Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

СЫМА ЦЯНЬ

ИСТОРИЧЕСКИЕ ЗАПИСКИ

ШИ ЦЗИ

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ СЕДЬМАЯ

Чжун-ни ди-цзы ле чжуань-Жизнеописания учеников Конфуция 1

Конфуций говорил: «Тех, кто учился у меня и был близок ко мне, насчитывалось 77 человек 2. Все они были мужи редких способностей. Благородством поведения отличались среди них Янь Юань, Минь-цзы Цянь, Жань Бо-ню, Чжун Гун; умением в управлении государственными делами-Жань Ю и Цзи Лу; умением вести беседу-Цзай Во и Цзы Гун 3; [большой] ученостью-Цзы Ю и Цзы Ся 4. Что же касается других, то [Цзэн] Шэнь был человеком ограниченным, [Чжуань Сунь] Ши- заносчивым, [Гао] Чай-глуповат, [Чжун] Ю-груб и неотесан, а [Янь] Хуэй неоднократно попадал впросак. [Дуаньму] Цы, не следуя велению судьбы, отдался торговой деятельности; его оценки часто были точны» 5.

Вот люди, к деяниям которых Конфуций относился с уважением: в Чжоу это был Лао-цзы, в [княжестве Малое] Вэй -Цюй-бо Юй, в [княжестве] Ци-Янь Пин-чжун, в Чу-Лао Лай-цзы, в Чжэн-Цзы Чань, в Лу-Мэн-гун Чо 6.

[Конфуций также] неоднократно упоминал о Цзан Вэнь-чжуне, Лю Ся-хуэе, Бо Хуа из Тунти 7, Цзе Шань-цзы. [Правда], все эти люди родились позднее Конфуция и не относились к его поколению.

Янь Хуэй по прозвищу Цзы Юань был родом из княжества Лу. Он был моложе Конфуция на 30 лет. Когда Янь Юань спросил [Учителя] о жэнь (милосердии) 8, Конфуций ответил: «Если [люди] преодолеют себя и обратятся к ритуалу, то Поднебесная обратится к жэнь» 9.

Конфуций сказал: «Какой достойный человек этот Хуэй! Он довольствуется одной плетеной плошкой риса, одной баклажкой воды; живет он в грязном жалком проулке; другие не выдержали бы таких горестей, но Хуэй всегда радостен 10. Янь Хуэй выглядит туповатым, но когда, [выслушав мои наставления], удаляется и размышляет наедине с собой, этого оказывается достаточно, чтобы проникнуть в [основы учения]. Хуэй [совсем] не глуп» 11.

[Конфуций говорил Янь Хуэю]: «Когда просят что-то сделать, [67] то действуешь; [когда тебя] отвергли, надо уйти в тень. Наверное, только мы с тобой поступаем подобным образом» 12.

В двадцать девять лет [Янь] Хуэй был уже совершенно седым, умер рано. Конфуций оплакивал его смерть и, опечаленный, воскликнул: «С тех пор как у меня появился Хуэй, и остальные ученики стали мне ближе». Луский Ай-гун 13 как-то спросил: «Кто среди ваших учеников [более всех] любил учиться?» Конфуций ответил: «Любил учиться Янь Хуэй. Он не поддавался гневу, не повторял своих ошибок. К несчастью, жизнь его оказалась короткой, и теперь [таких у меня] нет» 14.

Минь Сунь по прозвищу Цзы Цянь был младше Конфуция на 15 лет. Конфуций говорил: «Как отличался сыновней почтительностью Минь-цзы! Не было несогласных с похвалами ему от родителей и братьев. Он не прислуживал в домах знатных сановников, не кормился за счет распущенных правителей. [Он говорил]: "Если вновь придут за мной, мне придется удалиться на реку Вэнь"» 15.

Жань Гэн имел прозвище Бо-ню, Конфуций отмечал его добродетельные поступки. Когда Бо-ню тяжело заболел, Конфуции отправился навестить его и через окно пожал его руку, сказав при этом: «Какой [достойный] человек, а страдает от подобной болезни. Такова судьба!» 16.

Жань Юн носил прозвище Чжун Гун 17. Когда Чжун Гун спросил Учителя об [основах] управления 18, Конфуций ответил: «Выходя из дома, обращайся с людьми, словно встречаешь важных гостей; управляй людьми, словно совершаешь большой жертвенный обряд. Тогда и в княжестве и в семье не будет вражды и недовольства». Конфуций признавал Чжун Гуна [примером] добродетельного поведения и говорил: «Юн-это человек, который мог бы сидеть лицом к югу» 19. Отец Чжун Гуна был человеком низкого происхождения, но Конфуций говорил: «И от пестрого быка может родиться теленок огненно-рыжей масти и с прямыми рогами. Даже если его не пожелают использовать [в качестве жертвенного животного], разве духи гор и рек отринут его?» 20.

Жань Цю имел прозвище Цзы Ю. [Он] был моложе Конфуция на 29 лет и служил управителем дел в роду Цзи 21. Цзи Кан-цзы 22 спросил Конфуция: «Обладает ли Жань Цю жэнь?» Ответ гласил:. «Поселение, где живет тысяча семей, поставляет сто боевых колесниц. Цю в состоянии управлять этим войском, а вот о его жэнь я не знаю» 23. Тогда последовал новый вопрос: «А обладает ли Цзы Лу жэнь?» Конфуций ответил: «Он подобен Цю».

Цю спросил у Учителя: «Если я что-то услышал от [вас], то [68] надо ли сразу исполнять?» «Следует тут же исполнять». Цзы Лу спросил то же самое: «Если я что-то услышал [от вас], то надо ли сразу исполнять?» Ему Учитель ответил: «У тебя живы отец и старший брат, как же можно, услышав что-то, тут же исполнять [без совета с ними]?» 24. Цзы Хуа удивился и сказал: «Осмелюсь спросить, почему вопросы к вам были одинаковые, а ответы разные?» Конфуций ответил: «Цю медлителен, поэтому я его подгоняю, а Ю тороплив, поэтому я его сдерживаю» 25.

Чжун Ю по прозвищу Цзы Лу был родом из Бянь 26 и моложе Конфуция на 9 лет. Цзы Лу был человеком неотесанным и по характеру диковат, ценил отвагу и силу. Был прямолинеен в своих устремлениях, на голове он носил шапку из петушиных перьев (шапку храбреца), на поясе-меч в ножнах из свиной кожи, что было оскорбительно для Конфуция 27.

Обряды, установленные Конфуцием, постепенно привлекли Цзы Лу. Чжун Ю надел конфуцианскую одежду, передал дары 28 и по просьбе людей, близких к Конфуцию, был принят в число его учеников.

Цзы Лу спросил Учителя [об основах] управления. Конфуций ответил: «Прежде всего будь сам примером и тогда утруждай других». Цзы Лу попросил дополнить ответ. Учитель сказал: «Не оставляй усилий» 29.

Цзы Лу спросил: «Благородный муж должен ли ставить отвагу выше всего?» Конфуций ответил: «Выше всего у него стоят долг и справедливость. Если благородный муж обладает доблестью, но у него отсутствует чувство долга, то [наступает] беспорядок, а если храбрость обнаруживает человек низкий, а понятия о долге у него нет, то начинается разбой» 30.

Цзы Лу был таким человеком, что, услышав [наставление] и еще не успев исполнить его, опасался лишь того, что услышит другое [указание] 31.

Конфуций сказал: «Суметь принять справедливое решение в кругу спорящих,-таков Ю! Ю любовью к доблести превосходит меня, но [в этом] нет того, чем можно пользоваться» 32; «Такие, как, Чжун Ю своей смертью не умирают»; «Одетым в распахнутый ветхий халат со старой подкладкой, стоять рядом с людьми, одетыми в лисьи и барсучьи меха, и ничуть не стыдиться-таков Ю» 33! «[Вместе с тем] Ю [лишь] поднялся в залу, а во внутренние покои еще не вступил» 34.

Цзи Кан-цзы спросил: «Обладает ли Чжун Ю жэнь?» Конфуций ответил: «Он в состоянии управиться с военными делами в государстве, выставляющем тысячу боевых колесниц, а вот о его [69] жэнь я не знаю» 35.

Цзы Лу любил путешествовать, и во время поездок он встречался со старцами Чан Цзюем, Цзе Жо и Хэ Тяо.

Цзы Лу стал управителем рода Цзи. Цзи Сунь спросил: «Можно ли назвать Цзы Лу крупным чиновником?» Конфуций ответил: «Его можно назвать способным чиновником» 36.

Когда Цзы Лу сделали сановником в Пу 37, [он] стал прощаться с Конфуцием. Конфуций ему сказал: «В Пу много решительных мужей, и управлять ими нелегко, но я скажу тебе так: относись [к людям] с уважением, и тогда ты сможешь держать в руках этих храбрецов. Будь справедлив и великодушен, и тогда станешь близок народу. Будь старательным, справедливым и спокойным, и ты сможешь отчитаться перед правителем».

У вэйского Лин-гуна 38 была в свое время любимая наложница, ее звали Нань-цзы 39. Наследник Лин-гуна по имени Куй Куй провинился перед Нань-цзы и, боясь казни, бежал. Когда Лин-гун умер, его вдова хотела поставить у власти Чжэ. Он стал Чу-гуном 40. Он правил 12 лет. Его отец Куй Куй проживал в изгнании, не имея возможности вернуться. Цзы Лу служил управляющим поселения вэйского сановника Кун Куя. В это время Куй Куй вместе с Кун Куем подняли мятеж. Они задумали из дома Кун Куя вместе со своими сторонниками неожиданно напасть на Чу-гуна. Чу-гун бежал в княжество Лу, и Куй Куй встал у власти. Он стал Чжуан-гуном.

Когда Кун Куй восстал, Цзы Лу находился вне княжества; узнав о том, что произошло, он поспешил обратно. Тут ему встретился Цзы Гао (Гао Чай), выходящий из городских ворот столицы Вэй. Он сказал Цзы Лу: «Чу-гун бежал, и городские ворота уже закрыты, тебе лучше повернуть назад, чтобы напрасно не навлечь на себя беду». Цзы Лу ответил: «Своих кормильцев не бросают в беде». Цзы Гао в конце концов ушел.

Появились гонцы, следовавшие в город, городские ворота открыли, и Цзы Лу вошел вслед за ними. Он нашел Куй Куя, который вместе с Кун Куем восседал на террасе дворца. Цзы Лу сказал ему: «Вы, правитель, зачем используете Кун Куя? Прошу схватить и казнить его». Куй Куй не желал его слушать. Тогда Цзы Лу решил поджечь террасу. Куй Куй испугался и велел Ши Ци и Ху (Юй) Яню напасть на Цзы Лу. [Они] рассекли завязки на его шапке. Цзы Лу воскликнул: «Благородный муж и умирая не снимает головного убора». Он стянул завязки на шапке и умер 41.

Конфуций, узнав о беспорядках в Вэй, сказал: «Увы! Чжун Ю погибнет!» И он действительно умер, после чего Конфуций [70] сказал: «Пока у меня был Ю, ни одно дурное слово не коснулось моих ушей» 42. В это время Цзы Гун от имени луского [правителя] был послан в княжество Ци 43.

Цзай Юй по прозвищу Цзы Во был умелым спорщиком, острым на язык. Став учеником, он как-то спросил: «Трехлетний траур [по родителям] не слишком ли долог? Если совершенномудрый три года не будет обращаться к ритуалам, то ритуал придет в упадок; если три года не будет заниматься музыкой, то и музыке настанет конец. [Ведь] когда старое зерно кончается, ему на смену приходит новое зерно; когда добывают огонь трением, то для каждого сезона меняют сорт дерева» 44. Учитель сказал: «[Если сделать по-твоему], успокоит ли это тебя?» В ответ услышал: «Успокоит». «Если успокоит, то и поступай соответствующим образом. [Но] благородный муж, пребывая в трауре, принимая пищу, не чувствует в ней сладости, слушая музыку, не чувствует радости; поэтому и не сокращает траур». Когда Цзай Во вышел, Конфуций сказал: «Цзай Юй не человеколюбив, ведь когда ребенок рождается, то он только через три года сходит с родительских рук, поэтому трехлетний траур по родителям -это всеобщий долг [детей] в Поднебесной» 45.

Как-то Цзай Юй заснул днем. Учитель сказал: «Гнилое дерево для резьбы непригодно, стену из навоза невозможно оштукатурить» 46. Цзай Во спросил о добродетелях пяти императоров древности 47. Учитель ответил: «Я человек не их времени».

Цзай Во стал дафу в городе Линьцзы 48. Там он совместно с Тянь Чаном 49 поднял мятеж; в результате род [Цзай Во] истребили, и Конфуций стыдился этого.

Дуаньму Цы был родом из Вэй, носил прозвище Цзы Гун, он был моложе Конфуция на 31 год. Цзы Гун был остер на язык и любил поразглагольствовать, Конфуцию приходилось нередко прерывать его рассуждения. Конфуций спросил Цзы Гуна: «Кто из вас лучше-ты или [Янь] Хуэй?» Цзы Гун ответил: «Как я, Цы, посмею равнять себя с Хуэем! Он, услышав об одном, сообразит на десять [шагов вперед], я же, услышав об одном, соображу лишь о втором [шаге]» 50.

Цзы Гун, заняв свое место среди учеников философа, спросил Учителя: «Каковы, по-вашему, мои человеческие качества?» Конфуций ответил: «Ты подобен утвари». Последовал вопрос: «Какого рода утвари?» «Ты подобен жертвенному сосуду для зерна в храме предков» 51.

Чэнь-цзы Цинь спросил Цзы Гуна 52: «Откуда такая ученость у Чжун-ни?» Цзы Гун ответил: «Пути управления, завещанные [71] нам Вэнь-ваном и У-ваном, еще не совсем исчезли, они еще живы в людях. Мудрые люди знают о них немало, недалекие знают лишь малую часть этого, [но] нет таких, в ком не было бы от дао Вэнь-вана и У-вана. Во всем этом нет ничего, что не изучил бы наш Учитель. Только таким и должен быть истинный наставник!» Последовал другой вопрос: «Когда Конфуций прибывает в какое-нибудь княжество, он непременно интересуется, как там ведется управление. Сведения об этом ему дают по его просьбе, или [правители] сами предоставляют ему необходимое?» Цзы Гун ответил: «Наш Учитель мягок, почтителен, чистосердечен, уступчив; с помощью этого узнает необходимое, и поэтому даже требовательность Учителя отличается от настойчивости других людей» 53.

Цзы Гун спросил: «Если человек богат, но не высокомерен, а другой беден, но не угодлив, то как это расценивать?» Конфуций ответил: «Такое бывает. Лучше, когда бедняк находит радость в дао, а богатый почитает ли».

Когда Тянь Чан замыслил поднять мятеж в княжестве Ци, он, боясь Гао [Чжао-цзы], Го [Хуэй-цзы], Бао [Му] и Янь Юя, передвинул свои войска, чтобы напасть на Лу. Конфуций, узнав про это, сказал ученикам: «Княжество Лу-место, где находятся могилы [наших предков], страна, где живут [наши] близкие. Коль скоро княжество в такой опасности, вы, дети мои, не можете не выступить [в помощь ему]». Цзы Лу попросил отпустить его, но Конфуций задержал его; Цзы Чжан и Цзы Ши 54 тоже хотели действовать, но Конфуций и им не позволил. Когда же Цзы Гун решил действовать, Конфуций ему не препятствовал.

Тогда Цзы Гун отправился в княжество Ци и там сказал Тянь Чану: «Ваше, господин, намерение напасть на Лу ошибочно. Ведь Лу относится к княжествам, на которые трудно нападать. Крепостные стены его городов тонки и низки, его земли невелики и разбросаны, его правитель глуп и немилосерден, высшие сановники лживы и [по-настоящему] не могут быть использованы [для службы]; к тому же чиновные мужи и народ не любят военное дело. Поэтому с Лу не следует воевать. Вам, господин, лучше было бы напасть на У. В У стены городов внушительны, земли обширны и плодородны; солдаты-латники, вновь набранные, крепки, воины отборные и сытые; в городах у них собраны ценности и лучшие солдаты; кроме того, защищают все это умудренные и предусмотрительные сановники. Поэтому на него удобно напасть». Тянь Чан рассвирепел так, что изменился в лице, и сказал: «То, что вы считаете трудным, люди считают легким, а то, что вы считаете легким, люди, наоборот, считают трудным. Чему же это вы учите [72] меня?» Цзы Гун ответил: «Я слышал, что когда заботы внутри (при дворе), то нападают на сильных, когда же треволнения сосредоточены вовне (среди народа), то нападают на слабых. Ныне вы, господин, озабочены делами внутри. Я слышал, что ваши три попытки получить пожалование не удались из-за того, что высшие сановники княжества не соглашаются с этим. Ныне вы намерены разгромить Лу, чтобы расширить территорию Ци. Добившись победы, вы только усилите высокомерие вашего правителя; разбив это княжество, вы усилите амбиции сановников. Ваши заслуги не будут принадлежать вам, и день за днем вы будете отдаляться от правителя. Таким образом, вверху вы столкнетесь с высокомерием правителя, а внизу-с распущенностью чиновников, и поэтому добиться свершения больших дел будет крайне трудно. Когда правитель заносчив, он становится склонен к распущенности, когда чиновники заносчивы, между ними начинается борьба. В таком случае вы окажетесь в разладе с правителем и в состоянии борьбы с сановниками. Таким образом, ваше положение в княжестве Ци станет опасным. Поэтому я и говорю: лучше нападите на У. Если вы даже не одолеете У, то ваши воины погибнут все же за пределами своего княжества, высшие сановники [уйдут с войсками] и двор опустеет; таким образом, наверху у вас не останется противников из числа сильных сановников, а внизу не останется людей, совершающих ошибки, и вы окажетесь единственным человеком, распоряжающимся в Ци». Тянь Чан ответил: «Превосходно. Но наши войска уже отправлены к княжеству Лу, и, если я их разверну на У, то сановники будут недоумевать по поводу моих действий. Как тут быть?» Цзы Гун ответил: «Вы только остановите войска и не ведите наступления. Прошу направить меня послом к ускому вану, и я уговорю его прийти на помощь Лу и напасть на Ци, а уж вы со своими войсками встретите его». Тянь Чан согласился с этим планом и послал Цзы Гуна на юг встретиться с уским ваном 55.

[Цзы Гун] сказал ему: «Я слышал, ван не допускает того, чтобы его род оборвался, а ба-ван-не допускает того, чтобы появился сильный противник. Если к весу в тысячу цзюнь прибавить даже самую малость- [коромысло безмена] все равно сместится 56. Ныне Ци, обладающее десятью тысячами боевых колесниц 57, соперничая с У, стремится прибрать к рукам Лу, способное выставить тысячу боевых колесниц. Боюсь, что это для вас, ван, опасно. Кроме того, если вы придете на помощь Лу, то этим прославите свое имя; нападение же на Ци принесет вам еще большую пользу. Таким путем вы поможете чжухоу в районе реки Сышуй и [73] покараете жестокое Ци, тем самым подчините сильное княжество Цзинь. Большей выгоды и быть не может. Вы прославитесь сохранением Лу от гибели, а фактически воспрепятствуете усилению Ци. И понимающие люди не усомнятся в [правильности] ваших действий».

Уский ван сказал: «Превосходно! Однако я уже давно нахожусь в состоянии войны с княжеством Юэ, [их правитель] укрылся на горе Гуйцзи, он терпит тяготы и готовит воинов, лелея замысел отомстить мне. Подождите, я покараю Юэ, а потом последую вашему [совету]». Цзы Гун на это сказал: «Силы Юэ не превосходят сил Лу, а силы У не превосходят силы Ци. Если ван отложит [борьбу с] Ци и нападет на Юэ, за это время Ци уже покорит Лу. Кроме того, правители обретают славу спасением гибнущего и сохранением преемственности. Если вы нападете на небольшое Юэ, опасаясь [бороться с] могущественным Ци, это не будет мужественным шагом. Мужественный не избегает трудностей, человеколюбивый не оставляет в беде, понимающий не упускает момента, правитель не допускает гибели рода-так устанавливается должное. Сейчас следует сохранить Юэ и тем самым показать чжухоу свое человеколюбие; помочь Лу, напасть на Ци и тем самым продемонстрировать свою мощь перед Цзинь. Тогда чжухоу непременно поспешат друг за другом на прием ко двору уского вана, и вы добьетесь положения гегемона. Но поскольку вы, ван, испытываете недовольство по поводу Юэ, я прошу отправить меня на восток увидеться с юэским ваном [и настоять], чтобы он послал войска, которые должны последовать [за вами]. Это приведет к обезлюдению Юэ, а формально оно выступит в поход, следуя за остальными чжухоу». Уский ван очень обрадовался [этому плану] и послал Цзы Гуна в княжество Юэ.

Юэский ван, [ожидая Цзы Гуна], расчистил дороги и прибыл в окрестности столицы для его приема, лично управляя колесницей, доставил его до места проживания и спросил: «С какой целью вы, сановник, с достоинством перенеся в дороге всякие трудности, прибыли в наше варварское государство?» Цзы Гун ответил: «В последнее время я убеждал уского вана, чтобы он помог Лу и напал на Ци, но хотя ван и стремился к этому, он опасался Юэ и при этом заявлял: "После нападения на Юэ можно будет [осуществить ваше предложение]". Отсюда видно, что нападение на Юэ и его разгром неизбежны. Если нет намерения отомстить, то заставлять человека подозревать что-либо по меньшей мере не умно; а если есть намерение отомстить кому-либо, давать ему возможность осознать это-гибельно; когда дело еще не началось, а о нем уже [74] узнали-это опасно. Эти три вещи- большие бедствия для любого дела».

Гоу Цзянь склонил голову и, дважды поклонившись, сказал: «В прошлом я, не рассчитав силы, вступил в войну с У и попал в тяжелое положение [на горе] Гуйцзи. [Мысль о мести] проникла мне в глубины души, день и ночь у меня опалены губы и сохнет язык [при думе об этом], [я] стремлюсь только к тому, чтобы в смертельной схватке сразиться с уским ваном. Это мое единственное желание». И затем беседа продолжалась. Цзы Гун сказал: «Уский ван жесток и свиреп, его чиновники непригодны, княжество из-за многочисленных войн в упадке, солдаты не обладают выносливостью, байсины озлоблены на правителя, сановники замышляют перемены внутри княжества, [У] Цзы-сюй за свои увещевания убит, тайцзай Пи заправляет всеми делами, в корыстных целях он потворствует ошибочным действиям князя. Такое управление ведет к упадку княжества. Если сейчас вы, ван, действительно пошлете войска в помощь ускому вану, чтобы этим подтолкнуть его к [действиям, соответствующим] вашим устремлениям; пошлете драгоценные дары, чтобы порадовать его сердце; прибегнете к уничижительным выражениям и разным церемониям, чтобы ублажить его гордость, то он обязательно нападет на Ци. Если уский ван в этой войне не добьется победы, это ваше, ван, счастье; если же он победит, то он непременно со своими войсками войдет в пределы земель княжества Цзинь. Сейчас я прошу разрешения отправиться на север, чтобы увидеться с цзиньским правителем и [убедить его] вместе напасть на усцев, и тогда У непременно ослабеет. Их отборные войска будут целиком заняты в Ци, а тяжеловооруженные [воины] и латники окажутся в трудном положении в Цзинь, и тогда вы, ван, используя эти слабости, несомненно уничтожите У». Юэский ван очень обрадовался и согласился с этим планом. Он поднес Цзы Гуну сто и золота 58, мечи, две прекрасные боевые секиры, но Цзы Гун [подарки] не принял и отправился в дальнейший путь.

Вернувшись, он доложил ускому вану: «Я, ваш слуга, с почтением передал ваши, Великий ван, слова юэскому вану. Юэский ван очень испугался и [просил] сказать: «Я, несчастный, еще в малых летах потерял отца, не смог верно оценить свои возможности, дошел до того, что провинился перед У, мои войска были разбиты, сам я, спасшись на горе Гуйцзи, был опозорен, а мое княжество обезлюдело и пришло в запустение. [К счастью], опираясь на ваши, Великий ван, милости, я сохранил жертвенные сосуды в храме предков и совершаю жертвоприношения. Я до кончины не посмею забыть этого, [75] неужели я мог бы замыслить что-либо против вас!»

Через пять дней из Юэ послали сановника [Вэнь] Чжуна в У смиренно заявить ускому вану: «Ваш провинившийся слуга с восточного приморья Гоу Цзянь отправляет посланца Чжуна, чтобы он послужил вам и поучился у ваших приближенных. Ныне я, смиренный, узнал, что вы, Великий ван, собираетесь поднять [знамя] великой справедливости, покарать жестоких и помочь слабым; намерены ограничить действия бесчеловечного княжества Ци и тем помочь чжоускому дому. Прошу разрешения поднять имеющиеся в княжестве три тысячи воинов, а я, ваш слуга, хотел бы сам надеть доспехи и взять оружие, чтобы первым принять на себя стрелы и камни. Посылаю нашего ничтожного слугу [Вэнь] Чжуна, чтобы поднести передовым отрядам ваших войск хранящееся у нас вооружение: 20 комплектов лат, короткие железные копья и сверкающие мечи бугуан для вооружения командиров вашего войска».

Уский ван сильно возрадовался и сказал Цзы Гуну: «Юэский ван намерен лично последовать за мной в нападении на Ци. Это можно?» Цзы Гун ответил: «Нельзя опустошать государство, брать в поход всех солдат и еще увлекать его правителя, это несправедливо. Вы, ван, примите его подношения, присоедините к себе его отряд, но откажите их правителю [в участии в походе]». Уский ван согласился с этим мнением и отказался от услуг юэского вана. Затем уский ван поднял войска девяти цзюней 59 и повел на княжество Ци.

Тогда Цзы Гун отправился в княжество Цзинь и сказал цзиньскому правителю: «Я слышал, что когда планы заранее не определены, нельзя реагировать на внезапно изменившиеся обстоятельства, если войска заранее не подготовлены, нельзя одержать победу над противником. Сейчас Ци собирается сразиться с У. И если оно не одержит победу, то [княжество] Юэ несомненно поднимет смуту; [если же армия У] в войне с Ци победит, тогда их войска непременно вступят в Цзинь». Цзиньский правитель очень испугался и спросил: «Как же мне быть?» Цзы Гун отвечал: «Надо обучать войска, не переутомляя их, чтобы быть во всеоружии». Цзиньский правитель согласился с этим.

Цзы Гун уехал и прибыл в княжество Лу. Уский ван действительно вступил в сражение с цисцами под Айлином. [Усцы] нанесли армии Ци серьезное поражение, захватили в плен солдат семи военачальников, но обратно в У не вернулись и, как предполагалось, вторглись в земли Цзинь. Сражение с цзиньцами произошло у Хуанчи. Там У и Цзинь сошлись в решающей битве. Цзиньцы [76] нанесли удар и разбили уские войска. Юэский ван, узнав об этом, перешел с войсками реку 60 и внезапно напал на княжество У. Не дойдя до уской столицы семь ли, он остановился лагерем. Уский ван, узнав о происшедшем, покинул Цзинь и направился домой. Он вступил в сражение с юэсцами в районе Уху 61, в трех сражениях он не добился успеха, [даже] не смог удержать крепостные ворота столицы. Затем юэсцы окружили дворец вана, убили Фу Ча и обезглавили [его] советника 62. Через три года после разгрома У юэсцы продвинулись на восток, и [их ван] стал гегемоном.

Итак, поездки Цзы Гуна [привели к тому, что] Лу сохранилось, в Ци возникла смута, У было разгромлено, Цзинь усилилось, а юэский ван стал гегемоном. Каждая посольская миссия Цзы Гуна приводила к нарушению соотношения сил между княжествами. Так в течение десяти лет в каждом из пяти княжеств произошли серьезные перемены 63.

Цзы Гун ловко манипулировал своими советами, словно купец, выбрасывая или придерживая товар; ему нравилось раскрывать хорошие качества людей, но и людских ошибок он не скрывал; часто помогал княжествам Лу и [Малое] Вэй 64, у себя дома накопил состояние в тысячи золотых, а закончил свою жизнь в княжестве Ци.

Янь Янь по прозвищу Цзы Ю был родом из княжества У, он был моложе Конфуция на 45 лет. Став учеником Конфуция, Цзы Ю служил управителем Учэна 65. Конфуций [как-то] проезжал [там и] услышал звуки музыки и пения. Конфуций обрадовался и, улыбнувшись, сказал: «Когда режешь курицу, не нужен большой нож для скота» 66. Цзы Ю [тут же] сказал: «Раньше я, Янь, слышал такие слова Учителя: "Когда совершенный муж постигает Дао, то он начинает любить людей, а когда ничтожный человек постигает Дао, то его легко использовать"». Тогда Конфуций сказал сопровождающим: «Дети мои, Янь прав, а то, что я [сейчас] сказал, было шуткой» 67. Конфуций считал, что Цзы Ю очень начитан.

Бу Шан по прозвищу Цзы Ся был моложе Конфуция на 44 года. Цзы Ся как-то спросил: «О чем говорят строки [из Шицзина]: «Ее мягкая улыбка-прекрасна, красивые глаза излучают радость. Даже простое полотно на ней смотрится узорчатым» 68. Учитель ответил: «[Они означают]: когда что-то характеризуешь, то надо обязательно найти его основы». Цзы Ся снова спросил: «И лишь потом обратиться к ритуалу?» Конфуций ответил: « О, Бу Шан, с тобой с самого начало можно было говорить [только] о стихах и песнях» 69.

Цзы Гун спросил: «[Чжуань Сунь] Ши и Бу Шан-кто из них [77] достойнее?» Учитель ответил: «Ши-во всем перехлестывает, Шан-не дотягивает». «Если так, то выходит, что от Ши можно ожидать большего?» «Перебор и недобор сходны» 70. Как-то Учитель сказал Цзы Ся: «Надеюсь, что ты станешь ученым, который служит благородным мужам, а не станешь прислуживать мелким людишкам» 71.

Когда Конфуций умер, Цзы Ся поселился в районе Сихэ, где обучал учеников 72; потом он служил вэйскому Вэнь-хоу 73. Когда умер сын [Цзы Ся], тот так оплакивал его, что ослеп 74.

Чжуань Сунь Ши по прозвищу Цзы Чжан был родом из княжества Чэнь, и он был моложе Конфуция на 48 лет. Цзы Чжан однажды спросил, как преуспеть в карьере. Конфуций сказал: «Побольше слушай, но отбрасывай сомнительное; тщательно обдумывай оставшееся, и тогда у тебя будет меньше ошибок. Старайся больше увидеть, но отбрасывай то, что несет опасность; осторожно используй оставшееся, и тогда меньше придется раскаиваться. Если будет мало ошибок в словах, то и о делах меньше придется сожалеть, и карьера сложится сама собой» 75.

В другой раз, когда [Цзы Чжан] следовал [за Конфуцием и они] попали в трудное и опасное положение между княжествами Чэнь и Цай, [Цзы Чжан] спросил о [правильном] поведении. Конфуций ответил: «Слова должны быть правдивыми, а поступки-честными и почтительными, и тогда можно будет действовать даже в государствах южных [мань] и северных [мо]. Если же твои слова не будут правдивыми, а поступки не будут честными и почтительными, то разве ты сможешь действовать даже в своем округе или своей деревне! Когда ты стоишь на земле, эти качества должны быть с тобою; когда ты на колеснице, опирайся на них, как на перекладину, и так действуй» 76. Цзы Чжан записал эти [слова] на своем поясе.

Цзы Чжан спросил: «В каком случае можно сказать, что служилый муж достиг [совершенства]?» Конфуций сказал: «В каком случае? А что ты называешь словами "достигнуть [совершенства]"?» Цзы Чжан ответил: «Это значит стать известным и в княжестве и в семье». Конфуций сказал: «Так это называется "стать известным", а не "достигнуть [совершенства]". Ведь достижение [совершенства] заключается в том, чтобы человек выработал прямой характер и возлюбил долг, научился воспринимать слова и наблюдать внешнее, принимать во внимание интересы нижестоящих. [Действуя так], и в княжестве, и в семье непременно достигнешь [совершенства]. Ведь быть известным означает, что человек лишь внешне следует жэнь, но в своих действиях отходит [78] от него, причем без каких-либо сомнений в своих поступках. Такой человек что в государстве, что в семье обязательно становится известным» 77.

Цзэн Шэнь, родом из южного Учэна 78, по прозвищу Цзы Юй, был моложе Конфуция на 46 лет. Конфуций считал, что он в состоянии постигнуть пути сыновнего благочестия, и поэтому включил его в число учеников. Он составил книгу Сяо цзин («Канон о сыновнем благочестии»). [Цзэн Шэнь] умер в княжестве Лу.

Таньтай Ме-мин, родом из Учэна, носил прозвище Цзы Юй 79. Он был моложе Конфуция на 39 лет. Внешность у него была безобразная. Когда он захотел служить Конфуцию, Учитель счел, что у него мало способностей. Но по окончании обучения он сделался благочестивым и примерным в своих поступках. Он никогда не прибегал ни к каким уловкам и обращался к сановникам только по общественным делам. Отправившись на юг, он добрался до Янцзы; у него насчитывалось до 300 учеников. Вся их деятельность получила добрую славу и известность среди чжухоу 80. Конфуций, узнав об этом, сказал: «Поверив людям на слово, я ошибся в Цзай Юе; рассудив по внешности человека, я ошибся в Цзы Юе» 81.

Ми Буци по прозвищу Цзы Цзянь был моложе Конфуция на 30 лет. Конфуций сказал о Цзы Цзяне: «Он из совершенномудрых! Если бы в Лу не было совершенномудрых, с кого ему было бы брать пример» 82. Цзы Цзянь служил управителем Даньфу 83. Как-то он прислал сообщение Конфуцию: «В этом владении есть пять человек, которые мудрее меня, Буци, они наставляют меня в том, как управлять». Конфуций произнес: «Как жаль, что управляемая Буци территория мала, было бы лучше, если бы она была побольше».

Юань Сянь имел прозвище Цзы Сы. Цзы Сы спросил [Учителя], что такое позор. Конфуций ответил: «Когда княжество следует Дао, получать жалованье [вполне достойно], но когда в княжестве Дао утрачено, получать жалованье-это позор» 84. Цзы Сы спросил: «Если человек не действует в духе преодоления в себе злобы и алчности, можно ли считать его обладающим жэнь?» Конфуций ответил: «Это дело можно считать трудным, но обладает ли [такой человек] жэнь, я не знаю».

Когда Конфуций скончался, Юань Сянь скрылся и жил в глухих местах. В это время Цзы Гун стал служить сяном в княжестве [Малое] Вэй. Однажды он, правя четверкой коней, в сопровождении всадников пробрался через дикие заросли и въехал в бедную деревушку, чтобы навестить Юань Сяня. Сянь, поправив на себе [79] потрепанный головной убор и рваную одежду, вышел к Цзы Гуну. Цзы Гун, стыдясь его вида, сказал: «Вы что же, почтенный, больны?» Юань Сянь ответил: «Я слышал такое: когда у человека нет богатств, его называют бедняком, когда человек познает Дао, но не в состоянии его осуществлять, это называется болезнью. Что касается меня, Сяня, то я действительно беден, но не болен!» Цзы Гун устыдился и уехал весьма расстроенным. До конца своих дней он терзался своим промахом 85.

Гунъе Чжан по прозвищу Цзы Чжан был родом из княжества Ци. Конфуций сказал: «Чжан-это человек, за которого можно отдать замуж дочь, и хотя его сажали в колодки, [как преступника], он был безвинен». И [он действительно] отдал ему в жены свою дочь 86.

Нань-гун Ко носил прозвище Цзы Жун. Он как-то спросил Учителя: «И умел превосходно стрелять из лука, Ао искусно управлял лодкой, но оба они умерли не своей смертью. В то же время [сяский] Юй и [Хоу] Цзи занимались хлебопашеством, но обрели власть над Поднебесной. Не так ли?» 87. Конфуций ничего не ответил. Когда Цзы Жун вышел, Конфуций сказал: «Это человек действительно совершенномудрый! Он превыше всего ставит дэ. Пока в государстве сохраняется Дао, он никогда не будет отставлен, если в государстве не будет Дао, он избегнет наказаний». Он трижды повторил: «Если с изъяном белейшая яшма жезла» 88,-[и впоследствии] женил его на дочери [своего] старшего брата.

Гунси Ай носил прозвище Цзи Цы. Конфуций о нем говорил: «Когда в Поднебесной ничего не оставалось делать, многие поступали служить в [знатные] дома, служили чиновниками в столицах княжеств, и только Цзи Цы никогда не шел на такую службу».

Цзэн Дянь носил прозвище Си. Как-то он сопровождал Конфуция, и тот обратился к нему: «Расскажи о твоих устремлениях». Дянь сказал: «[Хотел бы я], облачившись в легкие весенние одежды, отправиться с группой из пяти-шести взрослых и шести-семи подростков искупаться в реке Сихэ, подышать свежим ветром в Уюе и, напевая песни, вернуться домой». Конфуций со вздохом сказал: «Хотел бы я быть вместе с Дянем!» 89.

Янь У-яо носил прозвище Цзы Лу. Лу был отцом Янь Хуэя. И отец и сын в разное время служили Конфуцию. Янь Лу был очень беден и после смерти Янь Хуэя попросил Конфуция [продать] свою повозку, [чтобы купить саркофаг] 90. Конфуций сказал: «Каждый заботится о своем сыне-бездарный тот или талантливый. Когда мой сын Ли умер, его похоронили в простом гробу, а не в саркофаге. Я не стану ради саркофага лишаться повозки и [80] ходить пешком. Я знатного рода, и мне не полагается вести себя подобным образом».

Шан Цюй по прозвищу Цзы Му был родом из княжества Лу. Он был моложе Конфуция на 29 лет. Конфуций наставлял Цюя в учении о переменах; Цюй, в свою очередь, наставлял в этом чусца Цяня по имени Би и прозвищу Цзы Хун 91. Хун передавал эти знания Цзяо-цзы по прозвищу Юн Цы, который был родом из Цзяодуна, что к востоку от Янцзы. Цы, в свою очередь, передавал все познанное человеку из княжества Янь-Чжоу-цзы Цзя Шу. Шу передал все это человеку из Чуньюя 92-Гуан-цзы Чэнь Юю; Юй, в свою очередь, передал эти знания цисцу Тянь-цзы Чжуан Хэ; Хэ передал их человеку из Дунъу 93-Ван-цзы Чжун Туну, а Тун передал эти знания человеку из Цзычуани 94-Ян Хэ. Хэ в годы правления У-ди под девизом юаньшо (128-123 гг.) за приведение в порядок текстов Ицзина был сделан чжундафу в империи Хань 95.

Гао Чай носил прозвище Цзы Гао и был моложе Конфуция на 30 лет. Цзы Гао ростом не достигал пяти чи 96. Он попал в число учеников Конфуция, но тот считал его глуповатым. Цзы Лу хотел использовать Цзы Гао, поставив его управителем в Фэй[хоу] 97. Но Конфуций сказал: «Этот ученик принесет только вред достойным людям!» 98. Цзы Лу на это заявил: «Там есть множество простых людей, есть храмы предков, и почему, только прочитав все книги, можно считаться имеющим [достаточно] знаний [для управления]?» Конфуций сказал: «С каким же отвращением я отношусь к краснобаям».

Цидяо Кай носил прозвище Цзы Кай. Конфуций отправлял Кая послужить чиновником, на что тот сказал: «У меня еще нет уверенности [в своих силах] для такой деятельности». Конфуций обрадовался [ответу].

Гунбо Ляо носил прозвище Цзы Чжоу. Чжоу наговаривал Цзы Лу на Цзи Суня. Цзы Фу Цзин-бо сказал об этом Конфуцию так: «У вас, Учитель, явно есть сомнения в отношении Ляо. В моих силах наказать его публично на рыночной площади». Конфуций сказал: «Когда дао суждено осуществиться-это воля [Неба], когда дао утерян-это [тоже] воля [Неба]. Может быть, Гун-бо Ляо следует своей судьбе?»

Сыма Гэн носил прозвище Цзы Ню. Ню много говорил и был суетлив. Он как-то спросил Конфуция о понятии жэнь. Конфуций ответил: «Человеколюбивый муж в речах своих нетороплив». Ученик опять спросил: «Неужели неторопливость в речах может быть названа человеколюбием?» Учитель ответил: «Делать дело трудно, но и при произнесении речей разве допустимо проявлять [81] поспешность?» [Тогда Ню] спросил, кого считать совершенномудрым. Учитель ответил: «Совершенномудрый не предается печали и не робеет». Последовал вопрос: «Тот, кто не печалится и не робеет, может ли быть назван совершенномудрым?» Учитель ответил: «Если ты не чувствуешь в себе изъяна, то о чем тогда печалиться и чего бояться?»

Фань Сюй носил прозвище Цзы Чи и был моложе Конфуция на 36 лет. Фань Чи просил научить его труду землепашца. Конфуций сказал: «Мне не сравниться со старым крестьянином». Тогда Фань Чи попросил научить его возделывать огород. Учитель сказал: «Мне не сравниться с опытным огородником». Когда Фань Чи вышел, Конфуций сказал: «Мелкий человек этот Фань Сюй! Когда высший правитель почитает ли, никто в народе не смеет быть неуважительным; когда высший правитель почитает справедливость, никто в народе не смеет не подчиниться ему; когда высший правитель с уважением относится к честности, никто в народе не смеет быть неискренним. И если будет так, то со всех четырех сторон к нам станет прибывать народ, неся в пеленках своих детей. Зачем же [мне] заниматься земледелием!» 99

Фань Чи спросил о том, что такое жэнь. Учитель ответил: «Это значит любить людей». Ученик спросил, что такое чжи (знание). Ответом было: «Знать людей».

Ю Жо был младше Конфуция на 43 года 100. Ю Жо говорил: «При использовании ритуала самое главное- согласие. Это было самым лучшим в путях правления древних властителей. Но если ограничиться только этим в больших и малых делах, то некоторые действия окажутся безрезультатными. Если знать только согласие и не регулировать его ритуалом, то дело может оказаться неосуществленным. Если же, используя согласие, ты близок к справедливости, а соблюдением ритуала избавлен от позора и стыда, то [все] задуманное тобою осуществится. Если человек не теряет связи со своими близкими, то это тоже может служить примером для подражания» 101.

Когда Конфуций умер, ученики с печалью вспоминали [о нем]. И поскольку Ю Жо внешне походил на Конфуция, они единодушно признали его своим наставником и стали относиться к нему, как и в былые времена к Учителю. Однажды ученики задали Ю Жо такой вопрос: «Как-то [вы], Учитель, собираясь гулять, велели своим ученикам взять с собой зонты от дождя, и действительно, через какое-то время начался дождь. Каким образом [вы], Учитель, заранее узнали о дожде?» [Ю Жо] ответил: «Не сказано ли в Шицзине: "Месяц прячется в созвездии Би как раз перед буйным [82] дождем" 102? Разве накануне перед заходом Луна не побывала в созвездии Би?» Но в другой день, когда Луна задержалась в созвездии Би, дождя так и не было. Некто Шан Цюй был уже в возрасте, но сыновей у него не было. Его мать как-то решила женить его. Когда Конфуций вознамерился послать Шан Цюя в княжество Ци, мать Цюя просила [не посылать его]. Но Конфуций сказал ей: «Не тревожься, после сорока лет у Цюя должно быть пять сыновей» 103. Потом так и получилось. [Ученики задали Ю Жо вопрос]: «Осмелимся спросить, каким образом наш Учитель мог вес это знать?» Ю Жо помолчал какое-то время, но так и не смог ответить. Тогда ученики встали и сказали: «Вы, Ю, лучше уйдите, это место не для вас!»

Гунси Чи носил прозвище Цзы Хуа и был моложе Конфуция на 42 года. Когда Цзы Хуа был послан в Ци, то Жань Ю попросил у [Конфуция] зерна для пропитания матери [Цзы Хуа]. Конфуций сказал: «Дайте ей один фу зерна». [Жань Ю] попросил побольше. Тогда Конфуций сказал: «Дайте ей юй зерна». В конце концов Жань-цзы [Ю] передал ей пять бин зерна 104, [по поводу чего] Конфуций сказал: «Гунси Чи отправился в Ци на колеснице, запряженной откормленными лошадьми, одет он в легкие меховые одежды. Я слышал, что совершенномудрый не приобщается к роскоши, когда окружающие терпят лишения».

Ума Ши носил прозвище Цзы Ци и был моложе Конфуция на 30 лет. Чэньский сыбай спросил Конфуция: «Знает ли луский Чжао-гун 105 ритуал?» Конфуций ответил: «[Он] знает ритуал». Когда Конфуций отошел, [чэньский сыбай], приветствуя со сложенными руками Ума Ци, сказал: «Я слышал, что совершенномудрый не встает ни на чью сторону, разве ему допустимо быть пристрастным? Луский правитель взял в жены девушку из княжества У. Оба они из рода Цзи, и чтобы это скрыть, он назвал ее Мэн-цзы. Если считать, что луский правитель знает ритуал, то кто тогда не знает?!» Ши передал [услышанное] Конфуцию, на что тот сказал: «Я, Цю, счастливый человек. Если у меня бывают ошибки, то люди обязательно узнают о них 106. Я как подданный не должен говорить о прегрешениях в семье моего правителя. Умолчание [об этом]-тоже соблюдение ритуала!»

Лян Чжань по прозвищу Шу Юй был моложе Конфуция на 29 лет.

Янь Синь по прозвищу Цзы Лю был моложе Конфуция на 46 лет.

Жань Жу по прозвищу Цзы Лу был моложе Конфуция на 50 лет. [83]

Цао Сюй по прозвищу Цзы Сюнь был моложе Конфуция на 50 лет.

Бо Цянь по прозвищу Цзы Си был моложе Конфуция на 50 лет.

Гунсунь Лун по прозвищу Цзы Ши был моложе Конфуция на 53 года.

Достаточно точно известен возраст 35 учеников Конфуция, названных до Цзы Ши [включительно], их имена и фамилии, [время] их вступления в школу учеников Конфуция 107-все, что можно узнать из дошедших до нас более ранних сочинений. Что же касается остальных 42 учеников, то данных об их возрасте нет и сведения о них в этих сочинениях отсутствуют. Поэтому о них мы скажем очень коротко.

Жань Цзи по прозвищу Цзы Чань;

Гунцзу Цзюйцы по прозвищу Цзы Чжи;

Цинь Цзу по прозвищу Цзы Нань;

Цидяо Чи по прозвищу Цзы Лянь;

Янь Гао по прозвищу Цзы Цзяо;

Цидяо Туфу 108;

Сян Сы-чи по прозвищу Цзы Ту;

Шан Цзэ 109;

Ши Цзо-шу по прозвищу Цзы Мин;

Жэнь Бу-ци по прозвищу Сюань;

Гун Лян-жу по прозвищу Цзы Чжэн;

Хоу Чу по прозвищу Цзы Ли;

Цинь Жань по прозвищу Кай;

Гунся Шоу по прозвищу Чэн;

Си-жун Чжэнь по прозвищу Цзы Си;

Гунцзянь Дин по прозвищу Цзы Чжун;

Янь Цзу по прозвищу Сян;

Цяо Шань по прозвищу Цзы Цзя;

Цзюй-цзин Цзян;

Хань-фу Хэй по прозвищу Цзы Со;

Цинь Шан по прозвищу Цзы Пи;

Шэнь Дан по прозвищу Чжоу;

Янь-чжи Пу по прозвищу Шу;

Жун Фу по прозвищу Цзы Ци;

Сянь Чэн по прозвищу Цзы Ци;

Цзожэнь Ин по прозвищу Син;

Янь Цзи по прозвищу Сы;

Чжэн Го по прозвищу Цзы Ту;

Цинь Фэй по прозвищу Цзы Чжи; [84]

Шичжи Чан по прозвищу Цзы Хэн;

Янь Гуай по прозвищу Цзы Шэн;

Бушу Чэн [по прозвищу] Цзы Цзюй;

Юань Кэн Цзи 110;

Лэ Кай по прозвищу Цзы Шэн;

Лянь Цзе по прозвищу Юн;

Шучжун Хуэй по прозвищу Цзы Ци;

Янь Хэ по прозвищу Жань;

Ди Хэй по прозвищу Си;

Бан Сюнь по прозвищу Цзы Лянь;

Кун Чжун 111;

Гунси Юй-жу по прозвищу Цзы Шан;

Гунси Чжэнь по прозвищу Цзы Шан.

Я, тайшигун, скажу так.

Ученые много говорят о 70 учениках и последователях Конфуция. Восхваляющие их во многом преувеличивают их деяния; но и те, кто хулит их, [тоже] идут против истины. И те и другие толкуют о них, не видя их такими, какими они были на самом деле. Записи учеников восходят к древним текстам рода Кунов, и они близки к реальности. Фамилии и имена учеников Конфуция, записи их бесед с Учителем, их вопросы к нему я взял из Лунь юя, обобщил и составил из этого данную главу. Все сомнительное я опускал.

Комментарии

1. Жизненный путь Конфуция-Чжун-ни, Кун-цзы (551-478 гг.) был описан Сыма Цянем в гл. 47 (Истзап, т. VI). В гл. 67 даны краткие очерки и отрывочные сведения о наиболее известных учениках философа. Основой для этих материалов послужил автору в первую очередь текст Лунь юя (это название переводилось нерусский язык по-разному- «Суждения и беседы» В.М.Алексеевым, «Беседы и высказывания» В.А.Кривцовым, «Изречения» И.И. Семененко). Отметим, что Сыма Цянь распоряжается текстом Лунь юя достаточно свободно: он не только манипулирует фрагментами, но также изменяет последовательность фраз и действий персонажей. Видимо, причины этого не только в том, что историк решал собственные задачи, но и в том, что он располагал различными версиями Лунь юя и комментариев к нему.

Гл. 67 Ши цзи переведена полностью на немецкий язык Г.Платом [184], частями на английский — Б. Уотсоном и Г. Крилом и др. Мы использовали также перевод главы на байхуа, сделанный Чжан Цзыляном [218, т. 2, с. 933-963]; на совр. японский язык Отаке [252, Ле чжуань, кн. 1, с. 50-78] и многочисленные комментарии, в первую очередь Такигавы, Мидзусавы, Лян Юй-шэна и др.

2. Число «ближайших» учеников Конфуция в разных источниках, да и у самого Сына Цяня, варьирует: в гл. 47 называлось 72 человека (Истзап, т. VI), в данной главе говорится о 77, а в Люй-ши чунь-цю-о 70 (ЧЦЦЧ, т. VI, с. 153). Учитывая условность критерия «близость», различия между цифрами, на наш взгляд, не играют существенной роли.

3. Использование частицы цзы (***) в русскоязычной литературе не унифицировано. Академик В.М.Алексеев справедливо утверждал, что ее следует считать аналогом слов: ага, бей, бек, хан и т.п. [4, с. 431]. Что касается правописания этой частицы, то мы придерживаемся такого подхода: когда она является приложением к фамилии древнего мыслителя, политического деятеля, просто уважаемого человека (например, Кун-цзы, Мэн-цзы, Сюнь-цзы), мы пишем ее после фамилии через дефис и с малой буквы; когда этот знак является частью фамилии или прозвища (например, Цзы Во), следует писать его с большой буквы и отдельно.

4. Описания отдельных черт характера первых десяти учеников Конфуция (от Янь Юаня до Цзы Ся) встречаются в Лунь юе (ЧЦЦЧ, т. I, с. 238).

5. В Лунь юе порядок перечисления последних шести учеников несколько иной: Чан, Шэнь, Ши, Ю, Хуэй, Цы (ЧЦЦЧ, т. I, с. 249-250). И.И. Семененко верно отметил естественную неоднородность в статусе учеников Конфуция. Он пишет: «Одним ученикам он объяснял все до конца, с другими, хотя и общался непосредственно, но до объяснений не снисходил, а многих вообще держал на положении благоговейно внимавших статистов, которые не могли вести с ним полноправный диалог» [80, с. 27].

6. Из перечисленных шести человек пятеро отличались высокими моральными качествами и не раз встречаются в древних текстах, в частности в Да Дай ли. Сомнительна лишь фигура луского Мэн-гун Чо (см. [246, кн. 12, гл. 28]).

7. Тунги — город и местность в княжестве Цзинь, позднее — в Хань (см. карты 1, 3).

8. Жэнь — одно из основных конфуцианских понятий — переводится на русский язык близкими по смыслу терминами: «человеколюбие», «гуманность», «милосердие», «истинно человеческое». Мы условно приняли перевод «человеколюбие» или «милосердие». И.И. Семененко справедливо подчеркнул: «Милосердие — поистине универсальный принцип, пронизывающий все остальные категории в учении Конфуция» [80, с. 181]. Новый, более широкий подход к трактовке жэнь мы находим в последней монографии Л.С.Васильева. По его мнению, жэнь — красота окружающего мира, «это истинная внутренняя ценность, причем колоссальной важности, без нее не сохранить уже достигнутых знаний. Обладание жэнь предполагает постоянное самоусовершенствование и накопление знаний» [14, с. 73].

9. Цитата из Лунь юя (ЧЦЦЧ, т. I, с. 271).

10. Вновь цитата из Лунь юя (ЧЦЦЧ, т. I, с. 135).

11. Как поясняют комментарии, Янь Хуэй никогда не прерывал Учителя вопросами, но глубоко проникал в сущность услышанного, а когда оставался с другими учениками, растолковывал им понятия Дао и долга, вскрывая самую суть поучений Конфуция. Янь Хуэй был для философа примером того, сколь обманчива может быть внешность человека.

12. Цитата из Лунь юя (ЧЦЦЧ, т. I, с. 156).

13. Луский Ай-гун по имени Цзян правил в 494-468 гг. (см.: Истзап, т. V, с. 81-82, 306).

14. Идентичный текст с вопросом Ай-гуна и ответом Конфуция см.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 131.

15. См.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 249. Имелось в виду, что Минь Сунь скорее скроется в захолустье, чем станет служить неправедным властям.

16. Очевидно у Бо-ню было заболевание, считавшееся очень заразным. И.И. Семененко предполагает, что Бо-ню страдал проказой [80, с. 196]. Упоминание о болезни Бо-ню и словах Учителя по этому поводу см.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 135.

17. Он тоже был лусцем. В Соинь со ссылкой на Цзя юй («Домашние беседы») говорится, что Чжун Гун был моложе Конфуция на 29 лет и происходил из того же рода, что и Бо-ню (см.: ХЧКЧ, т. VII, с. 3350).

18. В Лунь юе (ЧЦЦЧ, т. I, с. 271) Чжун Гун спрашивает не о чжэн (управлении), а о жэнь. Комментатор Лунь юя Лю Бао-нань (1820-1855) отметил это место в Ши цзи как ошибку, хотя ответ Конфуция вполне соотносится с термином чжэн.

19. «Обратившись лицом к югу» (наньмянь), сидели государи и правители, в то время как чиновники и приближенные обязаны были сидеть лицом к северу.

20. Как явствует из комментариев к Лунь юю, в Китае того времени на первом месте стояли жертвоприношения Шанди (Верховному владыке), и в этом случае никакие вольности относительно масти жертвенных животных не допускались; на втором месте стояли жертвоприношения духам гор и рек (шань, чуань), при которых условия были менее строгими.

21. Этот факт отмечен в Мэн-цзы (ЧЦЦЧ, т. I, с. 302).

22. Цзи Кан-цзы — глава сильнейшего луского рода Цзи, которому в молодые годы служил сам Конфуций.

23. Этот диалог приведен в Лунь юе (ЧЦЦЧ, т. I, с. 92). Принципиальная мысль Конфуция о несовпадении деловых и нравственных качеств здесь очевидна, но конец фразы все же допускает два толкования: либо это отрицание жэнь у близкого ученика, либо констатация сложности постижения глубин души любого человека. Впрочем, последний вариант менее вероятен.

24. Эти вопросы и ответы см.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 265. Правда, в тексте Лунь юя первым спрашивает не Цю, а Цзы Лу.

25. Лян Юй-шэн [246, кн. 12, гл. 28, с. 7] и Мидзусава [248, т. VI, гл. 67, с. 5] отмечают, что в сунском издании Ши цзи отсутствует от 5 до 8 последних знаков ответа Конфуция.

26. Бянь — селение, с эпохи Хань — уездный город. Располагался в совр. уезде Сышуй пров. Шаньдун. Это также и место рождения Чжуан-цзы.

27. Словосочетание цзя чжу Чжан Цзылян перевел как «клыки кабана», носимые на поясе с целью устрашения [218, т. 2, с. 936], однако Хун И-сюань (1765-1833) объясняет это понятие иначе: «ножны для меча, сделанные из кабаньей кожи» [262, т. VII, с. 3352). Аналогичен и перевод Отаке [252, с. 53]. Правильность последней трактовки косвенно подтверждает и текст Чжуан-цзы (ЧЦЦЧ, т. III, гл. 8, с. 197), где разбойник Чжи, выступая с обвинительной речью против Конфуция, о кабаньих клыках не упоминает: «Это ты заставил Цзы Лу своими сладкими речами следовать за собой, он снял свою шапку храбреца, отвязал свой длинный меч и стал воспринимать твои поучения» (цит. по [69, с. 296]).

28. Посвящение в полноправные ученики сопровождалось вручением Учителю особых даров, символизировавших верность наставнику до смертного часа.

29. См.: ЧЦЦЧ, т. 1, с. 291.

30. Там же, т. 1, с. 401.

31. И.И. Семененко справедливо подчеркивает неразрывность слова и действия в конфуцианстве: «Переход от слова к делу совершается в рамках единого процесса ритуализации. "Речь"-обряд переходит в "действие"-обряд» [80, с. 52].

32. См.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 91. Под словом цай-«древесина», «материал»-имеется в виду внутренний, сокровенный смысл поучений Конфуция, который для Цзы Лу, по мнению его наставника, был недоступен.

33. См.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 191. Конфуций хотел подчеркнуть, что верные его ученики не смущались нищетой, убожеством одежды, всем тем, чего стыдились верхние слои общества. Налицо апология духа, которую И.И. Семененко в несколько экстравагантной формулировке описывает как «худородство, несущее печать высшей родовитости» [80, с. 235].

34. Здесь очевидная аллегория: хотя Чжун Ю и приблизился к Учителю и слушает его поучения («поднялся в зал»), но не проник в суть и глубину его заветов («не вошел во внутренние покои»).

35. См: ЧЦЦЧ, т. I, с. 108. В Лунь юе этот вопрос задает не Цзи Кан-цзы, а Мэн У-бо.

36. Конфуций употребил слово цзюйчэнь, которое имеет два взаимоисключающих значения: «министр, опытный чиновник» и «бездеятельный чиновник», не способный быть настоящим государственным деятелем и заботящийся только о своей карьере. Уничижительные характеристики своим ученикам Конфуций давал не столь уж редко, но в данном случае негативная оценка была бы нелогичной.

37. Пу (или Пучэн) — поселение в княжестве Малое Вэй, располагавшееся в 75 км к северо-востоку от Даляна (см. карту 3).

38. Вэйский Лин-гун по имени Юань княжил в 534-493 гг. О перипетиях борьбы в Вэй см.: Истзап, т. V, гл. 37.

39. Судя по изложению в гл. 37 (там же, с. 118), Нань-цзы была не наложницей, а женой Лин-гуна — княгиней. Эту ошибку отметил и Лян Юй-шэн [246, кн. 12, гл. 28, с. 7].

40. Вэйский Чу-гун Чжэ (внук Лин-гуна) правил в 492-481 и в 477-456 гг.

41. Этот эпизод в гл. 37 Ши цзи описан с незначительными отклонениями (Истзап, т. V, с. 120). Куй Куй (возможное чтение-Куай Куй) там ошибочно назван нами Куай-ваем.

42. По мнению Ван Су (195-256 гг. н.э.), Цзы Лу был очень близок к Конфуцию, выполняя обязанности своеобразного телохранителя — шивэя (см. [262, т. VII, с. 3356]).

43. По мнению многих комментаторов (Сыма Чжэня, Чэнь Жэнь-си, Чжан Вэнь-ху и др.), фраза о посылке Цзы Гуна в Ци выглядит чужеродной в рассказе о Цзы Лу, хотя сам этот факт имел место.

44. Хорошо известен способ добывания огня трением, причем в разные времена года древние китайцы использовали для этой цели различные сорта древесины. Ханьский Ма Юн (79-166 гг.) ссылается при этом на Чжоу ли (гл. Юэ лин — «Поведение по сезонам») (см.: ШСЦ, т. 21, Ли цзи, главы 14-17), где названы вяз и ива для весны, абрикосовое дерево и тутовник для лета, дуб для осени, сандаловое дерево для зимы.

45. Весь эпизод с обсуждением проблемы траура мы находим в Лунь юе (ЧЦЦЧ, т. I, с. 399-400).

46. См.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 109. Это высказывание — аллегорическая констатация отсутствия способностей у Цзай Юя.

47. Об у-ди — пяти легендарных императорах см. гл. 1 Ши цзи (Истзап, т. I, с. 133-149). В их число Сыма Цянь включал Хуан-ди, Гао-яна, Сюань-сяо, Яо и Шуня. Существуют и другие варианты этой пятерки (в Ли цзи, Шаншу).

48. Город Линьцзы — столица княжества Ци. Находился на месте одноименного совр. города в пров. Шаньдун (см. карту 1).

49. Как сообщалось в гл. 39 Ши цзи, в 481 г. циский Тянь Чан (или Чэн-цзы) убил своего правителя Цзянь-гуна (Истзап, т. V, с. 180). В Люй-ши чунь-цю упоминается другое имя чиновника — Чэнь Чан, который в борьбе за власть столкнулся с Цзай Юем (ЧЦЦЧ, т. VI, гл. 17, с. 213). Таким образом, правомерность упоминания Тянь Чана в этом контексте ставится под сомнение (см. [262, т. VII, с. 3358]). В Цзо чжуань фигурирует союзник Цзай Юя — Кань Чжи по прозвищу Цзы Во. Явно имела место путаница с именами участников этих сложных перипетий политической борьбы.

50. См.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 109.

51. Хулянь — название жертвенных сосудов (коробов) для зерна в храме предков, употреблявшееся в эпохи Ся и Инь. В эпоху Чжоу назывались также фуфу. Подобное сравнение в устах Учителя, очевидно, означало одобрение качеств Цзы Гуна.

52. В Лунь юе этот же вопрос задает вэйский сановник Гунсунь Чжао (ЧЦЦЧ, т. I, с. 408).

53. Этот отрывок см.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 438.

54. Цзы Ши (Гунсунь Лун), как отмечает Такигава [262, т. VII, с. 3361]), был моложе Конфуция на 53 года, т.е. был совсем юным в это время.

55. В Хань Фэй-цзы эти события выглядят иначе. Там сказано, что цисцы напали на Лу и добились некоторых успехов, а миссия Цзы-гуна в Ци была неудачной (ЧЦЦЧ, т. V, с. 341). Другие главы Ши цзи также свидетельствуют об активной экспансии Ци: в гл. 14 констатируется захват в 487 г. трех луских поселений (Истзап, т. III, с. 220), а в гл. 32 говорится о захвате двух поселений (Истзап, т. V, с. 61).

56. Цзюнь — мера веса, равная примерно 18 кг, следовательно, 1000 цзюней составляет около 18 т. Выражение чжулян (мелкие меры веса) в данном случае означает что-то мельчайшее, мизерное. Вся фраза имеет общефилософский смысл.

57. Выражение вань чэн («десять тысяч боевых колесниц») являлось символом принадлежности к семи самым могущественным княжествам периода Чжаньго.

58. И — мера веса в 20 лян (лан). Лян же составлял от 14,9 г (в период Чжоу) до 16,1 г (от Чжоу до периода Западная Хань). Следовательно, слиток золота в один и весил 300-320 г, а сто слитков, подаренных Цзы Гуну,-более 30 кг.

59. Здесь цзюнь — район; позднее этим словом обозначали область. Такигава отмечал, что в древности цзюнь был административной единицей меньше уезда и управлялся младшим сановником. Впрочем, слова «девять цзюней» он считал позднейшей вставкой [262, т. VII, с. 3367].

60. Чжан Цзылян уверен, что речь идет о реке Цяньтан (218, т. 2, с. 944).

61. Уху («Пять озер») — другое название большого озера Тайху, фактически группы озер, объединенных общим названием.

62. Как явствует из Цзо чжуань, разгром уской армии и гибель У произошли на 22-м году правления луского Ай-гуна, в 472 г. Согласно тексту гл. 31 и 41 Ши цзи, уский ван Фу Ча не был убит, а покончил с собой (Истзап, т. V, с. 38; т. VI, с. 21).

63. Роль Цзы Гуна в истории княжеств Лу, Ци, У, Цзинь, Юэ сверх всякой меры преувеличена в данной главе. Анализ раздела Ши цзя показывает, что имя Цзы Гуна (Дуаньму Цы) упоминается лишь дважды (главы 31, 33) в связи с выполнением (правда, успешным) далеко не судьбоносных дипломатических поручений луского Ай-гуна.

64. Накаи Сэкитоку считает, что утверждение о службе Цзы Гуна в Лу и Малом Вэй ошибочно [262, т. VIII, с. 3369], но его активные действия в пользу Лу несомненны.

65. Учэн — город на юге княжества Лу (см. карту 1).

66. Смысл этой фразы в том, что в малом деле не требуется большого размаха и высоких принципов.

67. Этот диалог см.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 392.

68. Цзы Ся приводит две строфы из Шицзина (см.: ШСЦ, т. V, с. 315). В русском переводе А.А. Штукина эти строки звучат иначе: «О как улыбки твои хороши и тонки. Резко сверкают в глазах твоих нежных зрачки... Виден узорный наряд под одеждою из полотна» [93, с. 72]. Трактовка А.А. Штукина упрощает смысловой ряд и не совпадает с подходом Конфуция. Заметим, что вместо пары «простое полотно-узорчатое» можно переводить: «белый цвет-цветной узор, рисунок». Тогда мысль Конфуция облекается в эстетическую форму: «Белый-первооснова, узоры-вторичны». В этом ключе перевел и И.И. Семененко [42, с. 27], хотя завершающую часть диалога он понял, на наш взгляд, неверно.

69. Имелись ввиду стихи и песни именно Шицзина. Нельзя не согласиться с Н.Т. Федоренко: «Стихи и песни Шицзина интересовали Конфуция прежде всего как исторический и философский материал» [93, с. 480].

70. Этот диалог см.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 252.

71. Там же, т. I. с. 136.

72. Как сообщал Сыма Чжэнь, в Сихэ была школа Цзы Ся и позднее храм его имени. У него было до 300 учеников [252, т. VII, с. 3371].

73. Факт службы Цзы Ся у вэйского Вэнь-хоу, отмеченный и в тексте гл. 44 Ши цзи (см.: Истзап, т. VI, с. 82), ставится под сомнение, так как Цзы Ся должно было бы быть к этому времени более 83 лет.

74. История с потерей Цзы Ся зрения от долгого оплакивания своего сына была отмечена и в других памятниках древности, например, в Хуайнань-цзы (ЧЦЦЧ, т. VII, с. 110), в Ли цзи и т.д. Она перекочевала в ханьскую литературу, и мы находим ее — с большим количеством деталей — у ханьского философа Ван Чуна (27-ок. 98 гг. н.э.) (см.: ЧЦЦЧ, т. VII, с. 57).

75. Эти сентенции см.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 44.

76. См.: ЧЦЦЧ, т. I. e. 334.

77. Там же, т. 1, с. 280.

78. Имелся в виду один из двух луских Учэнов, расположенный на реке Цинхэ (см. карту 3).

79. В прозвище Таньтай Ме-мина слог юй обозначался другим иероглифом, нежели в прозвище Цзэн Шэня (см. Указатель имен).

80. Здесь в тексте памятника стоит фраза, дословный перевод которой таков: «Брали или давали, отвергали или принимали — обрели известность у чжухоу».

81. Ошибки Конфуция в отношении Цзай Юя и Цзы Юя отмечены и в Хань Фэй-цзы (ЧЦЦЧ, т. V, с. 353), и у философа Ван Чуна (ЧЦЦЧ, T.VII, с. 26), а также в Да Дай ли. Об этом см. также у Лян Юй-шэна [246, кн. 12, гл. 28, с. 14].

82. О Ми Буци по прозвищу Цзы Цзянь см.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 106. В Цзя юй говорится, что он был моложе Конфуция не на 30, а на 49 лет. Он умело управлял вверенной ему территорией, чем и заслужил высокую оценку Конфуция.

83. Даньфу — селение в Сун, к северо-востоку от столицы Суйян (см карту 1, 3).

84. См.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 300. Как отмечал Лян Юй-шэн, Юань Сянь назван в Ли цзи Чжун Сянем, в Лунь юе — иногда Юань Сы. В последнем варианте один знак из фамилии, другой — из прозвища — обычная для древних текстов путаница.

85. О встрече Юань Сяня и Цзы Гуна и их диалоге писал Чжуан-цзы (ЧЦЦЧ, т. III, с. 191), их имена упоминаются и в Ле-цзы (там же, с. 79).

86. Об этом см.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 87.

87. Легенда о могучем стрелке И, который сбил девять из десяти солнц, сжигавших землю, и совершил немало иных подвигов, существовала издревле (см. [97, с. 139-163]). Ао принадлежал к роду Ся-хоу и славился искусством управления лодкой. О легендарном правителе Юе и родоначальнике чжоусцев Хоу Цзи см.: Истзап, т. I, гл. 2 и 4.

88. Здесь Сыма Цянь устами Конфуция цитирует Шицзин, строку из оды «Поручение правителю». Приведем перевод А.А. Штукина:

Если с пороком белейшая яшма жезла,
Тут бы шлифовка исправить порок помогла... [93, с. 380].

89. Согласно Лунь юю, Конфуций беседовал о жизненных устремлениях с четырьмя учениками — Цзы Лу, Цзэн Дянем, Жань Ю, Гунси Хуа (см.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 252-257). Сыма Цянь приводит лишь пожелание Дяня и реакцию на него Конфуция.

90. В тексте Ши цзи в данном месте слова «продать» и «саркофаг» отсутствуют, но логика всего фрагмента и комментарии ханьского времени подсказывают именно такую реконструкцию.

91. Судя по комментариям, речь идет о конфуцианце Цянь Би по прозвищу Цзы Гун (или Цзы Юнь). Сыма Цянь иногда называет его Цзы Хуном, что, по мнению Пэй Иня, является ошибкой.

92. Чуньюй — уезд, начиная с эпохи Хань; находился на территории совр. уезда Аньцю пров. Шаньдун [301, с. 827].

93. Дунъу — в совр. уезде Чжучэн пров. Шаньдун.

94. Цзычуань — в эпоху Хань владение и область; находилась на территории совр. уезда Шоугуан пров. Шаньдун.

95. Данный абзац подтверждает широкое распространение идей Ицзина среди учеников конфуцианской школы (в Чу, Ци, Янь и Лу). Хотя Ицзин прямо не упоминается в Лунь юе, Сыма Цянь в биографии Конфуция говорит о старательном изучении последним этого памятника (см.: Истзап, т. VI, гл. 47). Н.И.Конрад утверждал, что «уже в ханьское время Ицзин был не только включен в конфуцианский канон, но и поставлен в нем на первое место» [38, с. 5].

96. Возможно, текст здесь искажен, поскольку рост Цзы Гао оказывался менее 1 м (чжоуский чи) либо менее 138 см (чи в эпоху Чжаньго -Цинь-Западной Хань). В гл. 47 рост Конфуция, считавшегося очень высоким человеком, указан в размере 9 чи 6 цуней-величина, имевшая смысл только при чжоуском чи — 19,9 см (см.: Истзап, т. VI, с. 127, 324).

97. Речь идет о селении клана Цзи в княжестве Лу. Однако в некоторых случаях в источниках стоит только один иероглиф — хоу (см., например: ЧЦЦЧ, т. VII, с. 85), в других случаях — только фэй (так и на карте 1). Мидзусава приводит четыре варианта названия этого места из различных списков Ши цзи, начиная с сунских, где иероглифа хоу нет [238, т. VI, с. 24]. Таким образом, двойное название — Фэнхоу — остается под вопросом.

98. Глупость Гао Чая констатируется и в Лунь юе (ЧЦЦЧ, т. I, с. 253). Вообще многих своих учеников Конфуций характеризует весьма резко (туп, глуп, разнуздан), в чем И.И. Семененко не без основания видит определенные черты юродства [80, с. 201]. Но в этом, возможно, проявилась и гордыня Учителя, явное пренебрежение ко многим своим ученикам.

99. См.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 293.

100. Согласно Цзя юй, у Ю Жо имелось прозвище Ю Цзы. На сколько лет в действительности Ю Жо был моложе Конфуция, установить трудно, так как в различных источниках фигурируют разные цифры: 13, 33, 36, 43 года (см. [246, гл. 28, с. 20]). Лян Юй-шэн склонялся к наименьшей разнице в их возрасте — 13 лет. Видимо, эта версия логичнее объясняет пребывание Ю Жо в роли преемника Конфуция.

101. См.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 16-17.

102. Ю Жо привел строку из малой оды Цзянь цзянь чжи ши («Влажные скалы») (см.: ШСЦ, т. V, гл. 15, разд. III, с. 1270); в русском переводе А.А. Штукина она звучит так:

Месяц в созвездье стремится
Би перед буйным дождем [93, с. 323].

Созвездие Би («Вилы») — 19-е из 28 зодиакальных созвездий по китайской классификации, вписывается в европейское созвездие Тельца (см.: Истзап, т. IV, гл. 27, с. 119).

103. Рассказ о том, как Конфуций предсказал рождение пяти сыновей у Шан Цюя, помещен в Цзя юй («Домашние беседы») и связан там с искусством предсказаний, к которому Конфуций относился с известным предубеждением (см. [262, т. VII, с. 3387]).

104. Система мер и весов в течение столетий в Китае претерпевала изменения как в наборе единиц, так и в их численных показателях (см. [48, с. 230-231]). Во времена Конфуция фу предположительно составлял 12 л, юй- примерно 174 л, бин — 310 л. Таким образом, 5 бин, поднесенных матери Цзы Хуа, представляли дар весом 1550 кг (об этом эпизоде упоминается в Лунь юе, см.: ЧЦЦЧ, т. I, с. 132).

105. Луский Чжао-гун по имени Чоу правил в 541-510 гг. Сыбай — чиновничья должность в княжестве Чэнь и царстве Чу (соответствовала сыкоу в других княжествах).

106. См.: ЧЦЦЧ, т. 1, с. 163.

107. Смысл последней фразы неясен, так как время появления этих учеников у Конфуция осталось не отмеченным в тексте Сыма Цяня.

108. В современном тексте Цзя юй он назван Ту по прозвищу Цзы Вэнь [262, т. VII, с. 3391].

109. По тексту Цзя юй, его прозвищем было либо Цзы Цзи, либо Цзы Сю.

110. Согласно Цзя юй, Цзи-не имя, а прозвище.

111. Считается сыном старшего брата Конфуция.

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.