Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

«МЭН-ЦЗЫ»

Книга названа именем известного древнекитайского мыслителя Мэн-цзы. Его фамилия — Мэн, имя — Кэ, жил он приблизительно в 372-289 гг. до н. э., родился в царстве Лу, на территории современной провинции Шаньдун, где за сто с лишним лет до этого жил его идейный учитель Конфуций. В биографии Мэн-цзы, составленной первым китайским историком Сыма Цянем (II-I вв. до н. э.), указывается на то, что Мэн-цзы был учеником Цзы Сы, внука Конфуция.

Мэн-цзы много странствовал, переходя из одного царства в другое, и излагал свои взгляды в беседах с учениками и правителями тех царств, где он бывал (Ци, Тэн, Сун, Цзоу, Лян и др.), надеясь, что его примут на государственную службу и дадут возможность на практике осуществить его идеи государственного управления. Однако ему удалось лишь на короткое время стать советником в царстве Ци, но его мечты о «человечном» управлении не были осуществлены. После тщетных попыток воздействовать на правителей царств он вернулся на родину, в Лу, где через одного из своих учеников, занимавшего государственный пост, вновь пытался провести в жизнь свои идеалы. Но и у себя на родине его предложения не были приняты, и он в оставшиеся годы целиком посвятил себя дальнейшей разработке своего учения, передавая его ученикам и последователям.

Книга «Мэн-цзы» в дошедшем до нас виде состоит из семи глав, каждая из которых делится на две части. По поводу авторства книги существуют различные мнения. Одни приписывают авторство книги самому Мэн-цзы, другие считают, что в составлении книги участвовали как Мэн-цзы, так и его ученики, третьи полагают, что ее составили ближайшие ученики Мэн Кэ — Гунсунь Чоу и Вань Чжан. Если учесть, что ряд положений Мэн-цзы не вошли в книгу, названную его именем, а находятся в других ранних первоисточниках, можно сделать вывод, что книга «Мэн-цзы» окончательно сложилась после смерти мыслителя и состоит из нескольких слоев. По мнению большинства китайских и западных ученых, в основу книги «Мэн-цзы» легли высказывания самого Мэн Кэ, его учеников и другие тексты, датируемые не позднее III в. до н. э.

Суждения Мэн-цзы получили широкое распространение, они цитировались и использовались в сочинениях многих китайских [226] мыслителей. «Мэн-цзы» породил и большую комментаторскую литературу на протяжении более двух тысяч лет после смерти Мэн Кэ.

Трактату «Мэн-цзы» посвящено много исследований китайских, японских и европейских авторов. Он переведен на латинский, французский, английский, немецкий и русский языки.

Знакомство с книгой «Мэн-цзы» позволяет сделать вывод, что он не только развивает некоторые положения Конфуция, но и углубляет его учение, выдвигая и разрабатывая новые проблемы.

Учение Мэн-цзы способствовало дальнейшему развитию конфуцианства и превращению последнего в стройную систему взглядов, принятую позднее, почти через двести лет, в качестве официальной идеологии господствовавшего класса. Вместе с тем оно оказало значительное влияние на последующее развитие китайской философии и общественной мысли в течение многих веков. Это влияние взглядов Мэн-цзы, в частности, обнаруживается в этических представлениях неоконфуцианцев эпохи Сун.

Перевод для настоящего издания выполнен Л. И. Думаном.

Л. И. Думан


ГЛАВА ПЕРВАЯ. «ЛЯН ХУЭЙ-ВАН» 1. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

...Циский Сюань-ван 2 спросил [у Мэн-цзы 3]: «Могу ли я узнать у Вас о делах циского Хуаня 4 и цзиньского Вэня 5

Мэн-цзы ответил: «Ученики Чжун-ни 6 ничего не говорили о делах Хуань [-гуна] и Вэнь [-гуна], поэтому в последующих поколениях о них ничего не передавали. Я ничего не слышал об этом 7. Если желаете, поговорим о [пути древних] правителей 8».

[Сюань-ван] сказал: «Какие достоинства нужны, чтобы можно было [стать] ваном?» [Мэн-цзы] ответил: «Править, заботясь о народе и охраняя [его], тогда никто не сможет оказать противодействие».

[Сюань-ван] спросил: «А такие, как я, смогут заботиться о народе?» [Мэн-цзы] сказал: «Смогут». — «Откуда [Вы] знаете, что смогут?» — спросил [Сюань-ван]. [Мэн-цзы] сказал: «Я слышал от Ху-хэ 9, [как он] рассказывал: «Ван сидел в зале, когда мимо проходил некто, ведя на поводу быка. Ван, увидя его, спросил: «Куда идешь с быком?» [Тот] отвечал: «Собираюсь его кровью помазать новый колокол 10». Ван сказал: «Оставь его. Я не вынесу его трепета, подобно тому как [не выношу], когда невинного ведут на казнь». [Тот] сказал в ответ: «В таком случае отказаться от смазывания кровью колокола?» — «Как [227] можно отказаться! — сказал [Ван]. — Замени его бараном»».

«Не знаю, — [добавил Мэн-цзы], — был ли [действительно такой случай]?» [Сюань-ван] сказал: «Это было». [Тогда Мэн-цзы] продолжал: «Такого добросердечия достаточно, чтобы быть [подлинным] ваном. И хотя народ считал, что Вам жаль было [быка из скупости], я твердо уверен, что Вы не могли вынести его [трепета]».

[Сюань-ван] сказал: «Правильно. Действительно народ так [говорил]. Хотя государство Ци небольшое, разве я пожалел бы [из скупости] одного быка! Я [действительно] не стерпел его трепета, подобно тому как [не выношу] казни невинного человека, поэтому заменил его бараном».

[Мэн-цзы] сказал: «Не удивляйтесь тому, что народ посчитал Вас скупым из-за того, что [Вы] заменили большое малым. Как он мог понять Вас? Если Вам было больно, когда невиновного ведут на казнь, к чему выбирать между быком и бараном?» 11 [Сюань-ван], смеясь, сказал: «Да, действительно, какое чувство [руководило мною]? Я заменил его бараном не из-за того, что поскупился. Народ, разумеется, мог назвать меня скупым».

Мэн-цзы сказал: «Не важно. Это проявление искусства человеколюбия. [Вы] видели быка, но не видели барина. Отношение благородного мужа к животным таково: видя их живыми, он не в состоянии видеть их мертвыми; слыша их крики, [когда их убивают], он не может есть их мяса. Поэтому благородный муж находится далеко от кухни».

Сюань-ван, обрадовавшись, сказал: «В «Ши цзин» говорится:

Стремление зрю в человеке другом,
Обдумав его, разбираю его
12.

Это сказано о [Вас], учитель. Когда я сделал это и пытался постичь, [почему я так поступил], то не смог разобраться в своих чувствах. Когда Вы сказали об этом, я почувствовал сострадание. Но почему эти чувства соответствуют [пути подлинного] вана?»

[Мэн-цзы] сказал: «Если бы кто-либо сказал Вам: «Моей силы достаточно, чтобы поднять 300 цзинь 13, но недостаточно, чтобы поднять перышко; [моего] зрения достаточно, чтобы рассмотреть кончик тончайшего волоска, [228] но недостаточно, чтобы увидеть телегу с дровами». — Вы поверили бы ему?» [Сюань-ван] сказал: «Нет». [Тогда Мэн-цзы заключил]: «Ныне Ваше милосердие распространяется только на животных, но Ваши добрые дела не достигают парода. В чем причина этого? Истина в том, что перышко не могут поднять, потому что не прибегают к силе, телегу с дровами не могут увидеть, потому что не всматриваются, народ не чувствует заботы, потому что не проявляют милосердия, поэтому ван не является [подлинным] ваном, потому что он бездействует, а не потому что он не способен».

[Сюань-ван] спросил: «Как отличить бездействие от неспособности?»

[Мэн-цзы] ответил: «[Если Вам скажут:] «Возьмите под мышку гору Тайшань и перескочите Северное море», а Вы ответите: «Я не могу», — это действительно будет неспособность. [Но если предложат] для старшего сломать ветку, а Вы скажете: «Я не могу», — это будет бездействие, а не неспособность. Поэтому, когда ван не является [подлинным] ваном, это не подобно [случаю] перескакивания Северного моря с горой Тайшань под мышкой, а является подобием [случая] с поломкой ветки.

Почитая своих старших, распространяйте [это почитание] и на старших других людей. Любя своих детей, распространяйте [эту любовь] и на чужих детей, и тогда легко будет управлять Поднебесной 14.

В «Ши цзин» сказано:

Вэнь-ван для жены образцом предстает.
Он братьям высокий пример подает,
К добру направляет страну и народ
15.

Это значит, что [Вэнь-ван] распространял свою любовь на всех.

Поэтому, когда проявляют милосердие, этого достаточно, чтобы защитить [всех] в пределах четырех морей 16. Когда же не проявляют милосердия, то невозможно защитить [даже] жену и детей. Древние люди превосходят [нынешних] людей именно тем, что они умели распространять милосердие на всех людей. Ныне Ваше милосердие распространяется только на животных, но ваши добрые дела не достигают народа. В чем причина этого?»

[Мэн-цзы продолжал:] «Взвешивают и тогда узнают вес, измеряют и тогда узнают размер — так поступают со [229] всеми вещами. Тем более это относится к чувствам. Прошу Вас обдумать это. Или, [может быть], ван испытывает радость, когда поднимает войска [на войну], навлекает опасность на своих воинов и вызывает недовольство [других] правителей?»

[Сюань-]ван ответил: «Нет! Как я могу радоваться этому? Я желаю добиться [осуществления] моего великого желания!»

[Мэн-цзы] спросил: «Можно ли узнать, в чем состоит Ваше великое желание?» [Сюань-]ван рассмеялся, но [ничего] не сказал.

[Мэн-цзы] продолжал: «[Может быть, оно] состоит в [стремлении приобрести] жирную и вкусную [пищу] для [Вашего] рта, легкое и теплое [платье] для [Вашего] тела, яркие краски для [Ваших] глаз, прекрасную музыку для [Ваших] ушей, наложниц, чтобы услаждать [Вас]? Но если [всего этого у Вас] не хватает, все [это] Ваши подданные в состоянии доставить [Вам]. Неужели в этом?»

[Сюань-]ван ответил: «Нет, мое [желание] не заключается в этом».

[Мэн-цзы] сказал: «Тогда великое желание вана можно узнать: [Вы] желаете расширить свою территорию, [принудить] Чу и Цинь 17 посылать к [Вашему] двору [своих представителей], управлять Срединным государством 18 и умиротворить всех варваров 19. Но добиваться исполнения подобного желания такими действиями — все равно что ловить рыбу на дереве».

[Сюань-]ван спросил: «Разве это так плохо?» Мэн-цзы ответил: «Пожалуй, еще хуже! Ловить рыбу на дереве, хотя и не поймаешь ее, [все же] не будет никакой беды. Но когда такими действиями добиваешься исполнения подобных желаний, напрягая все свои силы, непременно накличешь беду». [Сюань-]ван спросил: «Можно ли услышать о том, [что Вы думаете]?» [Мэн-цзы] сказал: «Кто победит, ван, [если] цзоусцы будут воевать с чусцами?» 20 — «Чусцы победят», — ответил [Сюань-]ван. «В таком случае, — сказал [Мэн-цзы], — малое, безусловно, не в состоянии противостоять большому, одинокое, конечно, не в состоянии противостоять многим, слабое не в состоянии противостоять сильному. В пределах морей 21 девять [областей] 22 по 1000 кв. ли земли. Ци — [всего лишь] одна [такая область]. Одной [стремиться] подчинить восемь — разве это не то же самое, что Цзоу противостоять Чу? [230] [Вам] стоило бы вернуться к основам [правильного правления]. Если Вы будете человеколюбивы в управлении, все чиновники Поднебесной пожелают служить при Вашем дворе; все землепашцы пожелают возделывать Ваши поля; все купцы пожелают торговать на Ваших рынках; все путешественники пожелают странствовать по дорогам Вашего [царства], а те в Поднебесной, кто ненавидит своих повелителей, пожелают отправиться с жалобой к Вам. И тогда кто сможет противостоять Вам?» [Сюань-]ван сказал: «Я не умен и не смогу достигнуть этого. Хочу, чтобы учитель помог мне [в осуществлении] моих стремлений и просветил меня. Хотя я и не умен, хочу попробовать». [Мэн-цзы] сказал: «Только ученые люди, не имея постоянного занятия, обладают постоянными [добрыми] чувствами. Что касается народа, то он, не имея постоянного занятия, не обладает постоянными [добрыми] чувствами, [он] распускается, становится безнравственным, способным на любое [дурное] дело; когда он совершает преступление, его подвергают наказанию. Это означает опутывать народ сетями [закона] 23.

Разве, когда у власти человеколюбивый правитель, опутывают народ сетями [закона]? Поэтому мудрый правитель определяет народу различные занятия, чтобы он непременно имел средства для обеспечения родителей и для содержания жен и детей; чтобы в урожайный год он был постоянно сыт, а в неурожайный год мог бы избежать смерти. Если после этого он будет побуждать народ стремиться к добру, то в таком случае народ легко последует за ним.

Ныне же занятия народа не дают достаточно средств, чтобы обеспечить своих родителей и прокормить жен и детей. В урожайный год он постоянно терпит лишения, а в неурожайный год обречен на гибель. В этих [условиях он думает] только о спасении от смерти, опасаясь, что не сможет избежать ее. До того ли ему, чтобы следовать ритуалу и исполнять долг! Если ван желает поступать так, то почему бы ему не вернуться к основам?

[Пусть] усадьба в 5 му будет обсажена тутовыми деревьями, тогда пятидесятилетние смогут одеваться в шелка! [Пусть] при разведении кур и свиней кормят их в надлежащее время, тогда семидесятилетние смогут питаться мясом! [Пусть у землепашца], возделывающего [231] поле в 100 му, не будут отнимать [необходимое] время, тогда семья из восьми едоков сможет не голодать! [Пусть] заботятся о воспитании в школах, внушая долг сыновней почтительности к родителям и уважение к старшим, тогда седовласые не встретятся на дорогах с ношею на плечах. Такого еще не бывало, чтобы [правитель, добившийся того, что] старцы одеваются в шелка и питаются мясом, а простой народ не голодает и не страдает от холода, не был бы [подлинным] ваном».

ГЛАВА ПЕРВАЯ. «ЛЯН ХУЭЙ-ВАН». ЧАСТЬ ВТОРАЯ

...Циский Сюань-ван спросил [Мэн-цзы]: «Правда ли, что Чэн-тан сослал Цзе, а У-ван покарал Чжоу 24?» Мэн-цзы ответил: «Предания об этом имеются».

[Сюань-]ван спросил: «А может ли подданный убивать своего государя?» [Мэн-цзы] отвечал: «Того, кто губит человеколюбие, называют злодеем, того, кто губит справедливость, называют жестоким. Злодеев и жестоких людей называют простолюдинами. Я слышал, что убили простолюдина Чжоу, но не слышал, что убили государя 25...»

ГЛАВА ВТОРАЯ. «ГУНСУНЬ ЧОУ 26». ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

...Гунсунь Чоу спросил: «Учитель, если бы [Вас] назначили первым министром в Ци и Вы смогли бы осуществить свое [великое] учение и в результате этого [циский правитель] стал бы гегемоном 27, что было бы не удивительно, если бы это случилось, не утратили бы Вы невозмутимости духа?»

Мэн-цзы ответил: «Нет! Я с сорока лет не теряю невозмутимости духа».

[Гунсунь Чоу] сказал: «Если так, тогда [Вы], учитель, намного превосходите Мэн Бэня» 28.

[Мэн-цзы] ответил: «Это нетрудно. Гао-цзы 29 еще в более раннем [возрасте] не терял невозмутимости духа».

[Гунсунь Чоу] спросил: «А имеется ли способ [добиться того, чтобы] сохранять невозмутимость духа?»

[Мэн-цзы] ответил: «Имеется. Бэй-гун Ю 30 так воспитывал в себе мужество: не уклонялся от [наносимых ему] ударов, не моргал глазами. Считал, что малейшее унижение от кого-либо равносильно публичному наказанию на площади. Чего не терпел от одетого в просторную [232] сермягу, того же не выносил и от владельца 10 000 колесниц. Убийство владельца 10000 колесниц рассматривал так же, как и убийство простолюдина. Не боялся правителя. На бранное слово непременно отвечал тем же.

Мэн Ши-шэ 31 так говорил о воспитании в себе мужества: «[Я] смотрю на поражение как на победу. [Сначала следует] учесть [силы] противника, а затем наступать; [сначала надо] рассчитать [шансы на] победу, а затем вступать в бой — это значит, [что необходимо] испытывать страх перед сильным противником. Как я могу быть [уверен] в непременной победе? Я могу только не бояться!»

Мэн Ши-шэ подобен Цзэн-цзы, а Бэй-гун Ю похож на Цзы-ся 32. Я не знаю, кто из них обладал большим мужеством. Однако Мэн Ши-шэ придерживался более важного.

Как-то Цзэн-цзы сказал Цзы-сяну 33: «Вы любите мужество? Я слышал от учителя 34 о великом мужестве [следующее]: если путем самопостижения [я приду к выводу, что] я не прав, разве я не испугаюсь даже [одного] простолюдина? Если же путем самопостижения [я приду к выводу, что] я прав, то, будь даже миллионы людей, я пойду [против них]». [Метод] воспитания мужества Мэн Ши-шэ все-таки уступает [методу] закалки духа Цзэн-цзы».

[Гунсунь Чоу] сказал: «Осмелюсь спросить, могу ли я услышать о невозмутимости Вашего духа, учитель, и невозмутимости духа Гао-цзы?»

[Мэн-цзы отвечал]: «Гао-цзы говорил: «Того, что не выражено в словах, не ищи в мыслях. Того, что не выражено в мыслях, не достигнешь и с помощью ци» 35. Можно согласиться с тем, что «того, что не выражено в мыслях, не достигнешь и с помощью ци», но согласиться с тем, что «того, что не выражено в словах, не ищи в мыслях», нельзя. Воля 36 руководит ци, а ци наполняет тело. Воля — главное, а ци — второстепенное. Поэтому я и говорю: «Укрепляйте волю и не вносите хаоса в ци»».

[Гунсунь Чоу заметил:] «Коль скоро [Вы] сказали, что воля — главное, а ци — второстепенное, то что означает: «Укрепляйте волю и не вносите хаоса в ци

[Мэн-цзы] сказал: «[Когда] воля [сосредоточена] на одном, [она] приводит в движение ци, [когда] ци [сосредоточено] на одном, [оно] приводит в движение волю. Представим теперь человека, падающего или бегущего. Это [233] [связано с проявлением] ци и приводит к утрате невозмутимости духа».

[Гунсунь Чоу] сказал: «Осмелюсь спросить, в чем Вы, учитель, превосходите [Гао-цзы]?»

[Мэн-цзы] ответил: «Я понимаю [смысл] слов, я умею воспитывать чувство справедливости».

[Гунсунь Чоу] сказал: «Осмелюсь спросить, что понимать под чувством справедливости?»

[Мэн-цзы] ответил: «[Об этом] трудно рассказать. Это чувство весьма велико и чрезвычайно прочно; когда его воспитывают и не наносят ему ущерба, тогда [оно] наполняет [все] между небом и землей. Это чувство справедливости — сочетание долга и дао, без них [человек] слабеет. Оно рождается путем накопления [поступков, соответствующих] долгу, а не приобретается случайным [проявлением] долга. [Если] действия будут не соответствовать разуму, то это чувство [также] ослабевает. Поэтому я и говорю, что Гао-цзы никогда не понимал долга, он считал его внешним 37. Необходимо совершать [справедливые] деяния, но не надо рассчитывать [на немедленные результаты]. Пусть разум не забывает [об этом чувстве], но не помогает его росту. Не надо быть похожим на жителя [царства] Сун 38. Этот человек из Сун, озабоченный тем, что его всходы не растут, стал тянуть их. Вернувшись утомленным, он сказал своим домашним: «Я устал сегодня: помогал всходам расти». Его сын побежал посмотреть [и увидел], что всходы завяли. В Поднебесной мало людей, которые не помогали бы расти всходам. [Те, кто] считает воспитание [чувства справедливости] ненужным и уклоняется от этого, подобны [тем, кто] не обрабатывает всходов. Те же, кто помогает его росту, [подобны] тем, кто тянет всходы, что не только бесполезно, но и приносит вред».

[Гунсунь Чоу] спросил: «Что означает понимать [смысл] слов?»

[Мэн-цзы] ответил: «[Если] слова односторонни, — это значит, что разум замутнен. [Если] слова непристойны, — это значит, что разум погрузился [в бездну]. Если слова ложны, — это значит, что разум утратил [принципы]. [Если] слова уклончивы, — это значит, что разум истощен. Рождаясь в разуме, [это] вредит правлению. А проявляясь в правлении, наносит вред делам. [Если] вновь появится совершенномудрый 39, [он] непременно последует моим словам...» [234]

ГЛАВА ТРЕТЬЯ. «ТЭНСКИЙ ВЭНЬ-ГУН» 40. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

...Тэнский Вэнь-гун спросил об управлении государством.

[Мэн-цзы] ответил: «К делам народа нельзя относиться с нерадивостью. В «Ши цзин» сказано:

Сбираем мы травы осенние днем,
А ночью глубокой веревки совьем.
Лишь кровлю поправить успел я — опять
Пора и весенний посев починать!
41

Дао [управления] народом таково: те, кто имеет постоянное занятие, обладают постоянными [добрыми] чувствами. Те, кто не имеет постоянного занятия, не обладают постоянными [добрыми] чувствами. Когда не обладают постоянными [добрыми] чувствами, распускаются, становятся безнравственными, способными на любое [дурное] дело. Когда [они] совершают преступления, их подвергают наказанию. Это и означает опутывать людей сетями [закона]. Разве, когда у власти человеколюбивый правитель, опутывают людей сетями [закона]? Поэтому совершенномудрый правитель должен быть внимательным, бережливым и соблюдать ритуал по отношению к подчиненным, а при взыскании [налогов] с народа быть умеренным. Ян Ху 42 сказал: «[Кто] добивается богатства, не является человеколюбивым; кто является человеколюбивым, не добивается богатства».

Во времена Ся [каждый получал] 50 [му] и [существовала] система гун. Во времена Инь [каждый получал] 70 [му] и [существовала] система чжу. Во времена Чжоу [каждый получал] 100 [му] и [существовала] система чэ. Их сущность состояла во взимании одной десятой [с урожая]. Система чэ состояла [во взимании] одной десятой, система чжу состояла в совместной обработке полей 43. Лун-цзы 44 говорил: «В землепользовании нет лучше системы чжу и нет хуже системы гун. При системе гун исходя из среднего урожая за несколько лет устанавливали постоянный [размер налога]. Поэтому в урожайные годы, когда зерна было в избытке, если бы брали с крестьян побольше, это не было бы ущербом для них. А в неурожайные годы, когда урожая не хватало и на [оплату] удобрений, взимали много. Когда те, кто считаются [235] родителями народа, доводят простолюдинов до истощения и они, трудясь упорно целый год, не могут прокормить своих родителей, да еще вынуждены брать в долг для выплаты [налогов] на содержание чиновников, когда старики и дети вынуждены умирать голодной смертью 45, — могут ли [подобные люди] считаться родителями народа? Что касается системы наследственного жалованья 46, то она определенно существовала в Тэн. В «Ши цзин» говорится:

Общее поле сначала дождем ороси.
После коснись ты и наших отдельных полей
47.

Только при системе чжу имелись общественные поля. Отсюда видно, что и во времена Чжоу также существовала система чжу.

Для обучения [народа] создавались сян, сюй, сюэ и сяо 48. Сян [служили] для содержания престарелых; сяо [служили] для воспитания; сюй [служили] для [обучения] стрельбе из лука. Во времена Ся называли сяо, во времена Инь называли сюй, а во времена Чжоу называли сян. Что касается [названия] сюэ, то оно было общим для трех периодов. Все они служили для объяснения норм отношений между людьми 49. Когда нормы отношений между людьми будут уяснены в верхах, тогда и внизу — среди простолюдинов — будет [царить] любовь. Если появится подлинный ван, он непременно будет брать пример [с Вас], и Вы станете наставником вана. В «Ши цзин» говорится:

Чжоу издревле в своей управляли стране,
Новый престол им небесною волею дан
50.

Это говорится о Вэнь-ване. Если Вы, ван, будете настойчивы в осуществлении [человеколюбивого правления], то Ваше государство также обновится».

[Тэнский Вэнь-гун] послал Би Чжаня 51 спросить [у Мэн-цзы] о [системе] колодезных полей 52.

[Мэн-цзы] сказал: «Поскольку Ваш государь, собираясь осуществить человеколюбивое правление, избрал Вас [для этой цели], Вы должны проявить усердие. Что касается человеколюбивого правления, то его следует начинать с размежевания земель. Если размежевание будет осуществлено неправильно, тогда колодезные земли окажутся неравномерными, а обложение налогами будет несправедливым. Поэтому жестокие правители и бесчестные [236] чиновники непременно кое-как относятся к размежеванию. Если размежевание осуществлено правильно, тогда легко 53 распределить поля и установить содержание чиновникам.

Хотя Тэн по своей территории небольшое царство, в нем есть и благородные люди, и простолюдины. Если бы не было благородных людей, то некому было бы управлять простолюдинами, а если не было бы простолюдинов, то некому было бы кормить благородных людей.

Я предлагаю: в сельской местности [ввести] систему чжу, чтобы из девяти [полей] одно являлось общественным, а в городской местности 54 [народ] сам вносил налог в [размере] одной десятой. Пусть [все], от сановников до низших чинов, имеют жертвенное поле 55. Жертвенное поле должно иметь пятьдесят му. [Пусть] остальные мужчины 56 имеют по двадцать пять му земли. В случае смерти или переселения не следует покидать пределы [своей] волости 57. Пусть люди, чьи поля в волости принадлежат к одному и тому же колодцу, всегда 58 проявляют заботу друг о друге, оказывают помощь друг другу от нападения извне, поддерживают друг друга во время болезни, и тогда народ будет жить в любви и согласии. Квадратный ли 59 составляет колодец. В колодце 900 му земли. В середине его находится общественное поле. Восемь семей имеют личные поля по 100 му, они совместно обрабатывают общественное поле. Только по окончании общественных дел они могут заниматься личными делами. Этим и отличаются простолюдины от [благородных] людей. Такова эта [система] в общих чертах. Что касается ее применения и усовершенствования, то это зависит от Вашего правителя и от Вас».

Некий Сюй Синь 60, последователь идей Шэнь-нуна 61, прибыл из Чу в Тэн. Войдя во дворец, он сказал Вэнь-гуну: «Мы издалека, слышали, что Вы осуществляете человеколюбивое правление. Хотим получить [у Вас] пристанище и стать [Вашими] подданными» 62. Вэнь-гун предоставил ему пристанище. Число его последователей составляло несколько десятков человек, все были одеты в грубую одежду. Чтобы прокормиться, они плели сандалии и изготовляли циновки.

[В это же время] ученик Чэнь Ляна Чэнь Сян 63 со своим младшим братом Синем, неся на себе сохи, прибыли из Сун в Тэн и сказали: «Слышали, что Вы, ван, [237] осуществляете правление совершенномудрых и поэтому также являетесь совершенномудрым. Хотим стать Вашими подданными».

Чэнь Сян, увидев Сюй Синя, очень обрадовался. [Он] совершенно отбросил свое учение и стал учиться [у Сюй Синя]. Встретившись с Мэн-цзы, Чэнь Сян передал ему слова Сюй Синя, сказав: «Правитель Тэн действительно мудрый правитель, хотя еще и не слышал о пути правления. Мудрый [правитель] должен вместе с народом обрабатывать землю и кормиться этим, готовить себе пищу и одновременно править. Ныне же [правитель] Тэн имеет амбары для зерна и хранилища для товаров. Значит, [он] притесняет народ и этим обеспечивает себя. Как же [он] может быть мудрым [правителем]?»

Мэн-цзы спросил: «Учитель Сюй, несомненно, сам обрабатывает землю и затем кормится урожаем?» [Чэнь Сян] ответил: «Да».

«Несомненно, — [спросил далее Мэн-цзы], — учитель Сюй [сам] ткет холст и затем одевается в него?» [Чэнь Сян] ответил: «Нет, учитель Сюй одевается в грубую одежду».

[Мэн-цзы] спросил: «Носит ли учитель Сюй шапку?» — «Да», — ответил [Чэнь Сян]. [Мэн-цзы] спросил: «Какую шапку?» [Чэнь Сян] ответил: «Простую шапку». [Мэн-цзы] спросил: «Он сам сделал се?» [Чэнь Сян] ответил: «Нет, обменял ее на зерно». «А почему учитель Сюй, — спросил [Мэн-цзы], — не сам сделал ее?» [Чэнь Сян] ответил: «Это нанесло бы ущерб его занятиям земледелием».

[Мэн-цзы] спросил: «Употребляет ли учитель Сюй для приготовления пищи котлы и глиняные горшки? Обрабатывает ли [он] землю с помощью железных [орудий]?» — «Да», — ответил [Чэнь Сян].

[Мэн-цзы] спросил: «А он сам сделал их?» [Чэнь Сян] ответил: «Нет, выменял их на зерно».

[Мэн-цзы] сказал: «Когда зерно меняют на орудия и утварь, это не наносит ущерба гончарам и литейщикам. Когда гончары и кузнецы также меняют орудия и утварь на зерно, разве это наносит ущерб земледельцам? Почему же учитель Сюй не сделался гончаром и литейщиком, тогда все необходимое он брал бы из своего дома? Почему он часто вступает в обмен с различными ремесленниками? Разве его не беспокоят [связанные с этим] хлопоты? [238]

[Чэнь Сян] ответил: «Когда занимаются различными ремеслами, то никак не возможно возделывать землю».

[Мэн-цзы сказал:] «В таком случае, управляя Поднебесной, можно ли одновременно заниматься земледелием? У верхов есть свои обязанности, а у низких людей — свои. И если бы один человек изготовлял все то, что изготовляется различными ремесленниками, то тогда нарушился бы порядок в Поднебесной 64. Поэтому говорят: «Одни напрягают свой ум, другие напрягают мускулы. Те, кто напрягает [свой] ум, управляют людьми. А те, кто напрягает [свои] мускулы, управляются [другими людьми]. Управляемые содержат тех, кто ими управляет. А те, кто управляет людьми, содержатся теми, кем они управляют. Таков всеобщий закон в Поднебесной» 65. Во времена Яо, когда Поднебесная еще не была приведена в порядок, огромные потоки воды текли повсюду, наполняя Поднебесную; произрастала густая растительность; водилось множество зверей и птиц; пять видов хлебных злаков еще не выращивались 66. Звери и птицы теснили людей. Следы зверей и птиц были на всех дорогах Срединного государства. Яо был очень озабочен этим. Он избрал Шуня, поручив [ему] навести порядок. Шунь поручил И 67 ведать огнем. И пустил огонь по горам и болотам, и поджег [растительность]. Звери и птицы разбежались и спрятались. Юй привел в порядок девять рек, расчистил русла рек Цзи и Та и направил их все в море. [Он] открыл путь рекам Жу и Хань, привел в порядок течение рек Хуай и Сы и направил их в Янцзыцзян 68. И тогда в Срединном государство стало возможно [обрабатывать землю] и этим кормиться. В этот период Юй восемь лет находился вне дома. Он трижды проходил мимо своих ворот, но не вошел в дом. И хотя [он] хотел обрабатывать землю, как [он] мог [сделать это]?

Хоу-цзи 69 научил народ, как сеять и собирать урожай, как выращивать пять видов злаков. [Когда] пять видов злаков созревали, народ питался ими.

У людей появились свои устои жизни. Когда досыта питаются, тепло одеваются, живут в хороших условиях и не подвергаются воспитанию, тогда [они] приближаются к животным.

Совершенномудрый был озабочен этим и назначил Се [на должность] сы-ту 70 для обучения [народа] нормам отношений между людьми: любви между отцом и сыном, чувству долга в отношениях между государем и [239] подданными, различию [в обязанностях] между мужем и женой, [соблюдению] порядка между старшими и младшими и верности между друзьями. Фан-сюнь 71 сказал: «Поощряй людей, наставляй их, исправляй и направляй их на прямой [путь], помогай им и окрыляй их, чтобы они добились [совершенства своих природных качеств] и тем самым укрепили свою нравственность. Разве, проявляя такую заботу о народе, совершенномудрые имели время для занятий земледелием?

Яо был озабочен тем, как бы получить [в помощь] Шуня. А Шунь беспокоился о том, как бы получить [в помощь] Юя и Гао-яо 72, а земледельцы были озабочены тем, что их 100 му земли не будут обработаны. Предоставить людям средства для существования — это называется милосердием. Учить людей добру — это называется преданностью. А приобрести для Поднебесной [достойных] людей — это называется человеколюбием. Поэтому передать Поднебесную другому человеку легко, а приобрести для Поднебесной [достойных] людей трудно.

Кун-цзы сказал: «О как велик был Яо как правитель! Только небо более велико! Яо следовал его законам. Народ не смог [даже] выразить этого в словах». О государь Шунь! Как велик он! Обладание Поднебесной ничего не значило для него». Разве Яо и Шунь не напрягали свой ум, когда [они] правили Поднебесной? Но для обработки земли они его не использовали.

Я слышал, что варвары изменялись [под влиянием] Китая 73, но я еще не слышал, чтобы варвары изменяли [что-либо] в Китае. Чэнь Лян был уроженцем Чу. Прельщенный учением Чжоу-гуна и Чжун-ни, [он отправился] учиться на север — в Срединное государство. Среди ученых севера не было никого, кто бы превосходил его. Он действительно был выдающимся ученым. Вы с братом учились у него в течение многих лет, а когда [Ваш] учитель умер, тотчас же отвернулись от него.

В прошлом, по прошествии трех лет после смерти Кун-цзы, [его] ученики собрали вещи, собираясь вернуться домой. Придя к Цзы-гуну 74 попрощаться, взглянули друг на друга и стали плакать [так], что потеряли голос. Потом [они] вернулись домой. Проводив их, Цзы-гун построил дом возле могилы [Кун-цзы] и один прожил [там] три года. И только тогда вернулся домой. В другое время Цзы-ся, Цзы-чжан и Цзы-ю 75, считая, что Ю-жо похож на [240] совершенномудрого 76, пожелали воздать ему те же почести, что воздавали Кун-цзы. Принуждали к этому и Цзэн-цзы, но Цзэн-цзы сказал: «[Это делать] нельзя. Он чист так, словно омыт водами Янцзыцзян и Хань и озарен лучами осеннего солнца! Никто не может превзойти его!» 77

Ныне появился южный варвар, пронзительно кричавший, как птица 78. [Он] не следует пути древних ванов. Вы изменили своему учителю и стали учиться у него. [Этим] вы отличаетесь от Цзэн-цзы 79. Я слышал о том, что птицы, взлетая из темных долин, садятся на высокие деревья, но не слышал, чтобы [они] спускались с высоких деревьев в темные долины 80. В «Гимнах царства Лу» говорится: «Разгромим жун и ди, накажем Цзин и Шy» 81. Чжоу-гун как раз собирался их сокрушить. А Вы учитесь у него 82, и это не является хорошей переменой».

[Чэнь Сян сказал]: «Если следовать учению учителя Сюя, тогда на рынках не будет различных цен, а в государстве не будет обмана. И даже если послать на рынок ребенка, то никто его не обманет. Холст и полотно одной и той же длины будут иметь одинаковую цену. Пряжа льна и шелка одного и того же веса будет иметь одинаковую цену, различные сорта хлебных злаков одинакового количества будут иметь одинаковую цену, и башмаки одинакового размера будут в одной и той же цене».

[Мэн-цзы] сказал: «Вещи не равны, это их свойство. Некоторые дороже в два, пять раз, другие — в десять, сто, третьи — даже в тысячу и в десять тысяч раз. Если Вы их уравняете, это вызовет хаос в Поднебесной. Если большие и маленькие башмаки будут одинаково стоить, то кто же станет делать [большие]? Если следовать учению Сюй Синя, то это приведет к взаимному обману. Как можно будет тогда управлять государством?..»

ГЛАВА ПЯТАЯ. «ВАНЬ ЧЖАН 83». ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

...Вань Чжан спросил: «Было ли, что Яо передал Поднебесную Шуню?» Мэн-цзы ответил: «Нет. Сын неба не мог передать Поднебесную другому».

[Вань Чжан сказал]: «Однако Шунь ведь имел [под своим управлением] Поднебесную. Кто же ее дал ему?» — «Небо дало ему», — отвечал [Мэн-цзы]. [241]

[Бань Чжан спросил]: «[Если] небо дало ему, то выразило ли это через настойчивые повеления?» Мэн-цзы ответил: «Нет. Небо не говорит. [Оно] выразило это через личное поведение и деятельность [Шуня]».

[Вань Чжан] спросил: «Если оно выразило это через личное поведение и деятельность [Шуня], то каким образом?» [Мэн-цзы] ответил: «Сын неба может рекомендовать небу человека, [но] не может принудить небо дать ему Поднебесную. Чжухоу может рекомендовать человека сыну неба, но не может принудить сына неба дать ему [титул] чжухоу. Дафу 84 может рекомендовать человека чжухоу, но не может принудить чжухоу дать ему [титул] дафу. В древности Яо рекомендовал Шуня небу, и небо приняло его, представило его народу, и народ принял его. Поэтому [я] сказал: «Небо не говорит, оно выразило [свою волю] через личное поведение и деятельность [Шуня]»».

[Вань Чжан] сказал: «Осмелюсь спросить, каким же образом [Яо] рекомендовал [Шуня] небу и небо приняло его, представило его народу и народ принял его?» [Мэн-цзы] ответил: «Повелел ему ведать жертвоприношениями, и все духи были довольны им. [Это значит, что] небо приняло его. [Яо] повелел ему управлять делами [государства], и дела были упорядочены, а народ стал спокоен. [Это значит, что] народ принял его. Небо дало ему [Поднебесную], народ дал [ее] ему. Поэтому [я] и сказал: сын неба не мог передать Поднебесную другому. Шунь помогал Яо [в управлении страной] в течение 28 лет. Этого не мог сделать человек. [Это] от неба. После смерти Яо, когда закончился трехлетний траур, Шунь покинул сына Яо, отправившись на юг от Южной реки 85. Все те чжухоу в Поднебесной, которые прибывали ко двору на аудиенцию, шли не к сыну Яо, а к Шуню. Все те, кто разрешал тяжбы, шли не к сыну Яо, а к Шуню. Певцы воспевали не сына Яо, а воспевали Шуня. Поэтому [я] сказал: «Это от неба». Только после этого [Шунь] отправился в Срединное государство 86 и занял престол сына неба. Если бы он поселился во дворце Яо [сразу] и оказал бы давление на сына Яо, это означало бы, что он захватил [Поднебесную], а не небо дало ее ему 87. В [главе] «Тай-ши» так сказано об этом: «Небо смотрит соответственно тому, как смотрит мой народ. Небо слышит так, как слышит мой народ» 88».

Вань Чжан спросил: «Люди говорят: во времена Юя нравственность упала, так как [он] не передал [242] [управление страной] достойному, а передал своему сыну. Было ли это?»

Мэн-цзы ответил: «Нет, не так. Когда небо хотело передать [Поднебесную] достойному, то оно передавало ее достойному. Когда небо [хотело] передать [Поднебесную] сыну, то оно передавало ее сыну. В прошлом Шунь рекомендовал небу Юя. [Спустя] семнадцать лет Шунь умер. По окончании трехлетнего траура Юй покинул сына Шуня, отправившись в Янчэн. Народ Поднебесной последовал за ним, подобно тому как после смерти Яо [народ] последовал за Шунем, а не пошел за сыном Яо. Юй рекомендовал небу И. Через семь лет Юй скончался. По окончании трехлетнего траура И ушел от сына Юя на север от горы Цзишань. Те, кто прибывал на аудиенцию ко дворцу, и те, кто разрешал тяжбы, шли не к И, а к Ци, говоря, что он «сын нашего государя». Певцы воспевали не И, а воспевали Ци, заявляя, что он «сын нашего государя» 89. Дань-чжу 90 не подобен [своему отцу], а сын Шуня также не подобен [своему отцу]. Шунь помогал Яо, а Юй помогал Шуню в течение многих лет, совершая благодеяния для народа долгое время; Ци был достойным и мог искренне унаследовать и продолжить дела Юя, И же помогал [управлять] Юю в течение немногих лет и поэтому недолго оказывал благодеяния народу; продолжительность [правления] Шуня, Юя и И значительно отличалась, и их сыновья по своим качествам отличались друг от друга — все это от неба и не могло быть сделано человеком. То, что совершается без участия [человека], — это от неба! То, что не вызвано человеком и все же совершается, — это от судьбы!

Чтобы простолюдин владел Поднебесной, нужно, чтобы его добродетель была подобна добродетели Шуня и Юя. К тому же нужно, чтобы сын неба рекомендовал его. Поэтому Чжу-ни не владел Поднебесной. Если Поднебесной владеют по наследству, небо может низложить [правителя] только тогда, когда он подобен Цзе и Чжоу. Поэтому И, И Инь и Чжоу-гун не владели Поднебесной 91. И Инь помогал [Чэн Тану] управлять Поднебесной в качестве вана. Когда [Чэн] Тан скончался, Да-дин не вступил на престол, [так как умер] 92. Вай-бин 93 [правил] два года, а Чжун-жэнь 94 — четыре года. Тай-цзя 95 [после прихода к власти] отменил законоположения, установленные [Чэн] Таном. [Тогда] И Инь выслал его в Тун на три года. Тай-цзя [там] [243] раскаялся, осудил свои ошибки и исправился. Находясь в Туне, он воспринял человеколюбие и обратился к долгу справедливости, в течение трех лет прислушивался к поучениям И Иня. Затем он вернулся в Бо 96.

Чжоу-гун не владел Поднебесной точно так же, как И [во времена] Ся и И Инь [во времена] Инь. Кун-цзы сказал: «Тан и Юй 97 уступили престол достойному, а правитель Ся, иньские и чжоуские [государи] передавали престол [по наследству]. Смысл этого — один и тот же...» 98

ГЛАВА ШЕСТАЯ. «ГАО-ЦЗЫ». ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Гао-цзы сказал: «Природа человека подобна иве, а справедливость подобна чаше. Воспитать в человеке человеколюбие и справедливость — это все равно что из ивы сделать чашу» 99

Мэн-цзы сказал: «Можете ли Вы, оставив нетронутой иву, сделать из нее чашу? [Вы] должны [сначала] срубить иву, а затем сделать из нее чашу. И если надо срубить иву, чтобы сделать чашу, то в таком случае также [нужно] нанести ущерб человеку, чтобы воспитать в нем человеколюбие и справедливость. Ваши слова [приведут к тому, что] все люди Поднебесной будут [считать] человеколюбие и справедливость бедствием» 100.

Гао-цзы сказал: «Природа [человека] подобна бурлящему потоку воды: откроешь [ему путь] на восток — потечет на восток, откроешь [ему путь] на запад — потечет на запад. Природа человека не разделяется на добрую и недобрую, подобно тому как вода в своем [течении] не различает востока и запада».

Мэн-цзы ответил: «Вода действительно не различает востока и запада. Но разве она не различает, где верх и где низ? Стремление природы человека к добру подобно стремлению воды течь вниз. Среди людей нет таких, которые бы не стремились к добру, [так же как] нет такой воды, которая не стремилась бы [течь] вниз. Если ударять по воде и приводить ее в движение, можно заставить ее подняться выше лба. Если же устроить преграду и приводить ее в движение, то можно заставить ее подняться на гору. Но разве это зависит от природы воды? Сила привела к этому. Человека можно побудить делать недоброе, его природа подобна [природе воды]» 101. [244]

Гао-цзы сказал: «Жизнь — это то, что [мы] называем природой».

Мэн-цзы спросил: «Называете ли [Вы] жизнь природой так же, как [всякое] белое называете белым?» — «Конечно», — ответил [Гао-цзы].

[Мэн-цзы] сказал: «[Считаете ли Вы] белизну белых перьев подобной белизне белого снега, а белизну белого снега подобной белизне белой яшмы?» [Гао-цзы] ответил: «Да».

[Мэн-цзы] сказал: «В таком случае природа собаки подобна природе быка, а природа быка подобна природе человека?..»

Гун Ду-цзы 102 сказал: «Гао-цзы говорит, что «природа [человека] является и недоброй и доброй». Некоторые говорят, что «природа [человека] может быть доброй, [но] может быть и недоброй». Поэтому при Вэнь-ване и У-ване народ любил доброе, а при Ю-ване и Ли-ване народ любил жестокое 103. Другие утверждают: «Природа одних добра, а природа других недобра». Поэтому при таком государе, как Яо, был Сян 104. При таком отце, как Гу-соу, был Шунь 105, у такого сына старшего брата, как Чжоу, когда он являлся правителем, были Вэй-цзы Ци и сын вана Би Гань 106. Ныне [Вы] говорите, что природа [человека] добра, в таком случае все они неправы?»

Мэн-цзы ответил: «Если [природа человека] повинуется [естественным проявлениям] чувств, то она может быть доброй. Вот что [я имею в виду], говоря, что природа человека добра. Если человек делает недоброе, то в этом нет вины его природных качеств. У всех людей есть чувство сострадания, есть чувство стыда и негодования, есть чувство уважения и почитания, есть чувство правды и неправды. Чувство сострадания — это [основа] человеколюбия. Чувство стыда и негодования — это [основа] справедливости. Чувство уважения и почитания — это [основа] ритуала. Чувство правды и неправды — это [основа] познания. Человеколюбие, справедливость, ритуал и [способность к] познанию не извне вливаются в нас, а всегда присущи нам, только мы не думаем о них. Поэтому и говорится: «Когда добиваешься, получаешь их. Когда пренебрегаешь ими, теряешь их». [В проявлении чувств люди] отличаются друг от друга в два раза, в пять раз и в бессчетное число раз 107, поэтому [они] не могут полностью использовать свои природные качества». В «Ши цзин» сказано: «Небо [245] породило людей, дало им различные вещи и законы [отношений между ними]. Люди владеют врожденным принципом постоянства, любят прекрасную доблесть души» 108. Кун-цзы сказал: «Тот, кто создал эти стихи, знал дао!» Раз есть вещи, то должны быть и законы отношений между ними. Раз люди владеют врожденным принципом постоянства, они любят эту прекрасную доблесть души».

Мэн-цзы сказал: «В урожайные годы большинство молодых людей бывают добрыми, а в голодные годы — злыми. Такое различие происходит не от тех природных качеств, которые дало им небо, а потому что [голод] вынудил их сердца погрузиться [во зло]. Возьмем для примера ячмень. Посеем его и пробороним. Если земля одна и та же и время посева также одно и то же, то быстро появляются всходы и в соответствующее время все созревает. И если [урожай] будет различен — это [зависит] от плодородия почвы, от количества влаги и от затраченного труда. Поэтому все однородные [вещи] подобны друг другу. Почему же только в отношении человека [мы] сомневаемся в этом? Совершенномудрый и мы — одно и то же. Поэтому Лун-цзы сказал: «Когда [кто-либо], не зная [размера] ноги, делает башмаки, я знаю, что он не сделает лукошко». [Все] башмаки похожи друг на друга, так как ноги [людей] Поднебесной одинаковы [по форме]. Возьмем отношение рта к вкусу. Все рты имеют одинаковые вкусовые ощущения. И-я 109 раньше постиг вкусовые ощущения наших ртов. Если предположить, что отношение рта к вкусу у людей различно, подобно тому как собаки и лошади не однородны с нами, то в таком случае почему [люди] Поднебесной в своих вкусовых ощущениях следуют вкусу И-я? В отношении вкусов в Поднебесной следуют за И-я — это означает, что все рты в Поднебесной похожи друг на друга. Точно так же и со слухом. Что касается звуков, то все в Поднебесной стремятся [услышать музыку] мастера Куана 110. Это означает, что все уши в Поднебесной похожи друг на друга. Точно так же и с глазами. В Поднебесной не было [ни одного], кто бы не признавал Цзы-ду 111 красивым. Те же, кто не признавал красоты Цзы-ду, были безглазыми. Поэтому [я] говорю: «Рты [людей] имеют одинаковые вкусовые ощущения; уши [людей] обладают одинаковым слухом, глаза [людей] одинаково воспринимают красоту. И разве сердца [людей] не имеют [ничего] общего? Что же общего имеют они? Это [246] душевные качества и справедливость 112. Совершенномудрый раньше постиг, что имеют общего наши сердца. Поэтому душевные качества и справедливость радуют наши сердца, подобно тому как мясо домашних животных приятно нашим ртам...»

ГЛАВА СЕДЬМАЯ. «ЦЗИНЬ СИНЬ». ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Мэн-цзы сказал: «Тот, кто до конца использует свои умственные способности, тот познает свою природу. Кто познает свою природу, тот познает небо 113. Сохранять свои умственные способности, заботиться о своей природе — это [путь] служения небу. Когда [человека] не волнуют ни преждевременная смерть, ни долголетие и [он], совершенствуя себя, ожидает повеления неба, — это [путь] обретения своей судьбы» 114.

Мэн-цзы сказал: «Когда добиваешься, то приобретаешь. [Когда] пренебрегаешь, то теряешь. Добиваясь, в этом случае извлекаешь пользу для приобретения, ибо то, чего добиваешься, находится внутри нас. Когда то, чего ты добиваешься, находится в соответствии с дао, а то, что приобретаешь, находится в соответствии [с предписанной тебе] судьбой, тогда, добиваясь, не извлекаешь пользы для приобретения, ибо то, чего добиваешься, находится вне нас» 115.

Мэн-цзы сказал: «Все вещи 116 находятся в нас. Нет большей радости, чем при самопостижении обнаружить искренность 117. Нет более близкого [пути] в достижении человеколюбия, чем действовать, стараясь быть великодушным...»

ГЛАВА СЕДЬМАЯ. «ЦЗИНЬ СИНЬ». ЧАСТЬ ВТОРАЯ

...Мэн-цзы сказал: «Если не доверять человеколюбивым и мудрым, государство придет в упадок 118. Если не будут [соблюдаться] ритуал и справедливость [в отношениях] между высшими и низшими, наступит хаос. Если не будет [истинного управления] государственными делами, не хватит средств для расходов».

Мэн-цзы сказал: «Бывало, что лишенный человеколюбия приобретал государство, но еще никогда не бывало, [247] чтобы лишенный человеколюбия приобретал Поднебесную».

Мэн-цзы сказал: «Народ является главным [в государстве], за ним [следуют] духи земли и зерна 119, а государь занимает последнее место. Поэтому, только завоевав [расположение] народа, можно стать сыном неба. [Лишь] приобретя [расположение] сына неба, можно стать чжухоу; лишь приобретя [расположение] чжухоу, можно стать дафу.

Если чжухоу создает угрозу для духов земли и зерна, его смещают и ставят 120 [другого]. Если жертвенные животные уже приготовлены, зерно в чашах очищено и жертвоприношения совершаются своевременно, однако [в стране] все же бывают засухи и наводнения, тогда меняют [алтари] духов земли и зерна и ставят [другие]» 121.

Мэн-цзы сказал: «Чтобы поддерживать сердце, нет ничего лучше, чем [иметь] мало желаний. Вот человек, у которого мало желаний: хотя он кое-что теряет [из душевных качеств], но мало. А вот [другой] человек, у которого много желаний, хотя он сохраняет кое-что [из душевных качеств], но мало...»

Комментарии

Примечания составлены Л. И. Думаном.

1. Хуэй-ван. Его имя Ин, Хуэй (милосердный) — посмертное имя; был правителем государства Вэй в 370-335 гг. до и. э.; после перенесения столицы государства в Далян (современный Кайфын в провинции Хэнань) присвоил себе титул вана, которым обладали чжоуские государи, и стал называться лянским ваном. В этот период, в связи с ослаблением общекитайского царства Чжоу, титул вана узурпировали семь правителей крупных царств, в том числе и правитель Вэй. — 226.

2. Циский Сюань-ван (Сюань — его посмертное имя) — правитель государства Ци, находился у власти с 342 по 324 г. до н. э. — 226.

3. Беседа Мэн-цзы с циским Сюань-ваном, о которой идет здесь речь, относится к 335 г. до н. э. — 226.

4. Циский правитель Хуань-гун — см. прим. 96 к «Лунь юй». В его правление Ци считалось одним из могущественных государств того времени. — 226. (96. В государстве Ци, после убийства правителя Жан-гуна, власть была захвачена его сыном Сяо-баем (правил в 685-643 гг. до н. э.), получившим имя Хуань-гун. У Хуань-гуна были два сановника — Шао Ху и Гуань Чжун. Хуань-гун расправился со своим братом Цзю, а заодно и с Шао Ху. Гуань Чжун остался жив и, став первым министром, сделал Ци сильным и процветающим. — 165.)

5. Цзинь Вэнь-гун — правитель государства Цзинь (правил в 636-628 гг. до н. э.) наряду с циским Хуань-гуном считался одним из семи правителей-гегемонов VII в. до н. э. — 226.

6. Чжун-ни — имя Конфуция. — 226.

7. Ответ Мэн-цзы свидетельствует об отрицательном отношении конфуцианцев к деятельности Хуань-гуна и Вэнь-гуна, которые рассматривались Конфуцием и его последователями в следующих поколениях как узурпаторы, присвоившие себе титул вана. Согласно древнему учению о сыне неба (властителе Поднебесной), воспринятому и в дальнейшем пропагандировавшемуся конфуцианцами, титул вана мог носить лишь государь из династии Чжоу, а не его вассалы — правители владений. Следуя конфуцианской традиции, Мэн-цзы не желал продолжать разговор об упомянутых правителях, с его точки зрения являвшихся нарушителями господствующей морали. — 226.

8. Т. е. о правлении тех древних государей, которые с точки зрения конфуцианской этики были образцами в моральном отношении и отличались гуманным правлением. Обычно конфуцианская традиция считает такими правителями Яо, Шуня, Вэнь-вана и У-вана. «Путь [древних] правителей» (ван дао), пропаганда которого занимала значительное место в конфуцианском учении, — это по существу идеализация социальных отношений в период господства наследственной аристократии. — 226.

9. Ху-хэ — сановник циского вана. — 226.

10. По поверью, новый колокол, смазанный кровью животных, приобретает силу для того, чтобы отгонять злых духов. — 226.

11. Мэн-цзы говорит, что и бык, и баран оба невиновны, — почему же выбор пал на барана? — 227.

12. «Шицзин», перевод А. А. Штукина. М., 1957, стр. 266. — 227.

13. 1 цзинь (гинь) — около 600 граммов. — 227.

14. Мэн-цзы здесь подчеркивает, что любовь и уважение должны быть всеобщими: они должны распространяться не только на своих родственников, но и на чужих людей. — 228.

15. «Шицзин», перевод А. А. Штукина, стр. 342. — 228.

16. В пределах четырех морей (Сы-хай), дословно: «четыре моря» — так древние китайцы называли Китай, имея в виду и все соседние народы, якобы являвшиеся вассалами его. Такое название связано с представлением древних китайцев о том, что их страна со всех четырех сторон была ограничена морями. — 228.

17. Чу и Цинь — государства в Древнем Китае. Первое из них находилось на юге и охватывало территорию современных провинций Хубэй, Хунань, Цзянсу и Цзянси, Чжэцзян и южной части Хэнань. Второе — на северо-западе, на территории современных провинций Ганьсу и Шэньси. В V-III вв. до н. э. Цинь являлось одним из самых сильных государств Древнего Китая. — 229.

18. Срединное государство — см. прим. 33 к «Ши цзин». — 229. (33. Срединное царство, или государство (чжунго) — Китай. Согласно представлениям древних китайцев, их страна являлась центром мира. Отсюда и происходит название Китая. — 93.)

19. Все варвары (сы-и), дословно: «варвары четырех стран света», т. е. некитайские племена на западе, востоке, юге и севере. — 229.

20. Цзоусцы — жители древнего государства Цзоу, небольшого владения, которое находилось на территории современной провинции Шаньдун. Впоследствии было захвачено более сильным государством Чу. Чусцы — жители государства Чу, являвшегося одним из сильнейших государств Древнего Китая в VIII-III вв. до н. э. В 222 г. до н. э. было завоевано государством Цинь. — 229.

21. Т. е. «в пределах четырех морей». См. прим. 16. — 229.

22. По преданию, девять областей на территории Китая существовали якобы еще во времена мифической династии Ся. Судя по высказыванию Мэн-цзы, в его время страна также была разделена на девять областей (цзю чжоу), что мало вероятно, так как в этот период существовали несколько крупных государств и целый ряд мелких владений. По-видимому, утверждение Мэн-цзы надо понимать как аллегорию: одно государство стремится подчинить многие. — 229.

23. Выражение опутывать народ сетями [закона] означает привлекать к ответственности и наказывать за совершенные проступки различного характера. По учению Мэн-цзы, такие проступки или даже серьезные преступления совершают те, кто не обладает постоянными добрыми чувствами. Привить эти чувства народу можно, если предоставить ему постоянные занятия, а следовательно, и средства существования. — 230.

24. Чэн-тан — см. прим. 7 к «Шу цзин» (7. Скорее всего, здесь говорится об основателе династии Шан-Инь, по имени Тан (или Чэн Тан, правил в 1766-1754 гг. до н. э.). Занял престол после изгнания тирана Цзе.);

Цзе — см. прим. 6 к «Мо-цзы» (6. Цзе — по преданию, последний правитель мифической династии Ся; его имя — Ли-гуй; отличался крайней жестокостью. Традиционная историография считает его недостойным правителем, заслужившим наказание);

У-ван — см. прим. 27 к «Ши цзин» (27. У-ван (правил в 1122-1116 гг. до н. э.) — сын и преемник Вэнь-вана, фактически основавший династию Чжоу. — 90.);

Чжоу (Чжоу-синь) — см. прим. 30 к «Ши цзин». — 231. (30. Шан (или Инь) — династия, правившая Китаем в XVIII-XI вв. до н. э. Последний ее государь Чжоу Синь отличался крайней жестокостью и распутством, за что небо лишило его престола. Вэнь-ван предупреждает его о близкой гибели. — 91.)

25. Эту фразу надо понимать так: поскольку Чжоу-синь нарушил нормы морали, не обладал человеколюбием и долгом справедливости, то, хотя он и находился на престоле, его нельзя считать государем и надо отнести к простолюдинам. Поэтому Мэн-цзы утверждает, что был казнен простолюдин, а не государь. — 231.

26. Гунь-сунь Чоу — ученик Мэн-цзы, жил в государстве Ци в период Чжаньго; был талантливым политическим деятелем. — 231.

27. См. прим. 2 к «Мо-цзы». — 231 (2. Вэнь-гун (VIII в. до н. э.) — правитель государства Цинь (тогда только небольшая часть нынешней провинции Шэньси). Одно время благодаря своим успешным походам против соседних кочевых племен был гегемоном среди правителей уделов, объединявшихся в государство Чжоу. Правитель — гегемон (ба), так китайская традиционная историография называла правителей нескольких сильнейших государств Древнего Китая в период VII-VI вв. до н. э., которые главенствовали над всеми остальными царствами и не подчинялись чжоуским ванам. — 176.).

28. Мэн Бэнь — см. прим. 8 к «Мо-цзы». — 231. (8. Мэн Вэнь — согласно преданиям, богатырь из государства Вэй, отличался огромной физической силой, мог удержать за рога разъяренного быка и даже вырвать их. Впоследствии он переселился в царство Цинь, где в то время был правителем У-ван, любивший устраивать состязания сильных людей. Во время одного из таких состязаний он одержал победу над У-ваном, за что последним был предан мученической смерти. — 177.)

29. Гао-цзы, по имени Бу-хай, — ученик Мэн-цзы. — 231.

30. Бэй-гун Ю — наемный убийца, известный своей силой и решительностью. — 231.

31. Мэн Ши-шэ — обладал большой физической силой. Китайские источники не сообщают время и место его деятельности. — 232.

32. Цзэн-цзы — см. прим. 6 к «Лунь юй» (6. Цзэн-цзы — прозвище Цзэн Шэня (второе имя его — Цзы-юй, жил в V в. до н. э.). Цзэн-цзы — один из любимых учеников Конфуция. Ему приписывают авторство книги «Великое учение» («Да сюэ») и «Книги о сыновней почтительности» («Сяо-цзин»). — 141.).

Цзы-ся — см. прим. 9 к «Лунь юй»; отличался чрезмерным честолюбием. — 232 (9. Цзы-ся (Бу Шан) — ученик Конфуция. — 141.).

33. Цзы-сян, — ученик Цзэн-цзы. — 232.

34. Т. е. от Конфуция. — 232.

35. Здесь стоит иероглиф синь — буквально «сердце», «разум». Мэн-цзы считал, что сердце — орган мысли, оно дает истинное знание человеку. Мэн-цзы отдает преимущество разуму (синь), умаляя значение чувственных восприятий человека. По Мэн-цзы, органы чувств не являются источником знаний, они не размышляют; это — прерогатива разума, сердца. Ци — термин, играющий важную роль в учении Мэн-цзы, буквально означает «пар», «воздух»; может быть переведен как «дух», «энергия», «жизненная сила». По мнению Мэн-цзы, ци присущ не только миру человека, но и миру природы. Однако в понимании Мэн-цзы ци преимущественно имеет этическое содержание. — 232.

36. Иероглиф чжи означает волю, стремления, желания, по существу — синоним синь. Чжи стоит на первом месте, за ним следует ци. — 232.

37. Замечание Мэн-цзы о том, что Гао-цзы «никогда не понимал долга, он считал его внешним», тесно связано с учением Мэн-цзы о врожденных качествах человеческой природы. Согласно этому учению, четыре этические основы (жэнь — человеколюбие; и — чувство долга, справедливости; ли — ритуал, требование соблюдения определенных норм поведения; чжи — познание, главным образом знание этических добродетелей) заложены в природе человека, хотя и нуждаются в постоянной поддержке, воспитании, совершенствовании. По мнению Мэн-цзы, чувство долга имманентно присуще человеку, оно рождается вместе с ним, чего не признавал Гао-цзы. Он считал, что чувство долга — явление внешнее, приобретаемое не от рождения, а только в процессе общения с людьми. — 233.

38. Государство Сун находилось на территории современной провинции Хэнань, охватывало также часть провинции Аньхуэй. — 233.

39. Совершенномудрый (шэн жэнь) — т. е. правитель, подобный мифическим правителям древности. — 233.

40. Тэнский Вэнь-гун — правитель удела Тэн. Вэнь — его посмертное имя. — 234.

41. «Шицзин», перевод А. А. Штукина, стр. 186. — 234.

42. Ян Ху — управитель у знаменитой в Лу фамилии Цзи. — 234.

43. Сообщение Мэн-цзы о совместной обработке земли в иньскую эпоху подтверждается иньскими надписями, среди которых часто встречаются упоминания о коллективном возделывании земли. По-видимому, приведенные Мэн-цзы понятия чжу (взаимопомощь) и чэ (служащее для объяснения чжу и тождественное ему) свидетельствуют о существовании в Древнем Китае сельской общины, где имела место коллективная обработка общинниками полей, собранный урожай с которых целиком шел в пользу правителя. Это подтверждается и другими китайскими источниками, в частности «Ши цзин». Однако система совместной обработки земли (чжу), о которой говорится в тексте, применительно к периоду Инь вряд ли существовала в таком виде, как ее описывает одной фразой Мэн-цзы. Ни аутентичные эпиграфические иньские памятники (надписи на панцирях черепах, костях животных и на бронзовых сосудах), ни более поздние письменные источники ничего не сообщают об этой системе. — 234.

44. Лун-цзы — мудрец в Древнем Китае. Китайские источники не дают о нем подробных сведений. — 234.

45. Дословно: «Когда старики и дети вынуждены валяться в канавах». Китайские источники часто применяют такое выражение для обозначения голодной смерти широких слоев населения. — 235.

46. Система наследственного жалования (ши-лу) — заключалась в том, что в Древнем Китае высших сановников, имевших заслуги, награждали наследственным пожалованием (в натуральном, денежном видах или земельным владением), которым в дальнейшем пользовались сыновья награжденных, даже если они не находились на государственной службе. — 235.

47. «Шицзин», перевод А. А. Штукина, стр. 294. «Общественное поле» (гун-тянь), или в более позднее время «поле гуна (правителя)», по сообщениям китайских источников («Ши цзин», «Мэн-цзы»), обрабатывалось коллективно несколькими семьями, и урожай с него поступал правителю. «Общественным полям» (гун-тянь) в китайских источниках противостоят «частные поля» (сы-тянь), обрабатывавшиеся каждой отдельной семьей, урожай с которых поступал в распоряжение этой семьи. Такое деление на гун-тянь и сы-тянь, по-видимому, отражало реальные общественные отношения в Древнем Китае, т. е. общинное землепользование и землевладение. — 235.

48. Сян — название училищ в эпоху Чжоу. На них возлагались также задачи содержания престарелых людей. Сюй — название училищ в эпоху Инь, их цель (кроме общеобразовательных задач) — обучение стрельбе из лука. Сюэ — общее название государственных школ в эпохи Ся, Инь и Чжоу. Сяо — название общеобразовательных школ и период правления династии Ся. — 235.

49. Нормы отношений между людьми (жэнь-лунь) — в первую очередь имеются в виду этические нормы. Соответствует понятию у-лунь («пять принципов отношений»), под которым понимают: любовь между отцом и сыновьями, долг справедливости в отношениях между государем и подданными, отношения между мужем и женой, порядок между старшими и младшими, верность, искренность между друзьями. — 235.

50. См. стр. 89 наст. изд. Речь идет о тянь-мин. По древним китайским понятиям, еще доконфуцианским, власть от одной династии к другой или от одного правителя к другому переходит по воле неба, которое может лишить престола одного правителя и передать его другому. Эти идеи о назначении сына неба (государя) по воле неба прослеживаются уже в чжоуских надписях на бронзовых сосудах, относящихся к XI-X вв. до н. э. Конфуций и его последователи, в частности Мэн-цзы, углубили, развили эти идеи, положив в основу их свое учение об этических нормах в отношениях между людьми. — 235.

51. Би Чжань — сановник тэнского Вэнь-гуна. — 235.

52. Система колодезных полей (цзин-тянь) в тексте «Мэн-цзы» носит также и другое название — «система колодезных земель» (цзин-ди). При этой системе члены общины, состоявшей из восьми семей, помимо обработки своих полей должны были обрабатывать общественное поле, урожай с которого поступал правителю. Общественное поле находилось в центре и было со всех сторон окружено полями членов общины. Такое расположение полей напоминало иероглиф «колодец» ***. Мэн-цзы первым из древних авторов упомянул о ней, считая ее идеальной аграрной и социальной системой далекой древности. Хотя в том виде, как ее рисует Мэн-цзы, она, по-видимому, не существовала, тем не менее она отражала объективно какие-то элементы существовавшей социальной структуры Древнего Китая, системы общинных отношений. Поэтому ее нельзя рассматривать лишь как социальную утопию. — 235.

53. Дословный перевод этой фразы таков: «...тогда можно сидя распределить поля...» — 236.

54. Понятие го чжун можно перевести и как «в центре государства», т. е. «в центральных областях». Некоторые китайские комментаторы трактуют его как «за пределами столицы». — 236.

55. Каждый сановник должен был иметь поле (гуй-тянь), урожай с которого шел на жертвоприношения. — 236.

56. Т. е. старики и молодые трудоспособные члены семьи, кроме главы ее, получавшего 100 му. — 236.

57. Волость (сян) — низшая административная единица в сельской местности. — 236.

58. Дословный перевод этой фразы таков: «Пусть относятся взаимно по-дружески, когда уходят и приходят», т. е. и дома, и вне его. — 236.

59. Квадратный ли (фан-ли) — здесь в значении 900 му земли, разделенных на девять равных участков. — 236.

60. Сюй Син — наиболее крупный представитель школы аграрников, жил в III в. до н. э. — 236.

61. Шэнь-нун — мифический правитель Китая, которому приписывается изобретение земледелия. — 236.

62. В китайском тексте приводится иероглиф ман (мэн), означающий «бездомный», «бродяга». Комментаторы текста «Мэн-цзы» приводят иное значение иероглифа ман — «сельский житель», «земледелец». Поскольку речь идет о переходе жителя одного царства в другое, мы сочли возможным придать этому иероглифу ман значение «подданный». — 236.

63. Чэнь Лян — один из бродячих педагогов-проповедников, представителей школы жуцзя, «ученых-книжников», основоположником учения которых считают Конфуция. Поэтому школу жуцзя называют конфуцианской, хотя их доктрина во многом отличалась от учения Конфуция. Чэнь Сян — ученик Чэнь Ляна, последователь школы жуцзя; впоследствии отошел от своего учителя и стал приверженцем Сюй Сина и его учения. — 236.

64. Дословно у Мэн-цзы сказано: «Если бы один человек сам изготовлял все то, что изготовляется различными ремесленниками и затем использовал бы это, то тогда вся Поднебесная была бы на дорогах», т. е. Мэн-цзы хочет сказать, что нарушился бы ритм жизни, наступил бы хаос в стране, в которой сложились определенные отношения между людьми на основе разделения труда. — 238.

65. Здесь изложена сущность представлений Мэн-цзы о характере взаимоотношений между социальными группами. Мэн-цзы объявлял вечным и неизменным законом такое положение, при котором благородные — люди умственного труда — управляют людьми физического труда и кормятся за их счет. — 238.

66. Пять видов... злаков (у-гу) — это рис, просо, ячмень, пшеница и стручковые (соевые бобы). Метафорическое выражение, означающее хлеба или зерно, пригодное в пищу. — 238.

67. И — герой мифов. По преданиям, при Шуне он ведал огнем, помогая наладить порядок на земле и уничтожая излишнюю дикую растительность, затем стал помощником Юя, который рекомендовал его небу в качество своего преемника. Однако после смерти Юя престол перешел к сыну последнего — Ци, а не к И. Мэн-цзы считает, что так произошло потому, что воля неба была адресована Ци. Другие древние китайские авторы считают, что Ци убил И и стал правителем страны. — 238.

68. См. прим. 6 к «Мо-цзы». Поскольку Юй мифический герой, трудно установить, существовали ли все эти реки в действительности. Тем более, что китайский философ и комментатор Чжу Си (1130-1200 гг.) отмечает противоречие в тексте Мэн-цзы с действительностью. У последнего сказано, что Юй направил в Янцзыцзян реки Жу, Хань, Хуай и Сы, на самом деле только Хань впадает в Янцзы. — 238.

69. Хоу-цзи. См. прим. 38 к «Ши цзин». — 238. (38. Князь-Зерно (Хоу-цзи) — бог, покровитель земледельцев. По традиции считается предком племени Чжоу. — 94.)

70. Совершенномудрый — здесь Яо. — Се — это имя мифического героя, родившегося якобы после того, как его мать проглотила яйцо ласточки. По традиции считается родоначальником племени Шан. Сы-ту — название должности сановника, ведавшего просвещением и моральным воспитанием народа. — 238.

71. Фан-сюнь — прозвище Яо. Оно означает «славный, знаменитый своими подвигами». — 239.

72. Гао-яо — см. прим. 90 к «Лунь юй». — 239. (90. Гао-яо — судья во время правления Шуня. Его имя стало нарицательным для справедливого судьи.)

73. Здесь для обозначения Китая приведен знак Ся, употребляемый в качестве названия династии Ся. В древних китайских источниках этот знак или сочетание двух иероглифов — Хуа-ся применялись для наименования Китая без периферии, населенной некитайскими племенами. — 239.

74. Цзы-гун — см. прим. 14 к «Лунь юй». — 239. (14. Цзы-гун (Дуаньму Сы или просто Сы, а также Цю) — ученик Конфуция. Отличался красноречием. Происходил из Вэй. — 141.)

75. Цзы-ся, Цзы-чжан и Цзы-ю — см. соответственно прим. 9, 27 и 23 к «Лунь юй». — 239. (9. Цзы-ся (Бу Шан) — ученик Конфуция. — 141.) (27. Цзы-чжан (Чжуань Сунь-ган) — ученик Конфуция из государства Ци. — 144.) (23. Цзы-ю (Янь Янь) — ученик Конфуция из государства У. — 143.)

76. Ю-жо — см. прим. 4 к «Лунь юй». Своим обликом Ю-жо был похож на Конфуция, который в тексте вместо имени назван совершенномудрым. — 240. (4. Ю-цзы — прозвище одного из семидесяти семи ближайших учеников Конфуция — Ю Жо. Вместе с Цзэн-цзы он был наиболее уважаем учителем, что отразилось в приставке только к их фамилиям слова «цзы», выражавшего почтительность. К остальным ученикам Конфуций обращался, называя просто фамилию или имя. — 140.)

77. Мэн-цзы, ссылаясь на Цзэн-цзы, ученика Конфуция, подчеркивает, что последний был единственным в своем роде и Ю-жо не может сравниться с ним. — 240.

78. Так Мэн-цзы в нескольких словах дает отрицательную характеристику Сюй Сина, выходца с юга, которого он называет южным варваром. — 240.

79. Мэн-цзы намекает на то, что Цзэн-цзы остался верен своему учителю Конфуцию, в то время как Чэнь Сян изменил своему наставнику — Чэнь Ляну, последовав за выходцем с юга, «варваром» Сюй Сином. Мэн-цзы обращает на это внимание в связи с тем, что Китай вел в то время войну с южными племенами. — 240.

80. Приведя эти слова из «Ши цзин», Мэн-цзы хотел сказать, что даже птицы ищут лучшего, предпочитая свет тьме, а вот Чэнь Сян променял лучшее на худшее. См. «Шицзин», перевод А. А. Штукина, стр. 204. — 240.

81. Эта фраза из «Ши цзин»; стихотворный ее перевод см. в кн.: «Шицзин», перевод А. А. Штукина, стр. 435. Жун — западные некитайские племена. Ди — северные некитайские племена. Цзин — другое название государства Чу. Шу — название небольшого владения по соседству с Чу, находилось на территории современной провинции Аньхуэй. — 240.

82. У Сюй Сина. — 240.

83. Вань Чжан — ученик Мэн-цзы. — 240.

84. Дафу — с глубокой древности до III в. до н. э. название высших чинов в государственном аппарате, условно можно перевести — сановники. Таких сановников было три категории (по старшинству): цин, дафу, ши. При династии Цинь (III в. до н. э.) и в дальнейшем дафу стали титулами знатности, дарованными за заслуги. — 241.

85. Юг от Южной реки, комментируется древними китайскими авторами по-разному. Одни считают, что это отдаленная территория, населенная южными «варварами», т. е. некитайскими племенами. Другие полагают, что Южная река — одна из девяти крупных рек Китая, находившаяся на крайнем юге. Третьи указывают, что Южная река (Наньхэ) находилась на юге от столицы Яо, но отнюдь не на далеком юге. — 241.

86. По мнению некоторых комментаторов, в данном контексте иероглиф чжунго следует понимать как столицу, центр государства, а не как Срединное государство. — 241.

87. Через весь контекст о Шуне у Мэн-цзы проходит одна главная мысль: Шунь был более достойным человеком, чем сын Яо, поэтому все шли за советом к Шуню и все воспевали его за добродетели. Но эти нравственные качества Шуня и его практическая деятельность — все это шло от неба. — 241.

88. Соответствует выражению: «Глас народа — глас божий». — 241.

89. Да — сын Юя. — 242.

90. Дань-чжу — см. прим. 63 к «Лунь юй». — 242. (63. Яо — один из мифических героев китайской древности. Согласно традиции, правил Китаем в течение 100 лет, с 2356 по 2256 г. до н. э. Почитался как образец мудрого и доброго правителя.

Поскольку его сын Дань Чжу отличался непочтительностью, Яо передал власть Шуню (XXIII в. до н. э.), известному своей добродетелью. Шунь в свою очередь передал власть не своему сыну Шан Цзюню, а добродетельному Юю. Великий Юй — один из мифических героев китайской древности, который якобы жил в XXIII в. до н. э. и спас Китай от наводнения, проложив каналы, по которым вода схлынула в океан; он основал первую китайскую династию — Ся, существование которой не подтверждено пока данными археологии. Конфуций считал Яо и Шуня совершенными людьми и образцовыми правителями. — 153.)

91. И-инь — см. прим. 46 к «Шу цзин». (46. И Инь (И Чжи) — советник Чэн Тана. По преданию, сначала был рабом и попал в окружение Чэн Тана в качестве слуги его жены. Чэн Тан, заметив выдающиеся способности И Иня, назначил его своим первым советником.)

Чжоу-гун — см. прим. 44 к «Шу цзин». — 242. (44. Чжоу-гун (умер в 1105 г. до н. э.) — государственный деятель начала правления династии Чжоу и младший брат ее основателя У-вана. Согласно традиции, основатель чжоуского ритуала, музыки, законодательства, принципов управления.)

92. Да-дин — старший сын Чэн Тана, назначенный наследником престола; умер еще при жизни отца. — 242.

93. Вай-бин (в иньских надписях на костях животных и панцирях черепах — Бу-бин) правил в 1759-1758 гг. до н. э. — средний брат Да-дина. — 242.

94. Чжун-жэнь (правил в 1757-1754 гг. до н. э.) — младший брат Да-дина. — 242.

95. Тай-цзя, Да-цзя (правил в 1753-1721 гг. до н. э.) — сын Да-дина. — 242.

96. Бо — столица государства Шан. — 243.

97. Здесь под Тан имеется в виду мифический правитель Яо. Тан — это владение, которое якобы было пожаловано Яо до того, как он стал правителем Китая. Находилось оно на территории современной провинции Хэбэй. Юй — по преданию, прежнее владение Шуня, до того как он стал правителем Китая. Находилось на территории современной провинции Шаньси. Впоследствии Юй по названию владения стало фамилией потомков Шуня. Здесь в тексте под Юем имеется в виду Шунь. — 243.

98. Различные принципы передачи власти, о которых идет здесь речь, обозначались разными иероглифами: добровольная передача престола, уступка власти обозначалась иероглифом шань, а наследование трона сыновьями или братьями — иероглифом цзи. И хотя Конфуций считал оба принципа равно справедливыми, следует сказать, что они отражают различные этапы исторического развития и свидетельствуют об эволюции общественного строя в доклассовом обществе: на первом этапе родового общества существовала выборная власть старейшин, которую китайская историография при смене вождей племени характеризует как добровольную передачу власти (шань), в дальнейшем выборную власть сменила наследственная, что было признаком разложения первобытнообщинного строя, провозвестником сложения классового общества. Ее возникновение следует отнести к периоду мифического Юя. В эпохи Инь и Чжоу передача власти по наследству стала незыблемой, прочно утвердившейся. — 243.

99. В противоположность Мэн-цзы, который считал, что человек от рождения стремится к добру, т. е. признавал врожденную доброту человеческой природы, Гао-цзы утверждал, что природа человека ни добра и ни зла, ей не свойственны от рождения человеколюбие и справедливость. — 243.

100. Критикуя Гао-цзы, Мэн-цзы подчеркивает, что если признать правильным утверждение Гао-цзы, то в таком случае для того, чтобы воспитать в человеке человеколюбие и справедливость, нужно сначала «изувечить» его, так же как для того, чтобы сделать чашу из ивы, надо сначала срубить иву. И конечно, если так поступать с человеком при воспитании его, все люди будут отрицательно относиться к чувствам человеколюбия и справедливости, считая их бедствием. — 243.

101. Возражая Гао-цзы, утверждавшему, что природа человека не разделяется на добрую и недобрую, подобно тому как поток воды в своем течении не различает востока и запада, т. е. направления, Мэн-цзы подчеркивает, что воде свойственно стремление течь вниз, так же как природе человека — стремиться к добру. Но, как силой можно добиться изменения течения воды и заставить ее подняться даже на гору, так и человека можно побудить делать недоброе, несмотря на его положительные нравственные качества, заложенные в нем от рождения. В этом смысле, говорит Мэн-цзы, природа человека подобна природе воды, т. е. и та и другая могут измениться под воздействием внешней силы, под чьим-либо влиянием. — 243.

102. Гун Ду-цзы — ученик Мэн-цзы. — 244.

103. Ю-ван — см. прим. 4 к «Ши цзин».

Ли-ван — см. прим. 13 к «Мо-цзы». — 244. (13. Ли (Ли-ван) — чжоуский правитель, по новейшим данным, правил в 857-842 гг. до н. э., ранее утверждалось, что он правил в 878-842 гг. до н. э. Китайская историческая традиция рисует Ли-вана жестоким тираном. Был изгнан с престола восставшей знатью. — 181.)

104. Сян — сводный брат Шуня. Традиционная историография изображает его недостойным человеком, антиподом Шуня. — 244.

105. Гу-соу — отец Шуня, изображается китайскими историографами плохим, жестоким отцом. — 244.

106. Утверждения Мэн-цзы расходятся со свидетельствами других источников, в частности «Историческими записками» Сыма Цяня, который указывает, что Вэй-цзы Ци (Вэй — название владения, цзы — титул, Ци — собственное имя) — старший брат Чжоу Синя, а не дядя. Би Гань — см. прим. 7 к «Мо-цзы». — 244. (7. Би Гань — дядя и советник Чжоу Синя; осуждал последнего за жестокость, за что Чжоу Синь приказал вырвать у него сердце.-177.)

107. Эту фразу трудно перевести, так как у различных авторов (Легг, Попов и др.) она дана по-разному. Мы даем свой вариант перевода, исходя из китайского комментария к тексту Мэн-цзы. — 244.

108. Поэтический перевод этого отрывка, не совсем точно передающий понятие у (вещь) как тело, дан А. А. Штукиным:

Небо, рождая на свет человеческий род,
Тело и правило жизни всем людям дает.
Люди, храня этот вечный закон, хороши,
Любят и ценят прекрасную доблесть души

(стр. 95-96 наст, изд.). — 245.

109. И-я — повар у циского правителя Хуань-гуна, славился утонченностью вкуса. — 245.

110. Мастер Куан, прозвище Гу-куан (слепой Куан) — известный в Древнем Китае слепой музыкант, был учителем музыки при дворе цзиньского правителя Пин-гуна (VI в. до н. э.). — 245.

111. Цзы-ду — прозвище сановника в государстве Чжэн, был знаменит своей красотой. Его фамилия и имя — Гунсунь Э. — 245.

112. Здесь Мэн-цзы акцентирует внимание на том, что наряду с общностью у разных людей вкусовых, зрительных и слуховых восприятий сердца людей также имеют общие врожденные свойства. — 246.

113. Здесь Мэн-цзы хочет сказать, что тот, кто стремится к полному и всестороннему раскрытию качеств своего сердца-разума, познает свою природу (природные качества, этические начала), дарованную ему небом, и этим он познает небо. — 246,

114. В этом контексте иероглиф мин (судьба) различными авторами трактуется по-разному: то как воля неба, то как судьба, жизнь. — 246.

115. Смысл этого абзаца заключается в следующем. Когда ты добиваешься чего-либо, что находится внутри нас (например, усовершенствования этических качеств, данных природой), то это может иметь успех; если же ты добиваешься того, что находится вне нас (что зависит от пути неба), то это обречено на неудачу, — 246.

116. Все вещи (вань-у) — Мэн-цзы имеет в виду не только овеществленную материю (применительно к человеку — тело его), но и духовные качества, начала, моральные принципы. — 246.

117. Искренность (чэнь) — употребляется Мэн-цзы в значении синтезированного, обобщенного выражения этико-моральных качеств как некий эталон поведения человека. — 246.

118. Мэн-цзы этим хочет сказать, что если правитель не будет доверять гуманным и мудрым политическим деятелям, то они покинут страну, и тогда государственные дела будут заброшены, и государство придет в упадок. — 246.

119. Духи земли и зерна (шэ-цзи) — духи, которым приносят жертвы государи; олицетворяли в Древнем Китае государство, династию. — 247.

120. Говорится о том, что угрожающее положение для духов, олицетворяющих государство, династию, ставит под угрозу существование самого государства, династии. — 247.

121. Здесь имеется в виду разрушение прежних храмов, поставленных в честь этих духов, и перенесение храмов или алтарей в другое место, сами же духи остаются теми же. — 247.

 

(пер. Л. И. Думана)
Текст воспроизведен по изданию: Древнекитайская философия. Собрание текстов в двух томах. Том 1. М. АН СССР. Мысль. 1972

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.