Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ЖИТИЕ КНЯГИНИ ОЛЬГИ В РЕДАКЦИИ ПСКОВСКОГО КНИЖНИКА ВАСИЛИЯ (В ИНОЧЕСТВЕ ВАРЛААМА)

Агиографические произведения, посвященные святой княгине Ольге, не слишком разнообразны. До недавнего времени исследователи древнерусской агиографической литературы выделяли как правило три редакции Проложного жития (одна из которых сохранилась только в южнославянских списках), а также пространную и чрезвычайно подробную редакцию Жития, читающуюся в Степенной книге царского родословия 1. Помимо этого, известны поздние переделки житий конца XVI-XVII вв. — как русские 2, так и украинские 3. [67]

При этом заметное распространение в древнерусской книжности получили только две разновидности Жития святой: во-первых, краткое Проложное житие (древняя редакция северно-русских списков Пролога, по классификации Н. И. Серебрянского; или второй вид Проложного жития XIII-XIV вв., по классификации З. А. Гриценко) и, во-вторых, редакция Степенной книги. Первое из названных сочинений широко распространено в Прологах XV-XVII вв.; наиболее же ранние его списки выявлены в Прологе XIII-XIV вв. (РНБ. Q. n. I. 63) 4 и Прологе первой половины XIV в. (РГАДА. Ф. 381. Син. тип. № 173) 5. Время составления этой редакции Жития определяется исследователями по-разному. Весомым аргументом в пользу того, что она была составлена еще до монгольского завоевания и разрушения Киева в 1240 г., служит указание на мощи святой княгини Ольги, открыто почивающие в Киевской Десятинной церкви: «еже и ныне видимо есть всеми русскими сынами» 6. Что же касается редакции Степенной книги 7, то она, как полагают, была подготовлена специально для Степенной книги в качестве своего рода торжественного вступления к ней, причем при включении в Степенную книгу первоначальный текст подвергся некоторой переработке. Авторство этой редакции Жития святой Ольги приписывают знаменитому наставнику царя Ивана Грозного Сильвестру, священнику Благовещенского собора Московского Кремля, основанием для чего служит запись на полях рукописи XVI в., представляющей собой список первоначального [68] («старшего») варианта Жития княгини Ольги в редакции Степенной книги: «списано любомудрецем Селивестром прозвутером царствующего града Москвы» (РНБ. Погод. № 744) 8. К этому Житию примыкают два похвальных слова святой, составленных, очевидно, вместе с самим Житием (отдельно они не встречаются).

Две другие редакции Жития Ольги представлены очень небольшим числом списков или уникальны. Древнейшая южнославянская проложная редакция Жития (или первый вид Проложного жития, по классификации З. А. Гриценко) известна только в южнославянских списках XIII-XIV вв.; в более позднее время, начиная со второй половины XIV в., эта редакция не встречается 9. Наконец, датируемая XVI в. и связанная по происхождению с городом Псковом редакция Проложного жития княгини Ольги известна до сих пор в единственном списке — РГБ. Ф. 256 (Рум.). № 397 10. В историографии эта редакция получила название распространенной редакции Проложного жития (по Н. И. Серебрянскому); или распространенной редакции второго вида Проложного жития (по классификации З. А. Гриценко). Эти названия представляются мне неудачными, поэтому я бы предпочел называть ее Псковской редакцией или, точнее, сокращенной Псковской редакцией Жития княгини Ольги (ниже см. о пространной Псковской редакции Жития).

Рукопись Рум. № 397 представляет собой сборник служб и житий русских святых; она составлена в Пскове в 60-е гг. XVI в. В нее вошли некоторые произведения, связанные с именем известного псковского агиографа 40-60-х гг. XVI в. Василия (в иночестве Варлаама), сотрудника митрополита Макария в его работе над составлением Великих Миней Четьих, а впоследствии инока Крыпецкого монастыря. Так, Житие [69] псковского князя Всеволода-Гавриила, читающееся в этом сборнике (л. 390 об.-417 об.), принадлежит перу Василия; проложные жития Евфросина Псковского, Александра Невского и Саввы Крыпецкого представляют собой сокращенные переработки сочинений Василия, выполненные неизвестным псковским редактором; такую же сокращенную переработку Василиева Жития князя Всеволода-Гавриила представляет собой еще одно — проложное — житие святого, также включенное в псковский сборник (л. 359-360 об.). Кроме того, имя Василия названо в заголовках вошедших в сборник служб — Евфросину Псковскому, мученику Георгию Новому, пострадавшему в городе Средце в Болгарии от турок (его почитание в России началось с Новгорода и Пскова) и Савве Крыпецкому 11. Это дало основание Н. И. Серебрянскому весьма осторожно предположить, что и редакция Жития Ольги, читающаяся в Рум. № 397. может принадлежать перу Василия-Варлаама 12. Однако специально рассмотревшая этот вопрос З. А. Гриценко оспорила такую атрибутацию; по мнению исследовательницы, скорее можно говорить о сходстве Жития Ольги псковской редакции с теми житиями Рум. № 397, которые представляют собой проложные переработки сочинений Василия, т. е. принадлежат перу неизвестного псковского редактора XVI в. 13 Отсюда следует вывод: Житие Ольги было написано этим самым псковским редактором, бывшим, возможно, монахом того же Крыпецкого монастыря, что и Василий-Варлаам, и, вероятно, в подражание Василиевым житиям 14.

Последний вывод кажется мне явно преждевременным. Сходство Жития Ольги из Рум. № 397 с теми житиями того же сборника, которые были переработаны псковским книжником, скорее могло бы свидетельствовать о том, что перед нами переработка псковским редактором неизвестного до сих пор Жития княгини Ольги в редакции Василия-Варлаама. И это предположение находит совершенно точное подтверждение.

В рукописи конца XVI в. из собрания ЦГАЛИ (РГАДА. Ф. 187. Oп. 1. № 41) 15 (далее Архивский список) на л. 467-174 читается Житие [70] княгини Ольги в новой, ранее неизвестной редакции. Оно следует непосредственно за пространным Житием княгини в редакции Степенной книги, приведенным в сокращенном виде: без обоих похвальных слов (л. 425 об.-466 об.), но имеет особый, выделенный киноварью заголовок: «Похвала блаженныя и великия княгини Олги, нареченныя во святом крещении Елены, списано вкратце» (начало: «Святая и блаженъная и великая княиня Олга руская родися во Плесковъскои стране, в веси, зовомыа Выбуто...»). Рукопись № 41 (в 4°, на 536 листах, включая литерные) представляет собой сборник житий русских и славянских святых, а также слов на русские праздники. Помимо двух житий княгини Ольги («глава 19») здесь читаются следующие русские статьи:

«Глава 1»: Житие Пафнутия Боровского, списано Вассианом, архиепископом Ростовским (л. 2-26 об.; начало: «Светел и сладок есть зело, иже добродетели прилежаи...»; см. также л. 526-526 об.);

Похвала ему же (л. 27-38; нач.: «Похваля ему праведнику возвеселятся людие...»);

«Глава 2»: Житие Евфросина Псковского в редакции Василия-Варлаама (л. 39-150; нач.: «Иже святое житие поживших и веру божественую сохранших святых преподобных отец великых...»);

Похвала ему же (л. 155-155 об.; нач.: «Светла и просвещенна нам всечестнаго отца день, братие...»);

«Глава 3»: Житие Исаии, епископа Ростовского (л. 155-162; нач.: «Венець убо многоцветныи, всякым украшением цветовным украшен...»);

«Глава 4»: Житие Георгия Нового (л. 162-173 об.; нач.: «Аще убо и огнем искусися, Георгие, и за Христа кровь свою пролиа...»);

«Глава 5»: Житие Игнатия, епископа Ростовского (л. 173 об.-175; нач.: «Прославим всемилостиваго бога и пречистую богоматерь...»);

«Глава 6»: Житие Дионисия Глушицкого (л. 175-204; нач.: «Се бо ныне о сем блаженнем светлыи учитель славныи Павел вопиет...»);

«Глава 7»: Слово похвальное ему же (л. 204-208; нач.. «Молю же убо ныне, отцы и братиа...»);

«Глава 8»: Житие Иоанна Нового, «иже в Белеграде», списано Григорием Цамблаком (л. 208-216 об.; нач.: «Мнози учительства, иже добре и яко же богови любезно поживших образи, от них же убо един есть...»);

«Глава 9»: Знамение, бывшее от иконы Пречистой Богородицы, «иже в веси пьсковскиа Чирьсках», списано пресвитером Филофеем [71] (л. 216 об.-223 об.; нач.: «Понеже убо человечьскии род обыче святых памяти духовно с похвалами праздновати…») 16;

«Глава 10»: Слово о победе над волжскими болгарами в 1164 г. и праздновании 1 августа всемилостивому Спасу (л. 223-226 об.; нач.: «Ведети есть нам, братие, о сем возлюбленая, еже Пантократы день милости божиа празднуем...»);

Сказание о чудесах Владимирской иконы Божьей Матери (л. 226 об.-233; нач.: «Яко бо солнце его твори бог не на едином месте постави...»);

«Глава 11»: Слово на перенесение мощей митрополита Петра Пахомия Логофета (л. 233-245 об.; нач.: «Коль благо бог Израилев, правым сердцем рече божественыи пророк...»);

«Глава 12»: Повесть о Темир-Аксаке (л. 245 об.-256 об.; нач.: «В лето 6903-е, во дни княжениа благовернаго и христолюбиваго великаго князя Василиа Дмитриевичя...»);

«Глава 13»: Житие Ионы, архиепископа Новгородского (л. 256 об.-276; нач.: «Въспомянути блаженнаго нашего пастыря Иону добро поне малым словом...»);

«Глава 14»: Житие Димитрия Прилуцкого, списано Марином (так!), «игуменом тоя обители» (л. 276-300 об.; нач.: «Иже святое житие поживших и веру божественую съхранивших святых преподобных отец великых...»);

«Глава 15»: Слово похвальное Димитрию Прилуцкому (л. 300 об.-321; нач.: «Придете, святое и честное постник съсловие...»);

«Глава 16»: Слово похвальное ему же (л. 321-325; нач.: «Се убо нам прекратити слово писати, чюдеса святаго неисчетна бо суть...»);

«Глава 17»: Житие Алексея митрополита, составлено Пахомием Логофетом (л. 325-341; нач.: «Елма убо божественым мужем, хотящим повести написати, и венца от них похвалныя плести...»);

«Глава 18»: Житие Кирилла Белозерского (л. 342-425 об.; нач.: «Понеже убо онем великим и божественым мужем...»);

«Глава 20»: «Память и похвала князю Русскому Владимиру» Иакова Мниха (без «Похвалы Ольге») (л. 475-484; нач.: «Паул, святыи апостол, церковныи учитель и светило всего мира...»);

Житие святого Владимира (л. 484-490 об.; нач.: «Сице убо бысть малом преже сих лет сущу самодръжцу всея Рускиа земли Володимеру...»);

«Глава 21»: «Слово о законе и благодати» митрополита Илариона [72] (Третьей редакции, по классификации А. М. Молдована) 17 (л. 490 об.-514 об.);

Вне пронумерованных «глав»: Житие Всеволода-Гавриила, князя Псковского, без чудес (л. 515-525; нач.: «Радуйтесь, праведники, о господе; правым подобает похвала, похваляему праведнику возвеселятся людие...»).

Как видим, в сборнике широко представлены сочинения псковского происхождения, причем по меньшей мере два из них определенно принадлежат перу псковского книжника Василия-Варлаама — это Житие преподобного Евфросина Псковского (автор сам называет себя по имени: «яко понудисте мене смиренаго и недостоинаго и невежду клирика Василиа... преписати житие и подвизи отца нашего Ефросина», л. 42) и Житие псковского князя Всеволода-Гавриила, приведенное, правда, в усеченном виде: без отдельной статьи о перенесении мощей святого и без описания чудес (и, соответственно, без упоминания имени Василия, которое содержится именно в этих частях Жития). По составу памятей сборник ЦГАЛИ, № 41 обнаруживает заметное сходство с псковской рукописью Рум. № 397: помимо житий Евфросина, Всеволода и княгини Ольги, общими для обеих рукописей являются жития Ионы Новгородского, Пафнутия Боровского, Георгия Нового, Дионисия Глушицкого, Сказание о знамении от Чирской иконы Божьей Матери, Житие Исаии Ростовского и Слово о победе над волжскими болгарами и праздновании 1 августа; однако в большинстве случаев (за исключением одного из двух житий Всеволода-Гавриила в Рум. № 397) в рукописи ЦГАЛИ представлены пространные редакции памятников, а в Рум. — проложные, сокращенные.

Перейдем к анализу Архивского списка Жития княгини Ольги 18. Прежде всего, очевидно, что он очень близок к Псковской редакции [73] Жития Ольги по рукописи Рум. № 397, однако превосходит ее по объему почти в три раза. Нет сомнений, что эти два текста представляют собой две редакции одного и того же памятника — краткую (в Рум. № 397) и пространную (в ЦГАЛИ, № 41). Естественно возникает вопрос: имеем ли мы дело с распространением во втором случае первоначального краткого жития, или же с сокращением в первом первоначального пространного? Состав рукописей делает более вероятным второе предположение. Сравнение текстов обеих редакций подтверждает это.

Уже в самом начале Архивского списка явственно различим первоначальный авторский текст, механически сокращенный в списке Рум. № 397. Сравним:

Арх.

Рум.

О имени же отца и матере писание нигде же не изъяви, но толико в повестех мнозех обношашеся о рожестве блаженныя княгини Ольги и о житии ея, яко Выбуцкая весь изнесе святую и породи. И аз, многогрешьныи и грубыи, сия написах от многих и неложных сведетелеи слышах. И иная же от некоего малаго писания взях, яже о блаженныя, да не забвено будет святое ея житие и труды. Сие дозде, настоящее же да речется. Бяше же блаженная княгиня руская Олга образом тиха, и кротка, и любима ко всем... (л. 467-468)

О имени же отца и матере писание нигде же изъяви. Образом бяше святая тиха, и кротка, и любима ко всем... (л. 380 об.) [74]

Некоторые дополнительные чтения в Архивском списке по сравнению с Рум. № 397 представляют собой развернутые цитаты из «Похвалы княгине Ольге», читающейся в «Памяти и похвале князю Русскому Владимиру» Иакова Мниха. При этом в ряде случаев незначительные фрагменты этих цитат сохранились и в Рум. № 397. Сравним:

Арх.

Рум.

Блаженная же великая княгиня Олга по смерти мужа своего Игоря, великаго князя рускаго, освященна бывше божию благодатью и в сердцы приимши божию благодать. О како похвалю, братие, блаженную княгиню Олгу, не веде! Телом жена сущи, мужеску мудрость имеюще, просвещена Святым Духом, вразумевше бога истиннаго, творца небу и земли, воставши от прелести идольскиа, иде в землю Греческую, в Царствующии град, взыскати веры Христовы, идеже цари християньстии и християнство утвердися... (л. 468-468 об.)

Святая же княиня Олга по смерти мужа своего Игоря просвещена бывши божиею благодатию и иде в землю Греческую, в Царствующий град, взыскати веры Христовы, идеже християнъство утвердися... (л. 381)

Сравним в «Памяти и похвале»: «Та бо блаженая княгине руская Олга по смерти мужа своего Игоря, князя рускаго, освещена бывши божиею благодатию и в сердци приимши божию благодать. О како похвалю блаженую княгиню Олгу, братие, не виде! Телом жена сущи, мужеску мудрость имеющи, просвещена Святым Духом, разумевши бога истиннаго, творца небу и земли, въставши, иде в землю Гречьскую, в Царьград, идеже цари крестиании и крестьаньство утвердися» 19. Процитированный выше отрывок из ЦГАЛИ, № 41 представляет собой почти дословную выписку из «Памяти и похвалы»; что же касается текста из Рум. № 397, то он заимствован не непосредственно из «Похвалы», но из пространной редакции Архивского списка.

То же можно продемонстрировать еще на нескольких примерах:

Арх.

Рум.

...и отпустиша ю с миром восвояси. Святая же великая княгиня Елена возвратися в землю свою Рускую к людем своим с радостию великою, просвещена благодатию Святаго Духа, несущи знамение честнаго креста, сиречь святаго крещениа. Посем же нача требища бесовская сокрушати и кумиры по многим местом… (л. 469)

...и отпустиша ю с великою честью в землю Рускую к людем своим. И посем святая нача требища и [75] кумиры сокрушати по многим местом… (л. 381 об.)

Сравним в «Памяти и похвале»: «...възвратися в землю Рускую, в дом свои и к людем своим с радостию великою, освещена духом и телом, несущи знамение честнаго креста. И потом требища бесовьская съкруши...» (Срезневский. С. 4).

Арх.

Рум.

И на верху честнаго гроба того оконце сотворено бяше, и ту видят тело блаженный великиа княгине Олги лежаще цело и тлению непричастно и благодатию Святаго Духа светяшеся яко солнце. Да иже кто с великою верою придет к честному гробу святыя, и оконце то, иже на гробе святыя, само себе отверзется, и видят честное тело цело, и мнози приемлют нескудно исцеление, а цем же кто недугом одержим бяше, и вси равно исцеляхуся от священных мощей святых, и отходят в домы своя радующеся и славляху бога и пречистую богородицу и святую великую княгиню Олгу. О дивное и страшное и преславное чюдо, братие, и похвалы всякиа достойно: тело честное и святое во гробе цело, аки спя, почивает! Поистинне дивен бог во святых своих, бог Израилев. То видяще человецы вернии прославляют бога, прославляющаго рабы своя. А другим, иже не с верою приходящим к честному ковчегу святыя, не отворится оконце гробное, и не видят святаго и честнаго ея тела, но токмо гроб видяху святыя. Тако бо бог прославляет рабу свою великую княгиню Олгу Рускую, нареченную во святом крещении Елену... (л. 473 об.-474)

И на верху гроба того честнаго оконце сътвориша, и туде видять блаженныа тело лежаше цело и тлению непричастно, но светяшеся, яко солнце. А иже кто приидет с верою ко гробу святыя, и оконце оно, иже на гробе святыа, само о себе отверзется, и видят честное тело, и мнози приемлют исцеление неоскудно, а другим, иже не с верою приходящим к честному ковчегу святыа, не отворится оконце гробное, и не видят святаго и честнаго ея тела, но токмо гроб видяху святыя… (л. 382-382 об.) [76]

В «Памяти и похвале»: «...и на верху фоба оконце сътворено, и туда видети тело блаженыя Олгы лежаще цело; да иже с верою придеть, отворится оконче и видеть честное тело лежаще цело и дивяся чюду таковому, толико лет в гробе лежащю телу не раздрушимуся... О дивное и страшное чюдо, братие, и преславно, достойно и похвалы всякое! Тело то честное в гробе цело, аки спя, почивает. Поистине дивен бог в святых своих, бог Израилев. То видя, верней человеце прославят бога, прославляющаго рабы своя. А другым, иже не с верою прихо[дя]ть, не отворится оконче гробное, и не видять тела того честнаго, но токмо гроб. Тако бог прослави рабу свою Олгу, рускую княгиню, нареченую в святом крещении Елена» (Срезневский. С. 5).

Исследователи и прежде отмечали очевидное влияние «Памяти и похвалы» на Житие княгини Ольги в редакции Рум. № 397, в частности, при описании чудес у гроба святой (последний пример) 20. Теперь выясняется, что влияние это опосредованное — через редакцию Жития, отразившуюся в Архивском списке. В последнем процитирована — очень близко к оригиналу — почти вся «Похвала Ольге» из «Памяти и похвалы князю Русскому Владимиру» Иакова Мниха, причем не в виде какого-то единого блока, но, так сказать, чересполосно. Так, помимо процитированных выше фрагментов, к «Похвале Ольге» полностью или частично восходят пассаж о возвращении княгини из Пскова в Киев («...и нача жити о Христе Исусе...» до слов: «молящи бога день и нощь о спасении своем», л. 470 об.-471) и похвала бoгy, прославившему святую («бог бо своя рабы прославляет... и бог прослави ю и по смерти», л. 473; в редакции Рум. № 397 обоих этих фрагментов нет).

Время окончательного сложения текста «Памяти и похвалы», включая «Похвалу Ольге», остается неизвестным. Вставной характер последней не вызывает сомнений: в рукописях встречаются как списки «Памяти и похвалы князю Владимиру» без «Похвалы Ольге», так и (правда, уникальный) список «Похвалы Ольге» вне «Памяти и похвалы» 21. Во всяком случае, к началу XV в. памятник в полном виде уже существовал: древнейший из известных его списков датировался 1414 г. (так называемый Мусин-Пушкинский список, к сожалению, погибший) 22. Как уже отмечалось выше, «Память и похвала» (но без «Похвалы Ольге»!) переписана и в сборнике ЦГАЛИ, № 41. [77]

Еще одним памятником, с которым явно сближается Архивский список, является Житие Ольги в редакции Степенной книги. Здесь также надо отметить, что сходство со Степенной книгой Жития Ольги в редакции Рум. № 397 и раньше не вызывало сомнений: так, только в этих памятниках сообщается о рождении княгини в Выбутской веси, о ее проречении относительно будущего процветания города Пскова и заботе о псковской церкви Святой Троицы 23; имеются и очевидные текстуальные сближения (например, в сообщении о блюде, которое княгиня вручила по крещении патриарху). Но если мы сравним редакции Жития в Архивском списке и в Степенной книге, то увидим уже значительнее текстуальные совпадения:

Арх.

Степ.

Таже патриарх Фотии нача святую учити от правил святых апостол и святых отец вселенских седми собор яже о вере и о воздании будущих благ от господа нашего Исуса Христа, иже воздаст комуждо по делом его: праведным царство небесное и жизнь бес конца, иже не леть есть усты человеческими изрещи, яже уготова господь любящим его, а грешным тма кромешная и черв неусыпающии и иныя мукы во веки и на веки, конца не имущи, комуждо противу делом. Святая же понича слезами обливашеся и землю моча стояше, якоже некая губа морская напояшеся от росы небесныя, такоже и святая Олга, приимаше в сласть от святеишаго патриарха учениа от божественаго писаниа. Блаженная же княгиня Олга даде патриарху блюдо златом устроено и драгими камыки и жемчюгом на послужение святому олтарю соборныя церкви Софеи Премудрости Божиа (л. 268а-268а об.)

И беседова к ней, и поучение предлагая... и от правил святых апостол и святых отец вселенских собор... и о воздаянии комуждо по делом его: грешником тьма кромешная, огнь неугасимый и черви неусыпающии и иныя муки в веки и на веки конца де имущи, а праведным царство небесное и жизнь без конца и прочая благая, их же усты человеческими немощно изрещи... Блаженная же Ольга, поклонши главу, стояше, аки губа морская от росы небесныя напаяема, божественых писании учение в сладость приимаше от святеишаго патриарха; от радостотворнаго же плача слезами себе обливаше, ими же землю умачаша...

И тогда блаженная Ольга вдаде патриарху блюдо златом устроено з драгим камением и бисером на потребу святому олтарю преименитаго храма соборныя церкви Премудрости Божия Слова (ПСРЛ. Т. 21. Ч. 1. С. 14)

В краткой редакции по Рум. № 397 об этом сообщается очень кратко: «И паки поучив ю патриарх от божественых писании. Посем святая даде патриярху блюдо злато з драгими камыками и ж жемчюгом устроено на послужение святому олтарю соборные церкви» (л. 381). [78]

Арх.

Степ.

Посем же хожаше блаженная княгиня Олга по градом и по местом и учаше люди вере Христове, и уроки легкие и дани полагаше на людех...

...якоже святая благоверная великая царица Елена с сыном своим святым царем Костянтином многи земля приведе во святое крещение и Крест Господень обрете во Иерусалиме некоим жидовином Июдою... И сама та святая царица Елена хожаше и поставляше церкви по святым местом, идеже господь бог нашь походи своими ногами. Такоже и та святая великая княгиня Олга подражаше житию великиа царицы Елене во всем, многи кумиры сокруши, и в тех место церкви Христовы воздвигошася (л. 469 об.-470)

Подражаше бо житию христолюбивыя царицы Елены, иже с сыном своим Костянтином царем многи земли приведоша во святое крещение. Святая бо Елена Крест Господень обреет во Иерусалиме и сама обхожаше по святым местом, идеже сам Христос бог нашь своими пречистыми ногами походи, и тамо христолюбивая Елена постави святыя церкви. Такая сия блаженная Ольга, новая Елена, обходящи грады и веси во всей Русстеи земли всем людем благочестие проповедая и учаше их вере Христове... дани и оброки легки уставляющи и кумиры сокрушающе и на кумирниских местех кресты Христовы поставляющи (ПСРЛ. Т. 21. Ч. 1.С. 21-22)

В краткой редакции по Рум. № 397 видим лишь начало цитаты: «Посем же святая хожаше по градом и по местом, учаше веры Христове и уроки легкии и дани полагаше на людех...» (л. 381 об.).

Однозначно ответить на вопрос, послужило ли Житие Ольги в редакции Степенной книги источником для автора Псковской редакции, или же, наоборот, автор Жития в Степенной книге воспользовался Псковской редакцией как одним из своих источников, не так просто. И все же общее сличение обоих текстов делает второе предположение более вероятным: редакция Степенной книги представляет собой дальнейшее распространение Жития Ольги, дальнейшее насыщение его риторическими оборотами и нравоучительными сентенциями 24. Приходится считаться и с указанием самого автора Псковской редакции Жития, который сообщает, что «написах» свой труд «от многих и неложных сведетелеи... и иная же от некоего малаго писания», что было бы не слишком уместно в том случае, если бы он имел своим источником обширное Житие в редакции Степенной книги. [79]

Прочие источники Псковской редакции Жития святой Ольги определяются с большей или меньшей степенью вероятности. Общая канва событий, по всей видимости, заимствована автором из летописи. Еще одним источником Псковского жития могло стать краткое Проложное житие княгини Ольги. В нем, в частности, так же как и в Псковской редакции, названы по именам константинопольский патриарх Фотий и император Иоанн Цимисхий (впрочем, оба эти имени есть и в редакции Степенной книги). Кроме того, обе редакции памятника сближаются текстуально: во-первых, в известии о данях, возложенных Ольгой на своих людей: «посем же хожаше блаженная княгиня Олга по градом и по местом и учаше люди вере Христове, и уроки легкие и дани полагаше на людех» (л. 469 об.; ср. в Проложном житии: «и обиходяще всю Русьскую землю, дани и урокы льгькы уставляющи и кумиры съкрушающи» 25), и, во-вторых, при описании предсмертной заповеди Ольги «честное свое тело положити равно з землею, могилы не осыпати над нею, ни трижнениа творити» (л. 471 об.; ср. в Проложном житии: «заповеда... погрести ся с землею ровно, а могылы не сути, ни тризны творити, ни дына (?) деяти, нъ посла злато к патриарху в Царьград...» 26). Правда, здесь надо сделать существенную оговорку. Обе приведенные фразы читаются также и в Житии Ольги в редакции Степенной книги, причем в последнем оказываются полнее и ближе к тексту краткого Проложного жития. Ср.: 1) «Тако сия блаженная Ольга... обходящи грады и веси во всей Русстеи земли, всем людем благочестие проповедая и учаше их вере Христове... дани и оброки легки уставляющи и кумиры сокрушающе…» 27; 2) «...яко же есть обычай християном погребати равна со землею. Могылы же надо мною да не дерзнеть никтоже сыпати, ни тризны творити, но посли злато в Царствующий град к патриарху» 28 (курсивом выделены фрагменты, общие для Степенной книги и краткого Проложного жития, но отсутствующие в распространенной Псковской редакции). Однако кажется вполне вероятным самостоятельное обращение автора Степенной книги к краткому Проложному житию, что предполагал еще Н. И. Серебрянский 29. Характерно, например, что автор Жития Ольги в редакции Степенной книги сообщает о принесении ею из [80] Царьграда креста, поставленного впоследствии в алтаре киевского Софийского собора 30: факт, отмеченный как в южнославянском, так и в русском кратком проложных житиях, но не включенный в Псковскую редакцию.

Автор Псковской редакции Жития прямо называет среди своих источников Житие князя Владимира (л. 472 об.); очевидно, именно отсюда он заимствовал сведения об украшении киевской церкви Пресвятой Богородицы (кстати, и здесь есть текстуальное совпадение с редакцией Степенной книги), а также христианское имя князя Владимира — Василий, и имя «старейшины» Десятинной церкви Анастаса Корсунянина 31 (там же; в редакции Степенной книги этих имен нет). Патетическое восклицание автора Псковской редакции: «О дивство преславным вещем: идеже бесовская жилища беяху, ту ныне Христос прославляется со Отцем и Святым Духом» (л. 469-469 об.), может, конечно, представлять собой обычный агиографический штамп, но, с другой стороны, заставляет вспомнить «Слово о законе и благодати» Илариона Киевского и, особенно, т. н. «Слово на обновление Десятинной церкви» (или, что по существу то же, «Чудо святого Климента, папы Римского, о отрочати»): «...идеже бо жертвицы бесом беша, ту святыя церкви славят Отца и Сына и Святаго Духа...» 32. Кажется вероятным знакомство автора Жития также с церковной службой княгине Ольге 33, хотя прямых текстуальных совпадений со стихирами и каноном святой не видно. Известие о блюде, подаренном княгиней Ольгой патриарху Фотию, могло быть заимствовано из «Паломника» новгородского архиепископа Антония 34. Именование великомученицы Евфимии «прехвальной» (л. 471 об.) скорее всего обнаруживает знакомство автора с Житием святой, которое в минеях четьих соседствует с Житием Ольги; в его заголовке святая названа «добропобедной» и «всехвальной» 35. Наконец, имя «жидовина Иуды» (ставшего впоследствии, под именем Кириак, епископом Иерусалимским) и подробности обретения Креста Господня царицей Еленой (л. 469 об.-470), очевидно, стали известны автору из Сказания об [81] обретении Креста Господня или же из Жития святых царей Константина и Елены.

Возвращаясь к сравнению текстов Жития Ольги по Рум. № 379 и ЦГАЛИ, № 41 (т. е. Краткой и Пространной псковских редакций), отметим, что манера работы псковского редактора рукописи Рум. № 397 со своим источником очень напоминает ту, которая — по наблюдениям исследователей — отличала его же работу с житиями псковского книжника Василия-Варлаама. В сокращенных переработках последних, включенных в Рум. № 397, опущены характерные для Василия пространные вступления и отступления отвлеченного характера, этикетные авторские самоуничижения; отличительная черта их стиля — простота и лаконичность 36. То же можно сказать и о переработке в Рум. № 397 Пространной псковской редакции Жития Ольги. Приведем — в добавление к тому, что говорилось выше, — еще два подтверждающих примера:

Арх.

Рум.

Бяше же блаженная княгиня русская Олга образом тиха, и кротка, и любима ко всем, такоже и мудра зело, аще и в неверьствии суще и бога не знающе, творца небу и земли... (л. 468)

Образом бяше святая тиха, и кротка, и любима ко всем, и мудра зело... (л. 380 об.)

Последи же и сам князь великии рускии Святослав, о нем же преже помянухом, в неверии суще убиен бысть от безбожных и скверных и зверообразных агарян (л. 471)

Последи же и сам Святослав в неверии убьен бысть от агарян (л. 382)

В основном, сокращения редактора Рум. № 397 сделаны вполне умело; они и в самом деле облегчают и упрощают текст и к тому же исправляют явные фактические ошибки распространенной редакции Псковского жития (так, например, сняты имена патриарха Фотия и императора Иоанна Цимисхия, которые в распространенной редакции представлены как собеседники княгини Ольги). Но порой оказываются исключенными фразы, несущие важную смысловую нагрузку, что мешает правильному пониманию последующего текста. Так, в ответе княгини Ольги царю, намеревавшемуся вопреки ее желанию «поять» ее в жены, в Рум. № 397 пропущена ключевая фраза, собственно и свидетельствующая о мудрости русской княгини: [82]

Арх.

Рум.

Царю, не подобает христианом поганых поимати; крести мя, аз за тя иду, понеже некрещене ми сущи... (л. 468 об.)

Царю, не подобает християном поганых поимати... (л. 381)

Как известно, по летописи и Житию Ольги, именно личное участие императора в обряде крещения русской княгини сделало невозможным последующее бракосочетание.

Выявление текста Пространной редакции Псковского жития княгини Ольги позволяет, как мне кажется, дать ответ на вопрос о принадлежности этого сочинения перу псковского агиографа XVI в. Василия-Варлаама. Все те характерные черты творческой манеры Василия, которые выделяют исследователи 37, проявляются здесь достаточно отчетливо. Это и многословие, витиеватость изложения, и использование разного рода житийных штампов и трафаретов, и частые отступления от сюжета, после которых автор вынужден вновь возвращаться к связному повествованию. Исследователи отмечают характерный формальный прием Василия: возвращаясь к главной своей теме, он обычно использует одни и те же фразы: «сие же дозде», «по сем же предлежащее да речется», «о сем дозде прекратим слово, настоящее же да речется», «сие же дозде речеся»; причем эти выражения присутствуют во всех его житиях, являясь как бы «визитной карточкой» псковского агиографа 38. Подобные фразы — «Сие дозде, настоящее же да речется» (или: «Сие же дозде, настоящее же да речется») — трижды встречаются в Архивском списке Жития Ольги, наглядно свидетельствуя в пользу авторства Василия-Варлаама.

Во вступлении к своему сочинению автор Псковской редакции жития сообщает о своих разысканиях относительно биографии святой, [83] о тех источниках, которыми ему удалось воспользоваться: «О имени же отца и матере писание нигде же не изъяви, но толико в повестех мнозех обношашеся... И азъ многогрешьныи и грубыи сия написах от многих и неложных сведетелеи слышах. И иная же от некоего малаго писания взях, яже о блаженныя, да не забвено будет святое ея житие и труды» (л. 467-467 об.). Это также очень характерно для Василия. Ср. в Житии преподобного Евфросина Псковского в его редакции: «Мы же... дерзнувшу преписати... от самого того писаниа, иже преже нас написана быша от некоего слагателя, о нем же преже помянух, и иная же от слышаниа от неложных сведетелеи»; «а о отци его и о матере писание не изъяви...» 39. И также в Житии князя Всеволода-Гавриила Псковского: «...А еже от младых ногтей житие его, сего не свем и не обретох нигде-же; сие же малое изообретох» 40. Присуща Василию (впрочем, как и большинству древнерусских агиографов) самоуничижетельная оценка своей «худости» (ср. выше: «азъ многогрешьныи и грубыи»). Наконец, как черту авторского стиля Василия-Варлаама исследователи называют включение в текст обширных и дословных цитат из других произведений. В этом отношении показательно использование в Псковской редакции обширных фрагментов «Похвалы Ольге» из «Памяти и похвалы князю Владимиру».

Таким образом, осторожное предположение Н. И. Серебрянского о принадлежности Василию псковской переработки XVI в. Жития княгини Ольги подтверждается, но с существенным уточнением. По-видимому, с большой степенью вероятности можно утверждать, что Васильевская редакция Жития Ольги сохранилась в списке ЦГАЛИ, № 41; что же касается списка Рум. № 379, который был известен Н. И. Серебрянскому и другим исследователям, то он представляет собой сокращенную проложную переработку этого Жития, выполненную псковским книжником, — точно так же, как ряд других проложных житий этого сборника (Евфросина Псковского, Александра Невского, Саввы Крыпецкого и первое из двух житий Всеволода-Гавриила) представляют собой переработки житий, написанных Василием.

В заключение кратко подведем итог нашему исследованию. Выявление нового текста Жития княгини Ольги заставляет пересмотреть прежнюю классификацию известных редакций памятника. К настоящему времени она должна принять следующий вид:

1. «Древнейшее» (южнославянское) проложное Житие, известное в южнославянских списках XIII-XIV вв. [84]

2. Краткое (русское) проложное Житие (древнейшие списки: РНБ. Q. n. I. 63 XIII-XIV вв. и РГАДА. Ф. 381. № 173 первой половины XIV в.).

3. Псковская редакция Жития (список ЦГАЛИ, № 41).

4. Сокращенная Псковская редакция (список Рум. № 397).

5. Редакция Степенной книги.

6. «Особая» редакция проложного Жития конца XVI — начала XVII в. (список РГБ. Ф. 37. № 194).

Не исключено, что в дальнейшем могут быть выявлены и другие редакции Жития княгини Ольги.

Приложение

Псковская редакция Жития княгини Ольги

(Издается по рукописи: РГАДА. Ф. 187 (ЦГАЛИ). № 41. Сборник житий русских и славянских святых. Кон. XVI в. Л. 467-474).

[П]охвала 41 бл(а)женныя и великия княгини Олги, [н]ареченныя 42 во с(вя)том крещении Елены, списано вкратце.

С(вя)тая и блаженъная и великая княиня Олга руская родися во Плесковъскои стране, в веси, зовомыя Выбуто. Отца имяше неверна сущи, такоже и матерь некрещену от языка варяжьска, от рода не от княжьска, ни от велмож, но от простых бяше человек. О имени же отца и матере писание нигде же не изъяви, но толико в повестех мнозех обношашеся /л. 467 об./ о рожестве блаженныя княгини Ольги и о житии ея, яко Выбуцкая весь изнесе с(вя)тую и породи. И аз, многогрешьныи и грубыи, сия написах от многих и неложных сведетелеи слышах 43. /л. 468/ И иная ж(е) от некоег(о) малаго писания взях, яж(е) о блаж(е)нныя, да не забвено будет с(вя)тое ея житие и труды. Сие дозде, настоящее ж(е) да речется. Бяше ж(е) бл(а)женная княгиня руская Олга образом тиха, и кротка, и любима ко всем, також(е) и м(у)дра зело, аще и в неверьствии суще и б(о)га не знающе, творца н(е)бу и земли. Кн(я)зь ж(е) рускии Игорь поня ю за ся за премногую ея прем(у)дрость и добронравие. По времени ж(е) родися с(ы)н има С(вя)тослав, еще бо в неверьствии има суще. Посем ж(е) древяне убиша великаго кн(я)зя рускаг(о) Игоря. В то ж(е) время С(вя)тославу еще младу сущи, остася о(т)ца своег(о) и седе в Киеве. Блаж(е)нная ж(е) великая кн(я)гиня Олга по см(е)рти мужа своег(о) Игоря, великаго кн(я)зя рускаго, ос(вя)щ(е)нна бывше б(о)жию бл(а)г(о)д(а)тью и в с(е)рдцы /л. 468 об./ [85] приимши б(о)жию бл(а)г(о)д(а)ть. О како похвалю, брат(и)е, бл(а)женную княгиню Олгу, не веде! Телом жена сущи, муж(е)ску м(у)дрость имеюще, просвещена С(вя)тым Д(у)хом, вразумевше б(о)га истиннаго, творца н(е)бу и земли, воставши от прелести идол(ь)скиа, иде в землю Греческую, в Ц(а)рствующии град, взыскати веры Х(ри)с(то)вы, идеж(е) ц(а)ри хр(и)стияньстии и християнство утвердися. И пришедши в Ц(а)рствующии град и спроси от патриарха Фотея с(вя)т(а)го кр(е)щ(е)ниа. Ц(а)рь ж(е) Иван Цымисхии восхоте пояти ю, понеж(е) м(у)дра бе и красна зело. Она ж(е) вразумлена бывше действием С(вя)т(а)го Д(у)ха и ум(у)дри ц(а)ря и г(лаго)ла: «Ц(а)рю, не подобает хр(и)стианом поганых поимати; кр(е)сти мя, аз за тя иду, понеж(е) некр(е)щене ми сущи». Ц(а)рь ж(е) Иван /л. 468а/ Цымисхии с патриархом Фотеем сам кр(е)сти ю своима рукама во имя Отца и С(ы)на и С(вя)т(а)го Д(у)ха, и наречено бысть имя еи во с(вя)том кр(е)щ(е)нии Елена. Она ж(е) велми возрадовася д(у)шею и телом, иж(е) прия оглашение с(вя)т(а)го кр(е)щ(е)ния. Таж(е) патриарх Фотии нача с(вя)тую учити от правил с(вя)тых ап(о)с(то)л и с(вя)тых о(те)ц вселенских седми собор яж(е) о вере и о воздании будущих бл(а)г от г(о)с(под)а н(а)ш(е)го Ис(у)са Х(ри)с(т)а, иж(е) воздаст комуждо по делом его: праведным ц(а)рство н(е)б(е)сное и жизнь бес конца, иже не леть есть усты ч(е)л(ове)ческими изрещи, яж(е) уготова г(о)с(по)дь любящим его, а грешным тма кромешная и червъ неусыпающии и иныя мукы во веки и на веки 44, конца не имущи /л. 468а об./, комуждо противу делом. С(вя)тая ж(е) понича слезами обливашеся и землю моча стояше, якож(е) некая губа морская напояшеся от росы н(е)б(е)сныя, також(е) и с(вя)тая Олга, приимаше в сласть от с(вя)теишаго патриарха уч(е)ниа от б(о)ж(е)ственаго писаниа. Бл(а)женная ж(е) княгиня Олга даде патриарху блюдо златом устроено и драгими камыки и жемчюгом на послужение с(вя)т(о)му олтарю соборныя ц(е)ркви Софеи Прем(у)дрости Б(о)жиа. Таж(е) ц(а)рь г(лаго)ла ей: «Поиди за мя, се уже кр(е)щена еси». Бл(а)ж(е)нная ж(е) княгиня Елена отвеща ц(а)рю и реч(е): «Ц(а)рю, не подобно ти есть поняти, понеже бо родил мя еси в купели банею с(вя)т(а)го кр(е)щ(е)ниа». Ц(а)рь ж(е) Иван Iл. 469I Цымисхии в том часе бысть в размышлен(и)и велице о сем и рече: «О великая кн(я)гиня Елена, понеж(е) ум(у)дрила мя еси своею м(у)дростию». Ц(а)рь же Иван Цымисхии даде бл(а)ж(е)нныя дары многи, також(е) и патриарх Фотии, и отпустиша ю с миром восвояси. С(вя)тая ж(е) великая княгиня Елена возвратися в землю свою Рускую к людем своим с радостию великою, просвещена бл(а)г(о)д(а)тию С(вя)т(а)го Д(у)ха, несущи знамение ч(е)стнаго [86] кр(е)ста, сиречь с(вя)т(а)го кр(е)щ(е)ниа. Посем же нача требища бесовская сокрушати и кумиры по многим местом и в тех место нача кр(е)сты Х(ри)с(то)вы поставляти. Кр(е)сты ж(е) те Х(ри)с(то)вы творят знамениа и чюдеса многа и до сего дни м(о)л(и)твами с(вя)тыя великия княгини Елене. О дивство /л. 469 об./ преславным вещем. Идеже бесовская жилища беяху, ту н(ы)не Х(ри)с(тос) прославляется со О(т)цем и С(вя)тым Д(у)хом. Посем ж(е) хожаше бл(а)ж(е)нная кн(я)гиня Олга по градом и по местом и учаше люди вере Х(ри)с(то)ве, и уроки легкие и дани полагаше на людех. О преславное чюдо, братие! Х(ристо)с не остави нас, раб своих, во тме неверия погружатися на кончины века, но изведе нас ис тмы на свет с(вя)тою бл(а)женною великою княгинею Олгою и ея унуком, с(вя)тым бл(а)говерным великим кн(я)зем Владимеpoм, и ос(ы)нотвори нас с(вя)тым кр(е)щ(е)нием, якож(е) с(вя)тая бл(а)говерная великая ц(а)р(и)ца Елена с с(ы)ном своим с(вя)тым ц(а)рем Костянтином многи земля приведе во с(вя)тое кр(е)щен(и)е и Кр(е)ст Г(о)с(поде)нь обрете во Иер(у)с(а)л(и)ме некоим /л. 470/ жидовином Июдою, последи ж(е) тои Июда, нареченный Кирияк, бяше еп(и)с(ко)п Иер(у)с(а)л(и)му, и многи неверныя жиды обрати ко г(о)с(под)у б(о)гу. И сама та с(вя)тая ц(а)р(и)ца Елена хожаше и поставляше ц(е)ркви по с(вя)тым местом, идеже г(о)с(под)ь б(о)г н(а)шь походи своими ногами. Такоже и та с(вя)тая великая кн(я)гиня Олга подражаше житию великиа ц(а)р(и)цы Елене во всем, многи кумиры сокруши, и в тех место ц(е)ркви Х(ри)с(то)вы воздвигошася. Сие же дозде, настоящее ж(е) да ре[че]тся 45. Таж(е) посем с(вя)тая бл(а)говерная великая кн(я)гиня Елена бл(а)г(о)д(а)тию Х(ри)с(то)вою прииде на место на конец Плесковы реки и Великиа и возлюби е велми. Бяше ж(е) на месте том лес велик, и дубравы многы /л. 470 об./ прилегли бяху к месту тому, и на месте ж(е) том виде лучю трисиятелнаг(о) б(о)ж(е)ства. И ту помолився с(вя)тая г(о)с(под)у б(о)гу и постави кр(е)ст на месте том, кр(е)ст ж(е) той стоит и до сего дни на том месте в памят(ь) ея. Таж(е) рече своим боляром пророческым гласом, г(лаго)ля: «На месте сем будет ц(е)ркви С(вя)тая и неразделимая Тро(и)ца, и град будет велик и славен зело и всем изобилен будет». И посем же отиде в Киев с(вя)тая бл(а)женная великая княгиня Олга, нареч(е)нная во с(вя)том кр(е)щ(е)нии Елена к с(ы)ну своему С(вя)тославу, и нача жити о Х(ри)с(т)е Ис(у)се, и возлюбивши б(о)га от всея д(у)ша своея; також(е) и б(о)г возлюби ю. И поиде въслед г(о)с(под)а н(а)ш(е)го Ис(у)са Х(ри)с(т)а, и всеми добрыми делы осветившеся, и /л. 471/ м(и)л(о)ст(ы)нею украшьшися, нагия одевающи, жадныя напояющи и странныа упокоевающи, нищая и вдовица и сироты вся милующи, и потребу даяше им всяку с тихостию [87] и любов(и)ю от всего с(е)рдца своег(о). И молящи б(о)га д(е)нь и нощь о сп(а)с(е)нии своем, и учаше с(ы)на своег(о) С(вя)тослав(а) о вере Х(ри)с(то)ве. Он ж(е), аки зверь, нимало си внят о сем, но хожаше со многою силою, и пленяше грады многы, и покоряше под свою область, и дани многи полагаше на них. Последи ж(е) и сам кн(я)зь великии рускии С(вя)тослав, о нем же преж(е) помянухом, в неверии суще убиен быс(ть) от безбожных и скверных и зверообразных агарян. Посем ж(е) с(вя)тая посла много злата на Плесков-реку, идеж(е) виде лучю /л. 471 об./ трисиятелнаго б(о)ж(е)ства, на сорудение б(о)жественыя ц(е)ркви С(вя)тыя Тро(и)ца. И тако поживе во с(вя)том кр(е)щении с(вя)тая бл(а)женная кн(я)гиня Олга лет 15 и угоди б(о)гу по премногу добрыми делы своими, скончав житие свое о Х(ри)с(т)е, и заповеда боляром своим и всем людем ч(е)стное свое тело положити равно з землею, могилы не осыпати над нею, ни трижнениа творити. Також(е) и успе с миром, предав д(у)шу свою с(вя)тую 46 и ч(е)стную в руце Х(ри)с(т)у б(о)гу, и преиде на вечныя обители, идеж(е) вси с(вя)тии почивают. И приложися к с(вя)тым женам в лето 6477-е м(е)с(я)ца июля в 11 д(е)н(ь), на памят(ь) с(вя)тыя великом(у)ч(е)н(и)цы Еуфимии прехвал(ь)ныя, и положено бысть ч(е)стное и с(вя)тое ея тело в том же /л. 472/ пр(и)снословущем граде Киеве. Времени ж(е) немалу минувшу по с(вя)тем ея преставлении восхоте б(о)г просветите Рускую землю с(вя)тьш кр(е)щ(е)нием и вдохну бл(а)г(о)д(а)ть С(вя)т(а)го Д(у)ха в крепкод(у)шнаго с(е)рдце великаго кн(я)зя Владимера Киевскаго, внука бл(а)ж(е)нныя княгини Олги. Кр(е)стися сам с(вя)тыи бл(а)говерныи великии кн(я)зь Владимер Киевский, и нареч(е)но бысть имя его во с(вя)т(о)м кр(е)щении Василии, и вся воя своя кр(е)сти, також(е) и вси грады рускиа кр(е)сти и приведе и в веру Х(ри)с(то)ву. Таже посем во граде Киеве бл(а)говерныи великии кн(я)зь Владимер постави ц(е)рк(о)в пречюдну велми во имя С(вя)тыя Б(огороди)ца, и украси ю зело иконами и книгами и всеми лепотами ц(е)рковными, /л. 472 об./ и даде от всего имениа своег(о) ц(е)ркви С(вя)тыа Б(огороди)ца десятину, и постави в ней старейшиною Анастаса Корсунянина. И аще хошеши, любимиче, пространно уведати о с(вя)том великом кн(я)зи Владимере, и вся написашася в житии его, яж(е) о нем. Сие дозде, настоящее ж(е) да реч(е)тся, яж(е) о бл(а)женыя кн(я)гини Олги, нареченныя во с(вя)том кр(е)щении Елене. Времени ж(е) многу минувшу по преставлении с(вя)тыя кн(я)гини Олги, бл(а)ж(е)нныи ж(е) великии кн(я)зь Владимер воспомяну о мощех с(вя)тыя бабы своея, великиа княгини Олги, и сам прииде с митрополитом, и со всем с(вя)щенным собором 47, и с [88] фимианом, и со /л. 473/ псалмопением на место, идеж(е) лежаху ч(е)стныа мощи с(вя)тыя кн(я)гини Олги, и раскопавше землю, и обретоша тело с(вя)тыя нерушимо пребывает даже и до днес(ь), якож(е) бе и первое. С(в)ятыи ж(е) кн(я)зь Владимер и вси ту сущии прославиша б(о)га, даровавшего им ч(е)стныа мощи с(вя)тыя кн(я)гини Олги. Б(о)г бо своя рабы прославляет, peч(e) бо прор(о)ком своим: «Славящая мя прославлю и укаряющая мя бес чести будуть». Бл(а)ж(е)нная ж(е) княгиня Олга прослави б(о)га всеми добрыми делы, и б(о)г прослави ю и по смерти. С(вя)тыи ж(е) кн(я)зь Владимер взя ч(е)стныя и с(вя)щ(е)нныя мощи с(вя)тыа кн(я)гини Олги со псалмопением и с фим(и)яном, /л. 473 об./ и положи в ц(е)ркви С(вя)тыя Б(огороди)ца ч(е)стно во гробе камене мале. И на верху честнаго гроба того оконце сотворено бяше, и ту видят тело бл(а)женныя великиа княгине Олги лежаще цело и тлению непричастно и бл(а)г(о)д(а)тию С(вя)т(а)го Д(у)ха светяшеся як(о) с(о)лнце. Да иж(е) кто с великою верою приидет к ч(е)стному гробу с(вя)тыя, и оконце то, иже на гробе с(вя)тыя, само себе отверзется, и видят честное тело цело, и мнози приемлют нескудно исцеление, а цем ж(е) кто недугом одержим бяше, и вси равно исцеляхуся от с(вя)щ(е)нных мощей с(вя)тых, и отходят в домы своя радующеся и славляху б(о)га и пр(е)ч(и)стую /л. 474/ б(огороди)цу и с(вя)тую великую княгиню Олгу. О дивное и страшное и преславное чюдо, братие, и похвалы всякиа достойно: тело ч(е)стное и с(вя)тое во гробе цело, аки спя, почивает! Поистинне дивен б(о)г во с(вя)тых своих, б(о)г Из(ра)ил(е)в. То видяше ч(е)л(ове)цы вернии прославляют б(о)га, прославляющаго рабы своя. А другим, иже не с верою приходящим к ч(е)стному ковчегу с(вя)тыя, не отворится оконце гробное, и не видят с(вя)т(а)го и ч(е)стнаго ея тела, но токмо гроб видяху с(вя)тыя. Тако бо б(о)г прославляет рабу свою великую кн(я)гиню Олгу рускую, нареченную во с(вя)том кр(е)щении Елену. Б(о)гу н(а)ш(е)му слав(а) со О(т)ц(е)м, с Пр(е)с(вя)тым и бл(а)гым и животворящим ти Д(у)хом и н(ы)не и пр(и)сно и во веки веком. Амин(ь) 48.

Комментарии

1. См.; Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития: Обзор редакций и тексты. М., 1915. С. 22-43; Перетц В. Н. Исследования и материалы по истории старинной украинской литературы XVI-XVIII вв. М; Л., 1962. С. 10-12; Гриценко З. А. 1) Агиографические произведения о княгине Ольге // Литература Древней Руси. М., 1981. С. 35-46; 2) Литературные памятники о княгине Ольге XII-XVII вв. (История текста, становление жанров, стиль). АКД. М., 1979. Кроме того, известна «Похвала княгине Ольге», но она, в подавляющем большинстве случаев, читается в составе произведения, входящего в круг агиографических памятников, посвященных Владимиру Святому, а именно в «Памяти и похвале князю Русскому Владимиру» Иакова Мниха. З. А. Гриценко в качестве еще одной самостоятельной редакции Жития Ольги выделяет Житие из Миней четьих Иоанна Милютина середины XVII в. (Гриценко З. А. Агиографические сочинения... С. 40-41); но это, по-видимому, недоразумение. Дело в том, что весь рассказ агиографа XVII в. полностью восходит к Степенной книге. Это относится и к рассказу о внуках княгини Ольги — Ярополке, Олеге и Владимире и о крещении князем Ярославом Владимировичем останков Ярополка и Олега; именно из Степенной книги — вопреки предположению исследовательницы — заимствованы все ссылки на Иоанна Златоуста, Григория Богослова, на посмертное крещение «Платона еллина», трех сыновей Иезекии, царя Иерусалимского, а также некой девушки-язычницы. См.: ПСРЛ. Т. 21. Ч. 1. СПб., 1908. С. 166-167 (глава 75-я). Именно на эту главу 75-ю грани 1-й и сослался сам Иоанн Милютин в приписке на полях своей рукописи: см.: Гриценко З. А. Агиографические произведения... С. 40.

2. З. А. Гриценко (Гриценко З. А. Агиографические сочинения... С. 39) выделяет особую «краткую редакцию второго вида Проложного жития» конца XVI — начала XVII в., сохранившуюся в единственном известном списке (РГБ. Ф. 37. Собрание Т. Ф. Большакова. № 194); эта редакция называет Ольгу дочерью некоего мифического «князя Тьмютараканя».

3. Перетц В. Н. Исследования и материалы... С. 13-28, 66-76 (украинская обработка Жития княгини Ольги, восходящая к Степенной книге).

4. Гранстрем Е. Э. Описание русских и славянских пергаменных рукописей. Л., 1953. С. 82; ср.: Гриценко З. А. Агиографические произведения... С. 38.

5. Каталог славяно-русских рукописных книг XI-XIV вв., хранящихся в ЦГАДА СССР. Ч. 2. М., 1988. С. 262-263. Поэтому списку Житие Ольги было опубликовано А. И. Соболевским (Соболевский А. И. Памятники древнерусской литературы, посвященные Владимиру св. // Чтения в Историческом обществе Нестора Летописца. Кн. 2. Киев, 1888. С. 67-68, старый шифр № 368), а также в разночтениях Н. И. Серебрянским (Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития. Приложения. С. 7-8).

6. Ср.; Макарий (Булгаков), митр. История Русской церкви. Кн. 2. М., 1995. С. 52.

7. ПСРЛ.Т. 21.4. 1.С. 6-38.

8. См.: Соболевский А. И. Поп Сильвестр и Домострой // Известия Академии наук СССР по русскому языку и словесности. 1929. Т. 2. Вып. 1. Л., 1929. С. 196-202; Курукин И. В. Сильвестр и составление Жития Ольги Степенной книги // Теория и практика источниковедения и археографии отечественной истории. М., 1979. С. 51-60.

9. Издания текста: Востоков А. X. Описание русских и славянских рукописей Румянцевского музеума. СПб., 1842, С. 452-453; Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития. Приложения. С. 6-7 (в обоих случаях по списку РГБ. Ф. 256 (Рум.). № 319); Ламанский В. И. О некоторых славяно-русских рукописях в Белграде, Загребе и Вене, с филологическими и историческими примечаниями. СПб., 1864. С. 113 (по Синаксарю 1340 г.). Перечень известных к настоящему времени списков: Гриценко З. А. Агиографические произведения... С. 39.

10. См. Востоков А. X. Описание... С. 601. Издания текста: Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития. Приложения. С. 8-12; Макарий (Булгаков), митр. История Русской Церкви. Кн. 2. С. 538-539.

11. Востоков А. X. Описание... С. 592-603 (подробное постатейное описание Рум. № 397). Ср. также: Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития. С. 36-38; Дмитриева Р. П. Василий (в иноках Варлаам) // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2: Вторая половина XIV-XVI в. Ч. 1. Л., 1988. С. 112-116.

12. Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития. С. 36-38.

13. Гриценко З. А. Агиографические произведения... С. 41-46.

14. Там же. С. 46; она же. Литературные памятники... С. 10-11.

15. Л. Н. Пушкарев датирует сборник № 41 XVII в. (Пушкарев Л. Н. Рукописи житийного содержания Центрального государственного архива литературы и искусства // ТОДРЛ. Т. 13. М.; Л., 1957. С. 550; здесь же описание состава сборника, однако выборочное и к тому же неточное). По мнению А. М. Молдована, Сборник составлен в XVI в. (Молдован А. М. Слово о законе и благодати Илариона. Киев, 1984. С. 24).

16. В рукописи Рум. № 397 Филофей назван как автор канонов Знамению Чирской иконы Божьей Матери и на обретение мощей псковского князя Всеволода-Гавриила (Востоков А. X. Описание... С. 597).

17. Опубликовано А. М. Молдованом в разночтениях к Третьей редакции «Слова» (Слово о законе и благодати Илариона. С. 158-183).

18. Судя по указанию ещё М. П. Погодина, процитировавшего начало известного ему списка Жития княгини Ольги (см.: Погодин М. П. Нечто о роде великой княгини Ольги // Труды и летописи ОИДР. Ч. IV. Кн. 1. М., 1828. С. 134), Псковская редакция Жития читается также в июльском томе Царского комплекта Великих Миней Четьих (ГИМ. Син. № 182. Л. 184 и след.), до сих пор не имеющего постатейного описания (общее описание соответствующего тома: Протасьева Т. Н. Описание рукописей Синодального собрания (не вошедших в описание А. В. Горского и К. И. Невоструева). М., 1970. С. 203-205); при том, что в Софийском и Успенском комплектах Великих Миней Четьих этого Жития еще нет (ср.: Абрамович Д. И. Описание рукописей Санкт-Петербургской Духовной Академии: Софийская библиотека. Вып. 2. СПб., 1907. С. 137; Иосиф (Левицкий), архим. Подробное оглавление Великих Четких Миней Всероссийского митрополита Макария, хранящихся в Московской Патриаршей (ныне Синодальной) библиотеке. М., 1892. Стб. 308-309). К сожалению, в настоящий момент у меня нет возможности проверить этот факт, поэтому я пользуюсь текстом Псковской редакции только по Архивскому списку. Однако если в Царском комплекте Великих Миней Четьих, в отличие от Успенского комплекта (работа над которым завершилась в 1552 г.), действительно имеется эта редакция Жития Ольги, то это позволяет датировать ее создание временем не позднее 1554 г. (время окончания работы над Царским комплектом; см.: Дробленкова Н. Ф. Великие Минеи Четии // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2. Ч. 1. Л., 1988. С. 127) — т. с. тем самым временем, когда было создано и Житие Александра Невского в редакции Василия-Варлаама (оно, как известно, также вошло лишь в Царский комплект Великих Миней Четьих, не попав в Успенский (Дмитриева Р. П. Василий... С. 113)). Можно полагать, что точное установление этого факта поможет до конца выяснить ряд вопросов, намеченных в настоящей статье.

19. Срезневский В. И. Память и похвала князю Владимиру и его Житие по сп. 1494 г. // Записки Имп. Академии наук по ист.-филолог. отд. Т. 1. № 6. СПб., 1897. С. 4. Далее страницы издания указаны в тексте.

20. Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития. С. 38; Гриценко З. А. Агиографические произведения... С. 38-39.

21. Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития. С. 32-36; Приложения. С. 12-13 (по рукописи XVII в.).

22. См.: Срезневский В. И. Мусин-Пушкинский сборник 1414 г. в копии начала XIX в. // Записки Имп. Академии наук. Т. 72. СПб., 1893. Приложения. № 5. С. 17-31.

23. Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития. С. 36-37, 40.

24. Отметим в этой связи, что еще Е. Е. Голубинский (История Русской Церкви. Т. 1. Ч. 1. М., 1901. С. 81, прим. 1) и Н. И. Серебрянский (Древнерусские княжеские жития. С. 36-37) обосновывали первичность проложного Жития (т. е. Сокращенной редакции Псковского жития) по сравнению с редакцией Жития Ольги Степенной книги. Впрочем, один из аргументов Н. И. Серебрянского — отсутствие в проложной редакции имен патриарха Фотия и императора Иоанна Цимисхия (Там же. С. 37, прим. 5) — должен быть оставлен: в полной редакции Псковского жития по Архивскому списку оба эти имени присутствуют.

25. Соболевский А. И. Памятники древнерусской литературы, посвященные Владимиру св. С. 68 (по Прологу Син. тип. № 173).

26. Там же. Подборку разночтений к загадочному «дына» (или «бъдына») см.: Гриценко З. А. Загадочное «бъдынъ» (Об одном разночтении в произведениях о княгине Ольге) // Герменевтика древнерусской литературы. Сб. I. М., 1989. С. 284-290.

27. ПСРЛ. Т. 21. Ч. 1.С. 2.

28. Там же. С. 23-24.

29. Серебрянский Н. И. Древнерусские княжеские жития. С. 40.

30. ПСРЛ. Т. 21. Ч. 1. С. 18.

31. Ср.: Срезневский В. И. Память и похвала князю Владимиру... С. 11 («Обычное» Житие князя Владимира).

32. Карпов А. Ю. «Слово на обновление Десятинной церкви» по списку М. А. Оболенского // АРИ. Вып. 1. М., 1992. С. 109; ср.: Лавров П. А. Жития херсонских святых в греко-славянской письменности. (Памятники христианского Херсонеса. Вып. 2). М., 1911. С. 45.

33. См.: Серегина Н. С. Песнопения русским святым. По материалам рукописной певческой книги XI-XIX вв. «Стихирарь месячный». СПб., 1994. С. 288-298.

34. Серебрянскии Н. И. Древнерусские княжеские жития. С. 39.

35. Иосиф (Левицкий), архим. Подробное оглавление... Стб. 308.

36. Ср.: Гриценко З. А. Агиографические произведения... С. 44-45. К сокращенным переработкам Василиевых житий в Рум. № 397 надо добавить и читающееся там же сокращенное проложное Житие князя Всеволода-Гавриила; ср.: Востоков А. X. Описание... С. 602.

37. См.: Ключевский В. О. Древнерусские жития святых как исторический источник. M., 1988. С. 250-266; Серебрянский Н. И. 1) Очерки по истории монастырской жизни в Псковской земле. М., 1908. С. 146-168; 2) Древнерусские княжеские жития. С. 37-38, 215-217; Мансикка В. Житие Александра Невского: Разбор редакций и текст. СПб., 1913 (Памятники, древней письменности и искусства. Т. 180). С. 33-48, 126-146; Гриценко З. А. Агиографические произведения... С. 42; Дмитриева Р. П. Василий... С. 112-116.

38. Мансикка В. Житие Александра Невского. Тексты. С. 41, 42, 43, 45. Те же выражения исследователь отмечает и в составленных Василием житиях Нифонта Новгородского, Всеволода-Гавриила, Саввы Крыпецкого (Там же. Исследование. С. 141). Ср. также в рукописи ЦГАЛИ, № 41: «дозде прекратим слово, но на предлежащее возвратимся» (Житие Евфросина Псковского, л. 42); «сие же дозде, настоящее же глаголется», «сие же дозде» (Житие Всеволода-Гавриила, л. 519, 522а об.).

39. РГАДА. Ф. 187. № 41. Л. 41, 41 об.-42.

40. Там же. Л. 515 об. Ср.: Ключевский В. О. Древнерусские жития святых... С. 257-258.

41. В ркп. П дописано карандашом; место для инициала оставлено пустым.

42. В ркп. н не достает; место для инициала (?) оставлено пустым.

43. Далее две трети страницы оставлены пустыми.

44. и на веки вписано теми же чернилами и тем же почерком внизу страницы со знаком вноски.

45. В ркп.: да рется. Исправлено по смыслу.

46. стую вписано теми же чернилами и тем же почерком над строкой.

47. со написано теми же чернилами и тем же почерком над строкой.

48. Следующий лист (474 об.) оставлен чистым.

 

Текст воспроизведен по изданию: Житие княгини Ольги в редакции псковского книжника Василия (в иночестве Варлаама) // Очерки феодальной России, Вып. 7. М. УРСС. 2003

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.