Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Письмо Христофора Коломба к Гишпанскому Королю, недавно найденное.

Сие любопытное письмо не есть вымысел: оно взято из старинного манускрипта, отысканного в Ямайке, и писано во время последнего Коломбова путешествия, когда он, открыв Мексику и весь берег твердой земли, от залива Гондуразского до устья Ореноки, принужден был поставить на мель корабли свои в Ямайке. Страдая от подагры, оставленный большею частию своих матрозов, имея крайний недостаток в съестных припасах и будучи в войне в дикими жителями острова, он хотел по крайней мере уведомить о себе Короля, и отправил [281] верного слугу своего в Сен-Доминго, на маленькой Индейской лодке, с разными бумагами и с следующим письмом, которое, по всей вероятности, не дошло тогда до Гишпанского Двора.


Христофор Коломб к Фердинанду, Королю Гишпанскому.

Ямайка, 1503.

Всемилостивейший Государь!

Диего Мендес и посылаемые с ним бумаги известят Ваше Величество о богатстве золотых мин, открытых мною в провинции Верагваской, где я хотел оставить брата моего, естьли бы воля Небесная и действие рока тому не воспрепятствовали.

Как бы то ни было, но злощастный Коломб охотно уступит другим щастливейшим мореплавателям славу довершить его открытия и завести там колонии, естьли они послужат ко славе и пользе Короля моего.

Когда Бог дозволит Мендесу приехать в Гишпанию, то он без сомнения докажет Вашему Величеству и августейшей Монархине (Изабелле), что я прибавил к Гишпанским владениям не замок [282] с садом, но целую половину света, с бесчисленными подданными, землями чудесно-плодоносными и такими богатствами, каких не представляло воображение и едва может пожелать корыстолюбие.

Но ах! ни Мендес, ни сие письмо, и никакой язык не изобразит тоски моей, телесных и душевных страданий, опасности и бедствий, в которых я нахожусь с моим сыном, братом и друзьями.

Уже более десяти месяцев мы живем на открытой палубе кораблей наших, стоящих на мели берега. Здоровые матрозы мои взбунтовались по внушению братьев Перрассов; а те, которые остались верными, умирают. Мы извели все съестные припасы Индейцев, и, будучи ими оставлены, ожидаем голодной смерти.

К сему бедствию надобно еще прибавить столько горестных обстоятельств, что трудно сыскать на земле другого, подобного мне нещастливца. Кажется, будто самое Провидение служит моим завистникам, и все услуги, все открытия вменяет мне в преступления. О небо! и вы, святые жители его! сотворите, чтобы Король Фердинанд и [283] Государыня всемилостивейшая, Донна Изабелла, узнали, что я всех на свете злощастнее, и единственно от моего усердия к их пользе!

Нет, ничто не может сравняться с моим бедствием! Я вижу, как лютая смерть приближается ко мне и (что еще ужаснее!) к верным друзьям моим и товарищам. Увы! человеколюбие и справедливость удалились в небесные жилища свои! тот ныне преступник, кто сделал или обещал великое!

Видя перед собою гибель, могу ли пользоваться титулом Наместника и великого Адмирала? он сделает меня еще ненавистнее народу Гишпанскому! Нет сомнения, что судьба хочет прервать слабую нить бытия моего. Кроме моей старости и жестокой подагры, я страдаю еще от других болезней, в ужасной пустыне, где нет ни лекарств, ни пищи для тела, ни духовника для души, среди бунтовщиков и мятежников, с моим сыном, братом и друзьями больными; и сверх того оставлен Индейцами!

Епископ Сен-Домингский Овандо присылал сюда, не для того, чтобы оказать мне помощь, а единственно желая узнать, умер ли я; ибо [284] посланные не имели ко мне писем, не хотели взять их от меня, не хотели даже говорить с нами. Враги мои уверены, что я здесь погибну.

Пресвятая Богородица, милосердая к угнетенным и злощастным! для чего ты не допустила жестокого Бовадиллу (Сен-Домингского Губернатора, который гнал Коломба) прекратить мою жизнь, когда он похитил у меня золото, столь дорого купленное, и без всякого суда, без малейшей вины, послал меня в Гишпанию, оковав цепями? Сии цепи остаются единственным моим сокровищем; я велю зарыть их с собою в землю, естьли Бог даст мне могилу! ибо желаю, чтобы вместе со мною исчезла и память сего варварского дела. Естьли бы я тогда умер, то Овандо не имел бы удовольствия через 10 или 12 месяцев видеть меня жертвою нещастных обстоятельств и злобы людей.

Мать Иисусова! не дай ему новым злодейством посрамить Кастилланского имени! Да не знают будущие веки, что в настоящем были такие гнусные люди, которые думали услужить Королю [285] Фердинанду погибелию бедного Коломба, не за вины его, а за то, что он имел славу открыть новой свет и подарить его Гишпании.

Великий Боже! то было делом Твоим: ибо Ты наставил и вел меня к сей великой цели. Умилосердися надо мною и преклони ко мне сердца людей, которые еще любят справедливость и человечество!... А вы, души праведных, видящие мою невинность и страдания! сжальтесь над сим бедным веком, столь завистливым и нечувствительным к судьбе моей!

Теперь могу надеяться только на сожаление и правосудие потомства; оно конечно будет тронуто моим жребием, когда узнает, что я на свое иждивение, с опасностию жизни моей и брата любезного, и почти без всяких издержек со стороны Короля, в 12 лет и в четыре путешествия оказал ему такие услуги, каких доныне смертные еще не оказывали своему Государю и отечеству, и в награду за то лишен всего, кроме цепей моих! Человек, который покорил новый мир для Гишпании, не имеет ни в новом, ни в старом, самой беднейшей хижины, [286] в которой он мог бы укрыться с жалким семейством своим!

Естьли Небо, предвидя в открытии нового света какие нибудь ужасные бедствия для старого, осуждает меня, в наказание за то, погибнуть в сей лютой ссылке: то молю вас, Ангелы, защитники невинных! молю донести сие письмо до рук моей Королевы. Она знает, что я претерпел для славы ее, и не захочет по своей справедливости оставить в бедности детей и братьев того человека, которой открыл для Гишпании источник несметных богатств и прибавил к ее владениям обширные империи, дотоле неизвестные! Естьли Она жива, то побоится, чтобы жестокость и неблагодарность людей в рассуждении меня не воспалили гнева Небесного, и чтобы Всевышний не наказал потомства Гишпанской нации за вину предков, и не отдал другим народам богатств открытого мною мира!

(Из European - Magazine.)

Текст воспроизведен по изданию: Письмо Христофора Коломба к Гишпанскому Королю, недавно найденное // Вестник Европы, Часть 4. № 16. 1802

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.