Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ХУАН ПОЛО ДЕ ОНДЕГАРДО-И-САРАТЕ

ЗАБЛУЖДЕНИЯ И СУЕВЕРНЫЕ ОБРЯДЫ ИНДЕЙЦЕВ, ИЗВЛЕЧЕННЫЕ ИЗ ТРАКТАТА И РАССЛЕДОВАНИЯ, СДЕЛАННОГО ЛИЦЕНЦИАТОМ ПОЛО (1559)

Примечание переводчика.

Нижеприведённый текст по большей части касается религии, верований и обрядов индейцев Перу. Судя из названия, имеющегося в издании 1906 года, можно предположить, что это только некоторая часть, извлечение из трактата, описывавшего гораздо большее количество вопросов и не только религиозных. Этот текст тематически совпадает с некоторыми другими рукописями Поло де Ондегардо, написанными в различные годы, что может говорить как о постоянной заинтересованности автора в индейском вопросе, так и о некоторой стабильности существования ряда обычаев и обрядов у индейцев Перу на протяжении нескольких десятилетий после испанского завоевания Империи Инков. Тотальное искоренение «язычества» будет проведено только в начале XVII века такими церковными деятелями как Франсиско де Авила, Пабло Хосе де Ариага и другими, после чего будет окончательно утрачена связующая нить с давней историей Перу: будут «забыты» наработанные веками и тысячелетиями технологии жителей Анд, «утрачены» инструменты и орудия производства, системы кодирования информации (кипу, токапу, келька) и многие другие культурные достижения. Одним из первых и активных участников этого «искоренения язычества» и был Хуан Поло де Ондегардо.

Сведения, собранные в этом докладе, во многом совпадают с теми, что приведены у Кристобаля де Молины в его «Докладе о Сказаниях и Обрядах Инков», но в несколько более сжатом виде (например, календарь инков), хотя и с более точными индейскими названиями.

Большой ценностью документа является перечень приведённых в тексте понятий из области астрономии инков, их медицины, структуры общества в области религии и мировоззрения жителей Анд.

Имена и названия мест оставлены такими, как они приведены в оригинале. Для удобства они, как и другие индейские слова, выделены курсивом.


Глава Первая. О ваках и идолах.

После Виракочи [Viracocha] (который у них считается Верховным Владыкой и ему поклонялись оказывая большую честь) они также поклонялись Солнцу, звёздам, грому, и земле, которую называли Пачамама 1 [Pachamama], и другим различным вещам. Из звёзд обычно все поклонялись той, которую они называют Колька [Collca 2], а мы называем Плеяды [las cabrillas]. И остальные звёзды почитались, особенно, когда им казалось, что они были необходимы для их защиты. Потому что различные звёзды они наделяли различными функциями. И потому Пастухи совершают преклонение и жертвоприношение одной звезде, которую они называют Уркучильай [Vrcuchillay], это, как они говорят, баран из многочисленных оттенков, в чьём ведении находится сохранение скота, и считается, что это то, что Астрологи называют Лира 3. И они же поклоняются двум другим, проходящим возле неё, называющимся Катучильай 4 [Catuchillay] и Уркучильай 5. Которых они изображают в виде овцы с барашком. Другие, живущие в гористых местностях, поклоняются иной звезде, называющейся Чуки чинчай 6 [Chuqui chinchay]; это, как они говорят, Тигр, в чьём ведении находятся Тигры, Медведи и Львы. Также они поклоняются другой звезде, называющейся Анкочинчай 7 [Ancochinchay], оберегающей других животных. Точно также они поклоняются другой [звезде], под названием Мачакуай 8 [Machacuay], в ведении которой находятся Ужи и Змеи для того, чтобы они им не причиняли вреда; и особенно они верили, что у всех животных и птиц, обитающих на земле, на небе прибывало подобие, чьей заботой было их размножение и прирост. И так у них обстояло дело с различными звёздами, как с той, которую называют Чакана 9 [Chacana], и Топаторка 10 [Topatorca], Мамана [Mamana], и Мирко 11 [Mirco], Микикирай [Miquiquiray], и равным образом другие.

2. – Способ, каким они совершали молитву Виракоче, Солнцу, и звёздам был одним и тем же, а именно: раскрыть руки, и издать особый звук губами (как будто кто-то целует) и попросить то, что каждый хотел, и принести тому жертву. Хотя в словах и была разница, когда они говорили с великим Тикси Виракоча [Ticci Viracocha]. Потому что его в основном наделяли могуществом и властью над всем [сущим], и другим Вакам [Huacas], как господам 12, или особым Богам, каждому-по-своему; и что они были посредниками для [общения] с Тикси Виракоча.

3. – После Виракочи, и Солнца, третьей Вакой, и наиболее почитаемой, был гром; его они называли тремя именами: Чукильа [Chuquilla], Кату ильа [Catu illa], Интиильапа [Intiillapa], представляя его в виде мужчины, пребывающего на Небе с пращей и палицей, и что в его руках [en su mano] находится заведование дождём, градом, громом, и всем остальным, что относится к воздушной стихии, где образуются грозовые тучи. Это – главная Вака для всех Индейцев, и ей жертвуют различные дары, а в Куско ей также, как и Солнцу, приносились в жертву дети. Когда какая-либо женщина рожает в поле в день, когда гремит гром, они говорят, что нарождающееся дитя является сыном грома; и что его нужно посвятить ему в услужение. И потому имеются многочисленные колдуны у этих [детей (?)], которых называют детьми Грома.

Глава II. О душах и умерших.

 В основном они верили, что души жили после этой жизни, и что добрым выпадал рай, а злым – страдание. Но о том, что тела должны были воскреснуть вместе с душами, о таком они никогда не знали. И потому они чрезвычайно заботились сберечь тела и сохранить их, и оказывать им почтение после смерти. И индейское простонародье полагало, что кушанья, напитки, и одежда, которые они клали к умершим, подкрепляли их, и освобождали их от страдания; хотя наимудрейшие среди Ингов [los Yngas] в это не верили.

2. – Также в основном полагали, что тем, кому Бог даровал успех в этой жизни, то те были его друзьями, и потому он даровал им рай в иной жизни. И отсюда происходило почитание правителей и людей могущественных, даже после смерти, и напротив – пренебрежение стариками, и больными, и бедными, считая их отвергнутыми Богом. Ныне относительно этого в целом среди Индейцев имеется большое невежество и заблуждение.

3. – Телам умерших потомки оказывали большое почтение, стараясь их сохранить. И для этого они клали к ним одежду и совершали жертвоприношения; особенно у правителей имелись многочисленные служители, разумевшие в своих жертвоприношениях и в оказании почтения. А у Ингов, каждый из них при жизни делал свою статую, которую называл Вавки [Huauqui], ей же устраивались большие празднества, и когда Инга умирал, ни одна вещь из его сокровищ, и одежды не предавалась по наследству, но всё отдавалось для жертвоприношений, и обслуживания, и обеспечения его служителей. В день смерти убивали женщин, которых любили, и слуг, и чиновников, чтобы они пошли за ними служить в иной жизни. Когда умер Вайна Капак [Huayna Capac], ради этого была убита тысяча человек. Убивали их после многочисленных песен и возлияний. Они бальзамировали тела этих умерших Ингов, и [тела] женщин, таким образом, что они сохранялись неповреждёнными двести лет и больше. Им они жертвовали многие вещи, особенно детей, и из своей крови они проводили линию от уха до уха на лице покойного. Этот суеверный обряд был запрещён после того, как были обнаружены эти тела, но [о сих пор] не запрещается среди Индейцев оказывать большое почтение телам их предков, и заботиться об [обеспечении] их едой, и питьём, и одеяниями, и совершать для них различные жертвоприношения.

Глава III. О статуях Ингов.

У Индейцев в обычае называть особые статуи или камни своим именем, чтобы в жизни и смерти им оказывалось то же почтение, что и им самим. И у каждого айлью [ayllo], или рода, были свои Идолы или статуи их Ингов, которых они носили на войну и доставали на [время] шествий, дабы добиться [появления] воды и хорошей погоды, и им устраивали различные празднества и жертвоприношения. Этих Идолов было большое количество в Куско, и в его округе; считается, что суеверный обряд поклонения этим камням был полностью прекращён, или по большей части, после того, как они были обнаружены. Первой была [обнаружена статуя] Инки Рока [Ynca Roca], главы общины Ингов из Анан Коско [Hanan Cozco]. И по их порядку им наследовали Йаварваки 13 [Yahuarhuaqui], Виракоча Инка [Viracocha Ynca], Пачакути Инка [Pachacuti Ynca], Топа Инка Юпанки [Topa Ynca Yupanqui], Вайна Капак, Васкар Инка [Huascar Ynca]. Из общины Урин Коско [Vrin Cuzco] как о первом говориться о Синчирока 14 [Cinchiroca], за ним [следовали] Капак Юпанки [Capac Yupanqui], Льуки Юпанки [Lluqui Yupanqui], Майтакапак [Maytacapac], Тарко ваман 15 [Tarco huaman].

3. – Началом, как обозначают эти индейцы, говорят, был Манко Капак [Manco Capac], который после потопа, говорят, был прародителем и Отцом людей, и что этот вышел через одно окно в селении Тамбо 16 [Tambo]. И, сказывают, затем он был превращён в камень, которому они оказывают большое почтение. Как считается, этот суеверный обряд был полностью оставлен.

Глава IV 17 . О предзнаменованиях.

В любом деле, имевшему какую-либо важность, к которому они хотели приступить, таким как построить дом, отправиться в путь, засеять, собрать урожай, закрыть то, что собрано [в хранилища], жениться, проколоть уши со всею торжественностью, уйти на войну, вернуться в свои дома, и во всех остальных подобных делах у них считается обычаем принять сначала две предварительных меры. Первая, это – погадать [дословно: бросить жребий] и посмотреть на внутренние органы или потроха каких-нибудь животных; вторая, это – совершить какое-либо жертвоприношение и поднести дар святилищам; и тот, кто гадает, должен посмотреть на животное. Также сначала оказывается почтение Виракоче, Солнцу, чуки ильа 18 [chuqui illa], и какой-нибудь особой Ваке [Huaca] их селения, или своей общины.

Глава V. Об исповеди и покаянии, какие они совершали за свои прегрешения.

У них бытовало мнение, что все болезни происходят от совершённых [ими] прегрешений. И в качестве лекарства они использовали жертвоприношения; и помимо этого они также устно исповедовались почти во всех провинциях, и у них для этого были назначены исповедники: старшие и младшие; и грехи оставлялись за старшим, и они принимали покаяния, и иногда строгие, особенно если совершивший грех был человеком бедным, и у него не было того, что отдать исповеднику. И эта же обязанность Исповедоваться также была у женщин. В провинциях Кольасуйо [Collasuyo] был и есть весьма повсеместным этот обычай прибегать к исповедникам колдунам, которых они называют (Ичури [Ychuri], см. ичуири [ichuiri]). У них бытует мнение, что большим грехом является сокрытие на исповеди какого-либо греха. А Ичурис [Ychuris], или исповедники, проверяют или с помощью гадания, или глядя на внутренности какого-либо животного, укрывают ли от них какой-нибудь грех, и наказывают того, нанося ему по спине определённое количество ударов особым камнем, пока тот не расскажет обо всём, и налагают на него покаяние, и совершают жертвоприношение. Эта исповедь используется также, когда больны их дети, или жёны, или муж, или их касик 19, или когда они пребывают в больших затруднениях. А когда болен Инга, то исповедуются все провинции, особенно [народы] Кольа [Collas].

2. – У исповедников было обязательство хранить тайну, но с определёнными ограничениями. Это были грехи, в основном считавшиеся явными. Во-первых, когда кто-либо убивал другого [человека] не на войне. Также [такими грехами считались]: овладение чужой женой; также давать зелья, или колдовские штучки, чтобы нанести вред. Также, воровать. И очень сильным грехом у них была небрежность в оказании почтения своим Вакам, и нарушении их празднеств, и говорить недоброе об Инге, и подчиняться ему. Не были явными грехи и деяния внутренние [душевные]. И согласно сообщению некоторых священников, после того как Христиане пришли в [эту] землю, они признаются своим ичурис или исповедникам также и относительно своих помыслов. Инга никому не исповедовался в своих грехах, а только Солнцу, чтобы оно рассказало о них Виракоче, и он бы простил его.

3. – После исповеди Инга совершал некое омовение, чтобы окончательно очиститься от своих прегрешений; и это [делалось] вот как: войдя в текущую реку, он говорил эти слова: «я рассказал о своих грехах Солнцу, ты, река, прими их, неси их к морю, откуда они больше никогда не появятся». Эти Омовения также применяли остальные [люди], исповедовавшиеся во время церемонии, подобной той, какая в обычае у мавров, которую они называют гуадо [guado], а Индейцы называют их [церемонии 20] опакуна [opacuna]. А когда у какого-либо человека умирают дети, его считают большим грешником, говоря, что из-за его грехов случилось так, что раньше Отца умер сын. И таких, когда, после исповеди, они совершили омовения под названием Опакуна (как уже было сказано), приказывали пороть особой крапивой какому-нибудь уродливому Индейцу, горбуну или парализованному от рождения и т.п.

4. – Если колдуны или предсказатели своим гаданием или предсказаниями утверждали, что должен умереть какой-либо больной, то тот не боялся убить своего собственного сына, даже если у него не было другого. И тем самым он полагал, что получит здоровье, говоря, что принёс своего сына в нужном месте в качестве жертвы. И [даже] после появления Христиан в этой земле в некоторых местах встречалась эта жестокость.

Глава VI. О том, как приносились жертвы.

О том, как убивали какую-нибудь дичь, маленькую, или большую, как принято у Индейцев в соответствии с древним ритуалом, точно таким же какой имеется у мавров, [и] который они [мавры] называют алькибле [alquible]. А именно, взять дичь на правую руку и повернуть её глаза в направлении Солнца, говоря различные слова, сообразуясь с характером убиваемой дичи. Поскольку если она пятнистая, то слова обращаются к Чуки ильа, или грому, дабы не было недостатка в воде, а если белая, без единого пятнышка, то её приносят в жертву Солнцу, сопровождая [произнесением] нескольких слов. А если она покрыта шерстью, то-сопровождая другими словами, дабы она плодилась и росла на свете. И если это бурый гуанако [guanaco], то жертву адресовали Виракоче. И в Куско во время этой церемонии ежедневно солнцу забивалось по одному барашку без единого пятнышка, и сжигалось одеяние с одной разноцветной рубахой. И когда она сжигалась, они бросали особые корзинки с кокой [coca] в огонь, которые называли (Вилька ронкон [Villca roncon 21]), и для этого жертвоприношения у них были назначены люди и скот, который не был предназначен ни для чего другого.

Глава VII. О построении года и времён [года].

Они делили год на двенадцать месяцев по лунам, а остальные дни, остававшиеся неиспользованными они расходовали с самими же лунами 22. И для каждой луны, или месяца, у них был поставлен свой межевой камень или столб в окрестностях Куско, где Солнце проходило в тот месяц 23. И эти столбы были главными святилищами, которым приносили различные жертвы, и всё то, что осталось неиспользованным из жертвоприношений Вакам, приносилось в эти места, называвшиеся Суканка [Sucanca], тот [столб или место], что является началом Зимы 24 – [это] Пункуй суканка [Puncuy 25 sucanca], а начало лета – Чирао суканка [Chirao 26 sucanca]. Год они называют Вата [Huata] на Кичуа [Quichua], а на [языке] Аймара [Aymara] [народов] КольаМара [Mara]. 27 Луну и месяц они называют Кильа [Quilla], а на АймараПакси [Pacsi]. 28

2. – В каждом месяце года были различные праздники и жертвоприношения, в соответствии с их порядком, как его установил Пачакути Инка. Он сделал так, что год начинался с Декабря, т.е. когда Солнце достигает крайней отсюда черты на своём пути к Южному Полюсу. До этого Инги, сказывают, что год начинался с Января.

Глава VIII. О праздниках в каждом месяце года.

 Первым праздником и главным месяцем из всех был тот, который называли Капакрайми 29 [Capacraymi], устраивавшийся в первый месяц Года, каким был декабрь, называющийся Райми [Raymi]. На этом празднике приносили в жертву огромное количество овечек и баранов, и они сжигались вместе с пахучими и обтёсанными дровами. И они приносили баранов, золото, и серебро, и расставляли три статуи солнца и три [статуи] грома; отца, и сына, и брата, как они говорили, имевшихся у солнца и грома. На этих праздниках мальчики посвящались в Ингов, и им надевали гуарас 30 [guaras], или набедренные повязки, и прокалывали им уши, и старики стегали их пращами, и обмазывали кровью всё лицо в знак того, что они должны были стать верными рыцарями Инги. Ни один чужеземец не мог находиться в этот месяц в Куско, а по окончании празднеств, входили все посторонние, и они давали им особые маисовые булки с кровью жертвы [т.е. явар-санку 31], которую поедали в знак союза с Ингой. Они устраивали различные церемонии, о которых уже даже не упоминают, после того как они, как полагают, были полностью забыты [оставлены]. Только известно о том, что надевание варас [huaras], или набедренных повязок мальчикам, от двенадцати до пятнадцати лет, бытует и поныне, и очень распространено среди Индейцев, и на Кичуа они называют эту [церемонию] Варачикуй [Huarachicuy], а на АймараВикарассинья [Vicarassiña]. Также, хотя и не в том же порядке, и не в то же самое время, во многих местах в ходу обычай, особенно в Потоси [Potosi] и в окрестных землях, устраивать вышеупомянутый праздник, называемый райми, во время сева, а также вместо [христианского праздника] Тела Господнего, одеваясь, и кушая, и выпивая, и танцуя, и совершая различные жертвоприношения в на старинный лад.

2. – Праздник второго месяца называется Камай [Camay], во время которого совершают различные жертвоприношения и выбрасывают пепел вниз в один ручей; это месяц Январь.

3. – Третий месяц и его праздник они называют Атун пукуй [Hatun pucuy], во время которого приносят в жертву сотню баранов, как и в другие месяцы, и этот [месяц] соответствует Февралю.

4. – Четвёртый месяц и праздник назывался Пача пукуй [Pacha pucuy], во время которого приносилась в жертву сотня чёрных баранов; это – Март.

5. – Пятый месяц и праздник назывался Ативакис [Atuhuaquiz], когда в жертву приносилась сотня вороных с белыми отметинами баранов, т.е. пятнистых; этот соответствует Апрелю.

6. – Шестой месяц называется Атун куску райморай 32 [Hatun cuzqu raymoray], который соответствует Маю; также приносилась в жертву другая сотня баранов всей цветов. В эту Луну и месяц (т.е. когда маис [mayz] переносится с грядки в дом) совершалось празднество, ныне весьма распространённое среди Индейцев, которые называют [его] Айморай [Aymoray] (см. Айморанья [Aymoraña]). Это празднество отмечается шествием из чакры [chacra] в свой дом, произнося [при этом] особые песни, в которых они просят о том, чтобы маис долго хранился, и каждый в своём доме делает ваку из маиса, называя её Мамасара 33 [Mamaçara], собирая со своей чакры особую часть наиболее примечательного маиса в определённом количестве и укладывая его в маленьком амбаре, который они называют Пируа [Pirua 34], сопровождая это особыми ритуалами и бодрствую три ночи, и этот маис они раскладывают на наиболее роскошных покрывалах, имеющихся у каждого, и после того, как его накроют и украсят, они поклоняются этому Пируа, и оказывают ему большое почтение, и говорят, что это мать маиса с их чакры, и что в нём зарождается и сохраняется маис, и в этом месяце они совершают ему особое жертвоприношение; и колдуны спрашивают у него [амбара], есть ли у него сила для предстоящего года, и если он отвечает, что нет, они относят его сжигать на ту самую чакру со всею торжественностью, на какую каждый способен. И они строят другой пируа, сопровождая это теми же ритуалами, говоря, что они обновили его, дабы не погибло маисовое зерно, и если он отвечает, что у него есть сила выдержать дольше, они оставляют его до следующего года. Этот суеверный обряд сохраняется до сего дня; и среди Индейцев очень распространено иметь эти пируа и устраивать праздник Айморай.

7. – Седьмой месяц, соответствующий Июню, называется Авкай куски Интирайми 35 [Aucay cuzqu Intiraymi], и во время него устраивается праздник Интирайми, когда приносилась в жертву сотня баранов гуанако, и они говорили, что это был праздник Солнца. В этом месяце изготовлялось большое количество статуй из обработанного дерева 36 из Киссуар [Quissuar], все одетые в роскошные одежды, и устраивался танец, называвшийся Кайо [Cayo]. На этом празднике разбрасывалось множество цветов по дороге, а Индейцы ходили раскрасившись киноварью; а господа – с несколькими золотыми приспособлениями [unas patenillas de oro] на подбородках, и [при этом] все пели. Следует обратить внимание, что этот праздник приходился почти на то же время, когда мы, Христиане, устраиваем торжество Тела Господня 37, и что в некоторых вещах имеется определённое внешнее сходство (такое как в танцах, представлениях, или песнях), и что по этой причине оно было и ныне есть у Индейцев, которые, кажется, отмечают наш праздник Тела Господня, [а на самом деле] с большим суеверием отмечают свой древний [праздник] Интирайми.

8.-Восьмой месяц называется Чава варкис 38 [Chahua huarquis], когда сжигалась другая сотня баранов вышеописанным способом, все пятнистого цвета вискачи 39 [viscacha], и этот месяц соответствует Июлю.

9. – Девятый месяц называется Йапакис 40 41 [Yapaquis]. Тогда сжигалась другая сотня коричневых баранов, и забивалась и сжигалась тысяча куйев [cuyes], чтобы лёд, и воздух, и вода, и Солнце не причинили вреда чакрам; этот [месяц], кажется, соответствует Августу.

10. – Десятый месяц называется Койа райми 42 [Coya raymi], когда сжигалась другая сотня покрытых шерстью белых баранов. В этом месяце (соответствующему Сентябрю) устраивался праздник, называемый Ситуа [Citua], следующим образом: все собирались прежде чем появлялась в первый день луна 43, и, глядя на неё, они громко кричали, держа в руках факелы, говоря: «прочь отсюда зло», ударяя ими друг о друга 44. Эти называются Панконкос 45 [Panconcos]. И сделав это, совершалось всеобщее омовение в ручьях и источниках, каждый в своей секе 46 [ceque], или собственности 47 [?], и пили непрерывно четыре дня. В этом месяце мамаконы [mamaconas] Солнца доставали огромное количество сдобы, приготовленной с кровью особых жертв; и каждому чужеземцу давали один кусок, а также они отправляли [сдобу] чужим вакам всего Королевства, и различным Куракам [Curacas] в знак союза и верности солнцу и Инге. Омовения и возлияния, и кое-что оставшееся от этого праздника, под названием Ситуа, всё ещё сохраняется в некоторых местах с несколько отличающимися церемониями, и [при соблюдении] большой тайны.

11. – Одинадцатый месяц называется Ома райми пучайкис 48 [Homa Raymi puchayquis]. Во время которого приносилась в жертву сотня баранов; и если была нехватка воды, то чтобы пошел дождь, они клали полностью чёрного связанного барана на равнине [на ровном месте], проливая большое количество чичи вокруг и не давали ему есть пока не пойдёт дождь. Этот обычай также встречается во многих местах, в то же самое время, т.е. в Октябре.

12. – Последний месяц называется Айамарка 49 [Ayamarca], во время которого приносили в жертву другую сотню баранов, и устраивался праздник, называвшийся Райми кантарайкис [Raymi cantarayquis]. В этом месяце (соответствовавшем Ноябрю) готовилось всё необходимое для мальчиков, которые должны были стать орехонами в следующем месяце, и мальчики вместе со стариками устраивали смотр, совершая несколько прохождений по кругу. И этот праздник назывался Иту райми [Itu raymi]: он делается обычным, когда идёт сильный или слабый дождь, или [если господствует] чума.

Глава IX. О чрезвычайных праздниках.

У праздника Иту [Ytu] не было установленного времени, он устраивался только во времена большого затруднения. Ради него все люди постились два дня, во время которых они не приближались к своим женам, и не ели таких вещей, как соль, ахи, и не пили чичу; и все собирались на одной площади, где не было бы ни чужеземцев, ни животных. И для этого праздника у них были особые накидки и одеяния, и украшения, служившие только для него, и они очень долгое время ходили процессией, покрыв головы своими накидками, играя на своих барабанах и не говоря друг с другом. Это длилось один день и одну ночь; со следующего дня они ели, и пили, и плясали два дня и две ночи. Говоря, что их молитва была принята. И хотя сегодня он не совершается с соблюдением всей той церемонии, но вполне обычно устраивать другой подобный праздник, называющийся Айма [Ayma], с хранящимися у них для этого нарядами. И как было сказано, этот род процессии, или поворотов с барабанами, и последующий пост, и возлияние за ним следующее, у них применяется для крайне затруднительных положений.

2. – И хотя приносить в жертву дичь и другие вещи, которые они не могут скрыть от Испанцев, они оставили, по крайней мере, открыто, но они всё ещё сохраняют многие ритуалы, имеющие происхождение от этих праздников и древнего суеверия. Поэтому необходимо обратить на них внимание, особенно на то, что нынче этот праздник Иту они скрытно устраивают в танцах Тела Господня, совершая танцы льамальама [llamallama 50], и вакон [huacon 51], и другие, в соответствии со своей старинной церемонией, за чем следует глядеть в оба.

3. – Когда появлялся новый король Инга и ему давали кисточку (являвшуюся Королевским отличием), среди прочих неисчислимых ритуалов и празднеств, и совершаемых жертвоприношений, они жертвовали до двухсот детей от четырёх до десяти лет. Но поскольку это уже полностью оставлено, то нечего об это снова упоминать. Следует только обратить внимание на то, что было много других особых праздников, устраивавшихся в честь побед или других успешных дел; и в каждой провинции, помимо главных, были другие, свои собственные и особые [церемонии].

Глава X. О колдовстве.

 К услугам колдуна обычно прибегают лица недостойные уважения, а также бедняки. Потому что они говорили, что с одной стороны занятие колдунов низкое и презренное, но с другой стороны  -не было ничего полезного в том, чтобы в государстве кто-либо был бездельником, потому было бы лучше, чтобы этим занимались люди низкого [положения]. Поэтому следует принять во внимание, что несмотря на всё это, они считали это необходимым; они приказали, чтобы этим занимались те, кто по своему возрасту и затруднительному положению не мог заниматься другими [делами]. И потому следует обратить внимание на то, что сегодня те, кто является колдунами, происходят из этого низкого и презренного положения, и что прибегать к этому их принуждает нужда; и если какой-либо богач и знатный человек к этому прибегает, то это будет такой, кому досталось это занятие по наследству, и он разбогател впоследствии. Они не совершали никакого колдовства и предсказания, пока ему не предшествовало большое или малое жертвоприношение, в соответствии с потребностью особы, или причины, по которой оно совершалось. Из этих жертвоприношений колдуны расходовали на себя часть, казавшуюся им достаточной. Поскольку большая часть этих жертвоприношений сейчас упразднена, тем не менее не упразднено занятие и приёмы [instrumentos] колдунов, и вместо жертв они приносят в награду серебро, одежды или еду. А так как бедняков и стариков и тому подобных много, потому много и колдунов. И нужно заметить, что помимо других существовавших способов для появления колдунов (как говорится в этой инструкции), такими становиться также благодаря ритуалам совершения поста, в котором колдун должен находиться один год сроку, или около того, делая так, чтобы он воздерживался от ахи 52 [axi], соли или других особых вещей, еды и действий, наставляя его, и совершая различные ритуалы, и сегодня ими становятся те, кого называют Камаска [Camasca], или Сонкойок [Soncoyoc 53],-не только старики, но и юноши, даже после принятого ими крещения; им присудили заниматься колдовством при тысяче совершаемых суеверных обрядов в большой тайне; и они по большей части занимаются лечением в местах тёмных или ночью, где их бы не увидели.

2. – У этих колдунов, так как их число велико, также много и отличий. Одни сведущи в составлении настоек из зелий и корней, чтобы убить того, кому они их дадут. И есть травы и корни, убивающие за долгое время, другие – за короткое, в соответствии с изготовленным составом и смесью. Те, кто делает подобные колдовские штучки – это почти всегда женщины, и для этих смесей они используют коренные [и другие] зубы, и фигурки овец, сделанные из разных вещей, волосы, ногти, живых и мёртвых жаб, разнообразные и разноцветные раковины, головы животных, [а также] маленьких высушенных животных, и огромное многообразие корней, и маленькие котелки, наполненные размолотыми травами 54, нутряные жиры, больших живых пауков, а котелки накрываются глиняной посудой. И когда кто-либо чувствует, что заболел, то он является к этим колдунам, чтобы они отвели от него вред, как они подозревают, нанесённый каким-то ими совершенным грехом, и различными гримасами и суеверными обрядами они это делают, и часто от того, что они дают больным, те умирают. Вот почему этих колдунов сильно боятся даже касики [caciques]. Есть другие колдуны и колдуньи, которые сведущи в дозволенных их законами колдовских штучках. Но нужно обратить внимание, что все колдовские штучки или их большая часть, использовавшихся в том, что разрешено, используют также это другое, то, что было запрещено, и считалось грехом. И отсюда та лёгкость, с какой они исповедуются в том, что было разрешено, а в этом другом – с большим трудом. Индейцы же не осмеливаются откровенничать об из страха, поскольку одни боятся быть заколдованными вновь, а другие от того, что они также заявили бы и о своих скверных [поступках]. Этот вид колдунов-отравителей Инги карали, убивая таких колдунов вместе со [всеми] их потомками.

3. – Среди Индейцев был другой род разрешённых определённым образом Ингами колдунов, которые являются чем-то вроде чародеев. Которые берут, какую хотят, фигурку и пролетают по воздуху за короткий срок большой путь, и видят то, что происходит, и говорят с дьяволом, который отвечает ему на особых камнях, или на других сильно почитаемых ими вещах. Эти служат для предсказаний и для того, чтобы рассказывать о том, что происходит в очень далёких местах, прежде чем то придёт или сможет прийти в виде новости, ведь даже после прихода Испанцев, случилось так, что на расстоянии более двухсот или трёхсот лиг 55 знали о беспорядках, крупных сражениях, и восстаниях, и погибших, как у Тиранов, так и у тех, кто был на стороне Короля, и об отдельных лицах, в тот же день и час, когда таковые дела совершались, или на следующий день, о чём естественным путём было невозможно о них узнать так быстро. Чтобы совершить это предсказание видений они собираются в закрытом изнутри доме и напиваются до потери рассудка, а затем, по окончании дня, говорят о том, о чём их спрашивают. Некоторые говорят и утверждают, что эти применяют определённые мази. Индейцы говорят, что обычно старухи занимаются этим делом, и старухи провинции, называющейся Коайльо [Coayllo], и из другого селения, называющегося Манчай [Manchay], и в провинции Гуарочири [Guarochiri], и в других не обозначаемых ими местах. Также они служат для объявления о том, где находятся утерянные или украденные вещи, и такого рода колдуны есть повсюду. К ним, что дело обычное, являются служащие у Испанцев Анаконы 56 [Anaconas] и служанки, когда они теряют какую-либо вещь своего хозяина, или желают узнать о каком-либо случившемся событии в прошлом или о предстоящих делах; так, когда они спускаются в города Испанцев по частным или общественным делам, то спрашивают, выпадет ли им удача или же они заболеют, или умрут, и вернуться ли они здоровыми, или добьются ли они того, к чему стремятся; а колдуны отвечают «да» или «нет», поговорив с дьяволом в тёмном месте, так чтобы был слышен их голос, но не видно, ни с кем они говорят, ни о чём они говорят, и совершают для этого тысячу ритуалов и жертвоприношений. И помимо того, что для этого они ссылаются на дьявола, и напиваются (как уже сказано), для этого особого дела они применяют одну траву [llerua], называемую Вилька 57 [Villca], подмешивая её сок в чичу [chicha], или принимают её иным путём. Следует обратить внимание, что хотя и говориться, что только старухи прибегают к этому занятию предвидения и для того, чтобы говорит о том, что происходит в других далёких местах и заявлять об утерянном и украденном, сегодня этим также занимаются не только старики Индейцы, но и юноши, и они просят, чтобы за это им приносили коку [coca], куйа 58 [cuy], волосы, жир, или одежду, или другие вещи, и они не желают, чтобы их видели за этим занятием. И в провинциях замечают, что не только в Гуарочири, но и в окрестности Куско, в [провинции народов] Кольа, у Гуанков [los Guancas], в равнинах 59, в краю Гуануко [Guanuco], и у Чачапояс [las Chachapoyas], и во многих других провинциях они есть.

Глава XI. О предсказателях и прорицателях.

Также среди Индейцев были и есть колдуны-предсказатели; занятие, считающееся весьма полезным и необходимым. И Индейцы ничего не делали и не предпринимали, пока не погадают. Отсюда проистекает то, что было так много этих колдунов, в основном являвшихся мужчинами (хотя иногда этим занимались и женщины), все они были из [провинции] Кондесуйо [Condesuyo]. Они прибегали к жребию [гаданию], чтобы узнать об успехе какого-либо дела, которое они совершают или хотят совершить, и чтобы узнать, какое жертвоприношение будет приятно Ваке; и у них [при этом] смешивались идолопоклонства и тысячи колдовских штук. Те, кто в этом сведущ, являются людьми низкими и презренными, как и остальные колдуны, и Касики занимаются избранием таких предсказателей, у которых нет сил для других работ и которые сами люди бедные, и потому нет ни одного селения, где бы таких не было, и этому избранию предшествуют различные ритуалы, и обряды, и посты, какие им приказывают исполнять сами касики или колдуны по их уложению. Они же применяют этот род гадания с помощью различных приспособлений, особенно с помощью разноцветных камней, или черных камней, или маиса, или мольо [mollo], а их преемники или наследники очень заботливо хранят эти вещи, чтобы использовать их в своё время, т.е. во время затруднений, или на старости. Сказывают, что гром, или какая-либо Вака, даёт эти камни таким колдунам. Другие говорят, что какой-то покойник приносит им их ночью во время сна. Другие [говорят], что некоторые женщины во время бури беременеют от Чуки ильа, и по окончании девяти месяцев они разрождаются с болью, и что им было сказано во сне, что ими сделанные гадания [для других]-сбудутся. У Индейцев к ним большое доверие; и если кто-либо очень болен, и ему говорят, что он должен умереть (потому что так явствует из гадания), то приносят в жертву имеющегося у него ребёнка, говоря, что они обменивают жизнь того на свою. Также они используют для гадания несколько больших пауков, которых они держат закрытыми в котелках, и там они дают им еду, и когда кто-либо приходит узнать об успехе того, что он должен сделать, то сперва колдун совершает жертвоприношение, а затем снимает крышку с котелка, и если у паука какая-либо лапка прижата, то дело должно обернуться плохо, а если все вытянуты, то исход дела будет счастливым. Этот род колдунов очень распространён у Чинчайсуйос [Chinchaysuyos], и там они оказывают большое почтение пауку. В других местах – змеям, а в иных – другим животным, служащих для этого рода гаданий. Следует обратить внимание, что даже и ныне это не было оставлено, и хотя не все пользуются всеми этими вещами, чтобы увидеть предстоящие события, по большей части они прибегают к тем, которые в каждой провинции были придуманы, такие как связка маисовых початков, какой-нибудь разбитый черепок, слюна в руке, когда заставляют её течь по ладони или пальцам, и в соответствии с тем, как она потечёт, так они и предсказывают события, и разновидность цветных фасолин, называемых (Гуайрос [Guayros]), и другие различные вещи, какие и по сей день также используют для подобного гадания многие хитрые Индейцы, и их жены.

2. – Также есть другие предсказатели-для прорицания будущего, и для этого они жуют коку и сплёвывают её сок со слюной на ладонь, растягивая два самых больших пальца, и если она падает одинаково с обоих, то это [предвещает] доброе событие, а если по одному, то – плохое. И [этому] предшествует жертвоприношение, когда поклоняются солнцу. Также они спрашивали об этом у Вак и получали [на это]  ответ.

3. – Гадания устраивались по всевозможным делам, таким как посев, сбор, хранение хлебов, поход, постройка, женитьба, или развод. А также для того, чтобы узнать, какие жертвоприношения понравятся грому, в чьём ведении находился дождь, мороз, град и т.п. Они совершали для этого небольшое жертвоприношение; и для того, чтобы гром объявил о том, какую жертву он желал [от них получить], они гадали на морских раковинах; а если выходило, что [гром не объявлял об этом], то они гадали по иному, как обычно делали, пока предсказатель не подтверждал [о том, что ответ от грома получен], тогда жертва считалась принятой; а селение внося в виде подати то, что выпадало на их долю, вручало всё необходимое служителям жертвоприношения (отличающихся от предсказателей); они же, принимая каждый свою долю и уходя все вместе, приносили это в жертву на самых верховьях пуны, произнося особые слова; и каждый, возвращаясь в селение, говорил то, что гром у него попросил, и почему он был рассержен, и была ли та жертва ему приятна или нет, или должны они были совершить ему больше жертвоприношений, и в соответствии с тем, как говорил колдун, они доверяли ему полностью, принимая всё то, что он говорил, сопровождая [церемонию] большими возлияниями и плясками, днём и ночью, и другими ритуалами и идолопоклонствами. Следует обратить внимание, что служители жертвоприношения, каковых много и они весьма часто встречаются, избирались следующим образом. Если какой-либо мужчина или женщина рождались в поле в то время, когда гремел гром, то такового уважали, называя его Чуки ильа, и когда он был стар, они приказывали ему заниматься этим, веря, что жертвоприношение совершенное рукой этого [человека] принималось более благосклонно. Также были некоторые, называвшиеся детьми грома, рожденные от женщин, как утверждали, зачавших от грома и [от него] родивших. И этих они назначали [заниматься этим]. Также двойню или тройню, родившихся из одного чрева, и, в конечном счете, всех тех, в кого природа влагала больше обычного (полагая, что тут не обошлось без таинства), таких они назначали [заниматься] этим, называя их ваками. И чтобы не случилось с ними особенного или на чакре 60, или с их особами, они приписывали этому [роду суеверий]. И если они находили [особый] камень, или раковину, или примечательную вещь, то почитали такую больше, чем если бы нашли другую [но совершенно обыкновенную].

Глава XII. О служителях жертвоприношений.

Также существовали Индейцы предназначенные для совершения жертвоприношений источникам, родникам или ручьям, протекавшим через селение и чакры, и совершали они их по окончании сева, дабы те не переставали текти и поливали их чакры. Эти жертвоприношения предсказатели выбирали с помощью своих гаданий, после которых, из внесенного селением, собиралось то, что нужно было принести в жертву, и они вручали это тем, кто занимался теми жертвоприношениями. И приносили они их в начале зимы, т.е. когда во влажный сезон прибывает вода в источниках, и родниках, и реках, и они приписывали это своим жертвоприношениям; [но] они [раньше] не приносили жертв источникам и родникам в пустынных местностях. Сегодня всё ещё остается это почитание источников, родников, оросительных каналов, ручьёв или рек, протекающих через поселение или чакры. Также [сейчас уже] они оказывают почтение родникам и рекам пустынных местностей. Месту, где встречаются две реки, они оказывают особое почтение и уважение, и там они моются ради излечения, для начала обмазываясь маисовой мукой, или другими вещами, и сопровождая [это] различными ритуалами, и то же самое они делают в купальнях.

Глава XIII. О врачах и врачевании.

 Также есть Индейцы, занимающиеся врачеванием болезней, как мужчины, так и женщины, которых называют (Камаска [Camasca] или Сонкойок [Soncoyoc]); и они не приступают к лечению, если тому не предшествовало жертвоприношение или гадание, и эти говорят, что во время сна им было дано врачебное дело, когда к ним явлился некто, страдавший от своей болезни, и что тот дал им такую способность. И потому всегда, когда они врачуют, они совершают жертвоприношение этой особе, которая, как они говорят, явилась им во время сна и что она их научила тому, как лечить, и [тому, как обращаться с] инструментами 61.

2. – Также есть женщины -повивальные бабки, и они говорят, что во сне им было дано это занятие, когда им является тот, кто им дал [такую] способность и приёмы. И эти же сведущи в лечении беременных, чтобы помочь им родить ребёнка, а также убить его в теле матери с помощью имеющегося [que tien llevando 62] у них для этого мастерства. Есть другие, которые лечат переломы, и пока длится лечение, они приносят жертвы, возле места перелома или вывиха, и обычно прибегают к словам, жертвоприношениям, смеси мазей, и другим суеверным обрядам; если какая-либо индеанка рожает двойню из одного чрева, и она бедна, то прибегает в услугам повивальной бабки, совершая жертвоприношения, посты и ритуалы во время родов. Если у какой-либо [женщины] была поломана рука или нога, или другая часть тела, и она излечилась раньше, чем обычно выздоравливали другие больные, то она считалась лекарем в подобной болезни. И были другие, которые, симулируя такую болезнь, говорили, что выздоравливали очень быстро, и, [поскольку это] считалось чудом, к таким стекались больные, дабы излечиться. Здесь следует обратить внимание на то, что хотя бедные и нищие прибегали к этой услуге колдунов, предсказателей, жертвователей и т.п.,  богачи и люди могущественные (это были Инги, Касики и Кураки) знали и знают много об этих вещах, и они были теми, кто содержал их, наставлял и приказывал им, чтобы это совершалось, [имея привычку] осведомляться о каждом деле и о том, откуда оно взялось. Также хорошо бы обратить внимание на то, что в землях, богатых и изобильных на съестное или скот и серебро царило больше идолопоклонств и суеверных обрядов (как в этих краях Перу), но в бедных провинциях, таких как Чиригуанов [los Chirihuanaes], Чанесес [Chaneses], Тукуманов [Tucumanenses], Ксуриес 63 [Xuries], Диагитов [Diagitas] вплоть до реки Ла Плата [rio de la plata], и во многих других, бедных и нуждающихся, хотя некоторые и поклоняются солнцу или некоторым звёздам одними только словами и движениями тела, и оказывая им большое почтение, они не так старательно и заботливо придерживаются суеверной религии и не используют такое множество ритуалов и жертвоприношений, и того, что приносить в жертву из имеющегося у них, и наконец, это дело не всеобщее, потому что у большинства нет идолопоклонств, и всё их время уходит на собирание с большими трудностями того, что они едят, и то, что пьют, и на другие, какие будут необходимы, дела.

Глава XIIII 64 . О жертвоприношениях и предметах, какие они приносили в жертву.

То, что они приносили в жертву Вакам, были, во-первых, дети до десяти и меньше лет, и это для дел большой важности, и не столь обычно; они их вешали и хоронили. Также, [приносили в жертву] изысканную одежду в честь ткачества; её изготавливали для определённых церемоний, и делали её также различным способом в соответствии с характером дела. Они сжигали её, соблюдая различные обряды. Также, [приносили в жертву] имеющийся у них скот, тщательно заботясь о возрасте, свойствах и цвете дичи, чтобы соответствовать поводу, по которому тот приносился в жертву. Дичь, если то были самки, никогда не приносилась ими в жертву, сохраняя [их] для размножения. Также, [они приносили в жертву] куйев, являющихся зверушками [unos animalejos], которых выращивали в домах, размером [они] побольше мышей,-эти служили для наблюдения за предзнаменованиями и [для того, каков будет] исход дел. Также для этой [цели им] служил имеющийся у них [вышеупомянутый] скот. Эти два рода животных они приносили в жертву. Они не использовали диких животных, потому что говорили, что для жертвоприношений [связанных со] здоровьем и благом, нужно было приносить в жертву только вещь, полученную и выращенную своим трудом. Следует обратить внимание на то, что сегодня очень распространён этот род жертвоприношений из куйев, как у Горцев, так и среди тех, кто [живёт] в Равнинах.

2. – Также приносили в жертву птиц Пуны [Puna], когда они должны были идти на войну, чтобы ослабить силу вак своих противников. Это жертвоприношение называлось Куско виса [Cuzco viça], или Вальа виса [Hualla viça], или Сопа виса [Sopa viça]. И совершали его следующим образом: брали разнообразных птиц Пуны, и собирали много колючего хвороста (называемого Йанльи [Yanlli]) на костёр, для которого они собирали птиц (и этот сбор они называли Кисо [Quiço]), и бросали их в костёр, вокруг которого ходили служители жертвоприношения с особыми круглыми и угловатыми камнями, где были нарисованы змеи, львы, жабы, Тигры, говоря («Уссачум» [Vssachum]), что значит «пусть благополучно будет наша победа», и другие слова, как они говорили, чтобы «утратили силу Ваки наших противников»; и они доставали своих очень тёмных баранов, находившихся несколько дней в заточении без еды, называвшихся [Урку (Vrcu 65 )] и, убивая их, они говорили, что поскольку сердца тех [баранов] были истощены, точно также будто бы истощены сердца их противников; и если в этих баранах они видели, что какая-то плоть, находящаяся за сердцем, не была истощена постами и предыдущим заточением, то считали это плохим предзнаменованием, и они вели особых черных собак, называемых Апурукос 66 [Apurucos], и убивали их, и бросали их на равнину [ровный участок поверхности], и при особых ритуалах заставляли есть то мясо особую группу людей. Это жертвоприношение также совершали для того, чтобы Инга не пострадал от яда, и для этого они постились с самого утра и до того времени, пока не всходила звезда, и тогда наедались и пировали [zahorauan 67] по обычаю мавров. Это жертвоприношение было наиболее излюбленным в борьбе против богов противника. И хотя сегодня почти оставлено всё это, поскольку закончились войны, всё же следы остались, и немалые, среди отдельных ссор обычных Индейцев, или Касиков, или одних селений с другими, и неплохо быть хорошенько к этому подготовленным.

3. – Также они приносили в жертву или в дар морские раковины, называемые Мольо 68. И жертвовали их источникам и родникам, говоря, что раковины были детьми моря, матери всех вод. У них [раковин] разные названия в зависимости от цвета, и потому они служат для различных целей; эти раковины использовали почти во всех видах жертвоприношений, и до сих пор сегодня они бросают несколько мольо, перемолотых с чичей, из суеверия. Это обработанное мольо, по-другому называемое (Чакира [Chaquira]), совершенно вредное, поскольку почти всегда служит для жертвоприношений и обрядов; а Испанцы считали его хорошим доходом, особенно в Трухильо и его окрестностях, и в других местах этих равнин, и сегодня не перестают продавать [это] в некоторых местах. Также они жертвовали разноцветные перья, особенно алые и жёлтые, принесённые из [провинций племён] Андов [los Andes], называемые Павкар [Paucar], пилько 69 паривана [pillco parihuana]. Также жертвовали золото и серебро, изготовляя различные фигурки, или сосуды. Также, маисовую муку, или [муку] из других семян [de otras legumbres], или тесто, или сдобу, приготовленную из этой муки. Также, чичу, и другие различные кушанья, коку, или корзинки для неё, жир, волосы, собственную кровь, или [кровь] животных и другие вещи, и наконец всё, что они сеяли и выращивали, начиная от порождённых детей до самой последней вещи, выращиваемой ими, если им казалось, что это целесообразно принести в жертву. То, что касается детей, кажется, уже оставлено, по крайней мере, среди уже известных Индейцев. В остальном всё ещё остаются заметные следы и последствия, в особенности в том, что касается куйев, коки, еды, чичи, перьев и баранов, и других подобных вещей. И поэтому важно проявить особую заботу и старание [в этом вопросе].

4. – В том, что касается молодых и старых колдуний и колдунов, ныне даже более пагубно то новое, что [ими] было придумано, и в отношении этого нужно обратить внимание на то, что они подразделяются на два вида: одни, нескрывающие своего лица, и четко видно, что они колдуны, делающие то, что делалось издавна. И к этим являются только Индейцы, или [лица] бессовестные, или те, кто ещё не принял окончательно [католическую] веру и не знают Божественных деяний; но поскольку они только и делают, что совершают свои дела втайне от всего мира, поэтому они очень вредны. Есть и другие, которые, помимо того, что посещают места поселений Испанцев и Индейцев, прибегают к этому колдовскому занятию под видом Христианства. И когда они приходят к больному, то произносят свои благословения над больным, творят крестные знамения, говорят, что есть Бог, Иисус, или другие хорошие слова, приказывают, чтобы творилась молитва Богу, или Отцам [церкви], или Апостолам и одновременно с этим, втайне, приносят жертвы и совершают другие ритуалы с куйями, кокой, жиром, и другими вещами, ощупывают живот, ноги, или другие части тела, и сосут то место, которое болит у больного, и говорят, что они выводят кровь, или червей, или камушки, и показывают их, говоря, что оттуда вышла болезнь; а дело в том, что они носят ту кровь или червей и т.п. в особых хлопковых тканях, или в другом предмете, кладут её в рот в то время, когда высасывают [кровь], а затем показывают это больному, или его родне, и говорят, что болезнь уже вышла, и что больной выздоровеет, и для этого совершают тысячу других обманов. Старухи и девицы, прибегающие к этому, являются травниками, повивальными бабками, присматривают за роженицами, объявляют о том, что у них [рожениц] есть [во чреве], и убивают плод, если о том по какой-либо причине просят сами беременные, а мужчины, прибегающие к такому [занятию], также являются травниками; и одни и другие иногда (со всевозможным притворством) слушают [рассказы] о грехах больного, расспрашивая их [больных] самым изысканным образом, чтобы нельзя было понять, что они Ичурис [Ychuris] (т.е. бывшие [старые] исповедники), и во время выслушивания их или после этого (так как не всех [исповедник выслушивает], а, по крайней мере, некоторую часть из тех, кто, как ему кажется, подходит для того, чтобы успокоить боль) они совершают свои ритуалы, говоря притворные слова, налагают свои покаяния, и двусмысленными словами дают им понять, чтобы они не отходили от своих старинных обычаев, поскольку они хороши для избавления от их болей. Наконец, под видом Христианства они совершают тысячу зол и творят больше вреда, чем те, кто открыто показывает, что они колдуны; потому что если позвать этих [нескрывающихся колдунов] раз или два, даже не три, то в конце концов Индейцы страшатся препоручить себя им, и выказывают большое отвращение к этому, но к притворным и скрытным [колдунам] – [отвращения] не [выказывают]. Когда этих притворщиков зовут со стороны больного, их заставляют просит, говоря, что они не колдуны, а Христиане, и что при помощи колдовства нужно сделать так, чтобы они не ушли, если думают, что только нужно провести лечение и принять лекарства по образу Христиан. Поскольку дело обстоит так, что Индейцы, в соответствии со сказанным, убегают от колдунов, творящих свои злые дела открыто, но не убегают от этих; Индейцы скорее даже хорошо осведомлённые, и, похоже, боящиеся Бога, извлекают из них выгоду, полагая, что нет ничего низкого в том, что они делают, и, проявляя это невежество, они посылают за ними и лечатся у них, хотя непременно есть много и тех, кто зовёт их со страхом или подозрением. И у многих этих колдунов хорошая репутация, по меньшей мере, не как колдунов, и некоторые занимаются врачеванием открыто, поскольку у них нет надлежаще оформленного отказа [выданного] церковными судьями, или они не замечены в каком-либо возможном зле и им дозволено [этим заниматься]. И потому целесообразно, чтобы к этому было проявлено особое внимание и принимались постоянные меры.

Глава XV. О том, как Инга даровал свои ваки, подобно имеющимся в Куско, всем своим Королевствам.

Когда Инга вновь завоёвывал какую-либо Провинцию или селение, то для начала он приказывал, чтобы была захвачена главная Вака такой провинции или селения и перенесена в Куско, как для того, чтобы считать тех людей полностью покорёнными, [так] и для того, чтобы они не восстали против него, а также для того, чтобы они платили подати [в виде] вещей и людей для жертвоприношений и в качестве смотрителей вак и для других вещей. Он ставил эту ваку в храме солнца, называющемся Куриканча [Curicancha], где было много алтарей, и на них стояли статуи Виракочи, солнца, и грома, и других вак, или ставил такие ваки из провинций в различных других местах, или на дорогах, в соответствии со своим [обычаем], или провинции, которая была [?] 70, и поскольку было так много людей, стекавшихся туда со всего края, то все обучались тому, чему их там научали.

2. – И том, что касается почитания источников, родников, рек, холмов, лощин, ущелий, перевалов, вершин гор, пересечения дорог, камней, скал, ложбин и небесной радуги, и в суеверии, касающегося пения совы, филина, и прочее совершалось и имелось в остальных частях королевства, и им оказывалось почтение подобно [тому, что было в] Куско. А так как у Куско и его округи было огромное количество идолов, вак, вилькас [villcas 71], святилищ, или созданных в различных краях мест поклонений, потому в каждой провинции также были особые ваки и святилища, и каждая другая наиболее примечательная вещь, которой поклонялись, равно как и телам умерших каждой семьи оказывалось почтение. Наконец, у каждого края и провинции было большое разнообразие мест поклонений, и если сейчас разрушены Идолы, камни, и приспособления для жертвоприношения и многие другие вещи, служившие им для их обрядов, то всё же прочно стоят холмы, перевалы, источники, родники, реки, озёра, море, ущелья, скалы, Апачитас 72 [Apachitas], и другие подобные вещи, почитание которых всё ещё продолжается, и необходимо, чтобы была проявлена большая забота в искоренении из их сердец нечестивого почитания. Ваки и святилища в Куско и [находящиеся в] нескольких лигах от него составляют числом 340, имея различные названия; должны быть, имелось и много других. Из всего этого большая часть заброшена; всё же, до сих пор непременно встречаются некоторые следы [этого] и особенно там, где есть старики и старухи, и а ещё больше там, где есть знать и Кураки, предрасположенные к этим обрядам. (*) 73

Комментарии

1. Мать - земля. Плодотворное начало.

2. В словаре Диего Гонсалеса Ольгина (1608), в дальнейшем DGH: Плеяды (созвездие). Collca cuyllur, или ccapac collcca cuyllur.

3. Возможно, это мнение ошибочно, если учесть, что под Ламой на небе жители Анд подразумевали не созвездие, а тёмные беззвёздные участки ночного неба.

Созведие Лира

4. DGH: Созвездие Южный Крест. Catachillay orcochillay.

5. Эта название Поло приводит повторно, но уже как составное слово, поскольку из словаря DGH известно, что: Catachillay, или vrcuchillay. - Крест.

Т.е. Уркучильай и Катучильай уркучильай – это разные созвездия.

6. DGH: Нерассеивающиеся кометы - Chuqui chinchay.

Chhoque chinchay, или llama. Звезда, похожая на барана (ламу).

Chuqui означает «копьё».

7. DGH: Рассеивающаяся комета - Acochinchay.

8. DGH: Qquempiycucun machacuhuay. Быть скрученным змеёй, или qquenpicayacun.

Мачакуай, видимо, название змеи.

9. DGH: Chacana. Лестница (деревянная).

Chacca na. Три звезды, называемые Три Марии, т.е. созвездие Ориона.

10. DGH: Tupa – королевский.

Слово «торка» найти не удалось.

11. DGH: Maman mircu. Несколько звёзд возле Южного Креста (cм. mircu).

Mirccuni. Поедать своего отца или мать, что из - за того, что оно является большим грехом, ему дали имя собственное. И на небе изображали звезду, противоположную этому греху, и которая влияет на тех, кто это делает, которую называют Маман мирккук куйльур [Maman mirccuc cuyllur], что значит "Звезда тех, кто есть своего отца или мать".

12. Вариант: «владыкам».

13. Йавар Вакак.

14. Синчи Рока.

15. Персонаж совершенно неизвестный из других источников.

16. Точнее, Паккаритампу. Дословно либо «Дом порождения» или «рожденный в племени Тампу».

17. Так в оригинале.

18. DGH: Ylla. Большой или примечательный камень, наподобие яйца, или больше, который носят с собой из суеверия для того, чтобы быть богатыми и счастливыми.

19. Слово из Карибского бассейна.

20. Выше говорилось в оригинале об одной церемонии, а здесь уже о нескольких!

21. DGH: Runcuni. Делать корзины из дерева коки.

22. Т.е. в году 365 дней, тогда  лунных 12 месяцев по 29 дней – это 348 дней или, если 29,53 дня, то – 354,36 дней. Получается, что от 17 до 11 дней распределялось по самим месяцам.

23. Выходит, что таких лунных столбов должно было быть ровно 12.

Но известны различные количества этих столбов: 

1)  у Хосе де Акосты ровно 12, он их называет Succanga.

2)  У Антонио де ла Каланча – 8 с восточной стороны и 8 – с западной; т.е.  16 = 12 лунных + 4 дополнительных, отвечавших за года (или другие наблюдения или астрономические объекты).

24. У Бернабе Кобо:

Измерения велись по размещенным на холмах и пригорках возле Куско столбам или камням: два на Восток от города, и два — на Запад. Через них выходило и садилось солнце, когда оно достигало Тропика Рака и Козерога. Два камня, по которым определялось начало зимы, назывались Пукуй - Суканка; два других, обозначавших начало лета, назывались Чирав(?) - Суканка

25. DGH: Puncu. Врата или портал.

26. DGH: Chirau punchau. Ясный день, когда нет туч, солнечно и жарко.

Chiraupacha, a chiraumitta. Время лета, сухое, без воды и холода.

Chirau. Лето и солнечный день.

27. В 1553 году в книге «Хроника Перу» Сьеса де Леона даётся первое описание календаря также и у народов Кольяо (южная часть империи Инков):

«У них ведется счет времени, им известны некоторые движения как солнца, так луны, вот почему они ведут счет по выученному ими обычаю подсчитывать свои года, образующие десять месяцев [?]. От них я узнал, что год они называют «мари“, лунный месяц — «алеспакехе“, а день — „ауро“».

28. Месяцев было двенадцать. Считались они по Лунам. Названия для луны и для месяца были одинаковыми: на кечуа — Кильа (кечуа Killa), на аймара — Пакси (Pacsi, или, точнее, Phakhsi). Все месяца имели равное количество дней.

29. Кристобаль де Молина – так называется декабрь:

«Декабрю они дали имя Камай - кильа».

Камайкильа у Ондегардо – это январь. Все остальные месяцы до июня у Ондегардо и Молины смещены.

30. Широкие штаны, набедренные повязки.

31. Лепешка , запеканка с кровью лам. Детально обряд с этой лепешкой описал Кристобаль де Молина:

«На следующий день они все приходят на большую площадь, соблюдая тот же порядок, расставляя ваки на их скамеечки, как и прежде. Инка и народ вели с ним очень много отар, со всех четырёх четвертей [Тавантинсуйу]: из Кольа - суйу, Чинча - суйу, Анти - суйу и Кунти - суйу. Количество животных было так велико, согласно тем, кто об этом сообщал, что они составляли более 100000, и было необходимо, чтобы все были без единого пятнышка или дефекта, и с руном никогда не стриженным. Жрец Солнца лично отбирал четырёх самых лучших, и приносил их в жертву следующим образом: одну жертвовали Создателю, другую – Грому, иную – Солнцу, а ещё одну – Ванакаури. Когда это жертвоприношение было совершено, у жреца имелись санку на больших золотых блюдцах, и он обрызгивал их кровью овец. Белошерстных овец звали кулью [cuyllu], блюда же с санку находились перед скамеечкой Солнца. Верховный жрец затем произносил, так громко, чтобы все могли слышать:

- Обрати внимание, как ты ешь эту санку; того, кто ест её во грехе, и с удвоенной охотой и желанием, видно то отцом нашим, Солнцем, который накажет его тяжкими бедами. Но тот, кто отведывает её с одним сердцем, тому Солнце и Гром выкажут благоволение, и даруют детей и счастливые года да изобилие, и всё, что ему требуется.

Затем они все поднимались, чтобы отведать, перво - наперво совершив торжественную клятву, прежде чем есть явар - санку yahuar - sancu], в которой они обещали никогда [28] роптать на Творца, Солнце или Гром; никогда не предавать своего правителя Инку, под страхом получить осуждение или неприятности. Жрец Солнца затем брал тремя пальцами столько [санку], сколько мог ими удержать, клал в свои уста, и возвращался на своё место. Точно также и на манер принесения клятвы все племена поднимались, и таким образом все отведывали [явар - санку] до единого, вплоть до малых детей. Все они оставляли немного этого явар - санку для тех, кто отсутствовал, и отсылали часть тем, кто страдал в своих постелях от болезни; они верили, что то превеликое несчастье для каждого, кто не отведал явар - санку в тот день. Они брали её с такой осторожностью, что не позволено было и крупицы уронить на землю, ибо в сём усматривался великий грех. Когда они забивали жертвенную овцу, они вынимали легкие и надували их воздухом, и жрецы судили, по определенным на них знакам, окажутся ли благополучным следующий год или нет. Потом они сжигали их пред Создателем, Солнцем и Громом. Тела овец разделывались и раздавались, как предметы весьма священные, малюсенькими кусочками каждому человеку. Остальное отдавалось людям Куско, дабы съесть то, и каждый человек, понеже он пришел на площадь выдергивал клок шерсти, чем и приносил жертву Солнцу».

32. DGH: Hatun cuzqui aymurayquilla. Месяц май.

Ccusquiy – это время вспахивать поле под паром и давать первую вспашку.

chacmani – поднимать, вспахивать пар.

33. Мать - кукуруза.

34. DGH: Амбар из тростника или соломы, не обмазанный. Pirhua.

35. По Хуану де Бетансосу:

Huacai quos quiqilla — май. С мая по июнь отмечается праздник Yaguayracha aymoray.

По Гуаману Пома:

Haucai Cusqui Quilla, — июнь.

По Кристобалю де Молина  - это май:

«Они начали считать год с середины мая, на несколько дней больше или меньше, в первый день луны; сей месяц, будучи первым месяцем ихнего года, назывался Хаука [Hauca] и Льуске [Llusque], и они в нём справляли следующие церемонии, называемые Ютип - Райми [Yutip - Raymi], или празднества Солнца. В этом месяце они приносили в жертву Солнцу огромное количество овец всех цветов. Те, называемые вакар - панья [huacar - paña], были белошерстными. Другие назывались гуанако [huanacos]; а ещё одни, также белошерстные, назывались пакос - куйльос [pacos - cuyllos]. Другие, самки с рыжеватой овечьей шерстью, назывались паукар - пако. Другие пакос назывались уки - пако. Другая большая овца называлась чумпи, за свой цвет, почти такой же, как у шкуры льва. Другая овца называлась льянка - льама, с черной шерстью. В это время они также приносили в жертву ягнят тех же цветов. Приношения справлялись следующим образом:

Поутру, в полдень и в полночь они шли в Куриканча , прихватив овцу, какую намеревались принести в жертву в тот день, когда обносили вокруг идолов и вак, называемых Пунчао Инка [Punchao Ynca], что значит Солнце; и Пачаячачи [Pachayachachi], другой идол в облике человека. Слово значит Творец; и Чуки ильаильапа, являвшегося вакой грома и молнии, и удара молнии. Он также был в человеческом облике, хотя лица нельзя было разглядеть, и у него была золотая льяуту, и золотые серьги, и золотые же медали, называемые канипо [canipo]».

36. В оригинале: «дров».

37. Этот праздник стоит на границе пасхального цикла и летних праздников, обычно отмечается в июне. Основная идея Корпус - Кристи - напоминание о сущности католического догмата причастия (евхаристии - Eucaristia). Таким образом, этот праздник не связан ни с какими языческими дохристианскими традициями, он религиозный по содержанию, и городской - по социальной организации. В структуре праздника, с самого начала, выделялись торжественная процессия по улицам города и праздничная месса в соборе. В прошлые столетия, при богослужении разыгрывалось так называемое »auto sacramental» ("священное действо, представление") - спектакль на тему дня. В наши дни отголоском бывшего auto является участие в мессе мальчиков - певчих, а в процессиях - мальчиков - танцоров, так называемых сеисес (seises). Видимо, вначале было 6 детей - участников (отсюда и название: seis = шесть). Сейчас это число может меняться, гак, в самых знаменитых ансамблях, в Севилье - 10 сеисес, а в Толедо - 7.

38. Кристобаль де Молина:

«Месяц июнь назывался Канай [Canay], а по - другому – Чаварвай [Chahuarhuay]. Люди были полностью заняты орошением своих полей, и урегулированием вопросов распределения воды по каналам.»

39. Горные виска́чи (лат. Lagidium) являются родом семейства шиншилловых. Своим внешним видом они напоминают кроликов с длинным хвостом, как у белок. Благодаря близкому родству возможно скрещивание с шиншиллами. Длину тела горных вискачей достигает 40 см, а хвост — до 32 см, Вес до 1,6 кг. Обитают, как правило, на слабо заросших склонах Анд на высоте до 5000 м. В дикой природе горные вискачи живут всего 3 года, а в неволе, при должном уходе, до 19 лет.

В 1553 году даётся их первое описание в книге «Хроника Перу» Сьеса де Леона.

40. Или «Вапакис».

41. Кристобаль де Молина:

«Они называли месяц Июль Моронпасса тарпуйкильа [Moronpassa tarpuiquilla], и на протяжении его они отмечали празднества, называвшиеся явайра, когда они просили Творца даровать им богатый урожай в том году, отчего был [тот] месяц предназначен для посева семян».

42. Кристобаль де Молина:

«Месяц Август назывался Койа - райми; и в нём они отмечали Ситуа. Для того, чтобы совершить ритуалы этого празднества, они выносили статуи ихних вак со всех мест земли, от Кито до Чили, и ставили их в домах, имевшихся в Куско, с целью, [21] о каковой мы сейчас поведаем. Причиной того, что праздник, называвшийся Ситуа, отмечался в этом месяце, было то, что начинались дожди, и с первыми дождями обычно наступала пора многочисленных заболеваний. Они молили Создателя, чтобы, на протяжении года, он соизволил защитить их от болезни, как в Куско, так и по всей земле, завоёванной Инками».

43. Речь идёт о Новолунии.

44. Наиболее подробно эту церемонию описывает Кристобаль де Молина.

45. DGH: Pancuncu huma, или tanpa huma. Тот, кто не причёсывает, и не моет волосы.

46. Топографические направляющие, линии; их обслуживали особые роды или общественные группы.

47. Вариант: «в относящихся к нему».

48. Кристобаль де Молина:

«Они называли месяц Сентябрь Ума - Райми [Uma - Raymi], потому что индейцы из Ума, что в двух лигах от Куско, отмечали праздник Варачильо [Hurachillo]. Это было важное событие, [35] когда юношей признавали рыцарями, и когда им прокалывали уши, о чём мы упомянем в соответствующем месте. Женщины Куско, чьи сыновья должны были подвергнуться прокалыванию ушей, и совершить варачику, проводили своё время в пошиве одежд, в которые их сыновья должны были быть одетыми в праздничный день варачику. Некоторые родственники сходились помочь им в шитье, и в веселии и питье на несколько дней к ним домой: и тем месяц заканчивался»

49. Кристобаль де Молина:

«Они называли месяц Октябрь – Айа Марка Райми [Aya Marca Raymi], потому что индейцы из селения Айамарка [Ayamarca] совершали празднества варачику, а юноши того племени прокалывали свои уши, и признавались рыцарями, сопровождая следующими церемониями. В Куско, люди занимались приготовлением большого количества чичи для праздника Капак - Райми [Ccapac Raymi]. Это заготовка чичи называлась канторай [cantoray]».

50. DGH: Hayachuco llamallama saynatahuacon. Те, что устраивают игры, или танцы с переодеванием.

Ymahaycca tuccucllapanta yachapayak. Актёры, или маскарадные костюмы, иди маски.

51. DGH: Aranyani huaconyani. Устраивать танцы в маскарадных костюмах.

52. перца.

53. Дословно можно перевести, как «заведующий делами сердца, внутренностей, разума».

54. В оригинале стоит слово «consaciones» с редакторским знаком вопроса [?]. По смыслу должно стоять слово «de confracciones yeruas», т.е. – размолотыми трав.

55. 1100 - 1600 км.

56. Янаконы – слуги.

57. DGH: Villca. Дерево, плод которого, как и у люпина, является слабительным.

Villca. Снадобье, сделанное из этого дерева.

Villcani. Бросать снадобье.

58. Морская свинка.

59. Т.е. на равнинах  тихоокеанского побережья.

60. поле.

61. Вариант: «и использовать свои приёмы»ивычку о каждом деле, вещах, дутьсяиизуется имиолдовских штучек

62. Так написано в оригинале; должно быть que tienen llevando.

63. Вариант: Шуриес, Суриес, Хуриес.

64. Так в оригинале.

65. DGH: Vrcco. Самей у животных.

66. Поло де Ондегардо допустил здесь ошибку, так как речь шла не о собаках, а о крупных представителях южноамериканских верблюдовых, предназначенных для воспроизведения потомства, т.е. племенных самцах.

Апуруку дословно означает «дряхлый вожак».

Этот же эпизод был позаимствован у Ондегардо другим хронистом – Хосе де Акоста.

67. Слово из испанской провинции Ла Манча.

68. Мульу.

69. В словаре DGH нет такого слова.

Это слово означает по-испански «колибри», но сама птица правильно называется Огненный мухоед, красный тиранн (лат. Pyrocephalus rubinus) — птица из семейства Тиранновые. Единственный вид в роде - Pyrocephalus Gould, 1839.

Самцы имеют на груди и на голове ярко - красное или алое оперение и неольшой хохолок. Самки не имеют яркого окраса.

70. Видимо, пропущен предлог, и должно быть:

«или [в той] провинции, откуда она была»

71. Деревья, и лекарство из него.

72. Груды камней, святилища путников.

73. Этот знак проставлен редакторами изд.1906 года для введения следующего примечания:

«Эта инструкция впервые была опубликована в “Confessionario para los Cvras de Indios. Con la instruction contra sus Ritos y Exhortacion para ayudar a bien morir. – Los Reyes, MDLXXXV” («Исповедальня для священников у индейцев. С инструкцией по борьбе с их обрядами и наставлением в том, как помочь хорошо умереть»), книге редчайшей, и о которой только и известно, что осталось два экземпляра: один в библиотеке, ранее находившегося в собственности у блистательного аргентинского историка, генерала дона Бартоломе Митре, в Беэнос - Айресе, и второй находится в собственности у уважаемого друга Доктора дона Хуана Франсиско Пассос Варела.

Это была вторая книга, изданная в Лиме, и она должны была быть распродана очень быстро, ведь была несколько лет спустя переиздана в Севилье, в 1603 году. Но севильское переиздание в свою очередь стало более редким, чем лимское, поскольку о нём не было никаких сведений, пока выдающийся чилийский библиограф дон Хосе Торибио Медина не описал его в своей Испано - Американской Библиотеке, том II, стр. 32, о котором он говорит: «Книга, до сих пор совершенно неизвестная, не цитированная, и даже не описанная ни одним библиографом». Экземпляр, который видел Медина, принадлежал Сеньору Б. Ламасу, из Буэнос - Айреса. В Библиотеке Лимы есть очень хорошо сохранившийся экземпляр, и недавно продавец книг Хирсеманн, из Лейпцига, объявил к продаже в своих каталогах один экземпляр за 2000 марок, или же 100 перуанских либр. Для древней истории Перу эта Инструкция представляет большой интерес, да и сам поиск, осуществленным всеми, кто посвятил себя этому, побуждают Руководство Revista переиздать её, взяв её из севильского издания, хранящегося в Национальной Библиотеке».

 

Источник: «Revista histórica; órgano del Instituto Histórico del Perú, Volume 1. – Lima, 1906, pp. 207-230»

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.