Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ОТГОЛОСКИ XVIII ВЕКА.

Приданое княгини H.Б. Долгоруковой.

Внук княгини Натальи Борисовны Долгоруковой, князь Иван Михайлович Долгоруков, пристрастный автор “Капища моего сердца”, отличавшийся недоброжелательством к своим родственникам, главным образом содействовал распространению того мнения, будто княгиня Наталия Борисовна была обделена своим старшим братом, графом Петром Борисовичем Шереметевым. Мнение это установилось без проверки и послужило поводом к заявлению некоторых претензий даже до начала нынешнего столетия.

Дети княгини Натальи Борисовны были некрепкого здоровья. Старший сын ее Дмитрий, совсем больной, жил и умер у нее в Киеве. О другом ее сыне, князе Михаиле, граф Петр Борисович отзывается, как о брате, и ему стоит только сказать слово, чтобы в известном направлении подействовать на него, а через него на его сына, которым он имел причины быть недоволен 1.

Нельзя не считаться с известною долею раздражительности в характере княгини Натальи Борисовны: это чувство вполне законное и вызванное ее сложными испытаниями. Ей, конечно, не могло быть приятно, что ненавистное ей правительство императрицы Анны оказывало брату ее и семье его покровительство 2, вполне естественное по близкому родству Шереметевых с Салтыковыми. Не могло быть близких отношений между верховниками Долгоруковыми и князем А. М. Черкаским, хотя сей последний и пытался хлопотать о смягчении их участи 3. Само собою разумеется, что не было особенной близости между княгинею Натальей Борисовной и “Тигрицей”, дочерью князя Черкасского, вышедшей замуж за ее старшого брата, графа Петра Борисовича. [434]

Сильный и властный характер княгини Натальи Борисовны, сочувственный образ ее, как женщины долга и увлечений, поэтический отблеск, составившийся вокруг ее имени и подтверждаемый ее драгоценными Записками, все это привлекает сочувствие на ее сторону, когда она жалуется на недостаточную горячность к ней старшего брата.

Но память о княгине Наталье Борисовне свято береглась в доме этого брата. Молодое поколение, возроставшее у него, помнило сохранившиеся о ней сочувственные предания. В Кускове имеются два портрета ее (оба поясные): один еще молодой девушкой; другой – монахиней; правою рукою она показывает на свиток, на котором надпись из псалма. Сохранилось предание о любимых ею Кусковских розах, и до ныне неизменно средняя аллея за памятником Екатерины обсаживается розами. Если бы была вражда, то вряд ли бы в доме графа Петра Борисовича поддерживались эти сочувственные предания, дошедшие до меня путем Т. В. Шлыковой. Сколько раз заставляла она прочитывать ей поэму Козлова, всегда умилялась, слушая ее, и выражала сожаление, что она уже не застала в живых княгини Натальи Борисовны.

От нее разговор переходил нередко на сестер ее, Веру Борисовну Лопухину и княгиню Екатерину Борисовну Урусову, которых Татьяна Васильевна лично знала. На сколько близки были отношения брата с сестрами, в особенности с В.Б. Лопухиной, на столько, повидимому, далеки взаимные отношения сестер. Обе сестры до конца дней своих пользовались дружбой и покровительством старшего брата и существенной его поддержкой.

“Единонаследие” гр. Петра Борисовича, основанное на Петровском законе (отмененном императрицею Анною, но без обратного действия), конечно могло раздражать многих. Во всяком случае относились к Петровскому закону критически и даже несдержанно, чувствуя за собой опору нового правительства. С этим единонаследием более мирился меньшой и любимый брат княгини Натальи Борисовны, граф Сергей Борисович, отличавшийся характером сговорчивым и тихим. Он был женат на княжне Фетинье Яковлевне Лобановой-Ростовской и жил уединенно в своем любимом Коломенском имении с. Сандырях. Здесь он кончил свои дни. Доверенное лицо графа Петра Борисовича Иван Чубаров пишет в Петербург к управителю Василию Акимовичу из Москвы 31 Января 1768 года:

“Государь мой Василий Акимович! Отписку вашу от 29 дня сего месяца его сиятельство получить изволил. У нас в доме еще [435] немалая конфузия. Граф Сергий Борисович вчерашнего дня в 8 часов пополудни в Коломенской своей деревне селе Сандыри скончался, а так как его сиятельство граф государь в немалом огорчении, затем к вам отписать не изволит. Прошу об том сказать князю Андрею Николаевичу 4. Его сиятельство граф государь письмо к нему изволил написать вчера по утру, и не надеюсь, чтоб о кончине графа Сергия Борисовича писал” 5.

Поселившись в Киеве, что было вполне понятно, княгиня Наталья Борисовна стала хлопотать о пострижении в монахи своего сына Дмитрия; но императрица Екатерина в письме своем отказала ей в согласии, и вполне разумно 6.

Схимонахиня Нектария жила в Киево-Фроловском монастыре, где навещал ее меньшой ее брат. Правда, что старший не трогался из Петербурга и Москвы; но его служебное положение было иное и мене досужное.

Когда возникло дело так называемых “претендателей”, князь И.М. Долгоруков был конечно на их стороне и не бездействовал при дворе цесаревича Павла.

Дело это имеет своеобразный интерес и вводит нас в мир дрязг и сложных тяжебных пререканий, которыми нередко отличались семейные отношения в конце прошлого века. Главным “претендателем” являлся граф Михаил Сергеевич Шереметев, правнук старшего сына фельдмаршала, графа Михаила Борисовича. Он также не мирился с Петровским законом единонаследия.

Следущий документ заключает в себе прямой ответ на клевету князя Ивана Михайловича Долгорукова.

1745, Февраля в пятый день, вдова княгиня Наталья Борисова дочь, князя Иванова жена Алексеева сына Долгорукова дала сию запись брату своему родному, действительному камергеру и орденов Александра Невского и св. Анны кавалеру, графу Петру Борисовичу Шереметеву и жене его и детям, в том, что в прошлом 1730 г. выдана была я княгиня Наталья им братом моим графом Петром Борисовичем замуж за помянутого покойного мужа моего князя Ивана Алексеевича Долгорукова к движимым имением, по силе [436] пунктов 1714 года и по силе завета покойного отца нашего генерала фельдмаршала и кавалера графа Бориса Петровича, писанного в прошлом 1718 году за его отца нашею рукою, которым заветом покойный отец наш учинил во всем недвижимом имении законным наследником его брата моего графа Петра Борисовича одного, по которому завету отца нашего все недвижимое имение, по решению Вотчинной Коллегии, за ним братом моим по тому отца нашего завету утверждено; а в движимых покойного отца нашего имениях по оному же завету учинены наследниками я вдова, княгиня Наталья с братом моим родным графом Сергеем Борисовичем и с сестрами. И по оному отца нашего завету, что чего по разделу мне княгине Наталье надлежало от него, брата моего графа Петра Борисовича, я получила себе все сполна, и впред мне вдове княгине Наталье и детям моим и по нас наследникам на него брата моего графа Петра Борисовича и на жену его, и на детей, и на наследников их о вышеописанном данном мне по завету отца моего движимом имении и ни о чем и впред по тому отца нашего завету не бить челом и ничего не искать. А что чего я вдова княгиня Наталья от него брата своего получила, в том я вдова княгиня Наталья ему брату моему дала росписку за своею рукою. А ежели я вдова княгиня Наталья и дети мои и наследники против сей записи в чем нибудь не устоим, и ему брату моему графу Петру Борисовичу, жене его, и детям, и наследникам взять на мне княгине Наталье и на детях моих и на наследниках за неустойку денег 1000 рублей. А сия запись ему брату моему, жене его и детям и наследникам их с такою же неустойкою дана в запись.

К сей записи вдова княгиня Наталья, Борисова дочь, князя Иванова жена, Долгорукова вышеписанную сделку при нижеподписавшихся свидетелях учинила и неустойки числом 1000 рублей написала и руку приложила.

У сей записи генерал и кавалер Василий Яковлев сын Левашов свидетелем был и руку приложил.

У сей записи вице-полковник князь Семен князь Федоров сын Волконский свидетелем был и руку приложил.

Иван Григорьев сын Чернцов.

Далее следуют такие же подписи свидетелей и рукоприкладчиков.

Гвардии конного полка ротмистр граф Сергий Борисович Шереметев.

Лейб-гвардии капитан Андриан Иванов сын Лопухин.

Правительствующего Сената Конторы прокурор Андрей Григорьев сын Щербинин. [437]

Военный советник Михаил Степанов сын Опочинин.

Ревизион-Коллегии прокурор Михаил Романов сын Богдашев.

Запись писал Московской Крепостной Конторы подъячий Антип Попов 1745 года Февраля в 5-ый день. Сия запись Московской Kpепостной Конторы в книгу подлинно записана. Пошлины 18 рублев, расход 8 р. ? к. взято. Надсмотрщик Андрей Моисеев.

Роспись приданому княгини Н.Б. Долгоруковой.

1744 года Декабря дня роспись пожиткам княгини Натальи Борисовны, которые ныне ей отданы, доставшиеся по разделу, по духовной покойного генерала-фельдмаршала и кавалера графа Бориса Петровича, писанной в 1718 году Марта в день, по разделу с графом Сергием Борисовичем, с Верою Борисовною и с Катериной Борисовной. А что чего, значить ниже сего.

Образ Живоначальной Троицы живописный в корольковых рамах. Образ Казанской Богородицы в золотом окладе с каменьями цветными, в киоте серебренном. Образ Бориса и Глеба в окладе серебренном. Образ Пречистой Богородицы в шитых рамах. Распятие Господне резное на дереве и образ Богоматери, осыпан каменьями, сердечком.

В е щ и.

Часы золотые с репетицией, крюк золотой и цепочка с алмазами, изумрудами и яхонтами красными. Цена 380 рублев.

Нитка бурмицкая большого жемчуга, счетом сорок зерен. 80 р.

Шесть ниток жемчуга, счетом 224 зерна. 400 р.

Большого Кафимского жемчуга 58 золотников. 860 р.

Перстень зраз большой в золоте с волосами батюшкиными; да печатка яхонтовая в золоте. 200 р.

Крест бриллиантовый с красным камнем. Крест алмазный розовый, в нем 6 камней и осыпан мелкими камнями. 150 р.

Тресила бриллиантовая, в ней 8 камней с подвескою розовою. 400 р.

Тресила бриллиантовая в 5 камней больших, 4 маленьких. 300 р.

Портрет фельдмаршала Бориса Петровича, осыпан большими 16 бриллиантами. 1,200 р.

Табакерка, зеркало, яичко, зубочистка на шелке, коробочка, ароматничек или табакерочка маленькая, в них весу одного золота 66 золотников. 200 р.

Скляночка серебренная, да на календарь футлярец с финифтью.

Мошеночка золотая низаная жемчугом и каменьями красными и зелеными. 12 р.

Зеркало хрустальное, в золоте оправлено, у него колечко золотое с алмазами. 40 р.

Табакерка белая черепаховая насечена золотом. 60 р.

Табакерка томпаковая, обложена серебром. 8 р.

Зеркальцо серебреное. 10 р.

Ножичек серебреной.

Табакерочка черепаховая.

Янтарей, а именно крестов, сердечек и всяких сортов, счетом семьдесят. 18 р.

Два гребня черепаховые частые, в том числе один поменьше.

Старинной работы серебра золоченого с чернью, чеканного и гладкого, не золоченого, а именно чайник площетой, в нем весу 2 фунта. [438]

Одиннадцать стаканов, весу 5 фунтов 75 золотников.

В кружке с налишниками 2 фунта 91 золотник.

Братина колпак, два блюдичка, чашечка, сточек, горчишник весу 2 фунта ?.

Два кубка и четыре дулки весу 3 фунта.

Четвертина шрубом, 2 фунта ?.

Чашка меньшая с крышкою весу 2 ф. 91 золотник.

Ковш, весу 3 ф. 26 ? золотников.

Кружка золоченая весу 3 ф. ЗЗ ? золотника.

Две тарелки весу 3 ф.

Две перемиды золоченые весу 4 ? ф.

Два шандала местами вызолочены весу 4 ? ф.

Два блюда весу 4 ? ф.

Чашка большая на ножках с крышкою вызолочена, весу 5 ф.

Кофейник штигранной на ножках весу З ? ф.

Кофейник чеканной с фонтанами весу 3 ф. 70 з.

Два шандала весу 3 ф.

Поднос весу 4 ф. 14 з.

Кружка весу 3 ф. 14 з.

Лахань весу 4 ф. 21 з. и с рукомойником.

Четвертина серебряная шрубом, пестро-золоченая, в ней весу 2 ф. без малого.

Доска весу 7 ф. 38 з.

Три чаши золоченых на ножках. Сахарница чеканная. Одна ложка весу 9 ф.

Итого весу в оном серебре 2 пуда 12 ф.

Ценою за пуд по 750 рублев.

Итого 1,723 р. 50 к.

Да сверх оного подарено во время сговору серебра 3 пуда. Цена 2,250 р.

Да парчей разных сортов, которым цена 1,820 р.

П о с у д а.

 

Шкатулка Саксонская, оклеена хозом, оправлена медью и вызолочена с фарфоровою Саксонскою посудою белою под золотом с высокими цветами. 160 р.

Да фарфоровых блюд, тарелок, чашечек с блюдичками чайных и кофейных и чайников, и разных сортов чашек, кувшинов и блюд глиняных посуды терпетинной, кружек на 80 р.

П л а т ь я.

Робные аграманты с воротником, да 9 пар мужских манжет кружевных, дамских манжет с воротниками 4, да нахцов 4, пятой флеровой. 500 р.

Два шлафорка парчевые, один по бруснишной, а другой по желтой земле. 200 p.

Фантанжа кружевная с прибором целой гранитур. 200 р.

Гранитур серебреной на самару и на юбку. 150 р.

Опушка белая с стеклярусом шолковая. 20 р.

Юбка парчевая золотная по красной земле с кружевом серебреным. 100 р.

Юбка парчевая золотная по зеленой земле с кружевом серебреным. 30 p.

Епанечка бархатная пунцовая, подложена горностаевым мехом. 40 р.

Четыре чепца парчевых да один бархатной черной с кружевом. 10 р.

Сорок четыре платка шелковых разных цветов. 40 р.

Двенадцать пар чулков шелковых. 24 р.

Пондишпан серебреной на юбку. 80 р.

Одна штука парчи камзольной серебреной по малиновой земле*, четыре аршина одна четверть. 60 р.

Спорок золотой с епанечки по красной земле. 20 p.

Юбка тафтяная полосатая. 15 р. [439]

Полушлафорок бархатной черной. 20 р.

Шнуровка гарнитурная зеленая.

Восемь платков шитых по флеру золотом и серебром. 100 р.

Пять косынок шитых же по флеру. 5 р.

Восемь платков по флеру же. 25 р.

Шесть косынок шитых. 30 р.

Три платка Валендорских. 3 р.

Четыре платка Турецких. 20 р.

Четыре платка простых флеровых. 1 р.

Три платка флеровых с серебром. 15 р.

Наволоки Голандские. 20 р.

Три платочка. 3 р.

Туфли мужские тканые золото-серебром, да четырнадцать пар черевиков, шиты с волокою и тканых с золотом и серебром. 75 р.

Ниток Голандских четыре дюжины кусков. 4 р.

Мыла в коробке Грецкого по счету 87 штук разных сортов.

5 лацкинов с приборами, шиты золотом и серебром. 25 р.

21 опахало разных сортов. 40 р.

2 колпака касторовых, один шелковой да 2 парчевых, еще 3 колпака мужские, 8 р.

18 штук лепт разных серебряных и золотных. 35 р.

30 пар рукавиц лайковых дамских. 7 р. 50 к.

Выжиги старого кружева, весу 2 фунта. 18 р.

Муфта серебреная. 5 р.

Шкатулка ореховая Немецкая в оправе медной и с ящиками выдвижными. 100 р.

Сундуки с бельем.

 

В сундуке три скатерти камчатых Немецких, три дюжины салфеток таких же. 36 р.

13 наволок Голандских больших, средних и малых на подушки.

6 сорочек Голандских и Валендорских дамских, в том числе одна с кружевом. 80 р.

3 дюжины сорочек Немецких дамских из того числа шесть, выше оценены. 120 р.

3 дюжины сорочек Русских полотен. 50 р.

8 простынек Валендорских средних и малых, две простыни Голандские. 30 р.

Одна штука полотна Голандского. 40 р.

3 штуки полотна Валендорского. 42 р.

Одна штука полотна Рижского. 5 р.

6 штук камортков разных. 120 р.

Одна штука батисту. 5 р.

Одна штука тафты алой Турецкой. 20 р.

Дюжина платков выбойчатых. 6 р.

Ларец с двумя коробочками на ножках с замком, оклеен парчею с цветами и обложен узеньким газом. 12 р.

3 платка шиты золотом. 3 р.

9 штук скатертей ткацких. 20 р.

Одно зеркало небольшое в резных рамах.

Две дюжины ширинок Голандских. 30 р.

Одна дюжина платков головных. 12 р.

Две дюжины полотенец личных камортковых. 48 р.

Три дюжины полотенец личных рубковых. 10 р.

В первом сундуке 99 штук полотен и скатертей. Гладило медное.

Во втором сундуке скатертей и полотен 35 штук.

В третьем сундуке скатертей и салфеток 75 штук. [440]

Итого 209 штук каждаи, по 3 рубля. 627 р.

Всего вышеписанного приданого вещей, золота, серебра и проч. по цене на 14,471 р.

Да еще сверх того денег 3 тысячи рублев.

Да вотчина в Пензенском уезде, село Дмитриевское, Тютняр тож, в ней мужеска полу пять сот душ с помещиковым двором и с винным заводом и с мельницами, с которой вотчины и с оных заводов получается в год доходу шестьсот рублев.

По сей росписи вышеписанное свое движимое имение, которое досталось мне по разделу и по завету отца моего графа Бориса Петровича Шереметева, у брата своего графа Петра Борисовича Шереметева приняла и росписалась своею рукою княгиня Наталья Долгорукова.

* * *

В мрачных красках рисует внук ее князь И. М. Долгоруков графа Петра Борисовича, к которому в стихотворении “Торжество совести” обращается с таким воззванием:

"Сюда Махиавель, по моде человек!"

Но мы знаем, что этот “Махиавель” предложил освободить своих крестьян 7, что сии последние пользовались при нем простором и благоденствием, что иностранцы со слов тех же крестьян называли его “Braver Herr...” 8.

Характерно, что у графа Петра Борисовича в Кускове был “философический дом”, построенный в столбах и обшитый тёсом, а сверху и снизу березовой корой. Снаружи на дверях этого дома была доска с Русской и Французской надписями золотыми литерами:

L'etude de la philosophie m'apprit a mepriser les honneurs qui ne nous rendent ni meilleurs, ni plus sages.

В стене внутри этого дома ниша, в ней постлан тюфяк, на тюфяке сидит философ Диоген, сделанный из алебастра и расписанный под цвет натурального тела. Пол выложен белыми плитками, посреди стол на дубовых сучках, тут же две каменных статуи, в руках держащие жезлы и при одной олень. Домик этот пережил 1812 год. В описи 1847 года значится: “Оный дом весь развалился... доска в бытность неприятеля утащена... Философ Диоген весь разбит”.

Граф С. Шереметев.

Михайловское 19 Сентября 1897.


Комментарии

1. Из домашнего архива.

2. Архив князя Д. Б. Голицына в селе Вязёмах.

3. Сборник Истор. Общества, т. 81.

4. Щербатову.

5. Граф Петр Борисович перед тем похоронил жену свою, а вслед за братом у него умерла его любимая дочь графиня Анна Петровна.

6. Москвитянин 1844.

7. Домашний архив.

8. Herrmann, Russische Geschichte.

Текст воспроизведен по изданию: Отголоски XVIII века. Приданое княгини Н. Б. Долгоруковой // Русский архив, № 11. 1897

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.