Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

«СЛОВО НАДГРОБНОЕ О ДВОЮ БРАТУ ЕДИНОУТРОБНОЮ» ФЕВРОНИИ СЕМЕНОВОЙ

Публикуемый ниже памятник давно введен в научный оборот, неоднократно использовался в литературе 1. Несомненный интерес исследователей к данному тексту свидетельствует о необходимости его публикации. Это сочинение важно как с точки зрения исторической (содержит важные сведения о знаменитой в истории Сибири и Выга семьи Семеновых), так и с литературной. Оно занимает особое место в выговской словесности: соединяющее поэтику надгробного слова с элементами народной причети, поражает и глубиной чувств, и открытым лиризмом, в то же время ни в чем не отступает от требований выговской литературной школы.

Из самого текста очевидно, что сестра оплакивает смерть двух своих родных братьев – Гавриила Семенова (умер 6 марта 1750 г.) и Ивана Семенова (погиб в Елунской «гари» в марте 1723 г.). До сих пор произведение относилось к числу анонимных. Из других выговских сочинений следовало, что на Выгу жили две дочери выходца из Кижского погоста Семена Митрофанова. Их имена нам удалось установить по документальным источникам: это были Степанида и Феврония Семеновы. Обеим сестрам адресовано письмо сибирских старообрядцев от 11 января 1740 г. Сохранилось также письмо Поликарпа Яковлева 1750 г., в котором он утешает одну только Февронию (старшая Степанида умерла в 1741 г.) в связи со смертью брата Гавриила. Именно Феврония Семенова (родилась в 1692 г.) и была автором данного слова 2.

Нашу атрибуцию полностью подтвердила еще одна находка – послание выговского наставника Даниила Матвеева, датированное 27 июня 1750 г. 3 Слова утешения в связи со смертью Гавриила Семенова обращены им к Февронии Семеновой и лексинским насельницам: «О вы, желанныя постници <...> яко дщери церковныя, жалостно и болезненно сламляетеся, и наипаче ты, наичестнейшая Февронья Семеновна, о своем единоутробнем, яко о отце родимом, еще горко плачеши и <...> горкоплачевно повсядно сокрушаешися, яко Марфа и Мария о Лазаре или Рахиль о Иосифе» 4.

Послание Даниила Матвеева проясняет некоторые подробности событий 1750 г. и позволяет уточнить время написания надгробного слова.

Первоначально может вызвать вопрос дата утешительного послания: на 27 июня не падает ни один из традиционных дней поминовения усопшего (3-й, 9-й, или 40-й), ни день тезоименитства Гавриила Семенова [342] (20 июля, память пророка Илии, в честь которого он был наречен при старообрядческом перекрещивании) 5: «Отнележе же вечным сном успе – сто пятый надесять (день. – Е. Ю.) минует» 6. Но это был 40-й день его церковного поминовения на Выгу: «Се уже и четыредесятый день преходит, отнележе приснопоминаемый нами бысть поминаем» 7. Следовательно, известие о смерти в Сибири Гавриила Семенова было получено выговцами только 19 мая, и, не имея уже возможности отслужить сорокоуст, они прочли положенные сорок Псалтырей начиная с этого дня.

Сохранилось еще одно послание Даниила Матвеева, связанное со смертью старшего Семенова и написанное 5 июня 1750 г. 8 Адресовано сочинение сибирской пастве Гавриила Семенова: «честнейшим келейнаго уединеннаго о Христе жития любителницам, многохудожным и пустыннолюбным горлицам, велеумнейшей девице Евдокии Семеновне с протчими». Автор данного послания утешает единоверцев в их невосполнимой утрате и сообщает о том, как на Выгу была воспринята эта печальная весть: «Ибо и мы, егда услышахом плачевное известие, услышахом любезнейшаго отца на ин век жалостное преселение, за что не худе вси опечалихомся, возслезиша келии, возплакаша болницы, церковнии востужиша, многосиротное множество во обою забралу, яко древнейшая Рахиль, неуемно востужи» 9. Утешение скорбящих было главным поводом послания: «Прочее заключающе, – пишет Даниил Матвеев, – увещаваем вы ничтоже ино помыслити в настоящем предложении нашем, разве яко из самаго залога жалостнаго понуждаеми на сие истое, грубое по силе нашей послахом к вам писание, увещевающе ваше целоумие не безмерно слезити, но паче, по Иову великодушному, в случившемся уроне Господа Бога, устрояющаго вся к ползе, благодарствовати и поне за скудный и нужнейший презентец краткий сей трудец наш благоразумно причините благоволите, яко велеумныя добрых рачителницы» 10.

Из текста очевидно, что послание Даниила Матвеева от 5 июня было первым ответом на горестное известие из Сибири, и, скорее всего, оно было написано в связи с отправлявшейся за Уральские горы оказией. Весьма вероятно, что это важное для взаимоотношений двух поморских общин послание мог везти если не сам возвращавшийся назад сибирский посланец, то Никифор Семенов, поехавший туда, как сообщает «Дополнение» к «Истории Выговской пустыни», «вскоре» и, «забрав тамо обретшиися братния пожитки», «вскоре того же лета» возвратившийся 11.

Когда же было написано «Слово надгробное о двою брату единоутробною»? Без сомнения, до возвращения Никифора Семенова из [343] Сибири, поскольку его сестра говорит только о письме как источнике горестного известия: «Что на дланех моих обращаю смертоявительный сей летарг? <...> Писание, в немже малыми словесы верною же рукою назначено, яко всепрещедрый отец, вселюбезнейший мой единоутробный братец Гавриил Симеонович умре» 12. Из этого краткого («малыми словесы») писания или из рассказов нарочного Февронии Семеновой были известны обстоятельства смерти брата: он недолго болел перед смертью и принял кончину благостно, как того требовал христианский обычай. «Слышаттвоя девическая слуха, – утешал Февронию Даниил Матвеев, – какова и кончина случися желанному твоему: не внезапу бо восхищен сладчайший он, тако бо божественному промыслу к ползе усмотревшу, ниже чрез надежду и скоро преселен бысть ко иному животу, но некое время болезнова, яко человек, а яко благоразумный, ово радостотворными себе очищающ слезами и к хотящему приити часу смертному пребыв готовящся, дненощно благодаря и моля вся творити мощи всесилнаго Бога и присно разсуждая из крайныя милости Содетелевы, толикими себе наказуема, не точию в покаяние правилное христианскаго закона видя себе приводима, но и в смиренномудрия глубину человеколюбно и благополучно оправдаема, поя и восклицая благовременная и сия со осклаблением уст: «Яко прииде, – рече, – кротость на ны и накажемся» (Псалом 89) и прочая. <...> И тако велеумнейший он отец и в таковых, яко божий сущь раб, забавляяся глаголех и помышлениих воли сотвершаго вся восписуя бяше, дух свой осподеви предаде» 13.

Нам известна традиция написания надгробных слов выговским наставникам на дни их погребения, на 40-й день и на дни ежегодного поминовения 14. Поскольку в случае с Гавриилом Семеновым выговцы были лишены возможности совершить «достодолжное поминовение» в урочные дни, слово Февронии Семеновой могло быть написано в течение или к концу совершавшегося в обители 40-дневного заупокойного богослужения. Утешительное послание Даниила Матвеева позволяет думать, что его автор был знаком (возможно, предварительно, еще до публичного произнесения) с текстом «Слова надгробного о двою брату единоутробною». Обращают на себя внимание несколько очевидных перекличек, связывающих эти два произедения. Первая же фраза, которой Даниил Матвеев описывает горе Февронии Семеновой в обращенном к ней слове («еще горко плачеши и, внутренними сердца жалы, яко оружии некиими, прободаема, горкоплачевно повсядно сокрушаешися»), вызывает в памяти начальные вирши надгробного слова: «Сердца болезна сестры удобающь остен, / По брате крове одной плач л юбве жалостен» 15. Феврония Семенова, демонстрируя хорошее знание стилистических [344] приемов выговской литературной школы, при описани своего душевного состояния прибегает к риторическим вопросам: «Кое се слышание копьевидное сердце мое всепрелюто прободе? <...> Что ли в руце моей имеющи держу? <...> Что часто на перстах моих, трясущихся от тоски, вертаю, от чего нередко обмираю? Что на дланех моих обращаю смертоявительный сей летарг?» Не является ли косвенным ответом на эти сетования призыв Даниила Матвеева к духовному утешению: «Но не стужай себе, желанная, ниже труды излишни приноси своему сердцу. <... > Благодари (Бога. – Е. Ю.), яко толикаго и таковаго сердоболя <...> удостоилася еси имети и, аки многоценный маргарит, на дланех сердца твоего толь долговременно держати и веселитися» 16.

Слово Февронии Семеновой полно горьких сетований на потерю старшего брата. К Сибири в слове прилагаются эпитеты: «неблагодарная», «немилосердная», «свирепоименная». Высказывание писательницы о себе самой чрезвычайно эмоционально: «Есть ли ныне между многими людми такова злощасная сестра, какова я, многотоскующая по толиком великом добре, сицевыми злыми бедствы окруженная, по сицевом единоутробном желанном брате, паче же отце безпечално сиротою назватися любящая и со удобством без плача, тоски и горести несказанный понесшая таковое остатие?» 17. Даниил Матвеев в своем утешительном слове писал: «Что прочее чрез меру слезиши, о плачевный соборе девический, паче же ты, аки пред другими обиденная многоплачливая горлице, 18 для чего труды себе безмерны даеши, аки б безвестно лишившися толь добрых рачителя, единоутробнаго ти братца» 19.

Таким образом, наиболее вероятно, что надгробное слово было написано Февронией Семеновой вскоре по получении на Выгу известия о кончине в Сибири ее брата Гавриила, т.е. в конце мая или, скорее всего, в июне 1750 г., но во всяком случае никак не позднее конца 1750 г. В дальнейшем слово читалось в день поминовения Гавриила Семенова, 5 марта, когда служилась по нему панихида 20.

В настоящее время текст произведения сохранился в пяти списках, имеющих безусловно выговское происхождение: один из них, самый ранний, относится к первой половине 50-х гг. XVIII в. (БАН. Собр. Дружинина. № 248 (294). 12 л.); три списка датируются третьей четвертью XVIII в. (РГБ. Собр. Барсова. № 496. Л. 1-12; РГБ. Собр. Барсова. № 16. Л. 4-13 об.; НБ УрГУ. XVI. № 47р/561. Л. 10-16 об.), и один список вошел в состав сборника надгробных слов выговским наставникам, написанном в 10-е гг. XIX в. (РГБ. Собр. Егорова. № 1168. Л. 363-383 об.). Обращает на себя внимание тот факт, что к созданию двух списков третьей четверти XVIII в. оказался причастен Поликарп Яковлев (умер [345] 22 октября 1772 г.), выговский книжник, близкий к Никифору Семенову и автор письма к Февронии Семеновой. В списке из собрания Барсова № 496 на верхнем поле л. 1 рукою Поликарпа Яковлева приписано название слова и дано указание на время чтения: «Слово надгробное о двою брату единоутробною. Чтется марта в 5 день» (в других списках эти сведения отсутствуют). В Уральском сборнике Поликарпом Яковлевым переписаны два следующих за словом Февронии Семеновой произведения 21.

Проанализированные нами три наиболее ранних и авторитетных списка показывают, что слово сохранилось в одной, авторской редакции, текстологические разночтения незначительны. В Дружининском списке отсутствуют начальные вирши; списки, связанные с Поликарпом Яковлевым, дают ряд общих чтений.

Текст публикуется впервые по выговскому списку третьей четверти XVIII в.: РГБ. Собр. Барсова. № 496. Л. 1-12.


Комментарии

1. См.:Дергачева-Скоп Е. М. «Сердца болезна сестры удобающь остен...» – рукописный плач середины XVIII в. // Научные библиотеки Сибири и Дальнего Востока. Новосибирск, 1978. Вып. 14: Вопросы книжной культуры Сибири и Дальнего Востока. С. 41-68; Покровский Н. Н. Антифеодальный протест урало-сибирских крестьян-старообрядцев в XVIII в. Новосибирск, 1974; Он же. Следственное дело и выговская повесть о тарских событиях 1722 г. // Рукописная традиция XVI-XIX вв. на востоке России. Новосибирск, 1983. С. 46-70; Мальцев A. M. Неизвестное сочинение С. Денисова о Тарском бунте 1722 г. // Источники по культуре и классовой борьбе феодального периода. Новосибирск, 1982. С. 224-241; Юхименко Е. М. К вопросу о связях Сибири с Выгом и роли братьев Семеновых (новонайденное Слово о житии Иоанна Выгорецкого)// Источники по истории общественного сознания и литературы периода феодализма. Новосибирск, 1991. С. 223-245.

2. Подробнее см.: Юхименко Е. М. «Таковых братов сестра единоутробная...» (новые сведения о семье Семеновых) // Традиция и литературный процесс: К 60-летию со дня рождения чл.-корр. РАН Е.К. Ромодановской. Новосибирск, 1999. С. 491-500.

3. БАН. Собр. Чуванова. № Р-156. Л. 219-224. Выговский список 60-х гг. XVIII в.

4. Там же. Л. 219-219 об.

5. РГБ. Собр. Барсова. № 932. Л. 57 (выговская «Роспись панихидам»).

6. БАН. Собр. Чуванова. № Р-156. Л. 219.

7. Там же. Л. 219.

8. Там же. Л. 225-232 (в сборнике оно переписано после утешительного слова).

9. Там же. Л. 225-225 об.

10. Там же. Л. 230 об.

11. Гурьянова Н.С. Дополнение к «Истории Выговской старообрядческой пустыни» И. Филиппова // Публицистика и исторические сочинения периода феодализма. Новосибирск, 1989. С. 237-238.

12. РГБ. Собр. Барсова. № 496. Л. 1.

13. БАН. Собр. Чуванова. № Р-156. Л. 219 об.-220.

14. Подробнее см.: Юхименко Е.М. Выговская старообрядческая пустынь: духовная жизнь и литература (в печати).

15. РГБ. Собр. Барсова. № 496. Л. 1.

16. БАН. Собр. Чуванова. № Р-156. Л. 222 об.

17. РГБ. Собр. Барсова. № 496. Л. 2 об.

18. Этот образ использован и в надгробном слове. Так, например, обращается к автору слова Сибирь: «Не скорби, – вещает Сибирь, – о дева пусты невозрастшая, горлице пустынелюбная, славий жалковещающий, утешися от печали презельный» (Там же. Л. 6).

19. БАН. Собр. Чуванова. № Р-156. Л.222-222 об.

20. На это указывает помета, включенная в название списка из собрания Барсова. Другие списки такого указания не содержат.

21. НБ УрГУ.ХVІ.№ 47р/561.Л. 18-33.

Текст воспроизведен по изданию: "Слово надгробное о двою брату единоутробно" Февронии Семеновой // Проблемы истории России, Вып. 4. Евразийское пограничье. Екатерибург. Волот. 2001

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.