Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

У-ЦЗЫ

ТРАКТАТ О ВОЕННОМ ИСКУССТВЕ

ГЛАВА II

ОБ ОЦЕНКЕ ПРОТИВНИКА

Часть первая

1. Князь У-хоу, обращаясь к У-цзы, сказал: — В настоящее время Цинь грозит мне с запада, Чу охватывает меня с юга, Чжао толкает меня с севера, Ци стоит передо мной на востоке, Янь отрезает мне дорогу [321] назад, Хань преграждает мне путь вперед. Армии шести государств стерегут меня со всех сторон. Положение мое чрезвычайно затруднительно. Я очень опечален этим. Что мне делать?

2. У Ци ответил: — Для того чтобы сохранить государство в благополучии, самое драгоценное — это предосторожность. Сейчас Вы, государь, уже приняли меры предосторожности. Беда далека от Вас.

3. Попрошу Вас обсудить нравы и обычаи в этих шести государствах. Армия у Ци: она упорна, но не крепка. Армия у Цинь: там сражаются по отдельности, каждый сам по себе. Армия у Чу: она хорошо организована, но не может устойчиво держаться. Армия у Янь: она хорошо защищается и не бежит. Армия у Хань и Чжао: она хорошо организована, но не может быть использована.

4. Нрав у цисцев твердый; страна у них богатая; князья и их слуги надменны и предаются роскоши, о народе не думают. Правление у них слабое, жалованья не равномерны. В одном строю у них два сердца. Передовые части у них упорны, задние ненадежны. Поэтому армия Ци внушительна, но не крепка.

5. Для того чтобы разбить ее, нужно разделить ее на три части, гнать ее справа и слева, угрожая, все время следовать за ней; тогда она будет разбита.

6. Нрав у циньцев сильный; земля у них гористая, правление у них строгое, награды и наказания справедливы. Люди там неуступчивы и преисполнены боевого духа. Но они сражаются по отдельности, каждый сам за себя.

7. Для того чтобы разбить их, нужно прежде всего поманить их какой-нибудь выгодой и самому отойти. Воины у них, жадные до добычи, отделятся от своих военачальников. Если этим воспользоваться и погнать их по отдельности, устроить засаду и ударить в нужный момент, можно захватить и их полководца.

8. Нрав у чусцев слабый; страна у них обширная, правление шумливое, народ утомлен. Поэтому, хотя армия у них и хорошо организована, она не может продержаться долго.

9. Для того чтобы разбить ее, нужно сначала, напав на ее расположение, лишить ее энергии, продвинуться вперед потихоньку, отступить назад быстро, утомлять ее и довести до истощения, в открытый же бой не вступать. Такая армия будет разбита.

10. Нрав у яньцев прямой, народ у них добронравный, любит храбрость и справедливость, хитрость и обман у них редки. Поэтому армия у них хорошо защищается и не бежит.

11. Для того чтобы разбить ее, нужно идти за нею и тревожить ее, но, соприкоснувшись с ней, сейчас же от нее отделиться; погнавшись за ней, сейчас же отойти назад. Тогда высшие у них растеряются, низшие станут бояться. Если спрятать свои боевые колесницы и всадников на той дороге, по которой они обязательно будут подходить, их полководец попадает в плен.

12. Чжао и Хань — государства, расположенные посредине. Нрав у них мягкий, правление справедливое, но народ у них устал от войн; они привычны к военному делу, но плохо слушаются командиров, считают, что жалованье у них слишком малое, у воинов нет готовности умереть. Поэтому, хотя армия у них и хорошо организована, она не может быть пущена в ход.

13. Для того чтобы разбить их, нужно производить давление на них на расстоянии. Если появится большое войско, отражать его; если [322] они пойдут назад, преследовать их и таким образом утомлять их войска. Таково положение с их армиями.

14. В армии всегда найдутся воины, храбрые, как тигры; найдутся сильные, легко поднимающие тяжелый треножник; найдутся ходоки, идущие быстрее боевых коней; всегда найдутся люди, которые смогут отнять знамя, заколоть полководца. Таких нужно отобрать, отделить их от прочих, любить и ценить их. В них — судьба армии.

15. Если окажутся такие, кто искусен в употреблении оружия, кто способен и силен, крепок здоровьем и подвижен, кто помышляет о том, чтобы поглотить противника, нужно добавить им титулов и с их помощью добиться победы.

16. Если заботиться об их отцах и матерях, женах и детях, если награждать их щедро, а наказывать строго, это будут воины, укрепляющие армию; с ними можно продержаться долго. Если уметь тщательно оценивать все это, можно разбить вдвое сильного противника.

17. Князь У-хоу сказал: — Хорошо!

Часть вторая

1. У-цзы сказал: — Займемся оценкой противника. Таких противников, с которыми надлежит, не прибегая ни к каким гаданиям, вступать в бой, бывает восемь.

2. Первый: когда он при резком ветре и сильном холоде встает рано и, проснувшись, сразу же уходит, переходит реки, ломая лед, и не боится трудностей.

3. Второй: когда в разгаре лета в сильную жару он встает поздно и, не давая себе отдыха, идет и идет, терпит голод и жажду, старается преодолеть большое расстояние.

4. Третий: когда его войско уже долго стоит на месте, когда провианта у него уже нет, когда население злобствует и гневается, когда неблагоприятные знамения появляются одно за другим, когда полководец не может со всем этим справиться.

5. Четвертый: когда боевые припасы уже истощены, топлива и корма для коней мало, когда погода ненастная, дождей много, когда хочешь пограбить и нечего.

6. Пятый: когда солдат немного, когда с водой и с местностью неблагополучно, когда люди и кони болеют, а от соседей никто не приходит.

7. Шестой: когда дорога далекая, а день уже смеркся, когда воины устали и боятся, когда они изнурены и еще не ели, когда они, сняв с себя доспехи, отдыхают.

8. Седьмой: когда авторитет полководца слаб, власть командиров непрочна, солдаты неустойчивы; когда армия постоянно пугается, когда помощи ей ниоткуда нет.

9. Восьмой: когда позиция еще не выбрана, разбивка лагеря еще не закончена; когда они идут по склону и переходят высоту, наполовину скрыты из вида, наполовину видны.

10. На таких противников надлежит нападать без всяких колебаний.

11. Таких противников, от которых надлежит, не прибегая ни к каким гаданиям, уклоняться, бывает шесть.

12. Первый: когда территория у противника обширная и людей и богатств много. [323]

13. Второй: когда у него высшие любят низших и благодеяния распространяются повсюду.

14. Третий: когда награды у него справедливы, а наказания заслуженны, когда прибегают к тому и другому обязательно своевременно.

15. Четвертый: когда возвышают за заслуги и помещают в ряды знатных, когда вверяют дела умным и пользуются талантливыми.

16. Пятый: когда войско многочисленное, а вооружение наилучшее.

17. Шестой: когда все соседи шлют подкрепления, когда помогает большое государство.

18. Если вы не превосходите такого противника, уклоняйтесь от столкновения с ним без всяких колебаний.

19. Это значит: выступай, когда видишь, что можно, отступай, когда знаешь, что трудно.

Часть третья

1. Князь У-хоу спросил: — Я хотел бы уметь по внешнему виду противника узнавать его внутреннее состояние; по тому, как он идет, понимать, как он стоит, и таким способом определять победу и поражения. Могу ли я услышать об этом от Вас?

2. У-цзы ответил: — Если противник идет легкомысленно и беспечно, если знамена у него в беспорядке, если люди и кони у него все время оборачиваются по сторонам, можно с одним нападать на десятерых. Только не следует ни в коем случае давать ему выправиться.

3. Если к нему не собираются князья, если между государем и подданными несогласие, если рвы и валы не сооружены, если запрещения и приказы не издаются, если армия беспорядочно шумлива, хочет идти вперед и не может, хочет идти назад и не осмеливается, можно с половинными силами напасть на вдвойне сильнейшего противника. В таком случае сражайся хоть сотню раз, опасности не будет.

Часть четвертая

1. Князь У-хоу спросил: — Когда обязательно надлежит нападать на противника?

2. У-цзы на это ответил: — Ведя войну, необходимо точно знать, в чем сильные и слабые стороны противника, и направиться туда, где у него опасное место.

3. Надлежит нападать тогда, когда противник только что прибыл издалека и его ряды еще не пришли в порядок.

4. Надлежит нападать тогда, когда противник занят едой и не принял еще мер предосторожности.

5. Надлежит нападать, когда он торопится и спешит.

6. Надлежит нападать, когда противник излишне усердствует.

7. Надлежит нападать, когда он еще не успел воспользоваться выгодами местности.

8. Надлежит нападать, когда он, ошибившись во времени, не сообразуется с ним.

9. Надлежит нападать, когда он совершил длинный переход и его задние ряды еще не успели отдохнуть. [324]

10. Надлежит нападать, когда он, переходя реку, успел перейти ее только наполовину.

11. Надлежит нападать, когда он находится на горных путях, на узких дорогах.

12. Надлежит нападать, когда он часто переходит с позиции на позицию.

13. Надлежит нападать, когда знамена у него движутся в беспорядке.

14. Надлежит нападать, когда полководец оторван от своих командиров и солдат.

15. Надлежит нападать, когда он преисполнен страха.

16. В таких случаях надлежит отобрать лучшие части и ударить на него; затем разделить свое войско на части и направиться вслед за ним. Следует нападать на него без колебаний.


Комментарии

В трактате Сунь-цзы от полководца категорически требуется знание своих возможностей и знание сил противника. По убеждению Сунь-цзы, при наличии такого знания всегда можно рассчитывать на победу: «если знаешь его (противника) и знаешь себя, сражайся хоть сто раз, опасности не будет»,— говорит он (гл. III, разд. 9, стр. 29). Специально об «оценке противника» пишет и Вэй Ляо-цзы (гл. IV, стр. 11). Об этом же говорит и трактат Сань люэ. В нем приводится следующая цитата из одного древнего сочинения по военному искусству: «Главное в ведении войны — прежде всего разведать положение противника, рассмотреть его склады, учесть его провиант, разгадать его силу и слабость, понять его Небо и Землю (т. е. климатические и топографические условия его страны.— Н. К.), подсмотреть, где у него незащищенное место» (Сань люэ, гл. I, стр. 13). Все эти мысли близки к тому, о чем говорит У-цзы во второй главе своего трактата. Эта глава так и названа: «Об оценке противника».

Часть первая

Вэйское царство, в котором служил У-цзы, было окружено в то время шестью другими владениями. С ним граничили наиболее могущественные тогда царства Китая: Цинь, Ци, Чу и Янь. Достаточно сильными были и два других государства — Чжао и Хань, образовавшиеся, как и само Вэйское царство, в 403 г. до н. э. в результате распада одного из крупнейших царств древнего Китая — Цзиньского.

Все эти государства отличались друг от друга и географическими условиями, и характером управления, и нравами своего населения. Поэтому в случае столкновения борьба с каждым из них неминуемо должна была принимать некоторые своеобразные черты.

Анализ возможных условий борьбы и позволил У-цзы весьма наглядно раскрыть основные правила своей стратегии.

Общий принцип этой стратегии — учет своеобразия борьбы с каждым противником, а для этого необходимо знание противника, о котором так кратко и выразительно сказал Сунь-цзы.

Знание противника должно быть полным, т. е. не ограничиваться сведениями об организации его армии, об ее вооружении, о расположении его военных сил; необходимо знать и внутреннее состояние страны противника, характер управления ею, отношения между отдельными слоями населения; надо знать даже нравы населения. По мнению У-цзы, в конечном счете именно все это определяет боеспособность армии, а не ее численность, формы организации и т. д. Поэтому в своем ответе князю, спросившему, как ему поступать в окружении шести государств, каждое из которых зарится на его владения, У-цзы придерживается такого порядка: сначала дает характеристику нравов населения страны [353] возможного противника и оценку внутреннего состояния этой страны, определяет на этом основании боеспособность ее армии, а затем, исходя из всех этих данных, указывает, какой тактики следует в каждом случае придерживаться.

У-цзы придает большое значение общему психологическому складу данного народа, считая, что он в известной мере определяет и внутреннее состояние страны. Но, по мнению У-цзы, свойства характера только тогда играют роль, когда они соединяются с особенностями самой страны и ее внутренним состоянием.

Он принимает во внимание географию страны и ее экономику, конечно, в той степени, в какой это касается армии и ее боеспособности. Так, например, говоря о царстве Ци, он специально отмечает, что страна эта гористая; говоря о царстве Чу, отмечает обширность его территории. Жизнь среди гор создает людей с суровым и сильным характером и обусловливает строгость правления и справедливость «наград и наказаний». Но та же жизнь среди гор, затрудняющих сношения друг с другом, препятствует развитию духа общности, солидарности, обусловливает «неуступчивость». А это качество характера отражается, как думает У-цзы, на манере сражаться: воины действуют в отрыве друг от друга и от общего строя, «сражаются по отдельности, каждый сам за себя».

Обширность территории также оказывает влияние на склад характера жителей. Люди, живущие на обширных равнинах, не отличаются той суровостью и силой, которые свойственны жителям гор. Это и делает армию, составленную из жителей равнин, менее стойкой, чем армия, состоящая из горцев. Кроме того, на боеспособности такой армии — а речь идет об армии царства Чу — отражаются особенности управления этой страной. У-цзы характеризует это управление сложным понятием, в которое входит и признак излишней сложности и признак «шумливости», т. е. излишней ретивости администрации; не оставляющей народ в покое. Поэтому народ в царстве Чу «утомлен». Это также отрицательно влияет на стойкость армии.

У-цзы принимает в расчет и экономические факторы. Говоря о царстве Ци, он упоминает о богатстве этой страны. Действительно, в этом царстве, более чем в других, были развиты производство и торговля; большие доходы страна получала от соляного промысла, от широко развитого рыболовства. По мнению У-цзы, это привело к неблагоприятным для обороноспособности страны последствиям. «Князья и их слуги надменны и предаются роскоши, о народе не думают». Такие правители не могут обеспечить должную организацию управления: «правление у них слабое»,— говорит У-цзы. Не может быть и справедливости: «жалованья не равномерны». Поэтому не только в народе, но и среди правящих есть недовольство. А раз так, в армии не может быть единодушия: «в одном строю у них два сердца»,— как образно выражается У-цзы.

У-цзы учитывает также и положение страны среди государств Китая того времени. Так, про Хань и Чжао он говорит, что они «расположены посредине», т. е. находятся между сильными государствами. Постоянная угроза нападения со стороны соседей делает жителей Хань и Чжао привычными к оружию, но в то же время частые столкновения утомляют их, они идут на войну неохотно, плохо слушаются своих командиров, недовольны жалованьем. Поэтому, «хотя армия у них и хорошо организована, она не может быть пущена в ход»,— говорит У-цзы. [355]

Таков ход рассуждений У-цзы в вопросе об «оценке противника». Из этой оценки вытекает и стратегия борьбы с ним.

Как действовать против такой армии, как у Ци, где впереди поставлены надежные части, а вся масса за ними весьма неустойчива? У-цзы считает, что в этом случае необходимо прежде всего ослабить значение этих надежных частей. Для этого надо разъединить их на три группы и бить каждую в отдельности. Учитывая, далее, ненадежность остальной массы, действовать на нее непрерывным нажимом. Это приведет, как думает У-цзы, к деморализации противника, и он будет разбит.

Как следует действовать против такой армии, как у Цинь, где воины привыкли держаться каждый сам по себе? У-цзы предлагает в этом случае тактику заманивания. Он считает, что там, где каждый сражается сам по себе, он сражается в конечном счете и сам для себя. Поэтому такого воина легко заманить какой-либо выгодой. «Воины у них, жадные до добычи, отделятся от своих военачальников (т. е. нарушат и без того не очень прочное единство строя.— Н. К.). Если этим воспользоваться и погнать их по отдельности, устроить засаду и ударить в нужный момент, можно захватить и их полководца».

Как следует действовать против такой армии, как у Чу, которая и многочисленна и хорошо организована, но долго держаться не может? У-цзы считает, что вступать с таким противником в генеральное сражение нельзя. Нужно только держать его в постоянном напряжении, действуя короткими ударами и неожиданными нападениями, но избегать большого сражения.

Как действовать против такой армии, как у Янь? Эта армия, как говорит У-цзы, хорошо защищается и вообще храбрая, но жители яньского царства, составляющие ее, простодушны, не способны ни на какие хитрости. На этом их свойстве и следует строить тактику войны с ними: надлежит так повести действия, чтобы противник был сбит с толку, перестал что-либо понимать в действиях своего врага; например, напасть и тут же сразу отступить, погнаться за какой-либо частью противника и тут же вдруг отойти назад. Тогда «высшие у них растеряются, низшие станут бояться»,— говорит У-цзы.

Как действовать против такой армии, как у Хань и Чжао, где солдаты идут на войну крайне неохотно? Нужно всячески усиливать в них это нежелание воевать, затягивать войну, изматывать их; самим не нападать и только отражать их нападения; если же они начнут отходить, обязательно преследовать их. В этой части второй главы У-цзы снова указывает на необходимость создания отборных войск и перечисляет людей, которые годятся для их формирования. Тем самым он дополняет и развивает сказанное раньше (в пятой части I главы). Как там, так и здесь он говорит об отборе людей по их физическим качествам — силе, крепкому здоровью, быстроте ходьбы, по их прирожденной воинственности и храбрости. Здесь он добавляет только еще одну категорию: людей, искусно владеющих оружием.

У-цзы предлагает принять все меры к тому, чтобы сделать их действительно надежными частями. Он указывает правителю на необходимость всемерно заботиться об оставленных семьях воинов, своевременно и щедро награждать отличившихся и строго наказывать провинившихся. «Если уметь тщательно оценивать все это, можно разбить вдвое сильного противника»,— заканчивает свое рассуждение У-цзы. [356]

Часть вторая

Вторая часть этой главы посвящена «оценке противника» с другой точки зрения. Предметами оценки в этой части служат: состояние армии противника и ее поведение во время войны, отношение населения к армии и, наконец, отношение к стране противника соседних государств. Учет всего этого дает возможность, как думает У-цзы, точно установить, когда идти в бой можно, когда нельзя.

У-цзы считает, что нападать на противника можно при следующих условиях:

1. Нападать, безусловно, следует на такую армию, которая истощена, у которой нет боеприпасов, нет провианта и фуража и негде их добыть.

2. Нападать следует на такую армию, которая устала и измучена от длинных переходов, солдаты которой только и мечтают об отдыхе и со страхом помышляют о возможном нападении противника.

3. Нападать следует на армию, расположившуюся в плохой местности, терпящую недостаток в воде, страдающую от болезней людей и животных. Однако нападать в этом случае можно только тогда, когда армия малочисленна и не может надеяться на прибытие подкреплений. Большая численность может покрыть всякие недостатки.

4. Нападать следует на армию, находящуюся в состоянии деморализации, в которой солдаты все время боятся нападения, плохо слушаются своих командиров. Однако и тут необходимо дополнительное условие: нужно знать, что такая армия не сможет получить помощь.

5. Нападать следует на армию, заканчивающую длинный переход, когда она еще не успела выбрать место стоянки и разбить лагерь. Однако и тут требуется дополнительное условие: нападать на такую армию можно тогда, когда она проходит по холмистой местности, т. е. когда отдельные части этой армии разобщены и не видят друг друга; тогда противника можно бить по частям.

Какое поведение противника указывает, что на него не только можно, но и нужно нападать?

У-цзы считает, что нападать нужно на такого противника, который поступает неблагоразумно и опрометчиво по отношению к собственной армии. Важнейшая задача полководца — беречь солдат, всячески облегчать трудности походной жизни и военных действий. Если полководец не обращает на это внимание, он неминуемо теряет понапрасну солдат, понижает боеспособность остальных. Как полагает У-цзы, это бывает в двух случаях:

1. Когда полководец без особой нужды гонит своих солдат в жестокий холод, не давая им отдыха и не считаясь е трудностями.

2. Когда он пускается в длинные переходы в жестокую жару, также не давая своим солдатам ни малейшей передышки.

Какое положение, сложившееся вокруг противника, обязывает полководца напасть на него?

У-цзы отвечает: когда армия противника окружена враждебным населением. Это бывает чаще всего в тех случаях, когда армия долго стоит на одном месте, успела уже израсходовать свои припасы и живет за счет местного населения.

Определяя противников, от столкновения с которыми необходимо уклоняться, У-цзы опять исходит из общего состояния страны противника, из состояния его армии, из его отношений с соседями. [357]

Какое общее состояние страны заставляет ее врагов избегать столкновения с ней? У-цзы отвечает на это так:

Во-первых, имеет большое значение географическое и экономическое положение страны. Если страна обширна, богата, население в ней многочисленное, нападать на нее не следует.

Во-вторых, имеет большое значение внутреннее положение в стране. Важно учитывать следующее:

1. Каковы отношения между правителями и управляемыми: если между ними царит доброе согласие, если народ доволен своими правителями, нападать на такую страну нельзя.

2. Как ведет себя власть по отношению к народу: если право и справедливость соблюдаются, нападать на такую страну нельзя.

3. Важно знать, умеет ли правительство привлекать людей талантливых и умных, вверять им дела правления и возвышать их, не считаясь с их происхождением и положением. Если оно умеет это делать, нападать на такую страну нельзя.

Таковы признаки, характеризующие общее состояние страны, которые делают невозможным нападение на нее.

4. Важно знать состояние армии врага: «когда войско многочисленное, а вооружение наилучшее», нападать на такую страну нельзя.

5. Необходимо выяснить отношения противника с соседями. Нападать нельзя, «когда все соседи шлют подкрепления, когда помогает большое государство».

Лю Инь, заканчивая комментирование этой части второй главы, пишет:

«В этой части У-цзы излагает только самые общие положения. Вообще же говоря, сила армии не есть нечто постоянное и неизменное; слабость может превратиться в силу, бедствие — в успех».

Лю Инь полностью прав. У-цзы, во-первых, не берется перечислять все случаи, когда нападать на противника можно и когда нельзя; во-вторых, он не считает, что даже в указываемых им случаях всегда следует действовать так, как он советует. На деле все зависит от конкретной обстановки, и высший закон для полководца — уметь действовать так, как требуют условия момента. О том, что в конечном счете все решает конкретная обстановка, кратко, но ясно говорит сам У-цзы: «выступай, когда видишь, что можно; отступай, когда знаешь, что трудно».

Часть третья

Любознательный ученик продолжает допрашивать своего учителя. Как по внешнему виду противника судить о его внутреннем состоянии? Как по одному его действию судить о возможном другом? Как на основании всего этого определить, на чьей стороне будет победа?

У-цзы в ответ приводит три внешних признака, которые могут свидетельствовать о слабости противника: когда противник идет легкомысленно и беспечно; когда знамена в его рядах в беспорядке; когда его солдаты и кони постоянно оглядываются по сторонам.

Первый признак показывает общее настроение армии. Если армия идет, не принимая мер предосторожности, значит, она считает, что ей бояться нечего, что справиться с противником ей будет очень легко. По мнению У-цзы, это плохой признак: боеспособность настроенной таким образом армии не может быть высокой.

Второй признак тесно связан с первым: беспечность ведет к [358] нарушению правильного воинского строя; беспорядочность знамен — свидетельство такого нарушения.

Сунь-цзы в одном месте своего трактата говорит: «Вести в бой массы — все равно что вести в бой немногих: дело в форме и названии» (Сунь-цзы, гл. V, разд. 2, стр. 30). Этими словами он выражает мысль, что руководить большими массами войск нетрудно, если соблюдается правильность строя и командования. Правильность строя обеспечивается знаменами. Знамя — значок определенной воинской части. Воины этой части группируются вокруг своего знамени; следуют за ним в походе и в сражении. Порядок расположения знамен — порядок расположения частей. Во время похода каждая часть знает, впереди какого знамени она идет и за какой частью она следует. Расстановка знамен в бою — это боевое построение армии. Поэтому Сунь-цзы в другом месте трактата говорит: «Если знамена переходят с места на место, значит, у него (т. е. полководца — Н. К.) беспорядок» (гл. IX, разд. 15, стр. 37). Слова У-цзы о «беспорядочности знамен» говорят о том же. Третий признак связан с первыми двумя. Когда солдаты и даже их кони во время похода все время оглядываются по сторонам — это, по мнению У-цзы, признак отсутствия дисциплины. Лю Инь в своем комментарии поясняет очень кратко: «Когда люди и кони все время оборачиваются по сторонам, значит, для их сердца нет хозяина», т. е. они предоставлены самим себе, за их поведением и моральным состоянием командиры не следят или следят плохо. На такую армию, думает У-цзы, можно напасть даже тогда, когда она вдесятеро сильнее своей. Так, по чисто внешним признакам можно судить о состоянии армии.

Как можно по поведению противника в обычное время судить о там, как он будет вести себя в бою? У-цзы указывает на следующее.

Если князья, т. е. подвластные государю правители, не собираются вокруг него, из этого следует, что между государем и его ближними слугами нет согласия и что во время войны он не может рассчитывать на их поддержку. Если не заметно, чтобы в стране заботились о возведении укреплений, из этого следует, что будут делать это плохо и в момент войны. Если запрещения и приказы не издаются в обычное время, нет оснований думать, что будет лучше и в военное время. Если армия беспорядочна и шумлива, какова же будет ее боеспособность? Лю Инь полагает, что в последнем случае У-цзы имеет в виду армию, стоящую лагерем, т. е. уже ведущую военные действия; «шумливость» в таком случае означает, что солдаты стараются громкими разговорами и шумам приободрить себя.

При наличии указанных признаков можно с уверенностью напасть на армию, даже вдвое превосходящую по численности.

Часть четвертая

Тема «оценки противника» развивается и в последней части настоящей главы. У-цзы продолжает свое рассуждение относительно того, на какого правителя и при каких условиях можно напасть с надеждой на успех.

Вначале он опять дает указание общего характера: необходимо точно знать, в чем сильные и слабые стороны противника, и направлять удар в уязвимые места.

Собственно говоря, буквальный перевод этого места трактата был бы несколько иным: вместо «сильные и слабые стороны» следовало бы [359] сказать «полнота» и «пустота». Эти понятия принадлежат к числу важнейших в военной доктрине древнего Китая.

Сунь-цзы в первой главе своего трактата, излагая «предварительные расчеты», говорит: «Если у него все полно, будь наготове» (Сунь-цзы, гл. I, разд. 7, стр. 27). Это значит: если у противника все, что нужно для войны, существует в полной мере, надо думать не о нападении на него, а о собственной обороне. Глава VI Сунь-цзы называется «Полнота и пустота». Из всего ее содержания вытекает, что «полнота» на языке Сунь-цзы означает полноту боевой подготовки вообще, «пустота» — отсутствие надлежащей подготовки; «полнота» — сильные стороны армии, «пустота» — ее слабые стороны.

В приведенном выше высказывании У-цзы комментаторы особое значение придавали словам «точно знать». Лю Инь говорит: «Если не будешь точно знать, где у него сильная сторона, где слабая, то может получиться так, что он, будучи сильным, искусственно покажет себя слабым; будучи действительно слабым в чем-нибудь, искусственно покажет себя сильным. При таком положении не он, а ты будешь разбит».

Лю Инь несомненно повторяет то положение учения о войне, которое в Китае впервые было выставлено Сунь-цзы, а в дальнейшем — под его влиянием —принято всеми военными теоретиками. В трактате Сунь-цзы это положение выражено в следующих словах: «Когда тот, кто умеет заставить противника двигаться, показывает ему форму, противник обязательно идет за ним; когда противнику что-либо дают, он обязательно берет; выгодой заставляют его двигаться, а встречают его неожиданностью» (гл. V, разд. 10, стр. 31).

Под «формой» Сунь-цзы понимает боевое состояние армии, степень ее боеспособности. В «форме» может быть своя «полнота», т. е. сильные стороны, может быть и «пустота», т. е. свои слабые стороны. Именно эти стороны и могут служить превосходным орудием в руках опытного полководца: он может искусственно создать видимость слабости и вызвать этим противника на какое-нибудь действие, которое должно кончиться для него неудачей, так как за видимой слабостью на деле скрыта настоящая сила. Таким образом, кажущейся «выгодой» или «пустотой» заставляют противника двигаться, а встречают его «неожиданностью», т. е. «полнотой» у себя. Несомненно, рассуждения Лю Иня навеяны именно этими мыслями трактата Сунь-цзы. У-цзы советует направлять удар туда, где у противника слабое место. Все последующее изложение этой части второй главы и состоит из перечисления таких «опасных мест».

Некоторый интерес представляет то, как отдельные случаи комментирует Лю Инь.

У-цзы говорит: «Надлежит нападать, когда он (противник.— Н. К.) торопится и спешит». Лю Инь поясняет эти слова так: «Когда командир и солдаты опешат, дух их уже не принадлежит им. Поэтому и следует нападать». Видимо, это разъяснение нужно понимать в том смысле, что поспешность, торопливость в действиях свидетельствуют, с одной стороны, об отсутствии спокойствия и ясности сознания; с другой стороны, торопливость обычно приводит к опрометчивым поступкам.

У-цзы говорит: «Надлежит нападать, когда противник излишне усердствует». Лю Инь поясняет эти слова следующим образом: «Когда командиры и солдаты слишком усердствуют, силы у них подрываются». Видимо, это разъяснение нужно понимать в том смысле, что «излишнее [360] усердие», т. е. стремление во что бы то ни стало во всем опередить противника, может только привести к ослаблению своих собственных сил.

У-цзы говорит: «Надлежит нападать на противника, когда он, ошибившись во времени, не сообразуется с ним». Лю Инь понимает это указание так: «Вообще, когда начинаешь дело и поднимаешь войска, необходимо сообразоваться со временем», т. е. уметь выбрать для операции должный момент. Если видно, что противник не думает об этом, можно и должно напасть на него.

У-цзы говорит: «Надлежит нападать, когда он (противник.— Н. К.), переходя реку, успел перейти ее только наполовину». Лю Инь поясняет: «Когда при переходе через большую реку противник успел переправить на ту сторону только половину своих сил, его ряды еще в беспорядке, переправившиеся и не переправившиеся части еще не могут взаимодействовать друг с другом, тогда и нужно нападать на него».

У-цзы говорит: «Надлежит нападать, когда он (противник.— Н. К.) часто переходит с позиции на позицию». Лю Инь поясняет: «Если противник часто переходит с позиции на позицию, значит, сердца у его людей неспокойны».

У-цзы перечисляет тринадцать случаев, когда можно произвести нападение на противника с уверенностью в успехе.

Интересно сопоставить с указаниями У-цзы то, что говорится на ту же тему .в трактате Лю тао. В этом трактате перечислено четырнадцать случаев, когда можно произвести нападение.

1. Надлежит нападать тогда, когда противник еще собирается (т. е. начинает располагаться лагерем, с чего, как известно, в те времена начинались военные действия).

2. Надлежит нападать, когда люди и кони (у противника.— Н. К.) еще не ели.

3. Надлежит нападать, когда условия погоды неблагоприятны (т. е. в сильный холод или палящий зной, во время бури и ливня; словом — тогда, когда можно рассчитывать на ослабление боевой энергии у солдат противника).

4. Надлежит нападать, когда место неподходящее (т. е. когда противник очутился в местности, условия которой затрудняют его действия).

5. Надлежит нападать, когда противник торопится и спешит (т. е. способен на опрометчивые, необдуманные действия).

6. Надлежит нападать, когда противник неосторожен.

7. Надлежит нападать, когда противник утомлен.

8. Надлежит нападать, когда полководец у противника оторван от своих солдат и командиров.

9. Надлежит нападать, когда противник совершает длинный переход (т. е. когда его части обязательно оторвутся друг от друга).

10. Надлежит нападать, когда противник переходит реку.

11. Надлежит нападать, когда противник чем-либо сильно занят.

12. Надлежит нападать, когда противник находится в горной местности на узких дорогах.

13. Надлежит нападать, когда противник идет беспорядочно.

14. Надлежит нападать, когда противник охвачен страхом (Лю тао, Цюань тао, гл. LII, стр. 14).

Нетрудно заметить, что указания Лю тао почти буквально повторяют указания У-цзы. Независимо от вопроса о заимствовании одним [361] автором у другого, это свидетельствует о том, что для военной доктрины древнего Китая подобные оценки различных случаев боевой обстановки были совершенно бесспорны.

Текст воспроизведен по изданию: Н. И. Конрад. Избранные труды. Синология. М. Наука. 1977

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.