Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Из истории освоения Северного морского пути

(Экспедиция Беринга 1732-1743 гг.)

Жгучая идея использования Северного морского пути, как известно, столетиями уходит в глубь истории. Многочисленные героические попытки отважных полярников в XVII — XIX вв. чаще всего печально заканчивались для северных экспедиций, и только в условиях диктатуры пролетариата неприступный и жестокий Север быстро отступает перед большевистской настойчивостью.

Идея использования морского пути Северного Ледовитого океана относится еще к XVI столетию. В первой половине XVII века русский путешественник Дежнев, обогнув северо-восток Азии, побывал на Камчатке. Развитие торгового капитала в России сопровождалось интенсивной колонизацией Сибири. Рассказы о несметных богатствах Америки волновали и русское правительство, которое подобно европейским королям непрочь было поживиться на американском добре. Заманчивая мысль использования Северного Ледовитого океана для связи с Америкой побудила Петра I послать в конце 1724 года специальную экспедицию известного исследователя Беринга для изучения места, где Азия «сошлась с Америкой и чтоб доехать до какого города европейских владений».

В 1728 году Беринг подтвердил правильность сообщений Дежнева, что Азия не соединяется землей с Америкой, и пролив, разделяющий эти два материка, был назван его именем. В результате первой экспедиции Беринга 1724-1728 гг. зарождается грандиозный план установления морского пути из Архангельска в Америку. В 1732 году по указу императрицы Анны Иоанновны Беринг отправляется во вторую экспедицию для изучения берегов Америки. Обстоятельный рапорт Беринга Анне Иоанновне в 1741 г. о своей второй экспедиции, хранящийся в наших архивах и частично публикуемый нами в настоящем номере журнала, вскрывает исключительно широкий размах этого предприятия. Несмотря на неудачу второй беринговской экспедиции, сохранившиеся материалы представляют большую научную ценность. Они подробно излагают подготовку северных походов, содержат интересные данные о Северной Сибири и дают яркий материал о колониальной политике царизма в Азии в XVIII веке.

По плану вторая экспедиция Беринга представляла как бы совокупность ряда северных походов, которые должны были совершать отдельные суда на различных участках Северного Ледовитого океана.

В задачу первой партии входило «от города Архангельского осмотреть берега и форватер до устья Оби реки» 1. Вторая партия должна была пройти от [138] Оби до Енисея. Третья должна была выйти из реки Лены: одно судно — от Лены до Енисея, а второе — от Лены на восток и дойти до Камчатки. В задачу четвертой «определено было дойтить до Японских островов и оттуда по близости к возвращению велено было итти к востоку до китайских берегов, до устья реки Амура и оттуда к северу подле сибирского берегу к охоцкому» 2 Лично Беринг же должен был руководить самой трудной и ответственной задачей экспедиции — возглавить суда, отправляющиеся из Петропавловской гавани на Камчатке, для исследования американских берегов.

О грандиозности предприятия Беринга можно судить по тому, что, расходы по стоимости экспедиции тогда определялись специалистами в сумме более полутора миллиона рублей. В докладной записке сената указывалось, что только по ведомости адмиралтейской коллегии числилось «невозвратного расхода 360 659 рублей». При этом нужно иметь в виду, что для экспедиции Беринга в виде повинности мобилизовались огромные массы населения Сибири со своим живым и мертвым инвентарем.

Экспедиция Беринга была крупнейшим историческим событием в жизни Сибири. Между Москвой и Сибирью устанавливалась регулярная почтовая связь: два раза в месяц от Москвы до Тобольска, от Тобольска до Енисейска — раз в месяц и от Якутска до Охотска и Камчатки — раз в два месяца. В помощь экспедиции Академия наук выделяла геодезистов, «рудознатцев» и географов.

Ставя задачей изучение пригодности Северного Ледовитого океана для морских сообщений, царское правительство однако в то же время преследовало задачи изучения естественных богатств Сибири и закрепления своего влияния в Азии. Для нужд экспедиции строились новые судостроительные верфи в Тобольске и Якутске, откуда по рекам суда должны были выйти к берегам Ледовитого океана. В Охотске же должны были строиться суда для исследования Японии и Америки.

Несмотря на правительственную помощь, экспедиция Беринга все же протекала в исключительно трудных условиях. Основными путями грузового сообщения для них служили реки. 7 июня 1733 года Беринг со своей командой на четырех судах отправился из Твери по реке Волге до Казани, откуда по реке Каме доехал до села Осы и зимним трактом через Кунгур и Екатеринбург прибыл в Тобольск. Однако главные неприятности ожидали Беринга в Якутске и Охотске, где строительство судов затянулось. Квалифицированных рабочих рук и нужных строительных материалов нехватало. Огромные трудности были связаны и с добыванием провианта. В силу этого только в 1737 году в Охотске было начато строительство двух пакет-ботов 3, которые предназначались для обследования американских берегов. Строительство же этих судов затянулось до 1740 года.

Насколько же удачно проходило исследование Северного Ледовитого океана?

Путь по обследованию берегов от Архангельска до Оби был пройден втечение двух лет. Для обследования же второго участка в 1735 году лейтенант Овцын со своим судном вышел из устья реки Оби по направлению к Енисею, однако «за великими льдами и за противными ветрами не прошел» 4. Неудача постигла Овцына и в следующем году. Только в 1737 году, имея уже два судна (дубель-шлюпку и бот), «хотя и находился в великих льдах, однако ж к упомянутому Енисейскому устью прибыл августа 31 дня» 5. Во время экспедиции от устья Оби до устья Енисея с судов посылались команды по обследованию берегов. Наблюдения систематически заносились в журнал, и в1739 году [139] была составлена карта берегов. Во время своего путешествия Овцын «кочующих никаких народов не видал».

Для обследования участка от Енисея до Камчатки в Якутске были построены два морских судна: бот и дубель-шлюпка. Дубель-шлюпка под командой лейтенанта Прончищева должна была следовать от устья Лены на запад к устью Енисея. Бот же под командой лейтенанта Ласиниуса должен был пройти к Камчатке до Анадырского устья. Наряду с составлением карты перед этими командами ставилась задача «осматривать, не найдутся ли где богатые металлы и минералы» 6. Из Якутска бот и дубель-шлюпка вышли 29 июня 1735 года и дошли до устья Лены 4 августа, «токмо устье вымерить ему, Ласинису, время недопустимо за противными и сильными ветрами» 7. Лейтенант Прончищев 13 августа оправился из Ленского устья на запад и зазимовал в устье реки Олонец. В 1736 году он продолжал свой путь дальше. Однако, подойдя к устью реки Таймур, увидел «велики острова, между которыми островами и берегом великой стоит лед и к тем островам и подле берегу проходу никакого не нашли» 8. «От той реки следовали подле льдов в море и увидели впереди себя и по обе стороны льды великие, стоячие, а в море видимы были носячие льды и так часто, что не токмо дубель-шлюпке, но и лотке пройтить невозможно» 9. Прончищев вынужден был вернуться на место своей прежней зимней стоянки, где и умер. Вместо него командиром был назначен лейтенант Харитон Лаптев, возобновивший экспедицию в 1739 году. Ему поручалось свою экспедицию «производить с найприлежнейшим старанием» и «приводить те экспедиции во окончание в другое или третье лето, а будет какая невозможность и в третье лето во окончание привесть не допустит, то и в четвертое лето и всемерно, чтоб та экспедиция во окончание приведена была» 10.

Два года для Харитона Лаптева были годами неудач, потому что были «льды великие, меж которыми с великой трудностью проходили» и от «великих льдов едва спасались», а «за великим туманом ехать было невозможно». Беринг о судьбе Харитона Лаптева в 1741 году ничего не знал и в своем рапорте вынужден был писать, что «где ныне обретается, о том неизвестно» 11.

Печальная судьба постигла и экспедицию Ласиниуса. 18 августа 1735 года, т. е. вскоре по прибытии судов из Якутска в устье Лены, Ласиниус умер от цынги и «рядовых как морских и адмиралтейских служителей и протчих сибирских разных чинов людей померло 39, а живых осталось 13 человек и те одержимы тою же болезнью» 12. На бот была послана новая команда во главе с лейтенантом Дмитрием Лаптевым. 29 июня 1736 года Лаптев вышел в море из устья Лены, однако 14 августа вынужден был обратно вернуться на зимовку в устье Лены, так как «далее за препятствием великих и густых льдов следовать было неможно» 13. Побывав в Петербурге с донесением, Дмитрий Лаптев получил однако предписание продолжать экспедицию во что бы то ни стало, которую и возобновил в 1739 году. 22 августа Д. Лаптев, преодолевая сильные ветры и опасности быть раздавленным льдами, дошел до реки Индигирки. Попытки войти в устье не раз терпели неудачу. Сильными порывами ветра судно неоднократно относилось в море на десятки верст. Только 11 сентября Д. Лаптев причалил к берегу, где нашел «новокрещенного коряка, который объявил, что в верху де по оной реке в полуторахстах верст жили пять зимовей русских и разных родов новокрещенные и якуты, от которых людей получит он, Лаптев, в перевозке с судна на берег провианта и протчих припасов не малую помощь» 14. Д. Лаптев вынужден был зазимовать в устье Индигирки, так как «бот их стоит на море во льдах и может ли спастить — не знает» 15.

Для обследования американских берегов в Охотске в 1740 году было закончено строительство двух пакет ботов «для того, ежели учинится одному какое [140] несчастие, то бы от другова было вспоможение» 16. Командование одного бота взял на себя командир Беринг, на втором же командиром был назначен хороший знаток Сибири капитан Чириков. 6 октября 1740 года суда прибыли из Охотска в Петропавловскую гавань на Камчатке, но «за поздним временем к американским берегам не следовали» 17.

Изучение Америки рассматривалось как главная задача экспедиции. Адмиралтейство поручало Берингу, что если в одно лето не удастся выполнить поручения по обследованию американских берегов, то «о всем обстоятельно рапортовать, а самим, не ожидая указу, следовать и во окончание то приводить в другое лето» 18.

4 июня 1741 года суда вышли из Петропавловска. Решено было держать курс на предполагаемую землю Яна де Гамма, которая, по мнению профессора де-ля Кроера, должна быть расположенной на 43-м градусе широты, чтобы обогнуть ее и итти дальше па восток. Налетевший шторм 20 июня разлучил суда Беринга и Чирикова. Они вынуждены были плавание к американским берегам проводить совершенно независимо. Взяв курс на северо-восток, Беринг 20 июля достиг неизвестного острова, расположенного на 59° широты у берегов Америки, где стал на якорь. Посланный на лангботе для осмотра островов флотский мастер Хитрово обнаружил там признаки человеческого жилья. Люди же, увидя корабль, спрятались в лесу и ушли на материк. Вдоль американских берегов Беринг проплавал конец июля, август и часть сентября. 4 сентября на одном из островов около американского берега «услышали мы великой крик людей, из которых два человека сели в две байдары и гребли к нашему боту. Сажен около 50 остановились и кричали к нам своим языком, которого их языку взятые с Камчатки толмачи чюкоцкого и коряцкого языка не разумели» 19.

По распоряжению Беринга несколько человек с «разными подарочными вещами» были посланы на берег. Помощник Беринга лейтенант Ваксель, лично руководивший установлением торговли с туземцами, дает интересное описание этой первой торговли с Америкой. Для обмена посылались ткани, зеркала, «ганзы железные, чем курят китайский табак», колокольчики медные и, конечно, водка. Ваксель однако жалуется, что «давал оным американцам разные подарки, которых они от меня не приняли. Также одному из оных подносил чарку вина, которут от меня принял и, приняв оную, отдал возвратно, а взятое в рот вылил на земь». Посланного переводчика туземцы задержали, и Ваксель «принужден был для свободы того толмача приказать солдатам выпалить из несколько ружей на ветер и когда выпалено было, тогда они все упали на землю, в которое время тот толмач, освободясь от них, возвратился на лангбот» 20. «Видно было, — заключает Ваксель, — что они прежде огненного ружья не видели» 21.

Во второй половине сентября Беринг решил возвращаться обратно в Петропавловскую гавань, однако до 13 октября корабль беспомощно болтался в море из-за «неописанной жестокости вестового ветра» такой силы, что таких сильных штормов надеюсь от старых мореплавателей мало видно было» 22. Обратное возвращение Беринга проходило в условиях поголовной болезни команды цынгою. «Было в команде нашей уже больных цынготною болезнию немалое число, а некоторые и померли и достальные уже многие во управление морской работы явились бессильны» 23.

Возвращение проходило в условиях свирепых ветров, и только 4 ноября Беринг, сбившийся с пути, увидел неизвестные ему тогда острова, названные впоследствии его именем. Команда была совершенно обессилена. «От жестокой цинготной болезни пришли в немалый страх, ибо тогда уже можно сказать почти судно было без правления. Понеже тогда команды нашей людей находилось таких, которые через великую мочь ходить о себе могли, только 8 человек, но из [141] оных на верх ходили с нуждою три человека, из которых был один собственной человек капитана командора, а протчие все лежали при самой смерти» 24. Команда к тому же испытывала острую нужду в пресной воде и провианте. Беринг решил зазимовать на неизвестном ему острове, потому что «были опасны, дабы за бессилием людей не оставить судна без всякого правления и не претерпеть оттого крайнего несчастия в потерянии всех людей и судна. Тогда капитан командор собрал к себе как обер, так и ундер офицеров и рядовых, которые еще могли дойтить до его каюты, имел о том общее рассуждение, при котором собрании все служители объявили, что они боле продолжать себя в работе на море за болезнию и крайним бессилием не могут» 25.

К концу ноября на судне Беринга было только 4 человека здоровых. 8 декабря 1741 года, после четырехмесячной болезни Беринг умер от цынги. Командование перешло к Вакселю. Уцелевшие остатки команды, обретавшиеся в беспомощности на неизвестном острове, с разбитым ботом, из его остатков соорудили новое небольшое судно, на котором 26 августа 1742 г. добрались в Петропавловскую гавань на Камчатке. Ваксель подробно описал положение команды после смерти Беринга. Леденящие сердце строки говорят о какой-то нечеловеческой борьбе людей за свое спасение.

В тяжелых условиях протекало и путешествие Чирикова. В своем рапорте Чириков защищает правильность ранее предложенного им проекта, но отклоненного адмиралтейством, чтобы для обследования американских берегов итти к Чукотскому полуострову и оттуда к Америке, а не руководствоваться картой профессора де-ля Кроера, который предполагал наличие между Азией и Америкой земли Яна де Гамма. Во время путешествия земли, означенной на карте де Кроера, Чириков не обнаружил. Держа курс на восток, он 15 июля достиг Америки и обследовал северную часть Калифорнии. До Америки Чириков добрался благополучно. Но с ним случилось другое несчастье: желая собрать сведения о жителях, он послал к берегам сначала лангбот, а затем лодку. Но ни то, ни другое не возвратились, и остается неизвестным, были ли они захвачены туземцами или, как предполагают некоторые, попали в водоворот и погибли. Таким образом вследствие уменьшения числа команды, а также отсутствия легких судов в дальнейшем Чириков был лишен возможности производить непосредственное обследование американских берегов. Проплавав вдоль Америки около 400 верст, он решил возвратиться в Петропавловскую гавань на Камчатке. Как и команда Беринга, в сентябре команда Чирикова поголовно болела цынгою.

«В последних числах настоящего сентября месяца, — пишет Чириков, — все служители на пакет-боте весьма стали отягчены цынготною болезнью» 26. Многие из команды умерли. Во время возвращения умер также профессор Академии наук де Кроер, находившийся па судне Чирикова. Претерпевая всякие неудачи, судно Чирикова однако 10 октября 1741 г. добралось до Петропавловска. О своей экспедиции Чириков послал в адмиралтейство подробный рапорт, хранящийся ныне в наших архивах. Кроме того была послана карта, уточняющая описание берегов северо-востока Азии и западных берегов Америки. Чириков приходит, к заключению, что наиболее благоприятным временем для плавания к американским берегам нужно считать август и половину сентября, так как во время его плавания в июне — июле «всегда погода была весьма холодная, как в наших местах бывает в глубокую осень и почти повседневные стояли великие туманы, только в некоторые дни в приближенных часах к полудню солнце просиявало» 27.

Удачнее всех была экспедиция Шпанберха к японским берегам. Капитан Шпанберх отплыл из Охотска 18 июня 1738 года и 15 июля прошел Курильские острова. Обследовав их, он 18 августа вернулся на Камчатку. В своем [142] рапорте Шпанберх сообщает, что «в том же вояже неприятельских, ни дружеских кораблей и никаких судов он не видел» 28.

Построив на Камчатке зимой 1738 года второй 18-весельный шлюп, Шпанберх 21 мая 1739 года отправился во вторую экспедицию к берегам Японии. Миновав Курильские острова, он 18 июня шел мимо Японии. Шпанберх дает чрезвычайно интересное описание японских берегов, их населения, жилищ и быта. С японцами он завел бойкую торговлю, живо описывая весь церемониал торговли. 29 августа Шпанберх вернулся в Охотск. В 1741 году он предполагал совершить экспедицию по изучению восточных берегов Азии от Охотска до Амура, но задержался из-за неподготовленности судов, а в 1743 году по указу Елизаветы Петровны вторая Камчатская экспедиция была прекращена.

Несмотря на неудачи, беринговская экспедиция дала чрезвычайно ценный материал по изучению Северного Ледовитого океана, уточнила географические карты северо-восточной части Азии, Японии и западных берегов Северной Америки и собрала интересные сведения об естественных богатствах Сибири. Читая материал, видишь, что прекращение второй Камчатской экспедиции было прервано как бы в самом ее разгаре. Объяснять прекращение экспедиции только смертью Беринга, конечно, нельзя. Причины были несравненно глубже.

Развивающийся торговый капитал в России стимулировал захват новых территорий и был основной причиной организации беринговских экспедиций. Но именно торговый же капитал оборвал ценнейшее научное начинание Беринга, когда увидел, что экспедиции Беринга не сулят ему высоких, заманчивых выгод. Менее всего придворную клику двора Анны Иоанновны или Елизаветы Петровны интересовали научные цели экспедиции. В экспедициях русское правительство видело источник наживы и грабежа туземцев. Не случайно экспедиция Беринга сопровождалась посылкой огромного количества царских чиновников, спешивших грабить туземцев и накладывать на них тяжелые налоги. Поэтому беринговские экспедиции, давшие ценные научные изыскания, обратной стороной вошли в историю как кошмарные дни для народов Сибири. Беринговские экспедиции сопровождались повсеместными волнениями туземцев. Камчатка была охвачена сильным восстанием в 1731-1732 гг. и в 1741 г.

Разорение туземных народов и волнение среди них сыграли крупную роль в прекращений беринговских экспедиций. Это вынуждены были признать в своей коллективной записке на имя императрицы Елизаветы Петровны даже князья В. Долгоруков, Ив. Трубецкой, М. Голицын, А. Куракин, граф А. Бестужев, граф Чернышев и др. «Крестьяне, — пишут они императрице, — сначала той Камчатской экспедиции находятся в дальних и в самых трудных беспокойных работах и претерпевают вящую нужду и многие из тех экспедичных работ не возвращаются лет по десяти и более и оттого домы их за взятием в те тяжкие работы разорились и пашеные земли опустели» 29.

Сибирские экспедиции в условиях царизма и позднее были тягостны населению. Погоня за наживой оставляла в стороне научные цели экспедиции. Этим можно объяснить, что вплоть до Октябрьской революции Северный Ледовитый океан, окаймляющий с севера огромные пространства России, оставался малоисследованным. Только в результате Октябрьской революции, когда северные экспедиции стали проводиться в интересах трудящихся масс, работы по изучению Севера приняли невиданный в мире размах. Советские пароходы Севморпути стали мощным фактором подъема материального и культурного быта трудящихся Севера. Великие мечты лучших людей науки на протяжении сотен лет об освоении Северного Ледовитого океана не случайно только в условиях диктатуры пролетариата становятся действительностью. [143]

Составление публикуемого нами «донесения» Беринга явилось в результате отправки в Сибирь указа императрицы Анны Иоанновны, доставленного специальным посланцем А. Друкортом. Эта посылка была вызвана недовольством экспедицией Беринга среди высших правительственных кругов. Чиновникам из сената и адмиралтейства было не по душе, что Беринг медлит с отправкой судов. Такие настроения в правительственных кругах были причиной того, что Беринг вынужден был форсировать отправку экспедиции, хотя отлично понимал ее недостаточную подготовленность.

Публикуемое нами впервые полностью «донесение» Беринга с его приложениями, воспроизводится с оригинала, сохранившегося в деле «Об экспедиции, снаряженной в Камчатку для открытия берегов Америки; о действиях там Беринга и Чирикова, наконец, о прекращении этой экспедиции» 30.

В настоящем номере публикуется только «донесение» и «ведомость обстоятельная, учиненная против данных капитану командору Берингу и капитану Шпанберху инструкций, што по оным при камчатской экспедиции, как на сухом пути, так и на море исполнено и чего не исполнено».

В последующих номерах будут опубликованы остальные материалы, прилагаемые Берингом к «донесению».

Эти материалы представляют исключительный интерес, так как вскрывают целый ряд моментов экспедиции Беринга, до сих пор слабо освещенных или вовсе неизвестных в литературе как нашей, так и заграничной, проявляющей огромный интерес к этой экспедиции.

П. Горин.


Комментарии

1. Архив ГАФКЭ. Фонд МИД. Дело № XXIV, № 9, 1732-1743 гг. «Дело об экспедиции, снаряженной в Камчатку для открытия берегов Америки» л. 62 об.

2. Там же л. 62 об.

3. Бот — небольшое одномачтовое судно; шлюп — военное судно парусного флота. В экспедиции Беринга дубель-шлюпка имела по 24 и 18 весел.

4. Архив ГАФКЭ. Фонд МИД. Дело № XXIV, № 9, 1732-1743 гг. «Дело об экспедиции, снаряженной в Камчатку для открытия берегов Америки» л. 101.

5. Там же л. 101 об.

6. Там же л. 102.

7. Там же л. 102 об.

8. Там же л. 104 об.

9. Там же л. 104 об.

10. Там же л. 106.

11. Там же л. 106.

12. Там же л. 102 об.

13. Там же л. 103 об.

14. Там же л. 108 об.

15. Там же л. 109.

16. Там же л. 111.

17. Там же л. 111 об.

18. Там же л. 112 об.

19. Там же л. 113.

20. Там же л. 114.

21. Там же л. 115.

22. Там же л. 15.

23. Там же л. 16.

24. Там же л. 16.

25. Там же л. 17.

26. Там же л. 36.

27. Там же л. 37.

28. Там же л. 53.

39. Там же л. 6.

30. (ГАФКЭ), Гос. архив, МИД. 1732-1743 гг., т. XXIV, № 9).

Текст воспроизведен по изданию: Из истории освоения Северного морского пути. (Экспедиция Беринга 1732-1743 гг.) // Красный архив, № 4 (71). 1935

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.