Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

О ЗАНЯТИЯХ И. К. КИРИЛОВА РУССКОЙ ИСТОРИЕЙ

(Материалы к биографии И. К. Кирилова и В. Н. Татищева)

Несмотря на значительное количество работ об И. К. Кирилове, научная биография этого замечательного государственного деятеля, географа и картографа первой половины XVIII в. в полном объеме еще не исследована. Ученым, изучающим биографию И. К. Кирилова, остались, например, неизвестными его занятия русской историей. Требуют специальных разысканий ответы на такие существенные для биографии Кирилова вопросы, как определение даты рождения и освещение раннего периода его жизни, вызывающие большие споры среди ученых, история создания статистико-экономического и географического описания России и ряд других 1.

Некоторый свет на важные для биографии ученого стороны его жизни и деятельности проливают недавно обнаруженные нами документы в Центральном государственном архиве древних актов.

В XXVI разряде бывшего Государственного архива Российской империи сохранились «Сказки разных господ и других чинов за рукою по листам дворянина Василья Обрютина, где, кто, в котором месте на Петербургском острову жительство имеет, и кто в тех домах живущих и о протчем» 2. В одной из «сказок», которую писал «своею рукою» подьячий канцелярии Сената Иван Кирилов сын Кирилов в мае 1718 г., было объявлено: «Двор у меня на Санктпитербурхском острову в Посацкой улице, от роду мне двадцать три года, у меня мать вдова Фотинья Никифорова дочь пятидесят пяти лет, сестра Авдотья Кирилова дочь десяти лет, человек Микита Андреев сын дватцати пяти лет, работница наемная салдацкая жена Василиса Селуянова дочь тритцати девяти лет да живут жильцы...» 3. Приведенные сведения позволяют совершенно определенно утверждать, что установленные в литературе факты обучения И. К. Кирилова в Математико-навигацкой школе, посылки его по окончании школы в 1707 г. в Англию, а также год рождения ученого (1689 г.) — ошибочны, а суждения и доказательства Ф. Ф. Веселаго, [146] Л. С. Багрова, А. И. Андреева по этим вопросам не верны 4. Теперь становится вполне очевидным, что Иван Кирилович Кирилов родился в 1695 г., и что он, будучи семи лет от роду, не мог в 1702 г. поступить в Математико-навигацкую школу, а в 1707 г. ее окончить, так как по царским указам вначале в школу принимались «недоросли» от 12 до 17 лет, а с 1710 г. — до 20 лет 5.

Известно, что в течение ряда лет, и в частности в 1726-1734 гг., Кирилов сочетал службу в Сенате с предпринимательской деятельностью. В своей «сказке» 1718 г. он приводит новые для нас данные о начальном периоде подобной деятельности. Кириловский двор, как показывает запись, наполнен живущими там жильцами, среди которых находились посадские люди с семьями и калашники с наемными работниками. Помимо хозяина с матерью, сестрой, «человеком» и наемной работницей, во дворе размещалось 14 человек 6.

В фонде Герольдмейстерской конторы Сената, ведавшей в XVIII в. учетом и назначением на службу дворян, хранится объемистая книга документов, в начале которой имеется «Дело о взятых книгах из Сенатского архива статским советником Кириловым» 7. Поводом для составления этого «дела» послужило любопытное обстоятельство. 10 октября 1746 г. во время обсуждения в Герольдмейстерской конторе «имеющейся по Разрядному повытью описи дел» о составлении гербов дворянских фамилий герольдмейстер В. Е. Адодуров обратил внимание на то, что в ней не все книги описаны по форме для сдачи их в архив Сената. Так, в книге № 11, включавшей документы о гербах, составленные графом Ф. Санги, и перевод на немецкий язык присланных ведомостей из губерний и провинций, содержавших «Описание тамошних мест», а также «Экстракт о книгах, взятых... Кириловым в Оренбург», отсутствовали необходимые подписи чиновников па документах и указание на то, где ныне хранятся взятые Кириловым книги. В «Экстракте» было отмечено, что Кирилов не все книги возвратил в архив Сената. По мнению В. Е. Адодурова, «показанные в том экстракте книги и летописцы весьма к герольдмейстерской должности при Канторе герольдмейстерской надобны» 8.

Чтобы отыскать книги, Герольдмейстерская контора послала в Москву указ, в котором требовалось провести разыскание «о древних книгах и летописцах, где оные ныне находятца» 9. 4 августа 1747 г. она получила доношение из Сенатского архива в Москве о том, что «о делах, из чего сочиняемой в Санктпитербурхе экстракт учинен, за згоранием в случившейся мая 29 дня 737-го году пожар имеющихся в сенатском архиве дел известия не имеетца» 10.

Что касается самих книг, о которых спрашивала Герольдмейстерская контора, то в результате выяснилось, что книги хранятся в Сенатском архиве в Москве. [147]

По решению Сената от 29 ноября 1747 г. все упоминавшиеся в «Экстракте» книги и рукописи, которыми пользовался И. К. Кирилов, было велено отдать в Герольдмейстерскую контору. Это решение было, видимо, выполнено, и все книги поступили на хранение канцеляристу Герольдмейстерской конторы А. Чистому 11.

Сохранившиеся документы «Экстракта» свидетельствуют о том, что в начале 30-х годов XVIII в., а может быть и ранее, И. К. Кирилов решил написать труд по русской истории, однако многочисленные дела, которыми он должен был заниматься как обер-секретарь Сената, постоянно отвлекали его от осуществления этого замысла. 1 мая 1734 г. правительство Анны Ивановны одобрило составленное И. К. Кириловым «Нижайшее представление и изъяснение о киргиз-кайсацкой и каракалпакской ордах», в котором содержался план укрепления позиций России на юго-восточных окраинах. Кирилов был назначен начальником вновь создаваемой Оренбургской экспедиции и произведен в статские советники 12.

Собираясь в экспедицию, Кирилов 11 июня 1734 г. обратился к обер-прокурору Сената статскому советнику А. С. Маслову с письмом: «Которые, государь, летописцы старые собрал я в бытность в канцелярии Сенатской для сочинения из них экстракта к пользе российской истории древней, кой и зачат у меня, но за многоделием не окончан. А ныне дорогою и на месте может свободное время сыскатца, чего ради с роспискою оставил я их при себе. А теперь канцелярист Постников приходил ко мне, требуя в канцелярию Сенатскую, где они могут пролежать праздно, а от меня, государь, возвратятца с плодом с помянутым экстрактом. И ежели оной притчины нет, то прошу вас, государь, от сего меня не отрешать и пожаловать оставить при мне, дабы я мог, что ни есть выписав из них, после к пользе вам же, государь, для разсмотрения представить» 13.

Письмо Кирилова свидетельствует о том, что он начал работу над трудом по русской истории, уже написал какую-то его часть, и надеется продолжить работу во время экспедиции, что он довольно хорошо знал, какие источники по русской истории хранились в государственных архивах России, и отобрал самые необходимые для работы рукописи.

Необходимые Кирилову для работы книги и рукописи по русской истории было позволено взять в Оренбургскую экспедицию. В «Экстракте» имеется копия списка материалов, полученных Кириловым из Сенатского архива 14, под названием «Реэстр книгам, принятым в Сенатский архив от сочинения истории, которые были у Петра Шафирова, взятые к нему из разных мест». В «Реэстре» указаны «архивские номера» всех рукописей 15.

И. К. Кирилов взял перечисленные в «Реэстре» книги, находившиеся до него у вице-канцлера барона П. П. Шафирова, и расписался: «Вышеописанные книги взял с собою статский советник Иван Кирилов для учинения из них экстракту, а как оное исправлю, тогда паки возвращу в архив Сенатской канцелярии. Июнь 9 1734-го» 16.

В заголовке «Реэстра» отмечается, что рукописные книги поступали к П. П. Шафирову «из разных мест». Это неопределенное выражение [148] делает вероятным предположение, что П. П. Шафиров для какой-то работы по русской истории собрал книги из государственных архивов и монастырских библиотек, а возможно, и сам по примеру некоторых современников приобретал рукописи у частных лиц.

Пока трудно ответить на вопрос, для какой цели собирал П. П. Шафиров летописи и другие документы по русской истории. Возможно, он отобрал в архиве Сената некоторые исторические сочинения и документы, которые могли дать ему материал для написания труда по истории царствования Петра I, что поручила ему 19 мая 1725 г. Екатерина I 17. Не исключено и другое предположение, что П. П. Шафиров, как человек из близкого окружения Петра I, написавший по заданию царя сочинение по истории Серверной войны, должен был принять участие в подготовке специального труда по истории России — так называемого летописца. Для его составления в монастырях и церквах собирали летописи, хронографы и другие рукописи по русской истории, о чем были изданы в 1720 и 1722 гг. специальные указы. Все руководство работой по составлению «летописца» в 1722 г. поручалось Г. Г. Скорнякову-Писареву 18. Дальнейшие разыскания, возможно, позволят пролить свет на занятия П. П. Шафирова русской историей, что поможет в свою очередь выяснить причину обращения И. К. Кирилова к бывшим ранее у него рукописям.

В «Реэстре» указано, что Кирилов взял из архивов Сената и Коллегии иностранных дел рукописи семи летописей и летописцев, а также книги об избрании Михаила Федоровича на царство. Кроме того, он взял еще две какие-то рукописи по истории Русского государства XVII в., хранившиеся в архиве Сената под № 1139, а также копии «ведомостей, присланных из разрядных дел» (№ 631) и «Экстракт из ведомостей, которые сысканы в Москве в разрядных делах» (№ 1147).

Определение названий источников, которыми пользовался И. К. Кирилов при написании своего труда по русской истории, — предмет специального исследования 19. Не ставя перед собой эту задачу в данной статье, мы ограничимся самыми предварительными соображениями.

Открывающая реестр Кирилова рукопись под № 631, видимо, представляла собой текст «Книги об избрании на царство великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича», написанной в 1672-1673 гг. в Посольском приказе по инициативе и под руководством боярина А. С. Матвеева (издана в 1856 г. Комиссией печатания государственных грамот и договоров при Архиве Министерства иностранных дел) 20.

Копии и «экстракт из ведомостей» разрядных дел скорее всего являются копиями разрядных книг, которые содержат записи распоряжений русского правительства о ежегодных назначениях на военную, гражданскую и придворную службу.

Подобного рода материалы часто проходили через И. К. Кирилова. Так, 4 января 1723 г. сенатский обер-секретарь И. Д. Позняков затребовал, «отыскав, прислать немедленно» в Москву, «понеже во оных имеется здесь немалая нужда», полученные в 1718-1719 гг. Сенатской канцелярией «от дьяка Угланова ведомости, которые выписываны у розрядных дел о походех прежних великих государей и бояр и воевод, с которых для [149] чернения и в столпцы были списаны и некоторые счернены» 21. В обстоятельной справке, составленной И. К. Кириловым и отправленной им 15 января 1723 г., указывалось о передаче еще 11 июня 1722 г. пересланного через И. Д. Познякова распоряжения кабинет-секретаря А. В. Макарова кабинетному подьячему Михайлову, чтобы последний «отдал книги розрядные о походах прежних, и как оные получены будут прислать в Москву немедленно». Как сообщил Кирилов Познякову, на следующий день «помянутый подьячий Михайлов тетрать о военных и протчих действиях, которые у обер-секретаря в кабинет были приняты, отдал, и те тетради с черными, оставшими в канцелярии Сенатской, поверены. И по поверке сверх принятых и с Кабинета явилось реэстр да тетрати о походах и о протчем с 7071-го году по 122, со 170-го по 710 год. Да в канцелярии Сенатской сыскана из описи дел Тайного приказу выписка, в которой значит о военных и других случаях» 22. Все перечисленные документы были посланы в Москву в канцелярию Сената еще 19 июня 1722 г., «а в описи оставших в Санктпитербурхе дел написано»:

«4 столпа разных воинских походов с 7130 по 710 год.

Выписки с тетратех о тех походех со 121 по 710 год, да реэстр на 3-х тетратех о избрании на росийское ж государство великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича и о воинских походах и о протчем» 23.

Заключает эту небольшую опись «Книга в переплете в полдесть о избрании на росийское государство великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича всея России и о воинских его государевых походех и протчем». По поводу книги Кирилов заметил, что она была «оставлена для списывания» и сообщил 15 января 1723 г., что «ныне не послана, понеже не поспел список с нее». Лишь в конце января того же года Кирилов доносит обер-секретарю о завершении работы: «...Ныне гот список окончен и послан до вашего благородия» 24.

Сложнее обстоит дело с определением названий летописей, находившихся у И. К. Кирилова. Из рукописей летописей одна названа совершенно точно: это Степенная книга (№ 1144) 25. Содержание Степенной книги было хорошо известно И. К. Кирилову. Он неоднократно использовал сообщаемые ею сведения при написании другого своего труда «Цветущее состояние Всероссийского государства», особенно в главе о Сибирском царстве и истории его присоединения к Русскому государству 26. Упоминаемый в реестре книг, взятых И. К. Кириловым из Сенатского архива, «Летописец Володимерского Рожественского монастыря» (№ 1141), возможно, представлял собой текст той летописи, которая позже была изучена и опубликована М. Н. Тихомировым 27.

Под № 1145 в реестре книг И. К. Кирилова назван «Летописец Шупилинский, пишет от сотворения света от первого дня о бытиях мира и о царствах государя и великого князя Михаила Федоровича и самодержца всероссийского в 7121-ом году». Не исключено, что название этой летописи было записано ошибочно, и на самом деле это был один из списков Шумиловского тома Лицевой летописи второй половины XVI в., имевшей весьма сложную судьбу. Как полагает [150] О. И. Подобедова, во время бурных событий «Смуты» единая рукопись Лицевого свода оказалась разрозненной, отдельные ее части попали в руки разных владельцев, которые нередко меняли расположение листов в томах 23. Шумиловский том охватывает события от 1114 до 1533 г., в то время как упомянутый в реестре И. К. Кирилова «Летописец» содержал изложение событий русской истории с древнейших времен до воцарения Михаила Федоровича Романова, то есть до 1613 г.

Под № 1146 в «Реэстре» была указана «Книга вертоград королевской починается о чине владения Сената римского, о императорах римских, о королях, князьях европских и протчих знатных; при том же и о многих государех азиатских; кончается книгами вторыми государствозания крыжаков в 1188-ом году». Она, видимо, была одним из списков хронографа.

Помимо этих летописных памятников в «Реэстре» книг, взятых И. К. Кириловым из архива Коллегии иностранных дел, названы еще три летописи: «Летописец Троицкого Сергиева монастыря пишет от сотворения первого дня о бытии мира и о действах до преставления в вечное блаженство государя царя и великого князя Михаила Федоровича 7154-го году» (№ 1140); «Летописец того ж монастыря (т. е. Владимирского Рождественского. — Л. Г. и С. Т.) от сотворения мира, пишет о бытиях, царствах и княжениях до первых князей российских киевских Кия, Щока, Хорева в 6362-ом году» (№ 1142); «Летописец Кирилова монастыря, пишет от сотворения первого дня о бытиях мира, царствах и княжениях до царства государя царя и великого князя Михайлы Федоровича самодержца всероссийского 7121-го году» (№ 1143).

Что представляли собой другие летописи, перечисленные в списке, в настоящее время трудно сказать. Важно подчеркнуть, что И. К. Кирилов хорошо понимал ценность летописей как важнейшего источника для освещения событий отечественной истории. В своем труде «Цветущее состояние Всероссийского государства» он, в частности, широко использовал не только Степенную книгу, но и ряд летописей, в том числе и Есиповскую летопись 29.

Заслуживает внимания тот факт, что среди находившихся у И. К. Кирилова источников были не только хронограф и летописи, одна из которых (№ 1140) доводила изложение до 1645 г., но и рукописи, содержащие описание событий «Смуты» в 1609 г. и походов русских войск в 40-70-х годах XVII в., а также сведения «о знатных делах воинских, гражданских и розыскных и о бывших бунтах» с 1682 по 1709 г. (№ 1139).

Даже беглый перечень источников, названных в «Реэстре» И. К. Кирилова, свидетельствует о том, что свои задачи при написании труда по отечественной истории он понимал, видимо, достаточно широко. Находясь в Оренбурге, Уфе, Самаре, И. К. Кирилов занимался сбором сведений по истории местного края. На основании данных Уфимской провинциальной канцелярии и сведений, полученных от башкирских старшин, он составил так называемое «Разделение Башкирии по волостям или родам», которое позже опубликовал участник Оренбургской экспедиции П. И. Рычков 30. Сохранилась копия документа XVI в., которую заверил «стацкой советник Иван Кирилов». В «деле» Московской сенатской кол-торы «О содержащихся колодниках по разным делам у статского советника Кирилова» 31, помимо доношения 28 января 1735 г. И. К. Кирилова [151] и бухгалтера П. И. Рычкова из Уфы, списка колодников, ведения конторы в Сенат, сенатского указа, помещен «Список со архиепископли памяти наказные» — копия наказной памяти архиепископу Казанскому и Свияжскому Гурию, составленной в мае 1555 г. 32 По указанию И. К. Кирилова производили записи рассказов находившихся в Уфе купцов из Ташкента и Индии 33.

И. К. Кирилов принадлежал к наиболее образованной части «птенцов гнезда Петрова», выдвинувшихся в ходе осуществления преобразований в России в первой четверти XVIII в. Являясь непосредственным проводником этих преобразований, он более чем за два десятилетия службы в Сенате приобрел знания по истории петровского времени, накопил богатейший опыт использования архивных и делопроизводственных материалов. И. К. Кирилов в 20-30-х годах XVIII в. принял активное участие в сборе и выявлении документальных материалов для написания сочинения по русской истории, так же как и другие сподвижники Петра I (Г. Г. Скорняков-Писарев, А. В. Макаров, П. П. Шафиров, Ф. И. Соймонов и др.). Естественно, что он не собирался ограничиваться изложением одного только «древнего» периода истории России. И. К. Кирилов сумел сосредоточить в своих руках огромную источниковедческую базу, позволившую ему с помощью экономико-статистических и историко-географических документов нарисовать в «Цветущем состоянии Всероссийского государства» яркую и довольно полную картину развития России к концу первой четверти XVIII в. «Цветущее состояние...» — это своего рода панегирик Петру I.

В пространной, из 14 пунктов инструкции, составленной обер-секрета рем Сената И. Д. Позняковым 14 декабря 1721 г., для секретаря И. К. Кирилова был предусмотрен и порядок исполнения распоряжений, присылаемых из Москвы (см. приложение). 9 января 1723 г. И. К. Кирилов получил из Москвы через посольскую почту два письма. В одном из них И. Д. Позняков затребовал сведения «о начатии российского флота, как оной строением начат, тако ж и о строении царицынской линеи» 34. В другом — секретарь С. Киреев, по поручению А. В. Макарова, потребовал «к сочинению гистории ведомости, в котором году нижеписанные крепости и строении начаты делать, а именно: 1. о Санкт-Питербургском адмиралтейском строении; 2. о начатии при Котлине острове гаванского строения и всего Кроншлоцкого порта; 3. о Котлинском канале и доках, тако ж и о домовом каменном строении. А тех ведомостей ныне из Сената требуют в кабинет е. и. в., которые извольте, учиня, немедленно прислать. Буде же о том у Вас подлинного ведения не имеется, то изволь оных ведомостей требовать откуда надлежит и, собрав по тому ж, прислать» 35.

Менее чем за неделю И. К. Кирилову удалось организовать выявление и копирование запрашиваемых материалов в Сенатской канцелярии. На копии реестра документов, отправленных в Москву, он сделал помету: «Ведомости к гистории, посланные генваря 15 дня на ямской почте». Реестр перечисляет все справки и выписки, сделанные по запросам из Москвы 36.

Общая характеристика отправляемых материалов приведена Кириловым в сводной ведомости. Отмечая, что в Сенатской канцелярии «не ведомо» каких-либо «известий» о датах постройки адмиралтейских и «гаванных» строений, и что обер-секретарь Адмиралтейской коллегии [152] И. А. Тормасов «словесно о том ведомостей не объявил», Кирилов сообщает, что «только в Сенате известно есть». Среди выявленных материалов: «о наряде работников для строения на Котлине фартеци и жилья, которое зачалось с 712 году; о котлинском большом гаване, зачато с 716 году; о котлинском канале и доках и тако ж и о домовом каменном строении» 37. Кроме того, в письме-донесении 15 января 1723 г. И. Д. Познякову И. К. Кирилов писал: «о флоте и строениях и о линеи Царицынской, что мог собрать, о том учиня выписки, посылаю при сем... Что же касается приличное ко внесению гистории о разных знатных строениях и о флоте здешнем, с которого году зачелись, а в Сенатской канцелярий с том ведомостей не находитца. Такие требую из городовой и гварнизонной канцелярии и из Адмиралтейской коллегии, и когда получю, немедленно пришлю» 38. К письму прилагались упомянутые в реестре выписки и справки. Например, в выписках «О канальной работе и о доках на Котлине острову», «О работниках для строения на Котлине фортеции и жилья» излагалась вплоть до 1716 г. история исполнения указа 23 января 1712 г. о выделении 3000 человек для строительства 39. Подробными оказались выписки об истории создания «царицынской линии», хотя по справке обер-секретаря Камер-коллегии Ф. А. Ключарева «подлинные наряды все» были отправлены в Москву еще 1 февраля 1722 г., «а последние отправления и достройка была из Военной коллегии» 40 Наиболее пространной была записка «О Котлинском гаване» 41 с описанием хода строительства начиная с 22 декабря 1715 г. Записка интересна и тем, что наглядно раскрывает творческий характер редактирования И. К-Кириловым поступающих к нему материалов.

Стремясь к предельной лаконичности и точности сообщаемых сведений, И. К. Кирилов вычеркивает ряд страниц, где перечислены, по его мнению, вспомогательные данные, такие, как количество поставок бревен и других материалов из разных городов, посылки людей и т. п. 42 Здесь текст буквально испещрен исправлениями, внесенными Кириловым. На полях отпуска помимо вставок и добавлений есть и указания на источники («выписано из книги, коя вновь о Санкпитербурхской губернии», «выписано из книги, в которой именные указы 717 году») или места хранения («подлинное о том дело при отъезде в Москву от канцеляриста Ивана Баранова взял канцелярист Федор Неронов») 43. В конце выписки в соответствии со сложившейся практикой коллежского делопроизводства помещен «Табель... припасов, работных людей и на долю им пра-вианта, муки, круп, соли, также лошадей и тем лошадям на корм фуража на много ль месяцев и на сколько чего по цене». Табличная форма изложения цифровых данных особенно привлекала Кирилова, он охотно и часто применял этот полюбившийся ему методический прием в «Цветущем состоянии...» 44.

В целом И. К. Кирилов не был удовлетворен выписками и справками, составленными по данным Сенатской канцелярии. 10 января он затребовал от И. А. Тормасова сведения о том, «как зачалось на Лодейном поле и в Питербурхе кораблей и морских судов строение», а на следующий день отправил письмо петербургскому коменданту Я. Бахметову. [153] Последний в своем ответе 18 января 1723 г. заявил, что «о санктпитербурхском строении в гварнизонной канцелярии некоторое ведение хотя и есть», но без санкции М. М. Голицына «отписать я к вам не смею» 45. Интересно, что в письме к М. М. Голицыну И. К. Кирилов, повторяя упоминавшиеся в распоряжениях из Москвы темы, намечает для выявления новые «о протчих фартецыях и гаванах, что в прошедшую войну зделано» и «о манифактурах разных». «А о многих строениях, как о начале, так и о совершении не известно, — жаловался сенатский секретарь. — А были те работы, яко Санктпитербурх и Кроншлот и другие в ведомстве гварнизона здешнего, а иные в Адмиралтействе и в городовой канцелярии, откуду, стричь гварнизона, и обнадежен такое ведение получить» 46.

К Голицыну Кирилов обращается за содействием «о приличном (для истории. — Л. Г., С. Т.) справив, в канцелярию Сенатскую для снесения з другими ведомостями отписать» 47. Таким образом, сбор материалов («ведомостей») по существу на одни и те же темы из различных учреждений велся для решения задач сопоставления («снесения»), С точки зрения источниковедческой методики прием сравнения документов, применяемый Кириловым, следует признать весьма удачным и необходимым.

Подчеркивая творческий характер выявления и обработки документальных материалов И. К. Кириловым, нельзя не указать на еще один весьма своеобразный прием, с помощью которого он разработал рациональную программу описаний в виде табличной формы применительно к присланным из Городовой канцелярии материалам. Среди последних находились «ведомости для отсылки в кабинет е. и. в. к сочинению гистории, а именно:

1. С которого году Санктпетербурхская, Адмиралтейская, Кроншлотская крепости зачаты, так же и другие знатные строении, приличные ко внесению в гисторию; 2. с начала при тех работах не порознь, но погодного суммою по скольку бывало в работах полков и работников и плотников; 3. по скольку на содержание оных людей и на строении припаса было приходу денег или правианта и припасов, которые не из городовой канцелярии покупаны, но из других мест получены; 4. сколько и в котором году проведано на житье работных мастеровых суммою ж» 48.

Подготовив указ «о присылке таких ведомостей по приложенной форме», Кирилов направил его 14, 15 и 16 января соответственно в Городовую, Адмиралтейства и Гарнизонную канцелярии 49.

Разработанную им форму Кирилов назвал «Известие например» 50.

Поступившее 25 февраля из Гарнизонной канцелярии «ведение» отвечает на статьи кириловской формы, перечисляя все обнаруженные сведения о крепостных сооружениях. Например, «При Санктпитербурхской крепости кронверк начат делать в 707-м году, а достроен в 708-м году. А около того кронверка контерскарпы и протчее строены по присланному е. и. в. с Воронежа новому чертежу в 709-м году» 51. Подобного рода «выписки», несомненно, предвосхитили аналогичные описания в «Цветущем состоянии...».

Можно предположить, что в начале 20-х годов XVIII в., когда через сенатского секретаря И. К. Кирилова проходили многочисленные [154] «известия» по русской истории, а сам он содействовал не только выявлению и обработке необходимых документальных материалов, но успешно разработал некоторые методические вопросы изучения источников, у Кирилова зародилась мысль о создании экономико-статистического и историко-географического свода о достижениях современной ему России. Смерть Петра I, по-видимому, ускорила осуществление этого замысла 52.

То углубляясь в историю далекого прошлого Родины, то исследуя близкие по времени документы, И. К. Кирилов в занятиях русской историей показал себя прежде всего превосходным знатоком источниковедческой базы.

Тематически связаны с затронутыми нами вопросами еще два более поздних письма А. В. Макарова к И. К. Кирилову 53.

Интересна дальнейшая судьба рукописей, находившихся у И. К. Кирилова в Оренбурге. Когда Кирилов умер 14 апреля 1737 г. в Самаре, то 10 мая того же года начальником Оренбургской комиссии, как стала называться Оренбургская экспедиция, был назначен В. Н. Татищев. Именно он разбирал оставшийся после смерти Кирилова архив. Когда В. Н. Татищев приступил к разборке архива И. К. Кирилова, то какая-то часть его бумаг, особенно интересовавших правительство, оказалась отосланной Кабинету министров. П. И. Рычков сообщил о том, что сразу же после смерти И. К. Кирилова его ближайший помощник подполковник П. С. Бахметев отправил в Петербург «его, Кирилова, проекты, произведенные и непроизведенные в действо» 54.

В архиве И. К. Кирилова В. Н. Татищев обнаружил не только карты и географические описания России. В письме к президенту Академии наук барону И. А. Корфу от 16 октября 1737 г. В. Н. Татищев сообщал, что он нашел также и «некоторые исторические работы, которые, однако, очень путанны и неполны, но я кое-что привел в порядок, а теперь отдал в переписку и по первому зимнему пути вышлю вашему высокородию». А. И. Андреев, приведя этот отрывок, высказал предположение, что В. Н. Татищев нашел «описание губерний и провинций», которое позже, благодаря публикации М. П. Погодина, стало известно науке под названием «Цветущее состояние Всероссийского государства» 55. Нам представляется, что с этим допущением А. И. Андреева вряд ли можно согласиться. Более правдоподобно полагать, что Татищев обнаружил, видимо, и какую-то работу И. К. Кирилова по русской истории или части ее. [155]

Заслуги И. К. Кирилова в развитии науки, его интерес к истории России, а также наличие у него богатого собрания книг и рукописей по географии и истории были хорошо известны правительству. В начале мая 1737 г. Академия наук по указанию Анны Ивановны вынесла следующее определение: так как после смерти И. К. Кирилова «остались многие Российской империи правинциям и городам партикулярные подлинные ландкарты, описания и известия и многие принадлежащие до Российской империи книги и гридоровальные резные фигуры», то их надо купить у вдовы Кирилова 56.

Когда умер И. К. Кирилов, судьбой находившихся у него рукописей заинтересовался и Сенат. 19 октября 1737 г. обер-секретарь В. Демидов доложил в Сенате, что статский советник И. К. Кирилов взял «из Сената некоторые нужные книги для сочинения экстракта» по русской истории, но не вернул их в сенатский архив, после чего было решено спросить их у жены Кирилова 57. 22 ноября 1737 г. секретарь Сената Я. Бахирев доложил, что он был у жены Кирилова, находившейся в это время в Москве, но взятых ее мужем книг у нее не оказалось, так как они вместе с другими бумагами Кирилова были сразу же взяты в канцелярию Оренбургской экспедиции 58.

8 декабря 1737 г. Сенат постановил послать в Оренбург указ В. Н. Татищеву с требованием немедленно прислать взятые И. К. Кириловым рукописи. Этот указ был получен В. Н. Татищевым 8 февраля 1738 г. 59. Однако прошло еще почти полгода, прежде чем В. Н. Татищев выполнил это распоряжение Сената. 7 сентября 1738 г. Московская контора Сената доносила в Сенат о том, что она получила от В. Н. Татищева следующие книги, взятые И. К. Кириловым из Сенатского архива:

«Книга в полдесть о избрании государя царя и великого князя Михаила Федоровича на российский престол.

Да в десть Летописец Троицкого-Сергиева монастыря.

Два летописца Володимерского Рожественского монастыря.

Книга Степенная российского царского родословия.

Летописец Шупилинской.

Книга вертоград королевской.

Итого семь книг» 60. Далее сообщалось, когда И. К. Кирилов получил эти книги: сенатский архив послал их ему 1 сентября 1732 г. в Петербург, где жил тогда Кирилов. Здесь же упоминалось, что другие рукописи («Копии с ведомостей о походе во 117-ом году боярина князя Михаила Шуйского купно с немецкими людьми на литовских людей и о походе ж при державе государя и царя великого князя Алексея Михайловича на литовских же людей; летописец же древних князей») еще не присланы. Сенатская контора послала В. Н. Татищеву указ с требованием немедленно возвратить названные рукописи в архив 61.

Любопытно отметить, что именно в это же время жена И. К. Кирилова, Ульяна Кирилова, обратилась с просьбой в Академию наук приобрести оставшиеся после смерти мужа рукописи и карты, чтобы расплатиться с долгами. 9 сентября 1738 г. Академия наук приняла решение о покупке этих материалов. Важно подчеркнуть, что в перечне карт и рукописей, находившихся в это время в Оренбурге у В. Н. Татищева, назывались и «многие принадлежащие до российской гистории книги» 62. [156]

Вероятно, Академия наук еще не знала о том, что В. Н. Татищев вернул семь летописей, упоминавшихся в «Реэстре» книг И. К. Кирилова, но не исключено, что у И. К. Кирилова, возможно, имелись и другие рукописи по русской истории.

В конце 1738 г. от В. Н. Татищева были «присланы при репорте не в переплете» недостающие документы, упоминавшиеся в реестре И. К. Кирилова 63. Кроме того, 18 декабря 1738 г. В. Н. Татищев сообщил, что среди бумаг И. К. Кирилова в Оренбурге он нашел «Новгородскую гисторию», которую отправил в Академию наук 64.

Приведенные нами сведения касаются истории возвращения В. Н. Татищевым лишь тех рукописей по истории, которые И. К. Кирилов взял во временное пользование из Сенатского архива. В них отсутствуют упоминания о судьбе начатого И. К. Кириловым «Экстракта к пользе российской истории древней», а также о том, имелись ли среди его бумаг какие-либо книги и рукописи по отечественной истории. Возможно дальнейшие разыскания в архивах и рукописных собраниях музеев и библиотек позволят найти новые данные о работе И. К. Кирилова над книгой по русской истории и выявить текст труда, более точно определить те источники, которыми пользовался при его подготовке автор.

В этой связи следует упомянуть, что сведения о занятиях И. К. Кирилова русской историей были известны исследователям еще в XIX в. Так, в собрании И. Д. Беляева хранится рукописная копия указа Герольдмейстерской коллегии от 9 февраля 1747 г. об отыскании в Москве в Сенатском архиве взятых И. К. Кириловым рукописей, в котором названы те же рукописи, что и в использованном нами «Реэстре» 65.

Как известно, в литературе ведутся давние споры о степени достоверности сведений, сообщаемых В. Н. Татищевым в его груде «История Российская» 66. Ряд исследователей полагает, что В. Н. Татищев иногда весьма вольно обращался с имевшимися у него источниками 67. В то же время А. И. Андреев, М. Н. Тихомиров, А. И. Копанев и другие ученые привели, по нашему мнению, весьма убедительные доказательства, свидетельствующие о том, что при написании «Истории Российской» В. Н. Татищев использовал некоторые еще неизвестные исследователям или вообще не сохранившиеся до нашего времени источники. При этом не все имевшиеся в распоряжении В. Н. Татищева источники перечислены в главе 7-й «О списках или манускриптах, употребленных к сему собранию» и других частях его труда 68.

Найденные документы об использовании И. К. Кириловым различных летописей и других источников при написании «Экстракта» по русской истории, а также о знакомстве В. Н. Татищева во время подготовки своего труда с этими материалами, служат новым аргументом в пользу этого мнения. До последнего времени в историографии правильно подчеркивалось, что при создании «Истории Российской» В. Н. Татищев пользовался главным образом сведениями из собранных им самим источников. «Это, — писал М. Н. Тихомиров, — в известной мере определяло [157] до некоторой степени узость тех исторических источников, которыми мог воспользоваться В. Н. Татищев, так как и в его время древнейшие памятники русской письменности уже хранились в архивах коллегий, Сената, в больших церковных и монастырских библиотеках» 69.

Думается, что находка известий о знакомстве В. Н. Татищева с летописными памятниками, хранившимися в архиве Сената и Иностранной коллегии, позволяет внести некоторые коррективы в это мнение, хотя окончательное суждение может быть вынесено после расшифровки названий всех рукописей, перечисленных в «Реэстре» И. К. Кирилова и выяснения вопроса о том, в какой мере сообщаемые ими сведения использовались В. Н. Татищевым в его знаменитом труде.


Приложение

Инструкция И. К. Кирилову о его функциях по Сенатской канцелярии

Москва, 14 декабря 1721 г.

Секретарю Ивану Кирилову по отъезде из Санкт-Питербурха в Москву господ «сенаторей, будучи в Сенатцкой канцелярии, чинить по сему:

1. По которым имянным и. в. указом и сенацким приговором о разных делах указы, куды надлежало посланы, а по оным будет не исполнено, то посылать еще в подтвержение вторые и третии указы, дабы по оным все исправно и не упущено было ничего, чтоб впредь не причлось в небрежение и смотрение х канцелярии Сената.

2. Неисправы (то есть репорты), которые велено делать и некоторые и зделаны, а иных недоделано и у кого будет не зделано, велеть доделывать и в том их держать и понуждать непрестанно, так же о генеральных делах. Делать такие выписки, какова учинена о беглых и прислать оные в Москву чрез почту неотложно, а понеже в приказном столе ныне канцеляриста здесь не остается, а те репорты поведено собирать и взыскивать актуариусу Иванову, того ради ему как репорты собирать и оные ведомости с повытчиками вместе делать, так и приказной стол ведать.

3. С. 711-го по 722-й год как имянные указы, так и генеральные сенацкие приговоры ис колегей, которые к публике принадлежат, указы ж собрав, зделать указные книшки, такие же калибром, как зделаны ныне 719 и 720 годов указные ж книшки.

4. Старые дела прошлых лет с состояния Сената по 722 год, которые не разобраны, разобрать и зделать реэстры, переплесть в книги, чего взыскивать на архивариусе жестоко, понеже о том ему напредь сего неоднократно письменно приказано.

5. Оставшие подъячия, ежели станут ослабевать в приказном деле или которой день кто не будет в приказе (кроме сущей болезни), то с ними поступать и взыскивать на них так, как в генеральном регламенте показано, за небытие каждого дня вычет из жалованья и протчее.

6. Сенацкие оставшие урядники и рядовые салдаты, чтоб при Сенате караулы содержали исправно, как военный артикул повелевает, под опасением за небрежение по тому ж артикулу штрафа.

7. Дабы сторожи в топлении полат имели опасение и топили оные во-время со всяким бережением и имели в полатах чистоту, также канцелярские чернильницы, сукна и протчие, что за их строжею было б сохранно, и в том над ними смотреть актуариусу.

8. Ежели сюда в Сенат ис провинцей или из других мест в каком деле будет писано и оные полученные доношении и отписки о важных делех присылать чрез почту в Москву, а ответы на указы принимать к отпускам.

9. Буде из Москвы к тебе о каком деле будут присылать указы, то исполнять по тем указом немедленно, а паче тотчас репортовать что получено, а потом и о исполнении присылать ведомости.

10. Тебе ж смотреть, чтобы колежские члены, которые определены к слушанию и сочинению уложенья, сьезжались во определенные дни и сидели указные часы, а буде кого из них не будет, о том иметь записку.

11. За типографщиками смотрить, что б они без дела не были.

12. И во исполнении по вышеписанным пунктам, о чем кому надлежит подписатца, что б впредь никто отговорки иметь не мог.

13. Сверх оного о протчем поступать, применяясь к вышеписанному.

14. Зделать выписку и прислать в Москву о подъячих, кои назначены были в службу, сколько оных и куды отослано и затем осталось.

Обер-секретарь Иван Позняков

Декабря 14 дня 1721 года

ЦГАДА, ф. 248, кн. 375, лл. 598-599

Комментарии

1. L. Вagrоv. Ivan Kirilov, compiler of the first Russian Atlas. 1689-1737.-«Imago Mundi», v. 1. London, 1937, pp. 78-82; Л. E. Иофа. Современники Ломоносова И. К. Кирилов и В. Н. Татищев. — «Географы первой половины XVIII в.» М., 1949; С. Е. Фель. Новые данные биографии и деятельности И. К. Кирилова. — «Труды Института истории естествознания и техники АН СССР», 1957, т. 9, стр. 283-305; Н. Г. Апполова. Экономические и политические связи Казахстана с Россией в XVIII — начале XIX в. М., 1960; М. Г. Новлянская. Иван Кирилович Кирилов. М-Л., 1964.

2. Центральный государственный архив древних актов (далее — ЦГАДА), Госархив, разряд XXVI, оп. 1, ч. 3, л. 80-80 об.

3. Там же, д. 1/175, л. 43.

4. Ф. Ф. Веселаго. Очерк истории морского кадетского корпуса. СПб., 1852, стр. 34; L. Вagrоv. Op. cit.; А. И. Андреев. Экспедиции на восток до Беринга (в связи с картографией Сибири первой четверти XVIII в.) — «Труды Московского государственного историко-архивного института», т. II. М., 1946, стр. 184.

5. «Материалы для истории русского флота», СПб., ч. III, 1866, стр. 302.

6. ЦГАДА, Госархив, разряд XXVI, oп. 1, ч. 3, д. 1/175, л. 43-43 об. Кириловская «сказка» 1718 г. найдена Л. А. Гольденбергом при содействии старшего научного сотрудника ЦГАДА Т. С. Ивановой.

7. ЦГАДА, ф. 286 (Герольдмейстерская контора), оп. 2, д. 5.

8. Там же, лл. 14 об.-16. Напомним, что в 40-х годах XVIII в. Герольдмейстерская контора вела большую работу по составлению гербов для лейб-компанцев, участвовавших в возведении на престол Елизаветы Петровны, и нуждалась в историческом: обосновании гербов новоиспеченных дворян.

9. Там же, л. 24.

10. Там же, л. 28 об.

11. Там же, л. 34-34 об. На «Деле о взятых книгах из Сенатского архива, статским советником Кириловым» имеется помета: «...Решено 1748 генваря 15» (там же, л. 1).

12. М. Г. Новлянская. Указ. соч., стр. 96-104.

13. ЦГАДА, ф. 286, оп. 2, д. 5, л. 1. Текст конца письма испорчен, что затруднило прочтение помет. Все документы в «Деле» приведены в копиях 40-х годов XVIII в.

14. Название взятых И. К. Кириловым рукописей приведено А. А. Гоздаво-Голомбиевским в работе «История Разрядного архива» («Описание документов и бумаг Архива Министерства юстиции» кн. 5. М., 1888, стр. 98-99).

15. ЦГАДА, ф. 286, оп. 2, д. 5, лл. 1 об.-2 об.

16. Там же, л. 2 об.

17. ПСЗ, т. VII, № 4721, стр. 476-477.

18. См. подробнее об этом: «Очерки истории исторической науки в СССР», т. I. М., 1955, стр. 178; А. Н. Насонов. Летописные памятники хранилищ Москвы (новые материалы). — «Проблемы источниковедения», т. IV. М., 1955, стр. 281-284. См. также доношение прапорщика А. Норова 26 апреля 1735 г. («отправляюсь я... к статскому советнику господину Кирилову и со мною из Академии наук книги») — ЦГАДА, ф. 248 (Сената), кн. 1202, л. 374.

20. Л. В. Черепнин. «Смута» и историография XVII в. — «Исторические записки», т. 14, 1945, стр. 116.

21. ЦГАДА, ф. 248. кн. 375, л. 600.

22. Там же, л. 580-580 об.; ср. л. 631.

23. Там же, л. 580 об.

24. Там же, л. 632.

25. См. ее текст: «Полное собрание русских летописей» (далее — ПСРЛ), т. 21. Первая половина. СПб., 1908.

26. И. К. Кирилов. Цветущее состояние Всероссийского государства, ч. 2. М., 1831, стр. 52-60.

27. «Книга летописец Владимирского Рожественского монастыря церковная из ризницы» — ПСРЛ, т. 30. М., 1965. Как известно, Лаврентьевская летопись тоже принадлежала Владимирскому Рождественскому монастырю.

28. Подробнее см.: О. И. Подобедова. Миниатюры русских исторических рукописей. М. 1965, стр. 106-113.

29. И. К. Кирилов. Указ. соч., ч. 2, стр. 52-60; «Сибирские летописи». СПб., 1907, стр.171-240.

30. П. И. Рычков. История Оренбургская, ч. I. СПб., 1759, стр. 119-123; он же. Топография Оренбургская. СПб., 1762, стр. 93-100

31. ЦГАДА, ф. Сената, кн. 7735, лл. 509-519 об.

32. Там же, л. 513-513 об.; ср. «Акты Археографической экспедиции», т. 1, № 241/2, стр. 259-261.

33. М. Г. Новлянская. Указ. соч., стр. 125.

34. ЦГАДА, ф. 248, кн. 375, л. 600 об.

35. Там же, л. 601-601 об.

36. Там же, л. 543.

37. ЦГАДА, ф. 248, кн. 375, л. 544-544 об. На полях отпуска ведомости пометы: «приложены пои том выписки», «выписки о том при сем».

38. Там же, л. 631.

39. Там же, лл. 574-578 об., 545-546 об.

40. Там же, лл. 583-587 об., 544 об.; см. также письмо И. К. Кирилова и ответ Ф. А. Ключарева 10 января 1723 г. (там же, лл. 609-610).

41. Там же, лл. 547-573.

42. Там же, лл. 548 об., 549-552 об., 554-555 об., 570-573 об.

43. Там же, лл. 547, 567, 579 об.

44. Там же, лл. 563 об-564. Научную оценку таблиц см.: М. В. Птуха. Очерки по истории статистики в СССР, т. 1. М. 1955, стр. 188.

45. ЦГАДА, ф. 248, кн. 375, л. 608.

46. Там же, лл. 616 об.-617.

47. Там же, л. 617.

48. Там же, л. 611.

49. Там же, л. 615 об.

50. Там же, лл. 612-615. Снабдив «Известие» вначале формулой: «ежели что не так, то переправить или пропущено — прибавить», Кирилов далее внес подробный список и характеристики крепостей, «болварков». соборных церквей, каналов, домов, батарей, заводов и т. д.

51. Там же, л. 626 об. Самая ранняя запись «ведения» — 1703 г.

52. Кстати, для церемониального погребения Петра I в списке лиц, получивших траурное («печальное») платье, значится И. К. Кирилов (ЦГАДА, Госархив, ф. Кабинет Петра I, оп. 1, № 63, лл. 781 об., 782 об.).

53. ЦГАДА, ф. 248, кн. 375, лл. 993, 1001-1001 об. В первом из них от 5 марта 1730 г. кабинет-секретарь писал: «...Потребно к сочинению гистории о действиях блаженные и вечно достойные памяти е. и. в. Петра Первого сочинить экстракт, каким порядком в 1719 году велено брать и браны подушные и как роскладка полкам началась и окончалась, которой экстракт извольте приказать, зделав, прислать ко мне». Во втором письме от 14 ноября 1730 г. написано: «...Понеже в Правительствующий Сенат из Камор-коллегии подано доношение о жалованье, кому давано было из соляной суммы, в том числе о кабинетных подьячих, которые еще на сей год ничего не получили, а то время были при делах кабинетных и у дела гистории государя императора Петра Великого, которых дел и ныне с них не снято, ...того ради прошу вас, что б по тому вышеупомянутому доношению исходатайствована была резолюция...».

Здесь же письмо к генерал-майору Витворту: «В бытность в Питербурхе отданы вашему благородию из кабинета печатные листы баталиям и протчим знатным для срисовки с оных в «Гисторию о швецкой войне», и с которых малое число зделано и отдано от вас в кабинет, а достальные и поныне у вас, окончаны ль неизвестно. А понеже ныне очень в них имеется нужда, того для извольте меня уведомить, сколько тех листов срисовано и оные прислать ко мне, а достальные прикажите срисовывать немедленно...» (там же, л. 994-994 об.).

54. П. И. Рычков. Указ. соч., стр. 291.

55. А. И. Андреев. Труды В. Н. Татищева по истории России, — В кн.: В. Н. Татищев. История Российская, т. 1. М.-Л., 1962, стр. 21.

56. «Материалы для истории имп. Академии наук», т. 3. СПб., 1881, стр. 386.

57. ЦГАДА, ф. 286, оп. 2, д. 5, л. 3.

58. Там же. л. 4.

59. Там же, лл. 6-9.

60. Там же, л. 10.

61. Там же, л. 10-10 об.

62. «Материалы для истории имп. Академии наук», т. 3, стр. 792-793.

63. ЦГАДА, ф. 286, оп. 2, д. 5, л. 28.

64. «Материалы для истории имп. Академии наук», т. 3, стр. 868.

65. Государственная библиотека СССР им. В. И. Ленина, ф. И. Д. Беляева, № 1626, лл. 188-190 об.

66. С. Н. Валк. «История Российская» В. Н. Татищева в советской историографии. — В кн.: В. Н. Татищев. История Российская, т. 7. Л., 1968, стр. 5-29.

67. См., например, С. Л. Пештич. Русская историография XVIII в., ч. 2. Л., 1965, стр. 157-161.

68. А. И. Андреев. Труды В. Н. Татищева по истории России. — В кн.: В. Н. Татищев. История Российская, т. 1, стр. 17-18, 21; М. Н. Тихомиров. О русских источниках «Истории российской». — Там же, стр. 40-42; А. И. Копанев. Об одной рукописи, принадлежащей В. Н. Татищеву, — «Труды Библиотеки АН СССР и Фундаментальной библиотеки общественных наук АН СССР», т. II. М.-Л., 1955, стр. 236-237.

69. М. Н. Тихомиров. Указ. соч., стр. 41; см. также Б. А. Рыбаков. В. Н. Татищев и летописи XII в. — «История СССР», № 1, 1971, стр. 91-109.

.

Текст воспроизведен по изданию: О занятиях И. К. Кирилова русской историей (Материалы к биографии И. К. Кирилова и В. Н. Татищева). // Археографический ежегодник за 1970 г. М. 1971

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.