Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ИОВЛЬ В.

ПЕКИН ЗИМОЮ

ОЧЕРК

Жизнь в Пекине, как и повсюду, имеет свои дурные и хорошие стороны. К дурным сторонам жизни в Пекине надо отнести, конечно, и оторванность от родины вследствие дальности расстояния: письма и газеты приходят к нам с легкой почтой, через Монголию, на 30-й день, а если из почтовой конторы в Троицкосавске письма и газеты будут отправлены тяжелой почтой на верблюдах, то мы получим их через три месяца; невозможность удовлетворять запросы духовной жизни, вследствие отсутствия в Пекине библиотек, театра, музыки; тягость климатических и туземных местных бытовых условий жизни для непривычных к ним европейцев, и, наконец, для нас, русских, самая тягостная сторона жизни заключается в нашей разрозненности и отсутствии каких бы то ни было духовно-связующих общих интересов.

Русская жизнь в Пекине есть капля, выхваченная случайно из общерусской жизни, отражающая в себе ярко только ее дурные стороны, которым дается широкий простор в Пекине.

Содержимое этой общерусской капли чрезвычайно изменчиво и случайно, вследствие постоянных перемещений и замещений одних членов русской колонии другими. Что касается до хороших сторон жизни в Пекине, то к ним прежде всего следует отнести международность жизни.

Перед глазами внимательного наблюдателя здесь проходит [586] бытовая жизнь каждой европейской народности, представляющая много и общих черт, но много и своеобразно отличительных».

Международность жизни дает возможность присматриваться на близком расстоянии к разноплеменным группам, сравнивать их, наблюдать и делать выводы о степени их культурности и общественности.

Благодаря такой международности, жизнь в Пекине отличается чрезвычайной подвижностью: постоянная смена людей вносит в жизнь постоянную смену живых впечатлений, что поддерживает, несмотря на многие тяжелые лишения, постоянный живой интерес.

Жить, не имея ни к чему никакого интереса, в Пекине невозможно. Интересом для многих является, как отдых после обязательной служебной работы, или спорт: fох hunt, раррег hunt, foot-ball (главными участниками этого спорта являются англичане и американцы); или посещения международного клуба, в котором устраивается каток для любителей кататься, шахматные турниры, турниры на бильярде, а также и танцевальные вечера (cinderella).

Очень немногие из европейцев находят для себя интерес в ознакомлении и изучении китайской уличной жизни. Эти люди, равнодушные ко всякому спорту, все свое свободное время проводят в хождении по всем закоулкам Пекина, в посещениях китайских ресторанов, чаевых домов, ярмарок, лавок, магазинов и т. п. Наконец, здесь есть очень многочисленный круг лиц, для которых интересом жизни являются карты.

Пекин, благодаря своей международной подвижности и благодаря резким переменам климатических условий, в разное время года бывает чрезвычайно разнообразен. Пекин зимой резко отличается от Пекина летом, равно как Пекин весной - совершенно иной, нежели Пекин осенью.

И каждый из них имеет своеобразный интерес.

Начало каждого времени года определяется для китайцев в ежегодно издаваемом при астрономическом приказе в Пекине полном народном календаре.

И как бы ни был теплым первый день зимы, или холодным первый день лета, но китайцы обязательно в первом случае наденут зимнюю одежду, простеганную ватой, а во втором - сменят ее на соответственную летнюю.

Народный календарь в жизни китайцев играет видную роль распорядителя, которому все подчиняются.

В полном народном календаре определена вся бытовая [587] жизнь китайца, указаны все счастливые и несчастливые в году дни на всякий случай обихода его жизни, будет ли это постройка дома, продажа и купля, поездка по делам, поступление на службу или вступление в брак, принесение благодарственной божеству жертвы и т. п.

И до известной степени надо отдать справедливость китайскому календарю: он не всегда врет.

Наблюдательность относительно климатических и атмосферических явлений, веками накоплявшаяся в астрономическом приказе, дает возможность делать не мало правильных указаний и интересных примет...

Насколько ранняя и средняя осень в Пекине приятны своею равномерностью, отсутствием ветров, резких колебаний температуры между утром я полуднем, между полуднем и вечером, а также постоянно ясным, голубым небом, - настолько неприятна первая часть зимы с ее резкими колебаниями и изменчивостью температуры. Эту атмосферную изменчивость европейцы переносят тяжело и, не приноровившись к местным условиям климата в своей одежде, постоянно простуживаются и болеют. Ноябрь и декабрь месяцы, вообще непостоянные по погоде, особенно были изменчивы за время зимы 1906 - 7 года.

Почти весь месяц ноябрь был сырой и пасмурный, с частыми, хотя не сильными и не продолжительными туманами, но зато с частыми ветрами и редкими ясными солнечными днями.

Отсутствие тепла и солнца, отсутствие ласкающего нежно-голубого неба, закрытого хмурыми серыми облаками, особенно тяжело чувствуется европейцами.

Пекинская сырость и хмурость, своеобразная, как и все здесь в Китае, пронизывают до костей и чувствуются в новопостроенных домах, не приноровленных европейскими архитекторами к местным климатическим условиям, гораздо сильнее, нежели на воздухе. В сырые дни большая часть нервного европейского населения клянет Пекин, собирается при первой же возможности покинуть его, обещая никогда более не возвращаться. Но только в воздухе посвежеет, только небо очистится и засинеет, только засияет солнце и начнет согревать природу и людей своими горячими лучами, как тотчас же исчезает и тоска, и хандра.

Для нас, русских, является прямо-таки праздничное настроение, когда в воздухе “запахнет снежком", когда [588] засвежеет и посыплет ровный и спорый снежок, который хоть в мечтах, хоть на время, прикроет всю неуютность бытовой нашей жизни и унесет нас хоть в мыслях, на ковре-самолете, на далекую снежную родную равнину, в далекий, покрытый снежными хлопьями, молчаливый лес. Атмосферные изменения в течение ноября месяца в Пекине можно подвести под следующие главные три типа. С утра небо хмурое, рвет и мечет ветер, поднимая тучи пыли и кружа его в воздухе вместе с сухими листьями. После полудня ветер стихает, облака расходятся, открывается ясное голубое небо, на котором вечером зажигаются миллиарды ярких звезд, льющих на землю свой мерцающий свет с синего небесного свода.

Или, что бывает чаще, с утра стоит тихая хорошая погода, небо хотя и облачно, но повсюду видны голубые пространства. Солнце светит. После полудня вдруг срывается ветер, достигающий часто силы бури и ревет до захода солнца, когда так же почти мгновенно буря прекращается и водворяется в природе чудная вечерняя тишина. Или стоят тихие, но хмурые, сырые дни, когда все небо закрыто серой густой пеленой, когда все ежатся, жалуются, что им - “как-то не по себе", “неможется". Иногда, однако, выдаются тихие, ясные солнечные дни.

В дни сухие и ветряные развивается сильная сухость воздуха, которая также действует гнетуще на психику нервных людей, вызывая иной раз сильные приступы нервного сердцебиения, нервного удушья, бессонницу, нервную раздражительность.

Сухость воздуха у всех почти отзывается на коже рук. Кожа сохнет, становится шершавой, шелушится; нередко даже появляются изъязвления.

В течение многих лет, я аккуратно записывал ежедневно три раза температуру воздуха, высчитывая затем ежемесячно среднюю температуру. Ноябрь месяц 1906 года дал следующую среднюю температуру: в 9 часов утра - 0,5 R., в полдень + 2,8° R. и в 9 часов вечера +0,3° R.

Первый небольшой снег выпал в ночь на 6-е ноября после пасмурного, но теплого дня накануне. Такое раннее выпадание снега - явление редкое в ноябре. В половине ноября принадлежащие Пекину каналы покрылись уже прочным сравнительно льдом, и веселье зимы - катание на льду, на коньках и китайских санях - стало привлекать и китайцев, и европейцев...

Что касается до проявлений китайской жизни в течении последних месяцев, то можно сказать одно: твердыми, но не [589] торопливыми шагами Китай идет вперед по пути государственного переустройства и развития общественной жизни.

В этом неуклонном движении вперед виделась и чувствовалась могучая поступь уверенного в себе и обладающего вековой жизненностью государственного организма, умудренного опытом пережитых тысячелетий, меняющего направление своей жизни не по капризу случая, не скачками неуравновешенного юного темперамента, а по зрелому обсуждению и признанию неотложной необходимостью взять другую дорогу жизни.

И европейцев в Китае поражает это вдумчивое государственное строительство, в котором не упущена из виду ни одна сторона жизни, но все части государственного строя обновляются и улучшаются вместе, следуя одна за другой в строго обдуманном постепенном порядке.

Только наблюдая эту кропотливую, неустанную, строго обдумываемую работу переустройства китайского государства, приходишь к убеждению, что только могучий и живучий народ способен совершить такое переустройство без народных междоусобий, без ненависти и кровавых внутренних потрясений, взываемых самими же деятелями, толкающими народ в самоуправство, в самосуд, в самоистребление...

В деле своего государственного переустройства Китай являет собой образец стихийной силы, но силы разумной, спокойно перерабатывающей встречаемые на пути препятствия. Наблюдая могучую работу Китая над своим обновлением, я ни на минуту не сомневаюсь, что будущее Дальнего Востока принадлежит не Японии, не Европе, но пережившему века и на новые века сохранившему жизненную энергию Китаю.

Учрежденные новые китайские министерства имеют еще у себя старых министров, но и эти стародумные сановники бесповоротно уже признали над собой власть нового пути, по которому их влечет новая жизнь.

Эти стародумные китайцы-сановники идут не против необходимого обновления, но идут против быстрой ломки всех старых устоев, из которых - справедливо говорят они - не все плохи, равно как и нововведения не все хороши; во всем необходима серьезная и вдумчивая оценка возможных улучшений.

Китай в настоящем стал уже проявлять свою самостоятельность и независимость не только в отношении Европы, но и в отношении Японии. Европейцы все более и более теряют свои привилегии обогащаться за счет Китая и устраняются [590] от получения прав на разработку природных богатств, на сооружение железных дорог, на особое свое привилегированное положение над китайским народом, которое было так прочно еще несколько лет тому назад.

Но, устраняя господство у себя европейцев, Китай не признает над собой и господства японцев...

Новые министерства деятельно работают, и работа их, особенно военного министерства и народного просвещения, дала много положительных результатов. Разумно и широко проводится борьба с курением опиума, на прочную почву ставится борьба с пиратством на реках и разбойничеством на суше, бывшими еще не так давно организованными и сильными.

В китайском народе одновременно с новыми реформами получили широкое развитие, широкое распространение и национальные чувства и стремления.

Китайский патриотизм все громче и громче взывает к освобождению от чуждой ему маньчжурской династии.

Деятельность тайных противоправительственных обществ все расширяется, и антидинастическое революционное движение все захватывает больше и больше пространства...

Обращаясь к общественной жизни европейского общества, можно установить факт, что в начале зимы европейская жизнь вообще проявляется слабо. Это объясняется тем, что в течение лета происходит наибольшая смена людей. С началом весны обычно совершается отъезд из Пекина в Европу, и к началу осени совершается приезд. Вследствие этого обмена людьми, начало зимнего сезона служит периодом ознакомления вновь прибывших со старым населением, налаживает, так сказать, текущую европейскую жизнь. Поэтому, хотя в это время и бывают балы у того или другого представителя, но проходят обычно вяло.

Что касается жизни русского общества в Пекине, то эта жизнь особенных проявлений не дает, сохраняя свои типичные черты. Русская колония имеет в своей среде исконных двух трех людозлобов, которые встречают каждого нововходящего в нее члена желанием с первого же шага очернить и оклеветать того или другого члена русского общества.

Люди слабовольные, мало культурные поддаются влиянию этих людозлобов и примыкают к их сообществу; люди с большей культурностью и умственным развитием скоро отличают клевету от действительности и удаляются от сплетников. Такими [591] особенностями русской жизни поддерживаются ее постоянная рознь и враждебность...

В ноябре месяце была, впрочем, одна и, правду сказать, довольно характерная черточка для современного течения русской жизни в Пекине, - это прогулка, ночью с оркестром музыки по пустынной уже Посольской улице. Но подобных черточек в русской жизни в Пекине, с музыкой или без музыки, так много, что только о них одних можно бы раз сказать очень интересную, иногда забавную, но по большей части грустную историю...

Декабрь начался легкими утренниками и теплыми облачными пасмурными днями. Погода эта, однако, резко переменилась с вечера 5 декабря, когда задул сильный северо-западный ветер и разыгралась на всю ночь буря, шедшая из Монголии. На утро все вершины ближайших к Пекину холмов были покрыты снегом, а термометр показывал 6-го декабря в 9 часов утра - 5,5° R.

Морозные, но ветреные дни держались от 6-го по 14-е декабря, когда погода снова стала мягкой и термометр стал показывать поутру -1° R., а в полдень +1° R. Этот мягкий период погоды длился до 27-го декабря, когда снова поутру термометр показал -6° R. Вообще весь декабрь был очень неровный и колебания в температуре были резки.

______________

В последнее время в Китае открывается народу просвещение во вновь устраиваемых повсюду школах с учителями, получившими свою учительскую подготовку или в Японии, или в собственных высших китайских школах и университетах. Открытием этих новых школ министерство народного просвещения нанесло смертельный удар старому ветхозаветному строю, по которому всякий, кто только хотел, мог открывать школы, где хотел, и учить грамоте по старым образцам. Ныне от учителя на право обучения требуется диплом, и старозаветные учителя остаются только в глухих деревнях.

Министерство народного просвещения открывает школы не только для мальчиков, ,но и для девочек. Новый строй Китая, затрагивая существенные интересы многочисленного чиновничества, вызывает и долго еще будет вызывать множество недоразумений, недоброжелательств, препятствий, будет и сам в лице своих прогрессистов-представителей делать крупные, но неизбежные ошибки, и за всем тем - новый строй, несмотря на все противодействия, будет крепнуть и развиваться. [592] Как бы велики ни были смуты в Китае, особенно при стоящем на очереди вопросе о престолонаследии, как бы ни были даже кровавыми политические перевороты, обратить вспять двинувшуюся вперед мысль и жизнь Китая никто не в состоянии...

Смуты и антидинастическое движете особенно сильны в южных провинциях, где и народ значительно культурнее, где и патриотизм сильнее, нежели в северном Китае.

Особенно сильно распространилось революционное движение в провинции Цзян-си, заставившее встревожиться правительство в Пекине, но по-европейски обученные войска успешно справляются с подавлением мятежа. Большую заботу правительству доставил также голод, охвативший громадное пространство и до 500 тысяч населения, которое, побросав свои дома, устремилось в областной город, прося у наместника хлеба и работы.

Голодающие были размещены в палатках, образовав целые становища. На помощь к ним пришло не только китайское правительство, китайское общество, но и все европейские колонии в Китае, собравшие для голодающих значительные пожертвования.

Из всего европейского населения Пекина охранные отряды являются наиболее товарищески организованными. С 1905 года отряды приняли решение - в случаях смерти кого-либо из солдат, принимать, участие в похоронах каждого из них всем отрядом и офицерами. Поэтому каждого почившего на далекой чужбине провожает торжественная и блестящая процессия с музыкой. Среди франтоватых или строго-выдержанных форм, каковыми с одной стороны щеголяют американцы, а с другой - голландцы и все моряки, обмундировка русская является самой неуклюжей и самой некрасивой на вид.

Среди блестящей военной процессии русские движутся какими-то серыми мешками, увальнями, уступая внешностью всем европейским отрядам. Но - “мертвый, в гробу мирно спи! жизнью пользуйся, живущий"!.. Нигде этот стих так не приложим к жизни, как в Пекине, где всякий живет только настоящим и только для себя.

Декабрь месяц в жизни европейского общества в Пекине - самый веселый, самый общительный. Общество, успев уже ознакомиться и сблизиться между собой, искренно начинает веселиться. В международном клубе устраивается на месте летнего тенниса зимний каток для конькобежцев, в помещении клуба устраиваются танцевальные вечера и нередко также [593] вечеринки с танцами в частных домах. Открытия катка все ждут с нетерпением, и катание на коньках составляет для европейской колонии самое приятное зимнее развлечение.

Но и помимо многочисленных удовольствий, который дает зимний сезон, декабрь является самым приятным месяцем, самым уютным, самым любимым, благодаря праздникам Рождества и Нового года. Рождество Христово всех объединяет на чужбине в одну родственную и дружную европейскую семью, всех заставляет еще более сблизиться в одном общем чувстве любви к далекому родному дому, родной семье, родной стране. И в этом стремлении к единению европейское общество стоит выше русского.

Стоить только пойти в католическую церковь в Пекине, когда идет служба “Noёl", чтобы оценить и европейскую культурность, и европейскую общительность...

______________

Погода в январе месяце стояла до 16 числа неприятная. Дни были теплые, сырые, пасмурные, изредка ветреные.

Январь месяц - шумливый и суетливый в Пекине, благодаря праздникам. Новый год, который, вследствие трех различных счислений, празднуется сперва по новому стилю европейцами, затем русскими по старому стилю и китайцами по лунному исчислению. Первые дни Нового года проходят в обязательном делании визитов, причем личные поздравления приносятся только в хорошо знакомых домах, а обычно оставляются визитные карточки с инициалами - Р. X. В русской колонии личные поздравления приносятся также только в семейных домах.

Из празднеств Нового года в Пекине самым интересным и самым привлекательным является своеобразный праздник китайского Нового года, который в текущем году пришелся на русское 31-е января.

Китайский праздник прежде всего симпатичен тем, что, задолго еще до его наступления, уже видна повсюду хозяйственная заботливость населения, старающегося подготовить встречу Нового года, как великий праздник. Улицы наполняются множеством новогодних игрушек, картин, искусственных цветов, фонарей и фонариков. Движете по улицам становится огромным и на лицах видна предпраздничная озабоченность, которая невольно наводит мысль на воспоминания о своей семье, во временах своего далекого детства, о своих ушедших уже навсегда праздниках... [594] Празднества китайского Нового года, единственного праздника китайцев, отвечающего по торжественности нашей Пасхи, длятся 15 дней и знаменуются, во-первых, ярмаркой в Люличане и, во-вторых, праздником фонарей.

Ярмарка в Люличане длится все 15 дней, а праздник фонарей - последние три вечера, после чего жизнь входит в свою обычную рабочую норму. Местность Люличан находится в китайском городе и представляет свой интерес в жизни Пекина. Люличан — это целый квартал, в котором сосредоточена вся китайская книжная торговля, находятся пассажи и лавки, в которых происходит торговля старинными, часто очень ценными вещами. В Люличане можно найти все: старые книги и старинные гравюры, картины, учебники, вещи из китайской фалани (клуазоне), вещи из бронзы, из фарфора, из яшмы (нефрита), драгоценные камни, жемчуг и проч.

Громадная площадь от 2-х часов дня и до 5 ч. вечера кишмя кишит народом. Вся площадь занята рядами столов, на которых идет бойкая продажа детских игрушек, искусственных цветов, золотых рыбок, фонарей, искусственно сделанных красивых бабочек, разнообразных и разнофигурных раскрашенных змей, волчков и т. д.

Празднично одетая толпа, среди которой множество разодетых женщин - маньчжуров и детей, чинно движется по всем направлениям. И среди этой многотысячной толпы царят благопристойность и порядок. Не только не слышно брани, не только не встречается ни одного пьяного, но не слышно даже “крунного разговора"...

В текущем году ярмарка в Люличане представляла те же особенности, что и вся китайская жизнь. В каретах проезжали китайские дамы, жены сановников, и дамы полусвета, каталась золотая пекинская молодежь обоего пола, был открыт даже по-европейски ресторан. Среди женщин, главным образом монголок, встречались нередко очень красивые лица. Жаль только, что мода на раскрашивание лица не уступает времени и по-прежнему портит впечатление, показывая вместо женских лиц размалеванные маски...

Китайская жизнь, выставляя на вид свои симпатичные стороны, в то же время выставляет на показ и свою гнусность. Вот, на видном месте, выделяясь от толпы, стоить плотного сложения, полный, пожилой уже китаец и рядом с ним -нарядно разодетый мальчик, по наружному виду лет восьми.

На мальчике одет шелковый китайский кафтанчик и [595] шелковая поверх безрукавка; подпоясан он красным шелковым кушаком, на голове меховая шапка, в руках меховая муфточка.

Личико мальчика подрумянено, глаза как-то особенно блестят, он старается быть веселым, улыбается. Пожилой китаец осматривает проходящую мимо толпу тоже каким-то особенным заговаривающим взглядом, как бы предлагая что-то. На некоторых молодых и богато одетых китайцев он как-то особенно останавливает свой взгляд, на других же он только скользит, пропуская мимо. Мальчик, как бы отвечая своему спутнику, тоже в известные моменты играет глазами, как бы говоря что-то. Этот китаец - хозяин мальчика.

Он вывел его на ярмарку, надеясь найти богатого покупателя. Этот китаец - представитель очень распространенного в Пекине ремесла - торговли мальчиками. Восток вообще, а Китай в частности не видит позорного в пользовании мальчиками, но удовольствие это в Пекине стоит дорого и обставлено особыми обычаями и традициями. Получить чистенького, воспитанного и обученного мальчика стоить в Пекине больших денег. В Пекине есть особые рестораны, посещаемые богатой золотой молодежью и богатыми китайцами, которым предлагаются мальчики, но близкое знакомство совершается не сразу. Обычно приглашенные мальчики принимают участие в обеде, поют перед гостями песни, развлекают гостей острой беседой, зная массу острых словечек, поговорок, прибауток и обладают природной находчивостью, а также и специальной к собеседованию подготовкой. Обед с мальчиками обходится на каждого участника рублей в 50 - 60. После первого ознакомления за общим обедом в ресторане должно последовать интимное угощение мальчика обедом для более близкого с ним знакомства, а затем должны быть сделаны мальчику ценные подарки. Только после этого обязательного подготовительного периода знакомства, желающий иметь мальчика может рассчитывать на взаимность с его стороны. Мальчиками промышляют особые специалисты по этой части, и мальчик в Пекине ценится втрое - вчетверо дороже девочки. Мальчики берутся на содержание; богатые люди покупают мальчика у его хозяина и платят часто громадные деньги.

Насколько высока стоимость мальчика, можно видеть из следующего факта. Один богатый китаец в Пекине откупил для себя мальчика, как говорят, за 40 т. лан (лан = 1 р. 40 к.), уплаченных хозяину, и дал обязательство купить мальчику дом и женить его по достижению известного возраста. [596] Китайское общество, представляет много своеобразных черт, общих Востоку вообще, пользуется мальчиками, видя в них особый спорт, особое удовлетворение своего тщеславия, особую моду. Раннее пресыщение, легко получаемым развратом, столь доступным в Китае, еще более поддерживает этот гнусный промысел...

Ярмарка в Люличане в текущем году дала много интересного и поучительного для европейской наблюдательности.

Начать с того, что вся прилегающая к Люличану местность стала неузнаваемой. Исчезли зловонные и грязные углы и целые улочки, заменившись ново-проложенными и замощенными, чистыми пространствами. Замощение улиц и очистка их идет поразительно быстро и захватывает все новые и новые участки. Видимо, что благоустройство Пекина строго обдумано и проводится по твердо-составленному плану.

С главных улиц почти исчезли назойливые ужасные китайские нищие в их отвратительных лохмотьях, с воспаленными глазами, изъязвленные, покрытые коростой.

Еще два года тому назад, идти в Люличан по китайским улицам было пыткой.

Грязь и зловоние - повсюду. Ужасные нищие бежали за европейцем, окружая его толпой. Одни бежали сзади, другие - по бокам, третьи забегали вперед, падали на колени, бились головой о землю, протягивали свои изъязвленные руки, хватались за платье, дышали в лицо отвратительным зловонным дыханием и кричали жалобным голосом: “лао-е, мейо-ши-ма фань" - “господин, нечего есть".

Каждая группа нищих имела свой определенный участок пути и, дойдя до своей границы, сдавала европейца поджидавшей новой группе таких же отвратительных, ужасных нищих. И горе было тому европейцу, который, не выдержав характера, давал нищим серебрянную монету. Назойливости тогда не было конца, и нередко нищие доходили до такого возбуждения в своих требованиях, что европейцу приходилось уже отбиваться от них палкой, если таковая была в руках, или спасаться в ближайшую лавку, или прямо-таки бежать...

В настоящее время ничего подобного нет, и путешествие в Люличан представляет приятную прогулку.

Осматривая ярмарочную торговлю, дивишься еще более той легкости, той приспособленности к европейским новшествам из которого многое уже само собой усвоено китайским народом и вошло спокойно в обиход его жизни. [597] На ярмарке идет, наприм., бойкая торговля детскими фуражками и шапочками европейского образца. Большинство подростков - детей уже щеголяют в европейского покроя картузиках, но этот европейский покрой переработан китайским вкусом. Картузики и шапочки все яркоцветные, с различными украшениями и вышивкой стеклярусом. Взяв образец европейца, китаец обратил его в свой.

Не мало дают для размышления также и лавки с игрушками, из которых добрая половина уже представляла подражание европейским образцам со стороны пекинских кустарей.

Продажа европейских игрушек идет бойко: их охотно покупает и молодая мать для своего сынишки, и старая бабушка для своего внука. Большинство европейских игрушек носит технически характер. Это - заводные из жести пароходы, лодки, вагоны, паровозы, велосипеды с ездоками, кареты и коляски с разодетыми европейскими дамами. Видны также в лавках европейские игрушечные ружья, барабаны, жестяные сабли.

Рассматривая в одной лавочке эти игрушки, я почувствовал, что кто-то меня трогает за рукав. Смотрю - китаец-продавец. Подводит он меня к особому стеклянному шкафчику, и я вижу за стеклом железнодорожный поезд с паровозом впереди, из трубы которого клубами валить дым.

— Хао бу хао? — хорошо? не хорошо? — слышу вопрос торговца.

— Хао,—отвечаю я.

Надо было видеть довольную улыбку, которая покрыла лицо торговца, быть может, самого кустаря, сделавшего этот поезд.

— Хао,—повторилъ он, довольный.

— Хао,—ответила окружившая нас толпа китайцев, столь же общительная и довольная.

Всматриваясь в новую жизнь, которая мощно прорастает, заглушая обессиленный дряхлый Китай прожитых веков, я прихожу к убеждению, что Китай переработает и усвоит по-своему все то, что возьмет от Европы, оставшись все тем же вековым самобытным Китаем, который не отдаст себя ни под иго Японии, ни под власть Европы.

Повинуясь неизбежному закону новой жизни, Китай создал для себя вооруженный кулак, столь ему необходимый в данное время, чтобы отстоять свою самостоятельность в жизни вбок-обок с Европой, но души народной он не вложил в тот кулак, а сохранил ее для мирного развития своих духовных сил. [598] Наблюдая днями эту многотысячную толпу в Люличане, я видел, что главным интересом, как взрослых, так и детей, было не приобретение европейского игрушечного оружия, а покупка пароходов, лодок, экипажей, вагонов.

В игрушке, которая явилась выразителем той или другой духовной склонности, китаец оценил создающий жизнь интерес, а не разрушающий ее.

И думается мне, что европейская мирная игрушка не только понятнее говорит уму и чувству китайца, нежели европейская модель ружья, сабли и пушки, - думается, что эта мирная, техническая игрушка вносит в мышление и в чувство китайца облагораживающее влияние, - что эта игрушка вносит в ум китайца сознание, что интересы всего человечества объединяются мирным развитием труда, а разъединяются интересы всего человечества вторжениями народов с ружьями и пушками, разрушающими жизнь и труд, все равно, откуда бы ни шло это вторжение, с Востока или с Запада...

Новогодние праздники китайского народа, кроме уличного шумного веселья, сохраняют еще и тот домашний, симпатичный уклад жизни, который проявляется во многих символических преданиях и обычаях. Новогодние кушанья, приготовленные в каждой семье, новогодние гадания, новогодние предания и верования, новогодние картины - какой интересный своеобразный и богатый материал для понимания и изучения народной жизни и народной мысли!

К Новому году специально подготовляется выгон цветущих карликовых деревцов персика и граната, имеющих такое важное значение, как символы благополучия и плодородия. Цветущим этим деревцам придается форма или дракона, или мифической птицы феникса...

Из общественной и политической жизни за январь месяц должно отметить, что внушавшее серьезные опасения восстание в Пинсяне было подавлено европейски обученными войсками.

Это восстание, одно из многочисленных антидинастических движений, вызвало в наиболее влиятельных китайских газетах “Син-вэн-пао" и “Шэн-пао" следующие строки: “Подавить мятеж -дело нехитрое, но следует принять при этом в соображение действия правительства, которое в своей собственной стране избивает собственных подданных, как врага на войне.

“Главная суть должна состоять в том, чтобы у народа был отнят всякий повод к восстанию. Бедному народу, который [599] из нищеты хватается за оружие, должно помочь. Нет необходимости также поднимать оружие и против революционной партии. Если только будет правильное прочное государственное правление и сохранен для народа порядок, то никто не будет желать революции. В пинсянское восстание народ толкнула нужда. Вместо того, чтобы прийти народу на помощь, его стали умерщвлять при помощи солдат. Народ держится в настоящее время спокойно, но затаенная злоба остается несомненно".

“Причина восстания в Хунани и Цзянси заключается в наводнениях последнего года, - говорит “Ши-бао"; — более слабые люди изнемогают под бременем голода, более сильные берутся за оружие. Чиновники никакого внимания не обращают на взимание податей. Это вызвало ненависть народа. Малое восстание подавлено в Пинсяне, но за ним последует большее".

Борьба старых партий и новых, борьба антидинастическая, несомненно, еще может вызвать длительные и даже кровавые смуты, но жизнь повернуть вспять нельзя, и приходится только сожалеть, что политические партии вмешивают в свою борьбу и имя великого китайского учителя Конфуция.

В январе месяце обнародован богдыханский декрет о сооружении храма в честь Конфуция на месте его родины в городе Цюйфу и о принесении в этом храме жертв в том же самом порядке, в каком эти жертвы приносятся в Пекине, в храме Неба и Земли.

Партия либеральная уже не замедлила воспользоваться, чтобы в этом чествовании памяти великого народного учителя усмотреть стремление правительства сойти с пути реформ на старый путь чиновничьей бездеятельности.

Думается, что каковы бы ни были убеждения политических партий, каковы бы ни были способы их борьбы, не следует трогать святыни народа в его прошлом.

В. Иовль.

Пекин, март 1907 г.

Текст воспроизведен по изданию: Пекин зимою // Вестник Европы, № 12. 1907

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.