владельческие и читательские пометы начала XIX в.: "Клима Климова Арлова господина купца ржевского" (л. I); "Сию книгу читал и подписал Савва Никитин сын Чураков" (л. II); "1801-го году сию книгу читал и подписал Савва Никитинъ сынъ Чураков" (л. 115 об.); "Читалъ Трифонъ Долгополов" и тем же почерком "1801" (л. 112 об.). На очень загрязненном обороте нижней обложки — затертая запись, сделанная чернилами, где упоминается 1810 г. На корешке переплета бумажная наклейка белого цвета с вписанным от руки чернилами номером "437". На внутренней стороне верхней обложки карандашом поставлен шифр рукописи — "Муз 437". Ниже чернилами сделана помета, касающаяся датировки путешествия Иоанна Лукьянова: "7210-5508 = 1702".

Кроме списка "Хождения", рукопись содержит постраничный указатель под заголовком "Описание, что в сей истории есть чуднаго" (л. 112-112 об.), на л. 114 — выписки из "Кирилловой книги" (M, 1644) 34.

*7. ГИМ. Музейское собр. № 2570. Рукопись третьей четверти XVIII в. (водяные знаки: "Pro Patria" без льва с литерами "АГ", "AG" вензель — типа Клепиков, I, No 20 — 1762-1763 гг., Клепиков, II, No 19 — 1761 г., No 20 [493] 1766 г.); 4° (21,5 х 16,5); 241 л. (I + 238 + II), лист в начале рукописи и два в конце не пронумерованы, два последних листа в рукописи и л. 142-143 об. — чистые (на л. 141 об. текст заканчивается словами: Да и много-де от нихъ смуты было у паши со арапами. Когда с нашею; на л. 144 текст начинается словами: тогда все говорят на арапъ вину...); четкий полуустав. Нумерация арабскими цифрами дана в верхнем правом углу синими (ранняя, десятичная) и фиолетовыми (поздняя, полистовая) чернилами. Фиолетовыми чернилами исправлены ошибки в более ранней нумерации: л. 220, 230, 237 на 221, 231, 238. Киноварные инициалы и заголовки имеются на л. 1, 49 об., 71 об., 86 об., 96, 105, 164, 184 об., 201. Переплет — доски, обтянутые кожей с тиснением; кожаный корешок переплета поврежден и надорван в нижней части; сохранилась одна металлическая застежка на кожаном ремешке, вторая утрачена; переплетные листы повреждены жучком, верхний надорван.

На корешке переплета — книжная наклейка из бумаги белого цвета со вписанным от руки чернилами номером рукописи "2570". На обороте верхней крышки сохранились записи: карандашом — "Муз 2570" и чернилами — "15 р.". На непронумерованном л. I в верхнем правом углу записано: "40815 / 1902 г.", на обороте листа: чернилами — "х 41" и карандашом — "149 / 1 р.". К оборотной стороне верхней крышки переплета прикреплен листок с кратким описанием рукописи: "Инв. 40815. Муз 2570. Хождение старца Леонтия въ Иерусалимъ. XVIII в. Полууст. русск. 4°. лл. 237".

Текст "Хождения" имеет необычное для списков этой редакции окончание: "И поидохом ис Киева и достигохомъ царствующаго града Москвы молитвами московскихъ чудотворцевъ. Славу, и честь, и поклоняние за вся славимому Богу приносим во вѣки. Аминь".

8. ГИМ. Собр. П.И. Щукина No 245. Рукопись третьей четверти XVIII в. (водяные знаки Ярославской мануфактуры Саввы Яковлева — типа Клепиков, I, No 771 — 1765 г., No 766 — 1764 и 1774 гг.); 4° (21, 5 х 16, 5); 169 л. (166 + III непронумерованных листа в конце рукописи с владельческими и читательскими пометами); скоропись. Нумерация листов арабскими цифрами дается чернилами в верхнем правом углу. При нумерации допущены пропуски между л. 3 и 4, 26 и 27. Поля в рукописи очерчены с двух сторон чернилами, тонкие вертикальные линии идут от верхнего до нижнего края листа. Киноварных заглавий и инициалов нет. Заголовки выделяются в отдельные строки, писаны теми же чернилами, что и весь текст (см. л. 1, 32 об., 47 об., 57, 63, 69, 112, 126 об., 136 об.). Переплет — деревянные доски, обтянутые кожей. Листы рукописи имеют красный обрез.

В конце рукописи на непронумерованных листах имеются владельческие и читательские пометы. На обороте первого листа — запись, сделанная чернилами, но зачеркнутая и частично смазанная, поэтому при ее чтении возникают трудности: "Читал сию книгу и не нашел въ ней ничего хорошаго, нѣт [494] ни складу, ни ладу, ни (правописания, ни произношения ?)... ни хороших выражений... ни приятнаго слогу. Что ето за книга? Кто будетъ ее читать, тотъ... будетъ отъ скуки умирать. А. (П...?)". Ниже на этом же листе другим почерком сделана запись (чернила выцвели): "Сия книга (Николая Матвеича?) Мельникова"; такая же владельческая запись находится на обороте третьего непронумерованного листа. На корешке переплета имеются две наклейки из белой бумаги: "Щу 245", "245. Хождение старца Леонтия конца XVIII вѣка". На внутренней стороне верхней обложки сохранился книжный знак из белой бумаги: "изъ собрания П.И. Щукина" со вписанным от руки шифром рукописи: "No 245" 35.

9. РНБ. Собр. М.П. Погодина (Ф. 588) No 1542. "Странствование по святымъ мѣстамъ монаха... [уроженца Калужскаго] въ началѣ XVIII-го вѣка, имъ самимъ описанное". Рукопись второй половины XVIII в. (водяной знак: герб Амстердама — типа Черчилль, NoNo 3, 24, 27, 35, 37, 41, 43, 48, 50, 51, 57, 58, 64 — 1654-1796 гг.; по палеографическим признакам рукопись может быть отнесена ко второй половине XVIII в.); 4° (19,0 х 15,0); 220 л. (л. 1 с заглавием — поздний, л. 220 об. — чистый); скоропись. Первый лист рукописи утрачен, нач.: "и тутъ мы переначевали, и заутра рано встали и пошли в путь свой. И отидохомъ 25 верстъ, и стали в вотчине Новодевичья монастыря...".

Нумерация листов рукописи двойная: 1) по л. 2-220 — цифровая, л. 70 и 71 идут после л. 79 (перепутаны при переплете); 2) по нижнему полю — карандашная, через 10 листов, начиная с л. 1. Заглавия выделены более крупной скорописью. На л. 21 об. и 74 — рисунки, изображающие руку с указующим перстом, в первом случае он направлен на строку "знамением и сложением перстъ" (описание мощей Ильи Муромца), во втором — на слова "не как русаки" (рассказ о греческой трапезе). Переплет рукописи поздний, сделан из толстого картона, корешок обтянут кожей, в тиснении позолота.

В верхней части корешка сохранилась наклейка из красного сафьяна с вытесненной золотом надписью: "Изъ древлехранилища Погодина", ниже вытеснено золотом: "Хождение во Иерусалимъ", еще ниже — наклейка из белой бумаги с шифром рукописи "1542". На внутренней стороне верхней обложки — наклейка из белой бумаги с надписью типографской печати: "П.М. Строев No 215" (цифра вписана от руки карандашом). На внутренней стороне нижней обложки — запись: "В сей рукописи нумероваться листов двести двадцать (220). Библиотекарь Хр. Лопарев. 27 февраля 1913".

Сведения об этой рукописи А. Бычков поместил в "Отчете Императорской Публичной библиотеки за 1852 г.". Он сообщал, что книга, содержащая анонимное сочинение, вместе с рукописью No 1543 поступила в библиотеку [495] в 1852 г. в составе Погодинского собрания под названием "Путешествие въ Иерусалимъ неизвѣстнаго монаха, калужскаго уроженца, имъ самимъ описанное", — "оба из начала XVIII в." и "до сих пор не были напечатаны" 36. Известно, что в 1842 г. П.М. Строев продал свои рукописи М.П. Погодину 37, в их число входила и эта книга.

10. Собр. Черниговской духовной семинарии No 150. Рукопись конца XVIII в.; 4°; л. 226-342. Сведения об этом списке "Хождения" приводятся в книге М.И. Лилеева "Описание рукописей, хранящихся в библиотеке Черниговской духовной семинарии" 38. Собрание рукописных книг Черниговской духовной семинарии, по данным А.И. Рогова, "по всей вероятности, погибло во время Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.", в Государственном архиве Черниговской области его нет 39.

11. ИРЛИ. Древлехранилище. Колл. В.Н. Перетца. No 532. "Путишественникъ в Царьградъ и во Иерусалим и оттоль обратно в Россию посланнаго Леонтия старца из Москвы". Рукопись 1801 г. (см. писцовую запись на обложке: "Путешественник в Царьград и во Иерусалимъ и в протчи места, списанное 1801 году Матвеемъ Храмцевским"; водяные знаки: "ДОФЕ", "1800" — типа Клепиков, I, No 230); 4° (21,0 х 17,0); 93 л. (л. 1 об., 93 об. — чистые); скоропись. Инициалы выделены чернилами, заглавия писаны крупной скорописью. Книга состоит из 6 тетрадей, вверху и внизу соединенных между собой нитками; в каждой тетради по 16 листов, в последней — 14. Рукопись не имеет переплета. Первый лист представляет собой обложку книги из той же бумаги, что и вся рукопись, он сильно загрязнен, не пронумерован и при нумерации не учтен. Нумерация листов рукописи цифровая, выполнена карандашом в правом углу верхнего поля.

На обложке в левом верхнем углу сохранился книжный знак "Библиотека П.Ф. Симеона. Отд. II, No 300" и карандашные записи: "В.Н. Перетц. 1927. XI. 10", "Путешествие в Иерусалим, рук. к. XVIII в." (датировка ошибочна). Внизу, на месте отсутствующего переплета, — разорванная наклейка с шифром рукописи "Q. No 272". В левом верхнем углу л. 2 находится печать "Институт литературы им. М. Горького при ЦИК СССР".

Указание на рукопись содержится в издании В.И. Малышева "Древнерусские рукописи Пушкинского Дома (Обзор фондов)" (М.; Л., 1965). Судя по экслибрису, книга принадлежала П.Ф. Симеону, в 1927 г. была [496] приобретена В.Н. Перетцем. В конце 30-х годов XX в. вместе с другими рукописями В.Н. Перетца поступила в Институт мировой литературы им. А.М. Горького от его вдовы В.П. Адриановой-Перетц. В 1951 г. собрание В.Н. Перетца по решению Президиума АН СССР в полном составе было передано в Институт русской литературы (Пушкинский Дом).

12. ИРЛИ. Древлехранилище. Коля. И.А. Смирнова. Р. IV. Оп. 20. No 6. "Цветник" начала XIX в. (водяные знаки: вензель "ПЩ" в овальном щите под короной, ниже на ленте литеры "МУБФ" и "1801" — Клепиков, II, No 617; герб Ярославской губернии и литеры "ЯМВСЯ" и "1801" — Клепиков, I, No751; герб Ярославской губернии и литеры "ЯМПЯ" и "1806" — Клепиков, I, No 755; и др.); 4° (21, 5 х 16, 5); 308 л.; полуустав. Нумерация трех типов: л. 1-308 — цифровая полистная (карандашом в правом верхнем углу листа); л. 3-308 — буквенная полистная (чернилами в нижнем правом углу листа); буквенная нумерация тетрадей (с л. 3 через 4 листа). Заглавия и инициалы писаны киноварью. Переплет — доски в коже с тиснением, обе медные застежки утрачены.

На л. 1-2 об., 307 об.-308 об. многочисленные пробы пера, рисунок храма с тремя куполами и владельческие записи, сделанные разными почерками, в том числе: "Сия книга добренскаго мещенина Тихона Головлева" (л. 1); "Сия книга, нарицаемая Цветникъ, добрянскаго мѣщянина Петра Тихонова, сына Головлева" (л. 2); "Милостивый мой государь батюшка Григорий Михеичь, госадарь батушка Иван Филипичь" (л. 308 об.); "должны мы Ивану Чикину по щету 18 р. 72 ко." (на внутренней стороне нижней крышки). На форзаце сохранились старые номера рукописи: "Смирнова No 6"; "2910/RK"; "Пост. 1954 г. No 224".

В состав старообрядческого рукописного сборника входят жития Андрея Юродивого, протопопа Аввакума и инока Епифания, "Книга дьякона Феодора об исповедании правой веры", повести из "Великого зерцала", Иерусалимского и Скитского патериков, слова и поучения Василия Великого и Иоанна Златоуста, Проскинитарий Арсения Суханова и другие произведения.

Отрывок из "Хождения в Святую землю" читается на л. 121-130 об. Название, выделенное киноварью, — Ис похожения Леонтия старца во Иерусалим лѣта 7211. Разногласие греков з древним святых отецъ преданием восточныя церкве. Нач.: Греки в крещении обливаются, а не погружают. Крестов на себѣ не носят... На боковом поле л. 126 — рисунок руки с указующим перстом на уровне строк: Греки говарили Леонтию: "Так-де писано, что Царьграду у турка взяту быть от московскаго царя". На л. 127 киноварью выделено заглавие "Хождение было Леонтиево лѣта 7210"; далее следует: Леонтий поѣхал ис Киева в Лятскую землю фев. в 3 день. В Хвастово пришол февраля в 5 день. Из Хвастово поѣхал в Немеров в 6 день и приѣхал февраля 11... Фрагмент завершается рассказом о бесноватом [497] "черном попе", которого Леонтий встретил в метохии Иерусалимском в пути во Ивопии. Кон.: И таковым ограждением бѣсъ в той нощи изыде из него и в память пришолъ и велѣлъ нам над собою четыри Евангелиста прочести, и мы прочитали, — и тако исцѣлѣлъ (л. 130 об.).

Рукопись поступила в Древлехранилище ИРЛИ в 1954 г., о чем свидетельствует карандашная запись на внутренней стороне верхней обложки, а также указания в статье В.И. Малышева "Сочинения протопопа Аввакума в собрании ИРЛИ (Пушкинского Дома) АН СССР" 40. Сборник входил в состав коллекции рукописных книг И.А. Смирнова. Коллекция состояла из 17 рукописей старообрядческого содержания начала XVIII — конца XIX в., приобретенных отцом И.А. Смирнова до революции. В 1919 г. собрание рукописей и большая библиотека по старообрядчеству, насчитывавшая свыше 2000 томов, перешли к сыну коллекционера, а после гибели А.И. Смирнова в 1944 г. — к его жене В.Н. Смирновой. В 1954-1956 гг. рукописи были приобретены ИРЛИ у А.И. Юдиной, родственницы В.Н. Смирновой. Из путеводителя по Древлехранилищу ИРЛИ В.И. Малышева известно, что "Смирнов Иван Алексеевич родился в 1889 г. в Петербурге в семье старообрядца-беспоповца (федосеевца), впоследствии попечителя Волковского старообрядческого кладбища А.И. Смирнова. Имел 50 старообрядческих рукописей, которые приобрел в 1903-1915 гг. в Петербурге, главным образом через книготорговца Т. Большакова" 41.

Палеографическое описание рукописи и постатейную роспись сборника содержит машинописная опись коллекции И.А. Смирнова, составленная A.C. Деминым (с. 5-10). Краткая характеристика рукописи была приведена в работе В.И. Малышева о сочинениях протопопа Аввакума в собрании Пушкинского Дома 42. На рукопись неоднократно ссылались исследователи старообрядческой литературы, например, Н.С. Демкова, Н.Ф. Дробленкова, B.C. Румянцева 43.

13. ГИМ. Собр. A.C. Уварова No 191 (1758). "Путешествие ко святымъ мѣстамъ старца Леонтия въ 1700 году". Рукопись первой четверти XIX в. [498] (водяные знаки: лев со скипетром под короной в картуше и литеры "Ф. Мещанинова 1818" — типа Участкина No 584 — 1818 г.); 4° (21,5 х 17,0); 178 л. (I + 175 + II); текст расположен на л. 2-175 об. В рукописи нумерация двух видов: 1) 175 л. пронумеровано арабскими цифрами (нумерация полистовая, цифры проставлены чернилами в верхнем правом углу); 2) с л. 2 по л. 151 идет буквенная нумерация (с "а" по "рн" в середине нижнего поля). Два листа в конце рукописи пронумерованы римскими цифрами (карандашом в верхнем правом углу). На л. 2 имеется заставка растительного орнамента, а также выполненные киноварью заглавие произведения и инициал. Переплет — доски, обтянутые кожей светло-коричневого цвета с тиснением (в тиснении орнамент растительных форм, позолота), с двумя металлическими застежками. Листы рукописи имеют красный обрез с фрагментарным тиснением.

На корешке переплета зеленого цвета золотом вытиснено: "191", "Путешествие старца Леонтия" и вензель графа A.C. Уварова "АУ". На внутренней стороне верхней обложки — экслибрис библиотеки графа Уварова со вписанным от руки чернилами шифром рукописи: "191". На обороте первого непронумерованного листа в начале рукописи сохранился ее старый номер — "No 84". На л. 1, ниже названия произведения, сделана запись цензором в связи с готовившимся изданием списка: "Печатать позволяется. Съ тѣмъ, чтобы по отпечатании представлено было въ цензурный комитетъ узаконенное число экземпляровъ. С. Петербургъ, июня 16 дня 1841 года. Цензор (И. Кирсанов?)". Подпись цензора идет по полям всех листов рукописи, его же запись читается на л. 175 об. после текста произведения: "Позволяется. Цензор (Кирсанов?). 15 июня 1841". На л. 1 об. — запись к предполагавшейся публикации списка неизвестного издателя: "Старецъ Леонтий, родомъ калужанинъ, началъ путешествие свое изъ Москвы въ 1700 году. Кто онъ такой? Я не могъ отыскать извѣстий. Для издания текста его путевых записокъ былъ принятъ списокъ, доставшийся мнѣ изъ библиотеки Лаптева, писанный новымъ письмомъ. Почитаю необходимымъ сказать здѣсь, что изъ путевыхъ записокъ его я выпустилъ всѣ разсуждения о догматах веры и мнѣния его (о) церковных восточных обрядах. Все, что выпущено мною, ни мало не входит в состав моего издания. Из его записок помѣщены очерки исторические, топографические и этнографические, сообразные плану моего издания. Все прочее, выпущенное мною, представляю для издания другим, если это будетъ нужно". В тексте рукописи имеются карандашные пометы и правка, касающаяся в основном орфографии, пунктуации и стиля; отдельные фрагменты текста зачеркнуты черным и красным карандашами. Эти исправления, видимо, были сделаны тем, кто готовил список "Хождения" к публикации. На л. I запись об объеме рукописи — "175 листовъ", сделанная тем же почерком, что и аналогичная запись в рукописи ГИМ. Собр. A.C. Уварова No 261 (1757). На л. II находится неразборчивая запись: [499] "Г-на графа Толстаго... хождение во Еросалим (троицкого ?)...". На л. II об. мелким почерком сделаны карандашные пометы о датировке путешествия Иоанна Лукьянова, упомянуты 1700 и 1703 гг.; под почти стершимися записями можно разобрать подпись "А. Л-ъ" (арх. Леонид).

В "Систематическом описании славяно-российских рукописей собрания графа A.C. Уварова" Леонид (Кавелин) выдвинул предположение, что, судя по почерку, издание памятника готовил И.П. Сахаров. Кроме этого, уточняется время хождения — 1701 г., приводятся новые данные об авторе — "видно, что он до монашества был московским священником, по реклу: Лукьянов", а его рассуждения по поводу обрядов восточной церкви "весьма напоминают известное "Прение" Арсения Суханова". Леонид указывал, что рукопись была "одобрена к печатанию июня 16 дня 1841 года", но почему-то осталась неопубликованной. В ней, как "и в рукописи, изданной в "Русском Архиве", есть тоже пропуски", поэтому "оригинал, с коего сделано это издание, нельзя назвать исправным" 44.

14. ГИМ. Собр. A.C. Уварова No 13 (1759). "Путешествие в Иерусалим старца Леонтия, в 1700 г." Рукопись XIX в.; 4° (21,0 х 16,5); 170 л. (II + 167 + I), два листа в начале рукописи и лист в конце не пронумерованы; скоропись, по определению Леонида, "новейшаго письма". Текст занимает л. 1-165 об., ограничен с обеих сторон полями, тонкими вертикальными линиями от верхнего до нижнего края листа, выполненными чернилами. В рукописи нумерация цифровая, полистовая, проставлена чернилами в верхнем правом углу. Киноварные заголовки и инициалы отсутствуют. Заголовки выделяются в отдельные строки, писаны теми же чернилами и тем же почерком, что и весь текст (см. л. 1, 43 об., 53 об., 59, 63 об., 109 об., 136). Переплет картонный с кожаными уголками и корешком; на корешке переплета в тиснении растительный орнамент с позолотой.

На корешке переплета — запись "13"; на внутренней стороне верхней обложки — экслибрис библиотеки A.C. Уварова с вписанным от руки чернилами шифром рукописи — "13". На л. 165 об., ниже последних строк текста, сделана запись: "165 листовъ" почерком, которым выполнены пометы аналогичного содержания в рукописях из собр. A.C. Уварова No 261 (1757), No 191 (1758). На обороте последнего непронумерованного листа рукописи, в верхнем левом углу, сохранилась карандашная запись в столбик мелкой скорописью с расчетом даты начала путешествия (декабрь 1701 г.) и возвращения паломника на родину (август 1703 г.) за подписью "А. Л-ъ" (арх. Леонид) 45. [500]

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ "ХОЖДЕНИЯ"

1. РНБ. Общее собр. ркп. книг (Ф. 560) Q. IV. No 410. Рукопись последней четверти XVIII в. (водяной знак: "Pro Patria" с литерами "АГ" и вензелем — Участкина, No 707 — 1786 г.); 4° (21,5 х 17,0); 273 л. (272 +1; текст "Хождения" занимает л. 2-266 об. (1-265 об.), остальные листы чистые или содержат только владельческие записи); полуустав. Нумерация листов рукописи двух видов: на л. 2-266 — буквенная, сделанная переписчиком; на л. 1-272 — цифровая, выполненная карандашом через 10 листов и относящаяся к более позднему времени. В рукописи имеются киноварные инициалы, иногда украшенные небольшим растительным орнаментом (л. 2, 4, 26, 86 об. — по цифровой нумерации) и выделенные киноварью заголовки (л. 9, 76, 86 об., 103, 175 об., 199 об., 200, 219). Переплет — доски в коже с тиснением, сохранились две металлические застежки; на корешке переплета вытиснено: "Леонтиево похождение", в тиснении позолота.

На л. 1 витиеватой скорописью сделана владельческая запись: "Сея книга господина белевского первой гилдии купца Василья Ивановича господина Сабинина"; тем же почерком на л. 271 написано: "Се творение светаго старца Леонтия, како хождение его от Москвы до Ерусалима... 1786 году"; на внутренней стороне нижней крышки аналогичная запись владельца рукописи: "Сея книга города Белева первой гилди купца Василья Ивановича господина Собинена. 1786 годъ"; ниже другим почерком мелкой неразборчивой скорописью сделана короткая запись: "ана Васили (?) Селина". Среди владельческих помет в рукописи есть имена "Николай", "Евдокия", "Арина", "Мария", "госпажа Мария Алексадравна Сабинина" (л. 1, 272).

Список "Хождения в Святую землю" указан в "Каталоге собрания рукописей П.И. Савваитова, ныне принадлежащих Императорской Публичной библиотеке", составленном И.А. Бычковым. В "Каталоге" дано краткое палеографическое описание рукописи, отмечено отличие текста "Хождения" от опубликованного в "Русском архиве". Собрание рукописей Павла Ивановича Савваитова, историка и археографа, члена Петербургской Академии наук, было куплено библиотекой в 1896 г. Коллекция рукописных книг собиралась Савваитовым в основном в Вологде до 1895 г. — времени смерти владельца собрания 46.

*2. ГИМ. Собр. И.Е. Забелина No 2570. Рукопись середины XIX в. (штемпель Плавской бумажной фабрики — Клепиков, I, с. 107, No 151 — 1854 и 1856 гг.); 4° (21,5 х 18,0); 264 л. (263 + 1), верхняя часть последнего листа [501] оборвана так, что неясно, был ли он учтен при нумерации, л. 263-264 — чистые; скоропись. Нумерация двойная: 1) полистовая, арабскими цифрами в верхнем правом углу, выполненная чернилами; 2) нумерация тетрадей, проставленная карандашом в верхнем правом углу арабскими цифрами. Заглавия в рукописи сделаны тем же почерком и чернилами, что и весь текст (см. л. 3, 75, 85 об., 94, 102, 174 об., 198, 218). Рукопись без переплета, представляет собой 11 соединенных между собой тетрадей.

На л. 1, 49, 134, 169, 193, 219, 262 об. имеется штамп-оттиск "Библиотека Ивана Егоровича Забѣлина"; на л. 264 об. сохранилась бумажная наклейка синего цвета "Рукописи. Императорский Российский Исторический музей. Собрание И.Е. Забѣлина. No" со вписанным от руки чернилами номером "380 (287)"; ниже еще одна бумажная наклейка белого цвета с проставленным от руки чернилами шифром рукописи "Забел 380".

Главная отличительная черта второй редакции памятника — появление новых структурных единиц, обрамляющих путевой дневник: вступительной части, почти дословно повторяющей начало "Хождения" игумена Даниила, и краткого заключения, что придает произведению классическую трехчастную форму, свидетельствуя о целенаправленной литературной обработке текста. В проложной и финальной частях указано на авторскую принадлежность путевых записок: Се азъ, недостойный и грѣшный старецъ Леоньтий, и всѣхъ хуже, смирен сый грѣхи моими... восхотѣ видѣти святый градъ Иерусалим и землю обѣтованую... (л. 1); Конецъ хождению Леонтия-старца и его описанию (л. 265 об.).

Текст второй редакции "Хождения в Святую землю" отражает процесс гармонизации структуры произведения: последовательному и резкому сокращению подвергается цикл царьградских очерков, в то время как за счет вставок значительно увеличивается иерусалимская часть "Хождения" и рассказ паломника о возвращении на Русь. В описание святых мест вводятся указания на расстояния от одного объекта поклонения до другого в традиционных для средневековой путевой литературы единицах измерения, например: От тоя пещеры на полъдни, якобы вержениемъ камени, стоит древо масленное (л. 209). Во второй редакции по аналогии с перечнем ворот приводится «роспись» стен Иерусалима. Упоминается, например, что «в потоке Киссове» «рыбы зѣло много» (л. 128), что город Лидда от Ромли находится на расстоянии трех верст (л. 144-144 об.), что камень, на который упал Христос под тяжестью креста, в поперечнике составляет три четверти аршина (л. 203), что в оградъ пещеры Варуха сады насажены, а в саму пещеру турки пускают за плату — съ человека по паре (л. 221 об.).

В «Хождении» появляются новые сведения о Воскресенском соборе Иерусалима. По сообщению редактора, Великая церковь была подъписана мусиею, зѣло было узорочно, а нынѣ вся полиняла и не въ призорѣ (л. 179 об.). Турки установили в ней строгий порядок: «Естли бы не такъ, [502] то бы содомь былъ в церкви Великой и уголовъшина бы была»а так турокъ всякой вѣре разрядъ чинить, когда свой праздникъ, кой они празнуютъ, иныхъ вѣръ ни блиско ни припускаютъ (л. 189). В текст вводятся подробности о пещере, где был погребен Лазарь: она глубока — три лестницы с поворотами, а лестницы куликоватые; в ней темно, нельзя идти без огня (л. 211 об.). Редактор помещает в «Хождении» подробный рассказ об извощике-арабе, который отбивал паломников от разбойников, давая иному грошъ, а иному кусъ табаку (л. 224-224 об.). Развернуто описание морской пристани в Иоппии; объяснено, почему она недобрая и зимой капитаны избегают здесь останавливаться; добавлен лирический фрагмент о прогулках паломника по берегу моря и переживаниях в связи с долгим ожиданием прихода корабля (л. 225-225 об.). Описание обратного пути на Русь дополнено подробностями о морском плавании, например, рассказом о том, как из-за сильного бокового ветра корабль отклонился от курса вправо на 200 верст (л. 238).

Для второй редакции характерно усиление публицистической направленности произведения. Появляются выпады в адрес иноверцев в описании пещер монастыря Саввы Освященного, где все построено на антитезе: прежде жили монахи — теперь басурманы, раньше здесь были молитва, пост и слезы — ныне жертва дияволу тутъ приноситца (л. 171). Возросла тенденциозность в изображении греческого духовенства, что в целом не противоречило авторскому замыслу — доказать утрату древнего благочестия на христианском Востоке. Во второй редакции сатирический портрет греческого духовенства дополнен новыми чертами: живутъ в Цареграде да собакъ бьютъ, ходя по улицам; церквами Божиими торгують (л. 97 об.). Рассказ о мнимом столпнике, обосновавшемся рядом с лаврой Саввы Освященного, завершается полной сарказма репликой: Такия-та у грѣкъ столпники объманшики! (л. 172 об.). В перечень прегрешений греков, которые в шапках Богу молятся, с кушинъцами во отходъ ходят, редактор вводит новое обвинение — рубаху в штанахъ носят (л. 98 об.), что выдает в нем старообрядца.

Антигреческое начало «Хождения» усилено выводом, что у греков нравы и поступки всѣ босурманския, а что прежния ихъ бывали нравы християнския, тѣхъ у нихъ отнюдь и слѣду нѣтъ (л. 98 об.), что греки «оскудали и вѣрою, и имѣниемъ» (л. 142). Главная отличительная черта греков, на чем акцентирует внимание редактор, — это чрезмерная гордость: они не могут наказать жен и детей, чтобы те не потурчились, а гордосьтию надъменны! (л. 99 об.); новый греческий патриарх, ставший им благодаря даче (взятке) турецкому султану, едет с великою гордостию (л. 104 об., в первой редакции — помпою и пыхою). Стремление к освобождению текста путевых записок от «низких» подробностей, поразительное чувство меры во всем, приводит редактора к тому, что он снимает обвинения в адрес греческих духовных властей в гомосексуализме, не упоминает, что греки содомства насыпаны и [503] московских людей зѣло не любят (л. 99-100). С другой стороны, увеличиваются в объеме фрагменты «Хождения», где речь идет о знаках уважения к русским паломникам за границей. В произведении появляется рассказ об обеде, который устроил богомольцам в Иоппии тутошной чорной попъ (л. 139), расширена сцена в гостях у араба-христианина в Акри: подробно расписано, чем угощали и о чем спрашивали русских паломников (л. 231).

Творческое начало редакционной работы над произведением видно в многочисленных случаях распространения текста, когда редактор развивает заданную тему, дополняя и конкретизируя сообщение, например, о дорожном запасе («всякой харчъ покупили» + вино и виноградъ, арбузы и дыни, и всячину на путное шествие, л. 115) или о препятствиях, которые пришлось преодолеть паломникам (ветр противный + не токмо что намъ было лзя ититъ, и лошеди останавливалъ, и людѣй всѣхъ, л. 20). Распространение текста может быть связано с введением редакторских уточнений или пояснений: подивилися ему — подивилися тому сътолпнику (л. 172 об.); рано — часа за два до свѣта (л. 49); во время бунта янычар в Царьграде жители дворы заперши да ямы копали + да добро прятали (л. 249).

О наличии источника, который позволил редактору раздвинуть границы повествования о «путном шествии» в Святую землю, свидетельствует появление в тексте таких деталей и подробностей, которых нет в первой редакции и которые не несут на себе отпечатка художественного вымысла или домысла. Редактор знает: караваны ходятъ изъ Царяграда въ Едрино въ понедѣлникъ да въ четвергъ, а в ыныя дни не ходятъ (л. 106), дорога туда силна глатка, горъ болшихъ нѣтъ и взволоки хорошия (л. 109). Он осведомлен, что в Турции вода вездъ под землею из дальнихъ мѣстъ, на трехъ вѣрстахъ и на двухъ все столпы (л. 107 об.).

Часть дополнений, встречающихся во второй редакции путевых записок Иоанна Лукьянова, имеет аналоги и параллели в памятниках паломнической литературы Древней Руси, в «хождениях» Трифона Коробейникова (упоминание, что церковь Святая Святых по-еврейски зовется Ероя — л. 200 об., что от Гефсимании до верха Елеонской горы с полвѣрсты будет, а от Иерусалима до горы съ верьсту будетъ — л. 209 об.-210), гостя Василия (повторяющаяся фраза и туто поклонихомся), инока Зосимы (сообщение о раздвоении морского пути к Афону и к Иерусалиму — л. 246) и др. 47

При анализе текста второй редакции «Хождения» обращает на себя внимание умножение московских реалий, связанных с топографией города [504] (Анненковъ полкъ с Арбату — л. 19) и его климатом (зима в Иерусалиме сравнивается с весной в Москве, когда стоит теплая погода, идут грозовые дожди и часты туманы — см. л. 215 об.). Кроме этого, расширяется свод сведений по истории России конца XVII — начала XVIII в.: русский правитель, ради которого иерусалимский наместник оказал паломникам радушный прием, назван по имени — царь Петр Алексеевич; дано разъяснение, почему с московских людей в Царьграде не берут гарач — в перемирном договорѣ такъ положено (л. 85). Отметим также, с одной стороны, рост «украинизации» содержания «Хождения»: назван по имени и отчеству украинский полковник Палий — Семен Иванович (в действительности — Семен Филиппович); значительно распространен фрагмент об обеде, который устроила паломникам жена Палия (л. 261 об.-262); русских невольников в Константинополе волнует не только, что вѣстей на Москве, но и что нового во украенскихъ городахъ (л. 82 об.). С другой стороны, идет тщательный отбор украинских реалий: в описании Глухова пропущено упоминание о полатах полковника стародубского Моклошевского (л. 17), в очерке о Нежине нет указания на то, что воевода в городе князь Мосальский — Колцовъ том (л. 265 об.).

В целом свод новых данных в тексте «Хождения», которые можно было бы расценить как автобиографические сведения о редакторе, не противоречит, а лишь дополняет круг известий об Иоанне Лукьянове — человеке петровской эпохи, паломнике, побывавшем в Царьграде и Иерусалиме, московском священнике, бежавшем на Ветку. Наличие в тексте вставок, которые по содержанию и стилю могли принадлежать автору, позволяет выдвинуть гипотезу, что они восходят к неизвестной редакции «Хождения», более полной, чем первая.

Одна из главных задач, стоявших перед редактором, — упорядочить повествование, подчинить его внутренней логике, лишить тематической пестроты и хаотичности. По-новому, например, выстроено в «Хождении» описание Нежина, где сначала даются сведения об архитектурном облике города, затем о составе его жителей (л. 21 об.). Рассказ о греческой свадьбе тоже подвергся композиционной правке, в результате чего обрел логическую стройность: описание жениха и невесты сменяется характеристикой охраны, затем речь идет о поведении молодежи и отличиях между свадьбами бедных и богатых людей (л. 100 об.-101).

Во второй редакции произведения пропущен пересказ чуда из «Жития Георгия Победоносца» (л. 141), так как это являлось отступлением от прямой логики повествования, нарушало композиционную целостность описания церкви Святого Георгия. Руководствуясь здравым смыслом, полагая, что сотников в районе киевского перевоза не могло быть так же много, как стрельцов и караульных, редактор правит чтение первой редакции караулщики, сотники и стрелцы на сотенной со стрелцами и с караулщиками (л. 24). Он заменяет слово дубровою на степью, ибо выше упоминалось, что [505] паломники шли степью горелою (л. 36); пропускает фразу въ Ясех и напевали, так как далее в очерке сообщается: путешественники устроились на ночлег, не доехав Ясей за 5 верстъ (л. 40).

Редактирование произведения велось с целью придания его структуре дневникового характера. Образцом для подражания могло послужить известное Иоанну Лукьянову «Пименово хождение в Царьград», часть которого оформлена в виде дневника путешествия 48. Во второй редакции, по сравнению с первой, больше путевых очерков открывается указаниями хронологического порядка, например: Генъваря въ 16 день поидохомъ из Сѣвска в малороссиския городы за рубѣжъ, а день уже к вечеру приклонился… (л. 15 об.-16) вместо чтения первой редакции: А день уже к вечеру преклонился, поидохомъ из Севска генваря въ 16 день

В «Хождении» Лукьянова появляются новые датировки, которые, скорее всего, являются результатом исследовательской работы редактора. Исходя из анализа текста путевых записок, он высчитал, на какой день приходилось то или иное событие. Дату июня в 25 день (л. 108 об.) редактор мог установить, опираясь на временную координату предшествующего очерка — «24 июня». Хронологические расчеты позволили ему определить, что из Адрианополя в Царьград паломники отправились июля въ 13 день (л. 112), тогда как в первой редакции это событие не было датировано. В «Хождении» появляется известие, что Лукьянов отправился в обратный путь по морю «передъ Троицыном днемъ» (л. 250 об.), а также сообщение о пребывании русских паломников в Иерусалиме не летом, а зимою, когда длинные ночи (л. 216). Стремление редактора к хронологической точности повествования видно из сравнения начальных фрагментов рассказа о путешествии Лукьянова к устью Нила: И от полудни… (I ред.) — И въ понедѣлникъ на 2 недели поста о полудни… (II ред.).

Сравнение редакций позволяет выявить разночтения в датировках событий и указаниях на их длительность. Согласно данным второй редакции, в город Лихвин паломники отправились не 31 декабря, а 1 января; из Ромли в Иерусалим вышли не 28 октября, а 28 ноября; раизъ-турок возил их по морю 4 недели, а не 4 дня. Как правило, разночтения подобного рода объясняются ошибками редактора или переписчика, реже — желанием «справщика» внести коррективы в хронологию хождения, основываясь на анализе содержания произведения.

Рукописным характером бытования памятника вызвано привнесение в текст ошибок в именах собственных, причем это касается как топонимики (названий городов и сел, рек и морей), так и ономастики (имен библейских героев и исторических деятелей, русских купцов и греческих монахов). Село [506] Ениково (Яниково) во второй редакции может называться Енинково (л. 250), Добряги — Добрякино; купец Кадмин выступать под фамилией Казмин (л. 250 об.), а Феодорит Блаженный именоваться Феодором (л. 29).

Вариативность именослова в текстах разных редакций объясняется рядом причин. Во-первых, огрехами переписки; во-вторых, стремлением редактора приблизить написание топонима к современной норме (Едринъпол — Андреянъполъ); в-третьих, тенденцией к унификации названий одного и того же географического объекта (Еросалим, Иеросалим, Иерусалим — Иерусалим); в-четвертых, заменой литературной формы разговорной или диалектной (Евсевий — Евсѣй, Фастов — Хвастов); в-пятых, равнением редактора на древнерусскую традицию: название города Дамаск он меняет на Шама, потому что последнее встречается в записках средневековых паломников. По свидетельству «Хождения» Трифона Коробейникова, именно так турки называют этот город; о «Шамских вратах» упоминается в произведении Ионы Маленького; и для гостя Василия Дамаск — это «Шам» 49.

Редакторская работа над стилем «Хождения» видна в стремлении наполнить текст общими для паломнической литературы местами, этикетными формулами выражения чувств. Фраза и возрадовалися тогда (I ред.) распространяется за счет приличествующих высокой литературе топосов: А сами возърадовахомся и от слезъ удержатися не возъмогохомъ (л. 22 об.), причем распространение текста может быть весьма значительным:

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

И тако мы, убравшися совсемъ, пошли, Богу помолясь, в путь свой... (л. 133-133 об.).

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

И тако мы, убравшися совсѣмъ, и помолившеся Господу Богу и Прѣсвятей Богородицы, и призвавши всѣхъ святыхъ въ помощь, и поклонихомся святому граду Иерусалиму, поидохомъ въ путь свой... (л. 223).

Подобный прием встречается в описании иерусалимского Воскресенского собора, где содержится вставка лирического пассажа на тему "от радости всѣ бывшия скорби забыли", заданную в первой редакции памятника (л. 154 об.). [507]

Устойчивой является тенденция, идущая от традиционного в средневековой литературе мотива самоуничижения автора, когда местоимение мы (рассказ в "Хождении" ведется от 1 л. мн.ч.) сопровождает определение грѣшнии. Заимствование у предшественников фактических сведений и готовых литературных формул не возбранялось древнерусскому книжнику. Этому творческому принципу следовал автор, а затем редактор "Хождения в Святую землю". Подобная работа с текстом не означала, "чтобы у кого-либо из них недоставало книжнического искусства, а просто только то, что такое списывание было общим обычаем" 50. Обычай, традиция, канон — то, к чему писатели-старообрядцы относились трепетно и бережно, возводили в культ.

Литературная обработка текста проявилась в округлении чисел, например, суммы тарелей, отнятых у паломников разбойниками-арабами. Если в первой редакции это ряд, состоящий из цифр 8, 20, 30, то во второй его образуют числа 10, 20, 30. Выявлена и другая тенденция: сведения о количестве или стоимости лишаются элемента приблизительности, даются как точные: человѣк тысячи с полтары — "1500" (л. 145 об.); тысячи три златыхъ — 3000 золатыхъ (л. 104 об.). При этом цифры, явно преувеличенные, исправляются на более правдоподобные. По версии редактора, жена полковника С. Палия выслала встретить караван паломников не 500 человек конницы, как сообщается в первой редакции, а всего 50 (л. 261).

Значительно расширяется состав эпитетов и сравнений, сопровождающих описание святых мест: Царьград — преславны и дивный (л. 75); Елеонская гора уподобляется Эдему. Там, где поэтизмы, используемые редактором, имеют фольклорную основу, они, скорее всего, восходят к авторскому тексту, например: сравнение жен греческих матросов с богатырями (л. 116), каравана с маковым цветом (л. 109), арабских городов и сел с песком морским (л. 123 об.). Усиление эмоциональной выразительности повествования за счет "литературности" описаний, что свойственно творческой манере редактора, можно проиллюстрировать следующими примерами: день к вечеру приходить — день к вечеру преклонился (л. 3 об.), благодарихомъ Бога — благодарение Богу воздахомъ (л. 6 об.), нужно переезжать — нужда великая переезъжать (л. 8), немощныя — люди, недугомъ одержимыя различными (л. 213 об.).

Во второй редакции "Хождения" распространение текста часто идет за счет однородных синтаксических конструкций, что делает прозу ритмически организованной: созва к себъ сродниковъ и друзей + и приказныхъ людей (л. 15); А все намъ радел + всякою нужъдою пекся, и промышлялъ, и [508] напутствовалъ (л. 15). Яркий пример ритмизации прозы — описание морской болезни, которой страдал паломник:

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

...тогда морской воздух зело мне тяжекъ стал, потом и в том часе занемоществовал и стал блевать (л. 35).

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

...тогда морский возъдухъ зѣло мнѣ тяжекъ стал, и в томъ часу я занемощевалъ и сталъ кормъ вонъ кидать, сирѣчъ блевать (л. 54).

Описания подобного рода — редкость в тексте второй редакции "Хождения", который сознательно и последовательно освобождался от всего, что было связано с низкой действительностью, с телесным и греховным в поведении человека. Рассказ паломника о морской болезни здесь сокращен и лишен натуралистических подробностей (За 10 летъ пищу и ту вытянет вон!); пропущено сообщение, что в Киеве грязно силно бываетъ на Подоле; нет упоминаний о том, как греки за едой помногу за щоку мѣчутъ, а арабы-разбойники дерутся между собой за кусок хлеба, вырванного из рук паломника. В разряд сокращений попали также упоминание о Петровском кружале в Москве (кабаке на улице Петровка), описание системы общественных туалетов в Стамбуле и сравнение ее с московским обычаем, когда баба при мужиках такъ и прудит.

Результат редакторской работы над текстом — изъятие сцен, где присутствует "смеховое начало", идущее, по средневековым понятиям, от дьявола. Из "Хождения" удалены следующие фрагменты: рассказ о том, как спутники Лукьянова ходили в константинопольский зоопарк смотреть льва, а тот оказался мертвым; сцена на корабле, когда паломники ладону напустили поболе росова, чтобы турки-таможенники побѣжали и больше их не видели, а купцы сохранили с десяток рублей; описание демонстрации беем своего уважения к султану: целуя грамоту, он возлагает ее на главу, затем прикладывает к челу, — о чем не без иронии рассказывает писатель-путешественник. В сцене прения с греками о том, где рыба лучше, в Константинополе или Москве, опущена авторская ремарка (да толко что нелзя смеятся-то).

Редактор-старообрядец, атрибутируя текст ветковскому монаху Леонтию, счел недопустимым в паломническом "Хождении" упоминание о красоте польских евреек, описание нравов турчанок и гречанок. Кроме этого, целенаправленно и повсеместно текст путевых очерков был освобожден от вариаций на тему "пития хмельнова". Сокращению подверглись воспоминания паломника о радушии киевского воеводы, угощавшего путников пивом и вином, об игумене греческого монастыря в Царьграде, который часто зывалъ къ себъ вина церковного пить, о монастырской трапезе в [509] Иерусалиме, где "поклонников Гроба Господня" "виномъ поили нескудно", прежде чем собирать с них деньги. В тексте второй редакции появляется сообщение о греческом монастырском уставе, по которому после обедни старцам подносят по финъжалу араки, однако его, как и в первой редакции, сопровождает назидание: тот монах у чести, кто вина церковнаго не пьетъ (л. 157 об.).

При редактировании из текста "Хождения" были удалены фрагменты, непосредственно не связанные с рассказом о "путном шествии" в Иерусалим и обратно, лишние подробности, осложнявшие развитие основной сюжетной линии. При этом путевые записки лишились ряда колоритных жанровых сцен, оформленных как диалоги паломника с арабом-извощиком, турком-таможенником, пашой и воеводой. Купюры подобного рода, скорее всего, объясняются редакторской установкой на идеализацию личности паломника, очищение его образа от бытовой конкретики и индивидуальных примет. Не случайно владелец рукописи (РНБ. Q. IV. No 410), содержащей самый ранний из известных нам списков второй редакции "Хождения", оставил запись, датированную 1786 г.: "Се творение светаго старца Леонтия, како хождение его от Москвы до Ерусалима" (л. 271). Видимо, создание второй редакции произведения связано с процессом канонизации Леонтия Ветковского.

Редактор подверг сокращению прежде всего константинопольский цикл путевых очерков, самый большой по объему в "Хождении" и, в отличие от иерусалимского цикла, более светский по содержанию. Рассказ о пути в Святую землю у Иоанна Лукьянова занимал больше места, чем описание иерусалимских святынь, и это нарушало жанровую традицию. Чтобы исправить положение, из текста были удалены упоминания о прогулках паломников по Царьграду, о встречах с русскими невольниками, о константинопольском пожаре и др. Во второй редакции резко сокращается количество и объем лирических фрагментов на тему дорожных тягот, особенно если рассуждения о путной нужде сопровождались помышлением назад итти. Из текста устраняются сведения о паломниках, не дошедших до Иерусалима из-за бедности, немощи и плотских недостатков (это спутники Иоанна Лукьянова — Адриан и запорожский казак Петрушка).

Пропуск текста объясняется и причинами идеологического характера. Возвышая Российское государство как последний оплот православия, редактор опускает рассуждения автора "Хождения" о том, что Москва редка строением, потому что это новый город, по сравнению с Константинополем. В описании каменного моста в турецком селе нет упоминания, что он дивно зѣло здѣланъ... добро бы не дивнѣе нашего, московского. Ряд сокращений выполнен, чтобы ослабить мотив преклонения паломника перед прекрасным нехристианского происхождения. Во второй редакции нет сравнения ночного Стамбула, украшенного огнями минаретов, со звездным небом, [510] а также авторского признания, что это ненасытный град, чтоб присмотрился: тут хорошо, а инде и лутче! Паче же у нихъ у мечетовъ забудется: все на нихъ смотришь да около ихъ ходишь (л. 80). Пропущены рассуждения паломника о похожей на земной рай удивителной зѣмле Египетской и о болгарах-потурнаках, у которых искра-та есть християнская. В тексте второй редакции отсутствуют примечания, что Гроб Господень держат французы-латыни, а по бокам Великой церкви — службы еретическая.

В ряде случаев зафиксирован пропуск хронологических указаний, соотнесенных с церковным календарем (см. л. 7, 11 об., 231, 247). Временной ориентир в суботу Акафистову заменен на суботу 5 недели поста по аналогии с последующей датировкой "и в неделю шестую" (л. 68 об.). Это может быть следствием тенденции к унификации хронологических указаний в тексте произведения и усилению их связи с пасхальным календарным циклом. Возможно, редактор, в отличие от автора "Хождения", не был священнослужителем и не разбирался в тонкостях богослужебной практики, однако он хорошо знал Священное Писание. В разряд сокращений во второй редакции попадают хронологические данные, связанные с библейской историей легендарно-апокрифического характера — упоминания, что Соломон создал Иерусалимский храм в 2 дня (по свидетельству Библии, — 3 Цар. 5, 3-38, — он возводился 7 лет), что Пресвятая Богородица была введена во храм трию лѣть.

Сокращение текста могло быть мотивировано наличием повторов в первой редакции памятника: сообщения, что в греческой церкви читают не весь канон, а только три песни; эпизода чудесного спасения паломника от разбойников в окрестностях Иерусалима; молитвы во время шторма и др. Стилистической правке подвергаются фрагменты, где есть повторы родственных слов. В отрывке ...туть мы объдали. И, пообъдавь... редактор заменяет слово пообъдавь на выражение, близкое по значению, — ядши хлѣба (л. 4). Однако в результате правки текста могут возникать новые повторы, не замеченные редактором. На л. 265 абзац открывает и завершает сообщение о пребывании паломников в Киеве в течение шести недель.

Во второй редакции "Хождения" встречаются механические пропуски, возникшие при переписке. Как правило, пропускается текст, обрамленный повторяющимися словами, например: и стали [в монастыре у Николы, порекломь Голя. И стали]. Пропуски текста ведут к "затемнению" его смысла, что наблюдаем на л. 255 об. при пропуске фразы слезут с коней, которая читается в первой (л. 152) и в третьей (л. 74) редакциях: A гдѣ на мостахь и на гатехь человѣкъ 20 или 30 [...] да черезь переправу перепроваживаютъ, и на л. 262 при пропуске словосочетания два дни, которое содержится в тексте первой (л. 155 об.) и третьей (л. 76) редакций: И ехоли мы до Киева [...], и приехоли мы вь Киевъ. Пропуск части предложения и турчанинь листь [511] прочелъ на л. 59 привел к тому, что слова турка стали восприниматься как речь паломника.

Случаи искажения смысла во второй редакции возникают в результате неудачного сокращения текста, возможно, с целью избавления его от повторов: ...поидохомъ к богоспасаемому граду Калуги. [И пришли (приидохомъ) в богоспасаемый градъ Калугу] въ пятокъ въ 3 часу нощи (л. 4). То же самое может происходить из-за вставок и уточнений, например, в описании Великой церкви, у врат которой, согласно первой редакции, было 11 столповъ мраморных да 3 аспидных, то есть 14; во второй редакции их стало 11 — 8 мраморных да 3 аспидных (л. 189 об.). Редакторская правка текста является не всегда удачной, особенно когда нарушает эмоциональный настрой повествования (замена крикъ да стонъ на крикъ да стукъ — л. 146 об.) или ведет к разрушению типичных либо для стиля Лукьянова, либо для стиля древнерусских "хождений" языковых формул (замена златое дно на златое око — л. 124).

Как показывает анализ текста, редактор "Хождения" при обозначении стоимости товара или услуги придерживался монетной системы, введенной реформой Петра I в 1698-1704 гг. Так, он устранил указание на ходивший во второй половине XVII в. грош, заменив выражение по грошу на две копейки (л. 81). Известно, что с 1698 г. денежная система России стала основываться на десятичном принципе, самом передовом в Европе, и 1 рубль стал равняться 100 копейкам, или 1 талеру. В тексте второй редакции талер везде именуется тарелем и изменены единицы счета денег: две копейки--4 дѣнги (л. 69), 3 копейки6 денегъ (л. 100), семь гривенъ23 алтына двѣ денги (л. 45), 20 копеек — двѣ гривны (л. 254); 3 копейкиалтынъ (л. 254). Кроме этого, появляются разночтения, связанные с переводом единиц одной национальной денежной системы в другую. В первой редакции указано, что левок ходит по 43 пары, во второй редакции — по 46 пар; здесь же сообщается, что за червонный венѣцейский дают не 111 пар, а 111 и 112 пар (л. 81 об.).

При сравнении первой и второй редакций "Хождения" были обнаружены расхождения в языке:

а) на фонетическом уровне, связанные с твердостью-мягкостью, звонкостью-глухостью согласных, историческими чередованиями и диалектными особенностями речи (исповедьисповѣтъ, л. 100; морозь-мразъ, л. 12; церквицръкви, л. 145; жрало — жерело, л. 204; игумна — игумена, л. 125; ступеней — ступней, л. 187; ночью — нощию, л. 27 об.; хороша — хороца, л. 17; еже — уже, л. 41; в часу час, л. 87; целуютъ — цалуютъ, л. 186; мнится — мнитца, л. 186; и др.);

б) на лексико-семантическом уровне (растахомсяразыдохомся, л. 6; зело, веема — велми, л. 5, 13; борошенъ — рухледъ, л. 8; доброспоможение, л. 16 об.; господинхозяин, л. 18 об.; наскучил — надоелъ, л. 48; покляпилась — похилилась, л. 74; понемногумало, л. 96 об.; здравствовать — [512] поздравлятъ, л. 101 об.; из-за трапезыизо стола, л. 153; богатыя — нарочитыя, л. 161 об.; свѣтятся — блещатъ, л. 167; и др.);

в) на словообразовательном уровне, связанные с употреблением форм без уменьшительных суффиксов (овсеца — овса, л. 8; сенца — сѣна, л. 9 об.; писмецо — писмо, л. 61 об.; старчикъстарецъ, л. 68; посошокъ — посохъ, л. 100; винца — вина, л. 161 об.; предѣлецъпредѣлъ, л. 176 об.), с заменами слов на формы, имеющие другие приставки и суффиксы (доѣзжая — проезжая, л. 20 об.; потихъ — утихъ, л. 20 об.; по-турски — по-турецки, л. 98 об.; гостин — гостиное, л. 109 об.; турчанин — турчинъ, л. 191 об.) и др.;

г) на морфологическом уровне, например: последовательная замена формы простого прошедшего времени на аорист (встали — востахомъ, л. 3 об.; проводилъ — проводи, л. 7; свѣдали — свѣдоша, л. 12 об.; вошли — внидохомъ, л. 177); преобразование кратких форм прилагательных в полные (велика — великая, л. 12; кривъ — кривой, л. 118; нагинагия, л. 120); наличие разночтений в окончаниях падежных форм существительных (городке — городку, л. 34; товарищей — товарищевъ, л. 13 об.; жителей — жителѣвъ, л. 16 об.; грековъ — грекъ, л. 89; ефимковъ — ефимокъ, л. 93); вариантность в категории рода у заимствованных слов (мечеть — мечет, харчъ — харч, ж.-м.р.);

д) на синтаксическом уровне: замена союзов и союзных слов в сложноподчиненных предложениях (яко — что, л. 16 об.; коя — которая, л. 168), конструкции поехал к Москвѣ на поехал в Москву, л. 18 об.; избавление текста от инверсий (4 часа ударило ночи — 4 часа нощи ударило, л. 9; живет воевода — воевода живетъ, л. 26); переход от бессоюзной связи в предложении к союзной: ...и придумали: послали почту в Царъград к салтану... — ...и придумали, и послали почъту... (л. 239 об.).

Характерная примета редакторской работы с текстом произведения — тенденция к унификации глагольных форм: Потомъ мы поклонихомся ему и отпустихомся [в I ред. — отпустилися] на море (л. 233). Если в первой редакции "Хождения" глагольный ряд предложения мог включать разные формы прошедшего — ходихом... смотрихом... дивилися, то во второй редакции последняя форма правится по аналогии с предыдущими на дивихомся (л. 153 об.).

У редактора, в отличие от автора "Хождения", иное отношение к использованию заимствованной лексики. Многократны случаи пропуска иностранных слов в прямой речи при сохранении неточного перевода их значения: [Пеки адамъ], доброй-де человѣкъ Халовъ (л. 237); [Анасы секимъ евуръ], лихой-де попасъ (л. 61). В последнем примере пропущено выражение, которое относится к разряду ненормативной лексики. Иногда иностранное "речение" заменяется на его русский эквивалент (салтан — турецкий царь, л. 111; арака — горѣлка, л. 197 об.); следы обратного процесса встречаются реже и, как правило, служат для уточнения значения слова (разбойниковъ — [513] курсановъ, сирѣчъ от араповъ, л. 151). Из описаний исключены заимствованные слова, значения которых автор не знал или не истолковал: хананея, чефуты, гомалы — в основном это лексика бытового характера или имеющая сниженную стилистическую окраску.

В тексте второй редакции "Хождения в Святую землю" встречаются образцы народной этимологии иноязычного слова (яковитка — яковошка, л. 197 об.). Регистрируются случаи вариантности форм иноязычной лексики, по сравнению с первой редакцией произведения: фуртуна — фортуна в значении 'буря' (л. 242); когве — кофей 51 (л. 228). Для второй редакции характерно введение и использование на протяжении всего текстового пространства греческого слова питропосъ (питросъ) в значении 'наместник'. Новые лексические заимствования сопровождаются глоссой или толкованием (елдеганъ, сирѣчъ гостиной дворъ, л. 70), иногда этимологической справкой (до Малова Египта, а по-турецки Домять, л. 231). В старый перевод иностранных слов вносятся уточнения, связанные с изменившейся российской действительностью. Если в первой редакции слово изупаша толкуется как полковой воевода, то во второй редакции оно переводится как полковник (л. 252 об.). В данном случае термин "воевода" употребляется в значении "военачальник" (как военный чин отменен в петровское время, как административная должность — в 1775 г.).

Сопоставительный анализ редакций путевых записок Иоанна Лукьянова позволяет сделать вывод о наличии тенденции к освобождению текста от просторечных и диалектных форм, выражений типа: да руками разно; обушком межи крыл... суетъ; ну-ста, смотри же; зѣло бѣсъ прокудливъ в нем был, лихой, бросал окаянной. Процесс редакторской правки с целью сделать текст более книжным, литературно обработанным иллюстрируют следующие примеры:

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

Все сперва, всякое дѣло с приступу лихо, а потом обуркается, такъ и знакомо станетъ (л. 83).

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

Все сперьва, всякое дѣло дико, а потом осмотритца, такъ и зънакомо станеть" (л. 120-120 об.).

Низкие "речения" и примеры стилевой дисгармонии остались в отрывках религиозно-полемической направленности (У грѣкъ толко ета добродетель мотаетца и дураку законъ не писан — л. 90 об.) или в оценочных [514] суждениях в очерках бытового характера (Мы подивилися тѣмъ бабамъ — богатыри, лихоманки! — л. 116). Случаи появления в тексте новых просторечных форм довольно редки (хотяхошъ, л. 108 об.; почтипочитай, л. 131 об.; ужасужасть, л. 151 об. и ужесть, л. 54 об.).

Высокость стилю "Хождения" во второй редакции придает сознательная архаизация написания слов, более последовательное употребление буквы "ять" (нѣтъ, грѣческой, мѣсто — л. 187), появление "ь" и "ъ" в середине слов, как правило, на стыке приставки и корня (ѳозъмогохомъ, въскорѣ), корня и суффикса (глуховъской, боголюбъца). Из двух близких по значению выражений "путное хождение" и "путное шествие" редактор чаще использует второе (см. л. 5 об.), что свидетельствует о предпочтении им высокой лексики. На морфологическом уровне этому способствует замена форм прошедшего времени на аорист.

Подведем итоги. На вопросы: кто, когда и где создал вторую редакцию "Хождения в Святую землю" — нельзя дать однозначных ответов. Очевидно, что редакция возникла не позднее середины 80-х годов XVIII в. — времени, которым датируется самый ранний из известных списков этого вида. Составление редакции, скорее всего, связано с процессом канонизации старца Леонтия, которому было приписано создание "Хождения в Святую землю". Владельческие пометы на листах списка (одного времени с водяными знаками рукописи), принадлежащие белевскому купцу первой гильдии Василию Ивановичу Сабинину, делают вероятным участие в редактировании книги белевских старообрядцев, сохранивших память о паломничестве, маршрут которого пролегал через их город. Из документов, находившихся в архиве Синода, известно, что деятельность Леонтия Ветковского простиралась на старообрядческие скиты и общины Твери, Торжка, Ржева, Вереи, Калуги и Белева. Создателя редакции следует искать в числе людей литературно образованных, хорошо знавших жанрово-стилевой канон паломнического "хождения". Наличие вставок в тексте произведения, не имеющих аналогов в предшествующей путевой литературе и близких к стилю Лукьянова, позволяет выдвинуть гипотезу о существовании не известной нам редакции памятника, более пространной, чем первая.

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ "ХОЖДЕНИЯ"

РНБ. Общее собр. ркп. книг (Ф. 560). F. IV. No 319. "Путешествие Иоанна Лукианова". Рукопись последней четверти XVIII в. (водяные знаки: вензель — типа Тромонин, No 1099 — 1742 г., No 1100-1748 г.; герб Ярославской губернии, по Клепикову, II, третьего типа — 1748-1751, 1756 гг., по Тромонину, No 427 — 1748 г.; "Pro Patria" с литерами "АГ" и вензелем — Участкина, [515] No 707 — 1786 г.); 1° (34,0 х 21,5); 78 л. (76 + II; л. I — поздний, без филиграней, с комментарием С.А. Соболевского; л. II — единственный в рукописи с филигранью герба Ярославской губернии, на нем рукой С.А. Соболевского написано название произведения; л. II об. — чистый); полуустав. Нумерация листов цифровая, выполнена рукою С.А. Соболевского: сверху черными чернилами указан номер листа, красными — номер страницы; в нижнем углу каждой страницы дано указание на количество строк (как правило, на странице 40-41 строка). В рукописи есть выделенные киноварью инициалы (л. 1 и л. 1 об.) и целые строки (л. 2-7, 8, 9-12 об., 13 об.-16 об., 21 об.-22, 26, 27 об.-28 об., 30 об.-34 об., 36-37, 38, 39, 40 об., 42 об., 43 об.-44, 46 об.-47, 48-48 об., 54-55 об., 56 об.-57, 60, 61, 63, 65 об.). Текст на листе с двух сторон очерчен полями (двойными вертикальными линиями, проходящими от верхнего края листа до нижнего; поля от внешнего края — 3-4, 5 см, от внутреннего края — 2-2, 5 см). Переплет рукописи (XIX в.) сделан из плотного картона; на кожаном корешке переплета вытиснено: "Путешествие Лукьянова".

На внутренней стороне верхней обложки — экслибрис С.А. Соболевского, книжный знак из белой бумаги: "Ex Bibliotheca Sobolewskiana" со вписанным от руки номером "22"; здесь же помещен текст дарственной: "В Императорскую Публичную библиотеку от С.А. Соболевского" — и новый шифр рукописи "F. IV. No 319". На л. I запись рукою С.А. Соболевского: "Эта рукопись доставлена мне из Орла в 1853-м году. Переплет на ней был старинный кожаный; никаких приписок или заметок нигде не находилось, кроме No 21-ого и слова путешественникъ, написанных внутри переплета. Вышеозначенные номер и слово, равно как и следы сургуча, оставшагося на переплете снаружи от приложенной прежде печати, подают мне повод думать, что прежний владетель приобрел рукопись с аукционного торга описаннаго почему-то имущества. Старый переплет я заменил новым: во-первых, за ветхостию, во-вторых, в намерении удостовериться разшивкою тетрадей, не было ли в начале или конце вырванных листов. Оказалось, что все тетради состоят из полных листов и что, следовательно, ничего вырваннаго нет, это не мешает, однако же, предполагать, что в конце была особенная, более или менее полная тетрадка или даже лист (но лист отдельный) для описания путешествия И. Лукьянова от Нежина до дому. 22 генваря 1856 года. С.А. Соболевский". На л. II — название произведения, сделанное Соболевским: "Путешествие Иоанна Лукианова". Фрагмент текста на л. 54-54 об. от слов "и от того камени поидохомъ въ юдоль Асафатову", выделенных киноварью, до слов "и вышедъ вонъ изъ церкви Пресвятыя Богородицы" включительно выделен С.А. Соболевским. На полях л. 54 его рукою записано: "Все это место следует на страницу 113-ую (лист 57-ой), что там и оговорено переписчиком. С. Соболевский. 1855 г. Москва". На л. 57 красными чернилами выделены слова, написанные киноварью: "читай: и от того камени [516] поидохомъ въ юдоль Асафатову, писано ниже описания Иерусалимскова и паки здѣ", а на полях помета Соболевского: "Сюда следует поместить 35 строк с 54-го листа".

На полях л. 1, 25, 50, 76 об. проставлена печать Императорской Публичной библиотеки; на обороте последнего листа рукою библиотекаря И. Бычкова сделана запись о количестве листов в рукописи (II + 76). В "Отчете Императорской Публичной библиотеки" отмечено, что рукопись XVIII в. была подарена С.А. Соболевским в 1867 г. 52

Список "Хождения" Иоанна Лукьянова опубликован П.И. Бартеневым в "Русском архиве" (М., 1863. Вып. 1-5.). При сличении издания с текстом рукописи были выявлены следующие отличия:

1. Осуществлены изменения в рамочной структуре текста: произведение получило название, отдельные структурные единицы выделены заголовками, например: Царьградъ (л. 16 об.);

2. Текст в ряде случаев избавлен от инверсий: старцы простыя (л. 19) — простые старцы;

3. Пропущены нецензурные слова и выражения (блядины дети, л. 19);

4. Встречаются ошибки в передаче текста, где есть буквенное обозначение цифр: а в значении "первый" (л. 15) в издании идет как союз я;

5. Есть случаи неправильного прочтения рукописного текста: до нощи (л. 68 об.) — да ночью;

6. Текст произведения иногда неверно поделен на предложения: И поутру стахомъ, въ селе тутъ коней кормили и сами ели (л. 5 об.);

7. В издании обнаружены пропуски текста механического характера, обычно на уровне отдельных слов: очень дорогъ (л. 13) — дорогъ; Слава тебе, Господи! (л. 28 об.) — Слава, Господи! — или фраз: идутъ и опять (л. 2), что патриархъ греческой умеръ (л. 31 об.), "я гдѣ, Богъ весть" (л. 56 об.);

8. Пропущены фрагменты текста, связанные со спецификой старообрядчества: ...а к тому бы усердию да простоте да правая вера — все бы святыя были люди (л. 8); Сложение персть какъ свидетелствуетъ Феодоритъ Блаженный и преподобный Максимъ Грекъ; крестился онъ двома персты — тако теперьво ясно и по смерти его плоть мертвая свидетельствуешь на обличение противниковъ (л. 9); ...такое же изображение въ перстахъ. Что уже боле того свидетелства, что нагия кости свидетелствуют?! Мы уже и кои съ нами были достоверно досматривали сами, дерзнули: поднимали ихъ руки и смотрели, что сложение перстовъ — два перста и разгнуть нелзя, разве отломить, когда кто хощетъ разгибать (л. 9); [517]

9. Есть пропуски, возникшие в результате литературной правки (см. л. 10 об., где текст избавлен от повтора фразы изъ рукъ, что сабаки, рвутъ) 53;

10. Тенденция сознательной правки текста публикатором прослеживается и на лексико-семантическом, словообразовательном уровнях, ср.: государства (л. 8) — царствѣ, корабленники (л. 14 об.) — корабельники;

11. Издатель исправил явные неточности, например, в описании Киева церковь хороша Михаилы Затворника на церковь хороша Михаилы Златоверхова (с. 12);

12. Заменил цитаты из Священного Писания, которые автор приводил по памяти, на точные и пространные, с отсылкой к первоисточнику (ср. евангельский текст на л. 55 рукописи и на с. 78 издания);

13. Отрывок, читающийся на л. 54-54 об. (со слов и от того камени поидохомъ въ юдоль Асафатову, выделенных киноварью, до слов и вышедъ вонъ изъ церкви Пресвятыя Богородицы включительно), должен быть расположен на л. 57, на что указывает запись, выполненная рукою писца: «читай "и от того камени поидохомъ въ юдоль Асафатову", писано ниже описания Иерусалимскова и паки здѣ» (л. 57). Это было замечено еще С.А. Соболевским, который выделил фрагмент на л. 54-54 об., сделав на полях помету: "Все это место следует на страницу 113-ую (лист 57-ой)". В издании данный отрывок перемещается без мотивации причины и отсылок к пометам в рукописи;

14. Текст "Хождения" приближен к орфографии XIX в. (кочевыя — кочевые, денги — деньги, чюдо — чудо), избавлен от ошибок (салдат, мелачъ, корован) и вариативности в написании одного и того же слова (в рукописи встречаются формы ушелъ и ушолъ, в издании — только ушелъ); правке подлежит употребленная автором иноязычная, просторечная и диалектная лексика (присталь исправляется на пристань, бола на была, матрозы на матросы), проведена унификация написаний имен собственных с учетом современной нормы (Стамбулъ вместо Станбулъ, Родосъ вместо Родость).

Таким образом, издание "Хождения", осуществленное П.И. Бартеневым в "Русском архиве", нельзя назвать научным: текст опубликован по одному списку поздней редакции, издан не целиком и с ошибками, слог списка в значительной мере поновлен. Однако это нельзя ставить в вину публикатору: подобные принципы издания древних памятников считались в то время чуть ли не нормой, отражая общее состояние текстологии как науки. Кроме того, [518] следует помнить, что изучение любого произведения рукописной традиции бытования, как правило, начинается с предварительных, выполненных по случайным спискам, изданий.

Главный отличительный признак третьей редакции "Хождения в Святую землю" — наличие в начале произведения проезжей грамоты, где содержатся сведения об авторе — московском жителе, священнике церкви Покрова Богородицы Иоанне Лукьянове. В документе сообщается, что по указу царя Петра Алексеевича он отпущен для моления к Гробу Господню въ государство великаго государя Мустофы-салтана, величества турскаго, во святый градъ Иерусалимъ и что паломника надлежит пропускать съ людми и съ рухледъю какъ туды ѣдущаго, такъ и назадъ возвращающагося, вездъ безъ задержания со всякимъ вспоможениемъ по перемирному договору (л. 1). Проезжая грамота датирована 15 июня 1710 г., что расходится с реальным временем паломничества Лукьянова, получившего проезжую грамоту в 1701 г. В 1710-1711 гг. московский священник не мог побывать в Стамбуле в связи с Прутским походом и началом русско-турецкой войны.

Вторая отличительная особенность третьей редакции — замена имени Леонтий на Иоанн во вступительной части "Хождения". Кроме этого, текст произведения освобождается от краткого заключения, где упоминался "Леонтий-старец". Складывается впечатление, что третья редакция создается как непосредственная реакция на вторую вскоре после ее появления (судя по датировке известных нам списков) и имеет полемическую направленность по отношению к ней, стремясь восстановить авторские права московского священника Иоанна Лукьянова.

В первой и во второй редакциях произведения "путное шествие" во Иерусалим начиналось с 17 декабря из Москвы, в третьей редакции — с 23 декабря из Калуги. Тем самым новый редактор "выпрямлял" маршрут хождения, делая первым сюжетным звеном повествования получение паломником благословения у игумена Спасо-Воротынского монастыря Спиридона. Кроме того, подобное начало подчеркивало калужское прошлое героя и его прочные связи с купеческой, по преимуществу старообрядческой, средой.

Если во второй редакции членение текста на фрагменты сопровождалось введением киноварных инициалов, то в третьей редакции киноварью выделены целые фразы или предложения, открывающие каждую новую композиционную часть "Хождения". Киноварные строки организуют восприятие текста как дневниковой формы: Генваря въ 11 день заутра рано по-идохомъ со Орла на Кромы... (л. 4 об.); Генваря въ 27 день поидохом изъ Нѣжина къ преславному граду Киеву... (л. 7); Марта въ 7 день взяхомъ у господаря воложскаго листъ и поидохом изъ Ясей... (л. 13 об.). Киноварью выделяются начала не только датированных фрагментов "путника", но и описаний городов, например: "Град Нѣжинъ на плоскомъ мѣстѣ; два города въ нем..." (л. 7), что "проявляет" очерковый характер произведения. [519]

Третья редакция "Хождения" является самой пространной, так как объединяет чтения первой и второй редакций.

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

А чрез рѣку мостъ каменной оченъ длинен (л. 78).

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

A черѣзъ рѣку мостъ каменъной так же, что на Москвѣ (л. 110 об.).

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

А чрезъ рѣку мостъ каменной, такой жа, что на Москвѣ-рекѣ, чрезъ Москву-рѣку, длинен очень (л. 33).

И бысть нам сие путное шествие печално и унынливо; не бе видети человека, точию пустыня велия и зверей множество: козы дикие и волцы, лоси, медведи. Ныне же все разорено да развоевано от крымцев (л. 21-21 об.).

И бысть намъ сие путное шествие печално: бяще бо видѣти ни града, ни сѣла; аще бо быша прежде сего гради красни и нарочиты селы видѣниемъ, но нынѣ точию мѣсто пусто и ненасѣлено; не бѣ видѣти человека, точию пустыня велия и звѣрей множество — разорено все от крымцовъ (л. 34).

И бысть намъ сие путное шествие печално и уныливо, бяше бо видѣти ни града, ни села. Аще бо и быша прежде сего грады красны и нарочиты села видѣниемъ, но нынѣ точию пусто мѣсто и ненаселяемо, — не бѣ видѣти человѣка, пустыня велия и звѣрей множество: козы дикия и волцы, лоси, медведи, — нынѣ же все разорено да разваевано от крымцовъ (л. 10 об.).

Как в первой редакции произведения, в третьей встречаются сведения о казаке Петре, который не дошел до Иерусалима (л. 11 об.), и о попавших в плен к пиратам попе и дьячке (л. 68 об.), описание ночного Стамбула (л. 22 об.) и тягот пути от Ясс к Голацу (л. 13 об.), рассказ паломника о встречах с русскими невольниками на турецких катаргах (л. 24) и о челобитье воеводе на произвол паши (л. 70 об.), рассуждение об удивительной земле Египетской (л. 36 об.), чудо святого Георгия (л. 40 об.-41) и др. Сохранены чтения первой редакции, которые раньше подвергались сокращению из-за слишком мирского характера: о красоте польских евреек и о Петровском кружале в Москве.

Как во второй редакции "Хождения", в третьей содержатся колоритные описания, к примеру, жизни паломников в Иоппии, когда две недели ожидания корабля им "пущи года стала", прогулок по морскому берегу, после которых, по признанию автора, "тоска-та малое число посволочетъ" (л. 64 об.). Текст новой редакции удерживает многие чтения, появившиеся во второй [520] переработке памятника, — сообщения, что в Адрианополь из Царьграда караваны ходят только в понедельник и в четверг (л. 32), что в Египте городов и сел вдоль Нила как песка морского (л. 36). В ряде случаев "общие места" второй и третьей редакций различаются стилистически. Ср.: рубаху в штанахъ носят — все то по-турецки (л. 98 об.) — рубаху въ штаны спрячетъ — все по ихъ же (л. 29 об.). Используя сравнение каравана паломников с маковым цветом, которое встречается во второй редакции, создатель третьей считает необходимым "расшифровать" образ — всякой въ цвѣтномъ (л. 32 об.). В описании жен греческих матросов он повторяет определение богатыри, но опускает второе — лихоманки, что делает текст в стилистическом отношении более однородным.

В третьей редакции, по сравнению с предшествующими, появляются новые чтения, отличающиеся оригинальностью и художественной выразительностью. Рассказывая об особом отношении греческих детей к грамотному учению, составитель третьей редакции добавляет: мнится, что въ пеленкахъ учатся (л. 30 об.). Круг сведений о греках расширяется за счет сообщения редактора, что они вѣру велику держатъ къ Георгию да къ Митрию Селунскому (л. 29). Распространение текста может усиливать его полемическую направленность. По словам нового "справщика" "Хождения", греки, набравъ на Москвѣ денѣгъ да приехавъ въ Царъградъ, покупают у патриарха не только митрополитство, но и епископство (л. 19) — это расширяет сферу действия симонии, свидетельствуя о падении нравов в среде греческого духовенства.

В целом для третьей редакции произведения характерно увеличение текстового пространства за счет реалий бытового характера. О процессе наращения текста новыми подробностями свидетельствует сравнение описаний арабской свадьбы. В первой редакции сообщалось, что участники свадебной процессии ходят со свечами (л. 94 об.), во второй — со свѣчами, со съмолою (л. 142), в третьей — со свѣчами, со смолою, на желѣзныхъ козахъ носятъ (л. 41). С одной стороны, эти детали могли появиться в тексте "Хождения" как результат наблюдательности, житейского опыта и прагматизма мышления редактора. Исходя из содержания путевых записок Лукьянова, где неоднократно упоминалось о необычно теплой зиме 1701-1702 гг., редактор мог вставить в очерк о пребывании паломников в Нежине бытовую подробность, которой не было в первых редакциях, — Тушь мы и сани продали (л. 7).

Во-вторых, возможный источник новых сведений для редактора — древнерусские "хождения" и проскинитарии. Оттуда могли быть заимствованы данные о ширине Великой церкви (поперекъ — сто ступеней, л. 49), о том, что село святыхъ богоотецъ Иоакима и Анны по-другому нарицается Богородицынъ домъ, что церковь в кем равна съ землею, а лестница, туда ведущая, имеет 46 ступеней, что над гробом Богородицы висит сорокъ семь кан-дилъ (л. 54), а не 12, как указано в других редакциях. [521]

В-третьих, в тексте последней редакции есть ряд реалий, знание которых сопряжено с путешествием на христианский Восток. Например, в очерке, датированном 26 июля, содержатся новые подробности: на корабле подняли паруса в полдерева, а опустили, пройдя две версты (л. 34). В описании Адрианополя вслед за сообщением о строительстве после пожара греческой приходской церкви приводится новая информация, основанная на рассказах современников описываемых событий и свидетельстве паломников: ...сказывали, что визиръ-де доброй человѣкъ; въ Царѣградѣ такой отнюдь ни самому патриарху выстроить. Тако въ Едринѣ къ намъ турки добряя были цариградскова (л. 33 об.; ср.: I ред., л. 78 об.; II ред., л. 111 об.). Последнее обстоятельство заставляет предположить, что третий редактор использовал текст "Хождения" Иоанна Лукьянова, существовавший в более полной авторской версии, чем тот, что содержат известные нам переработки памятника.

Возможно, создатель третьей редакции — москвич, и поэтому состав московских реалий в тексте резко увеличивается:

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

[Турки] пышно ходят, в чем сами, в том и слуги, в цветном все... (л. 56)

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

И пышно ходят, не видиши у нихъ в овчиных шубахъ или в сермяжных ковтанах, но всѣ ходят у нихъ въ цвѣтномъ, в чемъ самъ, в такомъ и слуга... (л. 82).

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

...пышно ходятъ, не увидишъ по-московски в овчинныхъ шубахъ или въ сермяжныхъ кафтанахъ; а у нихъ всѣ ходятъ въ цвѣтномъ, въ чомъ самъ, въ таком и слуга..." (л. 24).

Дворцы царския у турка около моря везде подѣланы не хорошо добре, не какъ наши, у него поземныя толко тѣмъ хороши — над водою сады, около древа кипарисовыя (л. 59).

Дворцы царския у турка около моря вездѣ подѣланы поземныя узорочисьты, над водою сады и около дрѣва кипарисовыя (л. 84).

Дворцы царския у турка около моря вездѣ подѣланы не добрѣ узорично, яѣ какъ наши Коломенъския, Воробъевы горы — у него поземныя; толъко тѣмъ узоричисто — надъ водою сады, около древа кипарисовыя (л. 25).

Тенденция к умножению московских реалий текста видна в описании первого константинопольского "столпа": А говорятъ греки, бутто тотъ камень съ моря тенули три года до тово мѣста; а переволока такова, что у насъ от Тайницкихъ воротъ до Ивановской колоколни (л. 21 об.), а также в сравнении Константинополя с Москвою, которая "рѣдка, а се слободы [522] протянулись, да пустыхъ мѣстъ много: Донская. Новодевичъ. Преображенескъ... (л. 22 об.). В третьей редакции приводится полное имя московского купца, которого паломники встретили в Царьграде, — Василий Никитин Путимец (л. 19 об.), в ранних редакциях он называется Василием Никитиным. Упоминания о московских слободах и купцах, подмосковных царских дворцах и зданиях Кремля в большей мере характеризует время жизни автора, а не редактора "Хождения". Таким образом, и эти чтения могли восходить к неизвестной редакции, где авторский текст был представлен полнее, чем в первой и второй переработках памятника.

Сокращение текста не характерно для последнего редактора "Хождения". Оно может возникать в результате пропуска слова, фразы или целой строки при переписке.

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

Такъ я и пошелъ в метоху. Потомъ сталъ к бѣю ходить, чтобы меня отпустилъ во Иерусалимъ, чтобы подводы далъ и проводниковъ (л. 136-136 об.).

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

Такъ я и пошелъ, чтобъ подводы далъ и проводниковъ (л. 39 об.).

А какъ турецкой корабль возьмуть, такъ со всемъ во свою землю отведутъ... (л. 138).

Возмуть, так со всѣмъ въ свою землю отведуть... (л. 40).

Перестановки в тексте третьей редакции вызваны в основном стремлением ее составителя упорядочить описания. Так, в орловском очерке редактор прежде рассказывает о том, что путники остановились на ночлег в доме "боголюбца-орлянина", затем о том, как Лазарь угостил паломников и дал им в путь рыбы, а для коней овса. Логика повествования в первых редакциях произведения иная: сначала сообщается об угощении и дарах, потом о ночлеге. Пропустив фрагмент описания пути из Ромли в Иерусалим до нападения на караван арабов (И тотъ весь день шли между горъ разсѣдинами... а сами и проводники назат воротились — II ред., л. 145 об.-146), редактор переместил чтение истыя бѣсы, зѣло насилие великое творятъ! А паша, окаянной, толко славу-ту учинилъ, что за городъ выпроводилъ, да денги обобралъ съ человека по гривне, алтына по два, да пхнулъ межи горъ ко арапомъ, а за нами проводники и назадъ в середину сцены нападения арабов на паломников, после слов ...пощади, Господи, подобно что на мытарствахъ от бѣсовъ, так как это сравнение получает дальнейшее развитие: разбойники-арабы ведут себя что истыя бѣси (л. 43).

Руководствуясь в работе с текстом "Хождения" хронологическим принципом расположения материала, редактор переместил рассказ о посещении лавры Саввы Освященного. Если в первых редакциях паломники посетили [523] лавру после монастыря Михаила Архангела, то в третьей — перед самым выходом из Иерусалима в обратный путь. Известно, что знакомство паломников с монастырем по возможности было приурочено к дню памяти святого, в честь которого он был основан. Последовательность осмотра монастырей Михаила Архангела, Святой Екатерины и Саввы Освященного в третьей редакции не противоречит хронологической последовательности праздников этим святым (8 ноября, 24 ноября, 5 декабря), а также дате следующего путевого очерка — 18 генваря.

Определяя стоимость товара или услуги, размер пошлины, милостыни или "подарунка", создатель третьей редакции "Хождения" стремился к унификации денежных единиц. Характерный для второй редакции ряд 2 алтына, по 6 денег, по копѣйки в третьей выглядит как 2 алтына, по шти денегъ... по двѣ денги (л. 8 об.). Новый редактор предпочитал вести счет на алтыны и деньги, но употреблял и более крупные единицы — полуталер, талер, червонный, при этом иногда встречается замена тарелей па рубли (см. л. 12 об., где дань воложскому господарю исчисляется в рублях, а не в талерах).

Появление разночтений в денежных суммах в третьей редакции, по сравнению с первыми, может быть связано с неразличением и (8) и н (50) при переводе буквенного обозначения в цифровое. Согласно данным первой редакции, разбойники отняли у некоторых паломников 8... 20... 30 талерей (л. 99), в третьей редакции — 50... 20... 30 талерей (л. 40 об.). Туркам-провожатым дали на дорогу, по свидетельству третьей редакции, с пятьдесятъ талерей (л. 75 об.), а в предшествующих редакциях — 8 талерей. Подобное встречается и при измерении расстояний (см., например, л. 65 об., где вместо 8 верстъ читается верстъ с пятьдесятъ). Пятьдесятъ саженъ, когда речь идет о длине церкви Рождества Христова, нельзя отнести к ошибочным чтениям третьей редакции. Трудно представить, что при длине 8 сажень здание было поперекъ дватцатъ семь саженъ (л. 46 об.).

Если в первых двух редакциях числовые ряды строились по принципу нарастания или убывания, то в последней редакции порядок мог нарушаться; кроме того, допускалось смешение цифровой и словесной форм, однако предпочтение отдавалось последней:

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

по 8, и 7, и по 5 червонныхъ (л. 102).

по 8 червоныхъ, по 7 и по 5 (л. 158).

по семи, по пяти и по восми червонныхъ (л. 46).

по 8, по 6 и по 5 червонныхъ (л. 112 об.).

по 8, по 6 и по 5 червонных (л. 181 об.).

по 8, по 7, по пяти червонных (л. 49 об.).

Во втором случае появление в третьей редакции 7 вместо 6, скорее всего, объяснялось тем, что в тексте произведения сообщалось: после трапезы на Голгофе деньги с паломников брали так же, как после омовения ног. [524]

Третья редакция "Хождения" содержит разночтения, касающиеся расстояний между населенными пунктами и временных характеристик. Если в первой и второй редакциях от Волхова до Орла и от Орла до Севска соответственно 40 и 120 верст, то в третьей редакции — 50 и 108. От гирла до Царяграда Уским морем, по версии первых редакций, — 58 верст, а по данным последней переработки памятника — осмmнадесятъ верстъ. Новый редактор сообщал: на обратном пути казаки встретили паломников, когда те не доехали Поволочи верстъ за десять (л. 75), что противоречит свидетельству первых редакций (ѳѣрстъ за 15). При сопоставительном анализе редакций "Хождения" выявлены расхождения в датировке событий: согласно сведениям третьей редакции, паломники вышли из Севска 17 генваря, первой и второй — 16 генваря; из Глухова они отправились в путь 20 генваря вместо 19 генваря, как сообщают первые редакции. Не известно точно, когда путешественники пришли к Оке под городом Белевом: в это время в Спасском монастыре 4 часа нощи ударило (I и II ред.) или два часа ночи (III ред.).

В третьей редакции встречаются случаи искажения текста, явно ошибочных чтений. Синайский монастырь именуется Санайским (л. 18 об.), вместо на катаргахъ (I ред.) читается на торгахъ (л. 23 об.), слово знамение заменяется на затмѣние (л. 72), фраза в тѣ поры прочитана редактором как въ таборы (л. 76 об.). Идущие в Египет корабли грузили, по версии третьей редакции, не мылом, лесом, а малымъ лѣсомъ (л. 38 об.). Ошибочным является указание на время выхода паломников из Ромли в Иерусалим — ноября въ 28 дни (л. 42 об.), ибо далее идет очерк, датированный 30 октября. Допущен ряд изменений в именослове произведения: белевец Вязмитин выступает как Вязмятин, калужане Давыд Стефанович и Никифор Иосифович как Давыд Степанович и Иосиф Никифорович, орлянин Илья Басов как Нил Басов', фамилия севского воеводы меняется с Коровина (Коробьина) на Коровина.

Приведенный ниже сопоставительный ряд умножает число разночтений, характерных для третьей редакции памятника:

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

А хоша бы нас куда и продали — кому искать? Некому (л. 85 об.).

А хошъ бы нас куда и продали — кому бы насъ искать, инаковъ! (л. 124об.-125).

А хотя бы насъ куда и продали — кому насъ искать и на комъ! (л. 36 об.).

...инъ городъ весь разоренъ от татар... (л. 150 об.).

...ино горадъ весь разоренъ от тотаръ... (л. 253).

И ноѳъ городъ весь разоренъ от татаръ..." (л. 73).

A выѣзжали все бранная молодешъ (л. 155).

А выежали все браная молодежь (л. 260 об.).

A выѣжжали все убранная молодешъ (л. 75 об.). [525]


ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

И въ той нощи бысть погода велика. И тутъ стояхомъ весъ день и нощь: не пустилъ насъ вѣтръ (л. 53-53 об.).

И въ той нощи бысть погода великая и тускъ, стояхомъ весь день и нощь, не пустилъ насъ вѣтръ (л. 15 об.).

...висить сапогъ богатырской, в следу аршина... (л. 72).

...висить сапогъ богатырской въ саду, аршина воловая кожа въ него пошла цѣлая... (л. 20 об.).

...а всѣ тѣ веры называютца християнския! (л. 154 об.).

...а всѣ тѣ воры нарицаются христианами! (л. 45).

Ряд изменений, появляющихся в третьей редакции, на наш взгляд, нельзя толковать только как ошибочные чтения, ибо они могут не "затемнять" текст, а "проявлять" оригинальность его прочтения, иной художественной интерпретации ситуации или образа (тутъ — тускъ; веры — воры). Сопровождение отрядом янычар каравана, в составе которого паломники возвращались на Русь, в первой редакции объяснялось тем, что была слава великая у татаръ, что московския купцы едутъ богаты, так бы бѣз попытки не было (л. 152 об.). В третьей редакции выражение "бѣз попытки" замещается другим — безъ попорки (л. 74), так как попытка ограбления купеческого каравана неизбежно переросла бы в попорку, то есть, согласно данным словаря В.И. Даля, в "столкновение, драку". Во второй редакции казаки-палеевцы караван купцов и паломников обълѣпили (л. 260), в третьей редакции — облетѣли (л. 75 об.). Изменение текста вызвано стремлением подчеркнуть не большое число казаков, которых было что пчел, а, как у птиц, быстроту и стремительность их передвижения. В этом ряду следует рассматривать и замену слова бросал на прасалай (по Далю, "обманщик"):

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

Зѣло бѣсъ прокудливъ в нем был, лихой, бросал окаянной! (л. 151 об.).

Зѣло бѣсъ прокудливъ въ немъ былъ, лихой, прасалай окаянной! (л. 73 об.).

Исходя из содержания текста, редактор в сравнении Царьграда с родиной паломника исправил слово соболи на соловьи, так как до этого речь шла о горлицах (л. 23). Он уточнил, откуда, по мнению турок, исходит для них военная угроза, заменив в описании крепостей фразу для воинова опасу выражением для московскова опасу (л. 72).

Для третьей редакции памятника, по сравнению со второй, характерны следующие языковые отличия:

а) фонетические (ночь — нощь, л. 7; еже — уже, л. 12 об.; ызбу — избу, л. 14 об.; будто — бутто, л. 15; еловае — яловое, л. 15 об.; врата — ворота, [526] л. 20; блиты — плиты, л. 21; хвастать — фастатъ, л. 26; храмина — хоромина, л. 29; головный — главный, л. 29 об.; цски — деки, л. 49; сшедъзшедъ, л. 50 об.; крух — кругъ, л. 60; и др.);

б) лексико-семантические, например: виноварница — варница, л. 2 об.; всюду — везде, л. 23; мало — понемногу, л. 29; скудно — убого, л. 40; выслана — выкладена, л. 50 об.;

в) словообразовательные, типа: пятисотцкой — пятисотной, л. 6; ор-ганское — органистая, л. 8; приежим — проѣжжимъ, л. 8; узорочитое — узо-ричное, л. 13; СафѣевскаяСафийская, л. 20; посох — посошок, л. 30; греченинъ — гречинъ, л. 35; распятие — пропятие, л. 56 об.;

г) морфологические, связанные с употреблением разных форм прошедшего времени глаголов (перевѣзлися — перевезохомся, л. 11), с варьированием падежных окончаний существительных (товарищевъ — товарищей, л. 4 об.; яйца — яйцы, л. 40; домѣ — дому, л. 60; сторожи — сторожа, л. 60), с изменением родовой принадлежности слов (харчъ всякуюхарчъ всякой, л. 15; в каторой юмрукев которомъ юмрукѣ, л. 17; два мѣчет — двѣ мечети, л. 55 об.) и др.;

д) синтаксические, связанные с заменой именных сказуемых на глагольные (Иерусалим — среда земли, л. 129 об., 215 об. — Град Иерусалимъ стоить среди земли, л. 59), варьированием предложных и беспредложных сочетаний (тогда в нощи, л. 133 — тогда нощи, л. 38 об., a воротгѣхъ — а у воротѣхъ, л. 10 об.), с изменением порядка слов в предложении:

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

А в ту пещеру турецкий пророки пущають да беруть съ человѣка по паре (л. 221 об.).

И въ ту пещеру турецкия пророки беруть по парѣ съ человѣка да и пустятъ (л. 60 об.).

Чево-де онъ от меня хочеть? (л. 63).

Чево-де от мене хочеть онъ? (л. 18).

И толмачъ сказалъ мнѣ все патриарховы рѣчи (л. 64).

И патриарховы рѣчи толмачь сказалъ мнѣ все (л. 18).

Падше на землю, поклонихомся... (153).

Падше поклонихомся на землю... (л. 44 об.).

В третьей редакции "Хождения" усложняется структура предложений с прямой речью. Если для первых переработок памятника характерно следование прямой речи после слов автора, то в третьей слова автора могут разрывать прямую речь: Опять бы де ко мнѣ не приходилъ, — онъ толмачю говорить, — не дамъ-де кгьлъи! (л. 18 об.). Распространение текста в последней редакции часто идет за счет диалогических сцен, увеличения объема прямой речи участников диалога: [527]

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

Мнѣ-де до тебѣ дѣла нетъ; чтоб де ты, выѣхавши на Русъ, молвилъ про нас доброе слово (л. 135 об.).

Мнѣ-де до тебе нѣсть дѣла никакова. Я-де для тово тебе позвалъ, что де ты московской человѣкъ, да пришолъ-де съ салтанскимъ указомъ, а прежде сего съ такими указами никто не хаживалъ. Такъ де я салтанскова здравия позвалъ тебе поздравить и честь воздать, чтобъ де ты, выѣхавши на Русь, про насъ слово доброе молвишъ (л. 65).

Станем-де со мной когве пить (л. 135 об.).

Да велѣлъ мнѣ сѣсть, а с амъ мнѣ чрезъ толмоча говоритъ: "Не покручинься-де, пожалуй, что де я тебе ночи позвалъ. У насъ-де, у турокъ, нынѣ постъ, такъ де мы въ день не пъемъ, ни ядимъ, такъ де я тово ради въ день и не звалъ, и теперьва-де станемъ со мною кагве пить (л. 65).

Первую и третью редакции "Хождения" сближает то, что внутренние монологи паломника в них не оформлены как прямая речь, в отличие от второй переработки памятника:

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

Миленкая Русь! Не токмо накормить, и места не дадут, где опачнуть с пути (л. 42).

И я подумалъ в себѣ: "Да, милѣнъкая Русь, не токмо накормить или мѣста не дать, гдѣ опочить с пути!" (л. 66).

Все бѣда, миленкая Русь! Не токмо накормить, и мѣста не дадутъ, гдѣ опачинуть съ пути (л. 19).

Иноязычные заимствования в третьей редакции "Хождения" продолжают оставаться устойчивой лексической группой, состав которой расширяется. В нее входят и уже использованное вторым редактором греческое слово питропос (наместник), и новые заимствования, в основном тюркизмы и грецизмы (см., например, л. 15 об.: Токало, сирѣчъ тоди вамъ добро; л. 25: у насъ вольница, а у нихъ левентъ). Иноязычная лексика отличается вариативностью в пределах третьей редакции (ср.: ермунекъ, л. 11 об. — юмрукчѣй, л. 14 об.; изапуша, л. 73 — изупаша, л. 73) и трех редакций: талерей — тарелѣй — талерей (л. 15); пекнешъ (I и II ред.) — пешкешъ (л. 17); нефуты (I и II ред.) — ифуты (л. 17); араки (I и II ред.) — раки (л. 48). Особенно это характерно для топонимов: Селиври — Селиѳрии — Веливри (л. 32); Бургавъ [528] Бурганъ — Бургасъ (л. 32 об.). В третьей редакции употребляется форма кагве (I ред. — когве) вместо кофѣй (II ред.). Слово фортуна в значении "буря" может иметь форму хартуна (л. 37 об.) вместо туртуна (II ред.).

В последней редакции не только восстановлено чтение, пропущенное вторым редактором, — нанявши гамаловъ (I ред. — гомалов), сирѣчъ работников, — но и уточнен перевод лексического заимствования: тамъ такия нарочно мѣсто извощиковъ (л. 19 об.). Ввод иностранного "речения", по сравнению с предшествующей редакцией, иногда сопровождается расширением контекста, появлением новых глосс, созданием эффекта "разговорности" речи:

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

Кофар, моль, за насъ дасть пешкешъ, сирѣчъ подарокъ... (л. 224-224 об.).

Е, арапча, кофаръ, молъ, за насъ дастъ пешкешь, сирѣчь подарунокъ (л. 64).

Увеличение в объеме комментария к иноязычному слову — примета третьей редакции (и стахомъ въ ганѣ, сирѣчъ въ стояломъ гостиномъ дворѣ, л. 33). Эта особенность связана со стремлением "справщика" к предельной точности в толковании заимствования:

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

цареградский гостиный двор (л. 44 об.).

елдеганъ, сирѣчъ гостиной дворъ (л. 70).

велдеган, сирѣчь царицынъ гас(ти)нъ дворъ (л. 20).

В стилевом отношении третья редакция "Хождения" ближе к авторскому тексту и первой редакции, чем ко второй, ибо сохраняет черты "устного мышления", ориентацию на простонародную разговорную речь, сказовую манеру повествования. В тексте возрастает количество постпозитивных частиц: иди-ка же (л. 14 об.); стыдно, су, будетъ (л. 13 об.), христианская-та душа-то (л. 7); ай де мой хлѣб-от вамъ надокучалъі (л. 38). Появляются характерные для народной речи формы предлогов по-над, извнутръ (л. 56, 59). Обилие повторов придает прозе особый ритм неторопливого и обстоятельного рассказа об увиденном и пережитом: ...а онъ насъ и повелъ. А повѣлъ насъ турчинъ въ верхнюю церковь, а въ нижнюю не пущаютъ (л. 20).

Третью редакцию "Хождения" специалисты часто называют "поэтической". Действительно, в ней усилено лирическое начало повествования, о чем свидетельствует, например, вставка в описание Елеонской горы оценки экспрессивно-эмоционального характера: Во Иерусалимской во всей палестинѣ другова такова и радостнова мѣста нѣтъ, что Елеонская гора! (л. 58), а также приведенный ниже сопоставительный ряд: [529]

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

О Владыко святый, что воздадимъ тебѣ? (л. 101).

О Владыко, что воздамъ тебѣ? (л. 153 об.).

Пресвятый-святый Владыко, что воздадимъ тебѣ? (л. 45).

Рассказ об увиденном паломником в чужих странах сопровождают эмоционально окрашенные оценочные суждения: о пиратах — таковы лихи малтизы! (л. 40), о киевлянах — тщательны лихоманы (л. 8). Причем религиозно-полемическое начало в этих репликах может ослабевать или усиливаться. Редактор меняет отзыв об арабских свадьбах зѣло страмны (I и II ред.) на зѣло странныя (л. 41), что снижает негативное отношение к изображаемому. Напротив, изменение определения великий на вѣтхий применительно к Риму лишь подчеркивает антикатолическую направленность произведения (л. 50). Сатирическое начало в "Хождении", связанное с обличением восточной церкви, усиливает вставка: У грекъ незазорно пить горѣлку, они все на тоща сердце пъютъ по финжалу (л. 46). За ней следует фрагмент, который в третьей редакции подвергся правке, что привело к изменению текста на уровне содержания:

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

...винной старецъ подносить всякому человѣку по финжалу, хошъ кто церковнаго не пьетъ; тотъ у чести, кто вина церковнаго не пьеть (л. 157 об.).

...Хошь кто церковнаго не пъетъ, а горѣлку пъетъ. Тотъ у нихъ въ чести, кто вина церковнаго не пъетъ (л. 46).

Редактор "Хождения", как и Иоанн Лукьянов, — мастер художественной детали, главная функция которой — документировать повествование о явлениях из разряда сакрального, чудесного. Этой цели служат замечания, что благовоние, исходящее от Голгофы, зѣло запашисто (л. 50 об.), а след от схождения огня на Гроб Господень всегда будет напоминать верующим о чуде — никогда не сотрется копать та (л. 52 об.).

Ярко, метко, образно определить то или иное явление жизни редактору, как и автору "Хождения", помогает устная народная речь. Третья редакция произведения в этом отношении особая, она богата "меткими речениями", фразеологизмами устно-поэтического происхождения, типа: да руками розна (л. 20 об.); Пропади, малъ, онъ, окаянны! (л. 38 об.). Рассказывая о пути паломников по ухабистой, разбитой и раскисшей от ненастья дороге, редактор использует глагол калюкать (в I и II ред. — куликать), заменяет слово украсть на просторечное увесть, всюду на сюду и сюду (см. л. 43, 48, 49). Весна в Москве ассоциируется у него с понятиями дожди, туманы, хмары (л. 59; ср.: II ред., л. 215 об.). Корабль, согласно версии третьей редакции, о камень не ударился — "вдарился" (л. 71), а после церковного вина, которым [530] поживились паломники, мучившая их зуда-то по отходить стала (л. 63 об.).

В третьей редакции больше внимания уделяется описанию церковной утвари, внутренней отделке храмов, всему, что связано с понятием "прекрасное". Редактор сохраняет любимое автором определение узорочное, но стремится конкретизировать его. Развивая тему вертепъ узорочисто здѣланъ, он сообщает, что стѣны были вси бархатомъ съ золотомъ и всякими цвѣты украшены (л. 46 об.). Изменяясь от редакции к редакции, текст все больше начинает напоминать ритмически организованную прозу:

ПЕРВАЯ РЕДАКЦИЯ

ВТОРАЯ РЕДАКЦИЯ

ТРЕТЬЯ РЕДАКЦИЯ

Корабль подле берега бежит, трется (л. 33).

И корабль подле берега бѣжитъ и от брегъ трѣтца (л. 51 об.).

Корабль подлѣ берега бѣжитъ, подлѣ берега трется (л. 15).

Подведем итоги. Подробное текстологическое изучение памятника, особенностей языка его списков и редакций — дело будущего, главное — через научную публикацию текста сделать "Хождение" Иоанна Лукьянова доступным для исследователей разных специальностей, привлечь их к решению исходных для истории произведения проблем: где, когда и кем оно было создано, как текст функционировал и в связи с чем менялся. Выскажем ряд предположений, научную состоятельность которых подтвердят или опровергнут новые данные, полученные в результате архивного поиска и комплексного изучения текста памятника.

1. "Хождение в Святую землю", созданное на материале реального путешествия на христианский Восток (1701-1703) московским священником Иоанном Лукьяновым (до 1705 г.), позднее было приписано его духовному брату и сподвижнику, авторитетному деятелю старообрядческой церкви Леонтию Ветковскому, который, возможно, принимал участие в литературном редактировании путевых записок.

2. Сопоставительный анализ редакций "Хождения" убеждает в существовании пока не обнаруженной в архивах и, возможно, не сохранившейся редакции произведения, где авторский текст представлен полнее, чем в раннем из известных нам вариантов. Именно она послужила основным источником новых сведений о паломнике и его пути в Святую землю для составителей второй и третьей редакций памятника.

3. Активизация интереса к "Хождению в Святую землю", которая приходится на вторую половину XVIII столетия (третьей или последней четвертью века датируется большая часть выявленных списков), связана с [531] упразднением в 1763 г. Раскольничьей конторы и ослаблением преследования старообрядцев 54.

4. Создание второй и третьей редакций произведения, скорее всего, относится ко второй половине 70-х — первой половине 80-х годов XVIII в., причем временной разрыв между ними незначителен. Последняя переработка текста "Хождения" — непосредственная реакция на вторую и в некотором отношении полемика с нею. Если происхождение второй редакции путевых записок, возможно, связано с Белевом, она приписывает авторство книги старцу Леонтию и носит книжный характер, то третья редакция, по всей вероятности, появилась в Москве, ее создатель решает проблему атрибуции текста в пользу московского священника Иоанна Лукьянова, объединяет в художественное целое весь известный ему материал о хождении, документальный и литературный.

5. "Хождение в Святую землю" бережно хранилось, читалось, переписывалось и редактировалось в старообрядческой, по преимуществу купеческой, среде. География бытования книги была в основном связана с российской частью маршрута путешествия Иоанна Лукьянова и сферой миссионерской деятельности ветковских старообрядцев. Об этом свидетельствуют писцовые, владельческие и читательские пометы на листах рукописей, где упоминаются имена белевского купца первой гильдии Василия Ивановича Сабинина, ржевских купцов Ивана Васильевича Чупятова и Клима Климовича Орлова, тверских купцов Василия Сафонова и Семена Арефьева. Писец самого раннего из известных нам списков "Хождения" — новгородский купец Дмитрий Тимофеевич Никитин; владельцы списка из собрания Рогожского кладбища — петербургский купец Козьма Кузьмич Каняев и московские купцы Рахмановы. Рукописные книги с текстом "Хождения в Святую землю" принадлежали мещанину Степану Мичурову из Торжка, добрянским мещанам Петру и Тихону Головлевым. Таким образом, поиск новых списков и редакций произведения прежде всего следует вести среди собраний старообрядческих книг, в коллекциях рукописей, принадлежавших купцам, причем не только в центральных, но и в областных архивохранилищах страны.

Осуществляемое издание "Хождения в Святую землю" Иоанна Лукьянова вызвано несовершенством прежней публикации, где текст был сокращен и отредактирован, малоизвестностью и труднодоступностью издания XIX в. для современных читателей и исследователей, необходимостью научного издания текста по всем известным редакциям памятника.

В основу публикации первой редакции "Хождения" был положен список Р из собрания Рогожского кладбища (ркп. РГБ. Ф. 247. No 460, сер. XVIII в.), [532] как более исправный, по сравнению со списком Н, названным по месту создания Новгородским (ркп. ГИМ. Собр. A.C. Уварова. No 261 (1757). 1734 г.), по нему подведены разночтения к основному списку. Новгородский и Рогожский списки памятника восходят к одному протографу, ибо содержат общие ошибочные чтения: вместо ГолацЯсы (Р, л. 30 об.); вместо церкви Вознесения Христова на Елеонской горе речь идет о церкви Воскресения (Р, л. 127); вместо устья Нила упоминается устье Дуная (Р, л. 139). В отличие от списка Р, список H содержит много пропусков, от отдельных слогов (митролитъ вместо митрополит, коловъ вместо колоколов, сводит вместо свободит) до объемных фрагментов, как правило, заключенных между повторяющимися в тексте словами: И утре рано пришли под Фастовгоро-док [и стали у вала земляного. А в том городке сам полковникъ Палей сам живет. Преж сего етот городок] бывал лятской... (Р, л. 20); А когда турки идут в мечеть [молится, тогда пришед всякой к шурупу, да умывает руки и ноги, да и пойдет в мечет]. 5-ю турки в сутки молятся... (Р, л. 53); В ІІареградѣ [послѣ Георгиеѳа дни была буря велика — восемь кораблей потанула. В ІІареградѣ] в ыюле-месяце с паши кожу содрали... (Р, л. 60); Меня бъютъ, а другой мимо пошелъ: [а того стали битъ, такъ я мимо пошелъ] (Р, л. 99 об.) и др. В Новгородском списке много ошибок, выдающих малограмотность писцов, их непрофессионализм в книжном деле (абомн вместо амвон, стигимъ вместо стихиры, финцузы вместо французы).

При издании второй редакции использован список Б, принадлежавший белевскому купцу В.И. Сабинину (ркп. РНБ. Q. IV. No 410), как самый ранний список этого вида. Публикация третьей редакции осуществлена по единственному списку О, который попал в собрание рукописных книг С.А. Соболевского из Орла (ркп. РНБ. F. IV. No 319).

Фрагменты текста, подлежащие комментированию, отмечены "звездочками". Основной корпус комментария к "Хождению" дан по первой редакции произведения; дополнительные разделы включают реалии, введенные в текст создателями второй и третьей редакций. Полужирным шрифтом набран текст, выделенный в рукописях киноварью или графическим способом. Курсивное написание слов указывает на то, что в текст внесены исправления или дополнения. Как правило, это связано с явными ошибками, возникшими при переписке или редактировании текста: пропуском или повторением букв, слогов, слов, фраз, предложений, а также заменами, ведущими к искажению или "затемнению" смысла. Курсивом отмечен текст, если он содержит правку рукою писца, приписан им на полях или над строкой. Все исправления и дополнения, внесенные издателями по другим спискам и редакциям произведения либо по смыслу в случае пропуска или ошибки, специально оговариваются в текстологических примечаниях. Указания на разночтения в списках первой редакции даются с помощью цифр для каждого листа рукописи отдельно. В тексте публикуемых списков разделительным знаком // [533] отмечаются границы между листами рукописи, в том числе между лицевой и оборотной сторонами листа.

При издании текста "Хождения в Святую землю" сохраняется написание "ѣ", а также "ъ" и "ь" в середине и в конце слов. Вышедшие из употребления буквы русского алфавита заменяются современными эквивалентами: і = и, ѫ = ф, W = о, Ψ = пс и др. Титла раскрываются в соответствии с написанием подобных слов в издаваемой рукописи, выносные буквы вносятся в строку (при необходимости с последующей гласной). Кириллические цифровые обозначения заменяются арабскими. В случае ассимиляции и пропуска одной из соседних букв на границе предлога и существительного между ними ставится дефис. Разбивка текста на предложения и абзацы сделана по смыслу, однако с учетом его членения в рукописи. Пунктуационное оформление текста подчиняется современным нормам.

Выражаем глубокую признательность всем, кто помогал осуществить этот проект, принял деятельное участие в судьбе книги Иоанна Лукьянова, чтобы из произведения "потаенной" литературы сделать ее неотъемлемой частью национального духовного наследия: A.C. Демину, И.Г. Добродомову, С.В. Дурасову, A.B. Лаврентьеву, И.В. Левочкину, A.C. Орешникову, Н.В. Понырко, И.Г. Птушкиной, Ю.Д. Рыкову, A.C. Травниковой, К.В. Трибунской, A.A. Турилову, А.Д. Шаховой, Е.М. Юхименко.

Комментарии

62. Лотман Ю. М. Проблема художественного пространства в прозе Гоголя // Учен. зап. Тартус. ун-та: Труды по русской и славянской филологии. Тарту, 1968. 2. Вып. 209. С. 47.

63. Архипов Л. О происхождении древнерусских хождений // Учен. зап. Тартус. ун-та: Труды по знаковым системам. Тарту, 1982. 15. Вып. 576. С. 105.

64. См.: Матхаузерова С. Функция времени в древнерусских жанрах // ТОДРЛ. Л., 1972. Т. 27. С. 227-235.

65. См.: Прокофьев H. H. О мировоззрении русского средневековья и системе жанров русской литературы ХІ-ХVІ веков // Литература Древней Руси. М., 1975. С. 21.

66. См.: Зеньковский C. A. Русское старообрядчество. М., 1995.

67. См.: Понырко Н. В. Сочинение старца Леонтия... С. 156-163.

68. См. подробнее: Адрианова-Перетц В. П. У истоков русской сатиры // Русская демократическая сатира XVII века. М., 1977. С. 107-142 (сер. "Литературные памятники").

69. Адрианова-Перетц В. П. У истоков русской сатиры... С. 133.

70. Лихачев Д. С., Панченко A. M. Смеховой мир Древней Руси. Л., 1976. С. 59.

71. Лихачев Д. С., Панченко A. M. Смеховой мир Древней Руси... С. 14.

72. Житие протопопа Аввакума, им самим написанное, и другие его сочинения. Иркутск, 1979. С. 172.

73. См. подробнее: Травников С. Н. Комическое и средства его выражения в "Путешествии" Иоанна Лукьянова // Идейно-эстетическая функция изобразительных средств в русской литературе XIX века. М., 1985. С. 14-28.

74. См. подробнее: Травников С. Н. Писатели петровского времени... С. 17-45.

75. Православный палестинский сборник. СПб., 1914. Вып. 61. С. 37.

76. См. подробнее: Елеонская A. C. "Древесные образы" в произведениях древнерусской литературы // Древнерусская литература: Изображение природы и общества. М., 1995. С. 4-6.

77. Слово о рахманах // Памятники литературы Древней Руси: Вторая половина XV века. М., 1982. С. 184.

78. См. подробнее: Бычков В. В. Русская средневековая эстетика ХІ-ХVІІ вв. М., 1992. С. 115-124.

79. Ужанков А. Н. Эволюция пейзажа в русской литературе XI — первой трети XVIII вв. // Древнерусская литература: Изображение природы и человека. М., 1995. С. 26.

80. Путешествие иеромонаха Ипполита Вишенского в Иерусалим, на Синай и Афон // Православный палестинский сборник. СПб., 1914. Вып. 61. С. 25.

81. См.: Прокофьев H. H. Функции пейзажа в русской литературе ХІ-ХV вв. // Литература Древней Руси. М., 1981. С. 3-18.

82. См. подробнее: Травников С. Н. Особенности морского пейзажа в путевых записках конца XVII — начала XVIII века // Литература Древней Руси. М, 1986. С. 103-115.

83. Хождение игумена Даниила // Библиотека литературы Древней Руси. СПб., 1997. Т. 4. С. 28-29.

84. См.: Прокофьев Н. И. Русские хождения ХІІ-ХV вв. ... С. 144-170.

85. Книга хожений: Записки русских путешественников ХІ-ХV вв.... С. 108-119.

86. Православный палестинский сборник. СПб., 1889. Т. 9. Вып. 27.

87. См.: Богданов А. П. Автограф "Прений с греками о вере" Арсения Суханова // Источниковедение отечественной истории: Сб. статей. М., 1989. С. 175-205.

88. См.: Белокуров С. А. Арсений Суханов. М, 1894. Ч. 2. С. XXXVII-XLIV.

89. См.: Леонид (Кавелин). Систематическое описание славяно-российских рукописей собрания графа A.C. Уварова. М., 1894. Ч. 3. С. 325-326.

90. Ср.: Проскинитарий Арсения Суханова // Православный палестинский сборник. СПб., 1889. Т. 7. Вып. 3 (21). С. 36-37.

91. Ср.: Древнерусские патерики. Киево-Печерский патерик. Волоколамский патерик / Изд. подгот. Л. А. Ольшевская и С.Н.Травников. М., 1999. С. 12-13 (сер. "Литературные памятники").

92. См.: Лопарев Х. М. Описание рукописей императорского Общества любителей древней письменности. СПб., 1899. Ч. 3. С. 191-193.

93. Макарий (Булгаков). История русской церкви. М., 1996. Кн. 4. Ч. 2. С. 69-73, 217-219.

94. См.: Илья Муромец / Подгот. текстов, статья и коммент. А.М. Астаховой. М.; Л., 1958. С. 311-352 (сер. "Литературные памятники").

95. См.: Дробленкова Н. Ф. Сказание о киевских богатырях // Словарь книжников и книжности Древней Руси. СПб., 1998. Вып. 3. Ч. 3. С. 412-414.

96. Повесть о взятии Царьграда турками в 1453 году // Памятники литературы Древней Руси. СПб., 1999. Т. 7. С. 68.

97. Сочинения И. Пересветова / Подгот. A.A. Зимин. М.; Л., 1956. С. 153.

98. См.: Леонид (Кавелин). Сказание о Святой Софии Цареградской. Памятник древней русской письменности XII века. СПб., 1889 (ПДПИ. Вып. 78). См.: Белоброва O. A. Сказание о построении храма Святой Софии // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Л., 1989. Вып. 2. Ч. 2. С. 386.

99. Творогов О. В. Древнерусские хронографы. Л., 1975. С. 4.

100. См.: Соболевский А. И. Переводная литература Московской Руси ХІV-ХVІІ веков. СПб., 1903. С. 391-392.

101. См.: Откровение Мефодия Патарского // Апокрифы Древней Руси: Тексты и исследования. М., 1977. С. 16-30.

102. Ср.: Истрин В. М. Откровение Мефодия Патарского и апокрифические видения Даниила в византийской и славяно-русской литературе: Исследования и тексты. М., 1897. С. 194-195, 231-232, 241-242.

103. Этот мотив попал в книгу Иоанна Лукьянова не прямо из Евангелия, а опосредованно, через "Хождение" игумена Даниила.

104. См.: Виноградов В. В. О языке художественной прозы. М., 1980. С. 15-17.

105. Известно, что Иоанн Лукьянов возил с собой в Иерусалим Новый Завет Острожской печати — книгу, которую подарили ему в Нежине калужские купцы.

106. Ср.: Мф. 26, 44-46; Мр. 14, 41-42; Лк. 22, 44-46.

107. См.: Лихачев Д. С. Стиль произведений Грозного и стиль произведений Курбского // Переписка Ивана Грозного с Андреем Курбским / Текст подгот. Я. С. Лурье и Ю. Д. Рыков. Л., 1979. С. 183-213 (сер. "Литературные памятники").

108. См.: Прокофьев Н. И. Язык и жанр. Об особенности языка древнерусских хождений // Русская речь. М., 1971. No 2.

109. См.: Травников С. Н. Язык и стиль "Путешествия" Иоанна Лукьянова (1701-1703) // Русская речь. М., 1979. No 1. С. 102-107.

110. См.: Робинсон А. Н. Жизнеописания Аввакума и Епифания...; Он же. Борьба идей в русской литературе XVII века....

111. См.: Понырко Н. В. Сочинение старца Леонтия... С. 156-163.

112. Акты, собранные в библиотеках и архивах Российской империи Археографическою экспедициею Академии наук. Т. 4. No 284. С. 419-422.

113. См.: Понырко Н. В. Сочинение старца Леонтия... С. 161-162.

114. См.: Виноградов В.В. О языке художественной прозы... С. 28-29.

115. См. подробнее: Понырко Н. В. Сочинение старца Леонтия... С. 162-163.

116. См. подробнее: Адрианова-Перетц В. П. Очерки поэтического стиля Древней Руси. М; Л., 1947. С. 93.

117. Житие протопопа Аввакума... С. 53-54.

Текст воспроизведен по изданию: Хождение в Святую землю московского священника Иоанна Лукьянова. 1701-1703. М. Наука. 2008

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.