Сделать стартовой  |  Добавить в избранное  | Мобильная версия сайта |  RSS
 Обратная связь
DrevLit.Ru - ДревЛит - древние рукописи, манускрипты, документы и тексты
   
<<Вернуться назад

ПУТЕВОЙ ЖУРНАЛ

Е. И. ЧИРИКОВА

49. От Сузы до Ханыкина.

Через Дизфуль, Па-и-пуль, Декке, Петек, Дех-и-Лурран, р. Тыбб, Бише-дираз, Кафиле-джа, Ченгуле, р. Хауи, Гайани, Хасс-и-Али, Гудар-и-хош.

13 Марта. Окончательно простились с Сузою и шли до Дизфуля 5 часов.

Охотились дорогою за кабанами и убили двух.

Шейх Джабер объяснял нам, что происхождением своим Арабская племена обязаны двум родоначальникам — Ребиа и Музыр. От первого вышли все восточные Арабы: Анизе, Бени-ламы, Чябы, Обейды и пр.; от второго все западные, считая и африканских. Первые племена все вышли сюда, к Багдаду и Персидскому заливу. Мунтефики составились из разных племен; Аль-бу-Мухаммеды принадлежат Бени-ламам; они их рабочий класс.

От Каруна к Касрам идут каналы [какие, в журнале не выставлено, так же точно как и те, которые идут от Касрейна в Суэйб].

Вода в Каруне выше нежели в Керхе (в Суэйбе и хоурах) и течет туда по каналам, когда в Каруне вода заперта; но теперь каналы испорчены. Они все сходятся у места Шельва, которое ближе к Суэйбу нежели к Мухаммере. Все каналы из Каруна и противоположные им из Керхи носят одинаковые названия.

19 Парта. От Дизфуля до Па-и-пуля 3 ч. 45 м. Шли по той же дороге, по которой шли в прошлом году из Айван-и-Керха в Дизфуль.

До Белядруза 1 ч. 30 м. Далее, 30 м. до моста и водопровода на канале. Привал. Далее, вдоль большого древнего канала саженей в 15 шириной, называемого Сенгер (оплот). [415]

Не доходя до Керхи, у Па-и-пуля пересекли другой канал, еще значительнее, глубиною саженей восемь отвесных; ширина его около 10 саженей; потом тотчас параллельный ему другой, меньший; потом 3-й и 4-й, все меньшее; последней саженей в 5 ширины. Все эти каналы тут же выходят из Керхи повыше моста. Большой канал находится выше источников Шавура,... с которым быть может он был соединен; потом он идет мимо северо-восточной стороны Сузианских холмов, где мы переехали его по дороге из Сузы в Дизфуль и далее, мимо Кале-и-Сефид, одним рукавом, а другим, в Умм-эт-тиммен. Лофтус принял его за старое русло Керхи, когда пересек его между Сузой и рекою Диз. Весь караван шел вместе.

Вид оттуда на водопровод в Айван-и-Керха и на Кехриз. Ширина реки саженей 60. Развалина Айвана видна хорошо, Суза в мираже. Мост выходит, на правом берегу, на прекрасную долину, обставленную отвесным берегом саженей до 15, из конгломератов; против арки водопровода каменная боковая плотника.

20 Марта. От Па-и-пуль до Декке-Аббас 5 ч. 30 м. [Декке, кажется, луррское произношение текке или текье]. Шли все время по возвышенной равнине; цветов мало; трава высокая, волнистая, с колосом; безводье, кроме кое-где дождевых луж. Через 2 ч. 45 м. от Па-и-пуль

Макам Али-Герранат. Здесь выехал к нам Рахим-хан Сегвенд с пятидесятью всадниками. Вправо небольшие высоты, параллельные большим горам. Макам хорошей постройки с куполом и террасой вокруг; внутри гробница; на ней несколько ядер грубого мрамора и летучие листки корана. При входе, могильный камень с изображением всадника. С террасы макама видели много газелей; дурная вода с насекомыми. Отсюда дорога разделяется: одна ветвь идет вправо, ближе к горам; по ней пошли Англичане; другая, прямо, равниной, на Петек. [416]

22 Марта. Петек, до которого от Декке-Аббас 5 ч.25 минут.

Дорога вся равниной. Могила. В 2 ч. 30 м. от лагеря у Декке-Аббас речка Чикоу у Лурров, Чих-аб у Персиян; ширина ее 8 саж.; она мелка; это приток Дувейриджа. Берега с кустарником и деревьями; метла; розовый лавр. Говорили нам, что здесь водится много львов. Около речки долина; вода солоновата; от речки далее, дорога песчаная; но везде совершенно гладкая и безводная. Вид долины прекрасный; трава везде дурная; засыхая рассыпается в пыль; но молодая для корма годится.

Местность от Керхи постепенно возвышается, хотя слабо, и равнина эта возвышенная. От реки до искусственного большого кургана, в роде Менделийского, но шире его, 2 ч. 20 м. Сегвендский хан назвал его Шейхун; проводник же назвал Петек. До лагеря 35 минут.

23 Марта. От лагеря в Петеке до лагеря в Дех-и-Лурран 5 ч. 30 м.

Слово Петек быть может происходить от Пе-и-так [под сводом, под аркой].

До реки Дувейридж, которую здесь называют и Аб-и-Денон (Авденон или Авденоу). Ширина реки до 20 сажен; в броде вода в полколена; дно с голышами. Река разливается широко и, по словам сына Рахим-хана, бывает тогда непроходима. Оба эти притока Чих-аб и Аб-и-Денон соединяются в 3-х часах от нашего ночлега и составляют Дувейридж [ду-бер-ек — две (реки) в одну. См. выше объяснение этого названия Персидским комиссаром]. По реке кусты.

Далее, 1 ч. 15 м. до развалин Али-абад: один очень большой курган параллелограммом, шагов 400 в длину и до 200 в ширину; на западной его стороне несколько небольших курганов кучкой, с следами четыреугольной стены; на северной стороне следы горки, частых жилей; много других средней величины курганов, разбросанных вокруг. В 3-х минутах [417] от большого кургана, другой несколько поменьше, со рвом вокруг, саженей 15 шириною; на горке, кроме множества черепков, видна местами кирпичная кладка с цементом и в другом месте, часть свода, откопанного Арабами. Между курганов множество цветов, прелестных и душистых. Возле которого также видно много следов жилья групами.

Отсюда 45 мин. до зиарета Сейид-Акбяр; хорошая постройка; на гробе угодника много мраморных ядер. Вокруг здания следы древнего жилья из булыжного камня с цементом на небольшой эстраде. За зиаретом еще далеко простираются следы развалин и курганов; также следы каналов и один из них, около зиарета, очень глубокий, саженей в пять; и шириною саженей в восемь; он видимо доставлял воду городу, а может быть и соединял Дувейридж с Тыбом; но расспросить об этом было неукого; Сегвенды, бывшие с нами, говорили, что они редко посещают, по вражде с Бени-ламами, эти места и потому худо их знают. Нет сомнения, что Али-абад есть древний Бадат (см. Риттера).

Отсюда в 1 ч. 45 м. Дех-и-Лурран с пальмовыми садами, следами посевов риса и серным горячим ключом. Деревня принадлежит Али-хану Пуштикухскому. Жители пьют серную воду и пользуются несколькими ключами и дождевыми лужами в окрестностях в получасе или часе отсюда.

Лагерь наш разбит в 30 минутах от деревни при луже.

В горах есть окаменелые раковины.

Отсюда до реки Тыб или Динар-аб 3 часа. Равнина эта возвышается постепенно и местами пересечена ложами потоков, бегущих с гор, сухих в настоящее время, кроме одного ручья в 10 минутах от лагеря, но и тот горький.

25 Марта. Лагерь на чрезвычайно высоком берегу Тыба, дневка. [418]

Огранович ездил снимать реку до дер. Бейад, до которой было 3 часа. Средняя ширина реки от 15 до 20 саженей. Два брода против лагеря, в 5 минутах один от другого; правый берег обрывистый саженей до 20.

Деревня Бейад очень хорошей постройки, но теперь без жителей; ее построили Пуштикухцы, когда были сильнее Арабов; но теперь Арабы осилили их и жители разбежались. Пальмовые рощи около деревни; от деревни до большого кургана Али-абад примерно 1 ч. 30 м.; высота, у которой она лежит, та самая, на которую мы взъезжали из Тыба.

В реке Тыб или Мейма [река эта, как и многие другие, принимает разные названия от местностей, по которым она протекает] вода горько-солоновата; вкусом похожа на горькую минеральную воду и производит то же действие. В низовье реки, где мы стояли, идя в Хоувизу, вода была лучше по времени года, потому что смешивалась с дождевыми и снеговыми водами; летом же, по словам проводника, Дизфульского дервиша, ходившего часто по этому пути касыдом (пешим курьером) в Багдад, вода эта очень горька. Мы посылали один раз за водою, за 1 ч. 20 м. по дороге вперед, на источник, который там слывет под названием сахарного, Шеккер-аб. На воде этой, после отстоя, образуется, на поверхности, род мыльной пены.

Вечером пришли Англичане, пройдя по предгорию Сиях-кух, которая вероятно называется черною (сиах) от кустарников, ее покрывающих и придающих ей темный цвет — в сравнении с ближним хребтом Динар-кух, совершенно обнаженным. Близ дороги, по которой они шли, не доходя часов 2-х, 3-х до Дех-и-Лурран, есть нефтяные ключи.

Ночью воры приходили к ним в лагерь, и стреляли по людям; но конечно были прогнаны.

Не находили ли когда нибудь в Динар-аба и Динар-кух, золота или золотых монет (динар)!? [419]

26 Марта. От Тыба или Мейма до места Бише-дираз [длинный кустарник] на ручьи, 3 ч. 30 минут.

Около получаса равниной; потом вступили в предгорье, сливающееся с цепью холмов, через которые Тыб пробивается в равнины Тигра; потом, но предгорью, каменистая дорога с спусками и подъемами, но не трудными и проходимыми для артиллерии, при поправках. Между горками небольшие плато с цветами; горки гипсовые и известковые одного характера с дорогою Пуль-и-тенг в Джайдере. По Тыбу вверх есть дорога в горы, но трудная.

На вершине хребта Кух-и-кевер снег.

От Бише-дираз до Кафиле-джа 3 ч. 30 м.; [кафиле — караван; джа — место].

Местность вся изрытая по предгорью; алебастровые холмы; дорога затруднительнее вчерашней для артиллерии, и чтобы провезти орудия нужна большая помощь людей и пришлось бы часто выпрягать. Примечательных предметов нет никаких; множество цветов, чрезвычайно разнообразных. Углубленная небольшая долина с источником, из которого выходит ручей.

Вечером и до полночи сильная гроза. Звезды освещаются далекою молнией.

28 Марта. От Кафиле-джа до речки Ченгуле 5 ч. 30 м.

Изрытые предгорья кончились. Дорога пошла по долине между горою Анараном и предгорьем. Множество цветов. В 3 ч. 30 м. источник в обрывистом овраге; через час другой источник и из него ручей, руслом которого дорога пробивается через цепь высот, пдущнх вдоль Ченгуле; русло это очень живописно; берега — отвесными стенами саженей в 20; подъезжаешь руслом прямо к реке; в русле мы воды не нашли почти вовсе; но весною оно наполняется потоком.

В отвесных стенах береговых песчаников находится разбойничий притон Кельб-Али-хана, в котором могут спрятаться [420] человек 200; караван, атакованный на этом пути, не имеет спасения.

Ширина Ченгуле саженей в 20; она быстра; дно с камнями, а вода в броде выше колена лошади. Русло показывает, что она сильно разливается, саженей на 60.

Лагерное место на прибрежной долине, на правом берегу.

29 Марта. От Ченгуле до реки Хауи 5 ч. 30 м.

Из долины речки Ченгуле, идущей в деревню Баксаи, поднялись на высоты, идущие вдоль Ченгуле; далее общий характер предгорья, спуски и подъемы, везде возможные для прохода артиллерии, хотя и с помощью. Прошли мимо Кушк-н-газанфяр часах в двух; ущелье мрачное; через него течет Хауи и проходит дорога, соединяющая Зорбатийе с Чардауром. Сквозь ущелье Газанфяр виднелась гора со снегом; не дознали был ли то Кух Кевер или нет; проводник дервиш не мог решить этого вопроса. Пройдя высоту Анаран, равнины; влево виден Сейид-Хасан.

Лагерь в равнине на быстрой речке Хауи. До Зорбатийе около четырех часов; пальм нет за цепью предгорья (Хамрин). Между Ченгуле и Хауи много красивых камней, как отколки кирпича.

30 Марта. Пасха. Дневка.

Воздух пропитан запахом как бы ванили. Переговоры с Али-ханом вали Пушт-и-куха.

В 30 минутах две деревни Асад-Кунарь.

31 Марта. От речки Хауи до места Гейани или Ду-керсеран (2 притока) 3 ч. 45 м.

В 1 ч. 45 м. спуски и подъемы довольно стремительные, но проходимые для артиллерии, с помощью людей; потом р. Кунджиянь-чем, которая в Зорбатийе соединяется с Хауи у Сейид-Хасана. Кунджиян-чем течет в долине между обрывистых скал известняка и других красноватого цвета, местами вышиною саженей в 60 отвесно; воды по лошадиное брюхо; ширина [421] 10-20 саженей; дорога на двух часах пересекает ее 8 раз; лагерь у поворота дороги влево, с долины; прямо же и выше четверти часа слияние Ду-кер-серан и Кунджиян-чем.

1 Апреля. От Гейани до Хасс-и-Али 4 часа.

Подъем по ущелью, непроходимому для артиллерии: узкая тропинка; пропасти, так что проехать может только один всадник. Но в этой дороге едва ли встретится надобность. Из предыдущей станции, с Хауи, дорога эта выходит в Зорбатию; а сюда идет в горы к местности, принадлежащей Хайдер-хану. В ущелье наклонно пласты известняка и красная полоса скал с землею. Пройдя ущелье, дорога входить в обширную, возвышенную долину. Слева, за невысоким хребтом Кулика, в 2-х часах надгробный памятник; пирамидальный столб в 1 1/2 саж. вышины. Далее, 2 часа тою же равниною, местами пересекаемой ручьями с горьковатою водою; берега оврагов обрывисты; везде песчаник; на равнине несколько пирамидальных памятников...

На лагерном месте — имам-заде Хасс-и-Али-ибн-и-Зейн-эль-абидин, хорошей постройки, и возле несколько жилищ из дикого камня и кладбище, все вместе представляет возможность защищаться батальонам двум; против имама две горки правильной фигуры, похожие издали на шатры; одна, саженях в 150 от имама; другая в 400-х; вышина их около 20 саженей. Близ вершины первой много выкопано ям для уборки хлеба (си-лос [?]). В долине две речки, Хош-аб и Шур-аб [пресная и горько-соленая], и несколько посевов. Воды и травы прекрасные.

Посещение Хайдер-хана; свита его человек 100 пеших и около 150 конных. Кроме того из за каждого пригорка окрестной местности выставлялись ружья; говорят, и это очень правдоподобно, с ханом было здесь тысяч до двух вооруженных людей.

Вали сидел в ставке персидского комиссара, имея возле себя на ковре одного из своих людей, державшего ружье левой рукою стоймя на колене, и с пальцами правой на курке; из недоверчивости он ни у него, ни у нас не пил кофе; он ограждал [422] себя таким образом и от убийства, и от ареста, и от отравы, так как по отношению к нему и к брату его Али-хану уже были однажды подобного рода покушения со стороны Персиян; задержанные ими при такого же рода аудиенции, оба брата бежали из Техеранской тюрьмы. У Хайдер-хана 12 сыновей и 70 жен.

2 Апреля. От Хасс-и-Али до Гудар-и-хош, т.е. хороший брод [быть может Гудар (или Гузар)-и-хошк, т.е. сухой брод?], 4 ч. 30 м.

Сперва равниной Хасс-и-Али (или Хасс-абад); потом трудный перевал через высоты правого берега речки. Для провоза артиллерии пришлось бы обделать этот небольшой проход. В 2 ч. 30 минутах хорошая вода в месте Сер-аб-и-сер-ноу; далее еще небольшие перевалы удобопроходимые; в долине мельницы при деревнях Хайдер-хана; до мельниц 3 часа от ночлега; а через 30 мин. речка Гудар-и-хош; брод; ширина его саженей 8; далее в 30 минутах лагерь на той же речке повыше слияния ее с солоноватым ручьем. В самой речке вода не очень пресная; она течет в равнину мимо Турсаха. В долине — амбар Хайдер-хана.

3 Апреля. От Гудар-и-хош до лагеря при Кан-н-шейх (ключ шейха) 5 ч. 15 м.

В 2-х часах спустились с высот в равнину Мендели, у ската которых течет речка [название не записано]; далее, в 30 минутах лагерь на равнине. До Кан-и-шейх не дошли.

4 Апреля. От Кан-н-шейх до Мендели 2 ч. 45 м. равниной; не доходя до Мендели паства; канавки из речки. Дневка. Грозы 5-го и 6-го Апреля; мошки: померанцы в цвету; ячмень большой, но еще зеленый. Тут мы нашли Дервиш-пашу, астронома Гласкота, секретаря Газолани, флотского офицера Джаксона.

От Мендели до речки Мукати (название это означает арендованную землю) 3 ч. 45 м. [423]

7 Апреля. Каналы, обработка, посевы на 2 ч. 30 м.; местность сухая, подымающаяся до высот Мукати, у подножия которой ключ не очень хорошей воды. Тут мы оставили равнину между Мендели и Тигром.

В этот раз нам сказали, что Хамрином называется цепь гор за Мукати, и что начало ее у Шехрибана.

Поднявшись, перешли речку Мукати; в ней вода во время дождей. В русле ее мы нашли только немного стоячей воды. Ночью Арабы украли у нас лошадь.

8 Апреля. От Мукати до лагеря при Зиарет-и-сефид 5 ч. 15 м.; от лагеря до зиарета еще 15 минут.

Шли 2 ч. 45 м. до речки Нефт-сую по возвышенной равнине с разбросанными возвышениями Мукати. От речки до лагеря при Зиарет-и-сефид 2 ч. 30 м. [счет неверен].

Пересекли Хамрин между Нефт-сую и Зиарет-и-сефид. Характер этой цепи: мелкие, изрытые возвышения, не более примерно 150 футов, состоят из конгломератов и между ними много камушков красного цвета, как обломки кирпича или из красной земли охристой, и местами глыбы песчаника как в Нахр-и-Хашеме; местами стоят странные фигуры отдельными глыбами из песчаника. Проводник из Мендели сказывал, что голова Хамрина у Бакубы, а конец около Нефт-сую. Багдадские жители ведут Хамрин до Керхи.

9 Апреля. Отсюда до лагеря при Ханыкине 4 ч. 30 м.

В продолжение двух часов шли мы возвышенными равнинами и волнообразными холмами до подъема на высоты Хамринские футов в 200. Отсюда направляется цепь холмов на запад к Диале; потом уже постоянный спуск к Ханыкину до Багдадской дороги и в 25 минутах от местечка — гряда возвышений, с которых можно удерживать неприятеля, овладевшего Ханыкином со стороны Персии; цепь эта протягивается к Диале через Али-абад (или Али-ава). [424]

10, 11, 12 и 13 Апреля. В Ханыкине. Известие о битве Арабов с Турками при Хилле. Жатва ячменя; зима и весна дождливы; урожай хороший.

50. От Ханыкина до Бане.

Через Мерджанийе, Декке, Бинкудре, р. Сирван, Гяур-тепе, р. Куррету, Хурхуре, Мейдан, Дербенд-и-хан, Хершель, Шейхан, Сер-кале, Хаммам-и-Али, Бисмирова, Кале-и-Зенджир, долину Гуле, Шейх-Селя, Деруль, Бакр-абад, Гуль-амбар, Зейдан, Наль-па-риз, Пинджви, Кызылджа, Бенавасуте, Зерибар, Кани-серд, Абдалан, Хашхаш, Шипенаджу, Баяндыр, Сурин.

14 Апреля выступили из Ханыкина.

До переправы через Эльвенд из Казали до Рубата 3 ч. 30 м. Дорога склоняется влево от той, которая идет в Бинкудре параллельно Эльвенду — слева и ручью — справа. Много каналов; грязь; поля с ячменем. Общий вид довольства; но дорога для больших движений в мокрое время неудобна.

Через 50 мин. арабская деревня Тютюнджи. Влево, за рекой Эльвенд, видна развалина крепостцы отца Осман-паши, Али-абад. Против нее, за хребтом возвышенностей, Али-ава, новая деревня, где живет теперь Осман-паша. Потом в 2 ч. 30 мин. дорога подходит к самой реке.

Долина реки от Ханыкина до этих мест покрыта кустами и трудно доступна; но у шаарийета чистое, сухое место и река переходима вброд, в малую воду; теперь же, за дождями, вода очень высока и перейти нельзя; немного далее, два сада, обнесенные земляными стенами. Два Араба поднесли нам букеты из роз, померанцевого цвета и ароматной травы; тут высокие берега сближаются. Далее дорога идет еще час до [425] заворота возвышенностей правого берега и выходит на низменное пространство, покрытое кустами и идущее до впадения Эльвенда в Сирван. Здесь видно течение обеих рек. Через Эльвенд проходит дорога из Кызыл-Рубата, который на Диале в 2 часах от соединения; теперь нет брода. По этой дороге иногда направляются караваны и путешественники из Багдада в Персию, минуя Ханыкин, когда по большой дороге идти опасно. (См. выше, при описании Бинкудре). Лагерь наш на возвышении.

15 Апреля. Дневка.

Множество франколинов в кустах долины рек Эльвенда и Сирвана, место называется Мерджанийе (коралловая).

16 Апреля. Дневка за дождем.

Получено известие от Хюсеин-аги и карантинного доктора Артома, что шейх Арабов Бени-вейс разграбил у Кале-и-себз караван и убил, при этом, двух человек, из которых один, будто бы, принадлежал Ибрахим-паше Зохабскому. Шейх этот уже раз был схвачен каймакамом Ханыкина и послан в Багдад, но бежал оттуда, убив сторожа.

17 Апреля. От Мерджанийе до Бинкудре 4 ч. 40 м.

От лагеря в 15 минутах перевалились через цепь возвышений Мерджанийе, потом равниной Декке с каналами; два кочевья; мельницы; курганы. В 3-х часах полуразвалившаяся крепостца и деревня Декке с несколькими жильями; за нею в 5-ти минутах собственно Декке.

На холм, над Сирваном, два зиарета очень красивые и жилища для дервишей (текье или декке). Все наполнено гробницами в хорошем состоянии; одна из них в небольшой отдельной комнате, в левом зиарете смотря к реке и входя со стороны пальм, очень примечательна: две прекрасные плиты светло-синевато-серого мрамора, отличной доброты и полировки; одною обложен правый бок гробницы; другая стоит в головах; первая девяти четвертей длиною и одного аршина шириною; [426] другая имеет полтора аршина вышины и около одного — ширины; обтесана клином кверху: толщина обеих досок в три пальца; на них высечены грубо какие то арабески, эмблемы и надпись. Видно только, что доски принадлежали к драгоценной мраморной обделке какой нибудь древней постройки.

Зиарет конечно построен на месте древнего здания из его же материалов, и один из кирпичей его кладки, как я заметил, четыреугольный в 6 вершков. Около этих мест был род увеселительного замка Сассанидов (Риттер). Две пальмы; сад с плодовыми деревьями и небольшой посев дают прелестный вид этой группе построек, из которых средняя — зиарет, небольшой, но замечательный прекрасною архитектурою, в виде отрезка дорожчатой колонны. На гробнице, где плиты, находится небольшая булава из белого грубого мрамора; верх дорожчатый; и конец не более того, как сколько нужно, чтобы держать в руке.

Сирван здесь очень широк; вода велика и чрезвычайно быстра. Несколько рукавов идут по низменной долине реки около главного русла; все вместе до полуверсты в ширину. Против Декке переправа на келеках по дороге к Кифри. За Декке, тотчас, хребет Мюрвари упирается в долину реки, оставляя однако узкую дорогу между своей подошвой и долиной. Этот дефилей слишком через полчаса выходит на пространную долину; артиллерия может пройти в одно орудие; кавалерия и пехота пройдет рядами. Возвышения справа, не крутые и не выше 150 футов, доступны рассыпной пехоте и отдельным всадникам; справа выходит дорога, идущая между развалом Мюрвари вдоль цепи; она соединяется с другой, по которой мы шли из Бинкудре в Ханыкин 29 Декабря. Далее дорога все сохраняешь характер дефилея, проходя между холмами Мюрвари, до выхода своего в равнины Бинкудре. [427]

Лагерь наш при кочевье Баджиданов на правом берегу Сирвана против Мюрвари; большой тепе Кара-булах; на вершине большой зиарет из кирпича.

18 Апреля. От лагеря в Бинкудре до Куррету (устья речки) 5 ч. 40 м.

Ехали через Гяурь-тепе 55 минут, подле деревни, где начинается шоссе, по которому выехали в Декабре с Англичанами. По близости Гяур-тепе отделяется от шоссе ветвь его на Ханыкин, и другая к Куррету. Лучше других сохранившееся шоссе то, по которому мы шли от Мюрвари.

Сын Омер-аги, старшины Бинкудре, говорил нам, что древних дорог в этих местах пять: одна у лагеря до Гяур-тепе; другая, оттуда в Зохаб, вероятно к Бан-зерде; третья, к Куррету; четвертая, к тепе Ануширван, к развалинам древнего моста, — вероятно в малую воду. В Декабре мы не могли их увидеть на левом берегу Сирвана; пятая, к Ханыкину. Кажется, впрочем, что все эти дороги, расходившаяся от Гяур-тепе, как от центра, были насыпаны щебнем только по низменной равнине Бинкудре, где и теперь видна, по частям, насыпь; иные же части дороги размыты водою из каналов или запаханы и засыпаны. Постройку их приписывают Хосрою и место это, т.е. большую часть Бинкудре, жители называют Дешт-зар-и-Хосроу (поляна Хосроева). См. у Риттера Дестагерд (Дестаджирд).

Гяур-тепе не очень высок, саженей 10 отвесных; он сохранил следы фундамента, совершенно сходного с фундаментом дворца Хосроя в Каср-и-Ширине, но гораздо в меньшем виде. Возвышенная часть, где были собственно комнаты дворца, имеет около 50 шагов в боку площадки. Тут кладка кирпичного фундамента прекрасная, с цементом; эта сторона смотрит на реку. Подле, в противоположную сторону, терраса и кладка из стоящих ребром кирпичей с цементом в 5 шагов ширины, обходит края террасы, указывая направление коридоров со сводами, [428] точно как во дворце Каср-и-Ширин и Хоуч-и-курре; бока террасы шагов около 80.

Возле Гяур-тепе видели в близком расстоянии меньшие курганы, означающие строения, принадлежавшие к дворцу; видны следы взъездов на террасу как в Каср-и-Ширин; коридоры со сводами стояли также на первой террасе с северной стороны, т.е. к службам, и спускаясь к этой стороне с Гяур-тепе. Мы съехали последовательно с двух террас кроме горки, образованной развалинами собственно жилой части дворца. Внизу сейчас начинается дорога к Зохабу; щебня на ней немного. По словам сына Омер-аги (или паши, см. выше), Хосрой должен был возвести эти насыпи по причине сильных грязей. Баджиланы, жители Дешт-зар-и-Хосроу, принимают его за место большого Хосроева города.

С вершины Гяур-тепе видны в 30 минутах большой курган Сейид-Мухаммед с двумя зиаретами внизу. В Декабре мы были на холме, видели фундамент, черепки и кирпичи — около часу до тепе Ануширвана за Сирваном; кроме того, много меньших холмов разбросано по равнине. Город, по этому очертанию, мог иметь часа два длины и более часу ширины, параллельно реке; степь не видно; находят древние вещицы; но мы не видали ни одной; мраморная доска в Декке без сомнения отсюда.

Далее Гяур-тепе, 50 минут до мельниц на канале от Сирвана. Все это пространство, от Мюрвари, прекрасно орошено и запахано; берег Сирвана низок, болотист, зарос кустарником. Далее, от мельниц час до высот Кашка, продолжения Ах-дага; они упираются в Сирван, разветвляясь как и Мюрвари. Дорога везде хороша и проходима, спускаясь иногда в долину Сирвана, иногда пролегая между холмами и разветвлениями Кашка. Здесь до реки Куррету граница округа Бинкудре, Баджиланов и настоящая граница между Турцией и Персией.

До реки Куррету всего от ночлега 5 часов. Перешли вброд выше колена. В 10 минутах лагерь на Сирване. Земля [429] хорошо обработана местами. На другой стороне реки развалины каравансерая Хан-и-Чакал.

19 Апреля Дневка.

Ширина Сирвана в разливе более 100 саженей; быстрота большая; левый берег возвышенный, местами обрывистый саженей в 10; на островах соловьи.

Подробности разбития каравана у Кале-и-Себз.

С этим караваном шел из Ханыкина посланный туда персидский офицер наш Химмет-Али. Караван остановился на ночлег у Кале-и-Себз, — не смотря на советы одного из людей продолжать дорогу до Каср-и-Ширина. Ночью, шейх с двенадцатью всадниками и десятью пешими сделал нападение; погонщики были худо вооружены и тотчас же разбежались; Арабы забрали караван, состоявший из трехсот мулов и убили при этом человека Ибрахима паши, вероятно за то, что он защищался.

Везде набитая, хорошая дорога вдоль берега Сирвана. Характер местности: возвышения и холмы, параллельно реке, с промежуточными долинами; два спуска и один подъем, довольно крутые, но проходимые для артиллерии, с помощью. В долине прекрасный травы, дятловина; дикая горчица; цветы; на Сирван большие деревья, дикая смоковница; розовый лавр, тростник. Берега ручья лесисты; рыба; холмы из конгломерата. Жилищ нет от Куррету.

21 Апреля. От ручья до деревни Мейдан, при устье речки Гаувасин, 1 ч. 50 м.

Дорога вдоль Сирвана; прекрасные места. Встретили касыда (пешего курьера). В 1 ч. 20 минутах от ночлега дорога идет берегом по карнизу над Сирваном, шагов 200; одно орудие может пройти за другим, но с осторожностью; далее Сирвана местность лесиста: кусты и между ними большие деревья; соловьи; речка саженей в 12 шириной; воды по колено; палатки, шалаши [430] и домики при устье но обоим берегам. За Сирваном тоже видны шалаши кочевья.

Жители Мейдаиа дервиши [см. выше]. На приглашение мое они отказались делать опыты с огнем. Вся пища их, по их словам, состоит из одного винограда.

22 Апреля. От Мейдаиа до подножия хребта Баму. Лагерь при Дербенд-и-хане 4 ч. 15 м.

Дорога спустилась с возвышенного берега, из конгломерата, в долину Сирван. Странные формы берегов. Перевал через предгорье, впереди Баму; в 2 часах 40 минутах высочайшая точка предгорья, откуда видно обратное течение Сирвана за Мейдан, т.е. на пространстве около 4 часов. Долина реки, у этого предгорья, переменяет характер: нет более кустов и болотистых лугов; берега сближаются и стесняют реку, ширина которой в разливе все однакож более 100 сажен и с многими рукавами; в летнее время ширину здесь можно полагать в половину этого. После перевала через высокую точку предгорья, изрытые овраги и несколько ручьев, одни возле другого, и в числе их Аб-и-Хершель, пересекают дорогу. Несколько спусков, подъемов и косогоров, очень затруднительных для артиллерии и даже невозможных без большой помощи людей и без переноски на руках и веревках; за этим перевалом луг с цветами по берегу реки и на нем развалины небольшого каравансерая Банихилан, где и переправа; летний брод; потом подъем и вход в Дербенд-и-хан. Тут выходит дорога из Зохаба в Сулейманийе.

28 Апреля. От лагеря при начале Дербенд-и-хан до Xершеля 1 ч. 45 м., несколько далее прежнего лагерного места.

Лагерь, в 500 шагов от деревин или кочевья. Племя называется Шереф-боини.

24 Апреля — От Хершеля до Шейхана 3 ч. через Хурин.

До ручья Аб-и-Хурин 1 ч. 20 м. Мелница, деревенька, пашни, сады. [431]

Поехали в сторону к развалинам замка; около 30 м. по живописной дороге вверх по ручью; сады, деревья — фиги, тут, конар; у подножия скал, где замок, остатки и следы жилей человек на 1000, такое же как в Федеке, Дербенд-и-хане и пр. Замок из 2 частей: первая часть доступна, лежит на вершине приступка скал; саженей 20 выше стена, складенная из нетесаных камней, но хорошо подобранных, связанных дурным цементом, перегораживала вход на скалу; тут были ворота; так называют это место и теперь — дервазе [ворота]; потом влево, остатки жилья, называемые жителями кушк — киоском, слева; а справа отвесная гладкая скала саженей в 20, потом с трещинами и с выступами еще саженей 30, а всего около 50 до главного корпуса замка. Он недоступен. В гладкой части скалы видны маленькие, высеченные углубления для упора ног при подъеме на веревках; иначе подняться нельзя; говорят, что там есть источник поды. На третьей террасе углубление, которое местный проводник назвал нам зиндан — темница. Говорили, да это и видно, что город и замок очень древни и что их строил Федам [?!].

От мельницы через 30 минут спуск в долину Шейхан. Многие следы жилья в том же роде, обработка и русла каналов, идущих с гор и выложенных большими каменьями; кладбище с деревьями; шалаши и кочевья; жители Шейхана вышли из ущелья; потом зиарет и лагерь но ручью, между тростников.

25 Апреля. От Шейхана до Сер-кале 3 часа.

В часе переехали речку Гаувасин; ширина ее 6-8 саженей; воды по колено; левый берег высокий, обрывистый; скала; ключ, образующий водоем; рыба; травы; дикий ячмень без семян; прекрасная пшеница. До лагеря — равнина.

26 Апреля. Дневка.

27 Апреля. От Сер-кале до Xаммам-и-Али. Дорога вся долиной; у Зохабской долины небольшой перевал; потом через следы древней стены в 2-х ч. от ночлега. Здесь степь как [432] полоса, на которой набросано булыжнику на несколько аршин в ширину. След стены этой виден до вершины Баму; в противную же сторону пропадает за горою Сюмбюле.

Зохабская равнина прелестна; покрыта зеленью и цветами и местами прекрасная пшеница.

В Хаммам-и-Али [купальня Али] пришли но той дороге, по которой в Ноябре следовали в Зохаб.

28 и 29 Апреля. В Хаммам-и-Али.

В Ноябре источник показывал 30° Реомюра. Теперь же утром в 9 часов он имел не более 28°, в полдень 24°, а вечером 26°. Под деревом, на вершине холма, над ручьем, где била разбита палатка секретаря Гамазова, в продолжение трех недель лечившегося в серном ключе от последствий солнечного удара, полученного им в Бендер-Бушире, погибли когда-то два человека от действия самума.

В то время, когда разбивали эту палатку, истреблено было людьми большое гнездо змей. Внизу около источника довольно большой луг, заросший высокою и густою травою, которая вся кишела змеями, так что к ключу из палатки нельзя было иначе ходить как по одной чисто обделанной тропинке, чтобы не наступить на гада. Лошади, пасшиеся тут, т.е. заходившие туда с высот, едва ли не ежедневно ужаливаемы были в морду; но яд был не сильный. Тепла было 31° Р. в тени.

Здесь я оставил М. А. Гамазова продолжать свои купанья и пошел на Сирван. Гамазов же, по окончании своего курса, обойдя с караваном комиссии и с Персидским комиссаром эту страшную дорогу, почти невозможную для вьюков, пошел на Сенне, ведя особый путевой журнал. [См. Прибавления: Дневник Гамазова, — Система р. Диалы и пр].

30 Апреля. От Хаммам-и-Али до Бисмирова, у подножия Далеху (или Далаху), 4 ч. 45 м.

До Зохаба 1 ч. 45 м. Далее, по долине, вдоль речки Дере-и-шир [ущелье или речка льва]. Долина волнистая: дорога идет [433] через Кале-и-Зенджир в Керманшах; вправо отделяется в Баба-ядигар трудная дорога. На вершину Бан-зерде подымается еще тропинка — Рох-и-мих [тропинка гвоздя]. До ночлега идут четыре параллельные дороги и сходятся на хребте Миля-и-джига; все они проходимы. Много лесу: дубы, желтая акации, тамариск. Вдоль речки, розовый лавр и большие кусты роз. Возвышение места ночлега над лагерем в Хаммам-и-Али, по барометру Гласкота 1530 футов. Всю вышину Далеху над равниной Зохаба, астроном этот полагает в 7000 фут.

Персидский инженер Али-хан приехал из Риджаба в Кале-и-зенджир и нашел дорогу очень трудною.

У ночлега много кочующих Татар.

Здесь, у подножия и на склонах Далеху племя Джафов Джеуанрудских (Джеванрудских).

1 Мая. От Бисмир-ова до Палана 2 ч. 40 м.

Сперва подъем, полный час; потом долина с кочевьями; далее еще подъем; всего около 1ч. 50 м.; потом перевал и склон к северо-востоку. Воды отсюда уже текут в Зимкан. Вся дорога трудная, и для отряда с артиллерией непроходима. Четвертая дорога, по которой ехал Огранович, главная и идет через подъем Миля-и-джига.

Палан и все встречавшаяся нам возвышенные долины прелестны: хорошо орошены горными источниками, бегущими с Далеху; местами хлеба.

Много скота у Джафов, — коров под попонами и табунов хороших лошадей.

Северо-западные склоны Далеху имеют снег в лощинах. Капмат уже совершенно другой, чем тот, который мы нашли накануне в Зохабе; мы имели здесь в 3 часа пополудни 19° Р.

Вид на окрестные горы прекрасный: Хане-и-Шур и гора, на которой Дерне; все вершины цепи Авроманской покрыты снегом. Место это на 900 ф. выше Бисмир-ова.

2 Мая. От Палана до Каратувана 1 ч. 30 м. [434]

Место это ниже предыдущего на 30 футов.

От Палана спуск к ручью. Характер дороги тот же. Во время обеда, вечером, вой волков, которого мы до сих пор на границе не слыхивали. Говорили, что в горах здесь есть и медведи.

3 Мая. От Каратувана до Кале-и-зенджир 1 ч. 20 м.

Через 30 м. обогнули северный склон Далеху и завернули к востоку. Эта часть дороги такая же как и прежняя: несколько косогоров, непроходимых для артиллерии; пехота должна следовать но одному человеку, а всадник проедет с трудом. Впрочем ниже, по всем оврагам, и здесь саперы могли бы поправить дурные места. Нижнее склоны Далеху, где дорога идет по косогорам, состоят из сланцеватого аспида. Вершина Далеху вся опоясана скалами. На восточном ее фасе тоже есть снег, но в меньшем количестве чем на северном. Дорога, вдоль восточного склона, хороша; вид прекрасный; дубовые леса, пастбища, ручьи.

Кале-и-зенджир, в которой, по преданиям, Ануширван держал своих арестантов на цепи [зенджир], лежит у подножия восточного фаса, на отдельном конусе; развалин не видно; но сказывают, что на вершине они есть; подле конуса, другая отдельная скала столообразная, ниже его.

Из нашего лагеря видна снежная вершина Перроу и скала Келан-казы, до которого отсюда около 8 часов; до Керманшаха около 12 часов.

4 Мая. От Кале-и-зенджир до Дешт-и-вур или ур (в Сенне произносить Дешт-и-бур) 3 ч. 30 м.

Через 1 час вышли на дорогу из Керманшаха в Сулейманийе на долине Дешт-и-лейль; вправо, т.е. к Керманшаху, осталась долина Дешт-и-мурд.

Через 2 ч. 50 м. долина и ручей; стадо прекрасных коров; подъем; ключ на самой дороге; и потом довольно большая равнина Дешт-и-вур. [435]

Лагерь. Дорога большею частью хороша, но местами без обделки, непроходима для артиллерии. Из лагеря видно, в совокупности с Далеху, как бы огромное плато, обставленное внизу волнистыми, второстепенными горами. Жители говорят, что на вершине конуса Кале-и-зеиджир, на одной из скал, внизу, есть остатки крепостной стены. Глядя на конус со стороны равнины, ему можно дать до тысячи футов возвышения; со стороны же горы меньше на половину.

5 Мая. Ночью воры. От Дешт-и-вур до деревни Ванисер примерно 1 ч. 30 м.

Караван пошел прямою дорогою, на которой, по словам жителей, есть места очень опасные по косогорам над пропастями.

Я с Ограновнчем и английскими съемщиками отправился на гору Сарраджин. С вершины ее, после часового подъема, мы увидели реку Зимкан; она течет на большой глубине между утесистыми ущелиями; ширину реки можно полагать саженей до 20, хотя сверху она представляется не шире ленты; тут же впадает в нее речка Дерне, выходящая из ключей, часах в 5 выше этого места под названием Берд-и-зенджир. До впадении своего в Зимкан она разделяется [?] второстепенною каменного грядою. На мысу, перед устьем, развалины Дерне (проводник, из Зохабских Курдов, выговаривал Дорне).

Развалины этой крепостцы видны на скале; внизу следы жилья, скрытые местностью; проводник наш там бывал. За Зимканом и его притоком Дерне, хребет Серабенд (или Сер-аван); за ним виден, кое где в развалах, Авроман со снегом, а далее Шаху, на котором еще более снегу. Все эти три хребта и еще четвертый, на котором мы находились, подымаются постепенно один выше другого по направлению к Шаху.

Дерне, дававшая, со времен султана Мурада IV, название свое, вместе с Дер-тенгом (Риджабом), всему пашалыку, похожа по своему положению на разбойничье гнездо под защитою двух высоких скалистых гор. [436]

С вершины горы прямо в долину Ванисер до нашего лагеря 1 час. Везде лес, трава, цветы. Конвойные убили каменного барана, каких мы видели в Мургабе. На этом же переходе видели люди наши горного оленя.

6 Мая. От долины Ванисер до долины Гуле полтора часа.

Дорога вся хороша; но для артиллерии нужна местами обделка; деревья, цветы, огромные дубы около сажени в обхвате.

Еще о флоте Ост-Индской компании. О Басадоре, Бендер-бушире, Шейх-Насре, Бендер-Аббаси, Хышме и Хормузе.

Сведения сообщенные морским офицером О. И. К. Джаксоном.

Ост-Индский флот имеет от сорока до пятидесяти всякого рода судов, паровых, за весьма малыми исключениями; и именно все его парусные суда — в Персидском заливе. Флот хотят увеличить, и потому слух, что его соединят в 1854 г., по истечении срока компанейской хартии, с королевским, полагаюсь невероятным. Пушки на судах нового образца, с курками, большого калибра; они удобны тем, что при качке артиллерист может поймать глазом через прицел неприятельское судно и тотчас выстрелить.

В Басадоре (на острове Хышме) жить приятнее чем в Бушире: хорошая вода, плоды, дичь, говядина; климат не дурен, хотя жарко.

Шейх-Наср выстроил в Бушире новую батарею против Англичан [sic!]. Воюя однажды с Тенгисманцами, он сделал вылазку, прогнал неприятеля и убил у него человек 50. Когда его сменили, он спасся на судах и пробыл на рейде более месяца; персидские солдаты выходили против него на лодках три раза; но всякий раз их так укачивало, что, подойдя к судну Шейх-Насра, они не в состоянии были драться и возвращались. Шейх убежал затем на остров Карак [Харг], а оттуда к Арабам в устье Ефрата, где живет и теперь. [437]

В Бушире сын ширазского начальника Каввам-эль-мулька. Персидские солдаты грабят в городе, особенно но ночам. Жители привержены к шейху Насру.

Бендер-Аббаси принадлежит по понятиям Англичан, Шаху; а Хышм и Хормуз — Имаму Маскатскому.

7 Мая. От долины Гуле до долины Шейх-Селя 3 часа 40 минут.

Характер дороги тот же: дубовые леса, горы; одна цепь, справа, большая, — слева, меньшая; склоны, которые пересекают дорогу, все сланцевые; известковых формаций нет; много ручьев, небольшая речка саженей 5 в ширину, впадающая, в 3 часах от ночлега, в Зимкан.

Несколько мест по дороге непроходимы для артиллерии без большого исправления.

В получасе, несколько в стороне, на ручье, втекающем в речку Телямиз, два прелестных водопада, — один с высоты пяти сажен падает в ручей двумя уступами; другой прямо из ключа низвергается с утеса, почти с двадцатисаженной высоты, в самое ложе Телямиза.

Все воды в этих горах текут в ущельях чрезвычайно обрывистых и глубоких, так же как и Зимкан; во время таянья снегов и дождей они должны быть непроходимы.

Этот лагерь ниже предыдущего на 800 футов.

8 Мая. От долины Шейх-Селя до Деруля, у подножия горы Бизель, на Зимкане, 2 ч. 30 м.

Дорога такая же, только несколько мест еще хуже и опасных даже для всадников. В двух часах переход через Зимкан; потом, одна за другою, еще две речки, шириною саженей по двадцати пяти, глубиною выше колена; броды очень дурные от камней. Перед лагерем большой подъем по долине Зимкан на первое плато горы Бизель. Здесь много змей; большие [438] рыбы; горные козы; много розового лавра, мирта, роз, — особенно хороши белые.

9 Мая. От Деруля до устья Зимкана 1 ч. 20 м.

Дорога по склону Бизель; местами опасна; для артиллерии непроходима и для конных чрезвычайно трудна.

Зимкан течет по скалистому грунту скалы ступенями; склон очень заметен на глаз.

10 Мая. Переправа через Сирван. Ширина от 30 до 40 саженей. Переход от Лавран 1 ч. до подножия горы Недор, с которой видна в профили долина Шемиран до Дербенд-и-хан.

Дорога идет самым берегом Сирвана, который подходит к ущелью в Шемиране. Река суживается, разделяется на рукава, образуя острова; стремительность очень большая; на берегу развалины деревеньки, посевы, множество кустов с желтыми цветками; тростник; источники; развалины древнего моста, построение которого приписывают Ануширвану; половина устоев правого берега очень высоки, в виде развалин башен; а к левому, через другой рукав, в виде устоев на Гаверуде. После этого низменного берега, крутой и высокий подъем; одно место опасно для вьюков; при окончании подъема, деревья; могилы; на одной из них, обложенной камнем, поставлены две деревянные птички, грубо вырезанные; это, говорит легенда, могила черного всадника, который хотел запретить Ануширвану строить мост и в первую ночь, когда царь удалился в Шемиран, разрушил всю работу.

11 Мая. От горы Недор до Бакр-абада (Бакр-ова) 2 ч.

Прекрасная долина с деревней Гунна; за деревней засеянные поля и легкий спуск в долину Шехризур, где стояли лагерем комиссии английская и турецкая.

Огранонич, для съемок, поднимался на гору Недор по хорошей дороге, которая переходить в Шейх-Мейдан, от древнего моста; теперь не видно, ни дороги ни тропинки, но конечно через мост проходила дорога из Шемирана. [439]

12 и 13 Мая. Бакр-ова. Ходили на тепе; кругом ров, глубокий и широкий, саженей в 10, теперь сухой; возле, ручей и деревня; высота тепе саженей 20; поверхность шагов 450 в диаметре; середина впадиной; по краям были валы или стены; на тепе находят древние монеты.

15 Мая. От Бакр-ова до Гюль-амбара (Кюлембер) 2 ч. 40 м.

Местность все понижается. Отсюда, часах в восьми, есть горные кристаллы; но мы не могли узнать, где именно. Речка Зельм. Местами много грязи на равнине; хорошая вода и в Бакр-ова, и здесь; много ручьев; каналы; кое где деревни; лагерь Джафов; воздух сыр и удушлив; сильный запах от травы.

Ниже по Зельму еще сырее; под высоким и густым клевером вода и грязь; в виду много древних курганов.

В 1 часе 10 минутах гора по средине долины и островерхий курган. В 1 часе 40 минутах переехали широкий канал, отведенный из Зельма, в котором быстрое течение воды, шириною сажени 2, 3, а глубиною не более полуаршина.

Потом, через час приехали к началу ущелья Тенг-и-Зельм. Прекрасное течение речки водопадами. Канал отходит здесь. Растительность; деревья: тут, дикий виноград в цвету. Воздух пропитан ароматом. Развалины, фундаменты, все без цемента как в Федеке; пещеры в горах, ниже замка Зельм — Кале-и-Зельм (у Риттера — Шехризур).

Лагерь в 15 минутах оттуда у северного подножия развалившейся крепостцы. Отсюда видны на вершине горы, ниже Авромана, развалины Зельма; До них и до истока речки Зельм оставалось 45 минут. В тенге шли по трудной тропинке, которая идет и далее, через Авроман, но еще хуже, и доступна только пешеходам.

Источник Зельма очень сильный, а в 45 минутах от истока, Зельм уже образует речку саженей 6-8 ширины.

Абдур-рахим-бей, владетель Гуль-амбара, посетил меня. Обыкновенно, в это время он уходит в яйлак, в двух [440] фарсангах отсюда, выше источника Зельм, к горам Авромана; но теперь остался для встречи комиссаров; люди его ушли. Сам он живет большую часть времени в Сулейманийе (Риттер).

Халебча у Турок, Аляф-джа (место пастбища) у Курдов, есть небольшой округ; несколько деревень с 250 дворами всего. Владетель Шейх-Али. У Риттера совершенно неверные сведения о Халебча.

16 Мая. От Гуль-амбара до Зейдана 2 ч. 30 м.

Осматривали развалины Гуль-амбара.

Над нашим лагерем скалистый холм саженей 30 над равниной. Он соединяется хвостом, около полуверсты, с другим скалистым холмом пониже первого; на обоих есть развалины; вершина первого имеет около 200 шагов в диаметре, окружена основаниями стен и больших башен; кладка по южной стороне еще цела на полтора роста человеческого и состоит из камней, очень хорошо отесанных, черно-синеватого плотного известняка. Основание состоит из камней меньших размеров, булыжных с цементом; в середине все наполнено следами строений; все это могло быть крепость с дворцом. Толщина стены видна на пять шагов. Стена продолжается по хвосту большого холма до меньшего. В одном месте видна такая же хорошая кладка как и упомянутая выше; но камни еще больше; на малом холме, развалина очень хорошо сохранившаяся: четыреугольная башня в 20 шагов в диаметре, из такого же тесаного камня прекрасной кладки; верху нет; но внутри целы еще правильные прорези, три к северу и два к востоку; между окон следы нишей, как в Персеполисе; высота остатков башни от земли сажени 3, 4. Внизу башни входит, и конечно прежде входила, дорога стесненная рекою Зельм с одной стороны и скалой, где башня, с другой. Должно предполагать, что это были городские ворота. Закария Казвини, без сомнении, про эту башню и говорит (у Риттера о Шахпуре). По западному склону этих двух холмов расположена новейшая курдская деревня Гуль-амбар или Кюлембер; [441] дома все сложены из булыжника и вперемежку с развалинами; в углах видны тесаные камни. Около деревни течет Зельм очень живописно, быстро, водопадами, около 10 саженей шириной; Зельм не глубок, обставлен деревьями, между которых много тополей.

Через реку переброшен древний водопровод, от которого видны стены. В деревне, большая мечеть с портиком на деревянных столбах, с довольно высоким кирпичным минаретом; — кирпичей больше этих я нигде не видал, ни в строениях, ни в развалинах. Против башни, у речки, серный ключ, составляющий бассейн аршина четыре в диаметре; светлый, теплый. Бассейн обнесен четыреугольной каменной оградой со входом в роде комнаты без крыши. Кругом, в равнине, к западу, разбросаны курганы, числом около 10 или более, на получасовом пространстве. Многие из них очень значительны. Все это вполне доказывает, что Кюлембер есть древний Сиахур-и-Диздан. Курганы означают первый, город разоренный Ираклием; а второй — Арабский и Курдский город. Ключ, о котором говорит Тавернье. Внизу Тепе-и-Зельм, следы жилья и садов. Скорпионы и змеи, особенно когда трава высыхает.

От развалин, дорога идет вдоль низшей гряды гор Авромана; последняя, на глаз, от 2 до 2 1/2 тысяч футов над равниною Шехризура. В 1 ч. 30 м. ручей, приток Зельма; много каналов; посевы жита и пшеницы.

В 2 часах 15 минутах остановились; вдали увидели пожар; у жителей есть враги, которые жгут их деревни, когда они опустеют в яйлачное время. Ночлег на пахотном поле, возле пустой деревни Зейдан. Жарко; душная ночь.

17 Мая. От Зейдана до Наль-па-риза [наль — подкова; па — нога; риз — сыплющий, теряющий] 4 часа.

В 30 минутах деревня на ручье. В 1 ч. 45 минутах речка и вправо проход Чихан.

По вершине, горы проходит настоящая граница. [442]

Остановились под тутовыми деревьями. Здесь начало дефилея.; который продолжается во весь переход. Дорога камениста; но проходима, с поправками, для артиллерии; при обороне трудно пройти; от равнины Шехризура все в гору; множество ручьев и источников.

Ночлег на реке Гав-и-сур [красная корова; сур вместо сурх]; средняя ширина саженей до 10, очень быстра; на берегу розы. От ночлега, вниз по речке, дорога в Кале-и-Чувалан или Калачоэлан [вероятно Калаче-илан — змеиная крепостца].

18 Мая. От Наль-па-риза до Пендживе.

Стали лагерем на долине Кызилджа. Сперва дорога около реки, — для артиллерии непроходима; прекрасный водопад с радугой; в 2 часах впадение реки Кан-и-ленге (хромой ключ) в реку Гав-и-сур. Мост на каменных устоях через Гав-и-сур.

Дорога через мост, Пурд-и-Насрулла [пурд, по курдски, мост] в Шехризур; отсюда начинается долина Кани-Манга с пашнями, групами деревьев; на горе везде дубовый лес; характер гор, после равнины Шехризурской, как в Сенне, гроздеобразный. Через 1 ч. 30 м, перевал в долину Пендживе или Пенджвин (Пиджвй), местечко вправо в 30 минутах у подножии гор; округ Кызылджа.

От лагеря в Кызылджа до пограничных деревень Бенавасуте и Бай-ова 3 ч. 45 м.

Через час дорога разделилась: прямо — к озеру Зерибар или Зирех-бахр [кольчужное море, потому будто, что, во время зыби, сверкает на солнце как кольчуга], большая дорога в Сенне. Мы пошли правее на Пенджвин.

До деревни от лагеря 45 минут. Подход очень красив: деревья, фруктовые сады; розы красные, белые, желтые, гранатового цвета, бархатные с желтыми полосками по краям.

Пенджвин, если не местечко, то хорошая деревня; между жителями есть Евреи; оттуда трудный подъем час с четвертью [443] до вершины горы Сиях-кух. Гранит, железная руда. Видны: Авроман, Шехризур, Баму, Куррекяжоу, очень высокий, голый пик, горы Бане. На Авромане снег и на многих других вершинах к северо-востоку.

Спускались с гор пешком; ключи; долина Бай-ова с деревнями: персидская Бай-ова, и Бенавасуте, турецкая. Сюда выходит дорога, через проход Чихан и Шехризур; мы оставили ее вправе, не доходя до Наль-па-риза. От вершины горы до деревни 1 ч. 15 м.; при спуске много деревьев, дающих манну; листья светло-зеленые, блестящие, похожие на буковые; манна садится на листья, как роса; сладка на вкус с особенным ароматом.

22 Мая. От деревни Бенавасуте и Бай-ова, до лагеря на озере Зерибар, через гору Кучелус, 4 часа.

Караван пошел по дороге, вышедшей из Чихана; а мы поднялись но трудному, особенно для всадников, подъему, в прямом направлении к озеру. Потом дорога идет в прекрасном дубовом лесу, потом по двум небольшим обработанным долинам и потом через проход Нули в долину Зерибара. Не доходя до Нули, мы повернули на гору Кучелус.

До вершины от ночлега 1 ч. 45 м.; подъем очень трудный; но верхом. Я упал с лошадью на вершине. Видь — на озеро, внизу, на горы Курдистана и, между прочим, на горы Сулеймании. У подошвы, Тенг-и-нули — и дорога того же названия. Спуск с горы пешком, без тропинки, очень трудный, скользкий. 35 минут до деревни внизу Кышлак Енгидже (новое зимовье); оттуда, по прямой линии, до лагеря, менее часу; но кругом болотистого луга 1 час 30 минут.

23 Мая. Дневка на озере Зерибар.

Огранович поднимался на ближайшую возвышенность для съемки восточного склона Авромана и всего Меривана.

Курды уверены, согласно легенде, что озеро лежит на месте провалившегося города. [444]

Авроман бунтует против вали, который приготовляет туда экспедицию. Вали может выставить до 12,000 войска.

Жители Сакыза лучшие стрелки. Слабость Авроманцев заключается в враждовании их двух султанов.

Мериван богат садами; много неприступных места.

Видели сильную росу около озера; это начало лихорадочной эпохи; вода здесь ключевая. Туземцы пользуются хорошим здоровьем; но говорят, что пришельцы болеют лихорадками, — хотя и не долго. Жители подвержены глазной болезни, так же как и в Шехризуре (Риттер). На озере много диких гусей; охотиться нельзя без лодки, так же как и удить, по причине камышей, которыми густо заросло озеро у берегов. Видимая длина озера 1 ч. 30 минут; ширина более 30 минут.

24 Мая. От Зерибара до Кан-и-серда [холодный ключ] 3 часа 30 минут.

Сначала по Пендживииской дороге; потом вправо перешли речку Чам-и-нейзе [берега тростниковых копий] в 1 ч. 20 м. В двух часах перевал Миля-ках, по которому проходит граница [миля — луг; ках — солома]. Спуск в долину; деревня Соуджи, жители которой подданные турецкие, а земля, по словам Персиян, персидская. Вскоре долина и ручей Кан-и-серд.

25 Мая. Дневка.

26 Мая. От Кан-и-серд до Абдалана 2 ч. 45 м.

Дорога шла извилистою чертою, принимаемою вообще за пограничную; турецкие владения врезываются клиньями в персидские земли. Персияие утверждают, что Турки силою овладели этими участками.

Дорога вверх по речке; горы все покрыты лесом; на некоторых вершинах пятна снега; множество источников; дорога прекрасная, исключая небольшой перевал перед самым мензилем; всадники должны следовать по косогору по одиночке с большою осторожностью; склоны гор везде из слоистого аспида; в долине посевы. [445]

Полковник Вильамс, только — что объехавший племя Джафов, рассказывал, присоединяясь здесь к русской комиссии, что Джафы здесь на летнем кочевье; они пришли из Шехризура чрез Шемиран. У одного старшины Ахмед-бея до 2000 палаток; у другого Кей-Хосроя до 1000. Есть еще несколько мелких старшин, имеющих по 200 и по 300 палаток. Персияне жалуются, что они разоряют деревни; по признанию самих старшин, они уже 64 года не платят за пастбища. Это Джафы Сулейманийские; но кроме этих еще около 500 палаток остались в Шехризуре, по несогласиям с другими. Эти-то последние жгли деревни в Шехризуре.

27 Мая. От деревни Абдалан до Хашхаша [мак, опиум] 3 ч. 20 м.

Дорога вверх по речке Шилир, от которой и округ носить свое название; через 2 часа перевал каменистый, но проходимый для артиллерии.

Здесь проходит граница.

Начало речки Чали. Сейчас за перевалом речка Хашхаш; на ней мы нашли табун джафских кобылиц, до 200, и прекрасных мулов; говорили нам, что все это или краденое, или отнятое силою. Весь переход узкою долиной; горы покрыты богатыми лесами, дубом, буком; по берегам речки серебристые ивы; все деревья в цвету; розы; мак удивительной величины и красоты, цветок в диаметре до четверти аршина; от мака и округ, и речка получили свое название. Местечко это принадлежит Персиянам. Два пункта по дороге непроходимы для артиллерии и едва доступны даже всадникам. См. сарп.

29 Мая. От Хашхаша до Шипенаджу 3 ч. 50 м.

Дорога вверх по речке Хашхаша; потом перевал к речке Джакату, выходящей из Мериванского округа; тут разом кончился лес на горах; только около Джакату тополи и большие кусты роз разных цветов. До речки 1 ч. 30 м.; ширина ее около восьми сажен; воды много и рыбы также. [446]

Деревня Дех-и-Кази [или гази?] [деревня судьи]; лошади здесь смесь арабской крови с персидскою и курдскою. От деревни большой подъем 30 м.; оттуда дорога вьется тропинкой по косогорам, особенно вдоль речки [в журнале названия нет]; — она непроходима для артиллерии. С подъема видны горы: Ахунд Кан [?] со снегом и большие высоты за Сулеймание, тоже со снегом; в 50 минутах деревья, потом речка Хафтан [а быть может Хяфт-тэн — семь тел, или семь человек, тут быть может погребенных; быть может также Хуфтан — спящая] и деревня Сифет-Али и вверх по ней лагерь у деревня Шипенаджу.

В горах видели гранит с железистым блеском и много твердых железистых скал синего и черного цвета; также тальковые скалы.

От Кан-и-Серд до подъема Ноухан, турецкого округа Шилир; оттуда до подъема при Дех-и-гази, персидского округа Хур-хуре; далее Сакыз; речка Джакату сначала отделяет Хурхуре от Сакыза, но не на всем протяжении.

30 Мая. От Шипанаджу до лагеря в получасе от Баян-дыра.

Караван прошел дорогою вдоль речки Хафтан. В продолжение 3-х часов дорога чрезвычайно дурная и опасная; мы пошли на гору Бахтиар, получившую свое название от цветов, тут растущих; до вершины 1 ч. 45 минут; подъем очень трудный, целиком; я упал на нем; около вершины клочки снега; спустились лучше, по тропинке; множество незнакомых растений на горах; кочевье Джафов. Между растениями есть одно со сладкими стволами, похожее на наш дягильник; его едят и кормят им скот; лошади от него жиреют; его заготовляют на зиму вместо сена; видели Джафов, которые вязали его в пуки. В этих местах заготовляют фураж на зиму на четыре месяца.

От вершины до деревни Баяндыр (или Баяндере), у подножия, два часа. Оттуда оставили дорогу и повернули, через речку Хафтан, в возвышенное ущелье с ручьем и в получасе [447] стали лагерем, для травы, возле кочевья Джафов. Около деревни и в начале ущелья пашни; хлеб не очень хорош, как и весь виденный нами около Сулеймании в горах; редок, мал ростом и еще зеленый. Горы, по прежнему, как после перевала в систему Джакату без леса; но к основанию и около речек и ручьев, ивы, кусты роз, и смолистое дерево в цвету; также кусты геза и высокостволистого растения, на котором собирают камедь, тот самый, который Лофтус показывал в Керринде и около Баг-и-бустана; еще есть много красных колпачков, которые здесь едят; есть между ними и желтые колпачки.

Сказывали нам, что всех Джафов до 24.000 палаток. Вильамс насчитывал до 4500 палаток Сулейманийских Джафов; Мирза-Джяфар-хан — от 6 до 7000 палаток.

31 Мая. От Баяндыра (упоминается у Риттера в маршруте Рича из Сенне в Сулейманийе) до дер. Сурин 2 ч. 30 мин.

Дорога вся между гор и ручьев; один спуск чрезвычайно крутой и трудный. Мы не нашли и не слыхали где Кале-и-Бальм и деревня Мак (см. Риттер). Вообще за озером Зерибаром все здешние дороги непроходимы для артиллерии и для значительных отрядов.

Астроном Гласкот всходнл на гору Кале-Каджар с снегом для определении широты. Все горы, окружающие долину Сурин, покрыты лесом.

Три вершины Сурина (Сурен у Риттера). Берд-и-дут — весь хребет [?].

2 Июня. Дневка.

3 Июня. От Сурина до лагеря в Шейх-Ибрахиме 2 ч. 10 м.

Дорога по долине Сурин 1 ч. 30 м. Ветви хребта Берд-и-дуга с несколькими выдающимися камнями на вершине, из которых 3 явственно отделяются; о них говорит Рич (Риттер).

При выходе на поперечную долину Бане дорога в деревню [448] отделяется вправо; а влево — Шейх-Ибрахим. Обе соединяются, с дорогою из Кызылджа через Хатежаль в Ване.

3, 4 и 5 Июня. Дневка.

5 Июня приехал поручик корпуса топографов Цикорев, на смену заболевшему штабс-капитану Проскурякову, через Сенне, Зерибар н Хангежаль.

Бане производит особенно торговлю чернильным орешком, черешневыми чубуками, древесною смолою и пр.

6 Июня. Кладбище Шейх-Ибрахим; мечеть.

51. От Шейх-Ибрахим до Сер-дешта.

Через Бистане, Чем-Пароу, Сисаре, Ду-аван, г. Белу, Шынакса, Дулькан, Пурд-и-калька-пурд.

От лагеря у Шейх-Ибрахима до реч. Бистане 3 ч. 30 м.

Пересекли границу, перейдя из Персии в Турцию, часах в полутора. Дорога проходит по лесистым высотам; трудный перевал через второстепенный хребет; места прекрасный; все леса; дуб, бук, манные растения с лоснящимися листьями; — спуск особенно труден; для артиллерии эта дорога непроходима. Долина Бистане много ниже деревни Бане. Ветер дул иногда тепловатый.

Жители одной из ближайших деревень, увидя приближение наше, разбежались, приняв нас издали за Джафов, так как между ними есть неотмщенная кровь за убийство одного джафского вора; жители предлагали Джафам, в уплату крови, девушку и 50 туманов, но те не приняли, объявив им, что поквитаются с ними только тогда, когда убьют из них 10 человек.

Мы стали лагерем, не доходя получаса до деревни.

Река Бистане та же, что и Шилир. Здесь она от 6 до 8 саж. шириною; рыбы много. Деревня Бистане видна под горой, в долине. Возле нее горка с развалинами. Через Бистане проходит [449] дорога из Кызылджа, следовательно из Сулеймании, в Бане; мы пришли по ней; она непроходима для артиллерии. Другая дорога поперек этой, к юго-востоку на Хангежаль; не доходя его, направо — к Зерибару, через Кан-и-Серд, налево — в Ване, через Шейх-Ибрахим; прямо, несколько к востоку — в Сурин. По другому направлению этой поперечной дороги от Бистане мы пошли на следующий день.

Ночью была тревога: воры угнали двух лошадей персидского регулярного конвоя нашего, но бросили, потому что животные были изнурены.

7 Июня. От лагеря при Бистане до Чем-пароу 3 ч. 10 м.

Сначала до долины по речке, которая потом повернула влево, через ущелье, в долину Кызылджа; дорога пошла в гору. Вид на речку и на долину Бистане, с горы; видна снежная вершина Авромана. Речка Бистане густо обставлена серебристым тополем; после подъема дорога идет все горами.

В 1 ч. 15 м. от ночлега небольшая деревня; пересекли границу. Другая деревня в 1 ч. 10 м. от первой; воды; растительность; в одном источнике фонтан с трубочкой. Дорога идет с четверть часа, при выходе из деревни Сиях-гювез, между густыми деревьями, орешником и др.

Переход прелестными местами, но трудными для вьючных. Третья деревня; в ней чистенький новый дом с галереей, с деревянными колонами; возле него один итальянский тополь; виноградник, огороды; строения, за малыми исключениями, состоят из полумазанок и полуземлянок. Жители в разноцветных или в белых чалмах; одежды ярких цветов, между которыми чаще всего оранжевый и светло-синий. В Бане есть красильщики из Евреев (Риттер). Лагерное место очень тесное; но прохладное; даже в полдень свежо — от ветра, который беспрестанно меняется; он дует то от юго-востока, то от северо-запада и всегда холодный. [450]

8 Июня. От Чем-пароу до Сисаре [30 вершинная] 2 ч.; (а может быть Се-саре — трех-вершинная, и в таком случае, не Суринская ли это гора? см. выше].

Дорога очень дурная, вдоль хребта Суркеу, но которому идет граница, так все как и по северному его подножию; места дикие; кое где пашни; хлеб зимний, невыше 1/4 арш. На одном поле еще только поднимали землю.

Огранович, поднимавшийся для съемки на хребет, видел Бан-зерде, Баму, Сулейманийские горы и др. Ему сказали жители, что в ясный день виден Арарат (?). Внизу хребта, долина речки Кызылджа; местность Кале-Чувалан; впадение речки Гавесур. Склон хребта к югу глубже и изрыт; а к сиверу идет правильным валом.

9 Июня. От Сисаре до Ду-аван [две воды или реки] 3 часа.

Дорога все вдоль Суркеу; два большие спуска; три деревни; постройка домов из столбов с плетнем; крыши террас земляные; много домов с полугоры; так что крыши их вровень с дорогой. Много прекрасных орехов. Везде дубовый лес; много кустов и деревьев с признаками манны: род дуба с узкими длинными листьями с пильчатыми зубчиками; манна покрывает листья какими-то блестящими пятнами или как бы лаком. Средние деревни известны под собирательным названием Мериван; местами устроены загоны для скота из дубовых брусьев с плохими перегородками из плетня. Жители этих деревень, в числе трех, принадлежащих Персии, носят белые невысокие чалмы.

В 2 часах 20 минутах перешли через речку Билека, выходящую из Хангежаля, шириною в 6 — 8 сажень. Затем небольшой крутой перевал; влево видна большая конусообразная гора Гумо (Хуммыль) (Риттер); за перевалом в 40 минутах речка Бане; слияние их — Ду-аван. Лагерь.

10 Июня. От деревни Ду-аван до горы Белу (Bloo у Риттера) 2 часа. [451]

Переезд через речку Бане; ширина саженей 8; тотчас подъем по лесистым склонам Белу с перевалами; тропинка непроходимая для артиллерии; местами трудна и для конного; вправо видна Дешт-и-таль; везде дубовый лес по дороге; много плюща, равно как и на предыдущем переходе, лагерь у самой вершины; до возвышеннейшей точки 5 ч. 10 м.

Вид с Баму: внизу речка Бане; место моста Тейат; Кале-Чувалан; долина Сивел (Кызылджа); конус Гумо (Хуммыль); гора Мгдерун (Pir-gudrun у Риттера); вдали, вершины Паи-куле, Баму, Авромана и др. Южный склон Белу [говорили, что названии это искаженное балут — дуб] несравненно выше северного, примыкающего к Дешт-и-талю. Скал на Белу больших нет; палатки; стада баранов; огромные дубы двух родов: один, приносящий манну, с узкими зубчатыми листьями, в роде бука; другой, совершенно как наши дубы; манну отряхают с высоких листьев, которые срезают с тонкими ветвями; манна в виде толченого сахара.

Округ Бане платить вали 3600 туманов; деревень всех около 100, и только 5 из них уплачивают подать из произведений хлебопашества; прочие все — из сбора манны. Кустарника гез и здесь много; но манну собирают не с него, как мы видели в Хунсаре, а считают выгоднее собирать ее с дуба — мазу.

11 Июня. От вершины Белу до деревни Шанакса 4 ч. 30 м.

Спуск с горы до речки Бане 2 часа; тропинка сравнительно недурна, но для артиллерии непроходима; речка шириною около 10 сажен; воды мало, едва до колена.

Здесь речка составляет границу.

После, спуски с Суркеу; на другой стороне земля Сулейманиие; в 45 минутах первая деревня Меруа [Мехруэ — луноликая], о которой говорит Риттер; около нее чинар, сажени 1 1/2 в диаметре, похожий на березу; в часе далее еще деревня [название в журнале не записано]; обе прекрасные с чудесною растительностью вокруг; между прочим орехи до сажени в диаметре, [452] чинары, фиги, гранаты, абрикосы, сливы, тут, виноград, черешни, вишни, отличный табак и пр. Дома хорошо построены; в водоемах фонтаны с трубочками; жители в белых чалмах, и многие в белых рубахах сверх белых шальвар, как у наших крестьян. Оттуда в 50 минутах еще деревня [также название не записано]. Здесь стали лагерем. В 30 минутах от первой из этих двух деревень и в 20 минутах, не доезжая второй, видна река Келу (Персиянами называемая Келась), выходящая водопадами из скал, и впадение в нее речки Бане; вода на поверхности кажется зеленою.

Дорога от Белу за рекой идет уже по турецкой земле, везде лучше нежели на персидской стороне реки; опасные места исправлены; но для артиллерии дорога и здесь непроходима. От лагеря идет дорога в Сулейманийе на деревню Дире, по которой ехал Рич. В этих ущельях много красной земли и красных камней, с протоками железных вод. На Белу много сине-сероватого камня, как в постройках Персеполиса и в колоннах Сузы.

12 Июня. В лагере было жарко; 28° в тени, что особенно было чувствительно после прохлады на высотах Белу и предшествовавших прохладных мензилей. Ночью вой волков и чекалки.

От деревни Шанакса до моста Тейат 3 ч. 45 м.

Дорога очень дурная и опасная; тропинка по косогорам над рекою Келу; несколько деревень очень живописных; сад огромный ореховый деревья; страшные скалы; река в каскадах шириною около 20 сажен; по правому берегу часть хребта называется Дару. Здесь река, так же как и мост, называется Тейат. Это дорога Кер-Портера из Сулейманийе, через Бей-туш и Сер-дешт. Видно устье реки Калачоэлана [вероятно Калача-илян, змеиная крепостца]. От деревни Дулькан, которая лежит на полугоре на правом берегу, до Сулеймании 12 часов. Ночь душная; в речке большие сазаны. [453]

13 Июня. От моста Тейат до деревни Дулькан.

Мост Тейат на трех устоях, сложенных из камня довольно грубо; на них бревна; длина моста 110 шагов, из которых только 30 вне воды с левого берега; правый берег — утес; дорожка огорожена на нем стенкою; ширина моста 2 — 2 1/2 аршин; одна середина надежна для провода животных и нужно спешиваться; при сильном ветре переход был бы опасен. Мост этот легко сделать удобным для переправы артиллерии, пересмотрев бревна и накидав поболее хвороста и земли. Река как поток, но не глубока. Здесь проходит дорога из Тавриза, через Сер-дешт, в Сулеймание.

Выше этого моста, до дороги в Сер-дешт, еще три моста: Алиаль, Пурд-и-кириве и [3-й в журнале не записан; должен быть Паленган]; но не все исправны. Дорога по подъему от моста к деревне Дулькан, на продолжении двух часов, и дурна и опасна.

С высоты, в часе от моста, у впадения реки Калачоэлан, которой направление можно усмотреть только по скалам, видны: по сию сторону-округ Шанакса с четырьмя деревнями; за рекою Калачоэлан — округ Махут (Мавут или Мавет); за рекою Келу — округ Алан-и-Сер-дешт. Дорога с моста прямо в Бейтуш.

После 1 ч. 30 минут пути, пашни, сады и деревня Коха-дехи; потом прекрасная деревня Дулькан; старшина ее Бекир-ага поразил нас своею величественною наружностью; он славный охотник, по его счету, ежегодно убивавший до 200 кабанов и до 50 медведей из ружья. Один из наших людей видел на горе медведя сизого цвета.

Встретили караван, следовавший из Тавриза в Сулейманийе с товарами, сказали с парчею.

Дарю не город (Риттер), а узкий проход между скалами.

14 Июня. От деревни Дулькан до Пурд-и-калька-пурд (мост над трещиною) 3 ч. 15 м. [454]

От Дулькана крутой, продолжительный, трудный подъем 1 ч. 30 м. до первого плато, откуда подъем на вершину Хуммыл [может быть это и есть Риттерова Гумо] 45 м. С вершины вид обширный: Па-и-куле, горы Сулеймании, Пир-Магдерун (Муг-дерре), горы Кой-санджак (по курдски гористый округ), Кале-Каджар, Кандиль — весь в снегу, место и сады Сер-дешта. По дороге много глыб белого и розового мрамора (Риттер). Леса, собственно на горах, как бы оканчиваются от Тейата. Сулейманийские горы и далее к северу обнажены; только кустарник и деревья в лощинах. Вершина Хуммыль называется Сер-и-сити.

Сделали привал в четыреугольной ограде, сложенной из больших камней; жители говорят, что это остатки огнепоклоннических зданий. С вершины 20 минут до плато и вскоре спуск крутой, длинный и трудный; 40 минут до ручья. Это караванная дорога из Тавриза в Сулейманийе через Сер-дешт; потом вскоре опять спуск ущельем до места ночлега. Это котел, окруженный высокими горами, так что едва-едва могли установить лагерь на площадке; речка в водопадах; растительность великолепная: плодовые деревья, орех, тут, груша, дикий виноград. Сильная жара; но не так душно как у Тейата.

15 Тюня. От Пурд-и-калька-пурд до местечка Сер-дешт 2 часа.

Калька значить трещина; мост так назван, потому что ниже моста речка Божар, приток Келу, врывается в ущелье большими водопадами; дорога ведет через речку, шириною около трех сажен, вброд. Пешеходы идут на мостик. Подъем крутой; местами опасная дорога; далее тоже все гористыми и опасными тропинками.

16-19 Июня. Сер-дешт. Местечко имеет 140 домов. Мечеть низкая с террасой без минарета, каравансерай; крепостца четыреугольная с круглыми башнями; внутри ничего нет; несколько деревьев; следы построек; терраса для палатки; жители сунниты; много виноградников; лозы подвязаны на тычках; [455] производится крупный виноград без косточек; табак хороший; в Бейтуше еще лучше; но самый лучший производится в округах Алане, Пиш-дере, Мерви и Шанакса.

52. От Сер-дешта до Ушнуе.

Через Кан-и-реш, Дарма, Селаре, Везне, Теркеш, Мергана, Лавен, Пасова, Марауи, Гуран-га, Шейхан, Келе-шин.

20 Июня. От Сер-дешта до Кан-и-реша 2 ч. 15 м.

Отсюда ведут 3 дороги в Лахиджан:

Первая, лучшая, но жаркая, по долине Келу; по ней поехал поручик Цикорев; по средней пошли наши караваны; левая хуже всех; она идет по границе, и потому мы пошли по ней.

От Сер-дешта подъем. Вид на местечко. Перевал в долину Пурд-и-калька-пурд. Второстепенные горы, равно и нижние склоны больших гор, покрыты лесом и кустарником; вершины больших гор все обнажены; на долине несколько деревень; распашки; везде у деревни прекрасные сады. С мензиля подъем на вершину горы Ульфет 1 ч. 30 м.

Граница проходит здесь.

Вид на Пиш-дер: большая равнина, орошенная рекою Келу и несколькими другими ее притоками; невысокий хребет с проходом Бабан, местом [судя по названию] происхождения наследственных Сулейманийских пашей, отделяет ее на запад от Кой-санджака, которого местность видна; к северу страшный хребет Кандиль, почти весь покрытый снегом; — когда мы смотрели на него, столб дыма поднялся из его трущоб.

Лахиджан за хребтом средней высоты. Видно много гор на юге и на западе Кале-и-Каджар, Белу, Хуммыль и др. На горе яйлак курдский; большие стада коз. Мы возвратились в сумерки в лагерь. Дорога этого перехода непроходима для артиллерии. [456]

21 Июня. От Кан-и-реша до Дарма 2 ч. 45 м.

Дорога очень дурная и опасная; она сначала обогнула гору Ульфет, оставляя ее влево. Прошли несколько деревень; по долине речка; сады и вообще растительность чудесные: дуб, тут, орех, груша, яблоня, абрикос, кислые ароматные ягоды, в роде дерена; дикий виноград, вьющийся по деревьям, много незнакомых деревьев и кустов. Лагерь в прекрасной небольшой долине на берегу речки Дарма; кругом горы с лесом; ширина речки саж. 6-8; она очень быстра.

22 Июня. От Дарма до Селяре 1 ч. 30 м.

Речка Дарма выходить из Везне, течет в Пиш-дер и впадает в Келу; она обставлена серебристыми тополями.

От ночлега, сначала Дарма; потом подъем крутой и трудный, по косогору. В горах много аспида и черного камня, также белых глыб крупно кристаллизованных (грубый камень или кварц).

Были на вершине горы Хузн (грусть), немного в сторону, при окончании подъема в часе от ночлега. Потом спуск в долину Сован с деревней того же названия. Оттуда небольшой перевал и ночлег. С вершины Хойхой к северу снежная гора Халяля, где и округ того же названия.

По расспросам.

Пиш-дер. В этом округе деревня Даришмана (Риттер). Отсюда происходит род настоящего Сулейманийского вала. Родоначальник его был Хан-Ахмед-хан; у него было 2 сына: Бедах-Султан-Мукри и Сулейман-Паша-Баба. Курды говорят Баба или Бабан; быть может упомянутое выше ущелье этого имени получило свое название от того, что тут поселен был или сам Сулейман-паша, или его преемники; мы этого не узнали.

Мукри большое племя, живущее в Шараване, Дахиджане и Соудж-булаке (холодном ключе).

Подразделения Мукри: [457]

Малькери — в Бавране;

Бераджи — в Дарма, в Казан-Бевра-журю-Абдальан;

Баси-Кудеси — в Сер-дештп., в Шельмам-Гёрмез;

Кельви — по реке Келу или Келуй;

Говурьк — вверх по реке Келу, по ту сторону;

Нален, Алан — в Бейтуше (у Курдов Бетуш).

Округ Марга (или Миргана?) и за ним Мавут принадлежат к Сулеймании.

Пиш-дер, к Кой-санджаку, так же как Соран, соседний Пиш-деру.

Аширет — собирательное имя арабского языка; этим именем называются здесь большие пленена: Бильбасы, Сер-дешти, Мукри.

Бильбасов до 4000 палаток; они не признают власти ни Турок, ни Персиян; летом спускаются в Пиш-дер; подати платят Персиянам, когда эти вздумают послать против них войско. Таким же образом, и Туркам они платят за пастбища, когда их к тому принудят силою. Это самый отчаянный, воровской и зверский народ.

Кой-санджак, Равендуз [или Ревандыз] принадлежат к Шехризурскому пашалыку, главный город которого Керкук, находящийся на почтовом пути между Мосулом и Багдадом.

Сулейманийе тоже принадлежит Шехризуру.

В Керкуке командует мушир (полный генерал) под главным начальством сераскера или главнокомандующего Ирако-Хеджазского корпуса, имеющего свое местопребывание в Багдаде. Басра также в зависимости, в военном отношении, у сего последнего.

23 Июня. От Селаре до Везне 1 ч. 30 м.

Перейдя через несколько небольших перевалов, долина Везне без селений. До перехода через речку, называющуюся то Дарма, то Везне, 1 ч. 15 м.; она протекает по середине долины; средняя ширина 5 саж.; здесь течение ее не быстро. [458]

По речке идет условная [?] граница.

Турецкие Бильбасы обыкновенно кочуют в Везне и считают место это своим.

Огранович ездил на гору Джасусан (лазутчики). Подъем называется Бамин.

Ветры начинают бушевать на вершинах; английского офицера Джаксона чуть не сбросило вместе с теодолитом в пропасть.

У подножия горы кочует старшина Бильбасов, имеющий под властью своею 1000 палаток племени Коутмани-хыдыр, которые считаются в подданстве Турции. У этого старшины останавливался Огранович, которому он передал следующие подробности о племенах Бильбасов.

Пространства земли, занимаемый ими: от Пиш-дера до Соудж-булака, от Ушнуе до Сер-дешта. Все вместе они могут выставить до 6000 человек вооруженных; но ружей у них мало, по бедности. Род их происходит от Бени-Аббас (Аббасидов); [не скорее ли от какого нибудь Буль-Аббаса, так как слово Бильбас ближе подходит к этому последнему].

Название Пир-Магдерун с большим вероятием производят от имени Пир-Омар-Гудрун.

Огранович выехал в Везне из ущелья; дорога же идет из Пиш-дера через подъем Бамин, мимо Халяля. Ущелье по этой дороге чрезвычайно глубокое.

24 Июня. От Везне до Теркеша, начала Миргана, 4 ч. 30 м.

До реки Хыдр-ова, западного притока Келу, 2 ч. 15 м. Ширина реки около восьми сажен; быстра, мелка; спуск с вершины продолжительный; вид на реку с вершины спуска бесподобный. Сначала, от ночлега, дорога хорошая; лесу мало; цветы; притоки Келу; главный из них впадает близ дороги; потом дорога идет несколько вверх по реке, которая тут имеет саженей 20-25 ширины. Потом крутой подъем; у слияния с притоком пустые жилья, сложенные из булыжника; пашни с зрелым [459] ячменем; сеют Бильбасы. Это и есть Хыдр-ова. Здесь выходит дорога из Сер-дешта в Лахиджан. Река, особенно притоки ее, густо покрыты серебристыми тополями.

Через 45 м. место Сутуан; речка (приток?) саженей 5 шириною; много тополей; потом подъем и около подножия горы (название не записано), в Теркеше, открытое место с обработкою; хлеб и травы. Это часть долины Кеду, обрамленной с северо-востока горами, идущими от Бане, мимо Сер-дешта; в них проход в Соудж-булак. Далее, по прежней нашей дороге в Лахиджан.

Султан Банейский тоже ведет свой род от Бени-Аббасов.

25 Июня. От Миргана до Лавена (в Лахиджане) 4 ч. 30 м.

Астроном Гласкот и Огранович поднялись на вершину Вуштревана для определения широты ее.

Через 1 ч. 15 м. ручей с мельницами и весь в каскадах; влево, вдоль дороги, второстепенный хребет, по которому идет граница.

Вправо река Кеду; спуск и подъем к ручью, крутой, но возможный для прохода артиллерии. Отсюда 1 ч. 15 м. до перехода через речку Ние.

Приход Бильбасов из Пасова; живописные костюмы. Отсюда начинается Лахиджан; позиции против Сер-дешта.

Вверх по реке, к горам, место старого города; но по словам проводников, остатков от него нет. Приток Келу шириною до 18 саж.; воды по брюхо.

Лахиджан — возвышенная долина, вверх по притокам Келу; покрыта высохшим бурьяном; место пустынное. Лавен, при соединении своем с речкой Хырвынджем, но перед соединением с речкой Везне-журю (верхнего притока), принимает название Келу; берега ее на этом месте весьма болотисты, много травы.

Переход местами очень грязный, прошли мимо снежной горы, которая, по уверению проводников, есть продолжение [460] Бенд-и-Кандиль, начиная от горы Катыран, за пограничным хребтом Кух-и-худа (Божья гора); вдали Келе-шин.

Здесь посетил нас известный ориенталист Н. Вл. Ханыков, приезжавший с Кавказа в эти местности.

26 Июня. От Лавена до Пасова 3 часа.

Небольшой перевал, продолжение долины реки Лавен, где встретились мы с Бильбасами. Вправо, под горою, около часа от дороги, Келе-синан (белая плита) [?]; она стоить вертикально; основание завалено камнями; на ней какие-то знаки в виде кругов, но никакой надписи нет. Дорогой местами грязь. Лахиджанская равнина удобна для боя и для больших движений. Пасова — крепостца на крутой горе.

29 Июня. Отъезд Н. Вл. Ханыкова в обратный путь.

30 Июня. Прибыл Дервиш-паша. Принес положительное известие о холере в Урумии.

30 Июня. От Пасова до деревни Ленгвин 2 часа.

Между ними две дороги; Мы пошли по левой; дорога хороша, местами грязь от поливанья полей; Келе-синан и Хырвындж оставались вправо.

В самой деревне Ленгвин соединение трех источников, образующих южный приток Келу. Эти три источника мелководны; по соединении своем составляют ручей сажени в 3 ширины, небогатый водою; по берегам поля я луга. До источника реки Соудж-булак — Сер-чешме-и-Шилян-Али. Река называется Чами-Соудж-булак. До конца перевала, мимо горы Мейдан, в долину Соудж-булак 2 часа. Далее, до этого последнего городка 3 часа; всего, от Пасова, этой дорогой, 7 часов. Деревня Ленгвин имеет крепостцу на горке; прочие строения бедны, из булыжника с землею. Тоже самое и в Пасова.

1 Июля. Возвращение в Пасова другой дорогой, 3 часа. Вдоль речки Ленгвин, которая ниже Лавен и ниже Келу [?], до Кале-и-синан [уж не Келле-и-сенам-ли, что значило [461] бы “вершина статуи”, а в искаженном сокращении Кел-и-шин, или Келе-шин?] 1 ч. 30 м.

Плита около четырех с половиною аршин вышиною врыта в землю; Курды говорили, что не могли докопаться до основания; это серый, мелкозернистый гранит; на восточном фасе видны слабые знаки; кажется, это феруэр — эмблема Сассанидов; внизу видна легкая насечка, как будто место для надписи. Над плитою, в нескольких стах шагах, скала, похожая на Бисутунскую.

Подъезжая к Кале-и-синан, вправо, между двумя дорогами, Хырвындж, окаменелый город, как рассказывают Курды. Длина его около двух верст по вершине и по южному скату невысокого хребта... видны места башен; камни навалены грудами. Около этого места дорога идет в Пасова.

2 Июля. От Пасова до Дешт-и-Марауи 2 ч. 45 м.

Поперек долины, влево от дороги в Ушнуе, куда направился караван. Отдых в часе и сорокапяти минутах в палатке Бильбасов. Несколько каналов и ручьев, затрудняющих следование каравана; далее, вдоль ручья, в проход Абд-эль-Ман-декан. Огранович поднимался на вершину Куббе-бузан.

3 Июля. От Дешт-и-Марауи до деревни Гуран-га 2 часа 50 минут.

Утром, перед выступлением, явился отряд конных Курдов для конвоирования нас. Дорога, через перевал, вошла в долину Дешт-и-Сольва; шли по ней до палаток Бильбасов и далее до крутого спуска к ручью; подъем 2 ч. 20 м. Остановились на первом плато выше мензиля; потом другой крутой подъем на второстепенный хребет, параллельный снежному. Деревня Бильбасов на втором плато. В долине Сольва хлеб зрелый; а здесь еще зеленый. Воздух свежий в лагере при Гуран-га.

Лофтус признает гранит, встречаемый около Бане и Сер-дешта, за сиенит; а камень, из которого построены [462] Персеполисские дворцы, какой находится и на Белу и пр., за известковый сланец.

А Июля. От Гурун-га до деревни Шейхан 3 ч. 15 м.

Исток речки Лавен, правого притока Заба, остался влево. Прямая дорога в Келе-шин, по словам проводника Бильбаса, чрезвычайно трудна и продолжается 4 часа, поэтому мы должны были идти на Шейхан, а оттуда в Келе-шин. Дорога через перевал второстепенного хребта довольно опасная но косогорам; для артиллерии непроходима. Спустившись от ночлега и потом поднявшись, перешли быстрый ручей Аб-и-Хушьени, приток Лавена; вышли на плато, засеянное хлебом; оно разделяет воды, текущие в Лавен, от бегущих в Урмию; потом еще больший спуск к речке, Кан-и-реш шириною сажени 3; приток Гадыр, текущий через Сулдуз в Урмию, 2 ч. 15 м. от ночлега. Отдых. Отсюда час до деревни Шейхан. Она вся в садах, похожих на европейские: много яблоков, слив, еще совершенно зеленых, и др. Здесь начало Ушнуейской долины.

5 Июля. От деревни Шейхан через Келе-шин в Чуми-Али-кан 5ч. 45 м.

В 45 минутах от Шейхана по опасной дорожке, по косогору, вдоль речки Гадыр, спустились к речке Али-кан, притоку Гадыра, и переехал его немного выше соединения. Караван пошел прямо на лагерное место; а мы направились на Келе-шин.

Речка Гадыр, приток совершенно из сплошных водопадов, в расстоянии 1, 2, 3 саженей один от другого, так что иные сливаются. Сверху вид чудесный. Вскоре начался подъем к Келе-шину; мы выехали на большую дорогу из Угануе в Равендуз. Дорога хороша и протоптана. Через 2 ч. 15 м. от Шейхана въехали в снежную полосу; переехали два снежные пятна, шагов по 50, по 30. Снег лежал такой плотный, что лошади не проваливались. Отсюда температура стала понижаться. [463]

До памятника от ночлега 3 ч. 30 м. Он стоит в небольшой долине, куда сбегает снеговая вода; трава на долине не высока, но очень зеленая и составляет веселое пятно между вершинами со снегом. Столб из кремнистого камня; надпись большею частью попорчена временем; этот род камня непрочен; в нескольких местах, между строками, видна полировка. Лофтус списал надпись; но его мнению, к востоку она начертана Мидийским шрифтом, к западу Ассирийским. По определению Ханыкова, Келе-шин имеет 6800 футов возвышения.

Между 10 и 11 часами утра было по стоградуснику 64°; солнце пекло; но ветер был холодный; нужно было надеть верхнее платье. Тут мы встретились с ханом, владетелем Ушнуе, Мергевера и части Сулдуза, приехавшим из Тавриза.

Гора Сиах-даг висит над Келе-шином; на вершину дороги нет. Проходил караван к озеру за солью из Равендуза в Ушнуе. Хан подтвердить, что в 5 часах отсюда другой такой же столб по дороге к Равендузу; надпись маленькая.

Они считают эти надписи пограничными.

Вышина памятника около трех аршин; он имеет квадратное основание около полуаршина в боку; шириною он один аршин, толщиною в поларшииа. Такого рода камней вблизи не видно.

С вершины, правее памятника, видны горы со всех сторон; большая их часть со снегом. Внизу долина глубокая; в ней течет Большой Заб, источники которого, бегущие из округа Амадии, соединяются тут. В долине деревни Равендуза место Лейлан. С одной стороны реки Равендуз, с другой Амадия. Вершина, на которой мы были, обращена к Ушнуе; на ней сложен завал из камней [сигнах, испорченное от сеенгилах — каменник].

Здесь проходит граница.

Положение города Равендуз скрыто за хребтом.

Город Амадия в двух днях пути за раздвоившимся хребтом. [464]

Слово равенди или вернее реванде значит кочевые, вероятно от персидского слова реван, ревенде — текущей, переходящий, шествующий; оттого страна также называется Ревандиз. Жители шесть месяцев проводят в горах и шесть других на Ушнуейской стороне.

Племя Аку смежно с Бильбасами, лето оно проводит на горе Кандиль, зимою, внизу; — их 6000 палаток; они зависят от Кой-санджака; при случае помогают Бильбасам, у которых есть лошади; сами же Аку не имеют их; но за то вооружены ружьями; они хорошие стрелки.

Обратно из Келе-шина в лагерь 2 ч. 15 м. Часа полтора тою же дорогою; кладбище с разноцветными камнями, красные, фиолетовые, зеленые, белые. На горе Келе-шин много железняка и род яшмы; по словам хана, есть недалеко медная руда; снежная вода так холодна, что губам пьющего больно; приток Гадыр не имеет ключей, а образуется из снегов. Большой спуск к лагерю. Разницу нашли в температуре; жарко.

6 Июля. От Чум-и-Али-кана до городка Ушнуе 2 ч. 15 м.

Дорога хорошая, караванная, из Равендуза.

В 45 минутах деревня; хорошие постройки; сады. В 1 ч. 30 м. переход через Гадыр и вскоре крепостца на горке, очень хорошая с большими круглыми башнями Кале-и-сенган; потом Ушнуе на притоке Гадыра. [Сады роскошные со всевозможными плодами, очень вкусными; в особенности замечателен персик-абрикос, продолговатый, остроконечный, имеющий вкус персика, а наружностью, то есть кожицей, похожий на абрикос]. Хан Ушнуейский выдержал двухмесячную осаду, с 2000 человек, против шеститысячного персидского отряда, выступившего из Тавриза и Урумии. Это случилось по поводу смерти Мехмед-шаха.

7, 8 и 9 Июля. Рамазан; прогулки в садах; джерид и тому подобное.

Текст воспроизведен по изданию: Путевой журнал Е. И. Чирикова, русского комиссара-посредника по турецко-персидскому разграничению, 1849-1852 гг. // Записки Кавказского отдела Императорского Русского географического Общества, Книга 9. 1875

<<Вернуться назад

Главная страница  | Обратная связь
COPYRIGHT © 2008-2017  All Rights Reserved.