Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ПРОДОЛЖЕНИЕ

(1560 — 1563 гг.)

“ЛЕТОПИСЦА РУСКОГО”

по рукописи, принадлежащей А. Н. Лебедеву.

Того же месяца приехал гонец к царю и великому князю от цысоря Римсково и навышшого короля Фердинандуса Ерином (Ероним?) с грамотою, а писал о ливонских немцех, чтобы царь и великий князь не воевал, называючи их своими поданными Римские области. И царь и великиц князь гонца цысарева к нему отпустил, почтив, а к цысарю с ним грамоты послал, объявляя свое государство, что ему Бог дал, и похочет цысарь с царем и великим князем быти в любви и в братстве, как были прежние цысари, Максемелян и Карла, и иные цысари с прежними цари государи рускими, с дедом и отцом государя нашего, и он бы праслал своих, и тогды о всех делех договор учинят.

Присылка из Юрьева от воевод. Того ж месяца прислал из Юрьева боярин князь Андрей Иванович Кафтырев князя Петра Кропоткина, а писал ко государю, что он посылал Василья Васильевича Розладина и иных голов с ним, с людми, к Тарвасу городу, а в Тарвасе в то время был старой маистр Вилим; и Василей с товарыщи к Тарвасу на посад пришел, и немцы вылазили, и Василей с товарыщи немец истоптали, и посад у Тарваса пожег, день у посада стоял, а воевал три дни, и пришел со всеми людми, дал Бог здорово, со многим полоном.

Присылка из Юрьева от воевод. Того ж месяца писал князь Андрей же из Юрьева, посылал князя Глеба Оболенского с товарыщи вилянских мест воевати, и князь Глеб воевал [136] за десять верст от Веляна. А как пошел прочь, и немцы его угонили, и с ним билися, и тут убили Ивана Василева сына Розладина да восемь сынов боярских, и у немец многих убили же, а с полоном со всем отошли здорово.

Присылка из Немецкие земли от воевод. Того ж месяца прислали к государю из Немецкие земли бояре и воеводы князь Иван Федорович Мстиславской да князь Петр Иванович Шуйской с товарыщи князя Василия Барбашина да князя Дмитрея Шевырева, писали к государю: отпущали они по государеву наказу бояр и воевод: в Болшом полку боярин князь Василей Семенович Серебреной да околничей Микита Романович Юрьев, в Передовом боярин Микита Васильевич Шереметев, в Сторожевом боярин Иван Меншой Васильевич Шереметев, а с ними многих людей в войну в немецкую землю. А сами пришли со всеми людми, и с норядом к немецкому городу Алысту, и князь Василей с товарыщи к ним к Алысту пришол здорово со всеми людми. А воевал промеж Веля да Икеси велянские места и кеские, и володимеретцкие, и иные многие места; преже сего те места были не воеваны, а пришли на них безвестно, и взяша в полон множество людей, и всякого живота, и скоту, и побиша многих. А боярин Михайло Яковлевич наряд за озеро перевез на тоже место, где город стоит, а стоит на острову середи великого озера и, став воеводы круг города, и стрелцов всех у города поставя, и туры поделав, наряд прикатя. И учали бити с утра до обеда, и стену до основания розбили, и немцы с города ся сметали, город сдали. И Божиим милосердием воеводы и город того дни взяли, и устроили в нем государевых воевод, князя Микиту Приимкова да Андрея Плещеева, до голову стрелецково стрелцы оставили Григория Кафтырева. А сами пошли ко Пскову, дал Бог, здорово со всеми людми, и государь о сем Богу благодарение воздаша, а к воеводам послал с своим жалованием с золотым князя Федора Палецкого.

Преставися князь Василей. Того ж месяца в 20 день, на масленице, с середы против четверга на десятом часу нощи, за три часы до света, преставися князь Василей Юрьевич, князь Юрьев сын Васильевича, внук великого князя Василия Ивановича всеа Русии, году без дву недель; и о сем государю скорбь бысть не мала. Тое ж ночи, с середы на четверг, в то ж время, на десятом часу ночи, да три часа до света, родися князю Володимеру Андреевичю дщерь Евдокея от его княгини Евдокеи, и царь и великий князь, а с ним сын его царевич Иван, да с ними царь Александр [137] Казанской, и многие бояре на завтрея того, в пятницу, были у князя Володимера Андреевича на его радости, и порадовашеся с ним, и овощи кушали.

Отпуск воевод в немцы. Того ж месяца отпустил государь в немцы воевод: в Болшом полку боярин и воевода князь Андрей Михайлович Курпской да околничей и воевода Данило Федорович Адашев, в Передовом полку воевода князь Петр Иванович Горенской да Иван Шаранов сын Замыцкой, в Сторожевом полку воеводы князь Федор Иванович Троекуров да Василей Иванович Розладин-Квашнин, а с ними дети боярские, и жилцы, а на лета у них велел быти казанским татаром, а велел своего дела им беречи, как им Бог поможет.

Присылка из Астарахани. Месяца марта прислал из Астарахани ко царю и государю и великому князю Иван Выродков, что ходили мырзы — Тинбай мырза Исмаилев сын да Белек Булат мурза и иные нагайские мырзы из Астарахани. Иван отпущал Кутуковых детей и астараханских людей к Крыму воевати, и они воевали добре царевы стада, и Ширинских князей и все улусы повоевали, и поимали многих людей, и побили, и со всеми людми дал Бог здорово. И Исмаил к государю прислал послов бити челом на жалование, что из Астарахани ему на Крым помочь была, и вперед бы государь помочь им на Крым учинил, на Дон казаков прислал. И царь и государь отпустил послов своих к Исмаилу, князя Петра Савина, а к детем его Семена Малцова, а послов отпустил и приказал к Исмаилу, что на Дон казаков пошлет, а он бы промышлял над Крымом, как его мочь иметь.

Присылка с Дону от мырз. Месяца апреля прислали мырзы с Дону, Тохтар Уразлыев с братьею, ко государю Акболта мырзу, Иван Мурзина сына, да послов своих, Карамыша с товарыщи, бити челом, чтобы их государь пожаловал, велел кочевати промеж Дону и Волги и на Крым бы им помочь учинил, а Исмаилю они князю добили челом и за один хотят над Крымом промышляти. А ходили, сказывают, после Смаилева сына крымских улусов воевати, и пришли к Перекопу, в тех местех улусов не было, были за Перевопью, а иные были крымские улусы, и Нагаи все забиты на Днепр, на Литовскую сторону, и они за Днепр ходили, и нашли все улусы нагайские, и пристали все к Татар мурзе с товарыщи. И крымские улусы повоевали, и под Белгород, и под Очаков, и по рекам, по Бугу и по Ингулом по болшому и по [138] меншому, и все улусы и Заднепрье нагайские перешли с ними, и крымских воевали. И шли назад мимо ж Перекопи, а из Перекопи на них высылка не была, сидели от них все крымцы в осаде во всю зиму, и казаки государевы с ними с пищальми с Дону были же, и пришли на Дон здорово.

Отпуск на Дон. Месяца мая отпустил царь и великий князь, по Тохтарову мырзину челобитью с товарыщи, на Дон Тягри-бердея мырзу, Кепчака Нагайского, что преж сего с Днепра привез его, казаки черкаские, а с ним послал Данила Чюлкова, а с ним казаков многих, а велел им быти с мырзами за один, и ото Смаиля вести ждати, и за один промышляти над крымскими улусы, и послов Тохторовых, Карамыша с товарыщи, с ними ж отпустил, и жалованную свою с ними грамоту послал, пожаловал их, велел кочевати меж Дону и Волги, а от государевых им людей лиха никоторого не будет, и ослободил им во все свои городы ездити торговати, а самим мырзам приеждати к собе государю челом ударити и бити челом о своих нужах освободил приеждати и отъеждати по его жалованью, доброволно, и на Крым им казаков дал в помочь.

Отпустил государь гонца в Литву. Того ж месяца послал царь и великий князь гонца в Литву к королю Микиту Сущова с грамотою, а в грамоте писал против его писма, что писал король с Мартыном Полосковым, чтобы вперед ливонских немец не называть своими, и в которых его городкех посажал людей своих, и он бы из тех городков людей своих вывел, та земля извечна их государей царей благочестивых руских данщики, а за короли литовскими не бывала. На то у него, государя, прежних всех государей грамоты утверженные, и король бы в том со государем нежития не хотел, и в чюжие ся безлепь не вступал, а прислал бы послов своих великих, и царь и государь им велит показати все утверженные грамоты, почему они известно (извечно?) данщики их государьские, изъявляя государь свое и справедливство пред Богом и человеки, что не хочет невинных кровей крестьянских розлития, на послов к королю и опасную грамоту послал.

Отпуск в немцы болшой наряд. Того ж месяца отпустил государь в немцы войною и с болшим нарядом к городом бояр своих и воевод за их многие неправды, и за порушение крестьянские веры, и за позжение образов божиих, и с тех всех и за все их неисправление пред государем, и за то, что королю [139] городки многие позакладывали, и поздавали, и сами к королю ездили, и со всею землею прикладывался, и против государевы рати помочь емлет, и из-за моря паймует, и велел над немцы войнами промышляти, как милосердый Бог помочь подаст, и утвердит. В Болшом полку боярин и воевода князь Иван Федорович Мстиславской, да боярин и воевода Михайло Яковлич Морозов, да околничей и воевода Алексей Федорович Адашев, да воевода князь Федор Иванович Троекуров, да в Болшом полку с людми для посылок со князем Иваном же Федоровичем воевода князь Дмитрей Федорович Овчинин, да князь Иван княж Петров сын Охлябинин. В Передовом палку боярин и воевода князь Андрей Михайлович Курпской, да воевода князь Петр Иванович Горенской; в правой руке боярин и воевода князь Петр Иванович Шуйской да боярин и воевода Алексей Данилович Басманов; в левой руке боярин о воевода Иван Петрович Яковля да воевода князь Григорей Федорович Мещерской. В Сторожевом полку боярин и воевода князь Андрей Иванович Нохтев-Суздалской да воевода Иван Андреевич Бутурлин, а у норяду околничей и воевода Данило Федорович Адашев да Дмитрей Пушкину да с ними дети боярские многие головы стрелецкие.

О московском пожаре. Того ж лета июля в 13 день, в четверге, на собор Архистратига Гаврила, загореся на Москве за Неглимною на Никицкой улице храм Воскресение Христово у хорошие колоколницы, и погорело много дворов.

Того ж лета приехал ко царю государю и великому князю из Литвы от Жигимонта короля с грамотою гонец его Андрей Станислав, а писал король царю и великому князю, чтобы Ливонские земли не воевал, а в перемирие до урочных лет твердо стоял, а которые городы царь и великий князь в Ливонской земле поимал, и о том бы обсылаючися с королем не молвил, чтобы за таковыми незгодами кровопролитие болшое не сталося. И царь и великий князь ливонского посланника отпустил к королю.

Того ж месяца в 17 день, в среду, на память святые и великомученицы Марины, на семом часу дни, загореся на Арбате у Ризположения князя Федоровской двор Пожарского, и погоре много множество храмов и дворов от(п) Успенского врага, подле полое место, до дровеного двора, и берег весь до Клементия святого в Черторие, и посемченское селцо по Пречистую Богородицу на Могилцах, и Арбат весь, и за Арбат по Новинской монастырь, а царица и великая княгиня Анастасия в то время быст болна, и [140] царь и великий князь великою княгиню отправадил в свое село в Коломенское с великою нужею, занеже болезнь ее бысть велика зело. И приехал царь и великий князь на пожар и велик подвиг учинил со князем Володимером Андреевичем и с бояры о унятии пожара, и во многих местех силою отняша дворы, а у Леонтия святого на Успенском врагу, став встречю огню со многими людми и изставя на хоромех дворян своего двора и стрилцов, Божиею благодатию с великим трудом отнята хоромы от огня, и тако в той ночи достоль посаду сохранена бысть. Того ж месяца июля в 19 день, в пятницу, на память святые мученицы Макрины, на пятом часу дни, загорелося на Москве на Болшом посаде в Ромодановской слободе, и погоре дворов с двадцать. Того ж дни на осмом часу загореся за Неглинною по Дмитровской улице подьячего Русинова двор около Бынина, и погоре того дни много множество храмов и дворов, и едва царь и великий князь со князем Владимером Андреевичем, и с бояры, и двором своим, и стрелцы, и со Множеством народа многим трудом, Божиею благодатию, угасиша огонь.

Того ж лета августа в 2 день в пятницу приходили на царя и великого князя Украйну на Пегу крымские люди, а в головах у них был Девей мурза с крымскими людми, а всех их было 3000 человек, а на завтрее и прочь пошли. И ходили за ними с Тулы воеводы царя и великого князя, боярин князь Иван Дмитреивич Бельской, да князь Василей Михайлович Глинской, и иные воеводы, и дошли их на поле на третей день на Дону на ранней зоре. И татарове, подозрив многие полки и огни, полон посекли и иной пометали, а сами бегом отошли.

О приставлении великие царицы Анастасии. Того ж лета, августа в 7 день, на память святого мученика Деомида, в пятом часу дни, приставися благоверного царя и великого князя Ивана Васильевича всеа Русии царица и великая княгиня Анастасия. И погребена бысть в Девичье монастыре у Вознесения Христова в городе, у Фроловских ворот. Та бысть первая царица руская Московского государьства, а жила со царем и великим князем полчетвертанатца году, а осталися у царя и великого князя от нее два сына, царевич Иван 7 лет, а царевич Федор на четвертом году. Бе же на погребении ее Макарей, митрополит всеа Русии, и Матвей, епископ Крутицкой, и архимандриты, и игумены, и весь освященный собор, со царем же и великим князем брат его князь Юрьи Васильевич, и князь Володимер Андреевич, и царь Александр Сафакиреевич, и бояре, и вельможи, и не токмо множеству народу, но и все [141] нищии и убозии со всего града приидоша на погребение не для милостыни, но с плачем и рыданием велием провожаше, и от множества народу в улицах и едва могли тело ее отнести в монастырь. Царя и великого князя от великого станания и от жалости сердца едва под руце ведяху. И роздаде же по ней милостыню доволну по церквам и по монастырем в митрополие, и во архиепископиях, и во всех епископиях не токмо по градцким церквам, но и по всем уездом, много тысящь рублев. И во Царь-град, и во Ерусалим, и во Святую Гору, и в ыные тамошние страны. И во многие монастыри многую милостыню посла, бяше же о ней плач не мал, бе бо милостива и беззлобива ко всем.

Того ж месяца августа в 7 день, царь и великий князь детем своим, царевичю Ивану и царевичю Феодору, повеле делати двор особной на в зрубе, позади набережные болшие полаты, повеле же у царевичев на дворе храм болшой поставити Стретение Господа нашего Исуса Христа, а придел теплую церковь святого преподобно-мученика Никиты столпника, Переславского чюдотворца. Учини же у Болшого храму Сретения Господня протопопствие и к собором причте, повеле же делати церкви и хоромы спешно, чтобы детем своим в том дворе устроитися ранее. А брату своему князю Юрью Васильевичю велел царь и великий князь место очистити на двор дяди своего княже Юрьевской Ивановича Дмитровского, позади Ивана святого, что под колоколы. И Михайловской двор Юриевича Захарина и иные дворы велел снести, и место очистити по ограду по монастырскую Михайлова Чюда и по заулок, что к задним воротам того ж монастыря, и церковь повеле ставити на княжом дворе на сенех Введение Пречистые.

А жил князь Юрьи Васильевич и со княгинею своею, после отца своего преставления, у царя и великого князя в особных хоромех на отца своего дворе, а обиход ему был казенной и дворцовой всякой из государевы царевы и великого князя казны и из дворцов, все нерозделно.

От того же времени царь и великий князь брату своему князю Юрью Васильевичю учал обиход его строити из его городов и волостей, чем его благословил отец его, князь великий Василей Иванович всеа Русии, кузнью, и казною, и городы, и села, и волости, тако же учинил у него особно бояр, и дворецкого, и дьяков, и дворян, и столников, и стряпчих, и всяких приказных людей, как довлеет быти всякому государьскому чину во всяком обиходе.

А царю Александру Сафакиреевичю Казанскому царь и великий [142] князь повеле место очистити на двор у Николы чюдотворца Гостунсково княже Петровской Михайловича Щенятева да дворе Морозовых, и на том месте повеле царю Александру двор же поставити. А жил царь Александр на цареве же и великого князя дворе в хоромах у Спаса на Дворце, повеле же у него устрояти детей боярских, и дьяков, из всяких дворовых и приказных людей и пожаловать из своей казны, обиход же ему повеле давать с дворца доволен во всем, доколе совершенного возвраста доидет, тогда же ему младу сущу.

Того же лета августа в 14 день, в среду, приходил ко царю и великому князю бити челом отец его и богомолец Макарей, митрополит всеа Русии, да владыко Сарский и Подонский, и архимандриты все, и бояре все, и били челом царю и великому князю, чтобы государь скорбь о своей царице и великой княгине отложил, а положа упование на Бога, помыслил, чтобы ему женитвою не длити, занеже он, государь, во юноством возврасте, тех еще лет не дошел, чтобы ему можно без супружства быти, и он бы, государь, для крестьянские надежи, женился ранее, а себе бы нужи не наводил; и царь и великий князь митрополиту и бояром отказал, что себе о том помыслит да им ведомо учинит. Того же месяца, августа в 16 день, велел царь и великий князь митрополиту, и владыкам, и архимандритом, и бояром всем у себя быти и говорил митрополиту, и архимандритом, и бояром, что он, детей для своих возрасту, мыслил был не женитися, да, для митрополича прошения и земли для, хочет то дело о женитве совершить, а искати бы ему невесты в иных землях. И митрополит царя и великого князя благословил и мысль его возблагодарил, что государь то дело помыслил добро. И царь и великий князь Иван Василевич всеа Русии приговорил послати искати себе невесты в Литву к королю о сестре, да к Свейскому королю дочерей смотрити, да в черкасы у черкаских князей дочерей же смотрити. И примыслил царь и великий князь послати в Литву к королю напомянути его о вечном миру и о сватовстве околничего Федора Ивановича Сукина да дворцового дьяка Григория Шапкина, а прислал бы король того дела делати к царю и великому князю своих болших послов. А к Свейскому королю послати дочерей смотрити Федора Григорьева сына Беклемишева да подьячего Лату Зиновлева. А в черкасы у черкаских князей дочерей смотрити и привести их к Москве Федора Васильева сына Вокшерина да подьячего Семенку Мякинина. Тогда ж царь и великий [143] князь повеле к своей радости украшати пречюдные образы, и окладывати повеле их златом, и сребром, и яхонты, ко многим образом повеле делати и жемчюгом садати с дробницами и многих святых на дробницах воображати, не токмо древних святых, но и всех руских но(во)вых чюдотворцов, и святителей преподобных, и мученик, и брачная вся повеле готовити.

Того ж лета августа в 17 день, прислали ко царю и великому князю из Ливонские земли бояре и воеводы князь Иван Федорович Мстиславской да князь Петр Иванович Шуйской и все воеводы князя Ондрея княже Василева сына Репнина, а писали, что посылали из Юрьева в посылку в головах князя Василия Ивановича Барбашина и иных голов к городу к Велиану. И князя Василия встретили, не дошед Велиана, немцы, маистровы воиводы, ландмаршалка с товарыщи, а с ним же все собрание немецких людей Ливонские земли. И князь Василей тех людей всех побил, и воевод немецких, ла(нд)маршалка с товарыщи, пяти человек людей немецких живых взяли, и к ним прислали болших людей. Да побив тех людей, шел в город Вилиане, маистра старого Велим Ферщтенбериха со всеми людми в осаде осадили.

Того ж месяца август в 30 день, прислали ко царю и великому князю из Немецкие земли бояре и воеводы князь Иван Федорович Мстиславской да князь Петр Иванович Шуйской и все бояре и воеводы с сеунчом Василия Борисова сына Вислоухова-Сабурова да стрелецкого голову Григория Иванова сына Кафтырева, а писали, что, Божиям милосердием, великим приступом, и пушечным боем, и огнем город Велиань, и со всем пушечным нарядом, и в городе маистра Велим Ферштенбериха взяли и ко царю и великому князю послали с Неклюдом Дмитреевым сыном Бутурлина.

Того же лета были царя и великого князя послы в нагаех, у Исмаила князя, Петр Григорев сын Совин Болшой, а у Исмаилева сына у Магмет мурзы—Семен Малцов. И прислал ко царю и великому князю Исмаил князь с Петром Совиным, изымав дву мура нагайских, своих племянников, Уразлыевых детей Булат мурзу да Бобекзя мурзу, а брат их болшой Темир мурза, Уразлыев же сын, приехал ко царю и великому князю от своей воли с Семеном Малцовым служити.

Того ж лета посылал царь и великий князь из Астарахани в Крым Шавкалсково князя воевати в Судех Ивана Семенова сына Черемисинова с стрелцы, и с казаки, и со астораханскими людми. И [144] они пришли на Шавкал к городу к Тарком. И ша(в)лкаской князь с царя и великого князя людми бился половину дня и побежал от них в горы, а город Тарки покинул. И Иван Черемисинов город выжег, и руского и шавкалского поимал много, и отшел со всеми людми здорово.

В лето 7069, сентября в 4 день, прислали ко царю и великому князю из Ливонские земли бояре и воевода князь Иван Федорович Мстиславской да князь Петр Иванович Шуйской с сеунчом князя Василия княже Василева сына Волка-Ростовского, что они взяли город Таврас. Того же месяца сентября, бояре и воеводы князь Иван Федорович Мстиславской да князь Петр Иванович Шуйской и все воеводы взяли немецкой город Полчев, а с сеунчом прислали Никиту Новокрещеново.

Того ж лета, сентября в 8 день, с маистром с ливонским с Велем (Вилимом) Ферштенберехом Неклюд Дмитреев сын Бутурлина к Москве приехал, а поставлен в Новом городе в Олпатевской улице, на Иванкове дворе Таршанинове.

Того ж году, ноября в 21 день, на Ведениев день, священ храм Введение Пречистые, придел Никола Чюдотворец, пресвященным Макарием, митрополитом всеа Русии, на Новом дворе княже Юриеве Василиевичя, и того дни в той свой двор вошел. И того дни царь и великий князь со отцом своим, с Макарием митрополитом, у брата своего князя Юрья Васильевича ел и пировал.

Того же лета, декабря в в день, царю и великому князю Ивану Василевичю всеа Русии бил челом брат его князь Юрьи Василевич о ливонском майстре, о Велим Ферштенберхе, по маистрову челобитию, чтобы царь и великий князь, его для, маистра пожаловал, опалу свою майстру отдал; и царь и великий князь, для брата своего князя Юрья Василевича, маистра ливонского пожаловал. Того же месяца декабря в 9 день, велел ему быти на дворе, и он очи свои видети ему дал, и опалу свою ему отдал, и того дни у него ел.

Того ж лета, января, царь и великий князь Иван Василевич всеа Русии, по совету отца своего и богомолца Макария, митрополита всеа Русии, у Живоначалные Троицы в Сергиве монастыре учинил архимандритию, и поставлен в архимандриты Троицкой же игумен Елеуферей, и повелеша ему служити в шапке и место учиниша его в Русском государьстве выше всех архимандритов. [145]

Того ж лета, февраля в 2 день, освящена бысть церковь Сретение Господа Бога и Спаса нашего Исуса Христа Макарием, митрополитом всеа Русии, а на освящении был сам царь и великий князь Иван Василевич всеа Русии с детми своими, со царевичем Иваном и со царевичем Феодором.

Того ж году, февраля в 3 день, царь и великий князь печать старую меншую, что была при отце его великом князе Василие Ивановиче переменил, а учинил печать новую, складную: орел двоеглавной, а середи его человек на коне, а на другой стороне орел же двоеглавной, а середи его инрог.

Того ж году, февраля в 19 день, приходили ко царю и великому князю от Жигимонта Августа короля послы Ян Шимков, да Ян Гайко, да писарь Мартын Волотков, а идучи, сказывалися: идут о вечном миру и о сватовстве. А как пришли ко царю и великому князю, и послы говорили, чтобы царь и великий князь велел с ними записи записати, что царю и великому князю послати от себя на рубеж болших бояр, а королю выслати также на рубеж болших панов, а в споре записати в записи ж Новгород великой, да Псков, да Торопец, да Луки, да Ржеву, да Дорогобуж, да Смоленеск, да Северские городы все; да съехався поном с бояры, даговорити о том, в которую сторону тем городом пригоже быти, занеже будто те городы взяты у королей через правду, и, постановя о тех давно зашлых делех, и после того делати вечной мир и сватовство, да и о детех тогды договор учинити, которым детем на государьстве быти, занже тем детем, которые от королевны будут, и тем не на государьстве быти нелзе, да и о вере, чтобы воролевне быти в своей вере и костел бы ей на сенях поставити. И царь и великий князь велел с ними говорити бояром, чтобы делати мир и сватовство по прежним обычаем на Москве, как изстари бывало, а Новгород великой и иные городы в споре писати непригоже: то русских государей извечные отчины. И послы литовские отказали, что им, опричь сьезду, того дела никак не делати. И царь и великий князь велел им помянути о перемирие, и послы отказали: толко не запишет царь и великий князь Ливонские земли в перемирие, что ее не воевати, и им перемирия никак не делати же. И царь и великий князь велел им отказати, что тому быти нелзе, и отпустил их к королю, а послы не делали дела доброго никоторого.

Того ж месяца февраля, прислал ко царю и великому князю свейской король Ирик Густавов королев сын человека [146] своего Индрика Матвеева с грамотою, бьючи челом, а писал, что, в кои поры царя и великого князя посланник Феодор Беклемишов о царя и великого князя деле к ним пришел, и в те поры отца его Густава короля не стало, и они по отце своем и вся Свейская земля по Густаве короле в те поры были в великой скорби и, тое для скорби, царя и великого князя посол Федор у них позадержан был. А как после отца своего, с Божиею волею, учинился он государем на Свейской земли, и он царя и великого князя посла Феодора, не издержав, отпустил, и Федора неперепустило морской пролив, и государь бы в том на него не помолвил, а как лзе будет переехати, и он посла Феодора через морской пролив велит перепровадити, а своих послов ко царю и великому князю шлет лучших своих радных людей, любимого Нилсеирума (?) с товарыщи, и государь бы его пожаловал, дал на его послы опасную грамоту. И царь и великий князь Свейского короля посланника к королю отпустил и опасную грамоту на королевы послы к королю послал с королевым человеком Индриком.

Того же году за умножение грех наших был град велик в Можайске, да на Волоке, и в иных во многих городех. Много множество разыдеся людей из Можайска и из Волока на Рязань, и в Мещеру, и в понизовые города в Нижней Новгород; в Можайску купили ржи кадь можайскую в сорок алтын, а на Волоке купили ржи московскую четверть в десять алтын и свыше.

Того же зимы, февраля, послал царь и великий князь в Пятигорские черкасы в оджанские у черкаских князей дочерей смотрити Бориса Ивановича Сукина да с Борисом же вместе отпустил черкаского князя новокрещеного князя Гаврила Тазрутова сына, а бережения для проезду полсково от крымских людей, послал государь с Борисом голову стрелецкого Ивана Борисова Голохвастова со всеми его сотники, и с стрелцы, и иных детей боярских, и казаков многих, а ехали с Рязани, не замая Азова, полем.

Того ж лета, апреля в 27 день, приехал ко царю и великому князю из с Крыму служилой татарин Сенка Тутаев, да с Сенкою ж приехал ко государю и великому князю крымского царя гонец Уракчей, а от Магмет Кирея царевича человек его Ромодан, а от Сулеш человек его Кормаш, а прислал Девлет Кирей царь царю и великому князю поминка—аргомак, а писал царь крымской ко царю и великому князю в своей грамоте, чтобы к нему прислал царь и великий князь поминки таковы, каковы бывали Maгмет Кирею царю, и он, того для, в миру учинится; а Сенка же [147] Тутаев сказывал, что в Крыму голод великой, купят батман пшеницы в семь десять рублев московских денег.

Того ж лета, мая в 10 день, умер на Москве Юнус мурза Нагайской Юсуфов сын княжой, а на Нагайском княжение на болшом был же, и тело его царь и великий князь велел отвести по его приказу в Сарайчик, а что им надобе камки и бархат, по их закону, и царь и великий князь то все велел давати из своей казны. И отпустил его похоронити в Сарайчик, и подавати велел всего доволно, и жены его и все его люди его похоронити отпустил и волю им дал жити в Нагаех, а дети его Акмагмет мурза да Бимагмет мурза осталися на Москве служити государю.

Того ж месяца в 18 день, в неделю, священа бысть церковь каменна в Даниловском во имя святых отец седми соборов, а на освящении был царь и великий князь, и царевичи Иван и Феодор, да Макарий, митрополит всеа Русии, и владыки, и архимандриты.

Того же лета, июня, посылал царь и великий князь из Юрева на Ливонские немцы ратию воевати своих боярина князя Петра Ондреевича Булгакова и иных воевод, воевати Ливонские земли, в которых местех война не бывала. И они немецкие места повоевали и полону привели много множество.

Того ж лета, июня, царь и великий князь Иван Василевич всеа Русии пожаловал маистра Ливонского Велим Ферштенбериха да бискупа Юревского Гармана городом Любимом с волостьми в вотчину и отпустил их жити в вотчину, в Любим город, а сведены из Ливонские земли. Маистр взят в Вилиане, а бискуп Гарман взят в Юреве в Ливонском.

Того ж лета, июня в 15 день, в неделю, приехала к Москве из Пятигорских черкас Кабардинского княже Темрюкова Айдаровича дочь княжна Кученей, а посылал царь и великий князь Иван Василевич всеа Русии в черкасы для того Федора Василева сына Вокшерина да подьячего Семена Мякинина. А со княжною же приехали ко царю и великому князю брат ее Темгрюков же княжой сын Доманук мурза да Бекбулат царевич Тахтамышев, царевичев родной брат, а Тахтамыш служит царю и великому князю, а за Бекбулатом Темгрюкова ж княжая дочь Алтынчач царица, а Бекбулат царевич приехал с сыном Саил царевичем, приехали государю служити, а встречал княжну на Волге Иван Ондреевич Бутурлин, и к Москве с нею приехал Иван же Бутурлин, и поставили княжну в городе в старом, у Риз Положенских ворот, на Игнатьеве дворе Вешнякова. Того ж месяца царь и великий [148] князь Иван Василевич всеа Русии княжне черкаской велел быти на своем дворе, смотрел ее и полюбил. Того же лета, июля в 7 день, в неделю, черкаскую княжну Андрей Протопоп Благовещенской огласил ко крещению, и нарек ей имя во имя святые Марии Магдалыни, а царь и великий князь Иван Василевич всеа Русии нарек се себе невесту. Того ж месяца в 20 день, в неделю, на память святого пророка Ильи, крещена черкаская княжна Мария, а крестил ее Макарий, митрополит всеа Русии, в соборной церкви Успения Пречистые Богородица на Москве, а архиепископ Ростовский Никандр и владыки все в то время пели молебны в церкви Архистратига Михаила, где лежит отец царя и великого князя князь великий Василей Иванович всеа Русии, и дед его и прародители его все, а царь и великий князь того молебного пения слушал, до коего времени и крещение вершилося. А как митрополит крещение совершил, и царь и великий князь шел в церковь Пречистые Богородицы и с своими детми, со царевичи Иваном и Феодором, а брат его князь Юри Василевич с ним же, и благословил царь и великий князь новопросвещенную свою невесту, дал ей крест золотой с мощми, а царевичи ее благословили кресты же колоты с камением и с жемчюги.

Того ж лета, августа в 21 день, на память святого апостола Фаддея, в четверг, царь и великий князь Иван Василевич всеа Русии женился вторым браком, а взял за себя Кабартинского из черкас Темгрюка князя Айдаровича дочь, нареченную во святом крещении царевну Марию, а венчал его в соборной и апостольской церкви Успения Пречистыя Богородицы Преосвященный Макарий, митрополит всеа Русии. На радости ж его тогда были брат его князь Юрий Василевич, да князь Володимер Ондреевич и бояре, и велможи многие.

Того ж лета были у царя и великого князя Исмаилевы послы Тегри Бердей с товарыщи, а всех их было восми сот человек, а лошадей 5000.

Того ж лета были у царя и великого князя послы от Свейского короля Ирика Нилш Крум с товарыщи, и били челом царю и великому князю от своего государя Ирика короля, чтобы государь пожаловал, велел бояром своим и наместьником великого Нова-города учинити перемирие потому ж, как было с Ириковым отцом, с Густавом королем. Царь и великий князь Ирика короля пожаловал, велел в великом Нове-городе боярину князю Федору Андреевичю Булгакову учинити перемирие с Ириком королем на дватцать лет, [149] от лета 7070 до лета 7090, и грамоты велел написати перемирные на Москве, а сьезду велел быти о порубежных делех на рубеже, а перемирия, прошед половину, десять лет.

Того ж лета совершена церковь каменна Покров Пресвятые Богородица и Живоначальная святая Троица и иные приделы, что по конец Фроловского мосту, а почата делати после Казанского взятья, по государскому обету, как ему, государю, Бог поручил Казанское царство. Того же лета зделана церковь каменна во имя Усекновение Иоанна Предтечи в Новом городе на пяти улицах. Того ж лета совершена церковь каменна на Владычне дворе Резанского, по коней Грибневские улицы. Того ж лета совершена церковь каменна Никола Чюдотворец, хорошая колокольница, в Смоленской улице в Новом-городе.

Того ж августа приехал ко царю и великому князю Егрипской митрополит Иоасаф да Ефеской епископ, а привез митрополит Егрипской Иоасаф от патриарха Цареградского Иоасафа же царю и великому князю грамоты благословленые на царство с патриаршескою подписью и печатью, также и всех митрополитов и архиепископов в той грамоте руки приложены благословинии на царство да и древних царей поставление (В библиотеке Кирилова Белозерского монастыря в рукописи под № 28 (842-м), в 4 д. л., конца XVI века, 344 листа, между прочим, на лл. 35—47 помещен “Чин и устав о венчании и о поставлении царском. Переводил, на Москве, митрополит егрипьский Иоасаф, с патриарша потребника цареградского, лета 7070-го, месяца декабря 13 день; а прислал тот потребник к царю и великому князю патриарх цареградский Иасаф с митрополитом егрипьский Иоасафом же, со благословенными грамотами вместе, что прислал патриарх благословеные грамоты на царство царю и великому князю Ивану”. П. Строева “Библиологический словарь”, стр. 141—142.) царском Патриарх прислал. А в г(р)амоте благословеной и в царском поставлении пишет: Иоасаф, милостию Божиею, архиепископ Костантина-града, Нового Рима, вселенский патриарх, а с ним писаны в грамоте: Кесаринский и Каподокинский митрополит Макариос, Ангирский митрополит Герасим, Ераклинский митрополит Кирилос, Ефеский митрополит Лука Никейский митрополит Кирилос, Евгрипский и Кизичский митрополит Иоасаф, Филоделский митрополит Гаврилос, Селунский митрополит Феона, Андреянополский митрополит Арсениос, Еписидийский митрополит Венямин, Икониский митрополит Васелиос, [150] Никомидийский митрополит Дионисий, Халкидонский митрополит Еуфимий, Амасийкийский митрополит Генадий, Виденский митрополит Неофит, Бургкий митрополит Григориос, Ганусский митрополит Феона, Ерисунский и Святыя горы митрополит Давыд, Зихненский митрополит Калист, Мановасийский митрополит Еремей, Христианополский митрополит Макариос, Афинейский митрополит Калист, Коринфенский митрополит Софопий, Фивеиский митрополит Иоасаф, Ларинский митрополит Неофит, Неопатрыский митрополит Максим, Авлятцкий Мартьцский митрополит Гаврилосос, Филипополский митрополит Арсениос, Палеон Патрониский митрополит Герман, Лакомонийский митрополит Дорофей, Гарновийский митрополит Якимос, Ахиялский митрополит Акакиос, Алосонский архиепископ Иоасаф, Киприский епископ Дамаскин, Серпьский епископ Макариос, Полнянинский епископ Еупл. Сии же Констянтина града Ипасаф патриарх, и вси митрополиты, и архиенископи, и епископи благословиша боговенчанного царя и великого князя Ивана Василевича всеа Русии, еже быти и звати ему Царем, законно и благочестно венчанному; вкупе и от них и от их святые церкви просщение и благословение, понеже рода есть и крове царские, яко же они рекли на ползу всем благочестивым и христоименитым людем. Подписана же грамота лета 7062, индикта четвертого.

Того же вселенского патриарха великие церкви Константинополские, Нового Рима, кир Иасафа послание учително от божественных писании и преосвященному Макарию, митрополиту, обличая злославимую и пагубную и богомерскую Люторускую ересь. Преосвященному митрополиту Киевскому, паче же достойному владыке всеа Русии, о Святем Дусе возлюбленному брату нашего смирения, и сослужебнику, и боголюбивым епископом, и сослужебником в пониновении, сицевые самые святейшик митрополия. И боголюбивым архимандритом, и игуменом, и славнейшим в пресветлейшим князем, и прочим, иже всем Господним людем, и о Святем Дусе по приателству взлюбленным сыном нашего сми(т)рения, благодать, и мир, и милость буди все(м) вам от Бога Вседержителя Господа и Спаса нашего Исуса Христа. О сем же слышах смирение наше, яко же в тамошних странах ваших и по местом некие отметницы веры православные, еже не бе в нас ни ангел бо, ни человек, по то и сам Господь Бог Исус Христе, иже нас ради вочеловечився и веру преда нам, и иже божественые его ученицы и апостолы проповедаху и повсюду утвердивше. И по [151] апостолех седми соборов святых богоносных отец, к сим же участие положиша и поместом, и по сих онех временех богопроповедницы просветивше и возвеличиш, а еже паче разума их святого и сами весте премудрость их. К сим же и премногая чюдеса бываше силою веры православные, и всяко благоуверивше совершенно благочестие, и паче солнца чистейши и непорочну церковь предаша нам безо всякого сумнения, ей же ни врата адова не удолеют по глаголу Господну, и рече, яко всех мучителей и гонителей и уста еретическая силнии невозмогут победити ничесоже церкви, понеже рече Господь: на камени созижду церковь мою и основание стянет непоколебимо; и то самое основание православия святыми отцы предана нам божественная истинная православная вера. И есть в ваших странах в Малой Русии, некие отпадоша в погибель, в злослужение Люторско, в злословимую и пагубную ересь, отчитаеми убыточно и вредими не токмо сими, и неведущих губят, и прелщают инех; и понеже есми слышал сию немощную бурю, и смерть душевную в людех ваших пожалех, и поболех, и слезы точих на землю, горюще, и одержим скорбью и тугою великою. И сего ради послах к вам пресвященного митрополита Еврпьского, честнейшего начальника Еввия и местом владущему Кизиком, иже о Святем Дусе возлюбленного брата и сослужебника нашего смирения Тосподина Иоасафа, со всеми соборными пресвященными митрополиты обретающихся во святем соборе Ков(с)тянтина-града, яко от древних искуснейша мужа и благоразумна, и проповедаем истинную православную веру от святого писания. И веру утвердити благоверне, яко нашим образом, А еже вражия шатания еретическо проклятых Лютор духовным и обощренным мечем посекати, ибо словом Господним, яко секирами, рассекоша их божественным писанием, даже и обратити их в разум истинный, и ко спасению наставити их, и судив паче всея вселенные, и отчасти восхотехом обличити злославных люторов, о них же начинаем наказуя их божественным писанием, законным правилом явити им истину. Глаголют бо проклятии лютори ложно, яко святое и пречистое тело и кровь Христа Бога нашего, хлеб и вино в божественей тайне бываема, от святых иереев свидетельствуема, не то есть самое тело Господне и не тож честная кровь, но ркут, яко устав есть телу честному и крови Господни, яко Он сица ркуще; мы ж глаголем, яко злым разумом хулне разумевают и хулы глаголют проклятии Люторы. Мы же глаголем и проповедуем: и Бог наш Исус Христос в нощь предан бываше; прием хлеб, [152] благодарив, преломил, и рече: “приимите и ядите, се есть тело мое”; також и от чаши вино: “се есть кровь моя”; и дасть своим учеником и апостолом: “пийте от нее вси в мое воспоминание”; и не рече Господь наш Исус Христос: “устав есть телу моему и крови моем”. Не токмо тогда рече, и благодарив, дасть святым своим апостолом рек: “приимите и ядите, се есть тело мое и се есть кровь моя, пиите от нее вси”. Но тогда и ныне полагается и бывает молитвами священных иереев хлеб самое пречистое тело Господне и вино самая пречистая кровь Господня, благодати ради Всесвятого и Животворящего Духа, и божественных ради и святых молитв, и ходатайства иереев. Того ради благодатию рече Господь: “се есть тело мое и се есть кровь моя”. И мы, христиане, причащаемся, и причастницы бываем телу и крови Господней. Ино же паки пишет во Еу(в)галии: рече Христос: “и есть хлеб, иже и Аз дам вам тело мое”, но разумейте человеколюбия Божия нрава обычеи на потребу датися Богу сложением. Яко же рече Иван Дамаскин: обычая ради естества, превыше естеств в нас Господь учини, понеже обычай имут человеки хлеб ядуще, и воду и вино пьюще; сопряже и Божество своему телу и вместо Пречистого тела хлеб, и вместо Боготворящие крови вино дасть нам Господь, яко и Сам Господь причастник телу, Божеством и человеком бываше, зане яко человек плоть нося нас ради; також и мы причащаемся телу и крови Господни, но с ними жертвами Сынове Божии сподобляемся быти”. И нетако, яко же ркут еретицы, зане устав есть, а не самое тело Господпе, прочеж воистинну неустав есть—тело Господне, которым тайно действует священные иереи, но то самое истинное пречистое тело и кровь Господня, яко сам свидетелствует Господь о себе во Еу(н)галии, и малым учением явихомся. К симже паки хулы глаголют глаголемые люторы, яко еще что будет служащих в божественней литургии и во всяком действе, еще будет священник ли, простыи человек, и еще священнодейственик; рече бо в правиле 46-м и 47-м, яко единым епископом действовати благодатию Божиею действенным преосвященно действовати, и крещати, и прочим службам, а не свещенным людем или мирянину. И еще являет о сей вещи, иже 27-м правиле в Лаодокийстем соборе, яко же являем и в четвертом правиле второго вселенского собора, и глаголют, яко некоим священнодействовати и повелевает собор вторый вселенский Максим, по прозванию Пипину, который не епископ, и поставляет попы и дияконы, и закон запрещает, и не велит им священнодействовати, ни тому самому и быти епископу и [153] действовати, и тем, которые поставлены от пего в священнодейство, рекше в херотонии, и не имети их в священнодействие. Глаголют же в осмом на десять правиле в Сардикииском соборе, яко повелевает соборной суть были воставлены Мусеем и Евтихием не священнодейственных, и еретик извержет их собор. Верный же подобает, по святым и божественным правилом святых апостол и вселенских седми соборов святых и богоносных отец установление, и, кои не ходят по святым правилом и Бога не боящимся, и обличити их. И яков богопросвященный — девствеником и правилом, кои суть неправославни и не хотят слушати и повиноватися святым и божественным правилом, хулят уже уставы божественныя, и не услышани будут, яко же Господь наш Исус Христос постави перваго архиерея Иякова, брата Божия, во Иерусалиме, яко о сем вкратце воспомяную вам о поставлении. Третья ж хула их глаголемых люторов на Божественный закон сопротивно глаголет, что не постятся, зане сам Господь постися 40 дни и 40 нощи, а люторы не постятся ни среды, ни пятка во все лето и пребезаконствуют; а глаголют тако, что во Еу(н)галии пишет: “нест в том ползы, что не сквернить входящая в уста человеку, но исходяя, то сквернит человека”. И тако им глаголющим, несть им в том помощи тем мырастврренными (sic) помыслы. Инако речем, а не яко они ркут, яко фарисей, и ревность имели ко апостолом и глаголющим им ко Господу тако, по что не постятся ученицы твои; наказуя их Господь глаголя, яко ревность злее суть жертв фарисейских. И тогда в то время не было посту. И рече Господь: егда же них отыдет от них, тогда постятся”. И впросте рече: плоды и мясо чисты суть, вся суща тварь Божия, и что есть скверность, еже оскверняет нас. Божественого завещания непослушающим, а впростем ядении несть суда; та есть скверность и суд за преступление Божественного завещания ослушания. И тогда образ восприимем уставу, яко Адам первозданный, кой был в начало рожения нашего, ел от древа разумного, кое Бог ему заповедал, тем и преступник был и смерти вкуси душею, и из рая из(г)нан бысть коея ради вины? Не того ради, за что снел от древа разумного, смертну быти, и не насади Бог того ради, что смерти у быти плоду тому, насажение плода от Бога зла ради, негли тако уставися тех; но за то смерти вкуси, за преступление заповеди Божия; и от толикия льсти в гнев и в напасть впаде прьвозданный, якоже кои суть целестно взирают. И глаголющим в простоте: несть согрешили. Яко и о суде глаголющем друг на друга осужают, а не осужаем [154] вьядении, тако и несть грешно яко же, превыше нисах и глаголах яко Господь постися 40 дней и 40 нощи. И потом паки святые его апостолы в 69-м правиле повелевают и вещают сице: кто от епископ, или священик, или дьякон, или подьяк, во святый пост да непостився и в среды и в пятки во все лето, да извергнут; а миряне не постятся, да будут прокляти. И каковы себя нерассужающе люторы бываете законопреступницы Вожиих и святых отец заповедей, и сего ради и муке вечней и безаконечней предани будете. И четвертая хула преступления вашего: о проклятии лютори! Неверием непоклоняетеся Божественым и святым иконам. И в восмом на десять правиле святого и вселенского шестого собора отметаются и отступают блаженного и святого апостола Павла словес, глаголющему, еже блюсти нам святых отец предание, иже пишемых и не пишемых. И едина есть из них, елико предаша нам, не описано, якоже и дано есть нам не написано, на востоке поклонятися. Такоже поклоняемся и святому Божию образу, еже есть святый убрус нерукотворснный и образ, обретаемый у Авгаря царя и святому образу Пречистыя Богоматери, иже написал богогласный Лука, по существу Деву Матерь, и предал верным християном, и доныне обретаемо суть то божественное и святое писание и святых иконы, и мы убо не вместо Бога покланяемся, и их в них надежи Божиих и упование имам спасения, а не якоже еллини иногда, но, любве ради нашея, верно почитаем душею и покланяемся святым иконам всех святых Божиих угодник, и образы их святых верно и честно почитаем, за их ради святость, и вместо святых лица их кланяемся святым их образом. И егда ж бывает старость или, долготы ради, лепо рушится на иконе лица святых, и мы той не поклоняемся, что их божественные образы обетшали, и знатия образа сотрохся, по уставу празным иконам без писма не поклоняемся, но ради их святых образом кланяемся, а древо лразно оставляем, рече бо о иконах Великий Василий: “иже честь имеют первое святых и честных икон писания, иже патриарх Фотей, и Феодор Студит, и святый Иван Дамаскин” також рече: “написаша во святом иисании, еже нам верно чтити християном, и покланятися святым иконам благочиние, а неверующим и непоклоняющимся святым иконам, и святые соборы тех отмещут и проклята тех злочестивых иконоборцев”. Наипаче же церкви Христова честь восприят от святого и вселенского седмого собора, и доныне по всей вселенней празнуют празньство по вся лета в неделю православную, еже есть зборная; в первую неделю святого [155] поста обычай имать проклинати еретиков и иконоборцев, непоклоняющихся святым иконам, а Божественое предание и уложение церкви благочестивым царем Михаилом и царицы Феодоры. И паки о той же вещи бысть святый Вселенский седмый собор 360 святых отец, иже в Никеи; прокляша иконоборцев, и еретиков и к ползе имать быти всякому христианину верну, и внимати предание святых собор писание, якоже и самого Христа, занеже благодать Святого Духа имать уложение и предание святых мудрейшее, и не подобает нам забывати божественного устава святых отец собора и неподобает нам и недостойно мудрейшим быти по уложению и преданию их, да познаем сице мало наше наказание, блюстися всякому христианину крепце, и внимати и неполезно и проклято всякому еретику от святого собора. Ино ж паки лютором хула пятая и преступление, нечтуще святых божиих угодник и их святых мощей. Иже и божественный Давид глаголет во святем писании в тридесять осмом псалме и рече: “мне ж зело честни быша друзи твои, Боже”. И сам Господь рече во еу(ав)глии ко учеником своим: “вы ж мои друзи есте, и в тому не ради имате быти”. Паче ж достоит благодатных Его глагол благочестне внимати, и преизящно чтити и поклонятися святым и честным божиим угодником, и тако же поклонятися мощем святым их благодателю, Духа пресвятого церкви предано, и уложение свягых отец собора крепко здание Святого Духа явити им, яко друзи и чада Божия, понеже соединившимся им Богу по благодати, данней им, яко же рече и божественный Давыд: “Аз рех, Бози будете и сынове Вышнего”; яко же имать Христос благодать Святого Духа, естеством сый, понеже сосуды божественные святые; и паки рече Господь: “почию на вы пребываю”. И божественный апостол рече: “не весте вы, яко вплоти благотворящим телеси благоугодив”; яко храмы суть божественныя и сосуди святи и одушевлении и во всяком месте Господь чюдеса премногая ими сотвори, святыми их мощми, бесове прогоняются, и немощные недузи отгонятся, и болящие исцеляхуся, и слепые прозирают, обеснованные благоразумяться. Темже убо действом, пресвятого и животворящего Духа властию, чюдодеюща по вселенней, от святых мощей Христом Богом, иже во всем мире, и всяко даяние благо дается верным ото Отца небесного, иже от света, да когда бываше святии молебницы, боголюбивые епископы, молящуся им пред Богом, иже во всем мире. К сим же имут веру истинну и праву и свято сердце пред Богом и егда же молятся праве и благоверне и Божиим [156] благоволением. Ангели действуют святыми чюдесы, и от Бога благоданна им тем святым силою и действом пресвятого и животворящего Духа и молит еже о нас. И ради укращения словес наших воспоминаем вкратце, понеже свыше писание возвратимся, и началу нашего смирения правде, к сим же верным вопиюще и глаголюще им, и наказуя их, и завещаю завет. Яко обретшихся тамо христианом, христоименитым людем, да не вкупе с люторы будут, но отбегают их всею силою отнюдь, и всемощне бегайте и бежите от них, яко люторы злочестни суть и еретицы, и вседушне бегайте от них отнюдь всею силою. Яко же святый апостол Павел пишет и рече: “аще и ангел, благовествуя вам с небеси прочая и болша предания святых отец чрез устав владыки Христа Бога, проклят да 6удет”. И аще кой суть под прелестию впадоша в злочестие от злочестивых и злонравных лютор в ереси их впадоша злого разума, и восхотят покаяние прияти, и покаются истинне; и будете благочестие прияти их, и будут с нами в благочестивей вере нашей и аще сами своею волею отметаются, и аще священные с ними смешаются или миряне, и ти прокляти будут от ныне и до века, от нашего собора прокляти не прощены будут в веки веком от Бога Вседержителя, но и иные, елики их ересем последуеми будут, аще священный или архиерей чину благоверного, да извергутся чину. И благочестиве им тако завет завещаю сей благодатию Пресвятого и животворящего Духа, и советом и волею святого патриарха, и прочих всесвятейших патриарх Александрыского, Антиохиского и Ерусалимского, иже о святем Духе братии наших и сослужебник, и советом всех архиереев. Аминь.

Лета 7070, сентября, послал царь и великий князь в Кабардинские черкасы к Темгрюку князю посолством Ивана Борисова сына Федцова да Никиту Григорева сына Казаринова с Домануком мурзою вместе, и послал с ними к Темгрюку князю, и к его княгине, и к детем его свое великое жалование, платье и суды и свою радость им ска(за)ти, что царь и великий князь пожаловал дочерь их, взял за себя.

Того ж лета приходили Литовские люди на ливонские места до перемирного сроку под царя и великого князя город Тарвас, и взяли его подкопом, а стояли под ним шесть недель, а бережения для был в том городке князь Тимофей Кропоткин, да князь Матвей Путятин, да Григорей Трусов не со многими людми, и, как взорвало, и литовские люди взошли на город. И царя и великого князя люди их стены сбили, и литовские люди царя и великого [157] князя людем крест целовали на том, что их отпустити ко царю и великому князю со всеми их животы. И Троцкии воевода пан Николай Юревич Радивил, а иные королевы паны, целовав крест, царя и великого князя людям изменили, отпустили их, пограбя.

Того ж лета бил челом царю и великому князю Евгрипской митрополит Иосаф, чтобы его государь пожаловал, ослободил ехати по московским монастырем и в новгородские монастыри для милостыни. И царь и великий князь митрополита пожаловал, отпустил, велел ездити по всем монастырем.

Того ж лета, сентября в 21 день, в четверг, поехал царь и великий князь молитися к Живоначальной Троице в Сергиев монастырь, к чюдотворцове памяти, к Сергиеве, со царицею и великою княгинею Мариею, и с детми своими, и с братом со князем Юрем Василевичем, а от Троици царь и великий князь поехал в объезд по селом и со царицею и великою княгинею, а детей своих царевича Ивана и царевича Федора и брата своего Юря Василевича отпустил к Москве, а приказал царевичю Ивану на Мо(скве) быти в свое место и о всяких делех о воинских и о земских во все свое государство велел ему писати грамоты от себя.

Того ж лета, сентября, приехал ко царю и великому князю служити ногайской Тохтар мурза Улазлы мурзин сын с матерью, и с женою, и с детми, а людей его с ним приехало семьдесят человек. И царь и великий князь его пожаловал платьем и кормом издоволил для того, что собою дороден и просуж всем к делу ратному.

Того ж осени, ноября, приехал ко царю и великому князю с Днепра воевода князь Дмитрей Иванович Вышневетцской, а был государьскою посылкою на Днепре и крымские улусы воевал, которые кочевали блиско Днепра.

Того ж осени, ноября в 25 день, во вторник, царь и великий князь Иван Васильевич всеа Русии со царицею и великою княгинею из объезда к Москве приехал.

Того ж году, декабря в 16 день, царь и великий князь послал в Крым к Девлет Кирею царю с грамотою станицу служивых татар, Довлет Хозюря Занова с товарыщи, да ко царю же отпустил из его гонцов Татува черкашенина, а писал ко царю о дружбе, чтоб меж их государств гостем дорога отворилася.

Текст воспроизведен по изданию: Продолжение (1560-1563) "Летописца русского" // Чтения в Императорском Обществе Истории  и Древностей Российских, Книга 3. 1895

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.