Версия для слабовидящих |  Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

№ 90

1657 г. октября 4. — Наказная память, данная из Посольского приказа тарскому сыну боярскому И. С. Перфильеву и тобольскому служилому бухарцу Сеиткулу Аблину о поездке в Цинскую империю 1

/л. 13/ Лета 7166-го октября в 4 день. По государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, указу память тарчанину сыну боярскому Ивану Перфильеву да тобольскому бухаретину Сеткулу Аблину.

Ехати им з государевою царевою и великого князя Алексея Михайловича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, грамотою в Китайское государство х китайскому бугдыхану-царю, а об отпуске их (Далее зачеркнуто: посланы.) государевы грамоты в Сибирь в Тоболеск и на Тару к воеводам [222] посланы ис приказа его государевы Большие казны. А велено их отпустить в Китайское государство на сибирские городы, а из сибирских городов на калмыцкие улусы и на кочевья и на иные места, на которые х Китайскому государству ближе и податнее. А ис Тобольска и с Тары воеводам велено от себя в улусы к мурзам и к тайшам, которые по той дороге х Китайскому /л.14/ государству отписати и подводы и провожатых до которых мест пригож дати.

Да как их ис Тобольска и с Тары отпустят, и Ивану и Сеткулу ехати не мешкая. А как приедут из сибирских городов в улусы или в кочевья, и им тех улусов к тайшам или к мурзам или х каким князькам посылати листы, каковы будут к ним писаны ис Тобольска и с Тары от воевод об их пропуске. И велети им говорити, что посланы они от великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, от его царского величества, к бугдыхану-царю китайскому и всего Китайского государьства ко владетелю царского величества з грамотою и с поминками, а велено им ехать наскоро, и они б их в своих улусех не держали, пристава и подводы своими улусы давали им, провожатых с ними от улуса до улуса посылали, и береженье к ним во всем /л. 15/ велели держати, чтоб им в Китайское государство доехать здорово. Да как их улусные мурзы или тайши своими улусы пропустят и приедут они в первой китайской город, и им приказати того города к державцу, что посланы они от великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, ко государю их к бохдыхану-царю китайскому в гонцех о их государьских надобных делех, а с ними послана от великого государя, от его царского величества, ко государю их, к богдыхану-царю, грамота о дружбе и о любви и о иных государьских добрых делех и любительные поминки, и он бы, державец, дав ему пристава и корм и подводы (Далее зачеркнуто: и провожатых.) отпустил (Далее зачеркнуто: ево.) их не задержав, и проводить (Далее зачеркнуто: ево велела.) их до того города, где ныне государь их богдыхан-царь, послать, и ко государю своему об них отписал. Да как их /л. 16/ ис первого города отпустят, и им потому ж ехать не мешкая нигде.

Да как их, Ивана и Сеткула, в китайских городех пропустят и приедут они к тому городу, где бугдыхан-царь живет, и пришлет будет к ним своих ближних людей, и учнут их спрашивать от ково они и для какова дела присланы и хто на Московском государстве государь и грамота с ними и словесной приказ от царьского величества есть ли, и Ивану и Сеткулу говорить: по божией милости и воле на великом и преславном Московском государстве и ка всех великих и преславных государствах Рссийского царства великим государем царем и великим князем, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцем, от рода Августа кесаря, обладающаго всею вселенною, и сродича ево великого князя Рюрика и протчих великих монархов, /л. 17/ по них бывших, а блаженные и высокославные памяти и неисчетные хвалы достойнаго великого государя царя и великого князя Михаила Федоровича, всеа Русии самодержца, сын великий государь наш царь и великий князь Алексей Михайлович, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец и многих государств и земель восточных и западных и северных отчич, и дедич, и наследник, и государь, и облаадатель, и он, великий государь, его царьское величество, похотя з государем их з бугдыханом-царем быти в крепкой дружбе и в приятной любви и в сылке, [223] послал их к нему, бугдыхану-царю, про свое государьское здоровье сказать, а ево, богдыхана-царя, здоровье видети, и прислал с ними свою царского величества грамоту и любительные поминки и о иных государских делех, и государь бы их бугдыхан-царь велел им быть у себя не замотчав. /л. 18/

Да как им скажют, что богдыхан-царь им быти у себя велел, и им, Ивану и Сеткулу, к богдыхан-царю итти урядяся. Да как оне, Иван и Сеткул, придут в полату, а тут будет бугдыхановы ближние люди, а бугдыхана-царя не будет, и им, вшед в полату, царевым думным людей поклонится, а государевы грамоты им не отдавать и никаких речей не говорить.

А будет учнут у них ближние люди просить государевы грамоты и поминков, чтоб они отдали им грамоту и з поминки и речь, что с ними наказано, говорил[и], а бугдыхану-царю скажют не доволь, или будет скажют где в отъезде, и Ивану и Сеткулу говорити: присланы они от великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца и многих государств и земель восточных и западных и северных отчича, и дедича, и наследника, и государя, и облаадателя, ко государю их, /л. 19/ к бугдыхану-царю, а велено им те царского величества грамоту и любительные поминки подать и речь говорить самому богдыхану-царю; и ныне им сказано, что богдыхан-царь велел ему быти у себя, а не у них, ближних людей, и им царского величества грамоты и любительных поминков отдати и речь говорити непригоже; и они б, ближние люди, государю своему богдыхану-царю известили, чтоб бухгдыхан-царь велел им быти у себя и царского величества грамоту и любительные поминки у них принял и речь выслушал сам.

Дак как бугдыхан-царь велит им быти у себя, и Ивану и Сеткулу к бугдыхану-царю итти. А как придут к царю, и Ивану правити от великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержца, богдыхану-царю поклон; а молыть: /л. 20/

Бога, в троице славимаго, милостию великий государь царь и великий князь Алексей Михайлович, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец, московский, киевский, владимирский, царь новгородский, казанский, царь астараханский, царь сибирский, государь псковский и великий князь литовский, смоленский, тверский, волынский, подольский, югорский, пермский, вятцкий, болгорский и иных государь, и великий князь Новагорода Низовские земли, черниговский, резанский, полотцкий, ростовский, ярославский, белоозерский, удорский, обдорский, кондинский, витебский, мстиславский и всеа Северныя страны повелитель, и государь Иверские земли карталинских и грузинских царей и Кабардинские земли черкаских и горских князей и иных многих государств и земель, восточных и западных отчич и дедич и наследник и государь и облаадатель вам, бугдыхану-царю, города Канбалука и всего /л. 21/ Китайского царства владетелю, велел поклонитися и свое царского величества здоровье сказати, а ваше царево здоровье видети, и прислал к вам, бугдыхану-царю, свою государскую любительную грамоту. Да поклонитися рядовым поклоном и подать бугдыхану-царю государеву грамоту чесно ту, которая писана по-руски.

А будет бугдыхановы ближние люди учнут им говорити в то время или после того, что у них царского величества грамоты с руского языка на их китайской или на фарсовской язык перевесть некому, и будет у них русково письма перевесть некому, и Ивану подать государева грамота, которая писана татарским письмом. [224]

Дак как бугдыхан-царь спросит про государево здоровье, /л. 22/ и Ивану молыть: как от великого государя нашего, от его царского величества, поехали, и милостию божиею великий государь наш царь и великий князь Алексей Михайлович, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец и многих государств и земель восточных и западных и северных отчич, и дедич, и наследник, и государь, и облаадатель, на своих великих и преславных государствах Росийскаго царствия дал бог в добром здоровье. /л. 23/

А после того явити богдыхану-царю от государя поминки, а молыть: великий государь царь и великий князь Алексей Михайлович, всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец и многих государств и земель восточных и западных отчич, и дедич, и наследник, и государь, и облаадатель, прислал к вам, бугдыхану-царю, любительные лехкие поминки. Да подать богдыхану-царю любительные поминки по росписи вежливо и остерегательно, что с ними послано поминков ис приказу Большие казны.

И будет бугдыхан-царь велит у них спросить, опричь грамоты, от великого государя, от его царского величества, словесной приказ сними о чем есть ли, и Ивану молыть, что, опричь грамоты, словесного приказу с ними нет, о всем писано от великого /л. 24/ государя к бугдыхану-царю в его царского величества грамоте, и бугдыхан бы царь, выслушав царского величества грамоты, велел их отпустить не задержав, и против бы тое царского величества грамоты послал с ними к царскому величеству о тех делех, о чем к нему писано, свою цареву грамоту. Да что им, Ивану и Сеткулу, против того бугдыхан-царь велит сказать, и им то все, также и иные дела, что у них ни учнет делатца, записывать у себя в статейной список.

А кто с ними, с-Ываном и с Сеткулом, послано с Москвы ис приказу государевы Большие казны в Китайское государство денег и товаров и что им на те деньги в Китайском государстве купить и руские товары на какие китайские товары менять, и о том им дан наказ из приказу Большие казны за дьячьею приписью. И то им все делать по тому государеву указу.

ЦГАДА, ф. Сношения России с Китаем, оп. 2, 1657 г., д. № 1, лл. 13—24. Список.

Другие списки хранятся — там же, оп. 1, кн. 2, лл. 33 об.—43 об.; 44—52.


Комментарии

1. На следующий день Перфильеву и Аблину дали в Посольском приказе еще одну наказную память (см. док. № 91). Содержание этих документов расходится в том месте, где говорится о поведении гонцов в случае, если маньчжурский император откажется их принять лично. Во второй наказной памяти Перфильеву и Аблину разрешается отдать грамоту царя и подарки «ближним людям» богдыхана. Очевидно, желая добиться установления дипломатических и торговых отношений с Цинской империей, московское правительство проявило гибкость и пошло на уступки в отношении правил приема послов. Перфильев и Аблин должны были, по всей вероятности, руководствоваться тем наказом, положения которого наиболее подходили бы к обстановке.

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2019  All Rights Reserved.