Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

АЛЕССАНДРО ВАЛИНЬЯНО

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ И ПРЕДОСТЕРЕЖЕНИЯ ПО ПОВОДУ ОБЫЧАЕВ И КАТАГИ (НРАВОВ), РАСПРОСТРАНЕННЫХ В ЯПОНИИ

IL CEREMONIALE PER IMISSIONARI DEL GIAPONNE. - ADVERTIMENTOS E AVISOS ACERCA DOS COSTUMES E CATANGUES DO JAPAO

Как известно, одной из первых попыток активного взаимодействия западной и восточной культур является так называемое "христианское столетие" в Японии (1549-1614). Это также и первый со времен Марко Поло (1254-1323?) контакт между европейцами и японцами, после которого осталось множество самых разных документов - писем, исторических и религиозных трактатов, лингвистических работ, словарей, принадлежащих перу участников и авторов тех событий, - как с европейской, так и с японской стороны.

Первыми в Японию приплыли португальские торговцы. Это произошло в 1542 г. (по некоторым данным - в 1543 г.). К тому времени они уже около 30 лет бороздили моря у южного и северного побережья Китая. Случайно натолкнувшись на Японские острова, португальцы обрели в лице их населения чрезвычайно выгодного торгового партнера на несколько десятилетий вперед. Основным наименованием среди ввозимых в Японию товаров на всем протяжении "христианского столетия" оставался китайский шелк, который обменивался на серебро, пользовавшееся огромным спросом в Китае. Росту торговых отношений между португальскими купцами и японцами способствовал разрыв к тому времени всяких, в том числе и торговых, отношений с Китаем, окончательно оформившийся к 1563 г. 1 Однако практически в течение всего рассматриваемого периода европейскую культуру на островах "представляли" в основном священники-иезуиты, в большинстве португальцы, но были также испанцы и итальянцы. Потому и началом "христианского века" принято считать август 1549 г. - дату высадки первого католического миссионера в провинции Сацума. Этим миссионером был св. падре Франсиско Шавьер (1506-1552) 2. Вдохновленные первыми результатами распространения христианства, за ним последовали и другие. Многие из них, выполняя свою миссию "христианизации варварской страны", в конечном счете способствовали, хотя и в ограниченном виде, обмену культурной информацией между двумя цивилизациями.

Алессандро Валиньяно (1539-1606) 3 был одним из них. По словам другого падре -Луиса Фройса (1532-1597) 4, известного как автор пятитомной "Истории Японии", это был человек "очень образованный, знал много языков и обладал многими добродетелями, один из самых выдающихся людей ордена, когда-либо побывавших в Азии" 5.

Родился Валиньяно в знатной семье в местечке Киети под Неаполем. Перед тем, как был принят в орден иезуитов в 1566 г., он изучал право в университете Падуа. С самого начала Валиньяно была уготована блестящая карьера: уже в 1573 г., т.е. спустя всего семь лет со дня вступления в орден, высочайшим разрешением Генерала ордена Эверарда Меркуриана ему было позволено принять четвертый обет и получить священство, и это при том, что не менее выдающимся коллегам Валиньяно, таким, как св. Алонсо Родригес (1538-1617) 6, пришлось ждать этого момента около 20 лет. В сентябре того же года Валиньяно был назначен на Дальний Восток в должности Генерала-викария и куратора 7 Восточной Индии 8.

Валиньяно прибыл в Гоа в 1574 г. Всего в Японии он побывал трижды. Первый приезд Валиньяно (с июля 1579 г.) сопровождался чрезвычайно активной его деятельностью. За два с лишним года им были открыты школа для послушников в Усуки [118] (префектура Оита), семинарии в Арима (префектура Нагасаки) и Адзути (префектура Сига) и колледж в Фунай (наст. Оита, префектура Оита); он получил аудиенцию и радушный прием у Ода Нобунага (1534—1582) 9 и организовал первое посольство, состоящее из четырех японских юношей, родственников христианских даймё 10 провинций Бунго (наст. Оита), Арима и Омура (префектура Нагасаки), в Европу 11. Во второй приезд, продлившийся с июля 1590 по октябрь 1592 г., он был принят Тоётоми Хидэёси (1536-1598) 12 и смог окончательно уладить конфликт, возникший в результате изданного Хидэёси 24 июля 1587 г. указа о высылке всех священников из Японии в двадцатидневный срок. Третий, последний и самый продолжительный, визит (с августа 1598 по октябрь 1603 г.) позволил Валиньяно увидеть воочию плоды начатой им в свой первый приезд политики.

Именно с деятельностью Валиньяно связаны выработка и формирование единой и принципиально новой политики миссии в Японии. Дело в том, что японская миссия изначально подчинялась Провинциалу 13 Индии, в силу чего используемые иезуитами методы и стиль поведения были теми же, что и практикуемые в Индии, а они часто не отличались утонченностью и терпимостью. Так, многие из иезуитов жаловались на то, что не могут так же, как и в отношении других азиатских христиан, применять в отношении японских христиан телесные наказания за проступки по причине обостренного чувства собственного достоинства последних 14.

Кроме этого, падре Франсиско Кабрал (1533-1609), к приезду Валиньяно занимавший пост Главы миссии, до своего назначения в Японию в 1570 г., был наставником послушников, проповедником и ректором в Басаиме (Индия). Это был человек весьма аскетичный и фанатично боровшийся с язычеством во имя Господа - настоящий солдат Церкви. Вряд ли в его представлениях Япония отличалась от любой другой нехристианской страны. Он прибыл с твердым намерением собрать как можно больший, как говорили иезуиты, "урожай душ" и был достаточно прямолинеен и настойчив в этом намерении. Его мало интересовала внешняя сторона дела вообще, не говоря уже о таких тонкостях, каким является японский этикет, к которому он относился с холодным презрением, как к любому языческому ритуалу. Как говорил Дж. Элисон, римлянин вел себя так, будто он находился в Риме 15. В этой связи показательно, что свою деятельность на посту Главы миссии Франсиско Кабрал начал с того, что в соответствии с распоряжением Провинциала Индии запретил предписанное сословным этикетом ношение шелковой одежды для священников и додзюку 16, посчитав это излишней роскошью, и, невзирая на последствия, обязал всех носить простую хлопчатобумажную сутану черного цвета, как это было принято в Индии или в Европе 17.

Такое пренебрежительное отношение к нормам традиционного японского этикета в сочетании с недостаточной чистоплотностью европейских священников в быту, их суровостью, порой граничащей с грубостью, их кулинарными привычками и, наконец, просто сильно отличающимся фенотипом, привело к тому, что именно они, всегда считавшиеся религиозной элитой, выглядели теперь в глазах японцев варварами и именовались намбандзин - "варварами, пришедшими с Юга". Все это, а также постоянные междоусобицы, потрясавшие страну, сильно осложняли жизнь миссионерам.

Валиньяно, как пишет Луис Фройс, "сразу же понял, как приходится жить нам в этих краях... будучи поставленными перед необходимостью постоянных переездов с места на место и со всех сторон окруженными смертельными опасностями... И еще падре понял, как необходимы нам были глубочайшие изменения во всем, что касалось и еды, и обычаев, и обихода, раз уж все было так противоположно и отлично от того, к чему мы привыкли в Европе" 18. Другими словами, он осознал необходимость создания такой концепции, которая учитывала бы не только политическую ситуацию, но и культурный контекст. И это представлялось весьма важным как для продолжения существования миссии и успеха дела, так и для начала специального изучения местной культуры. [119]

Приняв во внимание жесткую сословную структуру японского общества и осознав необходимость как можно быстрее в нее интегрироваться, Валиньяно первым делом определил в ней место христианских падре. В этом он нисколько не изменил свойственному европейцам чувству превосходства, без лишних сомнений объявив всех иезуитских священников равными по положению высшему буддийскому духовенству. В будущем как европейские торговцы и путешественники, так и сами японцы не раз будут пенять иезуитам на то, что они повели себя, мягко говоря, нескромно, требуя к себе почти королевского уважения 19.

Новая политика, не посягая на священные цели, была по форме интеграционной, а по сути сводилась к четырем основным направлениям: 1) строгое соблюдение принципа "сверху вниз"; 2) невмешательство во внутренние дела страны и сохранение "нейтралитета" любыми средствами; 3) адаптация к местным традициям и обычаям во всем, что касается повседневной жизни и общения; 4) воспитание собственно японского духовенства с целью укрепления позиций христианства.

Первое из них является традиционным для всей политики иезуитов, где бы они ни были. Будучи организацией в высшей степени элитарной, иезуиты, как известно, всегда стремились иметь дело исключительно с высшими слоями общества. Безграничная же преданность японцев своему господину, с самого начала так восхищавшая иезуитов, прекрасно вписывалась в рамки этого подхода. Они не без основания делали ставку на то, что обращение в христианство одного князя, обходившееся, кстати говоря, недешево, принимая во внимание стоимость подарков для его ублажения, гарантировало, что за ним последуют и все его родственники, а также слуги. Все это на первый взгляд сильно упрощало задачу миссионерам. Время, однако, показало, что со смертью главы семейства родные его в лучшем случае просто уходили из лона церкви, а в худшем становились ее ярыми противниками. Пример тому - Отомо Ёсимунэ - (1558-?), сын одного из самых близких друзей и покровителей церкви - Отомо Ёсисигэ (Сорин), правителя Бунго, отрекшийся от христианства и перешедший на сторону самураев, поддерживавших буддийских монахов 20.

Второе направление, с одной стороны, было продиктовано спецификой политической ситуации, а с другой - фактически демонстрировало хотя бы временный отказ от каких бы то ни было притязаний на политическую власть в Японии. Общеизвестно, что религиозные интересы католической церкви были тесно связаны с политическими интересами португальской и испанской корон и являлись частью единой экспансионистской политики. Валиньяно же прямо предупреждает священников о недопустимости не только оказывать какую-либо военную помощь, пусть даже и христианским даймё в междоусобных конфликтах, но и помогать им советом, "потому что это противоречит основам нашей религии и... способ, каким управляют в Японии, ее обычаи и катаги, как сильно отличается от правления христианских государей в Европе, что падре вряд ли смогут дать правильный совет, но легко могут впасть в заблуждение" 21.

Принципиально новыми являются третье и четвертое направления. Впервые за всю историю существования католической церкви европейским священникам предписывалось не только знать местные традиции, но и неукоснительно им следовать. И дело не только в том, что это являлось частью тонкой стратегии завоевания расположения и доверия японцев с целью их дальнейшего обращения в христианскую веру, но и в том, что, столкнувшись с цивилизацией, отличной от европейской, европейцы впервые вынуждены были официально признать если не ее равнозначность, то хотя бы ее право претендовать на равнозначность. Они с удивлением обнаружили, что непохожесть и варварство - не одно и то же. Валиньяно писал; "Различия в еде, одежде, ценностях, церемониях, языке, ведении хозяйства, способе ведения переговоров, лечении больных и раненых, обучении и воспитании детей и во всем другом так сильны, что невозможно ни описать, ни понять их. Во всем этом не было бы ничего [120] удивительного, если бы они были такими же, как и другие варварские народы. Однако более всего достойно удивления то, что они представляют как очень достойные и культурные люди во всех сферах" 22.

Более того, в качестве отдельного личного мнения в документах нередко высказывается мысль о превосходстве японцев над европейцами в некоторых сферах. Особенно часто с восхищением говорится о безукоризненной чистоте, соблюдаемой японцами буквально во всем. И не случайно одним из центральных требований, которые Валиньяно в рамках своей новой концепции предъявляет к падре, является соблюдение ими чистоты в быту и в приготовлении пищи.

Как следствие признания прав японцев на собственную культуру предстает решение начать воспитание местного, японского духовенства. Начало этому было положено Валиньяно в первый его приезд, когда он основал ряд учебных заведений, в которые принимались и японские юноши.

С целью скорейшего претворения в жизнь принципов новой политики Валиньяно в 1580 г. пишет трактат "Предупреждения и предостережения по поводу обычаев и катаги (нравов), распространенных в Японии". Фактически, это свод правил поведения для священников. На португальском языке он написал не случайно -большинство миссионеров были португальцами.

Луис Фройс, отчасти выразивший и официальную точку зрения, так оценивает появление трактата: "Оставил также Падре и наставления по поводу того, каким образом мы должны относиться к обычаям и церемониям, и о том, как принято вести себя в этих землях. Вещь весьма нужная для самих японцев, чтобы знали они, как жить в наших домах, и чтобы мы могли лучше с ними сосуществовать; потому как немаловажно, чтобы мы в их глазах были достойными уважения. Из-за того, что обычаи и церемонии этих земель так отличаются и даже противоположны принятым в Европе и до сих пор у нас не было предписаний насчет того, как мы должны себя вести в их отношении, помимо определенного замешательства, вызванного этой ситуацией, были и другие нежелательные следствия нашего незнания их обычаев и традиций, провоцирующие некоторые разногласия во взглядах и ограничивающие плодотворность наших усилий. Все это - из-за противоречий в их и наших обычаях. Он распорядился, чтобы мы во всем придерживались присущего японцам и принятого в Японии образа действий. Для этого он изложил некоторые предостережения, с помощью которых мы должны будем ознакомиться с обычаями и манерами поведения. И благодаря им, а также правилам, которые он нам оставил, чтобы хранились в каждом нашем доме и каждом приходе, чтобы достичь единообразия, а также благодаря их изучению возрастет во много раз сплоченность усилий среди нас и плоды и почитание святого закона среди японцев" 23.

Для нас этот текст может представлять интерес не только с точки зрения возможности проследить изменения в развитии политики католической церкви в азиатских странах. Наиболее интересной является заложенная в нем информация о церемониальном этикете, регламентировавшем повседневную жизнь средневекового японца, несмотря на то что в специально посвященных этим вопросам трудах других иезуитов, например в "Истории церкви в Японии" Жуана Родригеса 24, где детально описаны все нормы японского этикета, содержатся более полные сведения. Цель рассматриваемой нами работы заключается не в описании церемоний, а в размышлении над тем, как завоевать достойное место в структуре японского общества. Это размышление приводит автора к сравнительному сопоставлению культуры общения и быта японского синто-буддийского и христианского католического миров. И поскольку это сравнение - одна из первых попыток такого анализа, когда-либо осуществленная европейцами, а также поскольку автор был непосредственно знаком с предметом, то этот материал для нас приобретает особую ценность.

Перевод трактата выполнен по изданию: Alessandro Valignano. II ceremoniale per [121] imissionari del Giaponne. - Advertimentos e avisos acerca dos costumes e catangues do Japao. Rome, 1946. Приведенная здесь версия трактата публикуется частично в переводе (п. 1-2, 126-145), частично в изложении (п. 3-125, 146-159).

Комментарии

1. Подробно об этом см.: Charts Ralph Boxer. The Great Ship from Amacon: Annals of Macao and the Old Japanese Trade, 1555-1640. Lisboa, 1963.

2.. Франсиско Шавьер родился в замке де Шавьер в Наварре, с 1525 по 1535 г. был студентом, а затем и преподавателем в Париже; период с 1537 по 1540 г. провел в Риме, откуда в 1540-1541 гг. отбыл сначала в Португалию, а затем в Индию; с 1542 по 1549 г. - миссионер в Индии и в Молукас, а с 1549 по 1551 г. – в Японии. Умер на одном из китайских островов близ Кантона. Канонизирован в 1622 г.

3. Подробно о жизни и деятельности Падре Валиньяно см.: Josef Franz Schutte. Valignanos Missionsgrundsaetze fuer Japan. 1958. Bd. 1,№ 1 (1573-1580). Roma, 1951; Bd. 1. №2 (1580-1582).

4. Луис Фройс родился в Лиссабоне, где и получил начальное образование. В феврале 1548 г. вступил в орден иезуитов. 17 марта того же года отплыл в Гоа, где и провел два года. В 1550 г. был направлен на север Индии; вернулся в Гоа в 1551 г., где в 1558 г. начал изучать схоластику и теологию. Миссионер в Японии с 1563 по 1592 г.; вернулся в Японию в 1595 г. Умер в Нагасаки.

5. Luis Frois. Historia de Japam. Vol. III. Lisboa, 1982, p. 128.

6. Алонсо Родригес родился в Испании в местечке Валладолид в 1557 г., был принят в орден иезуитов, в 1888 г. канонизирован папой римским, известен как автор изданной почти на всех языках мира, включая русский и китайский, работы: Exercico de la perfection y virtudes cristianas. Roma, 1800.

7. Генерал-викарий - представитель, доверенное лицо Генерала ордена на местах. По-португальски его должность называлась Visitador (куратор) - ответственное лицо, наделенное особой властью самим Генералом ордена, им самим назначенное и ему одному подотчетное; осуществляющее инспекцию определенных территорий и формирований ордена. Широта и сущность его полномочий определяются в зависимости от каждого отдельного случая. В иезуитской литературе и документах того времени Валиньяно больше известен как "Падре Визитадор". По-нашему мнению, "куратор" - наиболее адекватный перевод названия данной должности.

8. Территориально орден иезуитов был оформлен в провинции. Первой провинцией стала Португалия. Провинцией Восточной Индии называли все земли, расположенные к востоку от побережья Африки. В нее входили Индия, Китай, Цейлон и Японские острова.

9. Ода Нобунага из семьи Ода провинции Овари - одна из самых выдающихся фигур в истории Японии второй половины XVI в., в 1573 г. вслед за Сегуном Асикага Ёсиаки стал главным правителем, первый из трех объединителей страны, покровитель миссионеров-иезуитов, убит в Киото (Luis Frois. Op. cit. Vol. I, 1976, p. 268).

10. Даймё (букв, "большое имя") - уездные князья.

11. Подробно об этом посольстве см.: Henri Bernard. Valignani ou Valignano, I'auteur veritable du recit de la premiere ambassade japonaise en Europe (1582-1590). - Monumenta Nipponica. Vol. 1. Tokyo, 1934, № I, p. 378-385.

12. Тоётоми Хидэёси, настоящее имя - Хиёси, поменял на Хидэёси в 1562 г., в 1574 г. получил титул Тикудзэн-но-ками, затем присвоил себе имя Хасиба, а с 1586 г. - прозвище Тоётоми, назначив себя Кампаку (верховным советником). Позже передал все звания приемному сыну, начав называть себя Тайко. Второй из трех объединителей страны (Нобунага, Хидэёси и Изясу). Подробно о нем см.: А.А. Искендеров. Тоётоми Хидэёси. М., 1984.

13. Провинциал - глава провинции, объединения ряда религиозных учреждений и их обитателей, принадлежащих ордену и подотчетных Генералу ордена.

14. Charts Ralph Boxer. Cristian Century in Japan 1549-1650. L., 1951, p. 79.

15. George Elison. Deus Destroyed. The Image of Cristianity in Early Modern Japan. Council on East Asian Studies. Harvard University, 1988, p. 55.

16. Додзюку (от досюку) - жить под одной крышей; религиозное звание, принятое исключительно в японской иезуитской миссии, присваиваемое японцам-христианам, поступавшим на службу в орден на правах прислуги, помощников и жившим под одной крышей со священниками.

17. Cartas que os Padres e Irmaos da Compania de Jesus escreverao dos Reynos de Japao e China aos da mesma Companhia da India e Europa, desdo anno de 1549 ate о de 1580. Primeiro tomo. Nellas se conta о principio, socesso e bondade da Christandade daquellas partes, e varios costumes e falsos ritos da gentilidade. Evora, 1598.

18. Luis Frois. Op. cit. Vol. III, p. 130.

19. Об этом свидетельствует Антонио Бокарро в своих хрониках, написанных в 1635 г., уже после запрещения христианства. См.: George Elison. Op. cit., p. 225.

20. Luis Frois. Op. cit. Vol. III, p. 98-99, 121-122.

21. Alessandro Valignano. II ceremoniale per i missionari del Giappone. — Advertimentos e avisos acerca dos costumes e catangues do Japao. Rome, 1946, p. 150.

22. Цит. по: М. Cooper. They Came to Japan. An Anthology of European Reports on Japan, 1543—1640). L., 1965.

23. Luis Frois. Op. cit. Vol. III, p. 179.

24. Joao (Tguzu) Rodregues. Historia da Igrega no Japam. Tokyo, 1953.

 

Текст воспроизведен по изданию: Трактат А. Валиньяно "Предупреждения и предостережения по поводу обычаев и катаги (нравов), распространенных в Японии" // Восток, № 4. 1998

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.