Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

Семейная хроника последней четверти XVI в.

Одним из самых важных и фактологически насыщенных наративных источников по истории европейского средневековья, без сомнения, являются хроники. Это в одинаковой степени касается как общеевропейского или общегосударственного, так и более узкого регионального масштаба – семейных и даже индивидуально-персональных. Все они так или иначе несут в себе слепок эпохи, характеристику среды, в которой создавались, свидетельствуют об определённом состоянии развития общественного сознания и менталитета.

Наиболее полно и персонифицировано авторское начало проявляется в семейно-локальных хрониках типа silva rerum (домашние ежедневные заметки, которые часто велись на протяжении нескольких поколений) 1. В частности, значительное распространение такая разновидность хроник получила на Украине. Это известные летописи Лизогубов, Квиток, Лисовских, Тевяшевских, Кондратьевых, Стороженков, Дворецких и др. 2 Данный вид наративных источников недостаточно изучен, немалое их количество до сих пор остаётся не введённым в научный оборот.

Хроника, которая публикуется ниже, условно также может быть отнесена к типу silva rerum; она содержит ценный фактологический материал и, хотя бы в некоторой степени, заполняет пробел в изучении упомянутого вида источников.

Предлагаемая читателю хроника обнаружена нами на сводных (от текста) участках листов старопечатного календаря исторических дат из коллекции библиотеки Острожского иезуитского коллегиума ЦНБ НАН Украины (шифр: С.294). Полное название книги: «Calendarium historicum conscriptum a Paulo Ebero Kitthingensi». Календарь издавался в Виттенберге (Witebergae, excudeba[n]t F. Crato in 4°) дважды – в 1571 и 1574 гг. Издания имеют посвящение маркграфу бранденбургскому Георгу-Фридриху 1550 г., помещённое в начале экземпляра из Острожской коллекции 3. Первое издание насчитывает 414 стр. Оно охватывает исторические события до октября 1571 г., второе отличается лишь количеством страниц (413) 4. По данным Адамса, календарь в объёме 413 стр. выходил в 1573 и 1579 гг. 5 В исследуемом экземпляре книги нет издательских данных, в нём насчитывается 413 стр. Наличие в хронике записей о локальных событиях 1574-1578 гг. свидетельствует, что это издание 1574 г. (по Адамсу – 1573 г.).

Данный экземпляр имеет более поздние жёлтые пергаментные вставки, его титульный лист попорчен и истлела часть листа, на которой указан год [407] выхода книги в свет. На обороте последнего листа почерком конца XVI в. сделана запись имени автора книги «Paulus Eberus». Экслибрис (в нижнем правом углу титула) сохранился лишь частично: «Inscriptus catalogo libror […]». Далее край листа оборван, но сохранилась дата – 1674. По аналогии с другими книгами из Острожской коллекции запись должна была продолжаться словами «librorum Collegii Ostrogiani», а 1674 означает год передачи книги в библиотеку Острожской иезуитской коллегии.

Хроники вели два автора на протяжении 15-ти лет (1574-1589). Записи чётко привязывались к определённым месяцам года и даже дням в соответствии со структурой календаря, как будто продолжая и дополняя его фиксацией местных событий. Хронология по годам выдерживалась только в пределах одного календарного дня (листа книги). Такая оригинальная структура хроники делает её уникальным памятником этого вида литературно-исторических источников. Аналогии подобных хроник не упоминаются среди исторических произведений европейского средневековья. Поэтому опубликованная ниже хроника представляет двойную ценность: как исторический источник, который содержит ценные, отчасти неизвестные факты, и как своеобразный литературно-исторический памятник последней четверти XVI в.

Составленная двумя авторами, хроника в значительной мере принадлежит перу первого из них. Почерки обоих хронистов имеют лишь незначительное сходство, при этом особенности каждого из них очень выразительны. В тексте публикации почерк (I или II) указывается отдельно для каждой записи. Последняя запись владельца первого почерка датирована 23 сентября 1588 г. (с. 310). Две последние записи владельца второго почерка сделаны в начале 1589 г. – 18 января и 5 февраля (с. 50, 70).

Вопрос об атрибуции хроники является достаточно сложным. Второй автор в нескольких записях рассказывает о себе: сообщает о своём отъезде из-под Пскова в 1581 г., где он командовал ротой (с. 388), о присутствии на коронации Сигизмунда III в Кракове (1588 г., с. 37), вспоминает о родовой усадьбе (маетке) Ланьцухов (1588 г., с. 43), куда ему был привезён привелей на люблинское подкоморство (1589 г., с. 50). Таким образом, этот автор был владельцем Ланьцухова и люблинским подкоморием с начала 1589 г.

Владельцами Ланьцухова были члены семьи Куропатва, которые упоминаются в источниках с 1236 г. (краковский стольник Здислав) 6. Первым владельцем Ланьцухова уже в начале XV в. стал Ясько из Гродзины Куропатва (из Сренявитов). Он был люблинским старостой (1382), ловчим (1392-1400), судьёй люблинским земским (1401-1408), завихойским каштеляном (1409-1418) 7. Ясько владел Гродзинами, Змигродком и купил в Холмском повете весь Ланьцухов 8. Интересно, что его сын Ян – сяноцкий и Холмский староста (1442-1446, 1455-1463), люблинский подкоморий (1439-1462), маршалок коронный надворный (1456-1459) – был сторонником гуситов; † 1463 г. 9 Владения Яна, в том числе Луньцухов, унаследовал Станислав Куропатва, дворянин короля Казимира IV, каштелян (ок. 1496 г.) и староста Холмский (1501). Он в 1519 г. получил привилей на присвоение селу Ланьцухов [408] статуса города с магдебургским правом, а через год скончался, оставив жену Барабару Кобыленскую и двух сыновей – Яна и Миколу (Современный польский исследователь Ф. Крик сообщает, что сыновья не пережили отца (PSB. T. XVI/2.S.255), однако это утверждение ошибочно).

Микола Куропатва, галичский войский, судья генеральной конфедерации Русского воеводства, упоминается в документах в 1555, 1578, 1580 гг. 10 В книгах Львовского гродского суда о нём как ещё о живом человеке в последний раз говорится в деле от 6 сентября 1588 г. 11 23 сентября 1589 г. дела от имени братьев Станислава и Павла вёл уже галичский стольник Микола Куропатва – «сын покойного галичского войского» 12. В судебных документах приведены слова Миколы об отце, который ещё на прошлогодние слушания (т.е. в 1588 г.) должен был прибыть с документами. По дороге к Галичу у села Переволоки 6 сентября он узнал о нападении татар. Отец вынужден был укрыться в Бучаче в доме Валентина Поляновского. При этом документы на маетности (они перечисляются только по Галичскому и Коломыйскому поветам) пропали 13.

В книгах Львовского магистрата также сохранилась запись относительно этого дела, но в несколько ином варианте: Микола Куропатва от имени братьев жаловался на шляхтича Валентина Поляновского, который разграбил имущество отца, который в это время находился в Галичском гродском суде. Вместе со всем пропали и документы на владения 14. В тот же день (23 сентября 1589 г.) Микола Куропатва от имени братьев подал для записи подтверждённое королём Сигизмундом Августом (22 мая 1555 г.) письмо короля Владислава III на теребовльские владения 15.

Казалось, что упомянутые документы дают возможность установить авторство хроники. Первым автором (обладатель почерка I) мог быть галичский войский Микола Куропатва, сын Станислава, который успел сделать последнюю запись в сентябре 1588 г.

Обладателем почерка II мог быть его старший сын Микола, который свои первые записи в календаре сделал ещё при жизни отца. Вероятно, именно он упоминается в немецкой листовке 1589 г., выпущенной в Нюрнбергской типографии Леонхарда Хойслера, в связи с описанием татарского нападения 17-25 августа и обороны местечка Куропатник от полутысячного татарского отряда 16.

Подтверждается ли данное предположение автобиографической информацией, которая принадлежит исключительно второму автору? Он, в частности, сообщает от 6 декабря, что в 1581 г., оставив свою роту, отъехал из-под Пскова: обострилась подагра (с. 388). Псковская экспедиция Стефана Батория детально описана в дневнике похода 1581 г. королевского секретаря Станислава Яна Пиотровского. В декабря, по свидетельству последнего, из лагеря отъели два шляхтича: гнезненский Каштелян Ян Зборовский (4 декабря «ночью домой в Инфлянты поехал») и кавалерийский ротмистр Пенёнжек 17. В дневнике особенно отмечается храбрость Пенёнжека, который во время штурма Пскова 8 сентября сражался пешим, одев белую сорочку поверх [409] кольчуги. Гейденштейн, описывая наступление 8 сентября, также отмечал, что впереди всех встали Прокопий (?) Пенёнжек и другие смельчаки. Но вскоре ротмистра наказал гетман за разобранные его солдатами на дрова деревянные строения (1 декабря). Гетман подъехал к шатру Пенёнжека, схватил его за воротник жупана, угрожая посадить на кол, протащил волоком рядом со своим конём и потом лишь отпустил. Уговоры гетмана друзьями Пенёнжека не помогли. 2 декабря ему посоветовали, сдав роту (200 человек) своему поверенному, оставить войсер 18.

Без сомнения, ни Ян Зборовский, ни Пенёнжек не могли быть авторами хроники, потому что ни один из них не был люблинским подкоморием и владельцем Ланьцухова. Пенёнжек пережил обоих хронистов. Он упоминается как пехотный поручик в письме О. Гонсевского из Москвы от 17 сентября 1611 г. 19. Более того, сохранились автографы Криштофа Пенёнжека 1580-1583 гг. (расписки в получении денег), почерк на которых не похож ни на один из двух почерков авторов хроники 20.

Дневник похода в связи с Люблинским воеводством упоминает лишь одного Лещинского, который хотел после награждения отца (Каштеляна люблинского) Сандомирским и Мальборкским воеводствами перенять у него староство Сандомирское. С этой целью он подкупил кухмистра (дал 1000 злотых) и канцлера (дал 2000 злотых). Автор дневника отметил: «Из этого всё равно ничего не получится… смешно даже подумать» 21. Понятно, что Лещинский также не мог быть автором хроники по тем же причинам, что и упомянутые выше личности.

Но неожиданной оказалась проверка информация о назначении другого автора на должность люблинского подкомория (судьи по межевым спорам, который считался третьим по рангу после воеводы и каштеляна). Известие о королевском привелее на подкоморство датировано 1589 г. и записано 18 января, то есть – назначение состоялось до этой даты. Известно что эту должность с 26 ноября 1581 г. по 5 ноября 1588 г. занимал Станислав Ориховский, а после него – его брат Якуб Ориховский до своей смерти 26 апреля 1589 г. 22. Даты смерти братьев Ориховских, как и назначение на подкоморство Якуба, идеально сходятся с хронологией записей первого и второго авторов хроники.

Особенно интересным является то, что первый автор привёл единственное детальное упоминание о рождении ребёнка. Он зафиксировал рождение 1 сентября 1586 г. в четыре часа ночи со среды на четверг «пани Гелены, дочери вельможного пана Якуба Ориховского» (с. 288).

Согласно генеалогическим справочникам, на восточных землях Речи Посполитой в XVI в. существовало два рода Ориховских с гербами Oksza и Rogala 23. Наиболее известными представителями семьи с гербом Oksza были Станислав (Роксолан), известный публицист, писатель и историк (1513-1566) и его дядя Валентин (умер в 1588 г.). Станислав-Роксолан оставил после себя двух сыновей: Андрея. о котором известно, что он в чине ротмистра и старосты лайского был участником осады Пскова (1581), и Станислава, о котором не сохранилось никаких достоверных известий 24. [410]

Валентин Ориховский, перемышльский земский судья (1562-1587), посол на сеймы (1566, 1567, 1569, 1572), сторонник партии канцлера Яна Замойского, добрый приятель Станислава-Роксолана, скончался в конце 1588 г. (его должность судьи уже 6 января 1589 г. была передана привелеем Сигизмунда III Яну Яксманицкому). Валентин был дважды женат, но, по данным генеалогических справочников, не имел потомков. Именно ему принадлежал фамильный маеток Ориховка под Перемышлем 25.

Владения Ориховских герба Oksza находились почти исключительно на Перемышльщине. Ни один из представителей рода в XVI в. не занимал местных урядов (должностей) в Люблине. Это, очевидно, исключает возможность атрибутирования хроники кому либо (например, Станиславу, сыну Станислава-Роксалана) из этой семьи.

представители Ориховских герба Rogala проживали в Люблинском воеводстве. Генеалогические справочники для XVI в. называют среди выдающихся представителей этой фамилии лишь Павла (ок. 1550-1612 гг.), холмского подкомория, посла на сейм, патрона «польских братьев». Его отец Ян Ориховский, подкоморий, затем каштелян холмский, умер в 1567 г., оставив, кроме Павла, также сына Станислава. Братья воспитывались в среде разноверцев, получили университетское образование. Но Павел быстро проявил себя и с помощью канцлера Яна Замойского сделал блестящую карьеру. В 1573 г. он был участником посольства во Францию к Генриху Валуа. В 1575 г. он вёл переговоры со Стефаном Баторием о его избрании на польский престол. В 1581 г. Павел стал красноставским войским, холмским подчашим, затем суражским старостой (1585), наконец (1588) – подкоморием холмским 26. Сторонник партии Замойского, он был активным политическим деятелем и принимал участие в рокоше 1606 р. С юных лет Павел был протестантом – сначала кальвинистом, а потом (ок. 1570 г.) перешёл под влиянием Яна Немоевского и Мартина Чеховича к «братьям польским». На поле религиозной борьбы и межконфессиональной полемики Павел проявил себя как энергичный сторонник протестантизма. С помощью Чеховича он написал и опубликовал «Письмо Павла Ориховского к Яну Замойскому», в котором призывал к взаимопониманию арианскую и католическую шляхту, проповедовал унитаризм. В январе 1592 г. Павел выступил в качестве одного из арбитров диспута между иезуитом Андрианом Радзиминским и аринскими теологами Войцехом из Калиша и Яном Немоевским. В своей фамильной усадьбе, замке Крупе (Krupe), Павел основал общину ариан, а со временем (1590) организовал арианский центр в Сураже.

Павел Ориховский был самым богатым во всём роду магнатом. В 1612 г. ему принадлежало три города (Belzyce, Piaski, Rejowiec), 23 полностью и частично 4 села, 2 каменных дома в Люблине. Умер он 21 марта 1612 г., оставив от первой жены Софии Свинки (жен. 1576 г.) сыновей Станислава и Павла и четырёх дочерей. Станислав Ориховский был патроном основанных отцом арианских общин, а с 1581 по 5.XI 1588 г. – люблинским подкоморием 27. [411]

В отношении же Павла, брата Станислава, мы, к сожалению, пока что не имеем никаких данных, кроме того, что он владел маетками Piaski, Keblow, Wolja, Kesblowska, Pogorazaly Staw и основал в своём маетке Пески (Пяски) арианскую общину 28. Очень мало известно также о Якубе Ориховском, который должен был бы быть ещё одним братом Станислава и люблинским подкоморием после отставки брата; умер 26.IV 1589 г. 29.

Именно в отношении Якуба Ориховского в одном из фундаментальных польских генеалогических справочниках отмечено, что он «z Lancuchowa» и в 1596 г. была жива его дочь Гелена 30. Если эта информация может считаться достаточной, тогда окончательно решается вопрос об авторах хроники. Ими были Станислав и Якуб Ориховские Rogala. неизвестным остаётся лишь то, каким образом и когда Ланьцухов стал собственностью Якуба Ориховского 31. Может быть, усадьба, которая в хронике называется Luczchow, или Luczuchow, это не Ланьцухов.

Кратко проанализируем содержание, уровни информативности хроники и авторские интересы.

Записи обоих хронистов по содержанию и информативности не тождественны. Первый автор основное внимание уделил фиксации смертей великой шляхты и королей (48 записей), стихийным бедствиям (19), военным столкновениям с московским (15) и другими (5) государствами, общеполитическим событиям (17). Наконец, дважды он приводит сведения о дня рождения (помимо упомянутого уже рождения дочери Якуба Ориховского, также – о дне рождения Сигизмунда III).

Для характеристики личности первого хрониста наиболее показательными являются записи о смертях. До 1560 г. они касаются правителей государств и вископоставленных особ (мазовецкий кн. Конрад, 1503 г., с. 326; жена короля Александра Елена Ивановна, 1513 г., с. 61; королева Бона, 1557 г., с. 66; венгерская королева Изабелла, 1559 г., с. 302; краковский каштелян К. Шидловский, 1532 г., с. 412;), исключение составляет лишь Януш Заторский (1513 г., с. 304). Начиная с 1560 г. – это в основном польская шляхта (за отдельными исключениями: сообщения о смерти венгерского королевича Яна Зигмунта, 1571 г., с. 108; королей Сигизмунда-Августа, 1572 г., с. 240, 128; Стефана Батория, 1586, 1588 гг., с. 108, 386; Александра, 1548 г., с. 273), мартиролог которой открывает люблинский староста Станислав тенчинский (с. 384). В хронике упоминается также Анджей (1561-1562 гг., с. 406, 83, 108) и Ян-Баптиста (1560 г., с. 384; 1563 г., с. 402) Тенчинские, причём по поводу последнего детально сообщается, что он умер в Дании, в Копенгагене. уместно напомнить, что Тенчинские были протестантами. В доме Станислава были основаны первая кирха и школа кальвинистов во главе с пастором Станиславом Паклёпкой (Паклезием), который в 1562 г. стал антитринитарием и склонил к этому своего покровителя. Паклезий, как свидетельствовал папский нунций Коммендони, пытался даже проповедовать в люблинском костёле, в чём его поддерживал, кроме Тенчинского, виленский воевода Микола Радзивил (упоминается в хронике в 1565 г., с. 187) 32. В люблинском доме [412] Тенчинского при участии Паклезия и покровительстве люблинского старосты Яна Тенчинского-младшего проходил съезд ариан в 1578 г. 33.

Указанные обстоятельства позволяют утверждать, что первый автор хроники симпатизировал протестантизму. Это более выразительно видно по примечаниям, сделанным им на полях книги напротив соответствующих печатных текстов. Так, сочувствуя Яну Гусу и Иерониму Пражскому, напротив сообщения календаря об их сожжении в 1414 и 1415 г. он припсал слово «беззаконно» (с. 296, 354). Около повторного сообщения о казни Гуса хронист пишет лаконично «Гус» (с. 230), особенно выделяя данный текст. Автор-протестант дважды отмечает на полях книги факт разрешения причастия мирян в Вене и Праге в 1564 г. «под двумя особами» (то есть, хлебом и вином – Телом и Кровью Христовыми). Равенство в причастии мирян и церковнослужителей. как известно, было одним из требований ряда протестантских течений.

Текст календаря о Лютере сопровождается примечанием «Мартин Лютер публично сжёг в Виттенберге папские декреталии» (с. 392). Далее хронист с удовольствием подчёркивал. что «Людовик, король французский, нанёс поражение папе Юлию II в Равенне» (с. 132), а преследователь евангелистов епископ Лабаценский «погиб тяжёлой смертью» (с. 125). На полях особое внимание уделяется фактам расправ над еретиками-протестантами: сожжению примаса Англии Томаса Кранмера, который исповедовал Евангелие (с. 115), сожжению в Берне монахов-доминиканцев, которые отрицали святое Письмо (видимо, Ветхий Завет) (с. 189).

Таким образом, не может быть сомнений, что первый автор хроники был протестантом. С учётом этого следует рассматривать многочисленные сообщения о деятелях Речи Посполитой в его хронике: многие из упомянутых личностей или сами были протестантами, или сочувствовали им. Например, хронист упоминает (с. 259) об убийстве Миколаевским серадзского каштеляна Яна Лютомирского (это событие действительно произошло 1 сентября 1576 г.). Последний поддерживал тесные связи с протестантами (Альбрехтом Прусским), опекал их и с 1553 г. был одним из главных сторонников реформации при дворе короля 34. Кальвинистами были Анджей Фирлей, люблинский каштелян, о котором дважды упоминает хронист (с. 104, 105) 35 и Микола Фирлей, люблинский воевода (с. 293). Этот воевода был вождём малопольских разноверцев, организовал в Любартове их школу и собор. Школа была одним из лучших учебных заведений (ректор – Самуэль Вольф из Зелёной Гуры; министр – Якуб Битиннус из Красностава). Во время воеводства Фирлея Любартов стал выдающимся центром реформации. Микола Фирлей переписывался со швейцарскими протестантами (Зимлером, Цвингли, Бежем), померанским епископом Яном Вигандой, Станиславом Сарницким, Яном Горайским. На синоде разноверцев в Любартове в 1580 г., в котором приняли участие 150 министров, было заключено соглашение кальвинистов, деистов и униатариев. Под влиянием жены Анны Сергховской М. Фирлей открыл в Любартове ещё и арианскую школу, которую возглавил Войцех Калищик, поддерживал последнего в диспуте с иезуитом Радзиминским (1581), был протектором Яна Кохановского. [413]

Дважды упоминаемый в хронике краковский воевода Ян Фирлей (с. 152, 183) был первым в Польше проповедником кальвинизма (сначала перешёл в лютеранство), в своих хозяйствах в Краковском и Люблинском воеводствах поддерживал реформацию 36.

Познаньский воевода Лукаш Гурка (с. 55) известен тем, что изгнал из своих владений в Серакове бернардинцев, а их Курницкую коллегию в 1555 г. отдал лютеранам (Мартину Чеховичу); им он передал также Шамотульскую коллегию. Воевода переписывался с меланхтоном. В 1558-1561 гг. он основал в шамотульском замке типографию чешского брата из Крулевца Аугездецкого. Во дворце Гурки в 1560 р. проходил совместный синод лютеран и «чешских братьев», а с 1563 г. все их постоянные синоды проходили в познаньской резиденции воеводы. Когда Лукаш Гурка умер, католическая капитула даже не позволила похоронить его в родовом склепе в костёле, хотя родственники пытались сделать это силой. Гурку пришлось похоронить в Шамотулах (1573), со временем его останки перенесли в Курников 37.

Евангелистом был и познаньский воевода Станислав Гурка (с. 56). Его воспитывал лютеранин Якуб Кухлер из Зелёной Гуры, ученик Филлипа Меланхтона. Считают, что Станислав учился в лютеранском университете во Франкфурте-на-Одере или в Виттенберге. В 1554 г. он был избран почётным ректором Виттенбергского университета, и сам Меланхтон редактировал его речь по этому поводу (произнесена 1 мая 1555 г.). Станислав считали официальным протектором великопольских протестантов. Но всё это не мешало Гурке одновременно иметь связи с познаньскими иезуитами, примасом Карнковским, ректором познаньского католического коллегиума 38. Станислав Гурка умер 23 октября 1592 г., когда хроника уже не велась, поэтому в ней не зафиксирован этот факт. Упомянутое обстоятельство является ещё одним свидетельством правильности предложенной нами датировки хроники.

Приязненно относился к протестантам и упоминаемый в хронике (с. 96) Юрий Язловецкий, русский воевода, великий коронный гетман. Его воспитывал краковский епископ Пётр Томицкий, однако дружба с краковским воеводой Яном Фирлеем поколебало католическую ортодоксальность Язловецкого, и он связался с протестантами 39.

Среди знаменитых иноверцев, упомянутых в «Дворянине» М. Рея – сандомирский каштелян и коронный маршалок Станислав Мацеёвский (хроника, с. 124). Он основал во своём дворце школу, в которой преподавали Бенедикт Герберст и Ян Милиус. Ст. Мацеёвский в 1556 г. ездил в качестве посла в Рим к папе Павлу IV с требованиями от польской протестантской шляхты 40.

Это неполный перечень персоналий выдающихся польских протестантов, о ко тором упоминает хронист, дал возможность оценивать хронику как своеобразный мартиролог XVI в. Хроника содержит ценные свидетельства, благодаря которым могут быть уточнены биографические данные целого ряда политических деятелей Речи Посполитой протестантского круга (вероисповедания).

В 70-80-х годах XVI в. Люблин был центром антитринитаризма и анабаптизма. Пастером люблинской протестантской общины около 30 [414] лет, начиная с 1570 г., был известный богослов, автор множества трудов и перевода Библии на польский язык Мартин Чехович. Он имел немало последователей в разных слоях населения (шляхта, мещане, ремесленники, купцы, аптекари, врачи) на Люблинщине, Холмщине, а также на Подляшье. Покровителем Чеховича был жмудский староста Ян Кишка. Но уже в начале 90-х годов увлечение антитринитаризмом и анабаптизмом начало стихать. Это в значительной степени было связано с проповедованием Чеховичем идеи о недопустимости для его последователей занимать государственные должности, с отрицанием частной собственности и провозглашением общности имущества в общинах. Чехович вынужден был вообще отойти от проповедничества 41. Таким образом, хроника фиксирует время расцвета протестантизма и даёт возможность реконструкции персонального состава его сторонников в среде шляхетской верхушки общества. К их числу, без сомнения, принадлежал и первый автор хроники, который очень интересовался церковной жизнью.

Некоторые записи дают возможность определить окружение первого автора хроники, они начинаются с 1561 г. (с. 107, 174, 406). Указание в них точных дат, а иногда и дней недели, свидетельствует об использовании автором какого-то неизвестного нам источника типа Мартиролога, ведь синхронные событиям записи могут начинаться лишь с 1574 г., когда данная книга вышла из печати. Именно этим годом датируется детальная информация о смерти А. Ваповского и о суде над его убийцей С. Зборовским (с. 100).

Более точные свидетельства хронисты связаны главным образом с Краковом и Люблином. В частности сообщается: умер в Кракове краковский каштелян К. Шидловский (1532), а был похоронен в Опатове (с. 412); краковский каштелян и коронный гетман Ян Тарновский умер в Яворце (1561), а похоронен в Тарнове (с. 174); сандомирский вревода Станислав Тарновский умер в Кшешове (1568), похоронен в Хробеже (с. 125); холмская каштелянша Анна из Пильче умерла в Кракове (1574), а похоронена в Белжицах (с. 142); Доброгост Шамлтульский умер в Люблине (1575), а похоронен в Каменце (с. 380, 404). Исключения составляют лишь сообщения о смерти познаньского воеводы Лукаша Гурки (умер в Познани 23 января и был похоронен 9 февраля, с. 53) и упоминание о смерти завихойского каштеляна Петра Клочовского под Великими Луками (1 августа 1580 г., с. 283). Возможно, с этими людьми автора связывали дружеские или родственные отношения.

В целом, в записях о смертях чаще всего упоминается Краков (6 раз), Люблин (4), Варшава (3), Конская Воля (3). Дважды упоминается Лович, Белжицы (здесь существовала арианская школа), Сандомир, Каменка и один раз – Осецк, Яворка, Тарнов, Радом, Зборов, Ярослав, Хробеж, Бережаны, Познань, Ополье, Опатов, Вильна.

Сообщения о смерти высших должностных лиц опять таки прежде всего касаются Краковского, Люблинского, а также Сандомирского воеводств. Интерес хрониста к малопольским землям понятен: именно тут находились имения автора, основной круг его родственных и служебных связей. [415]

Аналогичным является регион сообщений о стихийных бедствиях: Краков и его предместья (Казимеж, Люблин, Клепаж) упоминаются восемь раз, Радом, Пётрков, Львов, Переворск, Красностав, Стенжица, Козловка (Шамотульской), Люблин, Мехув – один раз. Дважды рассказывается о паводке на Висле и Сане. Обращают на себя внимание сообщения об ударе молнии в краковский костёл (1476 г., с. 252; 1576 г., с. 183). Это ещё одно косвенное свидетельство к характеристике антикатолических настроений автора. При описании военных действий хрониста прежде всего интересовали столкновения, походы и стычки с Московией, Турцией, Крымом, Валахией.

Среди политических событий основное внимание автор уделяет коронации польских королей Александра (с. 394), Боны (с. 146), Генриха Валуа (с. 81, 84 209). Стефана Батория (с. 108, 150, 159), Сигизмунда Вазы (с. 409); Люблинской государственной унии (с. 223); казням (с. 259, 202); сдаче Кипра туркам (с. 261); походам валашских господарей на Русь (1509) и Галичину (Львов, с. 224).

Несколько заметок касаются церковной истории: Тридентский собор 1545-1563 гг. (с. 36); сожжение евреев за кражу Святых Даров в Сохачеве в 1557 г. (с. 210); торжественная служба в люблинском бернардинском соборе с участием короля в честь заключения унии в 1569 г. (с. 223), убийство (1516) монахами краковского францисканского монастыря монаха-минорита Альберта Фонтино из Италии (с. 323).

В дополнениях к печатному тексту календаря также проявилась творческая натура первого хрониста. Он, в частности, уточняет, что Вильгельм Геннебергский умер в Шлёнске (с. 56); татары в 1527 г. были разбиты «возле Лоевой горы и Ольшан» (с. 57), а турки в 1512 г. – «возле Белки и Лопушной» (с. 150); император Оттон короновал первого польского короля Болеслава Храброго в Гнезно (с. 60), король Сигизмунд I умер в Кракове (с. 128), а Сигизмунд-Август – в Книшине (с. 229); венгерский король Матей умер от апоплексии (с. 193); г. Аскалон находится в Палестине (с. 251); московиты были разбиты в 1514 г. «под Оршей на 2-ой день Праздника Рождества Благочестивой Девы Марии» (с. 295); после смерти дочери Генриха VIII Марии английскую корону унаследовала её сестра Елизавета (с. 367); убитого на Тридентском соборе в 1551 г. монаха звали Кинстрат (с. 400); остров Родос султан захватил в 1522 г. «по соглашению с крестоносцами» (с. 407). Все эти дополнения свидетельствуют об определённой осведомлённости автора в истории Европы, особенно в военной истории.

О личности и взглядах второго автора хроники говорить тяжело. Он оставил всего одну заметку историко-политического содержания о событиях 1459 г.

Но его, создаётся впечатление, больше интересовала непривычная для конца XVI в. мысль о возможности захвата Кракова турками. Об этом свидетельствует также то, что автор пытался выяснить вопрос о турецком после на основании нескольких источников. Заметок к печатному тексту второй автор, как кажется, не делал, но, как уже упоминалось, он оставил о себе пять малозначительных записей. Таким образом, второй хронист вёл записи в календаре немногим более года (последняя запись сделана 29 февраля 1589 г., с. 90). [416] В дальнейшем он или утратил интерес у этому делу, или умер. Последнее предположение, возможно, является наиболее вероятным, если этим человеком был Якуб Ориховский.

Вопрос об источниках хроники также является достаточно сложным. Безусловно, хронисты (особенно первый) пользовались историческими произведениями и другими справочными материалами. Так, описывая удар молнии в краковский костёл 30 июля 1476 г. (с. 252) второй автор ссылается на сочинение Меховского (кн. 4, разд. 71). Из него же заимствованы, вероятно, другие свидетельства начала XVI в., в частности сообщение о сожжении Мехова с монастырём в 1506 г. (с. 269). Указание точных дат и конкретных имён при описании военных действий и политических событий 1501-1574 гг. свидетельствует об использовании авторами справочного источника – обобщающего труда по истории Европы или краткой хроники польского происхождения. В одном месте первый автор ссылается на свой источник: говоря о битве персов с турками в 1535 г., он добавляет, что «об этом писал… Сурий» (с. 321). Второй автор, как отмечалось, использовал хронику Меховского «Трактат о двух Сарматиях». Пересказывая проповедь Яна Капистрано, который предвещал в 1459 г. захват Кракова турками, автор заметил: «Иные же пишут, что он (турецкий посол – В.У., Н.Я.)ехал в качестве посла к королю из Валахии, однако это тяжело понять» (с. 186). Таким образом, в данном случае автор использовал, по крайней мере, два источника (одним из них, возможно, был упомянутый труд Меховского).

Основной фактологический материал хроники, как кажется, базировался на личных воспоминаниях и наблюдениях, а также на свидетельствах очевидцев и современников. Кроме устных сообщений, хронисты могли пользоваться частной перепиской, семейными эпистолами, аналогичными материалами, в том числе фамильными хрониками других, близких им семейств шляхты. В завершение отметим, что, учитывая узкие хронологические рамки исследуемой хроники, её следует считать уникальным источником подобного вида. Хроника имеет двойное значение: как исторический источник с определённой информационной нагрузкой и как своеобразный литературно-исторический памятник конца XVI в., который может быть объектом самостоятельного источниковедческого исследования.

Данная хроника хорошо иллюстрирует утверждение о том, что частные заметки мемуарного типа с автобиографическими материалами появляются и распространяются в период Возрождения, и это «неразрывно связано с характерным для гуманизма интересом к человеческой личности», является свидетельством определённого этапа развития общественного сознания и мировосприятия 42.

* * *

В приведённом ниже тексте хроники полностью сохраняется орфография оригинала. Разбивка текста на предложения и употребление заглавных букв произведены с приближением к современному правописанию. Повреждённые части текста, реконструированные публикаторами, приведены в квадратных скобках; [417] места, которые прочесть не удалось, обозначаются многоточием. Авторские сокращения также раскрываются в квадратных скобках. Разночтения персоналий, географических названий и реалий объясняются в подтекстовых сносках. (Данное вступление относится к польскому тексту, который в сетевом издании не приводится. В тексте приведенного русского перевода записи на латыни выделены курсивом. Почерк I оставлен по умолчанию, почерк II отмечен соотв. цифрой после записи. )


Перевод

Январь

стр. 36 [4.01] Завершился Тридентский собор, который начался в лето Господне 1545, а завершился лета Господнего 1563, на второй день после Обрезания Господа нашего Исуса Христа.

стр. 37 [5.01] 1588 [г.] Я выехал из Кракова после коронации Сигизмунда третьего. - II

стр. 43 [11.01] 1588 [г.] Я приехал в Ланьцухов. Господи, Боже всемогущий, дай мне здоровья с женой и потомством. Аминь, аминь, аминь. - II

стр. 44 [12.01] Скончался в Ловиче Ян Пшерембский, генезненский архиепископ, и там же похоронен в 1562 [г.], в понедельник после Богоявления.

стр. 50 [18.01] 1589 [г.] Мне в Ланьцухов доставили письмо его милости короля Сигизмунда Третьего на люблинское подкоморничество. - II

стр. 51 [19.01] Его милость Василий, князь Московский, в 1563 [г.] захватил Полоцк и отбил его у полоцкого воеводы и старосты Миколая Довойны, при котором находились холмский, варшавский и вежхлейский ротмистры.

стр. 55 [23.01] Пан Лукаш из Гурки, познаньский воевода, скончался в Познани и там похоронен 9 февраля 1573 [г.].

стр. 56 [24.01] Под местечком Бычина брестского князя столкнулось польское войско под командованием канцлера и коронного гетмана Яна Замойского с армией австрийского эрцгерцога Максимилиана, где его люди потерпели поражение, а самого Максимилиана, познаньского воеводу пана Станислава из Гурки, маршала Енджея Зборовского, киевского епископа Воронецкого, Станислава Чарнковского, Станислава Цёлка, князя Пронского и многих других схвачено и заключено в Красноставе года Господнего 1588 по новому календарю.

стр. 61 [29.01] Елена из Московии, вдова польского короля Александра, скончалась в Литве в 1513 [г.].

Февраль

стр. 66 [1.02] Польская королева Бона отъехала из Польши в Италию, где её из-за сокровищ отравил итальянец Паппакода, и скончалась в Барев пятницу, в день св. Елизаветы в 1557 [г.].

стр. 68 [3.02] Был большой паводок на Висле и на Сане, а когда вода спала, тогда на полях и по берегам остались большие глыбы льда, из-за которых в лето Господне 1570 во многих местах тяжело было проезжать.

стр. 70 [5.02] 1589 [г.]. Я приехал в Люблин лечить подагру. - II

стр. 79 [14.02] В воскресение 1563 [г.] на день св. Валентина в Пётркове во время сейма было значительное землетрясение, но недолго.

стр. 78 [!] 43 [15.02] Максимилиана и других заключённых, которые были захвачены под Бычиной, привезли в Красностав и заточили в замке 1588 [г.], по новому календарю. [428]

стр. 81 [18.02] Генрих, герцог анжуйский, избранный на Королевство Польское, приехал в Краков в два часа ночи в 1574 [г.].

стр. 83 [20.02] Похороны пана Анджея Тенчинского, краковского каштеляна, в Конской Воле в 1562 [г.].

стр. 84 [21.02] Генрих, герцог анжуйский, в Мясопустное воскресение в 1574 [г.] коронован в Кракове на Королевство Польское. Затем уехал из Польши, ночью 19 июня этого же года.

стр. 85 [22.02] Пан Миколай Сенявский, русский воевода, скончался в Люблине на сейме, во вторник, перед св. Матфеем в 1569 [г.]. Хоронить его повезли в Бережаны, и король Сигизмунд Август со всем сенатом провожали его.

стр. 86 [23.02] Иван Васильевич, великий князь московский, силой овладел Полоцким замком и городом в Мясопуст в 1562 [г.].

стр. 90 [26.02] 1589 [г.]. Пани познаньская воеводина из Горчина скончалась в Щебрешине в 4 часа ночи. За несколько дней до этого над ней каркал ворон, пока его не убили, а её самый лучший конь сломал ногу, стоя в конюшне. - II

стр. 91 [27.02] Пан Станислав Остроруг, межирецкий каштелян, скончался в Замхе в 1568 [г.].

Март

стр. 96 [2.03] Пан Ежи Язловецкий, русский воевода, скончался в 1575 [г.].

стр. 100 [6.03] В 1574 [г.] скончался перемышльский каштелян пан Анджей Ваповский, раненый в Краковском замке паном Самуилом Зборовским, за что пан Самуил Зборовский осуждён на пожизненное изгнание из края, а его маеток конфискован.

стр. 104 [10.03] На Висле и Сане в 1569 [г.] был большой паводок. Пан Анджей Фирлей, люблинский каштелян, скончался в Сандомире в 1586 [г.].

стр. 105 [11.03] Пан Анджей Фирлей, люблинский каштелян и сандомирский староста, скончался в Сандомире в пятницу в 1586 [г.].

стр. 107 [13.03] Пан Ян Мелецкий, подольский воевода и великий маршалок Короны Польской, скончался в Осецке, в четверг после св. Григория в 1561 [г.].

стр. 108 [14.03] Янош Сигизмунд, венгерский королевич, который уже был посажен на Венгерское королевство, скончался в среду в 1571 [г.], а на его место на четвёртый день турецкий султан послал фирман на Семиградское воеводство Стефану Баторию, который позже в 1576 [г.] был коронован на Королевство Польское, а затем скончался в Гродно в 1586 [г.] и похоронен в Кракове 13 мая 1588 [г.].

стр. 112 [18.03] Пан Анджей Бзицкий, холмский каштелян, скончался в Белжицах в 1567 [г.] и там же похоронен.

стр. 124 [30.03] Пан Станислав Мацеёвский, сандомирский каштелян, скончался в 1563 [г.], во вторник, в канун Цветочного воскресения.

стр. 125 [31.03] Пан Станислав Тарновский, сандомирский воевода, скончался в Кшешове в 1568 [г.], похоронен в Хшоб[еже?] 44.

Апрель

стр. 128 [1.04] Сигизмунд Первый, король польский, скончался в Кракове. [429]

В 1581 [г.] Якуб Уханский, гнезненский архиепископ, скончался в Ловиче.

стр. 129 [2.04] Пан Ян Кшиштоф Тарновский, войницкий каштелян, скончался в Ярославе 45 (Над строкой уточнено: в Горлигине) в 1567 [г.].

стр. 142 [14.04] Пани Анна из Пильча, холмская каштелянша, скончалась в Кракове в среду после Великодня в 1574 [г.] и похоронена в Белжицах рядом с мужем.

стр. 143 [15.04] В понедельник после воскресенья мясопустной недели лета Господня 1577 немцы гданьские потерпели поражение от гетмана Яна Зборовского под Тчевом.

стр. 145 [17.04] 1577 [г.] Немцы гданьские в среду после воскресенья мясопустной недели потерпели поражение от польской армии под Тчевом, и захвачено 40 орудий.

стр. 146 [18.04] Бона, королева Польши, коронована в Кракове в 1518 [г.]. 46

Ксёндз Филипп Падневский, краковский епископ, скончался в Варшаве в 1572 [г.].

Пржеворск згорел в 1575 [г.]

стр. 149 [21.04] 1580 [г.] Сгорел город Стенжица вместе с двором с четверга на пятницу перед св. Войтехом.

стр. 150 [23.04] Наияснейший Стефан, князь семиградский, приехал в Краков в понедельник Великодня в 1576 [г.] в 22 часа.

стр. 151 [24.04] Клепаж и большая часть города Кракова сгорели в 1528 [г.] 47

стр. 152 [25.04] Ян Фирлей из Домбровицы, краковский воевода и староста, скончался в Кракове в 1574 [г.]

стр. 153 [26.04] Львов сгорел в четверг после Великодня в 1565 [г.] 48

стр. 154 [27.04] Пан Флориан Зебжидовский, люблинский каштелян и гетман, скончался в Плищине, а похоронен в Люблине у бернардинцев в 1566 [г.]

стр. 155 [28.04] 20 тысяч татар были разбиты на Руси около Лопушной и Вишневца в 1512 [г.]

стр. 157 [30.04] 1585 [г.] Пан Миколай Мелецкий, подольский воевода, скончался в Кракове.

Май

стр. 159 [1.05] Наияснейший Стефан с Анной коронованы на короля и королеву Польши вроцлавским епископом Станиславом Карнковским в 1576 [г.], в день св. апостолов Филиппа и Иакова.

стр. 160 [2.05] Города Радом и Казимеж сгорели в 1556 [г.]

стр. 162 [4.05] Пан Габриель Тарло, радомский каштелян, скончался в Радоме в 1565 [г.]

стр. 166 [8.05] 1575 [г.] В Крестное воскресение 49 сгорел Люблин, что случилось, однако, только в […] 50 вместе с Краковским предместьем.

стр. 170 [12.05] Пан Ян Оцеский, коронный гетман, скончался в 1563 [г.]

стр. 172 [14.05] Похороны. Похоронен пан Мартин Зборовский, краковский каштелян, в Зборове в 1565 [г.] [430]

стр. 174 [16.05] Пан Ян Тарновский, краковский каштелян и великий коронный гетман, скончался в 1561 [г.] в Яворце, а похоронен в Тарнове.

стр. 177 [19.05] В Кракове падал град величиной с куриное яйцо, а Любранку поразила молния в 1505 [г.]

стр. 180 [22.05] Вельможный пан Анджей из Течина, краковский воевода, который хорошо защищал город Краков от наезда людей австрийского герцога Максимилиана, скончался в Заторе в 5 часов [ночи] с Крестного воскресения на понедельник; пани воеводша, его жена, скончалась в пятницу накануне в Батоге, и похоронены в Конской Воле в четверг поутру после св. Варфоломея.

стр. 181 [23.05] 1571 [г.] Мороз и морось так поразили посевы на полях, что те побелели, и люди очень испугались, и в Польше была доселе ни виданная дороговизна на зерно (хлеб), потому что корец ржи продавался по три злотых, а прочее зерно (хлеб) ещё дороже.

стр. 182 [24.05] [1571 г.] Перекопские татары захватили и разрушили Москву.

стр. 183 [25.05] 1576 [г.] В день св. Урбана, в пятницу, в костёле св. Франциска молния разбила в мелкие щепки Распятие. И это – вторично, о первом случае читай 30 июля 1574 [г.] на похоронах в Коцке пана Яна Фирлея, краковского воеводы и старосты.

стр. 186 [28.05] Лета Господня 1459 в Кракове Капистран (Джованни де Капистрано, миссионер) говорил на проповеди, что турки будут кормить верблюдов посреди Краковского рынка, и так случилось, потому что в Кракове был пожар, и турецкий посол вынужден был вернуться. Другие пишут, что он ехал из Валахии к королю, но это трудно понять. - II

стр. 187 [29.05] Пан Миколай Радзивил, виленский воевода, скончался в 1565 [г.]

Июнь

стр. 201 [10.06] Ивоня-волошин (Ион Вода), валашский воевода, который не раз побеждал турок, потерпел от них поражение из-за предательства хотинского и черновицкого паркалаба Веремея и убит в 1574 [г.]

стр. 202 [11.06] 1580 [г.] Григорий Остик вместе с другими обезглавлен в Вильне.

стр. 207 [16.06] Пан Петро Мишковский, краковский воевода, скончался на сейме в Варшаве в 1570 [г.]

стр. 209 [18.06] Наияснейший Генрих, король польский, ночью покинул Краков и 51, как беглец, направился во Францию, в которой после смерти своего брата получил в 1574 [г.] Французское королевство.

стр. 217 [26.06] Людвиг, король венгерский, потерпел поражение от турок под Мохачем в 1526 [г.] во вторник, в день св. Иоанна Крестителя.

стр. 219 [28.06] Евреи вместе с женщиной сожжены в Сохачеве в 1557 [г.] за похищение Божьего Тела. [431]

Июль

стр. 223 [1.07] Красностав сгорел в пятницу накануне Положения Ризы Девы Марии в 1575 [г.]

В этот день на сейме в Люблине свершилась уния с Литвой, начатая много лет тому, ещё при короле Ягайле; с обеих сторон ей присягали паны радные и земские послы.     Король Август у бернардинцев 52 (На полях дописано: В св. Станиславе, то есть в костёле св. Станислава) в Люблине благодарил господа Бога под изысканное пение     «Тебя, Боже, хвалим» лета Господня 1569.

стр. 224 [2.07] Штефан, валашский воевода, скончался в 1504 [г.]; он содействовал туркам и с помощью обмана нанёс поражение Матиашу, королю Венгрии, и Яну Ольбрахту, королю Польши. Его наследником был Богдан Одноглазый (Богдан Слепой), который ходил походом на Русь и Львов лета Господня 1509. 53

стр. 230 [8.07] Прокоп Пекославский, сандомирский староста, скончался в Сандомире 54 (На полях уточнено: В Выске на охоте) лета Господня 1588.

стр. 240 [18.07] Лета Господня 1572 наияснейший Сигизмунд Август, король польский, скончался в Книшине, о чём смотри 7 июля.

стр. 252 [30.07] 1476 [г.] В Кракове в св. Франциске, когда монахи пели «Благословен» и дошли до «Во имя Господне», в их костёл ударила молния и подожгла шпиль костёла, а Распятие, которое висело посреди костёла, разбила в мельчайшие щепки, убив одного монаха и поранив немало людей (см.: Меховский, кн. 4, разд. 71). В другой раз в 1576 [г.], в день св. Урбана, в пятницу, такая же молния разбила Распятие, о чём написано 25 мая. 55

стр. 253 [31.07] Смоленск предательски захвачен московитами у Литвы в 1514 [г.], о чём смотри выше 30 июля.

Август

стр. 256 [2.08] Поражение поляков от татар под Сокалем в 1519 [г.]

стр. 257 [3.08] Пан Станислав Слупицкий, люблинский каштелян, скончался в Ополье в 1575 [г.], в среду в канун св. Лаврентия.

стр. 259 [5.08] Микалаевского обезглавили в Люблине на сейме за убийство пана Яна Лютомирского, серадзского каштеляна, а брат его Ян Миколаевский, который не явился по иску, был лишён чести в 1569 [г.]

стр. 261 [7.08] 1571 [г.] Фамагуста, город на Кипре, сдался туркам, поверив их обещаниям; нечестивые турки, не сдержав слова, жестоко расправились с жителями, а с коменданта Фамагусты Брагадина (Марк-Антоний Брагадино, венецианский комендант Фамагусты), который им сдался, живьём содрали кожу.

стр. 269 [15.08] Город Мехов вместе с монастырём, покрытым свинцовой крышей, уничтожен пожаром в 1506 [г.]

стр. 273 [19.08] Александр, польский король, скончался в Вильне и там похоронен.

стр. 274 [20.08] Пан Анджей Мишковский, люблинский каштелян, скончался в Люблине, во вторник в канун св. Варфоломея в 1566 [г.] [432]

стр. 276 [22.08] Казимеж под Краковом дотла сгорел в 1504 [г.] в присутствии короля Александра.

Под Обертином на Покутье, в Руси, поляки в 1531 [г.] одержали победу над Петром, воеводой Валахии, который после ранения бежал, и у него было захвачено 50 орудий с хоругвями и бубнами.

стр. 283 [29.08] 1580 [г.] Пан Петро Клочевский, завихойский каштелян, убит из пушки под Великими Луками с понедельника на вторник.

Сентябрь

стр. 288 [1.09] 1580 [г.] Захвачены Великие Луки и более 8 тысяч московитов убито.

1586 [г.] в 4 часа ночи со среды на четверг родилась панна Гелена, дочь вельможного пана Якуба Ореховского.

стр. 292 [5.09] Стефан, наияснейший король польский, овладел Великими Луками под Москвой в лето Господне 1580.

стр. 293 [6.09] 1565 [г.] В четверг перед Рождеством Девы Марии турки, как и перед этим, штурмовали огромными силами остров Мальту. они разрушили из пушек замок св. Холма, местечко св. Михаила и там же другое местечко Бург также разрушили из пушек, которое хорошо защищал гетман крестоносцев Валентан (Ла-Валетт, великий магистр Мальтийского ордена). Во премя этого штурма погибло 5 тысяч христиан и 25 тысяч турок, а из пушек там же выстелили аж до 78 тысяч раз; нанеся урон, но так и не захватив остров Мальта, раненные турки в тот же день отступили от острова.

В 1588 [г.] вельможный пан Миколай Фирлей из Домбровиц, люблинский воевода, скончался в Каменке Струмиловой с понедельника на вторник по новому календарю, а за день до этого, с воскресенья на понедельник, было затмение луны в [созвездии] Рыбы. 56

стр. 295 [8.09] Турки захватили самый главный город на Кипре Никосию и, к превеликой печали для христиан, утвердились там в 1570 [г.], в пятницу, на Рождество Девы Марии.

стр. 300 [13.09] 1580 [г.] Пан Петро Зборовский, краковский воевода, скончался в Кракове.

стр. 302 [15.09] Изабелла, королева венгерская, скончалась в пятницу в 1559 [г.], на следующий день после Воздвижения св. Креста.

стр. 304 [17.09] Лаврентий Мишковский на рыбалке в 1513 [г.] убил заторского князя Януша в связи с порчей пруда. 57

стр. 310 [23.09] Половина города Люблина, 80 домов, сгорела в 1588 [г.], в понедельник.

Октябрь

стр. 321 [3.10] В этот день в 1535 [г.] перс Далмант, посланный персидским королём Томазием (Тахмасп, шахиншах Персии) с войском против турок, разбил турецкого султана Сулеймана и захватил у него пушки и много коней. Об этом подробнее писал Сурий. 58

стр. 322 [4.10] Волохи около Днестра потерпели поражение, и много знати попало в плен в 1509 [г.] [433]

стр. 323 [5.10] Альберт Фантин Италик (Фонтино, миссионер), монах, минорит-францисканец был подло убит ночью в 1516 [г.] монахами около краковского монастыря св. Франциска.

стр. 326 [8.10] 1503 [г.] Скончался Конрад, князь Мазовецкий; после его смерти король польский Александр по ленному праву взял Мазовецкое княжество, которое, по совету сенаторов, дал в лен его малолетним детям.

стр. 328 [10.10] Козловка её милости пани Шамотульской сгорела в 1583 [г.]

Ноябрь

стр. 364 [13.11] 1582 [г.] В субботу на рассвете обезглавлен висский каштелян Зловский, который убил Граёвского, закрочимского каштеляна. - II

стр. 380 [29.11] Пан Доброгост Шамотульский скончался в Люблине в 1575 [г.], в понедельник в канун св. Андрея.

стр. 381 [30.11] 1580 [г.] Пан Мартин Оссолинский, крешовский староста, бессмысленно убит в Опатове в предместье в 22 59 часа плотником Анджеем 60, который тут же бежал.

Декабрь

стр. 384 [2.12] пан Станислав Тенчинский, краковский воевода, передав своему сыну Яну Баптисту Люблинское староство и посадив его на суд, скончался в Люблинском замке в 1560 [г.]

стр. 385 [3.12] Наияснейший Стефан, король польский, скончался в Гродно в час ночи с пятницы на субботу в 1586 [г.] по старому календарю, а похоронен в Кракове 13 мая 1588 [г.]

стр. 388 [6.12] 1581 [г.] Я отъехал из-под Пскова, оставив роту, потому что сильно заболел подагрой. - II

стр. 394 [12.12] Александр коронован на Королевство Польское в лето Господне 1501.

стр. 402 [20.12] Пан Ян Баптиста Тенчинский, белзский воевода и люблинский староста, скончался в Дании в городе Копенгаген, в понедельник в канун св. Фомы в 1563 [г.]

стр. 404 [22.12] 1575 [г.] Похороны пана Доброгоста Шамотульского в Каменке.

стр. 406 [24.12] Пан Анджей Тенчинский, краковский каштелян, скончался в Конской Воле в среду накануне Рождества Христова лета Господнего 1561.

стр. 409 [27.12] Родился Сигизмунд Третий, шведский королевич, от четы Юхана, шведского короля, и Катажины, польской королевны; коронован в 1581 [г.] 61 по новому календарю в Краковском замке на Королевство Польское, на следующее утро он сидел на Краковском рынке, принимал присягу от мещан и посвящал в рыцари.

стр. 413 [31.12] Пан Кшиштоф Шидловецкий, краковский каштелян, скончался в Кракове в 1532 [г.], а похоронен в Опатове.

Комментарии

1. Chometowski Wl. Silva rerum z XV-go wieku // Biblioteka Warszawska. - 1866. - T. 1. - S. 243-247; См. также: Pamietnik kardynala Jerzego ksiecia Radziwilla z lat. 1555-1575. - Warszawa, 1899; Kronika mieszcanina krakowskiego 1575-1595 / Wyd. H. Barycz. - Krakow, 1950 (1930); Goreckij L. Kronika czasow Batorego 1576-1589 / Wyd H. Barycz // Archiwum Komisji historycznej Polskiej Akademii Umiejetnosci. - Krakow, 1948. - T. 15; Selicki F. Kronikarze polscy w latopisarstwie i dawnej historiografii polskiej // Slavia Orientalis. - 1966. - № 2. - S. 143-176.

2. Сборник летописей, относящихся к истории Южной и Западной Руси. - Киев, 1888; Иконников В. С. Опыт русской историографии. - Киев, 1908. - Т. 1. - Вып. 2. - С. 1610; Мыцык Ю. А. "Літописець" Дворецких - памятник украинского летописания XVII в. // Летописи и хроники. - М, 1984. - С. 219-234; Перети В. Н. Исследования и материалы по истории старинной украинской литературы ХVІ-ХVIII веков // Сб. по русскому языку и словесности. - Л., 1926. -Т. 1. - Вып. 1-3; Крип'якевич І. П. Літописи ХVІ-ХVІІІ ст. в Галичині // Історичні джерела та їх використання. - К., 1964. - Т. І; Ковальский Н. П. Записки современников как источник по истории Украины второй половины XVI сг. // Некоторые проблемы социально-экономического развития УССР. - Днепропетровск, 1971. - Вып. 2. - С. 46-146.

3. Оба издания посмертные: Пауль Эбер скончался в 1569 г.

4. Catalogue general des livres imprimes de la bibliotheque national. - Paris, 1911. -T. 46. - P. 550-551.

5. Adams H. M. Catalogue of books printed on the continent of Europe 1505-1600 in Cambridge libraries. - Cambridge, 1967. - Vol. I. - P. 10-11.

6. Boniecki A. Herbarz Polski. Cz. 1: Wiadomsci historyczno-genealogiczne o rodach szlacheckich. - Warszawa, 1913. -T. 13. - S. 234.

7. Urzednicy wojewodztwa belskiego i ziemi chelmskiej ХІV-ХVІІІ wieku. Spisy / Opr. H. Gmiterek i R. Szczygiel. - Kornik, 1992. - S. 240.

8. Polski Slownik Biograficzny (далі - PSB). - 1971. - T. 16/2. - S. 254-255.

9. Boniecki A. Op. cit. - T. 13. - S. 234; PSB. - 1971. T. 16/2. - S. 253-254; Akta grodzkie i ziemskie z czasow Rzeczypospolitej Polskiej z archiwum t. zw. bernardynskiego we Lwowe. - Lwow, 1889. - T. 14. - S. 456; Urzednicy wojewodztwa belskiego... - S. 240.

10. Boniecki A Op. cit. - T. 13. - S. 235.

11. Львовская научная библиотека Национальной Академии Наук Украины, отдел рукописей (далее - ЛНБ, ОР). - Ф. Сапег, т. 26/Id, № 1860.

12. Центральный государственный исторический архив Украины в г. Львове (далее - ЦГИАЛ). - Ф. 9, оп. 1, д. 346. - С. 711-717; д. 205. - С. 1094-1098. За указание на эти документы приносим благодарность В. С. Александровичу.

13. ЛНБ, ОР. - Ф. Сапег, T. 26/Id, № 1830.

14. ЦГИАЛ. - Ф. 9, оп. 1, д. 346. - лл. 716-717.

15. Там же. - д. 346. - лл. 711 -715; д. 205. - лл. 1094-1096.

16. Мыцык Ю. А. Записки иностранцев как источник по истории Украины. - Днепропетровск, 1981. -C. 35.

17. Piotrowski Jan. Dziennik wyprawy Stefana Batorego pod Pskow w r. 1581 / Wyd. A. Czuzcynski. - Krakow, 1894. - S. 192, 194 Перевод: Дневник похода Стефана Батория на Россию: осада Пскова / Пер. О. Н. Милевского. - Псков, 1882. - С. 80, 114-116, 227.

18. Piotrowski Jan. Dziennik wyprawy... - S. 192, 49; Дневник похода... - С. 80, 114-116, 227, 243-244. - Прил. - С. 6.

19. Архив СПб отдел Института истории Росии РАН, западноевропейская секция. - Ф. 39, д. 589/68. -л. 1.

20. Wierzbowski T. Materjaly do dziejow pismiennictwa polskiego i biografii pisarzow polskich. Warszawa, 1900. - T. 1. - S. 232-234, 249.

21. Piotrowski Jan. Dziennik wyprawy.... - S. 160; Дневник похода... - C. 204.

22. Urzednicy wojewodztwa lubelskiego ХVІ-ХVІIІ wieku. Spisy. Opt. W. Klaczewski i W. Urban. - Kornik, 1991,-C. 38.

23. Niesiecki K. Herbarz Polski. -T. 7. - Lipsk, 1841. - S. 137-138; Orichowiana / Ed. J. Korzeniowski. - Krakow, 1891; Thumenowna J. O rodzinie ksiedza Stanislawa Orzechowskiego// Kwartalnik Historyczny. - 1917. - S. 28: Kossowski A. Przyczynek do dziejow rodziny Orzechowskich // Miesiecznik Heraldyczny. - 1936. - R. 15. - S. 41-42.

24. PSB. - T. 24/2. - 1979. - S. 292 (ред. статья).

25. Ibidem. 296-298 (I. Kaniewska); Urzednicy wojewodztwa ruskiego ХІV-ХVПІ wieku. Spisy / Opr. K. Przybos. - Wroclaw etc., 1987. - S. 373, 342.

26. Urzednicy wojewodztwa belskiego... - S. 251.

27. Tworek S. Dzialalnosc gospodarcza Pawla Orzechowskiego // Annales Universitatis Mariae Curie-Sklodowska. Sectio F(L). - 1960. - R. 12. - S. 103-128; Idem. Dzialalnosc polityczna i reformacyjna Pawla Orzechowskiego // Odrodzenie i Reformacja w Polsce. - 1959. - T. 4. - S. 89- 112; Idem. Orzechowski Pawel // PSB. - 1979. - T. 24/2. - S. 283-284; Rodzina, herbarz szlachty polskiej. - Warszawa, 1916. - Т. ХІII. - S. 20-21.

28. PSB. - T. 24/2. - S. 284.

29. Urzednicy wojewodztwa lubelskiego... - S. 38.

30. Rodzina, herbarz szlachty polskiej. - Warszawa, 1916. - Т. ХІІІ. - S. 20-21.

31. Szust Z. Sredniowiecze Lancuta. - Lancut, 1957. (К сожалению нам не удалось ознакомиться с этим изданием).

32. Любович Н. Н. Люблинские вольнодумцы XVI века. Антитринитарии и анабаптист -Варшава, 1902. - С. 5-6.

33. Zielinski Wl. Monografia Lublina. - Lublin, 1878. - T. l. - S. 65.

34. Kobierzycki. J. Przyczynki do dziejow ziemi Sieradzkiej. - Warszawa. 1915. - T. l. - S. II, 17. 19, 21-22; Wotschke T. Stanislaus Lutomirski // Archiv fuer Reformationszeit. - 1905/06. - B. 3. S. 108, 162-163, 170-171; Sucheni-Grabowska A. Odbudowa domeny krolewskiej w Polsce. - Wroclaw et al.. 1967. -S. 183. 185. 188-189, 192; PSB. - T. 18/1. - S. 39-141.

35. Zakrzewski Wl. Po ucieczce Henryka. - Krakow, 1878. - S. 292, 341-342; PSB. - T. 6. - S. 474-475.

36. Kot St. Szkola lubartowska // Muzeum. - 1912; Lepszy K. Stefan Batory a Gdansk. - Gdansk, 1932. - S. 46-49. 52; PSB. -T. 7/1. - S. I-6. 10-12.

37. Lukaszewicz J. Obraz historyczno-statystyczny miasta Poznania. - Poznan, 1838. - T. 2; Idem. O kosciolach braci czeskich w dawnej Wielkiej Polsce. - Poznan. 1835; Jasnowski J. Mikolaj Radziwill Czarny. - Warszawa, 1939; Dembinska A. Polityczna walka o egzekucje dobr krolewskich w r. 1559-67. - Warszawa, 1935; PSB. - T. 8/3. - S. 412-414.

38. Merczyng J. Zbory i senatorowie protestanccy. - Warszawa, 1905. - S. 36, 59, 126; Zakrzewski W. Po ucieczce Henryka. - Krakow. 1878. - S. 340-341, 386-388, 425-236; Lepszy K. Rzeczpospolita Polska w dobie sejmu inkwizycyjnego (1589-1593). - Krakow. 1960; PSB. -Т. 8/3. -S. 416-420.

39. Merczyng J. Zbory... - S. 128; Baracz S. Pamiatki Jazlowieckie. - Lwow, 1862. - S. 39-44; Guerquin B. Zamek w Jazlowcu // Prace Komisji Historii Sztuki. - Krakow, 1948. - T. 9. - S. I80- 181; Kolankowski L. Roty koronne na Rusi i Podolu. - Lwow. 1935. - S. 14-21, 26-29. 32; PSB. - T. II/1. - S. 121-123.

40. Lempicki S. Renesans i humanizm w Polsce. - Warszawa. 1952; Sucheni-Grabowska A. Odbudowa domeny krolewskiej w Polsce... - S. 157, 163-164; Kolankowski L. Zygmunt August. - Lwow, 1913; PSB. - T. 19/1. - S. 69-71.

41. Любович Н. Н. Люблинские вольнодумцы"... - С. 8-21; Kossowski A. Protestantyzm w Lublinie i w lubelskim w XVI-XVII w. - Lublin. 1933; Tworek S. Dzialalnosc oswiatowo-kulturalna kalwinizmu malopolskiego (polowa XVI - polowa XVIII w. ). - Lublin. 1970; Idem. Zbor lubelski i jego rola w ruchu arianskim w Polsce ХVІ-ХVII w. Lublin, 1966; Sliwa T. Rozwoj protestanckiej reformacji w diecezji przemyskiej w drugiej pot XVI w. - Przemysl, 1977.

42. Люблинская А. Д. Источниковедение истории средних веков. - Ленинград, 1955. - С. 314-315.

43. Ошибочная нумерация в самой книге; отвечает странице 80-й

44. Слог зачёркнут, неразборчив

45. Зачёркнуто другими чернилами, сверху этим же почерком написано W. Gorliginye.

46. Запись сделана другими чернилами, нежели две последующие.

47. Запись исполнена другими чернилами по сравнению с большинством записей этим почерком.

48. Цифра 5 исправлена из другой неразборчивой.

49. Над строкой уточнено Z sobothy na.

50. Текст правленый, неразборчивый. Прочтение сомнительно.

51. Слово дописано над строкой.

52. Слово зачёркнуто другими чернилами, на полях рядом этими же чернилами почерком II дописано S[ancti] Stan[i]s[lai].

53. Ниже выскоблена строка текста../p>

54. Слово зачёркнуто другими чернилами, на полях рядом этими же чернилами почерком II дописано W Wisku w lowyech.

55. На полях напротив записи пометка тем же почерком Ve sthu lyath.

56. Записано тем же почерком, что и предшествующая запись. но другим пером и чернилами.

57. Три последних слова дописаны тем же почерком, но другими чернилами.

58. Последнее предложение дописано на полях тем же почерком другими чернилами.

59. Уточнение о времени дописано над строкой.

60. Имя дописано над строкой.

61. Последняя цифра исправлена. Тут же на полях повторно 1581

Текст воспроизведен по изданию: Родинна хроніка останньої чверті XVI ст. // Український археографiчний щорічник. Нова серия, Вип. 3/4; Український археографічний збірник, Том 6/7. Київ. Наукова думка. 1999

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2021  All Rights Reserved.